Текст книги "Мастер Трав II (СИ)"

Автор книги: Ваня Мордорский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 19 страниц)

Глава 19

Не знаю…так с ходу не мог придумать имя. В голове проносилось разное: от человеческих имен до животных, и я внутренне понимал, что ни одно из них не подходит лиане – ей нужно было что-то особенное. Именно поэтому решил дать себе денек «на подумать».

После мыслями я вернулся к рассказу молодых сборщиков из Серой Гряды о движущихся горах, каменных червях и Алых Разломах… Мир оказывался намного более разнообразным и сложным, чем я себе представлял. Он явно был уникален не одним Зеленым Морем, и больше напоминал целые куски «стихийных зон», где текла другая жива – стихийная… Это меняло многое в моем восприятии мира: раньше я думал, что эта лесная жива все-таки универсальна, а выходило, что нет. Осталось узнать о каких местах я еще не знаю. Алые разломы, очевидно, были центрами стихии огня, а горы – стихии камня. Скорее всего, сами места каким-то образом меняли под себя живу. Возможно там мальчишка, слушающий камни, был бы как дома…

Их рассказы заронили любопытство, которое хотелось поскорее утолить. Я уже заметил, что большинство простых жителей поселка жило здесь и сейчас, и знали больше о мире только охотники и торговцы, с которыми я сейчас общаться не мог, зная их отношение к Элиасу. Да и, честно говоря, времени на разговоры на этой неделе банально не было: я только и делал, что пытался научиться варить, управлять Даром, тренироваться и ходить в лес. И всё это сжатые сроки! А после старой, размеренной и спокойной жизни эта была сверх насыщена количеством событий на один день. И это было…прекрасно!

Я углубился в ту часть Кромки, где, видимо, редко бывали сборщики, следуя по едва заметной тропе. Здесь было значительно спокойнее, и только шелест листвы да перекличка птиц нарушали лесную тишину. Здесь росли в основном обычные деревья без особых свойств или ценных плодов – уж это я определить теперь мог быстро. Именно поэтому место оставалось нетронутым – тут даже живы было меньше, что сильно ощущалось.

Минут через десять я нашёл то, что искал: небольшой пень, оставшийся от давно срубленного дерева. Идеально.

Я остановился и мысленно обратился к лиане:

Выходи.

Корзина шевельнулась. Из-под грибов показалось гибкое зелёное тело, осторожно выползающее наружу. Лиана обвилась вокруг моей обмотанной тряпкой руки и я почувствовал через нашу связь что-то похожее на вопрос.

Здесь будешь ждать, – передал я ей образ пня и ощущение укрытия.

Укрытия надо было менять, мало ли что? Если тот придурок следил за мной, то мог заметить и проверить мое старое укрытие неподалеку от Кромки, а терять лиану я не хотел. Попробуй еще второй раз приручи такое полезное хищное растение? Кроме того, это место находится поглубже от троп, и лиана не навредит сборщикам. Правда, у нее и так был приказ «не вредить людям», но кто знает, насколько точно она будет выполнять его на расстоянии?..

Хорошо, – одобрил я. – Охоться на мелкую добычу, но не нападай на людей. Жди, пока я не позову.

Мне в ответ пришла волна понимания (или того, что у лианы заменяло понимание) – она приняла мои условия.

Я двинулся обратно к дому.

Обратный путь занял больше времени, чем я рассчитывал. Частично потому, что я шёл медленнее, погружённый в размышления. Я так увлекся мыслями о других «зонах» этого мира, что не сразу заметил, как изменилось мое состояние: голова слегка кружилась, и я только сейчас обратил на это внимание.

Я остановился и прислушался к своему телу – обычно после Анализа слабость проходила довольно быстро.

Именно тут пришло осознание своей ошибки: меня сбило с толку сообщение системы о том, что улучшение физического состояния увеличит количество применений Анализа. Это было так, но это было не всё.

Головокружение после Анализа, слабость, боль в висках… Я всегда списывал это на истощение тела, на некую физическую усталость, подобную той, что возникала у меня после использования живы для усиления. И тут я понял – Откат. И у Анализа был такой же откат, вот только бил он по мозгу.

