Текст книги "Не в его списке желаний (ЛП)"
Автор книги: Уитни Грация Уильямс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 7 страниц)
9
Николас
Тема: Изменение планов на праздничную неделю
Уважаемые сотрудники!
В связи с недавними изменениями в моей личной жизни в этом году я не буду работать в праздничную неделю, как делал это обычно. В связи с моей недавней помолвкой с особенной женщиной – любовью всей моей жизни, прекрасной женщиной, с которой я провожу больше всего времени здесь, в офисе, – я беру несколько выходных дней.
В духе праздников я решил, что в эти дни все сотрудники также уходят на выходные с сохранением заработной платы.
Спасибо,
Николас Сейнт
Saint Industries
– Ну? – Я вслух перечитал черновик письма Маршаллу. – Что скажешь?
– Ты правда не хочешь, чтобы я отвечал на этот вопрос…
– Я просто хочу убедиться, что есть хоть какие-то доказательства, которые подтверждают, что эта помолвка не фальшивая.
– Она и есть фальшивая, – сказал он. – Это буквально определение из учебника.
– Как думаешь, сотрудники догадаются, о ком я говорю?
– Большинство сотрудников уже думают, что вы с Дженной трахаетесь.
– Это не так…
– Хочешь поспорить?
– Не сейчас, – сказал я, постукивая пальцем по подбородку. – То есть ты считаешь, мне не стоило отправлять это письмо?
– Нет. Просто скажи всем, что у них будут выходные на праздники, и на этом остановись. – Он потянулся к моему ноутбуку. – Вообще-то дай его сюда, я сам это сделаю.
– Уже поздно.
– В смысле?
– Я отправил его двадцать минут назад.
10
Дженна
Несколько часов спустя
– Так вы помолвлены с одним из самых богатых мужчин города, но при этом не живете с ним? – спросил мистер Ривз по телефону в пятницу после обеда.
– Что тут скажешь? – я сжала антистресс так, что побелели костяшки, а потом швырнула его Диане. – Я упрямая и застряла в своих привычках. Перееду, когда мы действительно поженимся.
– Понимаю. Но вы же видите, почему это заставляет человека вроде меня насторожиться?
– Да.
– Вы сейчас звучите немного раздраженно, миссис Сейнт, – сказал он, и от звука этой фамилии у меня вскипела кровь. – Сейчас не самый удачный момент?
– Не самый. – Я покачала головой. – Определенно не самый удачный, и я предпочла бы, чтобы вы перезвонили в любое другое время.
– Сегодня вечером?
Я сбросила вызов и перевела телефон в беззвучный режим.
– Глубокие вдохи, глубокие вдохи, – Диана метнулась ко мне. – Все будет хорошо.
– Ты видела этот нелепый имейл, который он разослал? – я выхватила джинсы из ящика. – Теперь все будут думать, что меня повысили потому, что я с ним спала.
– Все и так так думают, так что…
– Что?
– Я сказала: пожалуйста, сделай еще пару глубоких вдохов, – произнесла она. – И вообще я полностью уважаю тот факт, что мистер Сейнт потребовал, чтобы я подписала тридцать соглашений о неразглашении по этому поводу.
– Ты сказала не это.
– Но ты не можешь это доказать. – Она пожала плечами и разгладила один из моих свитеров. – Смотри на ситуацию с хорошей стороны. Ты проведешь время в доме детства, пообщаешься с семьей и получишь кучу денег за то, что будешь делать вид, будто замужем за своим боссом.
– Это все плюсы?
– Зависит от того, поделишься ли ты частью бонуса со своей любимой подругой. Если да – добавлю в список.
– Ты мне больше не любимая подруга.
Она рассмеялась и раскрыла мою сумку, чтобы положить туда ботинки.
– Будь я на твоем месте, я бы постаралась извлечь из поездки максимум и хотя бы попыталась получить от него секс.
– Чтобы разочароваться в нем еще сильнее? – спросила я. – Он, наверное, вообще не представляет, что делать в постели, и…
Я резко втянула воздух, когда входная дверь распахнулась.
Николас вошел внутрь, переводя взгляд с меня на Диану.
– Смотрю, ты все еще поливаешь меня грязью, – сказал он. – Жаль, что это неправда.
– Ты не можешь просто так врываться сюда! – ахнула Диана. – Как ты вообще прошел первую дверь?
