Текст книги "Два невольника для светлой (СИ)"

Автор книги: Тиана Макуш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

Глава 21. Смущающие откровения

Уснула Майли уставшая, но довольная, а на следующее утро, проснувшись, поняла, что решить-то она решила, но надо бы все же с Ваерани переезд согласовать, наверное? Отправив Фая выяснить, примет ли ее Матриарх для разговора, привела себя в порядок, дождалась Нея с завтраком (на этот раз он сам ходил на кухню), посмотрела развитие его каналов, убедившись, что дар Файраса действительно помогает. Изменения пусть и совсем небольшие, но ведь есть же! А там и сам Фай вернулся, сообщив, что Ваерани ждет ее сразу после завтрака.

Отлично!

С Матриархом проблем, разумеется, не возникло – та была только рада намерению целительницы переехать в место, для нее и предназначенное. Но когда зашел разговор о всяких нужных вещах и еде, Майли решительно отказалась от подарков:

– Не стоит, Ваерани. Вы и так обеспечили мне дом, там более чем достаточно мебели, посуды и прочих мелочей для уюта. Не хватает белья и одежды, но это я собираюсь уже покупать, как и продукты. И средства у меня есть!

Матриарх улыбнулась и согласно склонила голову. В общем, примерно после обеда они и заселились в свой новый дом, который парни за несколько дней привели в порядок (ну, такой, какой хотелось Майли), Фай познакомил ее с казначеем клана, и она довольно быстро договорилась с ней о покупке всякого-необходимого тканевого и съестного и получила совет, у кого можно заказать пошив одежды для себя и Нея. Файрас как местный, слава светлым силам, имел все необходимое.

А потом потянулись будни: хотя бы один посетитель в день к ней стабильно приходил, остальное время они все вместе работали с Неем, который овладевал даром прям невероятно быстрыми темпами – оказалось, что совместная работа неполного блока с подстраховкой целителя очень сильно упрощает процесс, подгоняя развитие по нарастающей. Для детей такое не нужно, а вот у ее полукровки резерв уже разработан, так что тут чем быстрее, тем лучше.

И наконец наступил момент, когда Ней смог не просто зажечь строго заданный по объему огонек над ладонью, но и продержать его под контролем целых полчаса!

На радостях Майли аж кинулась ему на шею и поцеловала, а когда отстранилась, столкнулась с ошарашенным, набирающим сияние взглядом. Это что же, он при возбуждении всегда вот такое светопреставление устраивать будет? Да и ладно! Главное – кое-что пониже талии ее поступку тоже явно обрадовалось. Закусив губу, она отшагнула от своего любимого раба и окинула его нарочито медленным взглядом.

У Нея враз посветлели скулы и участилось дыхание. Майли облизнулась и улыбнулась – да, наконец-то она сможет довести до конца то, на чем ее прервали в пещере долгих две недели назад!

Прошедшие в клане дни она несколько раз встречалась с Ваерани и ее первой советницей (и сестрой!) Лиареной. В основном по делу, утрясая детали работы, но неизбежно такие встречи перерастали в посиделки с чаем и разговорами обо всем. А разговоры так же неизбежно переходили на мужчин. Ох, сколько всего нового и смущающего она узнала за это короткое время! Но пусть смущающего, однако кое-что она была не прочь повторить с Неем, а может, даже и с Фаем…

Да, хитрый темный оказался мастером соблазнения. И ведь Ваерани честно ее предупреждала, что их мужчины обучены не только доставлять удовольствие, но и принимать все, что придет в голову их госпоже, а еще вести себя так, чтобы разжигать в той желание.

Но как бы подозрительно Майли ни поглядывала на своего наложника, поняла, что все же ей помогли заинтересоваться им, только когда уже все случилось. Предупредительность, буквально угадывание ее желаний, беспрекословное исполнение поручений, мелкие жесты, на которые она начала обращать внимание сильно позже их появления… А еще этот хитрец не стеснялся светить своим телом.

