Текст книги "И пришёл Лесник! 27 (СИ)"

Автор книги: Василий Лазарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 18 страниц)

Из стены пламени всё же выпрыгнули Смотрители, но их стало наполовину меньше. Первый клин десантников сделал три шага назад остужая стволы пушек. На его место шагнул второй, эти уже угостили наступающих гранатами, минами и лазерными лучами. Последние хотя и мазали по матовым чёрным панцирям с оранжевой полосой вдоль хребта, но надёжно отрезали всё лишнее. Лапы, хвосты и даже выдвигающиеся пасти. Таня собралась с силами и нанесла три быстрых удара, вызвав паралич у ксеноморфов в трёх локальных областях. Очаги охватывали десяток квадратных метров каждый, но через них никто не смог просочиться. Застыло в итоге не меньше пятнадцати ксеноморфов. Гранатомёты разметали их на части меньше чем за минуту.

Но всё равно Смотрителей было ещё достаточно, и схватка переросла в рукопашную. «Одер»!. Прыжком я оказался в десятке метров перед пехотой. Пули, снаряды, мины и гранаты по-прежнему летели за моей спиной, а на меня двигалась чёрная озверевшая масса с разинутыми пастями. Но во всей этой мешанине я ощущал себя как рыба в воде и легко обгонял всё и вся. Хотя нет! Некоторые из смотрителей не застыли, а продолжали двигаться хотя и заметно медленнее. Мгновенно выделив их как приоритетные цели, я достал свой офицерский клинок Инженеров. Ловкие ящеры умудрились подрезать его у Инженеров, собирающих цветочки в Ядре, и наверняка закусили самими владельцами, но со мной этот фокус не пройдёт. Бросок, и три лезвия летят к наиболее активным ксеноморфам. Головы у всех троих срезало начисто, как ножки грибов. Я же Лесник, а значит люблю собирать грибы. Наверное. Рука ощутила рукоять вернувшегося кинжала.

Справа от меня стоит Кислый. Его плазменная аура окружает его в полуметре, но ближе, чем на два к нему не подойти, сгоришь. Стараясь не вторгаться в его «личное» пространство, я помогаю ему с фланга. Вижу, как с его правой руки срывается протуберанец, короткий как меч гладиатора, но перед ним не устоит ни одна броня. Пламя показывается из чёрного баклажана рассекая его надвое. Кислый сам ещё не видит результата, но орудует на автомате разрезая всё по фронту. С левого фланга к нему подбираются двое, принимаю их на себя. Фактически они меня не замечают, настолько я стремителен. Наношу два размашистых удара удлинившимся лезвием и чёрные матовые тела нарезаны как колбаса. Они ещё не отделились аккуратными колечками, но у них всё впереди.

Дар начинает мерцать. Выхожу из боя, ведь за моей спиной летят просто тучи всевозможных снарядов и угодить под любой из них я смогу запросто. Мгновение и я оказываюсь рядом с Лианой. Она сосредоточенно вытянула руку выцеливая очередного Смотрителя. Удар по ушам, всё я снова в реальности. Победный крик моей амазонки и от Смотрителя остаются стоять одни лапы. Покачавшись немного, они падают в разные стороны.

– Сколько? – одни губами она спрашивает меня. Показываю ей растопыренную ладонь с пятью пальцами. Она ухмыляется. – У меня пока три.

– И Королева!

– О, да. Я уж думала Рума полная дура, но всё же кое-что у неё оказалось полезным, – она показала на кольцо на два пальца. – Греется только перед выстрелом. Надо перчатку под него одевать.

– Вроде отбились? – рядом с нами оказалась Маша. – Я даже не стала напрягаться.

– И правильно сделала, – кивнул я, – иначе бы пришлось их по три раза убивать. Утомляет знаешь ли такое занятие.

– Я так и подумала, но в случае чего ждала, чтобы вмешаться, – зарделась Маша от похвалы.