Очевидно ведь, что система должна откуда-то брать энергию и «вычислительные мощности», и именно для этого ей нужен носитель – человеческий носитель. И система каким-то образом использовала мой мозг для проведения Анализа.

Анализ – это ведь обработка информации, причем огромного объёма незнакомой информации. Система сканировала объект, извлекала данные о его структуре, свойствах, составе, потенциальных опасностях и… что? Просто выдавала мне результат на блюдечке? Нет. Она использовала мой мозг как процессор, вытягивая из моей памяти (и памяти Элиаса) все возможные знания, сопоставляя их, анализируя и синтезируя новую информацию.

Почему Анализ вызывал такую сильную боль? Наверно это была своеобразная перегрузка нейронных связей из-за того, что мозг Элиаса (точнее теперь мой мозг) был просто не приспособлен к такой нагрузке. Поэтому я и не мог использовать Анализ больше четырех-пяти раз в день и выше этих пяти применений Анализа система, видимо, ставила сама себе ограничение, иначе бы был просто поврежден мой мозг. Вот по этой причине Анализ и был урезанный – мозг не был готов принять нагрузку «полноценного» анализа.

И это объясняло ещё кое-что – Базу знаний. Тот огромный массив информации о растениях, который система загрузила в меня во время теста. Я помнил его, но не полностью – это я понял еще пару дней назад. Информация из него постоянно ускользала, расплывалась. Я думал, что дело только в моей памяти и нужно постоянно повторять и воспроизводить его мысленно… Но нет, с моей памятью было всё в порядке, причина была проще – и снова мозг Элиаса.

Это было как пытаться залить озеро в чайную чашку: вода переливалась через край. Мой разум должен был справиться, но не разум Элиаса, который не привык к обучению сложным задачам.

Следом за этой мыслью вспыхнуло осознание – вот откуда потеря памяти! Возможно, не будь во мне этой огромной «базы данных», то и доступ к воспоминаниям Элиаса не был бы фрагментарным. Выходит, что я сам и вытеснял эти воспоминания, оставляя только главные, основные.

Я сел на небольшое поваленное дерево, пытаясь понять чем это грозит и что с этим делать.

Сейчас я балансировал на грани, пытаясь удержать и архив системы и память Элиаса, которая была мне полезна. Но долго так продолжаться не могло: скоро одно начнет окончательно вытеснять другое, и, скорее всего, если я продолжу тренироваться вспоминать свой архив, это будет вытеснять одно воспоминание Элиаса за другим. Вот почему я за эти дни никак не мог вспомнить название Королевства, в котором оказался.

Я начал напрягаться. Ну не мог Элиас не знать таких банальных вещей, а значит, где-то эта информация должна быть, нужно просто поискать (если я, конечно, ее уже не вытеснил).

В глазах потемнело, но через секунд двадцать в голове всплыло название «Янтарный Оплот» – именно в честь королевства и был назван этот поселок. Однако, вместе с этим воспоминанием, я ощутил как ускользает какое-то название, какого-то растения, которое я знал.

Я стиснул зубы. Неприятно. Как балансировать на этой грани?

Физические тренировки, которые я проводил с Грэмом (закалка, бег, упражнения) косвенно помогали. Здоровое тело означало лучшее кровоснабжение мозга и больше энергии для ментальной работы. Но этого было недостаточно.

Мне нужно было тренировать сам мозг, ведь это пластичный орган – он развивается, когда его тренируют. А я пока не сильно этим утруждался. Нужно научиться писать, найти того человека, который этому обучит и… возможно пора вспомнить что-то сложное из своего мира, математику например и не только.

Если моя теория верна, то каждый новый навык, или освоенная область знаний будет увеличивать «ёмкость» моего мозга, создавая новые нейронные связи. И со временем я смогу использовать Анализ чаще и с меньшими последствиями. Пять раз в день было недостаточно. Мне нужно больше, потому что даже сегодня я уже просто не в состоянии оценить найденные предметы, так как всё, резерв мозга закончился. Это не говоря уже о том, что та же Оценка тоже требовала «ментальные силы», просто меньше. Значит в день, когда я применяю пять раз анализ, с варкой уже ничего не выйдет. Либо придется варить без оценки. Может и полезно, но в таком случае нужно развивать собственное понимание «качества».