Они с Неем придумали по утрам и вечерам заниматься в саду тренировками. Когда на мечах, когда просто используя свои мужские приемы боя голыми руками… Разумеется, один раз случайно увидев отточенные движения полуголых, блестящих от пота тел, Майли не смогла отказаться от наблюдения за ними постоянно. Сначала тайком, уверяя себя, что интересен ей только Ней, а потом и перестав пытаться обмануть сердце, начинавшее биться чаще и от взгляда на более сухощавого, но и более высокого Фая.

Ну а как ему не биться, когда под гладкой темной кожей, местами испещренной шрамами, так завлекательно перекатываются крепкие мышцы? Когда на губах темного во время боя мелькает хищная улыбка, а память выдает момент, в их самое первое общее утро, со стоящим на коленях и склонившим голову Фаем, облизывающим чуть приоткрытые губы и всей фигурой излучающим покорность.

Ваерани и Лиарена так вкусно рассказывали, что можно делать наедине с мужчиной, что даже от воспоминаний о том моменте у Майли начинало чаще стучать сердце, а внизу живота предательски тяжелело. И ведь не только рассказывали, а один раз даже показывали! Это был дико смущающий опыт, потом она несколько раз доводила себя до разрядки, так и не почувствовав полного удовлетворения, и полночи не могла уснуть от всплывающих перед глазами картинок. Зато именно этот случай помог окончательно отбросить мысли о недопустимости связи с несколькими мужчинами и понять: ей очень многое нравится и хотелось бы использовать на Нее, чтобы узнать, что нравится им обоим. И на Фае, да.

Вот только как быть, если она сразу сказала ему, чтобы ни на что не надеялся? Кто ж знал, что так скоро переменит собственное мнение? Ничего, над этим еще будет время подумать, да и вряд ли мужчина станет возражать против такого поворота, а пока…

– Ней, сегодня вечером после ужина жду тебя в своей комнате.

Дааа… сегодня.

Наверное, Майли точно сама извелась бы до вечера в ожидании, но ей, к счастью, было некогда: как раз после обеда вернулся небольшой отряд охотников и притащили в приемную раненого – парень неудачно рано подошел к недобитому горному козлу, и тот пропорол ему бедро рогом.

Так-то пострадавшему очень повезло: еще немного в сторону, и его бы не донесли – смерть от кровотечения из крупной артерии крайне стремительна. И кость не задело, хотя рана на вид, конечно, казалась страшной.

В общем, Майли смогла разогнуться только спустя несколько часов, когда убедилась, что все основные поврежденные сосуды и мышцы сращены. Кожу тоже наскоро заживила, но слегка, велев завтра снова подойти для контроля. А в холодную комнату отправилась весьма увесистая задняя нога того самого злополучного козла.

Ней во время ужина было заикнулся, что она, наверное, устала и «может, в другой день», но хватило одного возмущенного взгляда, чтобы мужчина замолчал и отвел глаза. Однако Майли успела заметить на его губах довольную улыбку. Вот поганец!

Она думала, что вечером уже ничего не может произойти странного или срочного, но ошиблась. Когда ужин закончился и она собиралась идти в свою комнату (искупаться там, подготовиться), Фай неожиданно опустился на колени, склонив голову, и тихо произнес:

– Госпожа, могу я высказать кое-какие мысли?

Майли уже почти не напрягало такое поведение мужчин. Скорее даже настраивало на определенный лад, согревало кровь… Вот только сегодня она бы хотела видеть на коленях Нея, и темный своим поступком здорово сбивал. Чего он хочет-то?!

– Говори, Фай, только быстро.

– Как прикажете. Я бы хотел предупредить, что, несмотря на успехи Нея в обладании даром, это еще не значит, что он полностью контролирует его. А возбуждение тем более очень сильно ослабляет контроль…

– И? Ты же не просто так завел разговор?

На самом деле она почти догадывалась, куда клонит наложник, и внутри все замирало от смущения и… предвкушения, да.

