Текст книги "Сердечно не приглашены (ЛП)"
Автор книги: Уитни Грация Уильямс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 11 страниц)
Глава 19 (Б)
КЭТИ
НАШИ ДНИ
Во вторник утром мы проследовали за Мишель и её подружкой невесты в кафе, будучи уверенными, что это наконец-то станет моментом, когда всё тайное станет явным. Мы заплатили официанту двадцать долларов, чтобы он подслушал разговор, но всё, что он смог нам выдать, это: «Женщина по имени Мишель любит рассуждать о том, как ей нравится заглатывать член Криса…»
В тот же вечер я присоединилась ко всем подружкам невесты для фотосессии на пляже. Мишель ни словом не обмолвилась о своих сомнениях. Вообще.
В среду Ашер настоял на том, чтобы мы по очереди перечитывали свежую порцию данных от Келси в поисках хоть каких-то признаков недовольства, но… там были лишь бесконечные ветки переписок, состоящие из грязных сообщений между ней и Крисом.
К четвергу я начала задаваться вопросом, не выдумала ли я всё это в своей голове. А «безотказный» план Ашера – нанять человека, который должен был ошарашить Криса какими-то «новостями», – провалился настолько феерично и с таким треском, что у меня даже нет сил вдаваться в подробности.
Глава 20
КЭТИ
НАШИ ДНИ
– Если и это не сработает, мы просто пустим всё на самотек… – Ашер придержал дверь арендованного автомобиля. – Если только у тебя нет других идей.
– Есть, – отозвалась я. – Мы можем просто позволить им сказать «да» и притвориться, что всего этого безумия никогда не было.
Он постучал пальцем по подбородку, делая вид, что всерьез обдумывает предложение.
– Мишель сегодня что-нибудь писала?
– Спросила, нет ли у меня на примете хороших адвокатов.
– Садись в машину, – отрезал он. – Живо.
Я подчинилась, и он скользнул за руль. Мы ехали в пяти машинах позади Мишель и Криса, петляя мимо пышных лесов и пляжей с белоснежным песком.
Но когда они свернули на парковку кинотеатра и Мишель недвусмысленно перебралась к Крису на колени, мы в очередной раз выбросили белый флаг.
– Хочешь пообедать? – спросил Ашер.
– Да, давай. – Я опустила взгляд и поняла, что моя рука переплетена с его рукой, но не стала её отдергивать.
Мы припарковали машину под пальмой и доплатили парковщику, который клятвенно пообещал присмотреть за ней, пока мы идем по длинной тропе к кафе.
Три часа спустя
Когда мы вернулись в туристическую зону, единственным признаком жизни был парень в будке оплаты. Всех машин, что были на парковке, включая нашу, и след простыл.
Что за…
– Что случилось с нашей машиной? – спросила я Ашера.
Он не ответил. Он размашистой походкой направился к стойке, где мы оставляли ключи, и поднял их вверх:
– Где, черт возьми, моя машина? Я заплатил тебе пятьдесят долларов за парковку.
– А, да. Я помню вас, мистер Брукс. – Парень расплылся в улыбке. – Я Омар. Рад видеть вас снова.
– Я не смогу ответить взаимностью, пока ты не скажешь мне, где мой автомобиль.
– Понимаю, как это выглядит. – Омар кивнул и перевел взгляд на меня. – А в чем, собственно, его проблема, мисс?
– Сегодня у нас одна проблема на двоих. – Я откашлялась. – Мы приехали сюда на машине, и она, кажется, пропала.
– Она не пропала, – успокоил он. – Я одолжил её другу, чтобы он съездил по делам в город. Она вернется до заката.
– ТЫ СДЕЛАЛ ЧТО?! – выкрикнули мы в унисон.
– Без паники, без паники. – Омар продолжал улыбаться. – Я велел ему вернуть её с полным баком. Идите пока развлекитесь чем-нибудь.
Мы уставились на него, потеряв дар речи.
– Я дам вам отличную скидку на снорклинг. – Он выудил брошюру. – Заплатите в полцены.
– С нас хватит развлечений на этой неделе, – отрезал Ашер. – Нам нужно вернуться в отель Excellence.
