Текст книги "Я Гордый часть 2 (СИ)"

Автор книги: Тимур Машуков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

Девочки, мужчинам есть, что обсудить, как и нам с вами. Знаю, что вы с дороги, но лучше это сразу решить.

Еще раз обнявшись со всеми – обожаю свою семью, – мы с отцом уединились в его кабинете.

– Ну что, Сергей, рассказывай. Наслышан я о том, что ты сделал, и горжусь тобой. Но все же хотелось бы получить информацию из первых рук.

Полчаса мне понадобилось, чтобы высказать все, что я думаю об академии, ее порядках и попытках меня прибить. Но я-то думал, что ему Пиндосию открыл, но нифига, он даже не пытался скрыть, что уже в курсе всего.

– На тебя, сын, покушались гораздо чаще, чем ты думаешь, – сказал он, выслушав меня. – Поэтому прости, но там ты находишься под плотным колпаком.

– Да чего извиняться, – отмахнулся я. – Понимаю, что так надо, да и жить охота. Как скажешь, так и сделаю.

– Рад слышать столь разумные речи, – с облегчением улыбнулся он. – А как на личном фронте? Есть победы?

– У-у-у-у, ты даже не представляешь, какие! Я там с такими красотками зажигаю, что ты бы и сам обалдел! Нет, краше наших мам нет и не будет, они – эталон, к которому никто пока не приблизился, но эти прям лед и пламя.

За этими откровениями опять последовал мой пересказ политическо-эротической обстановки в академии и на закуску главный вопрос насчет наложниц.

– Морозова и Пламенева? —переспросил отец. – Княгини? Будет сложно, потому как это все-таки княжеские рода, но если они сами согласятся на такой статус, то вообще без проблем. Девушки – средние дочери в семействах, и породниться с императорским родом даже таким образом для них большая честь. Но я бы на твоем месте все же не спешил и еще раз все обдумал.

– А я и не спешу. Просто просчитываю варианты. Но девушки реально хорошие.

– А что насчет женитьбы? Мне докладывают, что ты Линь к себе не подпускаешь. Да и Дильнура – вот уж красавица, но тоже к тебе не может приблизиться. Хотя, раздеваешь ты ее с завидным упрямством, – хитро улыбнулся он.

– Да бесит. Одна своей настырностью, другая интригами. Шагу не могу ступить, чтобы не появились. Не знаю, не тянет меня к ним, как к потенциальным женам. И кстати, с этим большая проблема.

– С этим – это с чем? – недоуменно нахмурился он.

– Не знаю, как тебе сказать… В общем, не буду ходить вокруг да около – я люблю Ольгу, Любу и Лизу. Не как сестер, а как женщин. Я знаю, что прецедентов была масса, и если ты одобришь, то именно их я вижу в качестве своих жен.

– Вот как? – сделал он вид, что удивился. – А они что об этом думают?

– Не знаю, отец, – взлохматил я волосы и потер лицо. – Но Ольга точно согласится, а вот остальные – возможно. Мы вскользь об этом говорили, но «да» мне не сказали, как, собственно, и «нет». Понимаешь, я не смогу с ними расстаться, а как подумаю, что к ним может прикоснуться какой-то посторонний мужик, у меня аж все переворачивается!

– А сам как, прикоснулся уже? – его взгляд, устремлённый на меня, был… странным.

– Нет, – помотал я головой. – Не хочу ломать им жизнь, если ничего не получится. Без вашего с мамами благословения я ничего не сделаю. Но если ты скажешь «нет», то лучше мне быть от них подальше. Я буду настаивать на переводе в другую академию, а то рано или поздно крышей поеду.

– Настолько все серьезно?

– Я бы не начинал этот разговор, если бы это было не так. И еще, отец, был момент, когда я почувствовал, что едва не превратился в волка, и животное взяло верх над человеческим. Что это? Я превращаюсь в зверя?