Быстрый взгляд исподлобья, глубокий вздох…

– Позвольте мне присутствовать, госпожа. – Ну вот. Примерно так она и думала, хоть и не верила, что Фай решится. Глаза все равно расширились сами собой, но что-либо возразить ей не дали, потому что мужчина спешно продолжил: – Это просто мера безопасности! Я закрою глаза, госпожа, и ничего не увижу, или вообще отвернусь…

Ах так! Майли не знала, смеяться или злиться, но вот смущение чувствовала ужаснейшее. Хотя, конечно, гораздо меньшее, чем могла бы раньше – все же разговоры с местными женщинами потихоньку вытесняли догмы, вбитые воспитанием. Не только разговоры, к слову, но и один ритуал, проведенный с ее согласия Ваерани, после которого принимать новую реальность стало гораздо проще. Но еще не до конца, так что смущение ощущалось не очень приятно. И за это она непременно Фаю отомстит. Правда, в глубине души тихонько разгоралась и радость от такой просьбы: появился шанс попробовать понять, как воспримет присутствие наложника вообще и… в качестве второго участника – тоже. Прищурившись, Майли постаралась напустить на себя равнодушный вид и кивнула:

– Хорошо, убедил. Придешь вместе с Неем.

И натурально сбежала в свою комнату, пока хватало решимости не передумать. Напоследок успев-таки заметить, как удивленно расширились глаза Фая. Не ожидал? Ничего, пусть рано не радуется – в голове уже зрел план, как отомстить за испытанную неловкость.

За время купания Майли немного подостыла, решив, что с ее стороны некрасиво злиться и думать о какой-либо мести мужчине, если ее саму интересовало, как воспримет постороннее присутствие. Ну и что уж – возбуждало тоже. Определенно, матриархальные женщины влияли на нее очень раскрепощающе. И нет, это не сожаление, а благодарность.

В общем, к назначенному сроку она была почти спокойна и собрана. Снаружи. Внутри нарастали возбуждение и предвкушение, тесно переплетенные со смущением…

Наконец раздался стук в дверь, и в комнату вошли двое мужчин. Ней – обнаженный по пояс, полыхающий смущением, но жадно шарящий взглядом по ее телу. Ну да, она постаралась: среди недавних покупок был абсолютно бесстыдный полупрозрачный наряд – длинная струящаяся туника с разрезами до бедер в нескольких местах – и встречала она любовника (или все же любовников?) полулежа, опираясь на подушки и оставив одну ногу почти полностью открытой.

Фай был одет, показательно спокоен, но Майли чувствовала, что сердце у него стучит гораздо сильнее, чем обычно. Да и выражение равнодушия темный при виде ее удержать не сумел. Вздохнул резко, сверкнул глазами, прежде чем опустить взгляд в пол. Ну-ну. Осознание своих желаний ничуть не мешало ей воплотить изначальный план. Просто теперь – для удовольствия, а не в наказание.

– Ней, подойди ближе и опустись на колени, пожалуйста. А ты, Фай, отойди к той стене и повернись к ней лицом.

Пока ее приказы-просьбы исполнялись (все же Майли был комфортнее именно такой стиль, тем более когда знала, что, несмотря на мягкость, эти просьбы точно будут исполнены), она неспешно встала, подхватив заранее приготовленную плотную ленту, тихо подошла к Фаю и сказала то, чего он вряд ли ожидал:

– Разденься до пояса тоже, а то я чувствую себя странно.

Мужчина вздрогнул, дернул головой, словно хотел обернуться, но удержался и отрывистыми движениями выполнил приказ. Отлично! Майли довольно улыбнулась и сначала положила ладони ему на лопатки, провела по коже вверх, до плеч, ощущая новую дрожь мышц, а потом слегка надавила. Фай опустился так резко, что показалось, она сейчас услышит громкий звук удара коленей об пол, но нет.

Тихо хмыкнув, Майли быстро наложила повязку на глаза наложника, завязала узел на затылке и наклонилась, чтобы прошептать ему на ухо:

– Я решила, что повязка надежней. Но тебе придется как следует вслушиваться в происходящее, чтобы отследить, если Ней не удержит дар…

Фай гулко сглотнул и хрипло прошептал:

– Я могу заблокировать его прямо сейчас, госпожа… Правда, вы тогда тоже попадете в поле.

