Текст книги "Зеленый путь (СИ)"

Автор книги: Тимофей Иванов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

Глава 18

Летнее утро было на удивление приятным, как впрочем и безоблачная ночь, позволившая мне полюбоваться далёкими звёздами перед сном. Сейчас же я сладко потянулся, сбросив с себя потёртую оленью шкуру, которая по прежнему служила мне кроватью и одеялом на свежем воздухе, а затем ополоснулся в ручье, потом вернувшись к дому и взявшись за посох. Привычный танец гармонии начался, теперь мне уже не нужны были постоянные наставления и тумаки посохом, чтобы не совершать ошибок. Я привык ощущать энергию, что текла по моим жилам и то, как мои действия отражаются на ней. Неточности сбивали потоки, они были для меня тем же, чем являются фальшивые ноты в мелодии для музыканта. И захочешь – не пропустишь.

Как раз когда я заканчивал, из дома показался Корнегур, а мои губы произнесли:

– Доброго утра, учитель.

– И тебе – кивнул он – Успел выспаться?

– Разумеется – ровным голосом ответил я. Болтать во время своеобразной подвижной медитации было не сказать чтобы просто, но однако чем сложнее упражнение, тем обычно от него больше толку, а навык распределения внимания никогда не будет лишним. Особенно в бою.

– Ну надеюсь старался с зельями ты вчера не зря – хмыкнул он, отправляясь к ручью.

– Как и всегда – в том ему отозвался я. Вчера и правда пришлось попотеть, но люди в деревенском лазарете при часовне нуждались в лекарствах. Всё таки один визит врача, даже магического, в неделю – это очень немного. Всех зараз на ноги не поставишь, не говоря о том, что кто-то может получить травму, когда меня нет.

Закончив с разминкой, я бросил взгляд на развалившегося на траве Ахилла, наслаждающегося солнцем. Всё таки кошки остаются кошками, если раздобуду где-нибудь здоровенную картонную коробку, он в неё наверняка влезет и будет доволен жизнью сверх всякой меры. Мне же пришлось зайти в дом и аккуратно разлить по глиняным фиалам настоявшуюся за ночь жидкость из алхимического котелка. Запас зелий от болезней ещё был, но вот исцеляющие физические повреждения опять заканчивались. Распределив ёмкости в кармашках на поясе, пришлось в очередной раз пообещать себе, что на этой неделе точно озадачусь стеклом. Обучить меня наставник его выращиванию из речного песка с золой уже успел, однако руки всё не доходили, приходилось пользоваться суррогатом. Выйдя на свежий воздух я бросил:

– Буду вечером.

– Будь осторожен – ответил мне он, выписывая очередную восьмёрку посохом – Лес слегка встревожен.

– Постоянная бдительность наше всё – кивнул я, повторив фразу одного одноглазого мага. Конечно лес может тревожится и из-за медведя, погибшего на охоте где-то в соседнем баронстве, но лучше дуть на воду, чем познакомиться с новым ходячим мертвяком. Потому в сторону замка мы с барсом побежали чуть медленнее обычного, держа ушки на макушке.

Что до прошедшего времени, то оно выдалось относительно спокойным. После поминок меня окончательно отпустило, а когда в следующий выходной я отдал письма барону, попросив направить их по возможности адресатам, получилось совсем выдохнуть. Правда ответа всё не было, но тут я скорее виню средневековую почту, а точнее её отсутствие. Ну по крайней мере как централизованной структуры. В Скайриме были гонцы, способные найти Довакина хоть у даэдра на рогах, в Весторосе мейстеры неплохо устроились со своими воронами, пусть я и сомневаюсь, что воронятни были во всех замках, особенно мелких. Но вот в этом мире случился некоторый затык. Короли имели службу гонцов, герцоги обычно тоже, владетели поменьше просто отправляли своих воинов или примазывались к выше перечисленным, приплачивая за доставку. Так же передачей сообщений занималась церковь, но они обычно не левачили своими услугами. Кроме того письма передавали просто купцы через свои цеховые гильдии и как не трудно догадаться у этих простолюдинов ценник был самым дешёвым. Где-то там особняком стояли маги, однако о них в этом плане мало что было известно. Эти ребята посылали весть быстрее всех прочих, однако гешефт всякий раз желали рубить натурально неприличный, не спеша раскрывать кому-то коммерческие тайны. Да и просто тайны вообще. Разумеется два моих небольших свитка с церковной печатью отца Шарпа начали свой путь в сегменте самых недорогих перевозок. Сначала они должны были доехать с купцом до какого-то крупного города, там их прихватит иной торгаш, двигающийся примерно в нужную сторону, чтобы передать мелкий груз своему коллеге и так далее, пока кто-то из торгашей не привезёт что-то в нужное командорство братьев-меченосцев или монастырь. Обычно мой приёмный отец, ведущий частную переписку, получал ответ в срок от пять до девяти месяцев, не пользуясь службой самой церкви. Сейчас же прошло уже шесть лун и я начал ждать письмо, однако не то чтобы сильно. В конце концов вряд ли мне там напишут что-то судьбоносное или хотя бы хорошее, скорее просто выразят соболезнования да и всё. От предложенной чести вступить в орден паладинов или стены монастыря и вовсе придётся вежливо отбиваться. Меня и тут неплохо кормят, не надо мне Маями.

