Текст книги "Я Гордый часть 2 (СИ)"

Автор книги: Тимур Машуков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

Девушки, как я и рассчитывал, сдержанно захихикали, бросая на меня заинтересованные взгляды, от которых меня бросало в жар. Это был рай, о котором пишут все мужики, ни разу в нем не бывавшие. Столько пространства для маневра, столько прелестниц на одном квадратном метре! Как же я тут развернусь! Главное, чтоб мне не мешали и успели вовремя спасти, если развернусь не туда. И начну я, пожалуй…

– Я вызываю тебя на дуэль! – раздалось у меня за спиной. От неожиданности я икнул, сломал вилку, подавился соком и только после этого обернулся. Ну вот, а все так хорошо начиналось…

Глава 3

Глава 3

– Я вызываю тебя на дуэль! – раздалось у меня за спиной. От неожиданности я икнул, сломал вилку, подавился соком и только после этого обернулся к очередному роялю. Ну вот, а все так хорошо начиналось.

– И чем обязан?

На меня смотрели груди четвертого размера в туго обтягивающей их форме. Шеврон на ней, кстати, был в виде ящерицы.

– Вы бесчестный человек! Я видела ваш бой с принцессой, и он вызвал мой гнев…

– Который ты можешь себе засунуть в задницу, – не спеша встала Лиза. – Твоя Дильнура вызвала на магический поединок мужчину, не зная, что он маг. И в чем же тут бесчестие? Она позорно проиграла на глазах у всех, а ее брат, который все это спровоцировал, трусливо ныл, поджав хвост. Так что вали отсюда, пока я не разозлилась.

– Значит, это правда, что в императорской семье Гордеевых только женщины могут говорить? А мужчины лишь молчат?

– Ты говори, да не заговаривайся, идиотка, – поднялся со своего места уже я. – Пошла прочь, пока я не поинтересовался твоим именем, дабы выбить его на надгробье! Про меня можешь говорить что хочешь, но семью не тронь!

– Я сама решаю, что и когда мне говорить! – гордо задрала она голову. – Поэтому только дуэль. Победитель принесет публичные извинения проигравшей стороне.

– Голым, – добавил я.

– Что?

– Приносить он извинения будет голым, на глазах у всех.

– Согласна, – высокомерно усмехнулась она. – Дуэли пока запрещены, но Тайная арена всегда к нашим услугам. Жду тебя через час.

Развернувшись, она неспешно пошла прочь, а я вновь уселся на место.

– Это что за кукла? – спросил я, наливая себе сок. – И что за Тайная арена, про которую все знают? Почему она Тайная тогда?

– Ее зовут Азиза аль Саатах. Она из древнего персидского рода Усаилов, которое родственны правящему роду сатрапа. Ну, и еще она является лидером фракции Востока и сильнейшей из них в ранге витязь. По слухам, даже воевода. Но пока тесты не начались, информации об этом нет, – мрачно ответила Люба. – Ну, а Тайная арена – это место, где учащиеся могут выпустить пар, если уж очень накипело. Официальные дуэли пока запрещены и за них наказывают, но на Тайную арену кураторы смотрят сквозь пальцы, пока нет смертельных исходов. Но в любом случае тебе достанется, хотя и не так сильно, как той, что бросила вызов. Будь с ней очень осторожен.

– Да не парься, сестра, – ободряюще хлопнул я ее по плечу. – Отправлю я ее в вечный бан. И не таких обламывал. Главное, надо решить – сильно ее унизить или так, по чуть – жамкнуть за интересные места и все.

– Максимально, – хрустнула она пальцами и ее красивое лицо исказилось в злобной усмешке. – Так, чтобы вовек не отмылась. Делай с ней что хочешь, но заставь ее жрать песок арены! После ее позора у персов начнутся дрязги внутри фракции, и это поможет нам быстро задавить Запад, не опасаясь, что они вмешаются.

– Ох, как мне нравится твой настрой, Любонька! Все сделаю в лучшем виде. Паша…

– Да, Сергей, – подскочил с готовностью он.

– Веди подробную запись боя, особенно того момента, когда она будет извиняться.

– Ты так уверен в своей победе? —удивилась Морозова.

