Текст книги "Медиатор (СИ)"

Автор книги: Валерий Листратов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

– Серебра?

– Да, обычного ювелирного серебра. Чем чище – тем лучше, но это не обязательно. И хорошо бы в форме чаши. Но это, опять же, не обязательно.

– Будет сделано. Сроки?

Задумываюсь. Раз с костюмами всё разрешилось…

– По возможности уже к завтрашнему утру.

Глава 35

На удивление долго продержался – со всеми ускорениями день получился очень длинным. Усталость накатывает именно тогда, когда я могу себе её позволить.

Ксения пытается ещё что-то довести до моего внимания, но в какой-то момент понимаю, что, кажется, не сегодня.

– Это срочно? – уточняю.

– Нет, Максим.

– Тогда давайте завтра с утра, – ставлю точку. Обсуждать сейчас просто не хочу. Осознаю, что в какой-то момент практически отключаюсь прямо над ужином.

– Что-то я подустал сегодня. Утром можете меня не будить – встану сам, если ничего срочного не произойдёт.

– Да, Максим, – снова говорит девушка.

Заразительно зеваю – даже не собираюсь сдерживаться, разве что прикрываю рот рукой. Киваю Ксении и иду к лестнице.

– Максим, – появляется рядом старикан.

– Нет, не сейчас, – бормочу под нос.

– Да, я вижу – сейчас ты не договороспособен, – ворчит он.

– Именно. – соглашаюсь с Духом дома.

Нет, конечно, я мог бы совершенно спокойно разогнать сонную хмарь, вернуть активность, насытить свой разум пси – чтобы ещё одну ночь, а то и две, ударно работать. Но зачем? Задаю себе этот вопрос – и просто мысленно машу рукой. Не хочу. Банально хочу отдохнуть. Давно не получалось просто встретить рассвет в своей собственной кровати – которая моя уже давно, а вот отдохнуть в ней всё никак не выходит.

Спокойно поднимаюсь в свою комнату, умываюсь и падаю в мягкую подготовленную постель. Тут же проваливаюсь в самый обычный сон.

А просыпаюсь, спустя мгновение – утром.

Ночь проходит, будто её вырезали из памяти. Ничто не беспокоит. Никаких резких движений в сторону дома – при том что всю площадь я так и контролирую, как оказывается.

Просыпаюсь от тёплого лучика света, который добирается до подушки через довольно плотные шторы – вчера я их всё-таки закрыл не полностью. И сейчас солнце буквально заглядывает в эту маленькую щель и попадает ровно мне в правый глаз. Спокойно выплываю из сна и одним движением просыпаюсь окончательно.

Всё-таки нужно давать себе такой отдых. Пусть редко, но эти несколько часов безмятежности будто создают меня заново.

Просыпаюсь крайне довольным жизнью.

На часах уже около десяти. Тело, похоже, решило взять своё – и хорошо, что вчера успел отдать соответствующее распоряжение. Встаю, лёгкая разминка, ванная. Накидываю рабочую одежду, на всякий случай. Беру мантию Академии для занятий в мастерских или в лаборатории.

Есть особо не хочется, но осознаю: во-первых, внизу на кухне меня точно ждут – видно, что люди работают. Во-вторых, отвлекаться на обед не получится. У меня большие планы на сегодняшнее утро, раз уж к портному не иду. Кстати, про портного.

– Борис Васильевич, – вызываю Кошкина.

– Да, Максим, ты надумал? – тут же отвечает учитель.

– А вот и нет, – довольно говорю ему. – Моя домоправительница, оказывается, всё уже приобрела – причём у того же мастера, которого вы мне еще тогда порекомендовали. Так что боюсь, придётся отказаться от совместного посещения. Не стал звонить Кло, чтобы не сильно разочаровывать, но, боюсь, придётся.

– Как я тебя понимаю, – усмехается Кошкин. – Хорошо, скажу Рыжей сам. Не переживай.

– Спасибо большое, Борис Васильевич, вы меня буквально спасаете.

– Как минимум теперь ты мне должен жизнь. – чуть усмехается маг. – Ну, или хотя бы эти полдня. Давай, жду тебя завтра в Академии.