Впрочем сама жреческая братия была неторопливей почты России и в нашей часовне по прежнему отсутствовал штатный жрец. Хотя это ведь не соборный храм столицы какого-нибудь герцогства, куда выпускники семинарий готовы бежать быстрее собственного визга. Сюда мог бы прийти либо собрат отца Шарпа, который предпочёл удалиться от мира, но всё таки не в монастырь. Либо вчерашний семинарист из неблагородных, которому это место назначат волей церковных иерархов. Коль скоро старые зубры уже слегка разочаровавшиеся в людях, но всё ещё желающие помогать им не только молитвой, на дороге пачками не валяются, то стоит ждать второго. Правда выпуск у них только по весне, после которого ещё надо до нас добраться, пополовничав по пути. Так и год ждать можно. А пастор Доминик ожидаемо наведывался к черни для исцелений от случая к случаю. Ну или когда сюзерен пнёт, опять увидев, что болящие простолюдины к нему в замок зачастили. В итоге барону это поднадоело и он начал пинать в нужную сторону одного ученика друида.

Собственно что до сира Лионеля и нашего общения, то по зиме он и правда преподал мне несколько уроков по обращению с мечом, но ему это быстро наскучило, а потому я был скинул на Щербатого Хамфри. Впрочем не могу сказать, что сильно жалею об этом. Мой новый наставник был уже не молодым мужиком, который не застал нужную пору самого барона в статусе опытного воина, но зато славно погонял его детей, так что педагогический опыт у него имелся и обычно изливался на новобранцев дружины. Ну а ещё наличествовал щербатый рот после встречи личины его шлема с бандитской булавой и непреодолимое желание материться по поводу и без. Вроде во время обучения детей ему от сюзерена за это даже прилетало, когда наследники случайно хвастались расширенным словарным запасом папаше, но со мной в этом плане можно было не париться. Зато старый вояка немного понимал в живе, будучи покрепче обычных людей, а ещё толково учил меня не только владению клинком, но и тактике. В этом он отличался от отца Шарпа, который прошёл подобные уроки в далёкой молодости, а потом по всем признакам поднаторел не как боец линии, а скорее разведчик и диверсант. Что поделать, такие братьям-меченосцам тоже нужны, как и любой другой армии, как бы не воспевали благородство паладинов.

Как бы там ни было, а учился я с со всем возможным рвением, но в любом случае сосредоточен был именно на магической науке. И моим основным наставником был именно друид. Я постигал таинства природы, разбирался как понимать зверей и птиц, уговаривая тех исполнять мои просьбы, подчинял своей воле рост растений, выкладывался на полную в магических спаррингах, используя все заклинания, которые знал, растил свой кристалл и кристаллический же кинжал. Правда тот к лету получился тем ещё огрызком просто потому что рудная пыль элементарно закончилась. Впрочем были и плюсы, удалось наконец разобраться с телекинезом, как будто придя к его более глубокому пониманию. Булыжники в свой рост мне кидать не под силу, но камнем размером с кулак сделать вмятину в чужом шлеме вполне. И мне это нравилось, особенно свист рассекаемого снарядом и магией воздуха. Друид это ведь не только про живую природу, это ещё и про мир вокруг в целом, про стихии в нём властвующие. Так что разряженная атмосфера перед булыжником и уплотнённая позади него добавляли камню скорости по моей воле. Помню Корнегур, когда на это посмотрел, несколько приофигел и спросил, а какого демона я только что сделал.