– Ты молодец, Машка. Сейчас бы допросить кого, где твой ненаглядный бухает, – переводя дыхание сказал я.

– Ты думаешь он пьёт? – наивно огорошила нас Маша.

– Нет, бля кроссворд разгадывает, поглядывая на нас из пирамиды, – заржала Лиана.

– Этот может, – авторитетно заявил я. – Папаша Кац не любит сидеть без дела.

Последние Смотрители попятились к малой пирамиде. Их осталось меньше десятка. Я скомандовал отбой, и пехота прекратила поливать их свинцом. Всем была необходима передышка. Остудить стволы, перезарядиться и просто раскинуть мозгами.

– Второй Оранжевой Королевы не вижу, – Кислый убрав свою ауру запрокинул голову в небо.

– Свалили, овца драная, – рассмеялась Таня. – Ловко мы их!

– Смотрите, к нам идёт человек! – Маша показала за спины Смотрителей. Из раскрывшейся грани пирамиды показался обычный молодой человек. Он прошёл сквозь Смотрителей и направился к нам. Мы ждали его, не двигаясь с места.

– Вы понимаете меня? – спросил он вместо приветствия. Я автоматически кивнул. Перед нами стоял нолд. Без респиратора. Неужели иммунный?

– Вполне. Продолжай, – я обозначил себя как руководителя нашего передвижного балагана.

– Афродиты дома нет. Вы убили Ри. Эв спряталась в пирамиде. Не надо нас убивать!

– Да ты что? – схватилась за сердце Лиана. – А если добьём? И когда мамочка вернётся, здесь будет ядерная воронка.

– Это мы можем, – расплылся я в улыбке. – За каким хуем она выкрала нашего знахаря, не подскажешь?

– Для меня, – потупил взгляд нолд. – Меня зовут Майор, я начал превращаться в кваза или вообще умирать. Я так и не понял Изю. Она попросила его помочь мне.

– Попросила? – Лиана демонстративно засунула мизинец в ухо и пошевелила им якобы прочищая.

– Да, мы просто не знали никого больше. Она бы его и на месте попросила, но он всё время бегал от Афродиты и не хотел ничего слышать. А когда ударился головой о борт челнока просто упал без сознания. Тогда Афродита решила забрать его с собой, – грустно поведал нам обстоятельства отлова папаши Каца.

– Трудности коммуникации, так и было, Маша? – Лиана уже не сдерживалась и заржала в полный голос.

– Я видела, как он мечется. Мне пришлось три раза применить дар, пока он и правда не врезался в борт. Раздался такой звук, как будто где-то прозвенел колокол, и он наконец-то упал, – всхлипнула Маша.

– Так, ладно. С этим всё понятно. Он помог тебе? – быстро спросил я.

– О, да! Я в порядке, – просиял Майор.

– А он где? Живой? Только не ври, я всё равно найду тебя и нарежу тонким слоем, – пообещал я нолду.

– Изя? Он выпросил взамен саркофаг Инженеров у Афродиты и сейчас, наверное, уже лежит в нём пьяный, – пожал плечами Майор. – Он почти сразу начал варить что-то ужасное. Афродита его попросила уже для себя. И пока он снимал пробу несколько раз падал, затем вставал. Ругался на непонятном мне языке, рычал и однажды у него натурально задымилась голова. Он успел сказать мне, что готово, свалился в хрустальный саркофаг и тут же захрапел.

– А где мамочка? – ужаснулась Маша от такого рассказа.

– Полетела искать для меня белую жемчужину. Кац сказал, что она мне пригодится.

– Хорошо, мы больше никого не тронем. Показывай, где этот злодей варит свой философский камень!

Глава 20
Гроб хрустальный

– Покажу, только открыть не смогу, – развёл руками Майор.

– Какая же это помощь? – удивился я. – Нам легче добить вас и дождаться Афродиту, она, наверное, с радостью обменяет тебя на Изю?

