Текст книги "Лунный цветок (СИ)"

Автор книги: Варвара Макарова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 34 страниц)

– Слава богу, – две одинокие слезы стекают по щекам девушки, но она быстро растирает их руками по лицу, на губах появляется еле заметная улыбка. Он любит ее. Их чувства взаимны, иначе бы магия не сработала, и она просто бы исчезла вместе со светом, отдав свою жизнь зря.

***

– Осталось сделать лишь шаг, последний шаг, и она будет свободна… От бремени, что на нее возложили боги, от роковой судьбы, ну что же пора протянуть руку. Я жду, Жерар… Я жду… – голос Зерефа был все такой же слащавый и полон соблазна, перед которым устоять хранителю было все сложней. Изгнание Алексии прошло удачно, и Зереф это чувствовал. В хранителе больше не осталось ничего, кроме истиной печати и его собственной души

– Позволить идти всему, как есть, просто плыть по течению. Не сопротивляться, остаться, мой путь закончится здесь… – подумав об этом про себя, хотя он и понимал, что темный бог сейчас читает его мысли, и он так близко от него, как никогда.

Зереф уже протянул ему руку, встав со своего места, кресло за ним тут же исчезло все, что оставалось это сделать встречный жест и протянуть руку в ответ. Но Странник медлил, что-то было не так печать молчала, хотя выход из всей этой дурацкой ситуации был так близко лишь протянуть руку и все закончится. Все для него и Эльзы. Возможно, когда-нибудь о нем даже сложат легенду, как о герое, победившем или обхитрившем темного бога.

– Я надеюсь, ты сдержишь слово, и если с Эльзой что-нибудь случиться я активирую печать, и мы погибнем оба, – возможно, он делал сейчас самую величайшую глупость в своей жизни, вот так просто без боя, да еще практически выложить их план прямо весь в одой единственной фразе, но Зереф не дурак, ведь читая его мысли он мог спокойно слышать весь разговор, но раз так. Он должен был знать, в чем подвох, но все же соглашается на это, а может, он уже придумал другой анти план, плану Жерара и печати.

«Не бойся, – шептала печать, – я здесь с тобой, и он не знает, если бы знал, не пошел бы на эту сделку».

– А может быть и пошел. Ведь на один гениальный план всегда найдется другой по гениальней предыдущего, – и в этом весь Зереф, он ведь сплошное зло, а значит, его слова и гроша ломаного не стоят, но Жерар верил в то, что ему удалось обмануть темного бога и поэтому, лишь слегка помедлив, он протянул руку темному богу, позволяя вихрю из темной энергии окружить его в плотное кольцо. Темная энергия стала проникать в тело, парализуя и заполняя легкие, не позволяя ему дышать, поэтому Жерар очень быстро терял сознание и силы. Божество лишь успело подхватить юношу в свои крепкие объятия и вызвать нечто на подобии гроба, для того чтобы перевезти будущее тело в безопасное место, где можно будет спокойно провести ритуал.

Но еще оставалась одна неразрешимая задача. Мевис, она была уже близко, он чувствовал ее присутствие рядом, очень рядом. Совсем близко, казалось, она стоит позади него. Барьер спал, и темный бог оглянулся, ища знакомый силуэт светлой богини своим уцелевшим глазом. Другой заплыл белой пленкой и вовсе перестал видеть, а рука… Она была покрыта язвами, из которых вылазили опарыши, спадая прямо на землю окроплённую кровью, как нежити так и детей ночи.

Всадник покончил с очередной выскочкой, что возомнила о себе слишком много и теперь лежала с распоротым животом. Ее внутренности вывалились наружу, а голова слетела с плеч, скатившись с высокого холма, на котором продолжал стоять король нежити и повелитель ледяных земель, наблюдая за сражением с полным равнодушием. Хотя внутри него то-то изменилось, и Зереф это почувствовал, что-то умерло внутри него, возможно, это была та живая часть, что ранее присутствовала в нем, и которую Зереф чувствовал при каждой их встрече. Сейчас на месте той живой искры темный бог чувствовал лишь зияющую дыру и пустоту. Такую черную и манящую, что вряд ли в мире найдется что-либо способное заполнить ее и вернуть то живое, пламя, что ранее горело в груди юного наследника престола, что теперь окончательно лишился всего человеческого, и что главное, он лишился души. Возможно, это было связано с тем, что Зереф почувствовал, как умерла та, ради кого он пошел на эту сделку, и та, что оберегала его, дав клятву мертвой ведьме.