– Постараюсь. – Практически обещаю Кошкину.

Замечательное утро так и складывается идеально. Не знаю, как Ксения определяет, что я встал, но то, что определяет, это точно. За время разговора с Кошкиным чувствую, как она поднимается на второй этаж и ждёт меня около выхода.

– Доброе утро, Ксения Дмитриевна. – выхожу из спальни.

– Здравствуйте, Максим. Прикажете позвать завтрак? – девушка слегка волнуется.

– Конечно. Что-нибудь плотное – чтобы на обед потом не отвлекаться.

– Хорошо, я распоряжусь. – Девушка чуть разворачивается.

– Подождите, Ксения. Что вы хотели мне рассказать вчера? – останавливаю домоправительницу.

– Действительно, ничего срочного, Максим, – подтверждает свои вчерашние слова она. – Я хотела предоставить вам отчёт о тратах.

Рядом появляется проекция старикана, которую вижу только я.

– Всё у неё нормально с тратами, я уже посмотрел, – ворчит дед. – Всё по делу.

– Спасибо, Ксения. Оставьте мне отчёт, но я уверен, что читать его излишне.

– Почему? – удивляется управляющая.

– Дом прекрасно контролирует траты со счёта, и мне отчёт предоставляется в любой момент – даже когда я сам этого не хочу, – улыбаюсь. – Так что не усложняйте себе жизнь: делайте обычный еженедельный отчёт, как и делали, и просто кладите его на стол в кабинете.

– Хорошо, Максим. – Девушка говорит это совершенно спокойно, без каких-либо переживаний. То есть, никаких мыслей поиграться с цифрами у неё точно не было – иначе бы сейчас, хотя бы минимально, что-нибудь, да прорвалось бы. Все же нечасто узнаешь, что тебя постоянно контролируют. Но девушка воспринимает это совершенно спокойно. – Тогда я ещё хотела сказать, что сегодня доставили заказанные накопители.

– Накопители? – переспрашиваю.

– Да, для дома. Дом на панели обслуживания вывел необходимые расходники. Практически всё было закуплено в течение этой недели, но с накопителями в столице возникла небольшая сложность.

– Но вы справились?

– Да, – с лёгкой гордостью говорит девушка. – Закупила через третьи руки тот формат кристаллов, который был нужен. К сожалению, в мастерских и лавках сейчас их почти нет – армейские службы выгребли всё подчистую.

– Это было срочно, – снова ворчит Дух дома. – Я к тебе несколько раз обращался, ты всё откладывал. Оставалось всего два накопителя. Пришлось панель подключать.

Стараюсь не показывать, что слышу деда – но всё-таки киваю в сторону его слов.

– Хорошо, Ксения, это здорово.

– Да, и ещё, Максим: Иван привёз заказанное серебро, в том числе и в виде чаши.

– Вот как, – удивляюсь. – Никаких проблем не возникло?

– Только сложно было найти толстостенную чашу, но Иван справился. – с удовольствием говорит девушка.

– Иван это…

– Ваш водитель. – Ксения слегка улыбается.

– Ну, хоть теперь буду знать, как его зовут. – киваю.

– Он очень хотел быть именно вашим водителем. У Ивана талант к скорости – попробуйте как-нибудь проверить. – с легкой тревожностью говорит Ксения.

С интересом смотрю на девушку.

– Обязательно, – А ведь это уже второй раз, когда Ксения продвигает парня. – А он вам кто, если не секрет?

Девушка слегка смущается.

– Двоюродный брат. Но я готова за него поручиться. – Тут же быстро добавляет Ксения.

– Да ничего страшного. Кумовство в этом деле вполне себе нормально смотрится – всё-таки Род – это почти одна семья.

Девушка тут же перестаёт переживать по этому поводу, что в её сигнатуре было прекрасно видно.

Приходим в столовую.

Ксения ненадолго отлучается – и уже через пару минут мне предлагают нежнейшую кашу с фруктами, похожую на гурьевскую. Она дополняется прекрасным яйцом пашот под сливочно-горчичным соусом на хрустящем тонком хлебе. Чуть позже на стол попадает тонкий яблочный пирог с чем-то горящим сверху, судя по запаху – с ромом. И с кусочком мороженого. Крепкий чай с лёгким запахом мелиссы для ясности мысли, завершает завтрак.