– Дженна дала мне свои запасные ключи еще много лет назад.
Его взгляд остановился на мне.
– Дженна, даже у меня нет запасного ключа от тебя…
– Убирайся, пока я не вызвала охрану, мистер Сейнт, – я отступила назад.
– Я пришел не просто так.
– Что бы это ни было, оставь при себе, потому что, насколько я помню, мы о многом договорились – и ты уже нарушил то немногое доверие, которое у меня к тебе было.
– Прошу прощения?
– Мы договорились, что не будем делать никаких публичных заявлений о нас до окончания праздников, и тем не менее ты рассылаешь этот нелепый имейл.
– Ты видела там свое имя?
– Оно там как будто бы и было.
– Но оно там есть?
– Ты просто пытаешься усилить контроль надо мной перед поездкой, – сказала я. – Я видела, как ты делаешь это со своими клиентами, но тебе нужно понять: со мной это не сработает.
– Мисс Доусон…
– Пассивная агрессия, долгий взгляд в духе «делай, как я сказал, иначе», приподнятая бровь…
Словно по сигналу, он приподнял бровь.
– В ближайшие несколько недель это не работает, потому что ты нуждаешься во мне больше, чем я в тебе.
– Ты закончила?
– Мне осталось сказать еще три вещи.
– Я выслушаю одну.
– Тогда начну с конца. – Я шагнула ближе к нему. – Третье: я уже говорила тебе, что никто из моей семьи не поверит в этот фарс, если ты не начнешь относиться ко мне по-человечески. А на данный момент ты даже не попытался.
Он попытался пройти мимо, но я преградила ему путь, встав прямо перед дверями.
– Второе: если мы о чем-то договариваемся, ты обязан выполнять свою часть сделки так же, как требуешь этого от меня. И первое…
– Ты давно перескочила первое.
– Теперь мы на равных. – Я впилась в него взглядом. – Ты мне не начальник, и я не собираюсь выполнять приказы, пока мы вместе.
– Это не входило в наши договоренности, мисс Доусон, – сказал он, сокращая расстояние между нами. – Ты просто выдумываешь правила на ходу.
– Всего лишь небольшая правка, – ответила я, глядя, как у него напрягается челюсть. – Разве не так это обычно и происходит?
– Нам нужно сделать фотографию у праздничной елки в штаб-квартире для фотографа.
– Зачем?
– Потому что, по словам мистера Ривза, странно, если человек, который так трепетно относится к праздникам, не имеет фото рядом со своей любимой елкой и новой невестой. Я приехал, чтобы забрать тебя.
– Все в порядке. – Я отошла от него. – Я предпочту насладиться последними часами свободы подальше от тебя.
– Я, черт возьми, не прошу.
– А должен. – Я схватила пальто и швырнула Диане ключи. – Ты ведь помнишь, что на ближайшие несколько недель ты мне не начальник?
Я выскочила наружу и нырнула в городскую машину Фрэнсиса.
– В штаб-квартиру, – сказала я. – И, пожалуйста, побыстрее.
– Сию минуту, мисс Доусон.
Он тронулся с места, не задав ни единого вопроса.
* * *
У меня ухнуло в животе, когда Фрэнсис остановился у штаб-квартиры.
Сквозь стеклянные двери я увидела группу коллег, которые делали свои фотографии, и мне совсем не хотелось, чтобы они заметили нас с Николасом вместе.
Я уже собиралась велеть ему тронуться с места и везти меня домой, как задняя дверь распахнулась, и Николас протянул мне руку.
Я ее не взяла.
Схватила сумку и поспешила вперед, обгоняя его.
– Вот она…
– Думаешь, после праздников она уволится?
– Почему она не сказала нам раньше?
Я проигнорировала шепотки и пошла по коридору туда, где, вне чужих глаз, стоял небольшой лес из елей.
Через пару секунд за угол вывернул Николас и уставился на меня с недовольным видом.
– И этого вполне достаточно, – сказала я, махнув рукой. – Пусть фотограф щелкает нас здесь, а мистеру Ривзу скажи, чтобы не лез не в свое дело.
– Ваша помолвка – буквально мое дело, – мистер Ривз шагнул к нам, откусывая печенье. – Почему бы не сделать снимок у самой большой инсталляции, миссис Сейнт?
Перестаньте так меня называть.