Пришлось прочитать зелёнобородому краткую лекцию о газах и их давлении, а после и о молекулах в целом. Проверить мои знания прямо он не мог, магия конечно сильна, но так просто заглянуть в суть вещей она не давала. Но зато косвенные выкладки всё быстро подтвердили. Почесав репу уже вдвоём мы решили попробовать создать некое новое заклятие, основанное на иномировых знаниях, всё таки идея была интересной. Хотя я поначалу упирал на то, что нужно попытаться сделать артефакт. Простая металлическая труба, снаряд, вакуум спереди, сильное давление сзади, выстрел как из пушки по сути основанный на принципах старой доброй воздушки. Но наставник эту идею зарубил, тут ведь во-первых нужно таскать с собой оную трубу, а весить та будет не так уж мало, стенки-то должны быть толстые для прочности. К ней изволь носить снаряды, чтоб пролезали в ствол, мелкая галька ведь не везде под ногами валяется, на нашем болоте её к примеру днём с огнём не сыщешь. Конечно есть вариант вообще за кучу денег напрягать кузнецов, чтоб тебе металлические пули делали, но это дорого и боезапас опять же будет ограничен. В общем куча мороки, а выхлоп сомнителен. Так что идея осталась на потом, а мы занялись именно прямым заклинанием, которое должно было создавать что-то вроде вакуумного взрыва, сначала расталкивая воздух в стороны, а потом схлапываясь. Сначала я недооценил его мощь, но человек, гораздо лучше меня постигший воздух и его взаимодействие с живыми существами смотрел на вещи иначе. Изучив несчастного оленя, попавшего под чары, пришлось признать, что наставник прав, а мы придумали страшную штуку. Зона воздействия была небольшая, всего пара шагов, этого недостаточно чтобы потоки воздуха ломали кости всем вокруг, но в этом и не было необходимости. Организм зверя или человека штука хрупкая, зависимая от среды, при низком давлении кровь может натурально мгновенно вскипеть, особенно в капиллярах глаз, высокое тоже не идёт никому на пользу, звуковой удар при схлапывании вакуума способен порвать барабанные перепонки, отправив в нокаут рядом стоящих… Собственно даже нас неприятно приложило, хотя расстояние было довольно приличным. Но зато звон в ушах на пол дня после «большого бада-бум», заставил тут же озадачится мерами защиты. А Корнегур опять постановил, что я какой-то неправильный маг и всё у меня в итоге сводится к ближнему бою. То, что заклятие и специальная защита по сути были изобретены им, в расчёт принято не было. Но штука действительно получилась забористая, накинь правильный воздушный щит, заодно гасящий звуковые колебания и устраивай вокруг себя атмосферное безумие с минимальными манозатратами. Близко не подойдут, постоянные воздушные удары собьют любой метательный снаряд, опасаться нужно только магии, да и то не всей. Только вот дальность подкачала. Наставник мог устроить вакуумный взрыв и в ста метрах от себя, но я был ограничен двумя десятками. Это же не огненный шар, прости господи, который наколдовал и он летит по прямой до препятствия или исчерпания маны.

Но всё равно сделанное нами было большим шагом вперёд. Раньше воздушный таран или кулак были более магической конструкцией, чем физической, маг представлял в своей голове некое оружие или его подобие, в который сложится ветер, а вихри действовали, как его естественные аналоги. То есть должны были сдуть противника, приложив его обо что-нибудь. Но «с открытием молекул» правила игры несколько изменились. А Корнегур полез осваивать новое направление, желая в нём разобраться. Но опять начал пытаться уделять меньше времени и сил моему обучению. Пару раз даже поцапались по этому поводу. А что делать? Друид уже видел перед собой новые исследования и заветные знания, что вернут ему место в Круге. Естественно мужику не хотелось тратить время и силы на то, чтобы рассказывать кому-то азы своего искусства, то есть вещи, всем образованным друидам давно понятные. В общем пришлось давить и стоять на своём. А потом огребать в спаррингах. Хотел учёбу? Получил учёбу, причём самую сермяжную практику.

Но со временем всё устаканилось, а меня начали потихоньку пытать о знаниях Земли. Конечно когда началась новая дорога, старая должна закончится, но больше это относится именно к эмоциональным привязанностям. Информация же остаётся просто информацией. Правда главную подвижку я видел в том, что до памятной пьянки Корнегур пребывал в убеждении, что раз у нас нет магии, то и взять с необразованных землян нечего. Теперь же получив краткий курс физики и химии в моём исполнении стал смотреть на вещи шире. А ещё показал мне, какой я лох. Наставник во-первых учился с огромной скоростью, казалось имея абсолютную память, а во-вторых сказал мне много ласковых за пробелы в знаниях. То, что я грыз гранит науки десятилетия назад и больше времени уделял спорту, многое сдавая на тройки, уважительными причинами для невежества не считались. И кое-то за оное невежество несколько раз огребал заклинаниями в тренировочных схватках особенно сильно. Ну да ничего, крепче буду и легче потом с Соколиным Глазом справлюсь. А натянуть ему око на седалище хотелось, не нравится он мне. И по башке опять получать не хочется.

