Текст книги "Попутчик (ЛП)"

Автор книги: Уоррен Скай

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 10 страниц)

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Река Ниагара течёт со скоростью примерно тридцать пять миль в час.

– Куда мы едем? – спросила я, вылезая из грузовика.

Он ухмыльнулся, и в его глазах заплясали озорные огоньки.

– Погоди и увидишь, солнышко.

Хантер свернул с широкой грунтовой дороги. Припарковаться где-либо, кроме стоянки для грузовиков, было непросто, поэтому мы остановились прямо на траве. Это, конечно, было незаконно, но, похоже, поблизости никого не было. Мы были в самой глуши, и мне в голову пришла мысль, что он мог бы легко избавиться от моего тела.

Но я не испугалась.

Просто он был слишком… оживлённым, почти. Переполненный нетерпением что-то мне показать. Как ребёнок.

Глупая мысль.

Мы пошли пешком по тропе и достигли высокого металлического указателя: «Зачарованный водопад, 1 миля»/

Я застыла с открытым ртом.

– Мы поедем смотреть водопад?

Он вдруг смутился.

– Я подумал, раз уж будем проездом.

Я взвизгнула и обняла его за шею. Он слегка охнул от неожиданности, но через секунду притянул меня к себе в медвежьи объятия. Это было всего лишь порывом, но он обнял меня так крепко, словно ждал этого, словно это что-то значило. Хотя не должно было.

Я попятилась, краснея. Он откашлялся и опустил голову так, что, несмотря на то что он был на полголовы выше, я могла видеть его профиль. На ярком солнце его волосы казались кудрявыми. Они были коротко подстрижены, но сквозь тёмно-каштановые пряди пробивались светлые блики.

При свете дня он казался более человечным – не таким зловещим. Я представила его в какой-нибудь безобидной обстановке. Мы могли бы встретиться на такой тропинке – просто двое людей, наслаждающихся пейзажем, запахом сосен и тихим журчанием воды вдалеке.

– Это не так уж далеко, – хрипло сказал он.

Мы продолжили путь. Тропа была не слишком неровной, и это к счастью, учитывая, что на мне были, по сути, балетки. Я чувствовала форму каждого камешка и веточки под ногами, почти как босиком, хоть и не так остро. По мере приближения тропа становилась всё каменистее, а шум в ушах нарастал ещё до того, как я увидела водопад.

Я ускорила шаг. Тропа шла прямо, но справа уже слышался рёв воды. Я начала огибать небольшой поворот, скрытый за деревьями, когда Хантер потянул меня назад.

– Осторожно, – предупредил он.

Я с любопытством склонила голову набок, а затем вместе с ним поползла вперёд и поняла, почему. Тропа заканчивалась на утёсе, с которого открывался вид на водопад. Мы были не у подножия, а на самой его вершине.

При виде этой картины у меня сжалось сердце. Вода стекала вниз слишком быстро, чтобы глаз мог уследить. Туман поднимался вверх, словно клубы пара, и влага касалась моего лица, пока я стояла там.

Высокий деревянный забор, уже начавший гнить, был единственным, что отделяло нас от спускающегося вниз холма, который далеко внизу переходил в берег.

– Мы сможем спуститься?

– Со временем.

Он продолжил идти по главной тропе, и я последовала. Мы вышли к широкой реке – я поняла, что это и есть исток водопада. Хотя вода текла быстро, она была чистой и спокойной, совсем не похожей на грохочущую стихию впереди.

Глядя на земли, нетронутые человеком, я представила себе времена, когда люди могли путешествовать по этой реке без карты. Каким потрясением должно было стать для любого путешественника, плывущего по ней, известие о водопаде впереди.

К моему удивлению, Хантер снял обувь и вошёл в реку.

Он обернулся с ухмылкой.

– Заходи.

– Что? Нет.

– Здесь немного прохладно, но привыкнешь.

– Я не люблю реки. Или… природу. – В основном потому, что никогда не была рядом ни с тем, ни с другим, но я не собиралась ему об этом говорить. Без сомнения, он бы посмеялся.

– Ты не любишь реки, но хочешь увидеть Ниагарский водопад.

– Я не собиралась в нём купаться.

Он скептически хмыкнул.

– Ага, потому что тебе бы всё равно не позволили. Так даже лучше.

Я покачала головой.

– Замёрзнуть насмерть. Разбиться. Нет, спасибо.

– Я бы не допустил, чтобы с тобой что-то случилось.

– О, отлично, потому что я тебе полностью доверяю.

Он рассмеялся.

