Текст книги "Иль Хариф. Страсть эмира (СИ)"

Автор книги: Ульяна Соболева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

Глава 14

Я не хотела, чтоб он близко подходил ко мне. Это было опасно…для меня. Для моего сердца. Это было невыносимо опасно. Но Ахмад сделал несколько шагов и вдруг резко обхватил мое лицо с правой стороны ладонью, проводя большим пальцем по скуле.

– Красивая, такая красивая….моя Вика…мои пальцы изголодались по ощущению твоей кожи.

Я вздрогнула от прикосновения…и старалась не смотреть ему в глаза. Только каждая молекула дрожала от этого голоса. И этот запах, его близость. Только я больше ничему не верю. Как же это похоже на правду, но я знаю какой сладкой может быть ложь. Только моей плоти плевать…и там где он касается моего лица пробегают крошечные мурашки.

– Не надо…, – тихо прошептала я, пытаясь убрать его руку, но он перехватил мое запястье и резко привлек меня к себе, заламывая ее за спину.

– Что не надо? Трогать тебя? Говорить, что ты безумно красивая? Что не надо, Вика? Скажи мне…

И я уже утонула в его черных дьявольских глазах. Я окутана его голосом, он проникает в мои вены, он сводит с ума.

– Я не верю…

Зажмурилась чтобы сбросить это наваждение. Чтобы не хотелось не отпускать его руку, что бы не хотелось до одури вдыхать его запах. Только не впрыснуть снова его себе в вены, чтоб он как грязный героин сразу же вызвал бешеную зависимость. Я же в ремиссии…Я соскочила!

– Я сам не верю…я адски голодал по тебе… я задыхался, как гребаный утопленник.

И я ощутила как его язык коснулся моих губ, как его рот едва касается моего рта, дразня и заставляя начать дрожать всем телом. Опускает руку проводя ею по моей шее, обхватывая ее ладонью. Спускаясь ниже по вырезу декольте, проводя по ключицам. Пусть прикоснется и потом я закричу «нет»…еще немножко и я смогу нас остановить.

– Не задохнулся, – почти простонала я…

– Уже мертвец…оживи, дай мне дышать, Вика…

Веки дрогнули и приоткрылись. Как же близко его лицо, я смотрю в глаза и меня уносит в нирвану, в космос его невыносимого взгляда. Я словно ощущаю его голод каждой веной. Наклонился и жадно прижался губами к моей шее и мне показалось, что я задыхаюсь. А губы уже сами шепчут:

– Дыши… и дай дышать мне.

Резко вскидывает голову и впивается губами в мой рот. И меня обдает кипятком, я сама не понимаю, как обнимаю его, как прижимаю к себе. Впиваясь в его затылок, зарываясь в волосы. Как мой рот с безумной радостью впускает его язык, как он переплетается с моим и страстно лижет его, толкаясь мне в рот, превращая поцелуй в бешеную схватку. Оторвался от моего рта и смотрит в глаза. Какие же расширенные у него зрачки в них дикая первобытная похоть от которой меня всю вздергивает в таком адском возбуждении, что кажется я сейчас умру. Этот голод, он сжирает нас обоих. Им пропитан воздух, он обдает кипятком каждый миллиметр моего тела.

Все…я больше не могу. Я тоже хочу дышать. Я тоже хочу ожить. Меня трясет, меня лихорадит, и наши рты снова с дикостью впиваются в друг друга, мы бьемся зубами, кусаем друг друга и каждый укус заставляет одичать еще больше.

Задирает подол платья, скользит по бедрам, разворачивает спиной к себе, продолжая целовать, жрать, поглощать мое дыхание, насиловать мой рот. Пока руки поднимают платье, обнажают ягодицы, жадно сжимают, сдирая трусики резким движением. Причинив легкую боль, когда ткань теранула нежную влажную плоть. Раздвигает мне ноги коленом, вторая рука скользит по моему животу и сильно сжимает мою грудь, сдавливая сосок через ткань платья. Я вою ему в губы, выпячивая зад, давая надавить себе на поясницу, прогибаясь на перила веранды, выходящей окнами в сад, на который опустились сумерки.

