Текст книги "Молитва в цитадели"

Автор книги: Ульрих Макош

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)

^{Вождь племени илонготов, живущих на севе-ро-востоке Лусона}

Много всяких табу есть у апайо, хотя, разумеется, они не всегда соблюдают их. Чаще всего они вспоминают о них, когда выполняют какую-нибудь неприятную работу по хозяйству.

А охота за головами ушла в область преданий. Одно из них я слышал в Банауэ. Много-много лет назад жил очень храбрый молодой человек Ангиобан. И жила девушка Бандиянг, в которую Ангиобан был влюблен. Однако большим успехом он у нее не пользовался. И все же Ангиобан решил во что бы то ни стало жениться на девушке. Он ухаживал за ней двенадцать лет. Однажды, совершенно отчаявшись, он пришел к ней вечером и попросил ее руки. Девушка начала придумывать одну отговорку за другой, чтобы только не выходить за него замуж, но Ангиобан; настаивал на своем, и тогда Бандиянг сказала:

– Твое желание исполнится, если ты достанешь мне голову и оружие одного из наших врагов.

И Ангиобан отправился в чужую деревню. Приблизившись к хижинам, он спрятался в засаде. Когда рано утром один из врагов проходил мимо, Ангиобан выскочил и убил его, захватив оружие, которое, по обычаю тех мест, мужчина всегда носил с собой. Ангиобан возвратился в дом Бандиянг и принес ей добычу. Собрались люди, чтобы весело отпраздновать победу Ангиобана, а позднее состоялась свадьба.

Спустя некоторое время Ангиобан обнаружил, что жена обманывает его с соседом. Еще раз убедившись в неверности жены, он решил убить и ее, и ее возлюбленного. Ангиобан устроил праздник и пригласил всех соседей. В самый разгар веселья он закрыл окна и вылил на очаг ведро воды, отчего в доме начался переполох. В это время и были убиты Бандиянг и ее любовник, которому Ангиобан отрезал голову.

Подобные истории ходят по кругу – вечером, при свете керосиновой лампы и огня в камине – в одной из гостиниц Банауэ. А внизу, на плато, стоит вертолет, прибывший утром из Манилы с группой американских туристов, чтобы через сутки отвезти их назад. Вымысел и правда, прошлое и настоящее – все смешалось! Наутро мы тоже упаковываем вещи: отправляемся в обратный путь: Банауэ – Бонток – Багио – Манила. Он займет два дня.

Позади остается долина, где живут ифугао и другие племена, чьи предки построили своими руками лестницы в небо – восьмое чудо света. Сейчас они бедны, как и прежде. А они, несомненно, внесли свой вклад в развитие мировой культуры!

Разговор со временем. Товарищ Фелисисимо Макапагал

Моя беседа с Генеральным секретарем Центрального комитета Коммунистической партии Филиппин состоялась в 1976 году, в то время, когда с изменившимся соотношением сил в мире вынуждены были считаться и на Филиппинах. Президент Маркос совершил официальную поездку в Москву, с СССР были установлены дипломатические отношения. В Маниле принимали заместителя министра иностранных дел Социалистической Республики Вьетнам Фан Хьена. Отношения между Филиппинами и Вьетнамом были нормализованы. Намерение филиппинского правительства продолжать курс, направленный на национальную независимость, и поставить под национальный контроль американские военные базы обеспокоило Вашингтон. Круги, задающие тон в американском правительстве, вошли в контакт с представителями ультраправой и ультралевой оппозиций на Филиппинах. Можно полагать, что в 1976 году президент Маркос перестал рассматриваться в США как «свой» человек. Между тем референдум того же года выразил одобрение мероприятиям президента, преобладающим числом голосов поддержав введенный им четыре года назад закон о чрезвычайном положении и проведенные в связи с этим законом реформы.

Товарищ Макапагал, здоровье которого сильно подорвано годами подпольной борьбы, говорит медленно, с трудом. Это его первое интервью с тех пор, как в 1974 году партийное руководство вступило в переговоры с президентом. Фелисисимо Макапагал говорит на пилипино, хотя хорошо владеет английским.