– Мы очень сдержанно относимся к «нам», – сказала я, упорно не глядя на Николаса. – Публичных проявлений чувств у нас нет.
– Да, я как раз отмечал это в досье, – кивнул он. – Я понимаю, почему вы так долго держали все в тайне из-за работы, но меня немного смущает, что я получил тысячи подтверждающих фото с конференций, поездок и прочего… и ни капли нежности. Ни даже объятия.
– Вы здесь, чтобы снимать фильм Hallmark, или чтобы делать свою работу? – сухо спросил Николас.
– Я просто говорю… – Он постучал пальцем по подбородку. – Выглядит немного расчетливо. Вы вполне могли бы разыгрывать весь этот спектакль и тогда мне пришлось бы доложить об этом. А даже если это неправда, выплата наследства все равно будет отложена, так что…
Николас схватил меня за руку и потащил обратно по коридору, в вестибюль.
– Дайте нам минуту, чтобы сделать снимок, пожалуйста. – Он обратился к кому-то из толпы, кого я не видела, и корпоративный фотограф поднял пальцы.
– Хорошо, – сказал он. – «Счастливого Рождества мистеру Сейнту» на счет раз, два…
На «три» его рот накрыл мой.
Не давая мне отстраниться, он обхватил меня за талию, позволяя своему языку играть с моим, пока вспыхивали вспышки камер.
Я сдержала стон, когда его пальцы заскользили по моей спине, когда он больно прикусил мою нижнюю губу и прошептал:
– Ты даже не представляешь, насколько жестко я бы тебя трахнул, окажись ты в моей постели…
Он убрал одну руку с моих бедер и вплел пальцы мне в волосы, притягивая голову ближе, дразня языком, безмолвно требуя, чтобы я раскрыла рот шире.
Я подчинилась – совершенно забыв, что у нас есть зрители.
Он скользил языком по моему языку, как будто целую вечность, и с каждым медленным, дразнящим движением у меня перехватывало дыхание.
Ах… У меня начали подкашиваться колени.
Когда он наконец отпустил меня, сердце колотилось так громко, что я слышала только его.
В вестибюле стояла тишина. Все лица уставились на нас с ошеломлением.
Где-то за спиной кто-то кашлянул, а потом прошептал:
– Они точно трахаются уже давно…
– Мистер Ривз, – Николас посмотрел ему прямо в глаза. – Такой ракурс вас устроил?
– Э-э… да, сэр… – Его щеки были такими же красными, как мои. – Я, э-э… увижу вас в аэропорту на выходных.
– До встречи.
Николас снова взял меня за руку и потащил прочь от любопытных взглядов, в коридор.
– Я надеюсь, ты сейчас собираешься извиниться, – сказала я.
– За то, что почти довел тебя до оргазма поцелуем? – Он усмехнулся. – Даже не думаю. Увидимся завтра в аэропорту – будь вовремя, иначе пожалеешь.
– Неужели так сложно сказать «прости»?
– За то, что дал тебе попробовать то, чего тебе не хватало годами?
– Мистер Сейнт.
– Скажи мне кое-что. – Он скользнул взглядом по моему платью. – Твои трусики сейчас мокрые из-за меня?
Я не ответила.
– Это всего лишь несколько дней притворства, – он отступил назад. – Неужели это так сложно?
Дженна
Я приехала в частный аэропорт на двадцать минут раньше. За стойкой тихо переговаривались несколько сотрудников, а неподалеку Маршалл сидел с папкой в руках и просматривал документы.
Когда я подошла к основным воротам, он поднял голову – и у него отвисла челюсть. Угольно-серое платье сидело даже лучше, чем я рассчитывала, а пальто сползало ровно настолько, чтобы я тут же об этом пожалела.
Сотрудники у стойки замерли, уставившись на меня, и мне стало не по себе.
Я сделала шаг влево – их взгляды двинулись следом.
Шаг вправо – и снова то же самое.
Николас вошел через дальний вход, направляясь ко мне с телефоном в руках.
– Доброе утро, мисс Доусон. – Он остановился прямо передо мной, не отрывая глаз от экрана. – У вас есть все необходимое для поездки?
– Нет.
– Тогда советую попросить Фрэнсиса заехать к вам домой и забрать это, пока есть время.
– Я нормально выгляжу? – прошептала я. – На меня тут все пялятся.
Он наконец убрал телефон в карман и медленно, откровенно осмотрел меня с головы до ног. Секунды тянулись, его губы слегка приоткрылись.