Огромная, раскаленная плоть входит одним ударом, и я содрогаюсь всем телом. Какой же он…большой. Я успела отвыкнуть, мои стенки влагалища растянуты до предела, я чувствую нежной кожей шрамы на его плоти и один из них упирается прямо мне в клитор бугристыми узлами. Первый толчок и от трения закатываются глаза. Он стонет мне в рот и от этого стона, мне кажется, влага буквально течет по моим ногам и первые легкие спазмы наслаждения заставляет сдавить его член и зарычать, делая сильный толчок, быстро наращивая темп, не отпуская моего рта, двигаясь мощнее, сильнее. От невыносимой чувствительности, от этой бугристости, которая натирает меня, давит и снаружи, и внутри я дергаюсь от адского наслаждения.

Сжимает яростно, сильно. Меня всю трясет, я выгнута насколько это возможно, его пах бьется о мои ягодицы, а он бешено вращает языком у меня во рту, терзая мои губы, трепая их, высасывая из меня дыхание и жадно отдавая свое, со свистом и мычанием. Мне кажется мы сейчас похожи на двух животных. Мои ноги дрожат в коленях. Бешено сильный толчок, узел задевает набухший пульсирующий клитор и меня ослепляет, выкручивает, выгибает от оргазма. Я кричу или плачу, но мои звуки жрут его губы, глотает его нутро. Он внутри меня весь, во рту, внутри моего тела. Внутри моего сердца.

Чувствую, как начинает двигаться адски бешено и извергается в меня с ревом, который теперь сжираю я, пока он трясется и кончает, пока его семя бьет фонтаном внутри моего тела.

Какое-то время стоим оба замершие, губы в губы, языки все еще сплетены. Задыхаемся. Дышим. Стонем. Мучительно и в изнеможении. Я не знаю сколько времени проходит…Он покидает мое тело, просовывает трусики мне между ног.

– Зажми…

Я зажимаю, понимая что иначе его сперма хлынет по моим ногам.

– Сейчас мой человек отвезет тебя домой…Вика.

Говорит мне в шею. А я все еще стою с закрытыми глазами. Меня шатает. Я в прострации и пока не знаю где я и кто я. Накидывает мне на плечи свой пиджак.

Слышу, как он куда-то звонит, говорит быстро по-арабски, чтоб подогнали машину.

Сам провожает меня к ней, сажает на заднее сидение, а потом хватает за подбородок и тихо говорит.

– Теперь можно жить…сегодня.

Я еду в машине и молчу. На трусики вытекают наши соки. Я чувствую. Щеки горят от стыда. Я понимаю, что натворила нечто немыслимое. Подпустила врага. Дала ему снова войти в мои вены, в мои нервы, в мою душу.

Но разве я не была счастлива сейчас…с ним, когда наши тела бились друг о друга и, казалось, это наши сердца срослись и дергаются от наслаждения. Разве я кончала только телом?

Не следующий день…

Зобейда появилась в офисе как дикая пантера на подиуме, её присутствие сразу же привлекло внимание всех сотрудников. Она была воплощением уверенности и элегантности. Высокая, стройная, с длинными черными волосами, уложенными в безупречную причёску, она выглядела как с обложки модного журнала. Её идеальный макияж подчеркивал выразительные глаза и скульптурные черты лица. На ней было элегантное персиковое платье, которое подчёркивало её фигуру и делало её ещё более притягательной.

Я заметила её, когда она направилась к буфету. Сердце сжалось от укола ревности. Что она делает здесь одна, без Ахмада? Её появление казалось мне неуместным и вызывало массу вопросов. Почему она пришла именно сегодня, именно сейчас? Мои мысли путались, и я не могла найти логического объяснения её присутствию. Вчерашняя страсть с Ахмадом на банкете, которая казалась мне чем-то необычайным, которая дала мне надежду…Эта страсть вдруг начала меркнуть от мыслей об этой женщине. Кто она для него? Ведь они приехали вместе. Я дура, которая позволила ему…которая растаяла в его руках. В руках садиста, палача и самого адского монстра.