Переговоры между партийным руководством и президентом, состоявшиеся в октябре 1974 года в президентском дворце Малаканьянг на берегу Пасига, привели тогда к соглашению, которое уже за истекший период дало свои плоды. Партия заявила, что она поддержит некоторые реформы правительственной программы, а президент издал указ об амнистии всех членов Коммунистической партии Филиппин и бойцов ее вооруженных отрядов.

Так закончился почти полувековой период подполья. Правда, в последние десятилетия в некоторых кругах национальной буржуазии политика преследования правительством компартии подвергалась сомнению. А противники демократического и независимого развития Филиппин как внутри страны, так и за рубежом всячески поносили соглашение 1974 года о национальном единстве между партийным руководством и правительством, поскольку оно декларировало фактическую легализацию Коммунистической партии.

Сам факт, что я могу открыто беседовать с Генеральным секретарем компартии в одном из фешенебельных отелей столицы, на мой взгляд, свидетельствует о положительных переменах, происшедших за пять лет, то есть после моего первого посещения Манилы. Товарищ Макапагал дал оценку внутреннего положения страны после 1974 года, сказав, что перемены, которые произошли на Филиппинах после подписания соглашения, являются в основном результатом возросшей мощи революционных сил в социалистических и капиталистических странах, а также в странах, добившихся национальной независимости. Изменившаяся ситуация в мире оказала влияние на формирование новой позиции правительства в вопросах, касающихся внутренней и внешней политики страны. Партия поддерживает стремление правительства к миру, прогрессу и нейтралитету, так как борьба за мир и нейтралитет – это борьба против империализма.

Товарищ Макаиагал высоко оценивает успехи, достигнутые на Совещании по безопасности и сотрудничеству в Европе, полагая, что этот успех имеет для Филиппин важное значение, ибо воля Европы к миру и безопасности в равной мере соответствует интересам безопасности в Азии.

Генеральный секретарь говорит, что во внешней политике произошли большие изменения. Поездка президента в Москву и визит вьетнамского представителя в Манилу – лишь примеры прогрессивной тенденции, наблюдающейся во внешней политике и играющей существенную роль для правительства и для народов Филиппин. В этом смысле партия полностью одобряет и поддерживает перспективную программу правительства.

В ходе беседы он упоминает об интенсивной злостной пропаганде против социалистических стран и Коммунистической партии Филиппин, которую развернули в последние годы империалисты. Я, кстати, замечаю, что даже информация по важным проблемам, затрагивающим непосредственно азиатские страны, тщательно профильтровывается, подается в искаженном виде, а иногда и просто утаивается от филиппинского читателя различными американскими агентствами, преследующими на Филиппинах свои империалистические цели.

Некоторое время назад сообщения о IX съезде СЕПГ, а также о Берлинской конференции коммунистических и рабочих партий Европы были сфабрикованы по известного рода образцу и в грубо извращенном виде переданы западными телеграфными агентствами, затем были опубликованы в манильской печати. Товарищ Макапагал указывает на то, что после установления дипломатических отношений с социалистическими странами эта враждебная пропаганда дискредитирует себя в глазах народа. Новые отношения с социалистическими странами будут способствовать экономическому развитию Филиппин; можно надеяться, что это поможет строить экономику, освободив ее от традиционной зависимости от капиталистических стран.

Народ узнает правду о коммунистах и социалистических странах. До последнего времени империалистическая пропаганда внушала народу, что коммунисты – всего-навсего смутьяны, а социалистические страны – плохие страны. Новая позиция правительства, занятая в отношении социалистических стран, теперь опровергает эту ложь. Товарищ Макапагал подчеркивает, что с установлением дружеских отношений с социалистическими странами окрепнут революционные силы на Филиппинах. Например, посредством культурного обмена филиппинцы смогут получить представление о действительности реального социализма, а граждане социалистических стран – познакомиться с Филиппинами. Результатом этого будет взаимопонимание, а оно откроет путь к достижению мира на земле. Укрепление этих отношений будет способствовать политике разрядки напряженности и мирного сосуществования государств с разным общественным строем.