– Конечно, – кивнул я. – Главное, чтобы она во время боя не начала меня соблазнять, потому как я могу соблазниться. Увы, грешен и падок на женскую красоту.

– Кобель, – не упустила возможности вставить свои пять копеек Люба.

– Нормальный мужик с животными инстинктами. И да, девушки, мне после тяжелого боя потребуется расслабляющий массаж. Кто его умеет делать?

Робко поднятая рука тут же опустилась под взглядом Лизы, окончательно меня расстроив.

– Ну нет, так нет. Сам найду, кто может и хочет. Что там по времени и далеко ли идти? А то на сытый желудок я ни разу не боец.

– Да можно уже выдвигаться. Арена находится в старом корпусе. Туда неспешно как раз минут двадцать идти.

– Неспешно – самое то, – заявил я, с трудом выбираясь из-за стола. – Как раз пища чуть усвоится.

Так, всей толпой, подбадриваемые приветственными криками Юга и злобными взглядами Востока и Запада, мы пошли навстречу судьбе. За нами потянулись и остальные, потому как пропустить такое политическое шоу, с возможным переходом в эротическое, дураков не было.

Так, пока идем, можно рассказать и о самой академии. В ней три главных корпуса, разделенных по факультетам. Между ними второстепенные, где проходят общие лекции. На ее территории три арены, полигон, корпус целителей, стоящий как бы на отшибе, и хозяйственный. Есть большой парк с озером, куча кафешек и магазинов. Ну, и хватит на этом. Потом узнаю всё подробнее, когда познакомлюсь со всем поближе. Главное, тут было красиво и мухи не кусали.

А вот и место, откуда я начну путь к своей славе сердцееда и жопонадирателя. Моя дамочка уже на месте. Стоит, разминается и строит мне глазки. Сорь, но сегодня не твой день и вообще, я обиделся. Нет, чтобы подойти по-человечески. Пригласить там на ужин, намекнуть на хату без родителей, показать декольте и соблазнить показом последней коллекции нижнего белья, так нет же. Сразу дуэль. Ну кто так соблазняет, я у вас спрашиваю?!! А меня ранимое сердце и жуткий стояк, причем такой, что терпеть сил нет. Эх, опять мне превозмогать без надежды на интимные последствия. Но я смогу и все выдержу!

Зайдя внутрь, я помахал всем рукой, ослепительно улыбнулся, сделал пару красивых, но бесполезных ударов кулаками по воздуху и замер в готовности творить историю. Гордый взгляд вдаль – на самом деле в сторону очередной симпатяжки, – максимально расширенные плечи, грудь колесом… В общем, я был готов.

Сигнал гонга прозвучал не то, чтобы неожиданно, но как-то сразу. Я даже подготовится не успел, как эта милашка кинулась ко мне с неопределенной целью – то ли убить, то ли соблазнить. А так как я скромный и при всех соблазняться не готов, то я кинулся от нее, надеясь на более выносливые ноги. Ща она устанет и тогда я ух… соблазнюсь, в общем.

Вслед мне полетели огонь, вода и медные трубы. А нет, они каменные, но блестят точно как медные! Кругом сплошной обман, как жить-то теперь?

Так мы и бегали. Я орал похабные анекдоты, она ругалась и из-за этого постоянно промахивалась. Наконец я решил, что унизил ее достаточно, вон как прическа растрепалась и макияж от пота потек, и пошел в атаку.

Нет, никакого пламени и воды – во-первых, не хотелось светить раньше времени своим могучим колдунством, а во-вторых я тупо хотел посмотреть на ее голые сиськи. Вообще, намечается странная тенденция: вторая дамочка, которую я раздеваю на дуэли – персик. Это намек свыше или просто я такой везучий?

Можно мне для разнообразия вон ту светленькую и темненькую, что сидят на трибунах? Уверен, что у них фигурки огонь, и парни мне точно спасибо скажут. Но небо было глухо к моим мольбам, а значит, пришло время для стриптиза.

– Ты показала, как умеешь, а теперь смотри, как надо, – пафосно сказал я, после чего щелкнул пальцами – и ее одежда разлетелась в клочья.