«Значит, я убил трех зайцев одним ударом», – он отвел взгляд от холма и снова стал оглядываться, пытаясь уловить с какой стороны он больше всего чувствует Мевис, но, как оказалось, эта задача даже ему была не под силу. Ее силу он чувствовал отовсюду. И это сильно его беспокоило. Резко повернувшись влево, он почувствовал боль в предплечье. И увидел напротив себя ту, что искал. Мевис стояла и смотрела на него своим равнодушным взглядом, а боль в предплечье становилась все сильней, и наконец, она стала настолько сильной, что превратилась в самую настоящую агонию.

«Это тело больше не слушается меня…» – странник посмотрел на свою руку, что, словно веревка, болталась на сухожилиях. Стиснув полусгнившие зубы, он с силой потянул за нее, отрывая непослушную конечность от тела, что больше уже не было его, оно отказывало. Агония стала лишь сильней, а кожа на искалеченной руке стал покрываться волдырями и лопаться, подобно мыльным пузырям. Но на этом кошмар не закончился, боль распространялась по всему телу, словно чума, пожирая каждый миллиметр его тела, лишая его физической оболочки, здоровой оставалось лишь часть что некогда принадлежала Миднайту. Часть же тела, что принадлежала Каину, от нее практически ничего не осталось и, несмотря на все это, Зереф продолжал улыбаться, чувствуя поблизости свою старую знакомую, в этот раз Мевис явилась не полностью, а лишь в астральном виде, в виде призрака. А значит, уничтожить ее у него не представиться сейчас возможности. Он чувствовал некий подвох во всем, что с ним сейчас происходило. И то, что это было рук Мевис, он не сомневался. Наоборот, эта вся ситуация его слегка даже забавляла.

«Ну что же, давай сыграем по твоим правилам», – он улыбнулся сохранившейся половиной лица и посмотрел на Мевис единственным видящим глазом. Светлая богиня продолжала смотреть на него своим безразличным ко всему взглядом.

– Пришла взглянуть на мои страдания, Мевис… Иллюзия, наверное, тоже твоих рук дело, не так ли?

Но призрак молчал, безмолвно следуя за темным богом, как слуга, как раб, что был связан с ним контрактом.

– Силы света, значительно стали проигрывать и сдавать позиции, меня это даже слегка удручает, ведь я ожидал получить, более достойный отпор. Цветку пора проснутся, ты так не считаешь? – он снова обратился к призраку. Но тот молчал, игнорируя божество.

Призвав гроб, и открыв крышку, Зереф вновь посмотрел на то тело, которое так жаждал заполучить. С тех пор, как Драгнил посетил катакомбы, прошел месяц, война между силами ордена красной розы и континента несла потери, противостоять Всаднику и Фениксу было сложно, тем более, теперь, когда девятый практически выбыл из игры благодаря темному богу. Все полагались на приход Цветка, даже не подозревая о том, что она была так близко, практически у них под носом. Но Эльза не знала, кто она, на самом деле считая себя обычной смертной. По крайней мере, так считал Зереф, ведь он встречался с Эльзой всего раз, и то удачно, что девчонка, не смогла вспомнить, кем является и применить свои силы. Ему повезло, причем очень крупно, иначе бы он давно был заточен в слезе, где сейчас должно было покоится или, лучше сказать, томиться в заточении еще одно божество.