Путь до замка прошёл спокойно, а Щербатый встретил меня на своём привычном месте, то есть в замковом дворе, где по мере сил гонял молодых бойцов. Я улыбнулся, услышав:

– Быстрее, *₽# черепахи! Правое плечо вперёд, поворачивай строй!

Пятеро вчерашних крестьянских парней, а теперь гордые обладатели звания воинов, начали разворачиваться для отражения фланговой атаки, обливаясь потом. Их тут по всей видимости дрючили с самого рассвета, пытаясь привить командные действия. Конечно местные вояки больше воевали на лошадях, на них и патрулировать окрестности сподручнее, и в драке четвероногое животное даёт ряд очень полезных преимуществ, но хватает случаев, когда сражаться приходится на своих двоих. Наш зимний рейд яркое тому подтверждение, там мы верхом только передвигались с места на место. Улыбаясь, я крикнул:

– Здорово, Хамфри. Уже разогрелся?

– Опять ты, мелкий – хохотнул он – В печь тебя колдун ещё не засунул?

– Ждёт когда подрасту и отъемся – развёл я руками, снимая поклажу и пояс с ценным содержимым.

Сказки о Гензеле и Гретель тут не было, но вполне существовал её аналог, так что шутка про запечённого в собственном соку ученика уже стала у нас традиционной. А вот разбить фиалы со снадобьями было бы ни разу не смешно. Зато я про себя тихо подхихикивал над Щербатым, что никак не возьмёт в толк, почему я не дуюсь на шутки про свой возраст, в отличии от всех остальных. Впрочем надо сказать, что к своим годам я уже вымахал не маленьким, среди крестьян Увтстона есть взрослые мужики ниже, да и мышечная масса присутствовала. Вот что Сила Природы животворящая делает вместе с систематическими тренировками! Собственно у меня было подозрение, что через годик немаленького Хамфри я перерасту или хотя бы почти сравняюсь с ним. Но тут скорее всего ещё вина генов, скорее всего мой биологический папаша был тот ещё шкаф с антресолями.

– Ну пусть ждёт. Хватай свою деревяшку понадёжнее – махнул вояка рукой – А вы, бездари, марш к столбам. И не сметь халтурить!

Парни слегка выдохнули, отправившись отрабатывать удары на вкопанных в землю брёвнах. Ну а я и правда взял в руки посох. Традиционно мы начинали именно с него, всё таки это оружие мага, им мне в первую очередь отбиваться, если кто-нибудь доберётся до ближнего боя. Щербатый ухватился за тренировочный меч и щит, ударив первым по второму, когда встал напротив меня. А затем резко рванул в атаку с криком:

– Гра!

Пришлось отводить его выпад, уходя в левую сторону, чтобы не получить ребром деревянного круга из крепких досок. Когда шит прилетает в рёбра – это очень неприятно. Однако пусть у меня не было зашиты, но посох выгодно отличался от меча своей длинной, так что я сходу попытался достать ногу противника. В свою очередь Хамфри тут же ушёл от взмаха колдовской палки, намереваясь сделать выпад. Только вот я не дал ему этой возможности. Если нечем защититься, остаётся только атаковать, чем и пришлось заняться, чередуя удары концами посоха по уровням. Сам Щербатый сходу не смог найти возможность для ответа, а потому разорвал дистанцию, отскочив назад. Кристалл на моём посохе блеснул колдовским огнём и я проговорил:

– Поздравляю, ты мёртв.

– Хрена с два, у меня амулет зачарованный. Так что давай ещё раз – проворчал он, снова бросаясь в атаку. Цацки с магической защитой у него конечно не было, такая только у барона есть, но новая схватка всё равно началась.