– Просто попробуй. Кто не рискует, тот не пьёт шампанского.

Я нахмурилась.

– Ты что, мотивационный спикер?

– В другой жизни – да. Давай. Если не понравится – уйдёшь.

Ну ладно. Я сняла туфли рядом с ним на сухом песчаном берегу. От первого прикосновения воды у меня по спине побежали мурашки, и я ахнула. Но я заставила себя зайти глубже, испытывая одновременно страх и восторг от странного ощущения прохладной воды, струящейся между пальцами ног. Течение было намного сильнее, чем казалось с поверхности. Казалось, оно тянет меня за собой, и мне приходилось бороться, чтобы просто стоять на месте. Камни под ногами были гладкими и скользкими.

Взволнованная, я стояла посреди реки и смотрела на деревья и окутанные туманом горы. Я уже видела всё это раньше, стоя на берегу всего в десяти футах, но здесь всё было по-другому. Теперь я была *погружена* в это зрелище.

На моём лице появилась удивлённая улыбка. Хантер улыбнулся мне в ответ, внезапно став похожим на мальчишку.

– Ну и что? – спросил он.

– Неплохо.

– Ха. Тебе это нравится.

– Ладно, я ненавижу тебя на пять процентов меньше.

Он закатил глаза и повернулся, чтобы идти в направлении течения.

– Пошли.

– Подожди, куда ты?

– Я думал, ты хочешь посмотреть на водопад.

– Э-э, да. Посмотреть. А не разбиться насмерть.

– Ты не разобьёшься.

– Я знаю, потому что не собираюсь туда идти.

Он пожал плечами.

– Как хочешь. Я встречу тебя у машины.

– Нет, подожди. Ладно, я иду.

Я последовала за ним через реку, нервничая, но в то же время радуясь. Я шла через реку в уединённом парке к водопаду. Я делала это. И я бы никогда не сделала этого без Хантера. Я отбросила эту мысль и сосредоточилась на своих шагах. Я оступилась на особенно круглом камне, и Хантер протянул руку, чтобы поддержать меня.

– Ты в порядке? – спросил он, задыхаясь. Его глаза тоже блестели от возбуждения.

Я никогда не видела его таким живым, таким энергичным, разве что во время секса. В каком-то смысле и то, и другое было плотским – блуждать и трахаться. Он был плотским человеком, тем, кто находит удовольствие в том, чтобы делать, жить и быть. Это исходило от него, и я впитывала его энтузиазм, как губка.

Просто наслаждайся этим. Не сегодня.

– Я в порядке, – сказала я, ухмыляясь.

Когда мы подошли к краю, я с благоговением посмотрела вниз на бурлящую воду. Я не могла разглядеть дно, только белый блестящий туман в нескольких метрах подо мной. Но дальше я видела, как река снова становится спокойной. Я чувствовала себя сильной, будто вода, текущая у моих ног, текла сквозь меня.

– Безумие, – сказала я, не отрывая глаз от панорамы.

– Безумие, – согласился он. – А теперь мы прыгнем.

У меня упало сердце.

– Я думала, ты шутишь.

– Я никогда не шучу об экстремальных видах спорта, – серьёзно сказал он.

Это вызвало у меня улыбку. Я бы хотела, чтобы он не был таким милым, когда не терроризировал меня. Я снова посмотрела на водопад. Не так уж далеко. Определённо, это то, что кто-то мог пережить. Только не я.

– Иви, – сказал он умоляющим тоном. – Это потрясающе. Поверь мне.

– Я тебе не верю, – автоматически ответила я, понимая, что это ложь.

– Это похоже на полёт.

– Наверное, не очень, раз ты падаешь.

– Да, но сначала ты паришь.

Просто наслаждайся этим.

– Я не умею плавать.

Он удивился.

– Совсем?

– У меня остались смутные воспоминания о детском бассейне Y. Ничего свежего.

– Что ж, я рад, что ты сказала мне об этом до того, как я тебя толкнул.

Я широко раскрыла глаза.

– Ты же не серьёзно.

Он пожал плечами. Чёрт, у него было невозмутимое выражение лица. Я не могла понять, шутит он или нет.

– Послушай, – сказал он. – Ты не обязана это делать, если не хочешь. Но это было бы весело. Я думаю, тебе бы понравилось.

Его откровенные слова прорвались сквозь страх, который сдерживал меня. Да, это было бы весело. Да, мне бы понравилось. Это было именно то, чего я *хотела*, но у меня никогда не хватало средств или смелости. Теперь, с Хантером, всё было возможно.

– Давай сделаем это, – сказала я, чувствуя ужас и изумление. – На счёт три?