Я задумался… А может и надо? А то постоянно полагаться на оценку как-то глупо. Как будто мне протянули костыль, а я его за него ухватился, да так и не выпустил. Говорил же Грэму, что определяю состав «на нюх». И ведь он сам делал так – на запах определял качество моих отваров (как и Морна, кстати) – только у них это результат опыта и сотен «перенюханных» отваров, а значит, и я смогу развить что-то подобное.

Я глубоко вдохнул, ощущая, как головокружение постепенно отступает. Организм восстанавливался. Медленно, но восстанавливался.

Осталось теперь делать то, что задумал.

Когда я вошёл во двор, Грэм сидел на крыльце, всё так же поглаживая Шлёпу. Гусь, видимо, окончательно успокоился и теперь дремал, изредка приоткрывая один глаз, чтобы убедиться, что всё в порядке.

– Ну что, – окликнул меня старик, – были проблемы?

Я покачал головой.

– Никого не видел. Встретил только группу молодых сборщиков, мы поболтали немного. Никто за мной не следил.

– Или ты не заметил. – хмыкнул Грэм.

– Ну или это, – согласился я.

Корзина тяжело давила на плечи, так что я быстро занес ее в дом и с облегчением вздохнул. К нагрузкам еще нужно привыкать. Правда, грибов набрал я действительно много – и на еду и на варку хватит. И, похоже, скоро тут всё пропитается «грибным духом».

Грибы пока не доставал, решил начать с более ценных трофеев. Достал свертки с живицей, плотно завернутые в листья, и положил на стол, затем туда же выложил куски смолы со «сокровищами» смолячка.

Именно в этот момент в комнату вошёл Грэм. Он остановился в дверях, глядя на стол.

– Опа… А это что за чудо? – спросил он, указывая на янтарные куски.

Я обернулся.

– Да решил углубиться в Кромку, – ответил я, – и наткнулся на одно любопытное место. Там были мертвые поваленные деревья, но из них всё ещё сочилась свежая смола.

Грэм нахмурился.

– Поваленные деревья? Где именно?

Я описал ему маршрут как мог, но ему и этого хватило.

– Далековато забрался, – заметил Грэм, – Я знаю это место, но никогда тебе о нём не говорил, так как там ничего ценного не растёт: ни трав, ни грибов, которые стоило бы собирать.

– А деревья? Почему несмотря на то, что они «мертвые» из них всё равно течет смола?

– Смоляные мертвецы, – ответил старик, – Тут я не скажу тебе точно, потому что никто толком не знает, почему они продолжают выделять живицу после смерти. Некоторые говорят, что в них застряла часть живы, которая не может выйти наружу иначе, вот и продолжают они выделять смолу… Но правда ли это – никто не знает. В лесу хватает аномальных зон, как и странных растений, которых не должно быть.

Я задумался, а не случайно ли вокруг тех поваленных деревьев не было ничего ценного – может эти мертвые деревья «вытягивают» живу из окружающей их территории? И причина именно в этом?

– Я тоже не заметил там ценных растений, – согласился я. – Зато решил набрать живицы. Подумал, может пригодится. Хочу попробовать использовать в мази, может выйдет лучше той «каши», что я намешал.

Грэм подошёл ближе, взял один из свертков, развернул край и понюхал, с удовольствием втянув в себя запах живицы.

– Хорошая живица, – пробормотал он. – Свежая, с живой. Ощущается…

– Да, я тоже это почувствовал, – кивнул я. – А ещё… вот что нашел.

Я указал на куски смолы с «замурованными» предметами.

– Наткнулся на что-то вроде схрона прямо в дупле одного из стволов. Всё было залито застывшей смолой, как в янтаре.

Грэм взял один из кусков и поднес к глазам. Внутри янтарной массы виднелись медные монеты.

– Смолячок, – сказал он, и на его лице появилась улыбка. – Ну надо же…

– Смолячок? – переспросил я, изображая удивление. – Там никого не было.