В области внешней политики партия, например, поддерживает намерение правительства примкнуть к движению неприсоединения. На состоявшейся в 1976 году в Коломбо конференции неприсоединившихся стран на высшем уровне Филиппины были уже представлены в качестве наблюдателей. Товарищ Макапагал еще раз возвращается к вопросу безопасности в Азии. Хотя ощутимых результатов пока не наблюдается, тем не менее существует прямая необходимость продолжать кампанию за безопасность в Азии.

Генеральный секретарь уточняет позиции партии по отношению к АСЕАН, членом которой Филиппины являются с момента ее основания и в которую входят также Индонезия, Сингапур, Малайзия и Таиланд, и подчеркивает, что развитие последних лет показало, что стремление империалистических великих держав подчинить себе АСЕАН и использовать ее в своих целях не увенчалось успехом.

Товарищ Макапагал выступает против политики правительства в отношении транснациональных корпораций и иностранных капиталовложений. Эти корпорации, добавляет он, не могут способствовать прогрессивным изменениям в стране, в особенности развитию национальной экономики. Товарищ Макапагал считает, что большое значение имела бы национализация жизненно важных для экономики страны отраслей промышленности, и подчеркивает, что в этом отношении правительство уже предприняло кое-какие шаги, в частности, в области нефтяной, энергетической промышленности и водоснабжения.

Самым значительным из серии социально-экономических преобразований, осуществляемых правительством президента Маркоса в последние годы, является аграрная реформа, положительные результаты которой я уже имел возможность наблюдать в обширных и плодородных рисоводческих районах острова Лусон. Коммунисты страны многие десятилетия постоянно выдвигали требование проведения аграрной реформы, они боролись за это с момента основания партии, то есть с 1930 года.

При всей ограниченности, которая присуща этой реформе, она является основой для сближения точек зрения Коммунистической партии Филиппин и правительства Маркоса. Товарищ Макапагал анализирует эту связь, неоднократно подчеркивая, что провозглашение аграрной реформы повлияло на позицию КПФ в оценке деятельности правительства, а также на решение партии вступить в переговоры с правительством, которые и привели к известному соглашению, соответствующему национальным интересам.

Генеральный секретарь сказал, что партия с самого начала вела борьбу за осуществление прогрессивной аграрной реформы. Это и послужило причиной переговоров с правительством президента Маркоса. Несмотря на то что реализация реформы идет медленно, партия верит, что она улучшит положение масс, и призывает массы поддержать эту реформу. Правительство ввело систему барангаев, что может стать путем к более широкому и демократическому участию народа в осуществлении правительственной программы.

При этом партия ни в коей мере не упускает из виду негативные стороны капиталистического пути развития производства и общественных отношений. Она учитывает, что действия и намерения внутренней и внешней реакции, открыто борющейся против Маркоса и объявленного им в 1972 году чрезвычайного положения, имеют главную цель: нанести удар но самой сущности программы реформ в стране и ликвидировать начавшийся уже процесс преобразований.

В заключение товарищ Макапагал характеризует основные черты объединенного фронта реакции, подчеркивая, что столь важная аграрная реформа имеет множество противников – это правые и ультралевые силы, помещики и крупные землевладельцы.

Исключительно большой сплоченности своих рядов Коммунистическая партия Филиппин добилась в предшествующие второй мировой войне годы. В 1938 году президент Кесон был вынужден даже отменить закон о запрете партии.

Во время войны КПФ участвовала в организации антияпонской народной борьбы, в которой она понесла большие потери.