Он на секунду задумался.

– Дай мне спуститься первым. Мне будет легче помочь тебе, если понадобится, если я тоже не буду под водой.

– Ладно. Верно. – Боже, это было безумие. Я была сумасшедшей.

– Просто задержи дыхание перед прыжком, а потом пробивайся наверх. Я буду рядом.

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова.

Он наклонился вперёд, почти достигнув цели.

– Подожди.

Он оглянулся.

– Струсила?

– Нет, просто… это законно?

Он рассмеялся.

– Нет, чёрт возьми.

Затем он подпрыгнул, издав крик, который эхом прокатился по деревьям вокруг нас. Он исчез в тумане, а потом я услышала всплеск прямо под нами. Несколько секунд спустя его голова показалась вдали от водопада, волосы потемнели от воды и заблестели.

– Давай, солнышко. – Слова были неразборчивы, но я могла читать по губам.

О чёрт. Нет, нет, нет. Что, если я умру? Что, если нас поймают?

Это было глупое беспокойство, учитывая обстоятельства, но во мне крепко укоренилась привычка быть хорошей девочкой.

Но решающим фактором стало то, что я не могла не сделать этого. Я не могла отказаться от этого вызова, от этого шанса наконец жить.

Взлететь.

Я прыгнула.

Я поняла, что он имел в виду, говоря о полёте. Казалось, воздух подхватил и поднял меня, даже когда я была уже совсем близко к берегу. Перед глазами всё заволокло белыми брызгами, будто я прорывалась сквозь облако. Вода поднималась невероятно быстро, но в то же время достаточно медленно, чтобы я могла с удивлением наблюдать за ней. Я вдохнула и нырнула под воду. На секунду запаниковала – не могу дышать, не могу двигаться. Но потом пришла в себя и сориентировалась.

Несколько сильных гребков – и я на поверхности.

Хантер ждал меня там. Должно быть, он подплыл ближе, пока я падала. Он рассмеялся и притянул меня к себе.

– Ты сделала это, солнышко. Я так горжусь тобой.

Я вытерла слёзы с глаз, тоже смеясь.

– Ты же не думал, что я так поступлю.

– Нет, ни капельки. Но ты доказала, что я ошибался.

Я огляделась, осознанность возвращалась ко мне.

– Мы…

– Под водопадом, – подтвердил он.

Я не была уверена, куда именно упала – может, прямо в ручей, – но он перенёс нас за водопад. Здесь, между завесой воды и скалой, которая её держала, была большая пещера. На моё лицо стекала непрерывная струйка воды, брызги от водопада.

Я чувствовала и его тело. Его вес, силу, с которой он поддерживал меня в воде. Руки, обнимавшие меня за талию. Никто из нас не снял одежду, и хотя мой лёгкий сарафан был достаточно удобен для плавания, на нём были джинсы и футболка.

– Ты немного сумасшедший, знаешь?

Он ухмыльнулся.

– Совсем немного? Мне придётся постараться.

Его слова сложились в моей голове в единую картину, разгадав загадку, которую я уже понимала. Он хотел быть таким – сумасшедшим, злым, ужасным. Но на самом деле он таким не был. Ему приходилось бороться с этим так же, как мне приходилось бороться с собой, чтобы быть хорошей девочкой в том доме. Роль, которую мы должны были играть, чтобы сделать кого-то счастливым.

Но что заставило его думать, что он должен быть таким? Кто-то где-то закалил Хантера в огне, и хотя это не оправдывало его грехов, мне как никогда хотелось узнать, кто это был.

Капли повисли на его ресницах, на грубой, покрытой щетиной коже лица.

Просто наслаждайся этим.

Я наклонилась и поцеловала его – прямо в нос. Может, это было немного глупо, но он не рассмеялся. Сначала он выглядел удивлённым, а потом его глаза потемнели. Он крепко держал меня, равномерно работая ногами, чтобы мы не утонули. Но он не пытался отстраниться или снова поцеловать меня. Он просто держал, чтобы я могла исследовать его, если захочу продолжить.

И я захотела.

Его веки, лоб, грубые щёки и гораздо более мягкие губы. Я осталась там, посылая лёгкие поцелуи его губам, от одного уголка до другого, а затем обратно. Это была благодарность за то, что он привёл меня сюда, за то, что убедил меня сделать это. Более того, этот прыжок дал мне разрешение сделать то, чего я хотела, – поцеловать красивого мужчину, который обнимал меня. Того, кто, казалось, *хотел* меня, но не мог выразить это иначе как самым грубым образом.