– Или ты просто его не видел, – хмыкнул Грэм, – Его непросто заметить. Мелкая тварь, похожая на ящерицу, ворует всё блестящее и складывает в смоле. – Грэм повертел кусок в руках. – Найти схрон смолячка у нас, охотников, считалось хорошей приметой, к удаче.

Он взял другой кусок – тот, где виднелся кристалл живы, и глубоко вдохнул запах смолы.

– Давненько я не натыкался на схроны смолячка… – В его голосе звучала ностальгия. – Помню, в молодости я нашел схрон у самой Хмари. Там было кольцо с камнем – я продал его потом за три золотых. Целое состояние по тем временам. Для меня, тогдашнего, конечно. Эх…было время…

Он вздохнул, а я указал на кусок смолы с кристаллом живы внутри.

Грэм присвистнул.

– Неплохо, неплохо… Кристалл мелкий, но целый. Можно считать, что повезло. Если достать осторожно, и не расколоть случайно, то кое-чего он будет стоить.

Старик снова взял один из кусков смолы и покрутил его в пальцах, разглядывая застывшие внутри предметы.

– Что ещё было в схроне? – спросил он. – Кроме кристалла и монет?

Я на секунду задумался, прикидывая, стоит ли говорить правду. Потом решил, что да – скрывать бессмысленно.

– Там были серьги и кольцо, – ответил я. – Но я не рискнул их брать.

Грэм застыл и посмотрел на меня с одобрением.

– И правильно сделал. – сказал он. – Некоторые вещи лучше оставить там, где нашёл. Серьги, кольца, медальоны – всё это чьи-то потерянные вещи. Иногда очень дорогие или памятные. Если начнёшь такое продавать, то сразу возникнут вопросы: «Откуда взял?» или «Где украл?». Особенно с твоей… прежней репутацией. Хоть тут ты проявил предусмотрительность. Найди ты их не один, а в компании – тогда другое дело. Нет, конечно, всегда можно продать такие вещи за меньшую цену бродячему торговцу, но лучше бы не надо.

Что ж, хоть в этих мыслях мы с Грэмом сошлись.

Я указал на кусок смолы, в котором виднелся флакон из тёмного стекла.

– А вот это хотелось бы достать осторожно, чтобы не повредить.

Грэм взял кусок, повертел его, слегка встряхнул. Внутри флакона что-то глухо булькнуло.

– Целый, – констатировал он. – Смола его хорошо сохранила. Повезло. Думаешь определить состав?

– Надеюсь. Вдруг там что-то полезное?

Старик помолчал, разглядывая флакон сквозь янтарную толщу смолы.

– А как именно происходит это твоё… определение? – спросил он наконец. – Ты говорил про запах, но я так и не понял до конца.

Я чувствовал, что задает вопрос он не просто так. Снова пытается понять где и в чем я вру, при этом как бы не пытаясь уличить во лжи. Что ж… придётся снова балансировать. Уже дважды за день он меня «допрашивает».

Глава 20

– Когда я концентрируюсь на запахе зелья, по-настоящему концентрируюсь… – начал я медленно, – происходит что-то странное: запах словно разделяется…

Грэм слушал внимательно, не перебивая.

– Я начинаю различать отдельные ингредиенты, – продолжил я. – Узнаю их по запаху, если раньше с ними сталкивался. Дар как-то помогает в этом процессе: я чувствую, как он активируется, как будто направляя моё восприятие и усиливая его в определенном направлении. Это сложно описать… Больше похоже на интуитивное использование, когда достаточно захотеть – и он срабатывает.

Я помолчал, а потом продолжил.

– Но это требует сил: каждый раз, когда я пытаюсь «разложить» зелье на части, на меня накатывает слабость. Голова кружится, а в глазах темнеет. Иногда слабость сильнее, иногда слабее – это зависит от сложности зелья. Поэтому я не могу использовать это определение часто.

Грэм почесал бороду.

– Любопытно… – протянул он. – Выходит, это «определение» требует сил? Не просто концентрации, а именно сил? Не живы?

Тут я застыл… живы? Дар ведь должен работать на живе? Это логично в миропредставлении Грэма.