– Лишние жертвы, зачем вам это? – спросил Майор. – Я мирный…

– Какой странный нолд, – Лиана обошла его вокруг и внимательно осмотрела. – А ты кем у внешников был? Не поваром же?

– Был, – печально усмехнулся Майор. – Командующим базой был. Когда на нас напали я успел принять белую жемчужину. Поэтому и выжил, остальных Афродита превратила в Смотрителей. Вы их, кстати, недавно убили.

– Сейчас расплачусь, – всплеснула руками рыжая. – Кто вас звал сюда? Ладно нас Улей переместил не спрашивая, но вы-то сюда припёрлись сами. Стоп! Что за база была тебя?

– Ничего особенного… – отмахнулся самый мирный нолд.

– Не ёрзай жопой, нолд! Если ты думаешь, что не заразился и теперь тебе ничего не угрожает, ты глубоко заблуждаешься. Мы тебя порвём тут же, – ладонь Кислого окуталась плазмой, и он поднёс её к лицу Майора. Тот отшатнулся, щека его резко покраснела от высокой температуры.

– Перевалочный пункт. Конечный перед транспортировкой на Ригель. На базе был установлен малый стационарный портал, – быстро по-военному доложил Майор. – Я всего лишь кладовщик и ни разу не покидал базу.

– Транспортировка чего? – не поняла Маша и оглянулась, ища ответа.

– Наших органов, – сухо ответила Лиана. – Так вот ты кто такой. А то я смотрю и не понимаю. Всего лишь майор, а уже белая жемчужина. Обычно у вас ими снабжают господ не ниже полковника. Тебе бы, Женя такую не дали.

– Понимаю, – сделал я скорбное лицо. – Куда мне до господина Майора. Твой единственный шанс, красавчик, это открыть нам песочницу, где вы держите папашу Каца или последуешь за своими друзьями. Мы и скребберов убивали, так что и с твоей мамочкой вполне справимся.

– Но я ни разу не пробовал даже. Афродита просто дотрагивалась рукой в любой части пирамиды, и та образовывала проход.

– Сейчас ты как вышел из пирамиды? Не ври нам! – спросила Таня.

– Мне открыла Эв, но она сама тут же улетела. Эв, это первая дочь Афродиты. Двух других вы убили. Она не простит вам их. Я с этим поделать ничего не могу. Вы можете убить меня, но это вряд ли, что-то изменит.

– Ты останешься жить и передашь ей наше последнее китайской предупреждение. Сунется к нам в крепость – сдохнет. Так и передай, – строго сказал я.

– Умненькая девочка Эв, а ты значит пошёл к нам? – рассмеялся Кислый. – Ну ты и поц. Где Изя?

– В той пирамиде, – он показал пальцем на средних размеров конус метрах в ста от нас.

– Идём, попробуешь открыть. Вдруг они и тебе доступ дали, – мы все отправились через поле к предполагаемому месту заключения знахаря. Оставшиеся в живых Смотрители нас не преследовали. Почему?

– Почему они на нас не нападают? У них же есть приказ защищать Королеву, – спросил я Майора.

– Это не ксеноморфы, то есть не настоящие родившиеся из яйца. Это всё бывшие мои коллеги и один ваш. Шторм, кажется. Они сохранили ещё что-то человеческое, инстинкт конечно толкает их охранять Афродиту, но её здесь нет. Так что они не спешат окончательно умирать.

– Хорошо, нам они не нужны, – кивнул я.

– Если не будут бросаться на нас как бешеные собаки, – добавила Лиана.

– Им самим неохота, но когда Афродита вернётся то они конечно же нападут, – флегматично пожал плечами Майор.

– Никого они уже не найдут, – закончила за него Таня.