Дилетантка, даже щит не выставила. От открывшегося вида у меня аж дух захватило, и он едва не порвал штаны, требуя отпустить его на волю. Но я-то знал, что ему надо другое, и был с ним полностью согласен, но не при всех же…

Но она смогла меня удивить. Я-то ждал визга, попыток прикрыться, ну, или на крайний случай, принятия интересной позы, от которой у меня все поднимется, и я сразу решу сдаться, и желательно, не один раз, но нет.

Эта нахалка изволила запустить в меня огонь, а когда он ослепил меня, кинуться с кулаками, ногами и бесстыдными предложениями интима. Иначе я никак это не мог расшифровать, когда она, задирая ноги, демонстрировала мне свое изящество и то, что девушки обычно робко прячут, а мужчины смело достают, уверенные, что у них больше остальных. Правда, потом их ждет разочарование и ложь о том, что он самый лучший, но мы-то знаем, у кого больше и лучше.

В общем, мы дрались, забыв про магию. Ну, точнее, это она забыла, а я все никак не мог добраться ни до воды, ни до огня. Не с целью больно ударить, а чтобы помыть ее запылившуюся моську. Подогрею воду – и будет ей приятный во всех смыслах душ. Но дамочка мыться не хотела, предпочитая ходить грязной. Фу такой быть!

Браслеты использовать не хотелось, потому как мог и прибить, не рассчитав сил. Это же касалось и нитей. Получить вместо одной высокой девушки кучу мелких не хотелось. Но мне это быстро надоело, и когда она в очередной раз меня достала по лицу, я не выдержал. Мой ремень выскользнул из штанов, и устремившись к ней, оплел ей руки, а после дернул.

Она упала на спину, тяжело дыша и не понимая, что происходит. Я подошел к ней, чуть наклонился – и в этот момент штаны с меня упали, явив всем мою гордость и предубеждение.

Зрители сразу затихли, дамочка нашла в себе силы посмотреть сначала мне в глаза, потом вниз, потом она поняла, что сейчас ей будет хорошо, и быстро стала кататься от радости по песку, правда, почему-то пытаясь удалиться от меня, а не наоборот приблизиться.

Почесав голову и так ничего умного не придумав, я подтянул штаны, и придерживая их одной рукой, поковылял за ней, уговаривая ее остановиться, а то хуже будет.

Что будет хуже, она проверять не хотела, впрочем, как и останавливаться. Но я даже с приспущенными штанами, как оказалось, бегал лучше, чем она ползала, и скоро я ее настиг.

В это время зал взорвался от хохота, хотя что тут смешного, я не понимал, но мне было не до них. Меня беспокоили штаны, держащиеся на честном слове, которое уже болело от напряжения, и голая попка дамочки, которую она нещадно царапала о песок арены. Это ж потом шрамы останутся и такая красота пропадет! Надо ее спасти, пафосно сказал я себе, кидаясь к ней с самыми серьезными намерениями и твердой жизненной позицией.

Та спасаться упорно не хотела, что-то вопя на своем красивом языке. Я уж ее и уговаривал, и предложения почти приличные делал – вообще никак. Пришлось действовать строже и решительней. Поймав ее за ногу, я получил в лицо второй, которой она меня лягнула, я упал на задницу и вконец разозлился. Вскочив, я кинулся на нее, запутался в упавших штанах, которые в горячке боя не сообразил закрепить на себе магией, и рухнул на нее, едва не раздавив.

Она сразу попыталась выползти из-под меня, а я наоборот полз на нее, пытаясь скрутить. Со стороны всем казалось, что мы занялись жарким сексом – по крайней мере, звуки мы издавали похожие, но увы, нет. Мы просто ползли.

Наконец я все-таки оказался сверху и грозно посмотрел на нее, хмуря брови. Нет, я смотрел на нее, а не на сиськи, извращенцы! Ну ладно, смотрел то туда, то туда, но на лицо больше.

– Ты проиграла, – выдохнул я, устраиваясь на ней поудобней. – Сдавайся, или хуже будет.

– Куда уж хуже⁈ Ты меня обесчестил, сволочь!

– Еще нет, но если так будешь дергать попкой, то и до этого дойдет.

Часть ремня сползла вниз и обвилась вокруг ее шеи, слегка сдавив.