Зобейда шла по офису, как будто это было её личное пространство. Сотрудники кивали ей и улыбались, пытаясь скрыть своё удивление. Я наблюдала за ней из своего угла, стараясь не привлекать внимания, но внутри меня всё кипело. Я видела её уверенную походку, видела, как она легко общается с коллегами, и ощущала, как растёт моя неуверенность.

"Почему она здесь?" – думала я, стараясь найти ответ. – "Что ей нужно?"

Каждое её движение, каждая улыбка только усиливали мою ревность. Я чувствовала себя затмеваемой её красотой и уверенностью. Мне казалось, что она специально пришла сюда, чтобы напомнить мне о своём присутствии в жизни Ахмада. Вспомнились все те моменты, когда я видела их вместе на банкете, их близость и какую-то химию, связь. Это было невыносимо.

Я пыталась сосредоточиться на своих делах, но мысли о Зобейде не отпускали меня. Её присутствие вызывало у меня бурю эмоций: ревность, неуверенность, страх. Я знала, что не должна позволять этим чувствам взять верх, но справиться с ними было очень сложно. Сегодня утром Ахмад прислал сообщение…пожелал мне хорошего дня. Написал, что думал обо мне. Все утро я вспоминала каждое слово…хоть и не ответила. Вспоминала и покрывалась мурашками, потому что никогда раньше он не говорил со мной так. Это были его первые знаки внимания в отношении меня. Такие обычные и невероятно ценные. Но они стали какими-то призрачными при появлении этой женщины.

Когда Зобейда подошла к буфету, один из работников предложил ей кофе. Она улыбнулась и приняла его предложение, её голос звучал мягко и вежливо. Я наблюдала за этим, чувствуя, как внутри всё сжимается. Она была такой идеальной соперницей, и это меня пугало.

"Что, если она пришла сюда с какой-то целью?" – мелькнула мысль. – "Что, если она хочет что-то сказать или сделать?"

Не выдержав, я взяла свою чашку с чаем и направилась на балкон. Мне нужно было подышать свежим воздухом, успокоиться и разобраться в своих мыслях. А еще мне не хотелось ее видеть.

На балконе было тихо. Я глубоко вздохнула, наслаждаясь прохладным воздухом, и попыталась собраться с мыслями. Но даже здесь я не могла избавиться от ощущения, что Зобейда каким-то образом контролирует ситуацию. Её присутствие, даже на расстоянии, было для меня невыносимым напоминанием о том, что она намного ближе к НЕМУ чем я сама. И к ней отношение совсем другое.

Внезапно я услышала, как дверь на балкон открылась, и почувствовала, как кто-то подошёл ко мне сзади. Резко обернувшись, я увидела Зобейду. Она стояла передо мной, её глаза светились решимостью и чем-то ещё, что я не могла разобрать.

– Аллаена… – сказала она, заставляя меня вздрогнуть от неожиданности. – Нам нужно поговорить.

Зобейда стояла передо мной, и я чувствовала, как внутри всё сжимается от напряжения. Её глаза светились холодным блеском, в них читалось высокомерие и презрение. Она сделала шаг вперёд, и я невольно отступила назад, чувствуя, как меня охватывает злость и какая-то паника. И вот это омерзительное «Аллаена»…кто-то сказал ей как унизительно меня называл когда-то Ахмад.

И возможно это был он сам…он рассказал ей обо мне.

– Я знаю всё о тебе, Вика, – начала Зобейда, подтверждая мои мысли, её голос был пропитан ядом. – И я пришла сюда, чтобы сообщить тебе, что твоё время прошло.

Я стояла, ошеломлённая её наглостью. Внутри всё кипело, но я старалась держаться, не показывая своих истинных эмоций.

– Что ты имеешь в виду? – спросила я, пытаясь звучать уверенно, но голос предательски дрожал. – Знать не знаю кто ты такая и знать не желаю!