– Что дальше? – прошептала я, ожидая, что он сделает что-то непристойное и, возможно, болезненное. Впервые я подумала, что была бы этому рада. Это было безумие, но и это тоже.

Его губы многозначительно изогнулись, будто он угадал, о чём я думаю.

Он приподнял бровь.

– Хочешь ещё раз прыгнуть?

И я согласилась.

Мы прыгали ещё пять раз, пока оба не выбились из сил от плавания и скалолазания. Всё ещё в мокрой одежде, мы растянулись под деревом у подножия водопада, позволяя ровному журчанию убаюкивать нас, погружая в полудрёму.

– Один вопрос, – пробормотал он. – Я всё время вижу их в твоих глазах. Я отвечу на один.

В голове возник миллион вопросов. Что сделало тебя таким? Когда ты меня отпустишь? Но один выделялся.

– Сколько ещё таких? – спросила я.

Он напрягся рядом со мной.

Минуты шли и тянулись. Я, наверное, задремала, а потом вернулась.

Наконец он сказал:

– Ты была первой. Единственной.

Я села.

– А как же твоё осуждение?

– Ты однажды спросила, сделал ли я это. Я не делал. – Он пожал плечами, не отрывая взгляда от неба. – Верь мне или нет. Твой выбор.

У меня не было причин ему верить, и мы оба это знали. Суд признал его виновным. И я знала, как он вёл себя со мной, так что вполне логично, что он мог сделать это с другой девушкой – с бесчисленным множеством девушек. Иногда это беспокоило меня больше, чем то, что он сделал со мной. На самом деле мне больше некуда было идти. Я уже была сломлена во многих отношениях. А что будет после сегодняшнего дня? Я испытывала странную и извращённую благодарность за то, что он сделал. Но от одной мысли о том, что ещё одна девушка окажется в таком же беспомощном положении, меня начинало тошнить.

И он сказал, что такого никогда не было. Я была первой. Я была единственной.

Я поверила ему.

Он рассмеялся так горько, что по моей похолодевшей коже побежали мурашки.

– Я сказал себе, что получаю по заслугам. Они посадили меня за это, так что я мог бы с таким же успехом совершить преступление, верно?

Я молчала.

В его голосе звучал неприкрытый ужас, как у человека отчаявшегося, раздвоенного.

– Но правда в том, что я просто хотел тебя. Я увидел, как ты смотришь на закат, и мне захотелось обладать тобой. Обладать тобой. Поэтому я взял тебя. Я прекрасно понимал, насколько это неправильно, но всё равно сделал. И самое паршивое во всём этом то, что я до сих пор не жалею. Никаких угрызений совести. Просто чёртово безумие, верно?

Да. Это было довольно безумно. И ужасно грустно. Моё сердце болело за него, за меня, за этот безумный, испорченный мир, где мы были врагами, хотя могли бы быть друзьями.

– Хочешь снова прыгнуть? – тихо спросила я.

Он недоверчиво повернулся ко мне.

– Кажется, я уже освоила приземление. Мы можем… прыгнуть вместе.

Он медленно ответил.

– Да. Я бы хотел, солнышко.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

«Ниагара» – индейское слово, означающее «бурлящая вода».

Перед широким крыльцом стояла женщина. Было очевидно, что она беременна: округлившийся живот виднелся под свободным розовым сарафаном, руки были прижаты к пояснице. Маленький мальчик катался на трёхколёсном велосипеде, описывая круги по гравийной дорожке. В поле зрения не было других домов – только ряд деревьев, а за ними открытая травянистая равнина.

От умиротворённости этой картины у меня перехватило дыхание. Это было похоже на живой портрет, который я только представляла, но никогда не видела. Моё сердце забилось чаще, когда мы подъехали ближе. Что это значит? Что он собирается сделать?

В голове проносились всевозможные ужасные сценарии. Ограбление. Захват заложников. Я мысленно поклялась, что не позволю ему причинить вред женщине или ребёнку, хотя понятия не имела, как это сделать.

Казалось, её не беспокоило, что восемнадцатиколёсный грузовик съезжал с дороги прямо на лужайку перед её забором. Беги – подумала я. Забери ребёнка и спрячься. Но она стояла, прикрывая глаза от солнца рукой. Потом она помахала. По-настоящему, дружелюбно, хотя и не сдвинулась с места.

Тогда мне в голову пришла другая мысль. Может, она… его жена? Или девушка? А это его ребёнок? И как бы всё ни было плохо, меня больше всего задела мысль, что он приведёт какую-то случайную девушку в свой дом, к своей семье.