Она задумалась буквально на пару мгновений. Так-то во время секса не до тревог по поводу лишения дара, но…

– Не стоит. Надо же ему учиться контролю в любых ситуациях.

Ну правда, и тут ее вредность совершенно ни при чем – если Нею не надо будет следить за собой, он же никогда окончательно не обуздает дар.

Оставив наложника, она повернулась к… любовнику. Ней стоял, глубоко дыша и сжав кулаки. Такой красивый, такой покорный. Сейчас казалось странным, что раньше она могла обходиться без этого всего, довольствуясь привычной в прошлой жизни ролью женщины. Хотя это вот точно следствие ритуала – раскрепощения, как о нем сказала Ваерани.

Подойдя снова со спины, нежно пробежалась по напряженным плечам своего полукровки, наклонилась и поцеловала его за ухом, прошептав:

– Расслабься, Ней, ты же помнишь ту ночь? Знаешь, что я не причиню боли? Ну… разве что слегка понадкусываю… – Она тихо хихикнула, сопроводив слова игривым укусом за шею, от которого Ней протяжно застонал. – Не знаю как ты, а я очень ждала, когда мы сможем продолжить и главное – завершить начатое.

– Дааа, госпожа… Я тоже ждал. Очень, очень ждал.

– Майли, Ней. Помнишь?

– Да, Мааайли.

Вот и отлично! Она вернулась к кровати, садясь на край прямо перед любовником и с удовольствием впитывая картину сильно возбужденного мужчины. Желанного мужчины.

– Вот и хорошо. Встань и разденься полностью.

Ней посерел, резко обернулся на Фая (светлые силы, а она ведь умудрилась за это короткое время напрочь забыть о нем!), выдохнул и встал, на ходу избавляясь от одежды. Наконец-то! И да, ее Ней был по-прежнему прекрасен во всем.

Облизнувшись, снова стараясь сосредоточиться на любовнике и выкинуть из головы свидетеля, Майли раздвинула ноги вместе с тканью туники, открывая жадному мужскому взгляду уже влажный вход в свое тело.

– Давай, Ней, доставь мне удовольствие.

Два действия слились в одном: шаг к ней с одновременным опусканием на колени – плавное, красивое движение. Широкие ладони сначала неуверенно проскользили по ее бедрам, а потом обхватили ягодицы и резко придвинули ближе к краю, заставляя откинуться назад на локти, и следом… Дааа! Теплый, гибкий язык коснулся именно там, где это прикосновение так требовалось, вырывая из горла торжествующий вопль.

Потом она долго, бесконечно долго извивалась в крепкой хватке под то мягкими кружащими, то твердыми и короткими прикосновениями языка, а когда Ней протолкнул его прямо в лоно, так глубоко, как смог… Майли содрогнулась от резко накатившего оргазма, закричала, выплескивая этот невыносимый напор эмоций… И обмякла, приходя в себя, чувствуя, как по-прежнему держащий ее мужчина, покрывает легкими поцелуями внутреннюю сторону бедер.

Немного придя в себя, она снова села и обхватила лицо Нея ладонями, притягивая к себе, целуя, слизывая с его губ собственный вкус.

– Ты прекрасен… Но теперь моя очередь. Ложись!

Она специально повторяла тот момент, когда их прервали – казалось, если так сделать, но довести все до логического конца, уже никто и никогда не сможет вмешаться в их отношения, разорвать связь.

И Майли вновь неспешно ласкала отзывчивое мужское тело, отмечая, что эти недели любовник точно не чурался самоудовлетворения, потому что до сих пор держался, не кончая. Хорошо.