– Живы тоже, но не только её – это будто бьет по мозгам, – кивнул я. – И чем сложнее состав, тем сильнее откат.

– Хм… прямо как после использования усиления? – уточнил Грэм.

– Вроде того.

Старик задумчиво посмотрел на меня.

– Так вот как ты договорился с Морной, – сказал он медленно. – Ты помог ей определить состав какого-то зелья?

Я кивнул.

– Да, так и было. Я помог ей определить состав одного важного для неё эликсира. В обмен она согласилась помогать мне добывать ингредиенты, которые мне самому пока не по силам. А я буду варить для неё более сложные зелья.

Грэм откинулся назад, явно впечатлённый.

– Морна согласилась добывать для тебя ингредиенты? И не разово, а постоянно? – переспросил он с недоверием.

– Мы как будто поладили, – ответил я.

– Это… очень неожиданно. Убедить Морну добывать что-либо – непростая задача. Она не любит выполнять чужие просьбы, особенно если дело касается походов в глубину.

– Она хорошая женщина. Просто… сложная. – неожиданно для самого себя добавил я.

Грэм пристально посмотрел на меня, а потом внезапно негромко, но искренне рассмеялся.

– «Хорошая женщина»? – переспросил он, всё ещё посмеиваясь. – Уж не понравилась ли она тебе?

Я почувствовал, как кровь приливает к щекам. Чёрт! Тело Элиаса – подростковое тело, реагировало быстрее, чем я успевал контролировать. И как это вообще контролировать, если я даже подумать не успел? Позор!

Грэм заметил моё смущение, и его лицо стало серьёзным.

– Элиас, – сказал он, и в его голосе не было и тени насмешки. – Будь осторожен с Морной, это не шутка.

– Да я ничего и не…

Закончить старик мне не дал.

– Морна может воздействовать на людей. Это не шутка и не преувеличение, её Дар «треснул» при пробуждении, это ты знаешь. Но это не просто физические изменения (когти, клыки, глаза) – её Дар влияет и на людей вокруг неё. Особенно на мужчин.

– Влияет как? – спросил я, хотя я уже прекрасно знал ответ.

– Запах или что-то похожее. Она может… привлекать. Делать так, чтобы люди хотели быть рядом с ней, защищать её, угождать ей. В ней слишком много звериного, и эта часть работает постоянно, даже когда она сама этого не хочет.

Я вспомнил свой первый самостоятельный визит к Морне и то странное ощущение притяжения, которое я списал на её необычную внешность. И как оно исчезло, когда я попросил её прекратить.

– Я уже что-то такое ощущал, – признался я. – Но попросил её остановиться – и она остановилась.

– Может потому, что ты молодой, тебе и проще пришлось. Обычно взрослые Охотники, которые приходили к ней, были…кхм…не так сдержанны. – покачал он головой. – А уж отпор она может дать любому. Ее скорость даже быстрее моей в лучшие годы. Так что всегда помни, Элиас, даже если она тебе нравится – это просто ее воздействие, а не настоящие чувства.

Я понимал, что в чем-то он прав, но было и отличие: при последнем посещении я точно смог отличить воздействие на себя и собственные мысли-чувства – это невозможно спутать.

– Да, я понимаю. – кивнул я ему, соглашаясь.

– Надеюсь. – ответил он. – Просто будь осторожен. Она не враг, но и не безопасна. Да, я сам тебя с ней познакомил, но я надеялся, что она будет контролировать свое воздействие при тебе. Надо было сразу предупредить, но я почему-то подумал… А, ладно, неважно. Просто помни: ты можешь думать, что контролируешь ситуацию, но на самом деле она будет контролировать тебя.

Я уже пожалел, что сказал ему, что ощущал это воздействие.

– Да понял я!

– Ладно.

Он отвернулся, давая понять, что тема закрыта и продолжил разглядывать мои «трофеи». Первый раз видел его таким заинтересованным.

Я же решил воспользоваться моментом и сменить разговор.

– Дед, – начал я, – я сегодня встретил в Кромке пришлых сборщиков, о которых говорил.

– И?

– Они сказали, что прибыли из Серой Гряды, перед Каменным Поясом.