– Ты злишься на меня, возможно, даже справедливо, ведь по моей вине ты стала такой. Безмолвной, не способной дать о себе знать тем, кто продолжает до сих пор молиться тебе и просит у тебя защиты, каждый день, каждый божий час, но только сейчас они молятся тебе еще усерднее, чем при тех мирный временах. Очень скоро ты вернешься к нашим братьям и сестрам, и мое проклятие спадет, я смогу покоиться с миром и возможно… Даже переродиться? – божество тяжело вздохнуло, еще один седой волос. На этот раз это была не иллюзия богини света, а настоящее проклятие, что медленно убивало его изнутри. Он давно уже заметил, как это тело медленно умирает. Стариться, обгоняя свой человеческий возраст, внутри все пылало огнем, принося с собой невыносимую боль. Зереф страдал. Как душой, так и телом, но он не мог умереть… Это его рок. Проклятие верховного бога за его гордыню… и предательство, что стоило жизни самой Мевис и не только. Он взглянул еще раз на спящего в гробу Жерара, что все еще находился под его заклятием, но стоило божеству попытаться коснуться хранителя, как его тут же било током.

«Печать еще держится, но это ненадолго, достигнув нужной точки, это тело скоро сломается, как и тело этого мальчишки», – закрыв крышку гроба и отозвав его, темный бог вновь стал собираться в дорогу, в то место, что так идеально подходило для ритуала, и хоть у него больше не осталось помощников. Его магической силы хватит на то, чтобы сломить Фернандеса и заставить примкнуть к себе силой.

========== Глава 31 ==========

Поле битвы теперь действительно представляло собой некое огромное бардовое пятно, по которому перемещались куча насекомых, по крайней мере, так все выглядело с высоты птичьего полета. Предателем с самого начала оказалась та, кого так сильно боготворили в столице сумерек. Та, по вине кого теперь Странник и множество других детей ночи оказались в руках проклятого бога и его приспешников. Вампиров оттесняла нежить. Всадник с равнодушием наблюдал за гибелью собратьев нежити, ведь вампиров тоже можно было причислить к их виду.

Минерва же наблюдала за всем из далека. Она находилась на другом конце континента. Через свой особый магический шар она видела страдания своего народа и ни капельки не переживала. Феи так и не пришли на помощь и теперь, после того, как Зереф заполучил девятого хранителя, и Жерар исчез таинственным способом с поля боя, воины пали духом, посчитав своего командира трусом. Алия была мертва. Ее тело лежало у подножья холма, а ее внутренности с удовольствием поедали вороны и падальщики сегодня у них пир.

– Наблюдаешь? – позади вампирши послышался противный голос, что плавно переходил в шипение. Айла подошла к Минерве совершенно бесшумно. Она внесла в старенькую хижину тело убитого черного хранителя. И стала готовиться к обряду воскрешения. Для этого Банши была нужна помощь Минервы. Ведь, как никто другой лучше всех разбиралась в магии воскрешения, да и для самого ритуала нужна была кровь бессмертной, кем Минерва и являлась.

– Ты не вовремя, – накрыв шар темной тканью, Минерва устало откинулась на спинку кресла и слегка поморщилась от запаха мертвечины.

– Я же говорила тебе, что так и будет, – продолжала раздражать королеву детей ночи своим жутко противным голосом.

– Каково это, видеть, как умирают те, кого ты сделала лучше, с кем прожила, возможно, по одну сторону немало веков, а сейчас они, твои дети, ложатся костями не за что, просто по прихоти нашего господина. Ты даже предала свою госпожу, Минерва. А боги этого не прощают. Уверена, что и Алессия не простит тебя. Ты стала столь порочной, Минерва, что я даже… не знаю, могу ли я тебе доверить воскрешение своего принца.

«Стерва, ну что же, колкость за колкость», – Минерва улыбнулась, чуть ли не выдавив из себя эту улыбку.

– Почему ты решила сделать его своим? Ответь мне, Айла? Почему ты думаешь, что после того, как ты его воскресишь, он не предаст тебя, как твой прошлый возлюбленный, тот, кто вонзил клинок в твое сердце в твоей прошлой жизни?

Когда Банши уже собиралась наброситься на Минерву, а та вскочила с кресла и покрыла магией кинжал, что может убить нежить, неподалеку послышался гром. Сверкнула молния и посреди комнаты открылся портал из тьмы, что находилась внутри него, вышел Зереф.