Поцелуи и ласки довольно быстро перешли во взаимные, и в этот раз Майли почти не руководила происходящим – все же Ней действительно оказался отменным учеником, усвоив все необходимое с первого раза. Предвкушение затопило, когда тяжелое мужское тело оказалось сверху, а ее собственное затрясло от бьющего через край возбуждения, когда крупный крепкий член начал медленно и осторожно проникать в жаждущее лоно…

И был всхлип от переполняющих эмоций, от ощущения плотно, глубоко заполнившей ее плоти, а потом и крики – от сначала медленных, но все больше и больше ускоряющихся ударов… Кажется, она царапала широкие плечи и спину, когда крика стало недостаточно, чтобы выплеснуть ширившиеся внутри эмоции. Кажется, Ней в ответ стонал довольно и лишь начинал двигаться активнее, попутно покрывая поцелуями все, до чего только мог дотянуться.

А потом, наконец, был взрыв, расколовший реальность, опрокинувший в мягкое небо и расцветивший воздух искрящимися брызгами.

Приходя в себя, успокаивая дыхание, Майли понимала, что никогда еще не испытывала ничего подобного в постели с мужчиной. Возможно, потому, что никогда еще не влюблялась?

Ней приподнялся на локтях, снова беспорядочно целуя, мелко двигаясь и вздрагивая, добирая удовольствие. И заставляя вздрагивать от остаточных волн оргазма и ее.

И все бы хорошо, но тут сквозь негу чувственного дурмана до Майли донесся тихий всхлип откуда-то со стороны входа в спальню. Целое мгновение понадобилось, чтобы вспомнить и резко обернуться к стене и по-прежнему стоящему спиной к ним мужчине… Фай!

Глава 22. «Госпожа, пощадите!»

Всю расслабленность смело моментально. Краем сознания она успела отметить, что опыт прошел удачно – во время секса с Неем о лишнем свидетеле даже мысли в голову не пришло, – но сейчас сосредоточилась на другом: что с Фаем? Плохо?

Но когда Майли подбежала к мужчине, и положила ладонь на плечо, тот крупно вздрогнул, прижался щекой к ее пальцам и простонал:

– Пощадите, госпожа… Пожалуйста!

Что? Ей понадобилось ужасно много времени понять, что наложника бьет дрожь не от боли, а… от возбуждения. Влажная, горячая кожа, напряжение на каждое прикосновение, частое дыхание. Это льстило, конечно, но одного Майли не понимала – она при чем?! Что значит – пощадить? Впрочем, она уже давно приняла для себя: если чего-то не понимаешь, самый верный способ избежать проблем – спросить.

– Фай, почему ты просишь меня? Разве ты не можешь… ну… сам справиться?

Как-то никто ей не говорил, что удовлетворение наложника лежит на женщине. А ведь если так, это проблема… Или уже нет? Но ее сомнения быстро развеяли:

– Но вы же запретили…

– Я?! Ну-ка, развернись!

Файрас выполнил приказ незамедлительно, и она слегка отодвинулась, ловя растерянный взгляд, все еще подернутый дымкой возбуждения. Не удержавшись, глянула вниз, получая подтверждение правдивости реакции – в паху штаны топорщились весьма красноречиво. Совершенно неожиданно захотелось узнать, каков ее наложник… хотя бы на ощупь. В животе плеснуло кипятком, напряглось, даже кончики пальцев закололо. Ух, плохая была идея – подходить к возбужденному мужчине сразу после оргазма! Покорному мужчине, находящемуся в полной ее власти, и… вызывающему сексуальное томление, что уж тут.

Но сначала все же надо разобраться с этим его «вы запретили». Когда это, интересно?

– А теперь подробно – когда и как я тебе запретила заниматься самоудовлетворением?

Взгляд Фая стал еще более растерянным, а потом там вдруг вспыхнуло понимание и вина. Мужчина рвано вздохнул и перевел взгляд в пол, но Майли не позволила, цепляя пальцами подбородок и приподнимая его голову.

– Ну нет уж, смотри на меня! И говори. Ну же?

– Простите, госпожа, моя вина. Когда я спросил, совсем ли мне положено воздержание, вы ответили, что совсем. Вот я и решил… Простите.