– Нет, лучше сдохнуть, чем проиграть мужчине! – сразу заявила она, и в ее глазах мелькнули злые слезы.

– Я тебя за язык не тянул.

Сделав выдох, я поднялся на ноги, магией подтянул штаны и посмотрел на нее сверху вниз. В иное время ее поза с широко разведенными ногами, открывающими вид на самое сокровенное, показался бы мне очень возбуждающей, но сейчас я чувствовал лишь брезгливость. Вот почему всегда так? Нарвалась, отхватила – и все равно, не сама виновата, а кто-то другой?

Ремень, вытянувшись вверх, поднял ее, заставив чуть зависнуть над землей. Магии осталось мало, но на мою задумку хватит.

– Есть у кого сомнения в моей победе? – громко крикнул я. – Азиза сделала свой выбор. Она решила умереть, но не сдаваться. Есть та, кто захочет спасти ее жизнь, принеся свои извинения за нее? В этом случае я пощажу ее, если нет – смерть. Отсчет пошел.

Ремень сильней обернулся вокруг ее шеи, перекрывая кислород. От этого она задергалась, но я держал крепко. Конечно же, я блефовал и убивать ее не собирался. Так, чуть придушу и милосердно отпущу. Но им об этом знать не обязательно. Я ж не конченный идиот, убивать такую красоту!

Арену окружила тишина и, казалось, слышно, как ветер колышет деревья. И когда я уже был готов ослабить ремень, послышался голос.

– Прошу, Сергей, отпусти мою подданную! – на арену ступила Дильнура.

Неспешным шагом она направилась к нам. Остановившись напротив, она стала снимать с себя одежду, пока не осталась полностью обнаженной.

– Прошу вас, господин, примите мои самые искренние извинения. Вы сильнейший. Отныне Восток будет придерживаться нейтралитета и не выступит против Севера.

Сказав это, она склонилась передо мной и замерла. Дав себе еще пару секунд полюбоваться на ее красоту, я ослабил ремень, отпуская Азизу.

– В твоем мизинце больше чести, чем во всей ней, – сказал я. – Твои извинения принимаются, и я не держу зла. Благодарю за бой, это было… интересно.

Ремень, соскользнув с ее рук, вернулся на свое место, а я, коротко кивнув, отправился к своим, что уже начали вопить, радуясь моей победе.

С гордой и слегка высокомерной улыбкой я шествовал к выходу, хотя на самом деле мне хотелось прыгать от радости. Очередной бой, и я снова в дамках. Ну, или на дамке, что тоже неплохо. Вроде все сделал правильно. Унизил? Унизил. Силушку свою богатырскую показал? Показал. Магию не раскрыл? Не раскрыл. Пусть теперь все гадают, что и как я сделал. В следующий раз покажу еще чего-нибудь новенькое. Буду каждый раз менять стиль боя, чтобы максимально всех запутать.

Не успел я выйти, как меня окружила толпа. Сестры, пробившись вперед, сразу повисли на шее.

– Ты в своем репертуаре, брат-извращенец, – шепнула мне Люба, но в ее голосе я не слышал осуждения.

Линь тоже попыталась кинуться на шею с неопределенными намерениями, но я хитро увернулся, оказавшись еще в чьих-то объятьях. Мою щеку обжег поцелуй, потом второй, третий… Они посыпались со всех сторон, но как я ни пытался подставить губы, ничего не получалось. А жаль, я ж герой, и значит, заслужил сладенького.

Кто-то похлопал меня по спине, кто-то ниже, чья-то рука несильно сжала мое достоинство, проверяя его наличие и распаляя все сильней. Но кто эта та, с которой я предамся умным мыслям наедине, я так в толпе и не разобрал. Тоска-печаль. Ну да ладно. Уверен, что проверку я прошел на отлично. А значит, проверяющая обязательно себя покажет.

В общем, мы нестройной, гудящей и обсуждающей бой толпой, отправились в общежитие, дабы там, в общем зале устроить праздник души и тела. Разделения на факультеты сейчас не было, поэтому все забурились к воякам. Восток посматривал на нас с неприязнью, Запад откровенно злился, ну а мы с Югом были довольны.