– Нет, – сказал он прямо. – В этом ты выглядишь совсем не нормально.
Мне стало больно.
– Я знала, что это перебор. – Я отступила. – Дай мне пару минут, я переоденусь.
– Ты выглядишь чертовски сексуально. – Его взгляд встретился с моим. – Ничего не меняй.
– О… – я покраснела. – Спасибо.
– Всегда пожалуйста.
Он выглядел так, будто хотел сказать что-то еще, но по залу прокатился знакомый голос.
– It's beginning to look a lot like Christmas! – мистер Ривз фальшиво запел, катя к нам чемодан. – Everywhere I go-о-о!
Сотрудники снова вернулись к работе. Маршалл углубился в чтение папки.
– Ну же, мистер и миссис будущие Сейнт! – воскликнул он. – Подпевайте!
– Ни за что, – сказали мы хором.
– Ну что ж! – он рассмеялся. – Ладно, убьем веселье еще в начале поездки. А я вот не могу нарадоваться этому времени года – и тому, что еду домой к семье.
– Тогда почему вы не едете к своей? – снова хором спросили мы, и он моргнул.
– Простите их, – Маршалл шагнул вперед. – Они не привыкли ездить домой на праздники.
– А, понимаю, – кивнул мистер Ривз. – Так к какой именно семье мы направляемся?
– К семье Дженны, – ответил Николас. – У них для нас подготовлены два гостевых люкса.
– А как же ваша семья, мистер Сейнт? – мистер Ривз нахмурился. – Я знаю, что ваш отец умер, но мать…
– Ничего особенного, – отрезал Николас. – Только семья Дженны. Вся неделя. И все.
– Хотя бы ваша мать знает, что вы помолвлены?
Сомневаюсь…
– Она будет на свадьбе, – только и сказал он. Этого мистеру Ривзу хватило: он кивнул и снова принялся напевать рождественские песни.
Сотрудник подошел к нему с кружкой горячего какао и проводил к самолету.
– Когда мы приземлимся, нас будет ждать машина, – сказал мне Николас. – И еще одна запасная. На случай, если тебе понадобится сбежать от него, пока мы там.
– А когда мне понадобится сбежать от тебя?
– Ты хотела сказать «если вдруг»?
– Я почти уверена, что сказала «когда».
– Ладно, детишки, – Маршалл улыбнулся нам. – Давайте будем паиньками, хорошо? Подумайте о деньгах, потому что сейчас важно только это. Просто убедительно притворяйтесь и мы все получим замечательные бонусы. Много денег. Деньги, деньги, деньги.
– Мы тебя с первого раза услышали, – сказали мы одновременно и разошлись в разные стороны, направляясь к самолету.
– Счастливых праздников и вам, мистер и миссис Сейнт! Люблю вас! – крикнул он вслед. – С нетерпением жду, что во время вашей поездки услышу только хорошие новости!
11
Николас
Мой самолет коснулся земли Вашингтона ровно в три часа – шины зашипели по заснеженной взлетной полосе.
Мистер Ривз захлопал в ладоши, будто это было представление.
– Вы не против, если я выйду первым, чтобы сделать пару снимков вашего самолета на снегу? – спросил он.
– Я буду только рад, если вы выйдете первым, – я с трудом удержался от того, чтобы закатить глаза. – Прошу, не стесняйтесь.
Он направился вперед, ожидая, пока пилот откроет дверь.
Дженна выглядела так же раздраженно, как и я: губы сжаты, она покачала головой.
Я как раз расстегивал ремень безопасности, когда зазвонил телефон – видеозвонок.
Мама.
Худшего момента и придумать нельзя…
– Привет, мама, – ответил я. – Я собирался перезвонить тебе пару дней назад, но…
– Давай проясним один момент, – перебила она меня, глядя так, что взглядом можно было убить. – Значит, к семье своей невесты на праздники ты поехать можешь, а к собственной – нет?
– Откуда ты об этом узнала?
– Не могу поверить, что у тебя есть целая невеста – которая, между прочим, живет в Вашингтоне, – а ты собирался обойтись без визита к любимой матери и семье. Даже без «здравствуй».
– Это не личное, – сказал я. – У этого есть причина. И я не хочу в нее углубляться.
– Ну что ж, спасибо, что хотя бы не стал отрицать, – ее лицо покраснело. – Большое тебе спасибо.