Тут до него дошло еще что-то, и мужчина натурально посерел. И ведь Майли даже поняла что – она же чуть раньше приказывала не додумывать за себя, а уточнять, если непонятно. Получается, он еще и приказ своей госпожи нарушил. Но в том-то и дело, что нет! Тот разговор встал перед глазами, словно произошел вчера, и она даже прекрасно понимала, почему Фай не стал ничего уточнять: ответ звучал категорично, а настроение у нее в тот день было усталое и злое. Вот и не рискнул, тем более налицо явная разница понятий слова.

Майли вздохнула и легонько огладила наложника пальцами по щеке.

– Нет никакой твоей вины, Фай. Есть недопонимание, которое никто не мог предвидеть. Говоря про воздержание, я имела в виду только непосредственную близость с женщиной.

Плечи мужчины резко расслабились, и он… поцеловал ее пальцы, неизвестно как оказавшиеся на его губах. Кажется, в задумчивости она беспорядочно поглаживала гладкую кожу, словно бы успокаивая, и… вот…

– Спасибо, госпожа!

Но у Майли под кожей уже вновь гуляло возбуждение, а в душе проснулась шальная решимость: почему бы и нет, раз такой удобный случай?

– Фай, а Фай, а если ты две недели ходил неудовлетворенный, зачем напросился сегодня наблюдателем? Ты же не мог не понимать, как подействует на тебя… зрелище.

– Госпожа! Как бы тяжело мне ни было, но ваше благополучие на первом месте! И ведь я пригодился – успел вовремя заблокировать Нея… – Майли недоуменно повернулась к любовнику, но натолкнулась на виноватый вид своего полукровки и кивок в сторону подпалины на простыне. Вот же! Тут Фай еще раз вздохнул и еле слышно прошептал: – К тому же когда смотришь, оно… не так остро, как если не видишь, но слышишь происходящее.

Вот значит как. Что ж, кажется, ее наложник заслуживает награды.

– Хорошо, объяснения принимаются. А теперь встань. – Фай осторожно поднялся, слегка поморщившись, но когда попытался сделать движение в сторону выхода, Майли насмешливо протянула: – Куууда? Разве я разрешала уходить, Фай? – Мужчина замер, непонимающе глядя на нее, и Майли улыбнулась: – Поворачивайся к стене, упрись в нее руками и закрой глаза.

В красных глазах мелькнул отголосок боли, но перечить ей ожидаемо не стали. Вот странное дело: покорность своих мужчин Майли воспринимала не так, как того эльфа в Шаги-Ла. Как его звали?.. А, неважно! Как так? Почему? Она не знала, но догадывалась: дело в том, что они именно ее, а еще – в том, что эта самая покорность была тоже только для нее. С остальными женщинами что Ней, что Фай вели себя, конечно, вежливо, но никакой чувственности или же радости от собственного подчинения не выказывали.

Но пора вернуть внимание наложнику. Бедняжка Фай… Наверняка же подумал, что сейчас начнется новый виток его мучений, но у Майли были другие планы. Раз уж так все сложилось, и возбуждение еще не покинуло тело, стоит признать, что она хочет изучить тело наложника. Пока – руками, но потом… В ближайшее время им все равно придется находиться в комнате втроем, раз уж Фай оказался прав и Ней пока не может удерживать дар при сильном возбуждении. А оно было сильным, причем у обоих, потому что Майли не только не среагировала в момент потери дара при вмешательстве Фая, но и запаха гари (пусть и очень легкого) не почувствовала.

Когда она снова положила ладони на лопатки наложника, тот ожидаемо вздрогнул и шумно вздохнул. Когда руки с усилием погладили кожу сначала к плечам, а потом вниз, к поясу штанов, и прикосновение уже никак нельзя было назвать случайным, Фай шумно же выдохнул с низким тихим стоном. А когда Майли подошла вплотную, прижимаясь бедрами к напряженным мышцам зада, заводя ладони на живот, а после и ныряя одной под ткань, тогда как пальцы второй пытались ослабить завязки…

– Госпожааа…

Она тихо хихикнула и коротко поцеловала чуть влажную кожу меж лопаток.