Меня усадили на самое почетное место, окружив красотками. Люблю, знаете ли, быть пестиком среди небольшого количества тычинок. А тут их было прям много.

Подмигнув Паше, чтоб не терялся, я поднял бокал с чем-то легким и игристым и слушал вдохновенный тост Любы, которая вещала о враге, что будет разбит, и о победе, что будет за нами. Выделив меня как главного виновника торжества, она сказала, что гордится тем, что я ее брат – вот это поворот! Да только ради того, чтобы услышать от нее такое, стоило раздеть ту красавицу! И ещё она сказала, что надеется на мои дальнейшие подвиги во славу фракции и страны.

Я взял слово и добавил, что все мы тут – братья и сестры. Как я горд и счастлив. И если бы не они, то я бы никогда, и вообще, всем добра и чтобы каждому парню сегодня перепало любви и ласки. Мои последние слова потонули в оглушительно-одобрительном реве парней, к которому присоединились девушки – и понеслось. Надеюсь, завтра никто ни о чем не пожалеет, когда протрезвеет…

Дильнура

                                                             

Глава 4

Глава 4

Утром я проснулся в своей комнате… один. Да, мать его, я был один и мне ничего вчера не обломилось! Даже Паша обжимался под конец вечеринки с какой-то красоткой, а я сидел, окруженный сестрами, что блюли мое облико морале и никого ко мне не подпускали. Нет, это беспредел какой-то! Нет бы, пойти развлечься, тем более, что парней вокруг было валом, так нет же – сидели и зыркали по сторонам. Да что там сидели, они меня даже в туалет сопровождали. У-у-у-у-ух, как я зол! Только моя порядочность не позволила мне тогда высказать им все, что я об этом думаю.

Но все меркнет перед тем, что пора вставать и отправляться на занятия. Сегодня по плану ничего особенного – просто вводная лекция, где нам объяснят за учебу, практику, познакомят с преподавателями. Так что можно не спешить, потому как я встал рано и еще даже не голодный.

Кстати, вот смутно помню насчет знакомства. Лиза меня вроде с кем-то вчера знакомила. Сиськи помню, а лицо точно нет. Но дамочка оказалась вроде как перспективной и даже позволила подержать себя за ручку. За остальные части тела не дала, но намекнула, что все возможно, надо лишь постараться.

Да щаз. Чтобы я – и старался? Совсем обнаглела, что ль? Пусть теперь в конец очереди становится, потому как я обиделся. Осталось лишь ее лицо вспомнить, чтобы сообщить ей об этой потрясающей новости. А кстати, на хрена меня вообще с ней знакомили? Ничего не помню. Зато я помню облом и одинокую постель, и это приводит меня к неконтролируемому стояку и выбросу гормонов.

– Вставай, соня, – раздалось за дверью, и я узнал голос Любы. Ясно, пост сдан, пост принят.

– Отвали, я умер, – тихо сказал я, но так, чтобы она услышала и прониклась всем моим горем.

– Открывай, а то хуже будет.

– Хуже, чем сейчас, быть не может, -уверенно заявил я, но дверь все же открыл.

Пока Люба охреневала от моего вида – ну да, я спал голым, – я юркнул под одеяло и притворился спящим или мертвым. Но видимо, сегодня я плохо играл, потому как мне не поверили, взобрались сверху и принялись приводить в чувство. И ладно, если бы там искусственное дыхание или непрямой массаж сердца путем поглаживания по груди. Так нет же. Просто тормошили, тряся за плечи, от чего меня стало укачивать.

– От-ва-ли-ли-ли-и!.. – заикаясь, требовал я, делая попытки стряхнуть ее. Но эта хулиганка, возомнив себя ковбоем на родео, весело скакала, довольно скалясь.

Поняв, что еще немного – и меня стошнит, я высвободил руку и ущипнул ее за сиську. За это, как и в прошлый раз, был избит, правда, на этот раз подушкой. Меня даже попробовали придушить, но я не придушился и ущипнул ее за вторую, чтобы не обижать. Подушка полетела в сторону, и на моей шее сомкнулись ее изящные пальчики, и вот тут я понял, что смерть не такая уж и страшная.

– Все развлекаетесь? – послышался голос Лизы. Черт, не комната, а проходной двор какой-то!