Неожиданно девушка попадает в ощущение этого утра этим несложным, но безумно домашним завтраком. Из-за стола я встаю не осоловевшим от плотной еды, а вполне готовым к свершениям. Ведь сегодня у меня запланирован замечательный опыт – на основании воспоминаний, вырванных у матки ксеносов.

Похоже, я всё же знаю, как делать ньямаль.

В памяти ксеноса подобной информации я, естественно, не обнаруживаю – это довольно очевидно, оно им точно было не нужно. Зато нахожу кое-что очень интересное: понимание того, что тот активный металл, который ксеносы используют для своего строительства, становится всё более и более непрозрачным для пси, когда поглощает другие материалы. А вот песок, то есть фактически кварц, этот материал не поглощает.

Возможно, именно поэтому свои пирамиды они строят в пустынях. И получается, что именно в таких местах, там, где есть месторождение кварца или, как в данном случае, кварцевый песок, можно отслеживать появление Гнёзд. Это первый вывод из мелькнувшего воспоминания.

Второй: ксеносы знают разные металлы. И некоторые из них, в частности, похожие на серебро, позволяют при поглощении, использовать застывший металл без постоянной поддержке его псионикой. Именно это было важным в картинке ксеноса. А вот у меня появляется довольно простой вывод: сам материал поглощает ровно столько, сколько нужно. Вряд ли матка вообще сама отмеряла нужный объем, да и вообще об этом хоть задумывалась.

Отсюда и простой вывод. Если добавить достаточно серебра в металл ксеносов – он как раз застынет и станет ньямалем. Так что весь этот хитрый секрет с пропорциями серебра, похоже, имеет очень простое решение.

В принципе, вроде бы всё логично, пусть это и не сам опыт, а только мои выводы из увиденного, но у меня буквально чешутся руки это попробовать.

Заканчиваю завтрак и с предвкушением спускаюсь в мастерскую.

На столе уже стоит небольшая чаша. Даже, скорее, толстостенный старинный кубок. Вряд ли здесь сильно хорошая проба серебра. С другой стороны, египтяне, думаю, тоже вряд ли сильно заморачивались этой пробой. Не страшно – разберусь потом. Рядом лежит и слиток нормального ювелирного серебра на килограмм весом. Для того чтобы попробовать, этого всего достаточно.

Запускаю магический тигель и для начала расплавляю серебро. А пока идёт плавка, ставлю маленький выпуклый щит.

Выливаю серебро в удобную форму и оставляю остывать.

Где взять металл ксеносов даже вопроса не стоит – ухожу на Арену. Там уже давно лежит инертная капля в половину моего роста и диаметром метра в два с половиной. Оно и понятно: Арена полностью засыпана таким же кварцевым песком, вот металл и не проявляет активности. Ничего, по итогам войны я эту каплю, пожалуй, сделаю еще больше.

Отламываю кусок размером с кулак.

Металл все также мягкий. Абсолютно спокойно, как пластилин, металл разделяется просто руками.

Ухожу обратно в мастерскую.

Серебро уже слегка остывает, по крайней мере достаточно, чтобы его телекинезом закинуть в ванну с водой. Каверны, трещинки, окисление – для эксперимента сейчас неважно, поэтому полученная грубая еще одна чаша меня вполне устраивает.

Разделяю кусок металла ксеносов на две половинки. Выдыхаю.

Интерес просто поглощает все внимание.

Что же, раз собрался… Поехали.

Бросаю части в чаши. Секунда-две – и блестящий металл, словно живой, начинает кипеть практически одновременно, почти выплескиваясь из грубых серебряных сосудов.

Глава 36

Металл ксеносов заканчивает кипеть и бурлить в обоих сосудах примерно одновременно. В каждом оказывается примерно по одинаковому количеству металла – и вполне узнаваемого.

Напитываю оба слитка пси и вытаскиваю из изъеденных чаш.

Серебра в каждой чаше осталось примерно до половины. Неплохо так.