– Кто тебе об этом сказал?
– Твоя помощница, – ответила она. – Та самая женщина, на которой ты собираешься жениться…
– Ясно. – Я бросил на Дженну тяжелый взгляд. – Я уволю ее сразу же, как вернусь.
– Ты не можешь выделить для нас хотя бы пару часов? – тихо спросила она. Гнев в ее голосе сменился чем-то другим – более тихим и куда более тяжелым.
– Я посмотрю, что можно сделать, – сдерживая вздох, ответил я. – Я перезвоню тебе в течение часа.
– Пожалуйста.
Я завершил звонок, все еще глядя на Дженну.
– Всего лишь несколько дней притворства, – усмехнулась она, передразнивая мои же слова, сказанные на днях. – Неужели это так сложно?
12
Дженна
Ранчо моих родителей стояло в стороне от дороги: длинная веранда с обходом по периметру тянулась вдоль всего фасада, а за домом вглубь уходили акры земли, припорошенной снегом.
– Ты же говорил, что твои родители живут в каком-то захолустье, в доме-«ружье», – сказал Николас.
– Так и есть. В глуши.
– Это же особняк… – Он посмотрел на меня так, будто ждал объяснений.
Я пожала плечами.
– Я просто не рассчитывала, что ты когда-нибудь это увидишь.
Через несколько секунд он свернул на кольцевую подъездную дорожку и помог мне выйти из машины. Мы немного подождали, пока мистер Ривз выбирался следом, щелкая камерой, как заправский турист.
– Вау, – протянул он. – Настоящее Рождество во плоти, да?
Мы оба предпочли не отвечать.
Николас сжал мою ладонь и повел меня вверх по ступеням. Я замешкалась перед дверным звонком – и не успела даже вдохнуть, как дверь распахнулась.
– А-а-а! Ты правда здесь! – моя любимая тетя, тетя Мэй, сгребла меня в объятия. Подняв взгляд на Николаса, она буквально отвисла челюстью.
И так и стояла с открытым ртом, пока я не подтолкнула его обратно на место.
– Э-э… – Она моргнула. – А это кто?
– Николас, – сказала я. – Просто мой парень.
– Я ее жених, – поправил он, протягивая руку. – Николас Сейнт.
– Подожди… Разве не так зовут твоего начальника?
– Да.
– Но ты же говорила, что он – тот еще придурок и не отпускает тебя домой на праздники.
– Он глубоко раскаивается в этих словах, – ответил Николас за меня.
– Ну… ладно тогда. Очень приятно наконец-то познакомиться лично, Николас. – Она улыбнулась, явно собираясь сказать что-то еще, но, к счастью, сдержалась. – А кто ваш друг позади?
– Никто, – ответили мы хором.
– Джеремайя Ривз. – Он протянул руку. – Я просто по делам, хвостом. Делайте вид, что меня здесь нет.
– Как скажете… – Она жестом предложила нам снять пальто.
– Мы много пропустили? – спросила я.
– Ага, конечно. – Она фыркнула. – Алкоголь только начали разливать, а дядя Джон еще никого не успел выбесить своими историями, так что вы слишком рано.
Ну просто замечательно.
– Николас, мне нужно попросить тебя об одном большом одолжении ради Дженны, пока ты здесь, – сказала она, глядя на него. – Может, при знакомстве ограничишься словом «парень»? А то ее отец устроит допрос с пристрастием и накричит. Ему совсем не понравится, что ты не спросил разрешения на свидания заранее.
Николас приподнял бровь, явно не понимая, о чем речь.
– Это что, Дженна там, в коридоре? – вдруг кто-то закричал.
– Дженна здесь?
– Дже-е-енна!
Вопли родственников заглушили любую возможность договорить. Собравшись с духом, я переплела пальцы с пальцами Николаса и потянула его за собой по длинному коридору, уставленному рождественскими елками, по дороге пожимая руки и обнимая родных.
Перед тем как нас отвели в гостевые апартаменты – комнату с видом на сад отца, который он когда-то разбил вместе с мамой, – я незаметно сунула обручальное кольцо в карман.
Нам не дали ни минуты побыть наедине, чтобы разобрать вещи и проговорить наш сценарий. Тетки тут же усадили нас в огромной столовой и наставили перед нами всевозможные бутылки вина и крепкого алкоголя.