– Это многое объясняет. По древним преданиям, первый Гордеев был оборотнем из дружины Велеса и первым его аватаром. Возможно, часть его силы передалась и тебе. Не знаю, к добру это или к худу, но не думаю, что наследие предка несет угрозу его потомкам.

Что же касается твоих избранниц – дело в том, что я уже пообещал их в жены другим и отменить это решение будет крайне сложно.

– Но не невозможно?

– Нет ничего невозможного для того, кто видит путь и цель, – улыбнулся он. – Но это решение должно быть обоюдным, ты же понимаешь?

– Да я готов хоть сейчас сделать им предложение! Да, я знаю, что Гордеевы до двадцати пяти лет замуж не выходят, но это неважно. Достаточно того, что я буду знать, что они – мои.

– Эк тебя зацепило, и не могу не сказать, что я рад этому. Три дочери в будущем станут сильнейшими одаренными в ранге императоров и отдавать их в другие семьи мне крайне не хотелось. Ладно, сын, подумаем, что можно сделать, но мое предварительное согласие, считай, у тебя есть. И если они имеют такое же желание, то посмотрим.

– В любом случае я хочу дождаться Ольгу, – сразу сказал я. – Она будет первой и главной.

– Почему именно она?

– Ну, наверное, потому, что она уже мне сказала «да», если я вдруг смогу сделать ей предложение. Видимо, догадывалась, что это возможно. Ну и потому что именно к ней первой я почувствовал, как тогда считал, нездоровый интерес.

– Я понял тебя, сын. Решим, подумаем, но, как я и сказал, я не против, чтобы у вас все получилось.

А теперь давай поговорим о той пруссачке, которой ты свернул шею, как цыпленку. Признаюсь, когда мне об этом доложили, я был сильно удивлен. Да и вообще, судя по всему, ты ее сразу сильно невзлюбил. С чего такая ненависть, если вы до этого не встречались?

– Да просто все. Похоже, у нас появилась неизвестная, по крайней мере, мне сила, которая жаждет уничтожить императорский род.

– Откуда такие выводы? – напрягся он.

– Вот смотри… – начал я…

Глава 25

Глава 25

От отца я вышел где-то через час морально и физически измотанным. Ознакомившись с моими мыслями, он пожелал, чтобы я едва ли не по минутам расписал свое пребывание в академии и сделал выводы. В процессе этого я сам для себя открыл много нюансов, на которые раньше не обращал внимания. И над этим стоило подумать.

Опытный политик, он сразу повел меня по дебрям памяти, вычленяя главное. Это было сложно, но картина стала ясней. Но сейчас думать об этом не хотелось, поэтому я направился к себе, где меня уже поджидала мелкая, вольготно развалившись на моей кровати.

Плюхнувшись рядом, я бездумно смотрел в потолок.

– Устал? – тихо спросила Катя, устраиваясь рядом.

– Ага, – обнял я ее. – Как-то навалилось все и сразу. По ощущениям будто сел в машину без тормозов и несусь по шоссе, не зная, в какой момент вылечу с трассы.

– Может, тогда тебе стоит расслабиться?

– Стоит. Есть конструктивные предложения?

– Давай устроим пижамные посиделки, как в прошлый раз. Мне понравилось, если честно. Куча вкуснях, легкие фильмы, потом здоровый сон – что еще надо, чтобы мозги как следует отдохнули?

– А давай, – махнул рукой я. – С тебя вкусняхи, с меня подушки и одеяло. Фильм выберем вместе и лучше какие-нибудь мультики.

– Забились, – радостно кивнула она. – Что с твоей памятью? Не вернулась?

– Неа, пустота. Да и не особо она мне нужна, если честно. Судя по рассказам, я был тем еще угрюмцем. Вдруг, если я всё вспомню, то опять стану таким?

– Ну, это да. Таким ты мне нравишься больше. Кстати, Верочка вернулась, про тебя спрашивала.