Товарищ Крисанто Эванхелиста, председатель партии, как и некоторые другие товарищи из партийного руководства, был арестован японской тайной полицией и после жестоких пыток казнен в форте Сантьяго, так как отказался сотрудничать с японским фашизмом. В 1942 году партия вошла в Единый фронт, в котором руководимые ею партизанские отряды сплотились в Народную антияпонскую армию (по-тагальски – «Хукбонг байян лабан са Хапон», сокращенно Хукбалахап). Ее солдаты назывались хуками. К этому фронту примкнули и другие демократические слои населения. Хукбалахап наносила весьма чувствительные удары японским агрессорам, особенно на Лусоне. Уже в 1942 году здесь были освобождены несколько районов и учреждены демократические органы самоуправления. В это же время появились первые ростки демократической аграрной реформы: партизанами были конфискованы земли коллаборационистов. Партия предложила американским отрядам, оперировавшим на этой же территории, объединиться в борьбе против японских интервентов. Однако уже в те трудные годы обозначилось стремление американского военного командования на Дальнем Востоке (ЮСАФФИ) погасить партизанское движение. Хотя отдельные случаи сотрудничества между отрядами Хукбалахапа и американскими офицерами и имели место, но они были слишком редкими, поскольку американская штаб-квартира не допускала этого. Макартур издал даже специальный приказ, запрещавший американским офицерам какое бы то ни было сотрудничество с Филиппинской народной армией. США враждебно отнеслись к таким мероприятиям Хукбалахапа, как экспроприация земельных владений коллаборационистов и создание демократических органов самоуправления на Лусоне. Они даже преследовали отряды Хукбалахапа, заманивая их и засады. Для ведения этой тайной войны американское командование использовало своих агентов, прошедших специальную подготовку ведения боевых действий в Джунглях. Таким образом, борцам-патриотам пришлось вести настоящую войну на два фронта.

История КПФ в послевоенные годы – это история непрекращающейся борьбы за права народа, это постоянное отражение откровенных попыток разгромить партию, это, наконец, очищение от ревизионистских, оппортунистических и левосектантских элементов.

Партия в настоящее время все же получила возможность работать легально, в пределах ограничений, предусмотренных законом о чрезвычайном положении. В сфере ее деятельности – промышленные предприятия, рудники, деревни, университеты, школы, административные учреждения. Центральная задача партийной работы – сплочение всех патриотических сил. Коммунисты рассматривают политику классовых союзов, то есть объединения своих сил с силами левых, демократических и патриотических организаций страны, как важное средство борьбы за национальные интересы филиппинского народа. Таким образом, вступая в сотрудничество с правительством, партия исходила из твердых, принципиальных позиций. В основе ее действий лежит конкретный анализ внутри– и внешнеполитических условий.

В числе руководящих деятелей партии, выступивших на большом митинге, состоявшемся после подписания соглашения между КПФ и правительством, был и товарищ Макапагал, который заявил, что существующая в стране ситуация требует не вооруженной борьбы, а активного участия народа в реализации социальных реформ. Эти реформы позволяют расширить рамки социальной справедливости и создать предпосылки для улучшения жизненного уровня народа.

15 ноября 1976 года в Алиага состоялся митинг, на котором выступил товарищ Макапагал. На нем собралось более 50 тысяч крестьян. Здесь же выступил и президент Маркос, который заявил, что осуществление социально-экономической программы возможно только совместными усилиями, что выдвинутая им программа аграрной реформы может быть реализована лишь в том случае, если удастся подавить сопротивление крупных землевладельцев.

Основная позиция КПФ была сформулирована в документе Центрального комитета, опубликованном во время переговоров 1974 года под заголовком «Позиция КПФ по основным вопросам режима чрезвычайного положения», в котором говорится, что главная задача борьбы КПФ и всего рабочего движения на Филиппинах состоит в том, чтобы создать истинно демократический политический, экономический и социальный порядок в стране. КПФ рассматривает институты правления, учрежденные правительством, как шаг вперед к более широкому участию масс в политической жизни страны. Желательно, чтобы эти новые политические институты, заменившие двухпартийную систему, способствовали широкому и беспрепятственному вовлечению граждан страны в активную политическую жизнь для организованного участия их в решении насущных социальных проблем. КПФ считает, однако, что расширенные политические рамки не дадут ничего нового по сравнению со старыми системами правления, если не будет признано право КПФ как самостоятельной политической партии легально проводить работу среди пролетариата.

КПФ потребовала признания себя в качестве легальной политической партии, обладающей всеми демократическими правами, освобождения всех ее членов из заключения и безоговорочной амнистии для ее руководителей. Президент согласился удовлетворить требования партии и приступить к их осуществлению сразу же после подписания соглашения в 1974 году.

КПФ осуждает сегодня действия объединенного фронта противников президента Маркоса, прикрывающихся требованием «восстановления демократии», на самом же деле готовящихся к свержению правительства и новому наступлению против КПФ. Партия не рассматривает буржуазных соперников президента в качестве скольконибудь достойной альтернативы, а главным врагом истинной независимости филиппинского народа считает американский империализм. Соглашение, достигнутое между Коммунистической партией и президентом, направлено на укрепление национально-демократических и патриотических сил в стране.