– О. – Он небрежно забросил брошюру в урну.
– После этого «о» будет какое-то продолжение, Омар? – спросил Ашер сквозь зубы.
– Ага… – Он кивнул. – Я могу попросить друга подогнать вашу машину прямо к отелю. Так что, если не хотите ждать, можете дойти пешком до автобусной остановки.
– И где она?
– Вон там. – Он указал куда-то вдаль, где не было ничего, кроме извилистой дороги. – Видите?
– Нет, – отрезала я. – Там есть какие-то указатели, на которые можно ориентироваться?
Он покачал головой.
– Вы сразу её узнаете. Сине-белая, прямо перед старым складом кофе.
– Ладно… – Я сдержала вздох. – И сколько туда идти?
– Ну, миль шесть, плюс-миль минус, если срезать через пешеходную тропу, а не плестись вдоль дороги. – Он снова улыбнулся. – Но для двух молодых людей вроде вас? Пролетит как одна миля.
Глава 21
КЭТИ
НАШИ ДНИ
Это ни капли не было похоже на одну милю. Вообще.
Мой телефон отсчитал всего три десятых мили, когда пушистые белые облака на небе превратились в яростные серые тучи. К концу второй мили на нас обрушилась мелкая морось.
– Я тут гуглила кое-что недавно, – я посмотрела на Ашера. – В подобных фальшивых туристических местах угоны машин – обычное дело.
– Ты сейчас пытаешься обвинить меня в том, что кто-то украл тачку?
– Я лишь указываю на то, что для человека, который так настаивает на «исследованиях», ты пропустил довольно жирный «тревожный звоночек».
Он испепелил меня взглядом, и мы продолжили путь. Дождь припустил сильнее, насквозь пропитывая нашу одежду. Час спустя мы наконец добрались до автобусной остановки, о которой говорил Омар, но у неё не было навеса, поэтому мы зашли внутрь склада, стоявшего прямо за ней.
– Какая у тебя политика возврата средств? – спросила я. – Для обычных клиентов.
– Её не существует, – отрезал он. – Никогда не было повода её вводить.
– А как насчет таких случаев, как этот? – Я буквально чувствовала, как горят подошвы моих ног, и мне хотелось кричать.
– Я не вижу никаких проблем…
– Всё, что ты так гениально спланировал, чтобы разлучить Криса и Мишель, провалилось. Абсолютно всё.
Он стиснул зубы.
– Я в курсе. Спасибо.
– Всегда пожалуйста, – съязвила я. – У тебя когда-нибудь было столько неудач подряд?
– Нет, никогда. – Его голос был резким. – Но в моем последнем уравнении появился новый фактор, так что, думаю, дело в этом…
– Ты считаешь, что это моя вина?
– Я считаю, что тебе нужно отойти от меня подальше, пока не пришел следующий автобус.
– Мне и здесь отлично стоится.
– Тогда можешь стоять с закрытым ртом? – спросил он. – Я был бы очень признателен.
– Я постоянно прошу тебя заткнуться, и ты никогда этого не делаешь, так что нет. – Я пожала плечами. – Нет, я не могу стоять здесь молча.
– Тогда позвони Брэду и пожалуйся ему на всё то, что ты во мне ненавидишь, – бросил он. – Я устал об этом слушать.
– Я рассталась с Брэдом.
– Что? – Его глаза вспыхнули гневом. – Когда?
– Какое-то время назад.
– То есть ты лгала мне, что он приедет сюда? – Он шагнул ближе. – Ты сказала, что он твой «плюс один»…
– Я не знала, что обязана держать тебя в курсе своей личной жизни.
– Ты обещала сообщать мне именно об этом дерьме. – Он пригвоздил меня к месту своим пылающим взглядом. – Какого хрена ты не сказала раньше?
– Потому что, как я уже говорила, – мой голос стал едва слышен, – то, что я с ним рассталась, ничего не меняет между мной и тобой.
– Как бы не так… – Его губы врезались в мои – глубоко, властно, и я тут же забыла, что собиралась сказать.
Моя спина коснулась стены, и я обхватила его шею руками. Он смотрел мне прямо в глаза, словно бросая вызов: попробуй, отстранись, попробуй, воспротивься.