Сделав большой глоток пряного эгг-нога, я поморщилась, когда алкоголь обжег горло.
Это всего на несколько дней, Дженна. Просто думай о деньгах…
* * *
Несколько часов спустя
– Что ты делаешь? – я проскользнула в нашу комнату и увидела Николаса, сидящего на краю кровати.
– Проверяю почту.
– Мы же договорились, что не будем спать вместе.
– Я в курсе, мисс Доусон. – Он поднял на меня взгляд. – Я просто сижу. Если ты не против.
– Я не хочу, чтобы ты тут обживался, – сказала я. – Не успею оглянуться, как ты решишь вздремнуть, а потом тебе вдруг покажется, что я хочу с тобой секса.
– Ты определенно хочешь со мной секса. – Он встал. – Тогда где, по-твоему, мне спать? Здесь нет ни дивана, ни кресел.
– Я попрошу папу принести… Нет, подожди. – Я подошла к шкафу. – Хотя лучше так.
Я вытащила стопку очень толстых, пушистых одеял и бросила их на пол.
– Сделаешь себе лежанку, – сказала я. – Я в детстве постоянно на таких спала.
– Я никогда так не спал и начинать не собираюсь.
– Можешь попробовать спать стоя, если хочешь. – Я пожала плечами. – Правда, это довольно неудобно.
Он посмотрел на одеяла, потом на меня – и медленно смирился со своей участью.
– Я припомню тебе это дерьмо, когда мы вернемся домой, – сказал он, задержав взгляд на моих глазах на секунду дольше, чем следовало.
– Дай знать, когда будешь готов ехать к своей маме, – сказала я. – Мне подойдет и сегодня, и завтра.
Я выскользнула из комнаты, прежде чем он успел сказать что-нибудь еще, прежде чем выражение в его глазах заставило бы меня уступить – хотя бы раз.
Проходя по коридору, украшенному елками, я взяла чашку орехового кофе и вышла на крыльцо.
К моему удивлению, там было совершенно пусто.
Выдохнув, я плюхнулась в кресло-качалку и уставилась на заснеженные просторы перед домом.
Как же мне не хватает тех времен, когда мы с мамой вот так сидели вместе…
Я как раз представляла ее улыбку, когда сбоку от дома раздался хруст шагов.
– Кто там? – окликнула я. – Кто это?
– Не волнуйся, – раздался знакомый голос. – Это всего лишь я.
На крыльцо вышел Брэндон – мой самый долгий парень. Ну, бывший парень. Он теперь одевался почти как мой отец: темно-синее пальто, забродники. Очень далеко от его прежних хаки и поло времен журналистской карьеры.
– По слухам до меня дошло, что ты в городе, и я не мог не прийти посмотреть своими глазами. – Он улыбнулся. – Ты еще красивее, чем я помнил.
– Спасибо.
– Ты, э-э… – Он замялся. – Ты вернулась, чтобы выполнить тот уговор, о котором мы никогда не говорим?
– Вообще-то я приехала, потому что…
– Моя мама сказала, что мы можем заехать уже сейчас. – Николас вышел на крыльцо, продевая руки в рукава своего сшитого на заказ черного пальто. – Я сказал ей, что мы выезжаем.
Он посмотрел на Брэндона, потом на меня.
– Я чему-то мешаю?
– Нет. – Я встала и поправила шарф. – Николас, это Брэндон. Брэндон, это Николас. Он мой парень.
– Жених.
– Николас… – предупредила я. – Помни, что говорила тетя Мэй…
Он своих слов не забрал.
– Я не знал, что ты с кем-то встречаешься, – Брэндон изобразил улыбку. – Приятно познакомиться, Николас. Я Брэндон.
– Брэндон Форест?
– Да. – Он кивнул. – Ты ведь Николас Сейнт? Шучу…
– Именно.
– Что? – У Брэндона расширились глаза. – Дженна, ты серьезно? Тот самый придурок, на которого ты мне жаловалась?
– Вполне возможно, – улыбнулся Николас. – Но люди меняются.
– Сомневаюсь, что настолько…
– А кто этот очаровательный джентльмен? – как всегда вовремя появился мистер Ривз. – Мы, кажется, еще не знакомы.
– Что ж, в ближайшие пару дней вы будете видеть меня куда чаще, – Брэндон бросил на меня злой взгляд. – Гарантирую…