Хуан Крус [7]7
  Хуан Крус – так принято на Филиппинах называть «простого, среднего» человека. – Примеч. ред.


[Закрыть], касама и операция «земельная реформа»

Во время поездки по провинции Пампанга нас пригласили на церемонию освящения нового филиала Земельного банка в столице провинции Сан-Фернандо на Дженерал Исон-авеню.

Мы были не подготовлены к официальному визиту: весь день шел дождь и на наших брюках и обуви налипла глина с полей.

Однако приглашение было настойчивым и мы отправились. Сопровождавшие нас сотрудники из министерства аграрной реформы, казалось, очень обрадовались, предвкушая приятный вечер в новом банке за коктейлем; правда, они были перепачканы не меньше нашего.

Прибыл министр из Манилы, с ним – президент Земельного банка и его заместитель, все уважаемые граждане города и провинции, журналисты из Сан-Фернандо и Манилы, приглашены были даже будущие клиенты банка – застенчивые, робкие, бедные крестьяне, неловко чувствующие себя в платках, хотя и очень красивых, не привыкшие к такому вниманию. Нас поблагодарили за то, что мы пришли, ибо все происходящее здесь связано с большими переменами в определенной части филиппинского общества.

Аграрную реформу я рассматриваю как большое достижение, как самый крупный шаг в социально-экономической жизни Филиппин за последние годы. Жестокая система землепользования преобладает на Филиппинах по сегодняшний день. Испанские завоеватели ввели в этой стране систему энкомьенды (права на пользование землей с проживающими на ней аборигенами), которая позволяла господствующему классу и чиновной администрации присваивать себе право властвовать на огромных территориях; это право должно было увековечить крупное землевладение, равно как и страдания безземельных филиппинцев. Колониальные власти способствовали закреплению земли за несколькими богатыми и влиятельными семействами и церковью.

Какие мысли волновали гостей в этот вечер на Дженерал Исон-авеню в Сан-Фернандо, когда по древнему филиппинскому обычаю освящался новый дом?

Высшие церковнослужители разных вероисповеданий один за другим дают свое благословение. Однако ничто не может скрыть того, что господствующая католическая церковь находится в состоянии серьезного разлада: с одной стороны, многие из священников ненавидят земельную реформу и тех, кто ее требует и кто ее осуществляет, с другой – они знают, что в государстве есть миллионы верующих, которые борются и молятся за земельную реформу. Миллионы, которых церковь не может позволить себе потерять.

Так проходит эта церемония: верующие и атеисты, президент банка и крестьяне, коммунисты и антикоммунисты в одном помещении, и у каждого в руках свеча. В Пампанге борьба за аграрную реформу была особенно сильной, здесь у Коммунистической партии сторонников больше, чем где бы то ни было.

Экспроприация земли – по сути, ее выкуп – обыкновенная буржуазная реформа, но это только одна сторона дела. Теперь бедняки-арендаторы получают землю, которую они до сих пор обрабатывали, а деньги на ее приобретение им одалживает Земельный банк – нововведение правительства в помощь осуществлению земельной реформы.

Конрадо Ф. Эстрелья, министр аграрной реформы, схематично набрасывает ее план: «Исходный момент абсолютно ясен. Филиппины – аграрная страна, крестьяне составляют более семидесяти процентов населения. Филиппины бедны, потому что бедны крестьяне. Если мы сможем сделать их богатыми, Филиппины станут богатой страной». Земельная реформа должна помочь ликвидировать нехватку продуктов в стране.

Министр рассказывает о первых неудачных шагах земельной реформы, которые оказались нереализованными, так как лобби в парламенте, настроенное против реформы, неоднократно проваливало эти законопроекты.