Проведя зубами по моей губе, он зарычал, пока дождь снаружи становился всё неистовее.
Его рука скользнула по моей ноге, задирая платье выше к бедрам. Он полез в карман, достал презерватив и надел его, ни на секунду не разрывая зрительного контакта, затем вошел в меня одним медленным, уверенным движением.
– Это именно то, чего ты хочешь, – прошептал он у моих губ. – Скажи это…
У меня перехватило дыхание.
– Кэти… – Он резко вошел в меня и сжал мои бедра, заставляя замереть. Затем сильно прикусил мою нижнюю губу, глядя глубоко в глаза. – Скажи это.
– Да… – выдавила я. – Это то, чего я хочу.
Он трахал меня, прижав к стене, вколачиваясь в меня без тени жалости. Каждая капля разочарования, накопившаяся во мне из-за него, надломилась, перекрутилась и уступила место чему-то гораздо более опасному с каждым его толчком, с каждым грубым поцелуем.
– А-а-ах… – Я впилась ногтями в его шею, приближаясь к пику. Я пыталась сдержаться, но его темп был слишком неистовым. Слишком мощным.
Я рассыпалась на части в его руках, и он крепко прижал меня к себе. Несколько секунд спустя он напрягся, простонав мое имя.
Мы смотрели друг на друга. Он вышел из меня и, прежде чем я успела сказать хоть слово, оглядел меня сверху донизу. Всё еще в состоянии полной готовности, он начал подтягивать брюки, и я ждала, что он их застегнет, но нет. Вместо этого он снял использованный презерватив и достал новый.
– Повернись и упрись руками в стену, – скомандовал он.
– А?
– Ты меня слышала. – Он вскрыл фольгу и медленно натянул презерватив. – Не заставляй меня просить дважды, Кэти…
Я замерла, и он внезапно обхватил меня за талию и развернул. Он втиснул колено между моих бедер, заставляя раздвинуть ноги. Положил ладонь мне на спину и прижался ртом к шее.
– Руки на стену, – потребовал он, и я подчинилась.
Он снова вошел в меня – на этот раз медленнее, глубже. Он посасывал кожу на моей шее, прикусывая её зубами. Контраст темпов был слишком сильным, слишком ошеломляющим, и я сдалась. В этот раз мы достигли финиша вместе: он сжимал мою талию, а мои ногти скребли по стене.
Тяжело дыша, я закрыла глаза, пытаясь прийти в себя. Следующим, что я почувствовала, были поцелуи Ашера на моей спине, а затем он медленно отстранился, оставляя меня с чувством пустоты и потери. Секунду спустя эхо стены отразило звук застегивающейся пряжки его ремня.
– Иди сюда… – прошептал он, обнимая меня за талию и разворачивая к себе.
Он нежно перекинул мои волосы на одну сторону. Поправил ожерелье, а затем одернул мое платье. Мы смотрели друг на друга несколько долгих мгновений, не говоря ни слова.
Взяв меня за руку, он вывел меня из угла к выходу из склада.
Вдалеке сквозь стену дождя блеснули фары, но они не были похожи на автобусные. Когда они приблизились, я поняла, что это легковой автомобиль.
Арендованная машина Ашера…
Она притормозила рядом с нами, и водитель опустил стекло.
– Забыл сказать вам, что автобусы сегодня не ходят! – Омар широко улыбнулся. – Но я вернул вашу машину. Вы же подбросите меня до дома, прежде чем ехать в свой отель, а?
Глава 21 (Б)
АШЕР
НАШИ ДНИ
Кэти простонала мое имя, когда она кончила – уже в четвертый раз за сегодня.
Тяжело дыша, она перекатилась на край моего матраса, и я заглянул ей в глаза.
– Ты прекрасна, – я убрал волосы с её лба. – Чертовски прекрасна...
– Спасибо. – Её дыхание всё еще было прерывистым. – Ты тоже.
Я рассмеялся, ожидая, пока она придет в себя.
– Мы закончили с попытками разлучить Криса и Мишель? – тихо спросила она.
– До конца моего пребывания здесь я закончил заниматься чем-либо, что не касается нас двоих.