– Ну и что, добыли хоть что-то те горемыки?

– Не особо, – усмехнулся я. – Выглядели вымотанными, но добычи что-то не наблюдалось.

Грэм хмыкнул, как бы имея в виду, что другого от них и не ожидал.

Я решил всё же попытаться выспросить у Грэма то, чего не успел у них.

– Скажи, а ты бывал там? Они рассказывали про движущиеся горы, каменных червей… Там всё так и есть? Я сначала подумал, что они мне врут – ну как это горы могут двигаться?

Грэм кивнул.

– Я бывал там пару раз. Тебе не соврали: часть гор там действительно движется, они называются Блуждающие. Но место, честно говоря, паршивенькое, особенно после Зеленого Моря. Везде пыль, скалы и вечная тряска – совсем другая жизнь. Суровая, я бы сказал.

– А можешь рассказать больше? Я просто ощутил себя идиотом, когда они рассказывали мне всё это. Я ведь никогда не интересовался той частью земель, и многое для меня было…новым.

Грэм на мгновение задумался, словно решая с чего начать, а затем устроился поудобнее на стуле и указал мне на второй стул.

Я послушно сел.

– Серая гряда… – задумался он, – Они не относятся к нашему королевству.

К Янтарному Оплоту, – мысленно добавил я.

– Далековато туда ехать…не одну неделю. Каменный пояс – это не просто горы, это отдельный край. Я бы даже сказал «вольный край». Вообще-то они вроде как и часть нашего королевства, но так считают только у нас. На деле там правит Рудный Трон и у них свои законы, власть и порядки.

– Рудный Трон?

– Совет горных кланов, – объяснил Грэм. – Старейшие семьи рудокопов и кузнецов. Они когда-то отделились от нас, даже не знаю сколько поколений назад. Было что-то вроде войны, потом замирение, торговые договоры… Так что они хоть и называют себя Рудный Трон, но трона там как раз таки и нет. Они глотки друг другу перегрызут, но короля не выберут никогда.

Я кивнул внимательно слушая.

– Эх… А я ведь тебе когда-то это в детстве рассказывал, когда ты был еще мальцом, но ты, правда, не слушал, – вздохнул Грэм, – А вообще…из наших мало кто бывал там. И мало кто знает их быт и как они живут.

– Почему? Ты же был там несколько раз, сам говоришь.

– Так то я, – отмахнулся Грэм, – Туда и пускают не всех – нужно иметь разрешение или поручительство.

– А как ты туда попал?

– Охотничья гильдия, – ответил Грэм. – Мы тогда выполняли заказ для одного из кланов: нужен был редкий ингредиент, который рос только в предгорьях, уже не помню какой. Главное нас пропустили и даже помогли. Сами они не справлялись.

Он почти на минуту умолк, глядя в стену и одновременно куда-то вдаль, в свои воспоминания.

– А жива? Они сказали, что жива у них другая. Что это значит? Я не совсем понял.

– Потому что это сложно объяснить. – вздохнул Грэм, – Это можно только ощутить. Она как бы тяжелее…медленнее. У нас жива лесная – такая, что всё вокруг растет в изобилии. А еще у нас она буквально в воздухе, а у них – нет. Ее мало и она другая, они называют её «земельной» или «каменной». Кроме того, у них в скалах формируются силовые кристаллы живы, которые еще называют «твердая жива».

– Твердая? – переспросил я.

– Да. Помнишь камень определения? Так вот он сделан именно из такого кристалла. По сути это застывшая в природном кристалле жива. Поэтому из нее делают артефакты. Ну и обычно там же, в Гранитном, их столице, их и зачаровывают.

Я застыл, размышляя об этой новой информации. Теперь картина мира становилась чуточку полнее. Хорошо, что Грэм оказался в хорошем настроении и начал предаваться воспоминаниям.

– Они рассказывали, что их столица – это огромный город, вырубленный прямо в гигантской скале. Не соврали? – спросил я.