Президент Маркос объявил, что земельная реформа распространяется на всю страну. С издольной арендой теперь покончено. Крестьяне, которые были издольщиками и обрабатывали землю за часть урожая, станут отныне платить фиксированную ренту, а в перспективе будут владельцами земли. Их право оставаться на земле защищает закон. Но министр отметил, что предстоит еще многое сделать. Статистические данные 1972 года показали, что под рисом и кукурузой было занято 1,3 миллиона гектаров пахотной земли. Из них 450 тысяч гектаров, или 35 процентов, составляли землевладения площадью от 50 гектаров и выше. Под контролем и властью крупных землевладельцев оказывалось в среднем по 150 гектаров и по 420 крестьян. Таковы были феодальные черты филиппинской арендной системы, С которой покончила теперь аграрная реформа.

Однако следует сделать серьезную оговорку: хотя президент объявил, что аграрная реформа распространяется на всю территорию Филиппин, она коснулась лишь районов, где возделываются рис и кукуруза. Те территории, на которых выращивают другие культуры, она не затронула.

Земельный банк требует за предоставляемые кредиты 6 процентов. Мне показалось, что это много. Эстрелья спрашивает стоящих вокруг него крестьян, сколько они платили до этого. Оказывается, 24 процента ежемесячно. Хуан Крус платил долги, пока окончательно не разорился. Почти все присутствовавшие здесь крестьяне раньше были издольщиками; в провинции Пампанга из 100 крестьян 80 издольщиков. Менее 3 процентов всех семей провинции имеют ежегодный доход от 10 тысяч песо и больше, 7 процентов – от 5 тысяч до 10 тысяч песо, 90 процентов менее 2500 песо годового дохода, то есть 90 процентов филиппинцев живет в крайней нужде.

Эстрелья говорит, что по инициативе правительства было проведено обследование с целью установить, кто из владельцев земли, имеющих от 7 до 24 гектаров, обрабатывал ее своими руками или путем найма батраков. Таких оказалось только 3,6 процента, остальные сдавали землю в аренду. Хуан Крус, издольщик, не имел ничего, кроме собственных рук. 10 тысяч из 45 миллионов жителей монополизировали землю, жили за счет миллионов – вот суть касамы – издольной арендной системы.

Хуан Крус обрабатывает землю и собирает урожай, помещик дает семена, землю, нередко – буйвола. Было нормой, чтобы после окончания уборки отдавать помещику половину урожая. Но семье нужно было жить, и рис одалживали до нового урожая.

Понятия привычные, каждый знает: заем по системе терсиахан – 50 процентов надбавки, такипан – 100 процентов надбавки. Или, переводя на язык Хуана Круса: если он получает от помещика в долг до нового урожая 5 каванов (1 каван риса весит примерно 44 кг), то после уборки урожая должен отдать 7,5 (терсиахан) или 10 каванов (такипан). Следствием этой системы явилось чудовищное обнищание издольщиков, часто десятилетиями не получавших от помещика ни одного сентаво; они даже не знали, насколько велик их долг, и бывало так, что после смерти отца долг ложился на сына, который должен был выплачивать его всю свою жизнь. Время между севом и уборкой урожая было самым трудным. Хуан Крус вынужден был идти к ростовщику, чтобы иод огромные проценты получить самое необходимое, причем в сельской местности помещик и ростовщик зачастую являли собой одно и то же лицо.

Ставки расчетов по ссуде меняются в пределах от 50 до 400 процентов; эта система включает в себя прочно укоренившиеся порядки: такипан – два кавана риса за один одолженный; талинда – три кавана риса за два одолженных; терсиахан – четыре кавана риса за три одолженных. Если долг ростовщику не мог быть уплачен после сбора урожая, то этот долг увеличивался вдвое.

В провинции Батаан до недавнего времени было принято, что помещик удерживал 20 процентов урожая в качестве арендной платы и еще 20 процентов за «рост урожая». Остаток, то есть 60 процентов, он делил пополам – половину себе, половину издольщику, а из этих 30 процентов тот должен был отдать какую-то часть помещику – возвращал долг.

Такая система основательно разрушает сельское хозяйство, но вместе с тем революционизирует крестьян.

У Филиппин много названий, которые передают красоту и плодородие этой страны, по для Хуана Круса все богатства ее сотни лет оставались недосягаемыми. В таком же положении находились, да и сейчас находится сельскохозяйственные рабочие, безземельные крестьяне и арендаторы на обширных плантациях сахарного тростника, а также на кокосовых и табачных плантациях.