– Что такое? Разве я не могу прикасаться к своему наложнику? А то вдруг обнаружила, что совершенно не знаю тело, которое полностью мне принадлежит. Или… ты имеешь что-то против?

В этот момент завязки поддались, и Майли смогла нормально продвинуть руку, чтобы обхватить наконец пальцами твердую, пышущую жаром плоть… Ооо… Плоть оказалась довольно внушительной по объему, и она уже решительно сдернула штаны со своего темного, чтобы в следующий момент скользнуть второй ладонью по члену и коснуться влажной головки, наслаждаясь очередным задушенным стоном Фая.

В этом они с Неем тоже воспринимались по-разному: если от полукровки хотелось слышать громкие стоны, то вот с Фаем возбуждала именно его сдержанность.

Член в хватке пальцев дрогнул, наложник с тихим шипением втянул воздух, а Майли подняла одну ладонь и приказала:

– Оближи. Да как следует!

Вот это как раз она подсмотрела у Ваерани. И тогда мужчина, с которым играла Матриарх, делал приказанное со столь явным удовольствием, что у Майли аж живот скрутило от возбуждения. Хотелось бы посмотреть, как реагирует Фай, но судя по активным движениям языка – вполне положительно, а увидеть она сможет и потом… как-нибудь.

Отняв мокрую от слюны ладонь, Майли вернула ее на член и начала резко и быстро двигать по нему сжатыми в кольцо пальцами. И когда почувствовала всем телом, прильнувшим сзади к наложнику (когда она успела?!), что Фай задрожал и напрягся, пытаясь сдержать подступающий оргазм, негромко выдохнула:

– Можно, Фай. Кончай!

И, кажется, кончила сама, потому что силы покинули тело, а перед глазами помутилось. Наверное, она бы упала, но сзади тотчас подхватили на руки и отнесли на кровать. Ней…

Последней мыслью было: «Какие же у нее замечательные мальчики!» – и Майли провалилась в крепкий сон.

***

– Майливиэль, как вы обходитесь всего двумя мужчинами?! Это же очень неудобно… И выбора никакого.

Ну, обходилась как-то. И вполне ей все было удобно. Она с мыслью о двоих мужчинах в своей постели до сих пор не совсем смирилась, и пока еще смущалась, когда приходилось им говорить, кто именно будет у нее ночевать. А еще больше? Куда?!

– Вот-вот, Майливиэль, вокруг столько свободных мальчиков! Любая из нас была бы рада породниться с вами. Уже пора подумать и о замужестве – в семье ведь обязательно нужны наследницы. Да и сыновья ваши будут нарасхват, уж поверьте.

В последнем она нисколько даже не сомневалась.

И такие разговоры повторялись на разные лады уже несколько недель. Как раз спустя месяц ее жизни в клане начались. И с каждым разом игнорировать упорные намеки становилось все сложнее. К сожалению, Ваерани подтвердила: мужем обзавестись ей придется. Ну потому что так положено – наследница действительно нужна, а рождение детей вне брака, несмотря ни на какой матриархат, не приветствовалось.

И что с этой ситуацией делать, Майли пока не очень понимала. Не ходить на общие посиделки с главами других семей – не вариант, тем более Матриарх обычно на эти еженедельные сборища передавала ей персональные приглашения.

Но сегодня было что-то прям невыносимое: к ней подошли пятнадцать из двадцати присутствовавших глав семей! И каждая – каждая! – заводила разговор, что у нее «как раз имеется замечательный мальчик, воспитанный и послушный», который вот точно-точно подойдет на роль мужа целительницы! И даже Ваерани негласно их поддержала, начав пространно рассуждать, что каждая порядочная эльфийка просто обязана иметь мужа годам к шестидесяти. Годы идут, и все такое. И никого особо не волновало, что уж целитель имеет над своим телом полную власть и годы тут не особо страшны.

Ну, в пределах допустимого, конечно, но Майли и не собиралась тянуть с беременностью до двухсот лет. Даже до ста не собиралась!

Чужое назойливое внимание довели ее до такой степени раздражения, что домой она влетела злая, как дикая кошка, ни за что нарычала на Фая, резко ответила Нею, и только когда увидела, как тот растерянно смотрит в ответ, смогла взять себя в руки.