– Вот ты мне зачем сейчас об этом сказала? Теперь придется идти к ней…

– Творить любовь и разврат в ее кабинете?

– Не знаю, от кого ты нахваталась таких пошлостей…

– От тебя.

– Но я просто поздороваться. Она же мне пару раз жизнь спасла. Но сейчас точно не пойду.

– И не надо. Лучше просто полежи со мной. Я же соскучилась, а ты мне даже не писал, гад!

– Да, я как-то не подумал… – м-да, неловко получилось.

– И не ты, кстати, один. Ольга вон тоже молчит.

– У нее все в порядке? – встревожился я.

– Судя по донесениям, да. Лютует она там страшно. Мамы даже переживать начали. Хотели ее даже отозвать, но она у нас правильная – пока все не закончит, не вернется.

– Это да. Но если честно, мне ее очень не хватает, особенно в академии. Там сейчас такие страсти кипят, что, того и гляди, котел взорвется.

– Ну, как я поняла, ты там сейчас главный повар, – улыбнулась она.

– Скорей, главный ингредиент, из-за которого привычное блюдо стало другим. А вот съедобным или нет, выяснится позже. Иногда мне кажется, что я вообще ядовитый.

– Температуры вроде нет, а несешь какой-то бред, – ее ладонь легла мне на лоб. – Ты за неделю столько всего добился и даже ранг поднял, и вместо того, чтобы радоваться – хандришь.

– Ты, наверное, права, – ответил я. – Просто разговор с отцом вымотал. Ты же знаешь, как он может давить.

– Это да. Он в этих делах мастер. Они вообще в последнее время так странно себя ведут, явно что-то задумали. Постоянно с мамами шушукаются, а мне ничего не говорят. Но я умная и смогла подслушать. В общем, я уверена, что тебя хотят женить, но вот на ком, не поняла.

– Тоже мне, Пиндосию открыла. Они этого давно хотят. Но фиг им, а не внуков. Я слишком молод для этого. Да и вообще, уже сделал свой выбор.

– Да?!! И кто же эти счастливицы, которым ты хочешь испортить жизнь?

– Ах, так? Вот ни за что теперь не скажу. Страдай и мучайся безвестностью.

– Да ладно тебе. Я ж пошутила. Ты мой самый любимый братик и все такое. А теперь колись давай!

– Неть, – гордо отвернулся я. – И к тому же, они об этом еще не знают. Пусть для них тоже сюрприз будет.

– Раз ты так говоришь, значит, это кто-то, кого я лично знаю. А знаю я мало кого. Неужели это те три девицы, что спорили про очередность доступа к твоему телу?

– Сплюнь и постучи, – сделал я оберегающий круг Сварога.

– Значит, не они. Тогда кто? Дай хотя бы намек.

– Катя, остынь. Пока я с ними вопрос не решу, я даже говорить об этом не буду. Но обещаю, в случае чего ты первая об этом узнаешь.

– Бука, – надулась она. – Тогда, пока ты дома, я ночую у тебя, и вообще, ты от меня ни на шаг! Это будет твое наказание.

– О не-е-ет!!! – воскликнул я, картинно хватаясь за голову. – Ты очень сурова. За что ты так со мной⁈ Как мне теперь жить?

– Вот. Будешь знать, как все скрывать от своей умной сестры.

– На великий ум никогда не претендовал, потому как я – сильный герой, и ты мне дана в наказание за это.

– Вот и страдай. И вообще, ты радоваться должен, что я у тебя есть.

– А я и радуюсь, – принялся я ее щекотать, за что был награжден визгом, хохотом и обещанием смертельных кар, если не прекращу.

– Вас на весь дворец слышно, – вошла в комнату моя мама.

– А чего он щекочется? – буркнула сестра, а потом больно укусила меня за руку.

– Мама, надо ее срочно покормить, а то она уже на людей кидается, – потер я место с отпечатками зубов. Точно синяк будет.