– Вот здесь она открывала проём, – Майор положил руку на основание каменной стены уходящей вверх под наклоном. Сама пирамида достигала метров двухсот и считалась средней. То есть пирамидальный космический корабль, хотя я подозреваю, что в космосе он мог принять любые очертания. Майор постучал ладонью, но ничего не произошло. Мы уже видели, как «камни» расходятся, образуя проход, но для этого была нужна лапа Смотрителя. Чёрт!

– Не получается? – ехидно спросила Лиана и достала из-за спины отрубленную Фельдшером лапу и приложила её к стене. Стена тут же послушалась и создала довольно широкий проход. Не выпуская из рук наш «ключ», Лиана первая нырнула в проём. Длинный и мрачный коридор вёл почти в центр пирамиды. Прямой как стрела он не имел ответвлений, впрочем, коридор нам сформировала сама пирамида. Вместо него на этом месте мог находиться стадион. В конечном итоге мы вышли в небольшой зал, в центре которого стояла та самая капсула или саркофаг в которой ранее проживала Рума. Она так и осталась хрустальной после того, как из неё изъяли Инженера. Прозрачная, она словно парила над поверхностью и завораживала своими плавными идеальными линиями. Единственное, что никак не вязалось со всем этим, так это пьяный папаша Кац, лежавший в саркофаге в грязных сапогах от скафандра и пустой фляжкой в руке. Рядом с капсулой стояла пятилитровая канистра с подозрительно пахнувшей жидкостью. Венцом всему ужасу над саркофагом стоял богатырский храп маленького знахаря.

– Изя! Что они с тобой сделали! – Маша бросилась на гроб и прильнула к своему спасителю. Спаситель пьяно пробормотал и оттолкнул во сне Машу ногой, собираясь перевернуться на другой бок. – Ах так? – Маша тут же пришла в себя, и даже её правая рука пришла в норму. Она схватила ей канистру и огрела Каца по башке.

– Ещё никто так не обращался с Изей Кацем! – знахарь с трудом разлепил глаза и с удивлением посмотрел на Машу. – Ты?

– Мы, – сурово и громко сказала Лиана, её голос эхом разнёсся по пустому залу. Изя автоматически вжал голову в плечи и затравленно огляделся.

– Чё так рано? Нет, не то! Я спасён! Какое счастье! Я так ждал, так ждал! – Изя полез обниматься почему-то к Тане. Маша не вытерпела и силой дёрнула его за ухо. Изя проморгался и понял свою оплошность. – Надо капсулу обязательно забрать, Жень! Она нам пригодится!

– Бухать в ней? – предположила Лиана.

– Потом расскажу. Да, и вот этот чудесный напиток также необходимо сохранить!

* * *

– Господин капитан! Там полный трюм аборигенов! Они кем-то связаны! – рапортовал сержант, первым пролезший в полуоткрытый пандус упавшего челнока.

– Что с пилотом? Я лично слышал, как он подал сигнал бедствия? Где капитан Андерс? – челнок уже потушили, и капитан стоял рядом с искорёженной машиной и ничего не понимал. – Не сами же пленные управляли им?

– Не могу знать! В рубке управление никого нет. Судя по следам из грузового трюма, недавно выезжал тяжёлый броневик.

– Что на радарах? Видно его? – поинтересовался командир мобильной группы.

– Да, мы видим как от нас удаляется командирская машина. Держит курс на восток. Догнать?

– Нет, садитесь, заберёте пленных аборигенов. Я себе оставлю одного для допроса. Или двоих лучше, чтобы проверить, не врут ли они. Броневик далеко не уйдёт, по воздуху мы его догоним везде. Пусть считают пока, что соскочили с крючка. Мне интересно куда они направятся. А вы хорошенько заприте пленных, мне почему-то кажется, что дело здесь не чисто!

– Слушаюсь, господин капитан. Садимся!