Хотя не уверен, что наши спарринги стоит называть именно схватками. Моя задача в них только продержаться, пока на помощь условно не придёт Ахилл, бегающий сейчас в лесу чтоб людей не пугать клыкастой улыбкой. Ну или добиться разрыва дистанции, что позволит применить волшебство. Сейчас дружинник проиграл, но в целом счёт по прежнему был сильно в его пользу. Впрочем я тешил себя надеждой, что настоящий враг несколько удивится моими навыками, он же не Хамфри, который меня как облупленного знает. Хотя учиться владеть оружием, как посохом, так и мечом с кинжалом, мне по прежнему нравилось. Какой настоящий мужчина не любит разные смертоубийственные железки? Я точно любил и серьёзно собирался вырастить однажды куцый кристаллический ножик до меча, а потом зачаровать его. Получится должно не то чтобы супер-оружие, но вполне себе серьёзная вещь. Такую и графу на пояс будет незазорно повесить, а потом в бою использовать. Если не напортачу.

В итоге с Щербатым мы проваландались как обычно до обеда, после которого отмылись и пошли перекусить, чем барон послал. Я, пусть несколько формально, числился его человеком, а потому мог столоваться в замке наравне с воинами. Жаль только сам сир Лионель уделял мне всё меньше внимания, что по большому счёту свойственно многим местным владыкам. Некоторые вообще между войн время проводят в пьянках или охотах, на которую наш сюзерен сегодня утром как раз выехал. Скучно рыцарям от мирной жизни!

Перекусив и поговорив с Щербатым за жизнь, мы снова вышли во двор и я заметил в дверях замковой часовни пастора Доминика, бросившего на меня взгляд и скрывшегося в глубине помещения. Сердце кольнуло беспокойство, что вдвойне неприятно, если вспомнить тревогу леса. Позвав по нашей связи Ахилла поближе к деревни, я проговорил:

– Ладно, не скучай.

– С этими жопорукими заскучаешь – проворчал он, кивая на новобранцев – Скоро всю кровь мне выпьют.

– Пока больше похоже, что происходит наоборот – хохотнул я, глядя на заморенных парней.

– За внешним благостным фасадом всё может быть не так просто – пожал плечами он.

– Ага. А на заборе можно написать матерное слово про гулящую женщину, но за ним по прежнему будут лежать дрова – фыркнул я

– О, ты не представляешь сколько среди женщин брёвен – хохотнул он, а потом хлопнул меня по спине лопатообразной ладонью – Ладно, шагай уже, мелкий.

– До скорого – кивнул я, отправившись в сторону Уатстона.

В деревне за неделю ничего не изменилось, разве что один пациент выздоровел, а два новых заболело. На дворе конечно лето, но нефиг слишком долго сидеть в воде. Хорошо я есть, а в худшем случае можно напрячь духовника барона, а то ведь воспаление лёгких может без проблем стать смертельным. Так что влив в болезных лекарство, я напутствовал старосту, присматривающего за лазаретом на правах головы деревни:

– Давай им по ложке в день до послезавтра. А как придут в норму… Ну пороть их уже поздновато, но придумай что-нибудь.

– За этим дело не станет – хохотнул Жафран, бросив на пациентов многообещающий взгляд, когда на улице раздался топот копыт.

Ахиллес, притаившийся в поле передал мне картинку того, как к часовне подъехало четыре человека. Двое в слегка запылившихся одеяниях жрецов Света, один постарше, второй помоложе, вояка в белой котте с символом солнца поверх хорошей кольчуги, судя по всему брат меченосец, и совсем молодой парень, по виду послушник, тут же принявший у остальных поводы лошадей. Самый младший остался снаружи, а вот троица зашла в целительскую избу, увидев меня уже взявшим в руки посох.

– Тебя зовут Рэзором – не то спросил, не то утвердительно сказал старший из них.

– Вежливые люди обычно сначала представляются сами – насторожено ответил я. Что-то великовата делегация для сопровождения нового пастора, да и он бы скорее с какой-нибудь оказией к нам приехал вроде купеческого обоза. К тому же смотрели гости на меня натурально как солдат на вошь. Ну или инквизиторы на еретика.

– В общении с колдунами вежливость не к чему – с апломбом и абсолютной убеждённостью заявил жрец с короткой седой бородой – Ты едешь с нами.

– Ага, только валенки зашнурую – фыркнул я, изрядно офонарев от такой наглости. Церковь вообще не имела власти кого-то брать за шкирку и куда-то тащить… Ну разве что беглых монахов или иных своих членов, как раз находящихся в юрисдикции церковного суда.

– Брат Андрэ, вбей пожалуйста в необразованного знахаря немного манер – произнёс седобородый, а его спутник в кольчуге достал из ножен меч и отправил во все стороны от себя волну золотого света, которую я прежде видел в исполнении отца Шарпа. Магия временно отключилась.

Ну твою-то ж мать, это что за манера общения с ближним⁈