– За исключением самого дня свадьбы, верно?
Я моргнул, и она рассмеялась.
– Ну, я не могу просто кинуть свою команду, когда начнется третья неделя… хотя они почему-то уже провернули это со мной.
– Они просто пытаются насладиться отпуском, – заметил я. – Работая под твоим началом, они их почти не видят.
– Откуда ты знаешь?
– Из отчетов Келси.
Она прищурилась, но внезапно разразилась самым громким смехом, который я когда-либо от неё слышал.
– Ладно, справедливо, – признала она. – Расскажешь мне, как ты пришел к занятию, прямо противоположному моему? Что именно подтолкнуло тебя к такой карьере?
– Мы обсудим это позже, намного позже. – Я поцеловал ее, увлекая на себя. – После того, как я закончу с тобой на этой неделе…
– А как же свадебные мероприятия?
– Ты правда хочешь на них идти?
– Только если ты этого хочешь.
Я рассмеялся, целуя её в шею.
– Тогда ты уже знаешь ответ...
Глава 22
АШЕР
Случайная встреча № 24:
Свадьба Пейтон и Джеймса Паркер
Ранчо Lone Mountain
Блу-Скай, Монтана
– Пожалуйста, скажи, что я не подонок из-за того, что делаю это за четыре дня до свадьбы, – жених нервно мерил шагами балкон. – Ой, погоди. Прежде чем ответишь…
Он выудил из кармана несколько двадцаток и протянул их мне.
– Это бонус, Джеймс? – спросил я. – Выглядит как-то скромно…
– Нет, чувак. – Он закатил глаза. – Это чтобы оплатить твою выпивку сегодня в баре, а то я забыл внести тебя в список гостей.
– Ценю твое гостеприимство. – Я спрятал купюры в карман. – Обязательно подниму бокал за твое здоровье.
– Вот и славно. А теперь скажи мне, что я не подонок.
– Ты не подонок.
– А можешь сказать так, будто ты сам в это веришь? Будто всё в будущем обязательно сложится к лучшему?
– Я не гадалка, мистер Паркер, – отрезал я. – Я здесь просто для того, чтобы выполнить работу, о которой ты просил. И лучше, если я сделаю это сегодня.
– А брошенные супруги плачут, когда всё отменяется?
– Надеюсь, это шутка…
– Нет. – Он выглядел предельно серьезным. – Я просто надеюсь, что они не плачут…
– Большинство из них потратили больше года, планируя идеальный день, который в одночасье летит к чертям. – Я скрестил руки на груди. – Как ты сам думаешь?
– Честно говоря, я считаю, что Пейтон продешевит, если выйдет за меня… Она заслуживает лучшего.
Что-то новенькое… Я выгнул бровь.
– Она заикнулась о том, что хочет завести детей сразу после того, как мы поженимся, – продолжал он. – Бум! Это было как гром среди ясного неба, мы никогда не обсуждали детей, но…
– Но что?
– Я сделал вазэктомию на следующий день после того, как она это сказала… просто чтобы быть уверенным, что у нас никогда не будет детей. – Он вздохнул. – Я их не хочу.
– Мог бы просто сказать ей об этом.
Он покачал головой и вздохнул, словно священник на исповеди.
– Перед тем как мы обручились, я хотел убедиться, что полностью удовлетворил свою потребность в сексе с другими женщинами, – продолжал он. – Я даже переспал с одной из её близких подруг… Она подружка невесты.
– Пожалуйста, замолчи. Сейчас же.
– А потом мы с моей бывшей снова начали общаться и спать вместе, и она сказала кое-что, что с тех пор не выходит у меня из головы.
– Отойди от двери, чтобы я мог убраться отсюда к чертовой матери.
– Она сказала: Ты не из тех, кто остепеняется, Джеймс. И это правда.
– Не так уж трудно сделать два шага влево…
– В своей жизни я ничему не был предан дольше восьми месяцев, и я увольняюсь с любой работы максимум через два года. Черт, я ушел с последней работы в прошлом месяце и до сих пор не сказал Пейтон. – Он покачал головой. – Ей придется самой выплачивать остаток долга за эту свадьбу.