Капитан приказал доставить двух пленных в допросную и подниматься под самый потолок в три с половиной километра. Так и сделали, радар челнока уверенно «держал» пыливший на восток броневик. Пользуясь тем, что радар самого броневика слабее того, что имелся на челноке, капитан приказал следовать за загадочным «Андерсом» на максимально возможной дистанции и не обнаруживать себя. Тем временем, пока челнок двигался в час по чайной ложке, капитан решил допросить пленных. Их хорошенько привязали к стульям, вмонтированным в пол. Вместе с капитаном в помещении находились двое десантников. В полной амуниции, но без шлемов. Атмосфера в челноке не содержала вредных примесей. Капитан, не выпуская из рук командирского жезла, представляющего собой маломощный лазер и уселся в кресло перед пленниками. Сейчас их руки и ноги заковали в браслеты, а также имелся обруч, опоясывающий грудную клетку. Так что деться им было некуда, разве что плеваться.

– Ты кто? – капитан показал на первого пленного. Мужчина с длинными грязными волосами и сломанным носом. Травму он получил уже в челноке в конце увлекательной воздушной прогулки. Для общения с аборигенами капитан использовал переводчик.

– Ким, – пробурчал мужчина в чёрно-красной байковой рубахе.

– Это кличка или имя? – уточнил капитан.

– Имя, – недовольный абориген сдул длинную сальную прядь волос, застилавшую ему глаз.

– Странное какое имя, на собачье похоже. Любишь собак?

– Ким, это аббревиатура от Коммунистического Интернационала Молодёжи! – с пафосом произнёс пленник. – Мой отец был без ума от всего коммунистического… пока его не расстреляли в тридцать восьмом году. Имя, вот осталось.

– Ух ты, но я всё равно ничего не понял. Нас миновала чаша сия. Это не заразно? – гаденько ухмыльнулся капитан.

– Не очень, но лучше не стоит.

– Кто вас упрятал в трюм челнока и где они? – капитан снова вернулся на прежние рельсы.

– Не знаю, я спал, когда меня поймали. Сразу надели мешок на голову, – ответил Ким.

– Хорошо, а ты что скажешь? У тебя тоже странное имя? – капитан потерял интерес к первому и переключился на второго. Худенького и забитого, смотрящего на него чёрными зловещими глазами.

– Кому как. Меня зовут Пафнутий Кеосаян. Мои предки блистали своими талантами перед коммунистами.

– Понятно, лизали задницу. Чёрт, но что с вами не так? Почему нельзя назваться простым именем. Джон Смит, например. Что за блядский Пафнутий? А второе имя так вообще вгоняет в тоску. Оно что-то значит?

– Не знаю. Назвали так. Тебе не всё равно?

– Ты прав. Мне всё равно. Меня, больше интересуют ваши анализы, – капитан протянул руку и один из десантников вложил ему пластиковый лист, испещрённый значками. – Хм, да вас хоть сейчас можно запускать пешком к центру галактики. Отличное здоровье у обоих, как вы этого добились? Принимали жемчуг?

– Нет. Нам не надо, – загадочно улыбнулся Пафнутий. Капитан приблизился к нему и приподнял подбородок командирским жезлом.

– А ну-ка колись сучонок. Почему не надо? – шепотом, чтобы не слышали десантники спросил капитан. Ему уже скоро подходил срок отправляться домой, а кроме десятка сворованных красных жемчужин у него ничего за душой не было. Ведь не для кого не секрет, что господа офицеры частенько привозят из командировки гостинцы. Об этом знали все, начиная с командующего, но негласное правило гласило «не зарывайся и уедешь из Улья богатым». А также не забудь поделиться с командующим, иначе портал не пропустит тебя. Схема стара как мир. Так вот делиться капитану не хотелось. Он бы с удовольствием хапнул бы ещё чего-нибудь. Он же не Кеосаян и блистать ему не перед кем.

– Хочешь, чтобы и они услышали? – Пафнутий скосил глаза на десантников. – Пусть выйдут. Я же прикован и так. Боишься?