Оба бесформенных слитка ньямаля получаются на ощупь около полукилограмма каждый. Это, вообще-то, очень много. Килограмм ньямаля мне в свое время в тысячи золотых обошелся. А принес с пару десятков тысяч. Это если мерить только деньгами, конечно. Но артефактные гарнитуры не только деньгами меряются. Да и кроме них – ну как посчитать стоимость моих големов? Вообще нет. А сейчас…

С другой стороны, я пока еще не уверен, что получил тот самый материал. Металл ксеносов выжег и кубок, и серебряную чашу. В кубке каверны заметно крупнее, чистая серебряная форма пострадала чуть меньше. Но это все равно нужно взвешивать – для эксперимента так-то важно, а вот сейчас разница принципиального значения не имеет.

Важно другое: я держу перед собой два примерно одинаковых слитка, и пси пропускает оба примерно одинаково. И ощутить оба куска металла у меня получается в одно время – с незначительной разницей. И из обоих формирую примерно одинаковые правильной формы кубы.

Теперь нужно на какое-то время проверить, какой дольше держит пси. И это будет ответом – какое качество серебра необходимо для сплава. Но судя по ощущениям, и здесь разница не должна быть критической: оба слитка примерно одинаково подчиняются моей воле и разуму.

А вот на вопрос – тот это или нет металл, я ответ получу уже сейчас – как только сформирую заготовки под амулеты.

Ладно.

Теперь у меня очень много материала, из которого, пора бы создавать нужный комплекс амулетов. Тем более что идея Рыжей меня в каком-то смысле захватывает – незаметный тонкий браслет, который может стать напарником в бою, это дорогого стоит.

Да и защитные амулеты нужно восстановить: практически весь комплекс я уже давно израсходовал на големов. Но времени вагон, задача более-менее понятная. Вопрос собственной безопасности – когда ещё его решать, как не сейчас?

До этого момента я был в лесу, в тайге. Там не настолько опасно, как в цивилизованном городе. Тут-то как раз и ожидать можно чего угодно.

Да и вообще – по-хорошему вопрос с проницаемостью щитов для целительских плетений тоже стоит пересмотреть. Тем более что нужный блок вычленяется очень просто. В старых книгах амулеты с плетением «щита» довольно заметно отличаются от тех, что делают сейчас. И отличаются двумя блоками. Причём что делает первый и что делает второй – я не знаю. Такое нужно уточнять в Академии. Что и сделаю чуть попозже. Делаю себе мысленную зарубку.

В моём исполнении сквозь старые щиты целительский конструкт не проходит. А вот сквозь «щит» стандартных современных амулетов – только в путь. Так что нужный блок вычленить несложно.

Запираюсь в мастерской на полдня. Благо всех предупреждаю об этом заранее и начинаю расходовать материал. Восстанавливаю свою защиту. Материала теперь хватает на много вариантов исполнения. Времени, правда, не хватает. Так что сначала делаю всё стандартное, а потом приступаю к экспериментам. И ведь это захватывает меня настолько, что только ближе к трём часам, после повторного стука в дверь, я вспоминаю, что у меня ещё есть дела.

За дверью, очевидно, Ксения.

– Максим, вы просили напомнить, когда будет три часа дня, – чуть извиняющимся тоном говорит девушка. – Обед для вас готов. Мобиль тоже готов.

– Прекрасно. – Задумываюсь. – Знаешь, я, пожалуй, обедать не буду – пообедаю в Академии. Давай-ка лучше отведи меня в гардеробную. Раз уж у меня теперь есть такой выбор.

Ксения кивает и, не задавая лишних вопросов, ведёт меня практически к моей же комнате. Соседняя дверь – что логично.

Полностью пустая комната, в которую я ни разу не заходил, представляет собой именно гардеробную: большое зеркало, ростовые шкафы. Правда, шкафы сейчас ещё только начинают заполняться.

Неожиданно нахожу еще несколько мантий Академии. Удивленно смотрю на девушку. Та кивает.

– Вам нужно быть всегда в хорошей форме, – подтверждает она. – Заказала как необходимое.