– Дочка, оставь нас не надолго. Нам с Сергеем нужно поговорить.

– Опять ваши тайны. Ну ладно, я сегодня добрая. Не забудь про вечер, -поцеловав маму, она свинтила.

– А что должно произойти вечером? – поинтересовалась мама.

– Да решили с Катей устроить подушечный кинозал. Опыт уже есть и всем понравился.

– Неплохая идея, надо как-нибудь тоже попробовать. Но я пришла к тебе не за этим. Вы с отцом все вопросы обсудили?

– Старые да, но добавились новые. Все как всегда.

– Что с твоей магией, Сергей? Есть изменения?

– Не знаю, мам. Я все так же не понимаю, что и откуда берется. Хотя, мне кажется, я теперь могу дольше ее использовать. По крайней мере, в последнем бою я точно раза в два превысил свой прежний лимит.

– Я видела запись, – кивнула она. – Было очень страшно за тебя, и в то же время интересно то, с какой скоростью ты менял стихии и даже комбинировал их.

– Сам не знаю, как это получилось. Злой очень был. Представляешь, эта тварь задумала угрожать девчонкам! Единственное, о чем я жалею – что для нее все закончилось слишком быстро.

– Кстати, о них. Ты, я так понимаю, для себя все решил?

– Что ты имеешь в виду? – нахмурился я.

– Насчет вашей совместной жизни, конечно. Ой, вот только не делай такие большие глаза! Я давно заметила, что, по крайней мере, к Ольге ты точно относишься не как к сестре.

– Она мне сестра только по названию, -с вызовом ответил я.

– Это так, – не стала она со мной спорить. – Вы даже дальними родственниками уже не можете считаться. Так что в этом плане барьеров нет. В тебе кровь предка, а наша сильно разбавлена. Возможно, поэтому и пробудился дар. Мы, кстати, поговорили с ними об этом.

– И что? – с надеждой вскинулся я.

– Будет трудно, – посмотрела она мне в глаза. – Очень трудно. Трудно им смириться с этим, понять свои чувства к тебе. Все-таки они тебя как мужчину никогда не воспринимали. Но я верю, что вы справитесь. Просто не спеши, сын, дай им привыкнуть к этой мысли, сжиться с ней.

– Да я и не собирался спешить и уж тем более давить на них. Они – самое дорогое, что у меня есть, и я не позволю никому ни словом, ни делом навредить им.

– Прекрасно. А теперь, если не сильно устал, пошли на полигон. Хочу посмотреть, насколько ты вырос в магии и контроле.

– Нет, не устал. Даже самому интересно.

И мы отправились знакомыми коридорами, минуя гвардейцев, на которых я не обращал внимания, и гвардеек, котором улыбался и подмигивал, вгоняя их в краску. А чего? Тут все они как на подбор – писанные красотки с идеальными фигурками. Так и хочется руки распустить, но низя – дамы на службе.

Да и вообще, у меня Мариночка есть, которая что-то не спешит меня поприветствовать. Надо будет её найти и наказать пару раз. А еще Верочка – ох, как же все успеть за два выходных дня⁈

– Снимай с себя всё оружие. Сейчас меня интересует только магия в чистом виде. Начнем с огня и воды. – свеча и полный кувшин встали рядом. – Попробуй создать раскаленный пар и управлять им. То есть, сделай то же самое, что в бою с Урсулой.

– Но там я им не управлял.

– Принцип тот же. Пар – это вода, которая контролируется тобой. Запомни принцип – каждое есть в каждом. Возьми, к примеру, тот же воздух, который тебе без костылей в виде дыма никак не поддается. В мире есть четыре стихии, символизирующие стороны света. Восток – огонь, Запад – земля, Север – вода и Юг – воздух.

А теперь представь себе воздух в пустыне – он горячий, обжигает легкие, жарит тело. Там воздух смешан с огнем.