– Ага, сейчас я его придушу, и мы с ним пойдем на занятия.

– Логика хромает, но желание понятно, – отозвалась Лиза, ничуть меня не жалея.

А ей-то я что сделал⁈ За попку не кусал, за сиськи не щипал, непристойных предложений не делал. Ну, почти не делал, но те разы не в счет. И все равно меня не любят. Поэтому я решил притвориться умершим от удушения, еще театрально захрипев и выставив язык, после чего типа потерял сознание.

– Ты не перестаралась? – услышал я голос Лизы, в котором сквозило беспокойство.

– Да вроде не должна была, – второй звучал неуверенно. Повелись – лайк!

– Да он не дышит!!! – теперь уже Лизонька прыгнула сверху и прижала ухо к моей груди.

За это она была немедленно схвачена за попку, а когда подпрыгнула от неожиданности, еще и за сиськи. Пока она пыталась придумать для меня самую страшную казнь, я выскользнул из постели и умчался в ванную, еще и дверь в нее укрепив, от всяких неожиданностей.

– Открывай! – послышался рычащий от радости голос.

– Если ты пришла не за тем, чтобы потереть мне спинку, не открою, -трусливо возразил я, включая душ.

– Именно за этим я и пришла. Уже разделась и готова тебя помыть.

– Я тебе не верю, – неуверенно возразил я, задумавшись. А вдруг и правда? Но нет. Это ж Лиза. У нее все платья закрытые. Уверен, она даже душ в одежде принимает, потому как скромная и стеснительная. Вся в меня пошла.

– Ты не сможешь там сидеть вечно!

– Кто сказал? Тут светло, тепло и мухи не кусают.

– Выходи, бить не буду, ну, по крайней мере, сейчас. Надо успеть на завтрак, пока занятия не начались.

Глубоко вздохнув и поняв, что экзекуции переносятся на неопределенный срок, я закончил мыться и вышел, опасливо на них поглядывая. Но нет, буря миновала.

– Хам, – бросила Лиза, слегка врезала мне по лицу и отправилась на выход.

– Легко отделался, – меланхолично заметила Люба. – Я бы по яйцам дала.

– А с тобой я вообще не разговариваю, – ткнул я в нее пальцем. – Ты меня убила. Ну, почти. Почем нынче смерть брата на черном рынке?

– Ой, вот только не надо. Не убила же. Хватит дурью маяться. Собирайся и пошли. Я есть хочу.

– Так и вали. Я как-нибудь сам доберусь, без ансамбля, сам б*я.

– Да? Ну и ладно. Но если что, потом не жалуйся, – хитро улыбнулась она и выскользнула за дверь.

И тут по моим яйцам опять пролетел тревожный ветерок. Как-то она быстро согласилась. Чую, что-то задумала. Ну да ничего. Орешек знаний тверд, но все же мы не привыкли отступать. Нам расколоть его поможет киножурнал «Хочу все знать». Поэтому я полез в браслет, вычислил максимально короткий путь до столовки и сиганул в окно.

Нет, я не идиот и не решил покончить жизнь самоубийством, выпрыгнув с третьего этажа. Дело в том, что напротив нас росло дерево, но расстояние до ближайшей тонкой, замечу, ветки было всего метра два. Выпустив алмазную нить, я зацепился за нее, послал сигнал, от которого она, став красной, сразу укрепилась, вытянулась и, нежно подхватив меня, опустила на землю. И это все я проделал за долю секунды. Ну ладно, я успел потренироваться еще ночью, когда был пьяный и посчитал, что не сильно-то и рискую.

В общем, у меня получилось, и я, довольный собой, направился на прием пищи максимально коротким и запутанным маршрутом.

В столовую я явился первым, и это укрепило меня в мысли, что сестры что-то задумали, а я в свойственной мне манере сломал их план по моему маканию в неприятности. Поэтому вполне довольный собой, потому как главная заповедь героя – у меня сегодня радость, я кому-то сделал гадость, – засияла во всей красе, я набрал пищи и приступил к завтраку.

Возмущенная толпа девушек в военной форме появилась минут через двадцать и уставилась на меня, спокойно пьющего чай в компании Паши.

– Как ты оказался тут? – тяжело и эротично дышала Лиза.