Прежде чем он успел вывалить на меня еще какое-нибудь признание, я прошел мимо него и открыл дверь. А затем обернулся.
– Можешь воспринимать это как хочешь, – сказал я, – но ты не просто плохой человек. Ты конченый урод.
– Что значит «он передумал»?! – Крики невесты могли бы соперничать по громкости с товарным поездом. – Как он может быть «слишком подавлен, чтобы довести дело до конца»?!
Она издала такой вопль, что я почувствовал самый сильный укол совести в своей жизни.
– Где он, черт возьми? ГДЕ ОН?!
– Он улетел домой, Пейтон, – произнес тихий голос, который до боли был мне знаком. – Я только что говорила с его терапевтом.
– С его терапевтом? А он сам?!
– Он не берет трубку…
– А как же мы? А триста человек, которые ждут нашей свадьбы в воскресенье?!
– Мне очень жаль, – Кэти говорила так, будто сама была готова разрыдаться. – Если позволите, я сама возьму на себя оповещение гостей. И я с радостью…
– Убирайся, – оборвала её невеста. – Убирайся от меня к черту.
Сейчас же.
Дверь люкса распахнулась через секунду. Кэти вышла в коридор, не поднимая глаз от пола. Она выглядела прекрасной как никогда: в светло-сером платье, которое я раньше на ней не видел, с волосами, рассыпавшимися по плечам длинными волнами. Она сделала медленный, неровный вдох и наконец посмотрела на меня.
Несколько мгновений мы молчали. Затем она шагнула ко мне, в её глазах стояли слезы.
– Есть ли в словаре слово сильнее, чем ненависть?
– Уверен, найдется парочка.
– Что ж, поищи их и знай, что в этот самый момент…
– …именно это ты ко мне и чувствуешь.
– Да. – Она кивнула. – Именно. С другой стороны, ты выглядишь довольным. Рада, что хоть кто-то сегодня улыбается.
– Я совсем не рад этому заказу, – я перехватил её за руку. – Могу тебя в этом заверить.
– С чего бы мне тебе верить?
– С того, что знай я всё наперед, я бы никогда не взял его в клиенты. – Я достал платок из кармана и промакнул её глаза.
– Я вручную собирала эту цветочную арку, – прошептала она. – Каждый пион, розу и гипсофилу сорвали в саду в двадцати милях отсюда.
– Уверен, она великолепна.
– Можно ли считать что-то «великолепным», если зрители этого никогда не увидят?
– Тебе стоит показать её мне, – предложил я.
– Потому что ты чувствуешь вину?
– Потому что я действительно хочу её увидеть. – Я вовремя прикусил язык, чтобы не признаться, насколько сильно меня впечатляет каждая свадьба, которую она оформляет.
Она на секунду задумалась, а затем коснулась микрофона на воротнике.
– Кто-нибудь, посторожите у номера невесты вместо меня, – распорядилась она. – Я пройдусь до места церемонии.
Я протянул руку, и она приняла её, позволяя проводить её прочь из этого крыла и вниз по парадной лестнице лоджа. Возле самого выхода она вдруг остановилась и указала на бар.
– Я сама составляла композиции на всех этих столах. И гирлянду в лобби тоже сделала я.
– Я догадался об этом еще вчера вечером.
– Как?
– Ты всегда используешь один тюльпан во всем, что делаешь… – Я заметил это еще много лет назад. – Подозреваю, на арке, которую ты собираешься мне показать, он тоже есть, верно?
Она покраснела и пошла дальше.
Снаружи ряды белых деревянных стульев, украшенных атласными зелеными лентами, ждали свадьбу, которая никогда не состоится. Арка возвышалась над невидимой публикой – пышные бутоны каскадом переливались розовым, голубым и белым. Кэти наклонилась и сорвала розовый тюльпан.
– Впечатляет, – признал я.
– Я вызвалась сделать это сама, когда флорист отказалась, – сказала она. – Она заявила, что жених не оплатил счет, но я знала, что это не может быть правдой.
Я отвел взгляд.
– Ну, давай, – она прислонилась к арке. – Выкладывай.
– С чего это ты захотела, чтобы наш первый раз был на публике?