– Девочки, сейчас не время сориться. Я не для этого собрал вас. Айла, отступи, Минерва, тебе тоже стоит успокоиться

Минерва тут же отпустила кинжал, а Банши отошла от стола к кровати, на которой теперь покоилось тело Роуга. Королева Ночи заметила, что проклятый бог один и, не став скрывать своего волнения, спросила Зерефа напрямую

– Где Жерар?

– Не волнуйся за него, я не причинил ему вреда, пока он нужен мне, ты ведь сама видишь, в каком я состоянии по вине кузины, – он показал ей изуродованную часть лица и слегка усмехнулся. – Сейчас я скорей напоминаю прокаженного, не так ли? Но не будем отвлекаться, я не для этого собрал вас здесь. Мы должны вдохнуть жизнь в Феникса и сделать его своим союзником как можно быстрей. Иначе эта девочка, моя кузина, может оставить нам еще больше неприятностей, а еще вы обе должны подготовить Жерара к переселению моей души.

– Но, владыка, ты ведь обещал, что не тронешь Жерара! – Минерва была против, но ее словно не слышали. Зереф как обычно проигнорировал ее трепетную речь о хранителе.

– Итак, приступим, – произнес Зереф, медленно подходя к кровати, на которой лежало тело Роуга.

***

– Куда нам теперь идти? – Мира сильно устала, девушка была вымотана. Они шли без отдыха уже несколько дней и ночей, то пробираясь через болота, то через чащи непроходимого леса. Она устало опустилась на ближайший дряхлый пень, что был покрыт мхом и грибком, и посмотрела на хранителя. Эвклиф и сам не знал, куда именно им податься, но интуиция, его шестое чувство, подсказывало ему, что им обоим следует двигаться в сторону гор, поближе к границе земель вечных Сумерек.

– Мы найдем твою сестру, но сейчас нам придется слегка отступить от своих планов и спасти Жерара. Я не верю Лексусу, и поэтому должен попытаться что-либо сделать, прошу тебя, доверься мне, я обязательно найду твою сестру, но сейчас… – Мира одарила его своей улыбкой, что так сильно нравилась хранителю. Вот только Стинг еще пока не был в курсе того, что он остался последним среди хранителей. – Давай сделаем привал, – он поднялся с корточек и, оглядевшись по сторонам, пытаясь вычислить по солнцу, где сейчас находится север и в какую сторону им идти дальше. – Если я не ошибаюсь, мы уже близко к землям Вечности.

– Вечности? Там ведь живут… – Мира была шокирована, узнав, куда именно они направляются.

– Вампиры, – закончил за нее Стинг и, тяжело выдохнув, добавил, – так и есть, мы идем к нежити, что по идее ни чем не лучше тварей, что служат Всаднику, но я слишком хорошо знаю Жерара, он вернется к своим. Его всегда тянуло к своим корням, а теперь, когда он стал одним из детей ночи, его тем более будет тянуть в столицу Сумерек. Послушай, я не могу просить тебя последовать со мной. Я мог довести тебя до любого города более безопасного, но сейчас идет война, Зереф ожил, нигде сейчас не безопасно, и оставлять тебя одну я не могу, поэтому тебе придется потерпеть мое присутствие еще какое-то время, – он усмехнулся и хохотнул про себя один раз, – я такой дурак веду себя как мальчишка, а ведь сам запутался и не знаю, во что верить, смешно звучит, но ты мне нравишься, и я чувствую ответственность за тебя и за то обещание, что я тебе дал… – Мира слушала его и улыбалась, она прекрасно его понимала. И даже не дав ему закончить, просто подошла и, взяв его лицо в свои руки, поцеловала. Это был легкий поцелуй почти невесомый, но все же вызывало в юноше мелкую дрожь и чувство жара, что обдало его с ног до головы.