В Сан-Фернандо и вокруг него как будто бы ничего не изменилось за те пять лет, которые прошли после моей первой поездки на Филиппины: также идет дождь, “а рисовых полях работают крестьяне. Однако здесь большая часть рисовых полей уже не принадлежит помещикам. Класс крупных владельцев рисовых земель ликвидирован. С нами приехала Урдотия Нунаг, специалист из министерства аграрной реформы, которое имеет свое отделение в главном городе провинции. Я прошу ее рассказать, что значит аграрная реформа для провинции Памианга.

– Крестьяне, – говорит она, – получили землю, и в связи с этим условия владения землей кардинально изменились в пользу крестьян.

– Я слышал, что так называемая операция «земельная реформа» проводилась по-разному?

Урдотия Нунаг разъясняет мне ее особенности: – Критерии были следующие: если речь шла о частной земле, сданной в аренду, площадью, превышающей семь гектаров и засеянной преимущественно рисом или кукурузой, то арендаторы могли получить максимум три гектара орошаемой земли под рис и кукурузу или пять гектаров неорошаемой – также под рис и кукурузу. Установлена твердая цена на землю. Она равна стоимости двух с половиной нормальных урожаев за последние три года.

Далее она объяснила мне, как это делалось: в 1908 году урожай составил в среднем 60 каванов, в 1970 году – 70 каванов и в 1971 году – 80 каванов, то есть в среднем за три года 70 каванов. Эта цифра умножается] на 2,5, что составит 175 каванов, и на 35 (песо за каван), что дает 2450 (песо) – стоимость одного гектара.

Мне кажется, что сумма эта не так уж и велика, но для большинства крестьян она немалая, ибо далеко не все имеют сбережения. Деньги, взятые в долг на покупку земли, они должны выплачивать Земельному банку в течение 15 лет с приплатой б процентов годовых. Помещики получают компенсацию через Земельный банк: 10 процентов наличными, остальное – в акциях банка без обложения налогом, с выплатой 6 процентов дохода в течение 25 лет. Участок меньше 7 гектаров остается владельцу.

Проведение земельной реформы – очень сложное дело. Для ее осуществления понадобилось немало директив и инструкций, с которыми необходимо было ознакомить крестьян, и это делалось самыми разнообразными методами.

Министерство аграрной реформы пытается хоть как-то помочь крестьянам: дает консультации по строительству домов, по выращиванию риса и по вопросам здравоохранения; следит, чтобы при погашении долга не было допущено никакого беззакония, однако его допускают.

^{Крестьянин, возвращающийся с пахоты}

Правительство стимулирует развитие кооперативов. Эта форма организации еще недостаточно популярна. На реке Пампанга я встречаю Доминго Лапингина, крестьянина из Силипана, у которого теперь собственная земля. 95 хозяйств объединились в кооператив, особенности которого, как я понял, заключались в том, что крестьяне здесь работают сообща и у них общее руководство. Это – простая форма кооперации, а Урдотия Нунаг помогает им советами. Отношения между инструктором и крестьянами хорошие. Доминго Лапингин широким жестом показывает на территорию от дамбы на берегу Пампанги, где мы стоим, до самой горы у горизонта и гордо говорит, что вся она принадлежит крестьянам Силипана.

– Раньше это были владения Гонсалеса, на которого мы работали и который пожирал все наши силы; на этой стороне реки ему принадлежало, наверное, около ста гектаров. Особенно тяжело было, когда река выходила из берегов и заливала посевы.

Силипан далеко не богатая деревня, хотя там есть несколько каменных домов, построенных вдоль дамбы. Все взрослые работают в поле, часто им помогают дети, поскольку река в любой момент может превратиться в разъяренного зверя, и здесь урожай больше, чем где-либо в стране, зависит от погоды.

Доминго Лапингин захотел поговорить со мной по-английски без переводчика.

– Земельная реформа, – говорит он, – хорошее дело. Мне, моей семье и всем нашим людям в Силипане теперь живется лучше.

О выплате кредита он не беспокоится. Земля в Силипане плодородная, и здесь редко бывает так, чтобы по нескольку лет не было урожая. Крестьянин широко улыбается и добавляет:

– Если бы не было наводнений, мы ездили бы на буйволах, запряженных в золотые коляски.