Действительно – десять костюмов плюс два, которые остались у меня с прошлого посещения портного. Туфли. Рубашки.

Из кармана высыпаю получившуюся сегодня бижутерию. Все получилось максимально затрапезного вида. Специально делал так, чтобы не привлекали внимания.

– Ксения, подберите мне, пожалуйста, что-нибудь, что более или менее гармонирует с вот этими простыми амулетами.

– Безусловно, Максим, – совершенно не удивляется просьбе девушка.

Ксения очень быстро подбирает костюм – идеально подходящий к моему сегодняшнему настроению. Костюм застревает где-то посередине между военной формой, мантией Академии и гражданской одеждой. Удобный, неброский, но, судя по ткани, дико дорогой. Похоже, там даже чары наложены – вижу по магическим нитям. Скорее всего, что-нибудь на прочность или самоочистку, но пока не важно.

Ксения выходит, я переодеваюсь. Дополняю костюм неброскими, очень дёшево выглядящими чернёными артефактами из ньямаля. На первый взгляд они не сильно отличаются от недорогих артефактов из серебра. Более того, даже за артефакты их не всегда примут: в своей последней версии я формировал браслет-охранник с прицелом именно на незаметность – поэтому и он, и щиты практически не фонят в пространстве. Даже от накопителей вроде нет паразитного фона.

Энергии в амулетах могло бы быть и побольше, но я просто не подумал. Так что тот же голем если и проработает, то не больше четверти часа. И то, на это я слил практически весь свой резерв, который сейчас медленно и печально наполняется вновь. Правда, вместе с псионикой, поэтому интенсивность, возможно, всё же будет повыше. Но это тоже требует определённых экспериментов.

Что касается сороконожки – этот голем абсолютно обычный, если их вообще можно так называть. Ни размером, ни какими-то дополнительными особенностями не отличается. Изначальная сороконожка – удобная, активная и резкая, но для меня уже привычная.

Спускаюсь вниз.

– До позднего вечера, – говорю Ксении. – Ужин, наверное, не стоит под меня готовить.

Девушка молча принимает мои слова к сведению, задерживаясь в дверях. Мне же идти недалеко.

– Здравствуйте, Иван.

У открытых дверей дома меня ждёт мобиль с уже знакомым водителем. Парень буквально расцветает на глазах – до этого момента я его по имени не называл.

– Здравствуйте, Максим! – Здоровается парень. Захлопывает за мной дверь, оббегает мобиль и заскакивает на водительское сиденье. Мобиль аккуратно трогается с места. – Куда едем?

– До Академии. А там – ждать не надо. Скорее всего, дальше поедем на мобиле Прозоровских. Ну а если что, я вас вызову.

– Хорошо, Максим. Принято. – кивает водитель. Парень не лезет с разговорами и старается четко выполнить указания.

До Академии недалеко – в выходной день движение в Новгороде не слишком большое, тем более в сторону кампусов. Так что через четверть часа добираемся до знакомых ворот. Спокойно выхожу.

На ученический браслет ворота привычно реагируют, пропуская меня.

Иду в сторону общежития. В крыло для представителей важных для Академии Родов прохожу тоже без особых проблем, несмотря на недавнюю ситуацию в заведении. Неожиданно, но ладно. У меня здесь самого пара комнат, только я давно в них не ночевал.

Игнорирую свои и иду на женскую половину. Сейчас день, выходной, охрана особо не лютует, вообще сейчас и вовсе всего один человек на входе.

Ещё до подъема на этаж, замечаю некоторый непорядок. И по мере приближения к комнате Прозоровской картина становится значительно более отчетливой. У меня появляются вопросы, и вроде как довольно неприятные. Чем ближе я подхожу к двери, тем эти вопросы становятся острее.

Сигнатуру Прозоровской я узнаю сразу. То, что она сейчас находится в странном равновесии – на грани между гневом и ровным, абсолютно индифферентным состоянием. В таком состоянии девушку я никогда не видел. Но сами эмоции опознаю довольно уверенно.

А вот что в комнате делают ещё четыре совершенно неизвестные мне, точно ни разу не виденные сигнатуры – мне становится очень и очень интересно.