Внутри вскипела злость, борясь с чувством беспомощности.

– Кто эти люди? – спросила я.

Он заглушил двигатель.

– Друзья.

Я прищурилась.

– Это не твой ребёнок?

Его глаза расширились.

– У меня нет детей. Я бы не разъезжал по стране, если бы где-то ждал сын.

– Ну да, конечно, ведь ты – образец нравственности.

Слова сорвались с губ, прежде чем я успела их обдумать.

Он уставился на меня, явно шокированный не меньше меня.

Сердце тревожно забилось. Что я наделала?

Он запрокинул голову и рассмеялся.

– Боже. Ты бунтарка, знаешь?

– На самом деле нет, – грустно ответила я.

Если бы я бунтовала, никогда бы не сидела дома взаперти так долго. И сопротивлялась бы ему сильнее. Что обо мне говорит то, что я этого не делала? Очевидно, я была слишком слаба, чтобы постоять за себя.

Или я втайне думала, что заслужила это, – а это беспокоило ещё больше.

– Пойдём, – сказал он. – Они тебе понравятся.

Он открыл дверь и начал вылезать.

– Подожди.

Он обернулся.

– Ты ведь не собираешься причинять им вред?

Что-то мелькнуло в его глазах.

– Нет. Я понимаю, что у тебя нет причин мне верить, но я скорее умру, чем причиню боль своим друзьям.

Я поверила ему. Эти слова встали на своё место внутри, как кусочек пазла. Иногда мне казалось, он и есть пазл, и мне нужно найти все кусочки, чтобы собрать его заново. Он не причинит им вреда, потому что они его друзья – я в это верила.

Что мне нужно сделать, чтобы стать его другом?

Странная мысль.

Но я послушно вышла и последовала за ним по подъездной дорожке. Когда мы прошли половину пути, маленький мальчик спрыгнул с трёхколёсного велосипеда и побежал к нам. Он врезался в Хантера, как ракета, прямо в живот, и Хантер, смеясь, отшатнулся. Я слегка приоткрыла рот, глядя на открытую, счастливую улыбку на его лице, которую точно никогда раньше не видела. Они возились прямо там, а я стояла в стороне, чувствуя себя странно опустошённой – будто чего-то лишилась и только сейчас осознала.

Женщина подошла ко мне и улыбнулась.

– Приятно познакомиться.

Я пожала ей руку.

– Иви. Тоже приятно.

Странно, но в то же время приятно. Мы были парой, приехавшей в гости к друзьям, двумя влюблёнными, отправившимися в путешествие. Если не обращать внимания на похищение, то это было недалеко от… нашей реальности.

Со временем у меня возникло искушение так и поступить.

Может, это был даже не стокгольмский синдром, а просто усталость, смирение – иногда было проще притворяться.

– Хантер никогда никого не приводил. Ты, должно быть, особенная.

Это ответило на один вопрос. Он не делал этого регулярно. Значит ли это, что она была права? Если бы я была кем-то особенным, это была бы сомнительная честь.

Кем-то особенным, кто позволил людям заточить себя в темницу. Кем-то особенным, кто заточил себя в темницу своих страхов, предпочитая жить в мечтах.

Она продолжила.

– Мы надеемся, что ты останешься на несколько дней.

Я понятия не имела, что сделает Хантер. Я никогда этого не знала.

Я улыбнулась.

– Я бы с удовольствием, но не уверена, какие у нас планы.

– Конечно, – она отмахнулась. – Я уверена, вы двое скорее отправитесь в путь, чем будете торчать здесь среди скучных женатых людей. Но знайте, что вам здесь рады, пока сами того хотите. И не стесняйтесь, если что-то понадобится. Любой друг Хантера – наш друг.

Мне нужен был план побега, но я сомневалась, что она пойдёт мне навстречу, учитывая её преданность Хантеру. И я поймала себя на том, что почему-то не спешу сказать ей, что мужчина, играющий в мяч с её сыном, – чудовище.

Скрипнула дверь, и я обернулась. Из дома вышел мужчина средних лет. На нём был вязаный жилет, и он дружелюбно улыбался. Хантер прервал игру, чтобы пожать ему руку и официально представить меня.

Это были Лора и Джеймс Трулак с их маленьким сыном Билли. Они жили в этом доме последние шесть лет, но, похоже, знали Хантера и раньше. Меня представили просто как Иви, и я поняла – они считают меня *девушкой* Хантера. То, как он обнял меня за талию и прижал к себе, казалось, подтверждало это.

Хуже всего было то, что мне даже не хотелось отстраняться.