Зобейда улыбнулась, её улыбка была холодной и насмешливой.

– Ахмад никогда не будет с тобой, – продолжила она, её глаза сверкнули злобой. – Ты думаешь, что можешь вернуть его, но ты ошибаешься. Он выбрал меня, и я не позволю тебе вмешиваться в нашу жизнь.

Каждое её слово было, как удар ножом. Я чувствовала, как сердце сжимается от боли. Но самое страшное было то, что я не знала, как ответить ей.

– Зачем ты это говоришь? – наконец спросила я, – Чего ты хочешь? Я понятия не имею кто ты такая.

Зобейда сделала ещё один шаг вперёд, её взгляд был полон злорадства.

– Я хочу, чтобы ты уехала, – сказала она спокойно, как будто речь шла о чём-то самом собой разумеющемся. – Уезжай отсюда и никогда не возвращайся. Если ты не хочешь, чтобы у тебя отобрали сына.

Эти слова пронзили меня как электричеством, пронизали самое сердце и кажется все внутренности сжались в комок. Я ощутила, как мир вокруг меня начинает вращаться. Миша – мой маленький Миша. Зобейда явно видела мою реакцию и наслаждалась этим.

– Ты не имеешь права угрожать мне, – прошептала я, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. – Миша мой сын! И ничей больше! Убирайся и не смей мне угрожать! Ты кто такая вообще?

Зобейда усмехнулась, её лицо исказилось от презрения.

– Я та, кто знает о тебе намного больше, чем Ахмад. Знает о тебе все. И я знаю чей он сын…Мне остается только сказать об этом эмиру и как ты думаешь, что он сделает узнав, что у него есть единственный сын?

– Ахмад на это не пойдет! И я мать! Кто отберет ребенка у матери?

– Ты так уверена? – спросила она ядовито. – Ахмад – эмир с многомиллионным состоянием. Кто оставит ребёнка с неуравновешенной одинокой женщиной, если его отец – такой человек?

Она приблизилась вплотную, её взгляд сверлил меня.

– Я могу рассказать Ахмаду всё, что знаю о тебе, – продолжила она, её голос был полон угрозы. – Все твои слабости, все твои ошибки. И поверь, он не будет колебаться. Ты потеряешь всё, что у тебя есть.

Я стояла, парализованная её словами. В голове крутились мысли о Мише, о том, как он может остаться без матери. Этот страх был невыносимым.

– Мне не нужен Ахмад, – сказала я, стараясь придать голосу твёрдость. – Мне плевать на ваши отношения. Но не смей угрожать мне или моему сыну.

Зобейда отступила на шаг, её лицо исказилось от злости.

– Ты не понимаешь, Вика, – прошипела она. – Это не просто угроза. Это реальность. Тебе лучше уехать отсюда и забыть про Ахмада, если ты хочешь сохранить сына.

Я чувствовала, как внутри всё дрожит от страха и гнева. Но я не могла позволить Зобейде увидеть мою слабость.

– Я не боюсь тебя, – сказала я, хотя в глубине души это было не так. – И я не позволю тебе шантажировать меня.

Зобейда посмотрела на меня с презрением, её глаза сверкнули с угрозой.

– Ты пожалеешь об этом, – сказала она холодно. – Я сделаю всё, чтобы ты ушла из его жизни навсегда. И тебе не понравятся мои методы. Уйди с моей дороги…ты и правда понятия не имеешь кто я и на что способна.

С этими словами она повернулась и ушла, оставив меня одну на балконе. Я стояла, чувствуя, как сердце бьётся как бешеное. Внутри меня бушевала буря эмоций: страх за сына, гнев на Зобейду и боль от её слов. Я знала, что должна быть сильной, но как это сделать, когда всё кажется таким невыносимым?

Я смотрела вниз на пролетающие машины, пытаясь успокоиться. Но мысли о Мише не давали мне покоя. Что, если Зобейда действительно сможет настроить Ахмада против меня? Что, если она добьётся своего и у меня отберут сына?