Теперь наши леса – воздух свеж, несет прохладу, а в мороз замерзает на лету – значит, он несет в себе воду.

Запад – горы, высочайшие вершины – и воздух там будто давит к земле. Там в воздухе ощущается дыхание земли.

Юг – драконы суть стихии воздуха, вобравшие в себя все части света.

Ты можешь этим управлять, если научишься чувствовать комбинации стихий друг в друге. Огонь – земля – вулкан, Воздух – вода – тайфун, земля – воздух – ураган, и так далее. Комбинаций не счесть, и в этом и заключается сила одаренного – понять ее, обуздать, слиться с ней.

Погрузись в себя, сынок, почувствуй энергию, которой пропитано все, позови ее, дай ей путь.

Ее слова заворожили меня, и я, будто находясь в трансе, закрыл глаза. Я опять, как когда-то давно или наоборот, совсем недавно увидел искры. Нет, они не приближались и не одарили меня очередной мудростью, и тем не менее, я чувствовал их. Но как будто далеко и одновременно близко. Не знаю даже, как объяснить.

Моя молния, как оказалось – это сплав чистой энергии всех стихий, в ней столько было всего намешано, что я и понять-то не мог. Ее движения были хаотичны и в то же время я чувствовал, что могу ее контролировать. Там же была и черная, но в отличии от красной, она висела на месте, будто замерев. И приближаться к ней очень не хотелось.

Каналы, я хотел увидеть каналы и то место, откуда идет магия. Но нет, лишь пустота, затянутая туманом. Однако все же я сумел что-то ощутить – будто внутри находился воздушный шар, что практически незаметно создавал давление. Но увидеть его я так и не смог.

Ладно, эксперимент все равно продолжится. Начнем с огня, с самой привычной мне стихии. Пытаюсь воспользоваться пламенем свечи. Не выходит. Протягиваю руку к нему, все так же находясь внутри себя – пусто. Не понял.

Выныривать наружу нельзя, иначе транс сорвется. Напрягаюсь так, что тело сводит судорогой. Вижу, как внутри разгорается искорка – и от этого появляется чувство, что я сейчас лопну. По ощущениям будто резко прихватил живот и понимаешь, что добежать точно не успеешь.

А эта искорка начинает летать вместе с молнией, ударяясь о невидимые стены и заставляя меня трястись, как припадочного. Р-р-р-р, бесит! Пошла на хер отсюда, пока не испортил фигуру натурой!

Мой посыл сработал – и она исчезла, а после раздался сильный грохот, что-то прилетело мне по голове, выдернув меня из внутреннего мира в сознание, правда, потом это самое сознание решило меня покинуть. Но я ж альфа-самец и не позволил ей или ему, не знаю, это сделать.

Пытаюсь открыть глаза, запорошенные пылью. При этом чую, что лежу на чем-то твердом и крайне болючем. Чьи-то руки пытаются меня поднять, а потом в лицо бьет струя воды, смывая гадость, не дающую открыть глаза.

Мать моя берегиня! – охренел я, когда смог сфокусироваться. Части полигона просто больше не было. Несущая стена испарилась, открывая вид в соседнее что-то – я понятия не имею, что там дальше за полигоном, затянутое пылью.

А в меня прилетел обломок стены, валяющийся рядом. Мама, а это была она, что-то взволнованно мне говорила, но я показал, что ничего не слышу.

Дотронувшись до ушей, я почувствовал что-то липкое и увидел кровь. Ясно, перепонки лопнули. Ага, вот и охрана подоспела. Мама им что-то говорит, отчего они сильно пугаются. А, нет, они не чего-то пугаются, это они меня боятся!

Ну да, морда-то, небось, расцарапана, грязная, с чего бы от меня не шарахаться. А это вообще что было? Очередное покушение, прямо во дворце? Ох, чую, батя будет лютовать и точить анальный кол.