– Ни капли, – ответил Грэм, – Не просто город, Элиас, – это город-крепость. Думаю, потому наши ее в свое время и не отбили: невозможно взять, слишком много людей поляжет. Мрачное местечко, я бы в таком жить не смог, постоянно тучи и серость, и частые дожди. Но красивое…

Я слушал старика и не понимал, он за эти горные кланы или против? Или ему вообще безразличны дела давно минувших дней? Но мне уже было интересно взглянуть на целый город, вырубленный в скале.

– А тамошние охотники? Чем-то отличаются от наших? – спросил я.

– Уууу…. – протянул Грэм и как-то довольно улыбнулся, – Сильные, очень сильные. И здоровые.

Он усмехнулся и потёр кулак.

– У них не только своя особая закалка, но и невероятная плотность тела. Уж я это испытал на своей шкуре. Повздорил как-то с одним из них, так у меня было ощущение, что я бью по металлу. Они не просто закаляют тело, они его каким-то образом уплотняют, делают тяжелее и крепче. Можешь не спрашивать как – не знаю. О таком они не рассказывают.

– Интересно… – пробормотал я.

Совершенно другой подход к использованию живы: не усиление скорости и силы, как тут, у местных охотников, а увеличение плотности, массы и прочности. Это заставляло задуматься о природе живы как таковой.

– А каменные черви? – спросил я. – Что это за существа?

– А-а, черви… – Грэм поёжился. – Огромные твари, живущие под землей. Они прогрызают камень как мы с тобой мягкий хлеб, обрушивают шахты, подкапывают фундаменты домов, а иногда и целые улицы. Жутко проблемные твари.

Он сделал паузу.

– Меня пригласили на охоту, когда я там был – у них это традиция. Если приезжий хочет, чтобы их охотники его признали охотником, то он должен участвовать в охоте на червя – доказать свою силу и храбрость.

– И как это было? – с искренним интересом спросил я.

– Жутко, – честно признал Грэм. – Представь себе тварь длиной в двадцать шагов, толщиной с хороший дом. Чешуя как у рыбы, только каменная, а пасть – это просто дыра с рядами зубов, которые крошат гранит как песок.

Он покачал головой.

– Мы его загоняли два дня, потом ещё полдня добивали… Потеряли троих охотников, и это считалось удачной охотой.

Он вздохнул.

– Как наше Зелёное Море центр добычи растений и живых ингредиентов, так Гранитный центр добычи редких руд и силовых кристаллов. Если бы не это, думаю мы бы их легко вернули. Но увы, у них есть чем торговать: нам нужна их руда и кристаллы, а им наши травы и эликсиры. С этим у них туго.

– Понятно, – сказал я, – Теперь ясно почему эти сборщики радовались каждому растению и дереву.

Грэм расхохотался.

– Да, они все такие. Мы-то их пускаем к себе. И это они еще нашу столицу не видели.

Я застыл. Элиас ведь тоже не видел.

– Эх…хотел бы я ее снова увидеть, перед…кхм.

Он явно хотел сказать «перед смертью», но посмотрел на меня и сдержался.

– В общем, хотел бы, – добавил он.

– И красивая она? Столица? – спросил я без задней мысли.

Вместо ответа старик вывел меня на улицу и указал на виднеющееся далеко вдали огромное Древо Живы.

– Столица построена вокруг потухшего Древа Живы. Такого же огромного как-то, на которое я показываю.

Я мысленно присвистнул, а потом спросил:

– Потухшего? Не мертвого?

Грэм покачал головой.

– Нет, я не оговорился – это не Чернодрево. Это… другое – Потухшее Древо. В нём нет вообще никакой живы, но оно не гниёт и не разрушается. Огромное и совершенно пустое, оно просто стоит.

Он замолчал, глядя на Древо.

– Я был в столице лишь раз, – продолжил он. – Давно, ещё молодым. Но никогда не забуду это зрелище. Представь себе Древо Живы и город, раскинувшийся у его подножия. Улицы помещающиеся между его корнями, площади, и серебристо-белый ствол без единого листа вздымающийся до неба. В этом что-то есть, что-то вечное.

– И никто не знает, почему оно потухло? – спросил я.

– Нет, но все ждут, что оно однажды проснется.

Он снова вздохнул, уже как-то по-настоящему грустно.

– Ладно, что-то я разболтался. Воспоминания…пойду-ка лучше сорняки полоть.