Я глубоко вздохнула, стараясь взять себя в руки. Я не могла позволить себе сломаться. Миша нуждался во мне, и я должна была защитить его любой ценой.

Может быть она права и мне нужно уехать.

Я не смогу ей противостоять… А Ахмад. Я уже насколько он скор на расправу. Я не могу ему доверять.

Глава 15

Я знала, что больше не могу оставаться здесь. После разговора с Зобейдой страх за сына не давал мне покоя. Если она действительно способна настроить Ахмада против меня и отобрать Мишу, я должна была действовать быстро. Единственный выход, который я видела, – уехать как можно дальше, где никто не сможет нас найти. Сначала я отправилась в банк и сняла все отложенные деньги. Эти средства должны были стать нашим спасением. Я знала, что если у нас будут деньги, мы сможем устроиться где угодно. Потом я выставила квартиру на продажу. Это решение далось мне нелегко – здесь были все наши воспоминания, всё, что связывало меня с прошлым. Но безопасность детей была важнее.

Я быстро собрала вещи. Сердце разрывалось от боли, но я не могла позволить себе сломаться. Каждая минута была на счету. Я упаковала только самое необходимое: одежду, документы, деньги. Сашенька и Миша ничего не подозревали, их лица светились радостью, когда они увидели меня.

– Мамочка, куда мы едем? – спросил Саша, когда мы садились в такси.

– Мы поедем в путешествие, милый, – ответила я, стараясь улыбнуться. – Всё будет хорошо.

Только мне уже так не казалось… Я снова бегу. В своей же стране, как загнанный зверь. Снова от него. Когда это закончится? Когда в моей жизни наступит покой? Почему Ахмад превращает ее в ад и рвет в клочья…И почему я продолжаю его так сильно любить Почему не смогла оттолкнуть…позволила. Отдалась по сути своему врагу, который всегда разбивал мне сердце и душу.

Наверное, за это время я поняла, что на самом деле твой дом там, где те, кого ты любишь. Мой дом – это мои дети и я. Когда мы вместе я дома. Поэтому не имеет значения куда я перееду. Пока что в Польшу, оттуда в Германию. Не осяду в одном месте пока не буду уверена, что он меня не найдет. В страну, где законы будут на моей стороне и где нельзя никого подкупить.

Такси мчалось по дорогам, и я смотрела в окно, пытаясь успокоиться. Мы ехали в аэропорт, а я молилась, чтобы всё прошло гладко. Решение уехать в Европу казалось единственно правильным. Я надеялась, что там мы сможем найти убежище и начать новую жизнь.

Но судьба распорядилась иначе. Вдруг внезапный удар в бок машины, и всё вокруг превратилось в хаос. Грузовик врезался в нас, и такси перевернулось. Я услышала ужасный скрежет металла и крик детей. А потом чернота которая накрыла меня и я погрузилась в нее как в болото.

***

Когда я пришла в себя, вокруг всё было размыто. Вокруг царил хаос, люди кричали, кто-то пытался помочь. Моё тело было охвачено болью, но я думала только о детях. Стараясь выбраться из машины, я ощутила, как кровь течёт по лицу.

– Саша! Миша! – кричала я, пытаясь добраться до них.

Сашенька лежал неподвижно, а Миша плакал от боли. Моё сердце разрывалось, и я не знала, что делать. Люди начали помогать нам, вызвали скорую. Всё происходило как в тумане, и я ощущала себя беспомощной и снова провалилась в пропасть беспамятства.

Очнулась я уже в больнице. Голова кружилась, и я чувствовала, как сердце колотится в панике. Вокруг меня были врачи и медсёстры, которые пытались привести меня в чувство. Но единственное, что я могла думать, – это о детях.

– Где мои дети? – закричала я, пытаясь встать. Но меня удерживали капельницы.

– Пожалуйста, успокойтесь, – говорила медсестра, стараясь удержать меня. – Ваши дети в реанимации. Мы делаем всё возможное.