– Выйдите за дверь. Разговор государственной важности! – капитан важно приказал громилам. Как только дверь за ними закрылась, он повернулся к Пафнутию и продолжил. – Если ты решил пошутить со мной, то это будет твоя последняя шутка.

– Какие уж тут шутки, капитан. Ближе, а то услышат. Мы знаем, где на планете находится источник вечной молодости, – тихо прошептал Пафнутий, капитан еле услышал его бормотание.

– И где же? – заинтересованно приблизился к нему ближе капитан.

– Недалеко, – расплывчато ответил пленник. – Тебе же интересно? Ближе подойди, я скажу координаты!

– И что там? По этим координатам? – капитан попал под влияние изверга и выполнил его гипнотический приказ.

– Бессмертие! – лицо Пафнутия Кеосаяна начало видоизменяться, вытянувшись как у лошади. Нижняя челюсть треснула ровно по центру подбородка и разошлась половинками в стороны. Верхняя разорвалась ровно по центру сразу под носом и также раздвинулась. На капитана глянул зев, сплошь утыканный тонкими острыми как иголки зубами. Все они загибались внутрь и шевелились. Последнее возможно уже привиделось капитану, но он не смог оторвать свой взгляд. В глубине горла что-то зашевелилось и вскоре наружу показалась слепая змея толщиной в руку среднего мужчины. Капитан открыл рот от удивления или возможно по приказу изверга. Он застыл с открытым ртом в ужасе понимая, что здоровенная змея, сидевшая в Пафнутии именно сейчас пробирается по его пищеводу. Самое страшное, что он ничего не мог поделать с этим обстоятельством. Рука его разжалась и жезл власти выпал на пол. На короткий миг капитан перестал дышать, а потом ощутил, как змея пробралась к позвоночнику раздвинув внутренние органы. Волосы внешника встали дыбом, всё его естество кричало от ужаса в безмолвном крике. Через пару мгновений он «услышал» у себя в голове голос изверга.

– Ну, здравствуй старый друг. Вы всё же лучше приспособлены для нас. Две дополнительные пары хромосом дают о себе знать. Но вы же в курсе, что больше всего мы любим ваших прародителей Инженеров. Их шестьдесят пар в тройной спирали дают небывалый комфорт, но увы их почти не осталось, а те далече. До тех троих, что прилетали сюда, мы к сожалению не успели добраться, о чём сильно сожалеем. Но ведь ты собрался домой, дружок? Подкинешь меня до Ригеля?

– Да, – беззвучно открыл рот капитан. Он глубоко вздохнул и тут же осознанно взглянул на Кима. – Готово! Мы снова в деле. Сейчас я помогу тебе, подожди.

Капитан поднял жезл с пола и включил лазер. Он направил его прямо в лоб своему прошлому телу и прожёг во лбу здоровую дырку.

– Охрана! – крикнул «капитан». В комнату тотчас ввалились, мешая друг другу два дуболома. – Зафиксируйте, мне пришлось убить это существо. Подойдите ближе. Вы видите, во что он превратился! – изверг показал на Пафнутия с раскрытой на четыре части пастью. Охранники, не веря своим глазам склонились над телом пленника и тут же получили по выстрелу в затылок. После чего капитан освободил Кима.

– Нам нужно догнать броневик! Демиургов нельзя оставлять в живых, иначе они доберутся до Великого! – произнёс капитан.

– Ты прав, это наша первоочередная цель. Очень удачно, что они нам повстречались! Великий отметит нас, – кивнул Ким. – Идём в рубку!

Капитан вышел из допросной и направился прямиком в рубку. Им повстречался ещё один охранник, стоявший у дверей в рубку управления.

– Это со мной! – кивнул капитан. – Он должен указать на карте, где засели остальные.

– Да, господин капитан! Но почему, он без наручников? – промямлил рядовой. – Не положено пропускать аборигенов в рубку!

– Теперь положено! – капитан выстрелил из жезла под нижнюю челюсть рядовому. Луч тут же пробил его каску и оставил отметину на потолке.