– Я не выдаю своих секретов. Но скажу тебе как родной – мне помогли, – тоном заговорщика произнес я.

Теперь пускай думает, что я в комнате был не один, и кто это мог спрятаться у меня в шкафу, а после помочь. У-у-у-у, люблю интриги, скандалы и, конечно же, расследования!

– Всем спасибо, все свободны. Кто куда, а мы на лекцию.

Паша сразу вскочил, быстро допил чай и был готов на подвиги. От его довольного лица так и несло радостью хорошо проведенной ночи, меня аж корежило от зависти. Вот почему всем все, а мне ничего⁈ Расспрашивать его о подробностях я не стал, чтобы уж совсем не уронить самооценку.

Незаметно к нам присоединилась княжна Морозова, чьи пухлые губки так же выражали озабоченность и вопрос – почему я спала одна, хотя могла спать не одна? Ну, я так расшифровал это выражение. Поэтому тяжело вздохнув, я пожаловался на судьбу, потом она пожаловалась мне, потом мы решили, что занятия не так уж и важны, но потом мы пришли к аудитории и искать укромное место для душевной беседы оказалось поздно.

В этот момент к нашей дружной компании присоединилась еще одна девушка весьма выдающихся форм.

– Знакомьтесь, это моя соседка по комнате, Светлана Васильевна Пламенева. У наших кураторов такое вот чувство юмора, раз решили лед и огонь поселить в одну комнату.

– Рад знакомству! – растекся я в самой очаровательной улыбке. Моя фантазия уже нарисовала мне картину, как я в одной постели с обеими девушками читаю книгу о духовных практиках. Это ж какое счастье – летом с одной не будет жарко, зимой с другой холодно! Экономия на проветривании и отоплении. А интересно, на моей кровати мы поместимся втроем?

Размечтавшись, я не заметил, как мы оказались в большом помещении, и я уселся между двух девушек. Тут же нарисовалась Линь, но увидев, что все вакантные места заняты, процедила сквозь зубы мат и уселась неподалеку, чтобы контролировать меня.

Всего нас набилось в аудиторию морд триста, и все были довольны и счастливы, что наконец-то начнется учеба, и нам больше не придется целыми днями гулять по дискотекам, отдыхать на курортах и проводить время как хочется. Я прямо чувствовал довольство собравшихся и радовался тому, какие все тут сознательные.

Потом вошла преподаватель и прочитала нам вводную лекцию. Суть ее напоминала патриотические лозунги, полные надежды на всемирную любовь и братство народов. Мол, мы лучшие, академия вообще огонь. А сколько именитых выпускников она выпустила – и не сосчитать. А сколько из них правят своими народами! Наши ученые самые лучшие, девушки самые красивые, а студенты самые умные. Наши – это не в принципе в России, а в академии, чтоб вы поняли и не обиделись. Тут как бы международная солянка собралась, и выделять кого-то одного опасно и аполитично.

К самому сладкому она подобралась в конце порядком затянувшейся речи, когда всех уже изрядно утомила. Пройдясь по нашим духовникам, юристам и политикам, она остановилась на магах. И тут Остапа понесло. Словно получив второе дыхание, она распиналась, какой прорыв мы вот-вот совершим в магическом направлении. Что силы наши растут, броня крепка, а дирижабли быстры.

– У нас в академии в этом году был сильнейший набор. Многие из вас имеют ранг дружинников и уже недалеко стоят от воинов. Но есть те, а точней, та, кто уже переступила этот рубеж. Линь из Ханьской империи, выйдите к трибуне, чтобы все смогли увидеть вас. Аплодисменты одной из сильнейших учениц потока!!

Гордо распрямив спину, ханька бросила на всех высокомерный взгляд и поплыла вперед под начавшийся шепот студентов и курсантов. Под громкие аплодисменты она развернулась, поклонилась и замерла, как должное принимая восхищение ее персоной. При этом ее взгляд остановился на мне и уже не сходил с моего лица.