Меня подхватили под руки и потащили на выход. И это правильно. В любой момент потолок может рухнуть. Такое ощущение, что там бомбу взорвали. И куда, спрашивается, мама смотрела и охрана? Нет, мама – женщина, может отвлечься, но эти-то что⁈

Ага, вижу, к Верочке я попаду гораздо раньше, чем собирался – и опять совсем не в героическом образе. Хотя, может, пожалеет и приласкает? Помню, мы как раз на этом остановились, когда нас прервали.

А вот и она, свет очей моих. Все такая же секси, в обтягивающей юбочке. Эй, хватит меня тащить! Я сам могу. Но нет. Уложили, что-то галдят, а у меня молния внутри уже вовсю работает. Только как-то медленно, заторможено. И сил вообще нет, будто весь эфир пролюбил.

– Как вы себя чувствуете? – наконец-то пробился ее голос через шум. Нежная рука уже лежала на моей голове, посылая волны тепла. Рядом с ней стояла мама и смотрела на меня… ну, я не знаю, как на кого. В ее взгляде читалось одновременно желание меня обнять и прибить. Так обычно на меня смотрел отец перед тем, как хорошенько врезать. Но она – не он. Эта, если даст по морде, то я улечу куда-то за Урал. И самое главное, я не мог понять, чем прогневал любимую родительницу. Нас, понимаешь, убить пытались, а виноват я, что ли?

– Уже лучше, – сказал я, улыбнувшись. Открыто флиртовать при маме было верхом неуважения. Еще Ольге расскажет. – Кто на нас напал?

– Ты, – мама так же положила руку мне на лоб и стало прямо совсем хорошо.

– Надеюсь, их пойма… В смысле, я?!!

– В прямом. Это ты разнес полигон, перед этим уничтожив неуничтожимый, как я раньше думала, щит. Питающие его артефакты просто перестали существовать, разлетевшись на куски от перегрузки. А стены и прочее – это остатки удара. Я, конечно, успела поставить щиты, но их тоже снесло. Хорошо, что волна, уничтожив барьер, сильно ослабла, и нам прилетело по остаточному принципу.

– Прекрасно. Кто-то совершил якобы невозможное, но причем тут я? Во время медитации я даже не магичил. Нет, я пытался, но ничего не получалось.

– Интересно, если это – то, что у тебя не получилось, то что будет, когда получится?

– Не знаю, что будет, потому что я не знаю, что было.

– Вот и расскажи мне о том, что произошло за мгновенье до взрыва. Что ты видел или сделал?

– Да ничего не видел. Висел в пустоте и пытался воззвать к стихии огня. А она не взывалась почему-то. Я тужился и сильно, а потом появилась красная искра и у меня заболел живот. Она стала мешаться, ну, я ее и прогнал.

– Как прогнал?

– Если дословно, то на хрен послал.

– В смысле, на хрен? – широко раскрыла она глаза.

– В прямом. Так и сказал – пошла на хер отсюда! А дальше грохот и булыжник в морду. И за что меня этот мир так ненавидит, что всякий желает ударить меня по лицу? Это он из зависти или из чувства противоречия? Мол, потому что нельзя быть на свете красивым таким?

– Понимаешь, сынок, – мама замялась. – Я не могу сказать, что именно произошло, но сила, что пришла в движение, была намного сильней моей. И боюсь, если бы она по мне ударила, то от меня бы и мокрого места не осталось.

– Да ладно? Это точно не мог быть я. Искорка была совсем маленькой, вот буквально как спичечная головка. Откуда в ней столько силы?

– Не знаю, Сережа, но очень хочу узнать. Ты это, отдыхай пока, а я пойду. Хочу кое-что проверить.

Легкий стук каблуков, закрывшаяся дверь.

– Ваше Высочество? – Верочка наклоняется надо мной, чтобы что-то посмотреть. И это было ее ошибкой, потому что зверь был голоден, а она была его любимым лакомством. Кушать подано, садитесь жрать, пожалуйста…