– Прикрути мощность, а то порежешь челнок раньше времени, – посоветовал Ким.

– Да, конечно, – капитан поднёс руку к считывающему устройству, и дверь поползла в сторону. В рубке сидел один пилот.

– Капитан, сэр! – кивнул он извергу и тут же заметил второго. – А это кто?

– Твоя смена! – ещё один выстрел вынес мозги пилоту. Тот так и плюхнулся головой на панель, скрыв повреждения, нанесённые лазером челноку. Ким, не обращая внимания сел на место второго пилота и взял управление на себя. Управлять челноком можно было, не имея большого багажа знаний, это делалось специально. Да и челноки эти выбрали для Улья с такой же целью. Смысл был во взаимозаменяемости, на враждебной планете могло случиться всякое, а экипаж никак не мог остаться без пилота. Ким сразу увидел точку на радаре, уже прошедшую Магазин и вот-вот готовую выйти на оперативный простор из города. Тогда до Гранитного им останется всего ничего, а там уже неразрешённый челнок ждало надёжное ПВО крепости.

– Прибавь скорости, они уходят от нас. Великий не должен пострадать!

– Стараюсь! Как же им удалось пройти так быстро четыре кластера? – недоумевал Ким.

– Это мы медленно действуем. Вместо поощрения, можем спокойно заслужить развоплощение! – с тоской прошептал капитан.

– Догоним! Чёрт, не пойму почему эту посудину сильно тянет вправо! Что происходит? – Ким с трудом удерживающий челнок на курсе мельком взглянул на капитана. Изверг сильным движением отбросил труп пилота и увидел прожжённую панель управления. – Говорил же…

– Я убавил, кто виноват, что у него такая пустая башка… – в этот момент открылась дверь в рубку и на пороге возник очередной десантник. Капитан на рефлексах раззявил варежку на четыре части готовый броситься на внешника и сожрать его мозг. Но десантник оказался быстрее и не раздумывая засадил в упор из плазменной мини-пушки. Раскалённое облако моментально заполнило весь объём рубки. Капитан мгновенно сварился в собственном соку и превратился в золу. Досталось также и десантнику, его обгоревший и почерневший череп с испарившимися глазами ещё был жив. Падая, он инстинктивно выстрелил ещё раз, заряд прошёл вниз, расплавив пол и заодно ноги Киму. Через дыру показались городские застройки, которые в данный момент пролетал челнок и небоскрёб. Ким вцепился в штурвал игнорируя страшную рану. Точнее у него от ног остались только тазовые кости, всё чем укомплектовывается человеческий организм ниже, исчезло. Вместе с яйцами, но Киму они были без надобности, и он твёрдой рукой направил челнок вниз стараясь прицелиться прямо в броневик. Однако крен вправо никуда не делся и челнок задел крылом небоскрёб и вошёл в жуткое вращение по спирали.

Кима сорвало с места и начало крутить по рубке рихтуя его голову. Обгоревший десантник, но ещё местами живой гонялся за ним по рубке с широко растопыренными руками. Слепая махина в тяжелом скафандре не видя, что происходит палила во все стороны из всего до чего могла дотянуться. В ход пошли гранаты, мины и в конце он выпустил самонаводящуюся ракету ближнего радиуса действия. Сделав пол-оборота в рубке, она с удовольствием нашла свою цель, то есть самого охранника и разнесла его в клочки. На этом обстрел закончился. Половина Кима смотрела на происходящее с нордической стойкостью строителя коммунизма и только слегка ухмылялась. В этот момент произошла посадка. Сработала и детонировало всё, что ещё не детонировало до этого и остатки Кима выкинуло на хуй из челнока.

Одним оставшимся глазом Ким узрел тот самый броневик, наблюдавший за посадкой, и пополз к нему. Вместо радостных объятий гадкий броневик цинично размазал его по каменистой прерии и уехал дальше.