– Мечтать не вредно. – Она закатила глаза. – Расскажи мне реальную предысторию этого дела и не корми меня сказками про липовых терапевтов и диагнозы.
– Он оказал ей услугу. Ей будет лучше без него.
– Он настолько ужасен?
– Один из худших клиентов в моей практике, – признался я. – Но подробности я расскажу тебе в другой раз.
– Почему не сейчас?
– Потому что тебе еще предстоит разговаривать с ней в эти выходные, а у тебя самое неубедительное «покерное лицо» в мире.
– Это даже близко не правда! Я вполне могу… – Она осеклась. – Ладно, хорошо. В этом есть смысл.
Позади нас на сцену начал выходить небольшой оркестр.
– Эй, хм… – заговорил в микрофон ведущий скрипач. – Вы не против, если мы всё же порепетируем здесь сегодня?
– Конечно, – ответила Кэти. – Репетируйте сколько влезет.
Они заиграли сонату, которую исполняют на тысячах свадеб, и я притянул её в свои объятия. Прежде чем я успел что-то спросить, она приподнялась на цыпочки и поцеловала меня. Я ответил на поцелуй, запуская пальцы в её волосы и притягивая её еще ближе.
– Этот момент ничего не значит, – прошептала она, не отрываясь от моих губ. – Я всё еще презираю тебя и всё, что ты делаешь.
– Это чувство взаимно, Кэти. – Я прикусил её нижнюю губу. – Оно всегда будет взаимным.
– У тебя нет ни единой веской причины продолжать заниматься этим после сегодняшнего дня, Ашер.
– Я бы поспорил…
Глава 23
АШЕР
За годы до встречи с Кэти…
Свадьба Марии и Ашера Брукс
Отель Hilton
Манхэттен, Нью-Йорк
Манхэттен выглядел лучше всего именно в таком наряде: линия горизонта мерцала в последних лучах дневного света, солнце висело низко под облаками, прежде чем окончательно скрыться, а красные и белые огни фар прошивали улицы внизу длинными нитями.
Я впитывал всё это, позволяя моменту окутать меня, наслаждаясь своей последней ночью в качестве холостяка. В отличие от прошлого раза, когда я сделал предложение женщине, буквально сотканной из «тревожных звоночков», Мария была той, ради кого стоило остепениться навсегда.
Мы оба были мечтателями – строили свои компании, которые, как мы клялись, вот-вот «взлетят», и каким-то образом посреди всей этой неопределенности мы уже начали строить семью. Я пролистывал фотографии в телефоне, задерживаясь на снимках
УЗИ.
Жду не дождусь завтрашнего дня, Мария. Люблю тебя.
– Ашер?
Её голос прорезал тишину, и я обернулся.
– Мне очень нужно с тобой поговорить.
– Это может подождать до окончания репетиционного ужина?
Она покачала головой.
– Нет. Только не это.
– Ладно. – Я жестом пригласил её подойти ближе.
Она шла ко мне медленно, и с каждым шагом становилось всё труднее игнорировать покрасневшие глаза и то, как её руки слегка дрожали вдоль тела.
– Почему ты плачешь? – спросил я, привлекая её в свои объятия. – Что-то случилось?
– Много чего случилось. – Она избегала моего взгляда. – Но… это касается нас. И ребенка.
В груди что-то сжалось.
– На утреннем приеме что-то пошло не так?
– Нет. С ребенком всё в порядке.
Я выдохнул, напряжение чуть ослабло. Совсем чуть-чуть.
– Но он не будет Ашером-младшим.
– Я же сказал, что имя за тобой.
Она наконец посмотрела на меня.
– Он не твой, Ашер.
На мгновение всё вокруг исчезло: город, шум, даже воздух между нами, пока не остались только эти четыре слова, зависшие тяжелым, неподъемным грузом.
– Прости? – Я шагнул к ней. – Что ты сейчас сказала?
– Он не твой, – повторила она, теперь уже тише. – Я чувствовала, что сроки не сходятся, а потом…
– Ты спала с кем-то другим?
Она не ответила сразу, лишь сжала губы так, что я сразу понял всё, что мне нужно было знать.