– Я тебе верю и знаю. Что ты мне поможешь и не дашь в обиду, ты сможешь меня защитить, поэтому я пойду с тобой, – после чего Мира отступила на пару шагов, после чего осмотрелась и указав пальцем в сторону небольшой полянки произнесла. – А вот здесь можно будет разбить наш лагерь. Хотя бы на пару часов, и мы снова сможем продолжить путь.

Стинг прошел вперед, осматривая поляну боясь, что на ней, как и в прошлый раз, могут оказаться ловушки или призванные твари Всадника, но там, к счастью, ничего подобного не оказалось. Хранитель вздохнул с облегчением и дал знак Мираджейне, что тут безопасно и можно спокойно разбивать лагерь.

«Он не двенадцатый, а тринадцатый хранитель, он наш враг», – вспомнились Эвклифу слова Дреяра, но тот гнал прочь эти мысли, стараясь не думать о плохом. Он все узнает, когда они прибудут в столицу Сумерек, и когда он встретит там Фернандеса, обязательно потребует ответы на свои вопросы. А пока, он не будет думать ни о чем другом, как о том, как бы обезопасить девушку.

«Дреяр не так хорошо знает Странника, как я, или как его знал Роуг…» – при упоминании имени брата на глаза навернулись слезы, но юноша сдержал порыв жалости или скорби. Сейчас он плохо понимал, что именно чувствует, поняв, наконец, что брат умер и что теперь у него никого нет, кроме него самого.

«Нас осталось так мало, а может уже не осталось никого…» – от этой мысли стало как-то неуютно, и не по себе. Эвклиф старался не думать об этом и, собирая хворост для костра, он старался не углубляться в лес. Вернувшись с хворостом, юноша заметил, что девушки нет в лагере. И это его сильно обеспокоило. Он стал звать ее, но Мира не отвечала. Тогда он стал выискивать ее следы на влажной от выпавшего накануне тумана и вскоре нашел их, пойдя следом. А когда пришел, то замер, увидев юную целительницу совершенно голой, купающейся в озере.

В лунном свете Мираджейн выглядела просто обворожительно, и он застыл на месте, забыв совсем, что подглядывает и что это очень нехорошо с его стороны, а когда она запела, обмывая куском тряпки свои плечи, наваждение прошло, и Стинг додумался зайти за ближайшие кусты, чтобы не выдать свое присутствие. Голос девушки опьянял своей мелодичностью, а тонкий стан и упругая грудь, слегка набухшие соски, бледная, как мрамор, кожа, длинные мокрые прилипшие к спине волосы, что отливали серебром в лунном свете. Все это запросто могло свести с ума даже самого евнуха окажись он там, на месте Эвклифа. Юношу сразу же накрыло волной возбуждения и страсти. Стингу хотелось раздеться и присоединиться к ней, но юноша сдержал себя. Набравшись сил, он ушел обратно к лагерю, ожидая, пока девушка закончит купание и, приведя себя в порядок, вернется в лагерь.

========== Глава 32 ==========

Мевис осмотрелась. Благодаря своей астральной форме она могла спокойно перемещаться по полю боя, наблюдая за пиршеством смерти и воронья. Вампиры и нежить падали один за одним. Но трупы, только что сраженные, вставали вновь под властью некромантии, которой владел Всадник. Он поднимал как павших врагов, так и союзников, заставляя подчинятся своей воле, и это не нравилось Мевис. Она пересекла поле смерти и медленно проплыла к холму, на котором стоял Всадник, любуясь своими делами.

– То, что ты делаешь, противоречит законам природы, прекрати это сейчас же! – она остановилась напротив, но место ответа Всадник запустил в нее сгустком синего пламени, мертвого пламени.

– Ты враг моего господина, проклятая Мевис, я с радостью разберусь с тобой и принесу моему хозяину твою голову!

– Значит, ты не послушаешь меня, твои злодеяния не оставляют мне выбора, я остановлю тебя… – но тут Вермилилон заметила, как еще одна светлая сила, не узнать которую было невозможно, приближалась к полю боя.

«Лунный цветок, оставляю все на тебя, надеюсь, ты справишься и покажешь мне достойный богов бой», – подумала про себя богиня, и едва заметная улыбка тронула ее губы

– Боюсь, у тебя и без меня проблем хватает, – ответила она Всаднику и словно призрак стала таять на глазах нежити.