Вздохнув и покрутив немного головой, Майли примирительно улыбнулась мужчинам:

– Я сейчас не самый лучший собеседник, мальчики… Так что пойду к себе, а вам – спокойной ночи.

Очень редко бывали ночи, когда она не звала никого, но сегодня, видимо, именно такая. Но Фай несколько удивил:

– Госпожа, вы напряжены… Давайте я сделаю вам массаж после вечернего купания?

Ну вот, точно – еще и напугала. В последнее время все же привыкнув обращаться к ней по имени, Фай переходил на это «госпожа», только если ощущал опасность для собственной шкуры. И ведь она ни разу ни одного из них не наказывала! А вот.

Но предложение и в самом деле показалось заманчивым. Да и понятно, почему от Файраса – сколько бы достоинств в ее глазах ни было у Нея, делать массаж он не то чтобы не умел, но получалось однозначно похуже.

Прислушавшись к себе, Майли решила, что почему бы и нет? Шею и плечи тянуло, виски ломило… Можно, конечно, самой пустить исцеляющую волну по телу, но массаж же просто приятнее. Глядишь, и настроение улучшится.

– Хорошо, Фай, приходи, как будешь готов. Подождешь, если что, в спальне.

Развернувшись, Майли ушла в свою комнату, успев заметить переглядывания мужчин, но не захотела вникать. Сами между собой разберутся.

Скинув с себя одежду, она со вздохом удовольствия погрузилась в уже ждущую ее теплую воду (наверняка Ней позаботился) и расслабилась. Ну и задумалась – куда без этого.

Как бы она ни злилась, но Ваерани и прочие были правы: есть определенные правила, традиции, и, придя в новый клан, она понимала, что придется под них подстраиваться. Да и не такое это прям неприемлемое дело – мужа взять. Но вот назойливость женщин раздражала, это да. А в целом, стоило бы и подумать, кого она хочет видеть мужем.

Вот только беда в том, что к новому мужчине придется привыкать. Притираться, причем всем вместе друг к другу. Придумывать ему какие-то обязанности, распределяя те, с которыми и так справлялись двое… Но раз надо, значит – надо.

Решив, что завтра поговорит с Ваерани, как бы устроить смотрины, и вообще сначала узнать поподробнее о возможных кандидатах в мужья, Майли быстро закончила с купанием, набросила на плечи легкий, но длинный халат, и вышла в спальню.

Фай уже ждал – обнаженный по пояс, склонивший голову, на коленях… Красивый. Как-то незаметно он приучил ее, что в спальне мужчины выказывали демонстративную покорность. Видя, что это не из страха или традиции, а просто им так нравится, Майли со временем привыкла и сама начала находить удовольствие в подобном поведении. Потому что оно лишний раз подтверждало: именно она главная, ее решения определяющи, и вообще – с ее мужчинами безопасно.

Улыбнувшись и окончательно расслабившись, Майли легла на кровать, чтобы в следующее же мгновение почувствовать прикосновения сильных, но нежных пальцев, начавших проминать ее тело от шеи до самых пяток – сначала сзади, а потом, когда она перевернулась, и спереди тоже.

Ох, светлые силы, как же это было хорошо!

Закончив с телом, Фай вернулся к голове и начал осторожно массировать кожу, вызывая легкие мурашки по шее и… стон удовольствия – потому что легкая ломота в висках уходила под чуткими пальцами. Услышав над собой судорожный вздох, она чуть приоткрыла один глаз, чтобы увидеть напряженное лицо наложника, горящий возбуждением алый взгляд, давно уже ставший привычным… Хм… Кажется, она уже не так уверена, что ночь проведет в одиночестве. В расслабленное, но и постепенно возбуждающееся тело возвращались желания, которые вполне есть с кем удовлетворить.

Но не успела она что-либо решить, как дверь в комнату отворилась и к кровати скользнул смущенный и полуобнаженный Ней с каким-то свертком в руках…