И ушел.

А я стоял и смотрел на древо, представляя себе город у его подножия. Да уж, на это стоит посмотреть. Но сначала грибы.

Я вернулся в дом и сел за стол. Было время подумать, так что я вызвал перед внутренним взором рецепт зелья, который узнал благодаря Анализу.

[Большой Эликсир Восстановления

Качество исходного образца: Отличное (78%)

Ингредиенты:Корень Королевского Живокоста, пыльца Звёздного Папоротника, кристаллизованная Роса Рассветных Трав, листья Сияющего Плюща.]

Да уж, ингредиенты непростые. Но ничего невозможного.

* * *

Солнце клонилось к закату, когда Гарт устроился на поваленном стволе у самого края Кромки. Это было его любимое место: достаточно далеко от поселка, чтобы никто не мешал, но достаточно близко, чтобы не беспокоиться об опасностях из глубины леса.

Рядом с ним на траве сидел Малк – жилистый парень с короткими тёмными волосами и вечно настороженным взглядом. Он был из семьи охотников, младший сын, и сам собирался стать охотником, когда его Дар достаточно окрепнет.

– Ну что, – спросил Гарт, не глядя на приятеля, – Проник внутрь дома?

Малк отрицательно покачал головой.

– Гарт, я сразу сказал, что никуда проникать не буду. Если б дверь была открыта, заглянул бы, но не более.

– Пффф… – фыркнул Гарт, – Тоже мне.

– Так что во-первых, дом был закрыт, а во-вторых, там какой-то бешеный гусь. Успел только заглянуть внутрь – и всё.

– Да…есть такой гусь. – зло процедил Гарт, но не из-за гуся, а из-за воспоминания о том, как Грэм его отделал, когда он этого гуся отшвырнул.

Это было позором, который, благо, никто не видел, кроме Элиаса.

– Да он еще и шум такой поднял, что слышно было на всю округу. Я быстро свалил – мне лишние проблемы не нужны.

– Ты увидел, что внутри?

– Похоже, Элиас пытается варить отвары, как ты и говорил. На столе я видел ступки, сушёные травы, какие-то бутылочки… – Малк пожал плечами. – Выглядит как нищебродская алхимия. Не знаю, почему тебя это вообще волнует – ну варит и варит. Тебе-то что?

Гарт задумчиво кивнул. Значит, слухи частично подтверждались. Элиас действительно пытался что-то делать: варить, продавать, зарабатывать… Может у него открылся Дар травника? Или алхимика? Да нет. Так поздно Дар не может появиться.

– А что с садом?

– Сад они привели в порядок, – ответил Малк. – Но выращивают там какую-то ерунду: мяту, восстанавливающую траву… обычные растения, которые ничего не стоят. Ни одного ценного экземпляра. Глупость какая-то. Всё это можно нарвать на лугах.

– А за Элиасом проследить сумел?

На это Малк только фыркнул.

– Как нечего делать. Он пошел собирать грибы.

Гарт не сдержал удивленного смешка.

– Грибы?

– Да, самые обычные. Даже вглубь не заходил.

– Ну конечно не заходил, – Гарт презрительно скривился. – Он же трус, боится собственной тени. Его раньше в Кромку и силой невозможно было загнать, а тут смотри, даже ходит туда, куда и дети ходят.

И засмеялся.

– В общем, ничего такого я не заметил. Ну пособирал грибы. Пару раз я, правда, терял его из виду, но вернулся он с полной корзиной грибов. Наверное денег совсем у них не осталось, раз на грибы перешли. – заметил Малк.

– А почему ты не порвал все растения в саду, раз уж был там? – вдруг спросил Гарт. – Это заняло бы всего-ничего.

Малк посмотрел на него долгим взглядом.

– Я согласился для тебя последить за Элиасом, – сказал он ровным голосом. – Но такой ерундой заниматься не буду.

– Почему?

– Потому что Грэм – старый охотник, – ответил Малк. – Пусть странный и болеющий, но охотник. Мастер. Портить его сад – это неуважение. Охотники таким не занимаются. Я вообще уже десять раз пожалел, что согласился тебе помочь.