***

Эльза мчала коня во всю прыть, куда именно ехать она не знала. Но чувства и память вели ее правильной дорогой, и девушка словно знала заранее каждый поворот, каждую тропу, что обязательно приведет ее в нужное место, и там будет Жерар, она спасет его, как он до этого спасал ее. Она будет его оберегать. Ах! Сколько времени было потрачено, сколько моментов упущено, и все потому что она не помнила. Но сейчас ее память вернулась, и она знает, кто он, она помнит все. Даже то, чего не должна была знать или не присутствовала лично. В этом ей помог он, и она перестала в себе сомневаться, почувствовав внутри силу своей матери, с которой она могла бы спасти всех, по крайней мере, ей так казалось на данный момент.

Лес медленно редел, впереди виднелся небольшой уступ, над которым возвышалась тень, от нее исходил запах смерти и гнили, а еще холод. Девушке показалась знакомой эта странная фигура. Хоть она была уверена: они не встречались не разу. По крайней мере, в этой жизни точно.

«Кто это?» – чувство опасности сразу дало о себе знать, и девушка поняла, что не стоит так сильно гнать коня, она слезла с него, оставив его в нескольких метрах от уступа, и стала красться, собираясь застать человека, стоящего на уступе, врасплох, но ей как обычно не повезло, ветка противно хрустнула под ногой, и человек обернулся. От вида этого создания у Эльзы все похолодело – перед ней был Всадник, один из 12 демонов книги Зерефа, что некогда принадлежала Алессии, матери всех богов, в том числе и Зерефа. Отступать было некуда. Демон уставился на девушку своим неживым, полным мертвого пламени взором и был сильно удивлен, а может, даже рад такой встречи.

– Сегодня просто одно чудо за другим, вы прибываете все больше и больше. Поначалу светлая богиня, а теперь еще и ты. Сегодня удача и богиня мертвых действительно на моей стороне, – противный хриплый смех раздался из уст нежити. Он вынул свой меч и, приподняв его в жесте приглашения к бою, стал в боевую позицию. – Вижу, вам всем сегодня не терпится умереть от моей руки или просто помериться силами со мной, владыкой холода и ужаса, ночи, повелителем нежити. Надеюсь, ты не разочаруешь меня, как это сделала твоя предшественница, что сейчас уже кормит воронов там внизу, и повеселишь меня подольше.

– Уж поверь мне, я сама давно ищу встречи с тобой, – перед глазами девушки сплыли образы Каны и Локи, что плакал над телом ее лучшей подруги. Ненависть хотела уже взять вверх над разумом и захлестнуть девушку с головой, но Эльза нашла силы, чтобы сдержаться, вспомнив, что внутри него все еще может быть Грей Флибустер, наследник ледяного королевства и возлюбленный той ведьмы, что покоилась в гробу под замком нежити.

«Его еще можно спасти…» – словно нашёптывал сам ветер слова Эльзе. Теперь картинка сменилась. Она увидела темноволосую девушку, очень красивую, но явно ей до этого незнакомую. Видения менялись, девушка была то с Жераром, то с Греем, которого девушка узнала. Ведь в пещере ей открылось видение того, как наследник ледяной страны стал Всадником. Сама девушка была больше похожа на призрака и, как догадалась Титания, была уже мертва. Ее печальный взор был устремлён на дочь богини, а в глазах девушки можно было прочесть боль и надежду. Она сильно переживала, не зная, кого именно ей спасать, Грея или же рассказать о Жераре, что тоже сейчас сильно нуждался в ее помощи.

«Можно спасти лишь одного, но решать, кого, – мне», – Слезула прикрыла глаза, мысленно подалась чувствам, именно они еще держали ее здесь, на земле, не отпуская к небу, где, возможно, ей позволят переродиться. Выбрав из двух зол меньшее, так, по крайней мере, считала она, Слезула обратилась к девушке.