– Но это еще не все, – учительница едва не подпрыгивала от восторга. – Сегодня мы можем увидеть чудо своими глазами. То, чего никогда не было, и вот опять появилось. Первый мужчина-маг, который является цесаревичем Российской империи. Но более того, – она сделала драматическую паузу, -подтвержденным витязем!!! Я горда, нет, просто счастлива присутствовать при этом, не побоюсь этого слова, эпохальном событии! Сергей, выйдите к нам, чтобы все смогли вас увидеть.

Улыбнувшись девушкам и поймав их взгляды, обещающие мне много запретного, я гордо развернул плечи и пошел, куда сказали, под непрекращающийся гром аплодисментов.

– Благодарю всех вас за поддержку и, надеюсь, вы во мне не разочаруетесь, -выступил я с приветственной речью.

– Но расскажите, Сергей, что же у вас за магия? Я видела результаты тестов, а так же ваш бой на арене. Не скажу, что мне это понравилось – все-таки лишать одежды бедную девочку не стоило, но все же?

Говорить – не говорить? Да ладно, все и так все видели, и только идиот не догадается, что я могу вытворять.

– Мою магию я бы назвал предметной, – чуть задумавшись, ответил я.

– То есть, вы можете на них влиять?!!

Вместо ответа я достал ручку, пара мгновений – и она превращается в цветок, которой я ей вручаю. Ой, как щечки-то заалели!!! Лайк и подписка, милашка! Точно напрошусь на дополнительные занятия.

– И когда он вернет свою форму обратно? – крепко сжав его в руке, она не сводила с него глаз.

– Дайте-ка подумать, – завис я. – Думаю, что никогда. Изменение окончательное. По крайней мере, заколка, что я сделал для сестры, все еще не вернулась в изначальный вид. И чтобы сразу убрать вопросы, подобное требует большого напряжения и творить что-то более серьезное я не могу, – сразу соврал я.– Разрушить легче, чем созидать, поэтому и лишить одежды легче, чем сотворить новую.

– Как это прекрасно! Давайте еще раз поаплодируем сильнейшему магу потока!

И вновь аудитория утонула в хлопках. Особенно яростно бесновались наши и Юг. Хотя, я видел, как хлопала Дильнура, лукаво мне улыбаясь, и как делал в мою сторону неприличные жесты ее братец Гарун. Ну погоди, ослиный хвост, я тебе это еще припомню! Запад же хранил стойкое молчание, явно готовя пакость. Но от них иного и не ожидалось, поэтому наплевать.

Вернувшись вместе с Линь на свои места, я с гордостью осмотрелся, оценивая, все ли заметили мою крутость и куртуазность.

– А мне?

– Я тоже хочу цветок!..

Зашептали мне в оба уха лед и пламя, сидящие по бокам. Слово дамы закон, вот только из чего их сделать? А, была-не была, у меня все равно еще есть. Срываю с пальца кольцо с рубином – минутная манипуляция, и вот на ладони оказывается огненная роза, с застывшими на ней каплями росы, похожими в свете ламп на кровь. После этого пришел черед аквамарина.

Дружный «ах» был мне наградой, как и робкие поцелуи в щеку. Про злобный взгляд Линь, которая все увидела, говорить не придется. Она бы меня разорвала, если бы могла. Может, зажать ее в углу и показать всю мою силушку? Тем более, антизалетная магия действует. Или не стоит, потому как потом не отстанет?

– Как ты это делаешь? – робко касается моей руки Света. Касается робко, а вот в глазах горит огонь. У-у-у, кавай, сейчас растаю! Держите меня семеро, а то я не выдержу и попробую эти губки на вкус.

– Это великая тайна, – шепчу я ей. – И я могу ее раскрыть только близкому человеку.

– Насколько близкому? – она облизывает свои губки, наклоняясь сильней.

– Самому близкому.

– Я согласна, – шепчет она – и в моей голове сразу заиграл свадебный марш.

– Я тоже, – с другой стороны уже Наташа. Лед охлаждает мои мысли, направляя их в конструктивное русло памяти в поиске укромного местечка, предназначенного как раз для разглашения тайны.

– Наша комната для этого подойдет? -услышал я заветные для любого мужика слова.

– Идеально, – соглашаюсь я, уже прикидывая сто разных способов, как улизнуть от опеки сестер.

– Тогда мы будем ждать, – наконец приходят они в себя, понимая, что сейчас не время и не место. – Вечером, после десяти.