– Почему ты ждала до этого момента, чтобы сказать мне? – спросил я; мой голос звучал тише, чем я ожидал. – У тебя были дни… недели – черт, месяцы.
– Я не хотела причинять тебе боль.
Я издал пустой смешок.
– Ну, тебе это всё равно удалось.
– Я всё еще люблю тебя, – быстро заговорила она. – Всегда буду любить. Но я не думаю, что мы подходим друг другу в долгосрочной перспективе. Разве ты сам этого не видишь?
– Да уж, – выплюнул я. – Видимо, именно поэтому я сделал тебе предложение на глазах у всех твоих друзей и семьи.
– Мы оба едва сводим концы с концами, Ашер! – настаивала она. – У нас нет денег. Нет ничего стабильного.
– И это дает тебе право изменять и врать, что ребенок от меня?
– Я не об этом. – Она подошла ближе. – Мы живем идеями и надеждами вместо реальности. Ты сам говорил, что тебе, возможно, придется переехать к другу, потому что нечем платить за аренду.
– Я решил инвестировать в свою компанию.
– В ту самую компанию, которую ты строишь уже четыре года? – её тон стал резким. – И за это время тебе нечего показать?
Я выдержал её взгляд.
– Так дело в деньгах.
– Я хочу быть с тем, у кого жизнь уже устроена, – слова теперь вылетали быстрее. – С тем, кто не будет тянуть меня за собой на дно.
Она тут же замерла, словно хотела забрать слова обратно.
– Я не это имела в виду…
– Всё нормально, – перебил я её. – Ты сказала именно то, что имела в виду.
Я снял своё обручальное кольцо, глядя на него на секунду дольше, чем следовало. На миг я захотел швырнуть его на улицу внизу – смотреть, как оно исчезает, как и всё остальное, – но не стал. Я повернулся к двери.
– Ашер, подожди. – Она преградила мне путь. – Надеюсь, спустя время мы сможем остаться друзьями.
Я уставился на неё.
– Ты это серьезно?
– Да. – Она потянулась к моему лицу, но я перехватил её запястье прежде, чем она успела коснуться меня.
– Ты изменила мне, лгала о ребенке, а теперь хочешь дружить? – Я отпустил её руку. – Этот вечер – последний раз, когда я с тобой разговариваю.
– Ашер, пожалуйста… дай мне сказать еще одну вещь.
– Это максимум, на который ты можешь рассчитывать.
– Ты замечательный парень, – сказала она, и слезы теперь текли ручьем. – Мне жаль, что ничего не вышло.
– А мне нет.
Я хотел сказать больше, нанести такой же урон, какой она только что нанесла мне, – но не доверял себе. Я боялся, что если открою рот, сделаю только хуже. Поэтому я просто развернулся и оставил её там.
Ашер: Свадьбы не будет…
Ашер: Пожалуйста, передайте всем. Я еду домой.
Кузен Брайан: Погоди, ЧТО?
Тетя Ханна: Разве репетиционный ужин не сегодня?
Крис: Что, черт возьми, произошло?
Я выключил телефон и сел в такси. Из машин впереди выходили гости – они смеялись, наряженные для праздника, которого больше не существовало.
– Куда едем? – спросил водитель.
Я замялся на секунду, прежде чем назвать свой адрес, а затем откинулся на сиденье и закрыл лицо руками. Это не помогло. Слезы всё равно потекли.
Придя домой, я уничтожил всё: фотографии, распечатки УЗИ, всё, на чем было её лицо, пока не осталось ничего. Затем я посмотрел на продукт, который создавал четыре года. Всё время, все усилия, вся вера в то, что он в конечном итоге станет чем-то, достойным жертв.
Впервые он показался мне таким же пустым, как и всё остальное.
Я выбросил его в мусорное ведро.
Я не знал, что буду делать дальше, но в одном был уверен на сто процентов: я никогда больше не позволю себе чувствовать ничего подобного. Никогда больше не буду так доверять. И если кто-то когда-нибудь пойдет к алтарю, не видя правды такой, какая она есть…
Я приложу все чертовы усилия, чтобы они её увидели.
Даже если это разрушит всё до основания.