– Чтобы спасти Грея, тебе понабиться пронзить его грудь клинком света с моей слезой, возьми ее, Лунный цветок, но помни, что Всадник и Грей, их сознания сейчас переплетены, они как одно целое, страдают из-за той, что потеряли, Грей уверен, что это его проклятие из-да смерти брата, а теперь он уверен в этом на все сто, ведь Дождии и меня тоже больше нет рядом. Поэтому груз вины дает Всаднику подпитку к магии мертвых, и это дает ему право доминирование над телом и душой Грея. Поспеши, Цветок, времени у тебя практически нет, – она подняла свою голову к небосводу, откуда стала виднеться красного цвета луна.

– Что это? – Эльза не могла понять, что происходит, но ей это сильно не нравилось. Такую луну она видела лишь раз. Когда началась война богов, значит, от такой луны ничего хорошего ждать не стоит. Слезуле хотелось сказать Лунному цветку, что именно происходит, но тогда девушка не станет спасать Грея, а побежит искать Жерара, что находился где-то здесь внизу, сражаясь с нечистью.

«Прости меня, Жерар, но один раз я уже ошиблась, спасая твою жизнь, и вот к чему это привело, надеюсь, ты меня простишь», – после этого призрак добавил:

– Ты сама скоро, все поймешь, – и стал таять, оставив Лунному цветку одни догадки.

========== Глава 33 ==========

Рассвет познал,

Луна – слышит,

Никто не знает…

Нет жизни,

Нет горечи,

Нет сожалений…

Ветер медленно покачивал цепи, от легкого еле ощутимого сквозняка Жерар стал приходить в себя. Он был скован цепями и распят в виде знака «Х» в незнакомом месте. Точнее он так думал, на самом деле это был тот самый монастырь Красной розы, вот только из башни это было видно плохо, пробитая крыша, на которой сидел черный ворон и время от времени каркал, был единственным существом, с которым Жерар мог говорить долгими часами одиночества. Но Жерар уже не боялся смерти или тех мук, что ему предстояли. Он был готов к этому еще с того момента, как принял решение во что бы то ни стало уберечь Эльзу от смерти.

– Теперь уже не важно. Она в безопасности, их битва не состоится, и она не умрет. Ей не придется перерождаться вновь. Она проживет долгую жизнь и будет счастлива. Я уверен, она найдет еще свою любовь, а я…

– А ты останешься здесь или только в ее памяти, – сзади раздался до боли знакомый голос, от которого Фернандес вздрогнул.

– Минерва?! – Жерар пытался посмотреть назад, но сделать это было очень сложно.

– Мой милый Жерар, мой сын, прости меня, я предала все, что мне было так дорого, – она обошла его и прижалась к его груди, глотая горькие слезы.

– Это не ты, это все Зереф, он лезет в мою голову, пытаясь меня сломить, боже. До чего коварно использовать образ тех, кого нет, кто умер, но остался тебе дорог, как низко ты пал! – Жерар не верил, что перед ним Минерва, он смеялся и считал женщину миражем навеянным темным божеством, чтобы сломить хранителя.

– Вот как, считаешь, я нечестно играю….– Зереф подошел следом и схватил девушку за волосы. Минерва вскрикнула.

– Смотри, Жерар, она не мираж, а вполне живая, вот только она действительно предала вас всех, включая тебя, – после этих слов темное божество отпустило девушку, толкнув ее в сторону хранителя.

– Что… – Жерар посмотрел на нее с непониманием и удивлением, что резко стало сменяться в глазах вампира болью.

– О да. Теперь ты знаешь, что твоя госпожа ночи и предводительница всех вас просто струсила умереть. Это произошло здесь… где-то здесь. В этих стенах хотя нет, дорогая Минерва. Покажи ему место, где именно ты просила пощады и где именно пометила юного хранителя, что теперь стал преданным моим слугой.

– Не может быть, это… это что, орден, я в ордене?!