Слова медсестры пронзили меня, как нож. Реанимация. Моё сердце сжалось от ужаса. Я сорвала капельницу и рванулась к двери, несмотря на протесты врачей.

– Где они? Я должна их видеть! – кричала я, пробегая по коридору. Люди пытались меня остановить, но я продолжала бежать.

Наконец, я добежала до ресепшена, где стояла медсестра.

– Где мои дети? – закричала я, слёзы текли по лицу. – Пожалуйста, скажите мне, что с ними!

Медсестра выглядела встревоженной, но старалась сохранить спокойствие.

– Ваши дети в реанимации, – сказала она. – Им нужна кровь и срочная операция. Мы делаем всё возможное, чтобы спасти их.

Я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Операция? Кровь? Как я могла помочь? Внутри меня всё дрожало от страха и отчаяния.

– Сколько нужно крови? Сколько денег? – спросила я, едва сдерживая рыдания.

– Операция будет дорогостоящей, – ответила медсестра. – Также возможно потребуется донорство почки для вашего младшего сына. Мы уже связались с донорским центром, но нужны средства.

Эти слова пронзили меня, как гром среди ясного неба. Я чувствовала, как мир вокруг меня рушится. Миша. Донорство почки. Это казалось нереальным, как страшный сон, из которого невозможно проснуться.

– А Саша? Что с ним?

– Травма головы. Так же операция. Переливание крови. Врач не знал с кем связаться. Нужны средства, нужна кровь…

– Я дам вам всё, что нужно, – сказала я, хватая медсестру за руку. – Пожалуйста, спасите моих детей.

– Мы делаем всё возможное, – повторила она, стараясь успокоить меня. – Вам нужно отдохнуть. Мы будем держать вас в курсе. Было бы неплохо если бы здесь был и отец ребенка. Вы можете не подойти…Как нам с ним связаться?

– Я… я свяжусь с ним. Сама.

Меня отвели обратно в палату, и я бессильно упала на кровать. В голове крутились мысли о детях, о том, как они сейчас страдают. Сердце разрывалось от боли и страха. Я чувствовала себя беспомощной, не зная, что делать и как помочь. Звонить Ахмаду…Мне придется ему звонить. У меня нет выбора. И это ужасно.

В палате было тихо, только звук капельницы нарушал эту тишину. Я лежала, глядя в потолок, и думала о том, как всё это произошло. Почему судьба так жестока ко мне и моим детям? Мы просто хотели убежать, найти безопасное место, а теперь мои дети борются за жизнь.

Слёзы текли по лицу, и я не могла их остановить. Я молилась, чтобы дети выжили, чтобы они смогли вернуться ко мне. Но страх был сильнее всех молитв. В голове крутились образы Сашеньки и Миши, их улыбки, их смех. Я должна была быть сильной для них, но как это сделать, когда внутри всё рушится?

В какой-то момент дверь палаты открылась, и вошла медсестра.

– У нас есть новости, – сказала она тихо.

Я поднялась с кровати, сердце колотилось в груди.

– Как они? Что с ними? – спросила я, стараясь сдерживать слёзы.

– Операция младшему сыну запланирована на утро, – сказала медсестра. – Но у нас недостаточно донорской крови. Мы просим вас сдать кровь, если вы согласны. Для старшего мальчика она тоже нужна.

– Конечно, я согласна, – ответила я без раздумий. – Делайте всё, что нужно.

Медсестра кивнула и ушла, оставив меня в одиночестве. Я знала, что должна сделать всё возможное, чтобы помочь своим детям. Моё сердце было полным страха, но я не могла позволить себе сдаться.

Весь остаток ночи я не спала. Мысли о предстоящей операции и возможном донорстве почки не давали мне покоя. Я молилась, чтобы врачи смогли спасти Мишу и Сашу, чтобы они выжили и вернулись ко мне.

Я достала сотовый, задержала дыхание, а потом набрала номер гостиницы Ахмада.

– Соедините меня, пожалуйста, с номером Ахмада ибн Бея.

– Как вас представить? Кто ему звонит?

– Аллаена!