– Да, мой милый Жерар. Добро пожаловать домой! – после этих слов темное божество щелкнуло пальцами и исчезло, а вместе с ним исчезли и оковы что сдерживали вампира. Он ухнул на пол, на колени, опираясь ладонями о грязный каменный пол, все еще не веря в происходящее. Минерва отползла в дальний угол и, обняв свои колени двумя руками, горько заплакала. Понимая, что сейчас она причинила Фернандесу ужасную боль.

– Ты предала нас?

– Прости, я… – ее рука слегка коснулась его плеча… И вампир тут же отстранился от нее.

– Не прикасайся ко мне! Почему, Минерва, за что? За что ты предала нас, я повел твой народ в бой против Всадника, надеясь, что мы победим, пусть и не самого Зерефа, но его приспешников. Там была Алия, ты знаешь, что твоя дочь погибла от рук этого демона. Я видел это в видении и видел это в жизни, мне было не страшно умирать, но я никогда не хотел видеть твою смерть, смерть Эльзы и Алии, вы самое дорогое, что у меня есть, а теперь я узнаю, что ты жива и что предала нас. Значит, ты видела. Ты видела все и пряталась от меня, скрывала свое присутствие, чтобы я не нашел тебя. Да?

– Жерар, я… так виновата, я просто не хотела умирать. Я боюсь смерти, боюсь умереть. Я служила когда-то в храме жрицей и служила я матери Зерефа, святой Алессии еще до того, как была война. Однажды к нам прислали священника, что мог общаться с богиней напрямик. Он узнал о моем даре предвидения и захотел забрать его себе. Он был магом и мог преспокойно отобрать у меня дар. Но его поймали прежде, чем он смог навредить мне. Он был изгнан, и боги обрекли его на вечное скитание за такой поступок, а потом пришла тьма. Он нашел древних существ, что звались вампирами, и направил их в наш храм. Тая стала вампиром. Но Алессия не отвернулась от меня, а наоборот, позволила остаться и служить ей дальше. Тех древних богиня поймала и запечатала в гриммуар, что теперь именуется книгой демонов Зерефа. Лишь я осталась не тронутой. Но в силу проклятия я была вынуждена, как и те древние создания, питаться кровью обычных смертных. Тогда Алессия позволила мне обосновать свой город и брать часть людей в себе подобных, но только с тем условием, что их мотивы не будут корыстны, и душой и телом они будут чисты. Я была ей верна очень долго и, когда повстречала тебя, я просила у нее разрешения на твое обращения, потому что знала, какой богине ты служишь. Но я влюбилась в тебя с первого взгляда и не могла отпустить. И она даже здесь не оставила меня, она дала свое согласие и благословила меня на твое обращения, но попросила кое-что взамен. Она дала мне кристалл с ее кровью и сказала, чтобы я обратила тебя с ее помощью, – Жерар слушал рассказ Минервы молча, лишь иногда хмыкая про себя, он сидел у дальней стенки и даже не смотрел в сторону вампирши, что стояла неподалеку и продолжала рассказывать свою историю.

– Я тогда еще не знала, что она задумала. Лишь потом я заметила, в ту ночь, когда мы переспали в этом монастыре, я поняла, что она была в ту ночь в тебе. Она вселилась в тебя в момент обращения, и все это время она ждала момент, чтобы убить Зереф, или воскреснуть самой через вашу связь с Цветком. Прости меня, я так виновата перед тобой, если бы можно было все исправить, я… – она подошла к нему и присела на корточках пытаясь прочесть во взгляде все, что происходило на душе у Странника.

– Не надо пылких речей или пустых обещаний – ты выбрала сторону, теперь ты будешь жить вечно, я не виню тебя, каждый из нас боится смерти, и лишь единицы способны перебороть этот страх и шагнуть в пропасть добровольно. Надеюсь, после того как Зереф получит мое тело, он отблагодарит тебя, ведь его щедрость не знает границ.

– Жерар! Прошу, перестань, не говори так, я не могу слышать этого, я… я спасу тебя. Я не дам этому случиться!

– Хм… – улыбка, полная обреченности, появилась на устах молодого человека, – спасешь? – он посмотрел на нее с презрением и грустью, в его взгляде можно было прочесть некую обреченность.