Текст книги "Два невольника для светлой (СИ)"

Автор книги: Тиана Макуш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)

Глава 23. Новый опыт

Пока Майли, привстав на локтях, смотрела на опустившегося на колени раба, ее наложник-массажист соскользнул с кровати и устроился рядом, так же на коленях. Уф! Вот почему, если она с кем-то из них наедине, никакой стеснительности и в помине нет, а сейчас, когда в ее распоряжении явно что-то задумавшие мужчины, очень хочется… прикрыться от смущения?!

Разозлившись на саму себя, она тряхнула головой и решительно встала с кровати, очень надеясь, что не сильно покраснела.

Парочка продолжала стоять с покорно склоненными головами и молчать. Что за игры? Или… Внезапно по позвоночнику пронеслась колкая волна предвкушения, а в животе, наоборот, словно плеснуло кипятком. Неужели?..

– Ну и что все это значит?

Ней, кажется, хотел съежиться – во всяком случае, плечами передернул, – но продолжал молчать, Фай же вкрадчиво заговорил, не поднимая головы:

– Госпожа, вы вернулись такой расстроенной, что… мы с Неем поговорили и решили помочь вам расслабиться. А заодно и познакомить с играми, принятыми среди местных женщин. Думаю, вам вполне может понравиться. Ну, если вы не против, конечно же…

Вот же хитрец! Догадывалась она, как они «поговорили и решили», но Ней вроде бы напуганным или пришедшим против воли не выглядел и даже вполне себе выдавал признаки возбуждения. Может, Фай и прав – попробовать можно. А не понравится, так не понравится. Зато будет знать точно.

Решив, что в ее возрасте поздно уже изображать скромницу (да и отомстить за не до конца прошедшее смущение хотелось), Майли подхватила пальцами подбородки обоих мужчин и потянула вверх. О да, она была отомщена в то же мгновение.

И Ней, и Фай, которым по очереди посмотрела в глаза, выглядели ошарашенными откровенным видом (как будто Фай совсем недавно не изучил все ее тело руками!) и дружно прерывисто вздохнули. Она не удержалась и кинула быстрый взгляд вниз, на пах Нея, и торжествующе улыбнулась, когда его член под тонкой тканью штанов ощутимо дернулся. А потом улыбнулась еще шире – вновь посмотрев на лицо любимого раба и увидев там явные признаки смущения. Не все же ей одной попадать в неловкое положение!

– И с какими же играми вы решили меня познакомить? Хотя нет, важнее – почему вдвоем?

Она старалась спрашивать скучающе, но при этом требовательно – давно заметила за наложником странную реакцию на определенные тональности. Словно… ему нравилось. Файрас сглотнул, облизал явно сохнущие губы и ответил слегка севшим голосом:

– Ней не слишком хорошо знаком с вопросом, насколько я выяснил, так что… я буду показывать вам, что и как можно делать, чтобы обоим было и остро, и доставляло удовольствие… госпожа.

Ну вот опять он! Майли покачала головой:

– Фай, мы же вроде договорились, что наедине вы обращаетесь по имени… Неужели ты до сих пор опасаешься, что я могу причинить вам вред?

Ее темный вздрогнул, слегка дернул головой, явно в попытке отрицательно махнуть, потом спохватился, прикрыл глаза, вздохнул… И спустя пару мгновений в его взгляде не осталось ни тени недавней поволоки. Лишь серьезность.

– Майли, мы здесь растем в определенных условиях, получаем определенное воспитание, привыкаем реагировать так, как нравится нашим женщинам. Не подумай – нам это тоже нравится! Так что я не опасаюсь, мне… хочется так тебя называть, хочется показать готовность к более откровенным играм, особенно когда ты становишься такой… далекой и властной. – Тут он криво улыбнулся. – Но я все время забываю, что ты можешь не понимать таких сигналов. Это непривычно. Да и страшно потерять то, что уже есть. Но раз дошло до открытых разговоров… Не хочу, чтобы ты превратно оценивала мои реакции.

Такое признание несколько ошеломило. Она продолжала вглядываться в серьезные красные глаза, лихорадочно размышляя: а готова ли к такому уровню отношений? С другой стороны, почему нет? Вот они сейчас все втроем, мужчины готовы продолжить, ей тоже любопытно, что же они хотят показать – зачем себя-то обманывать.

– Ты прав, надо было просто сказать. Я замечала, конечно, твои реакции, но не могла их толком понять, Фай. Но вы точно хотите этого? Оба? Ней?

Майли перевела взгляд на второго… своего мужчину. Ну ведь мужчины, и оба – ее. Ней облизнулся и выдохнул быстро, словно боялся передумать:

– Хочу, Майли. Я… у меня слишком неприятный опыт в таких развлечениях, и очень хочется узнать, действительно ли смогу испытать удовольствие, как обещал Фай. Очень!

Бедняга. Она помнила его рассказы, но все же не могла до конца осознать, что он испытывал. Но если это поможет, вытеснив плохие воспоминания…

– Хорошо, уговорили. Только, Фай, как ты собираешься показывать? И что нужно делать мне?

Наложник даже выдохнул облегченно и улыбнулся:

– Не показывать. Я буду направлять, подсказывать. Но почему-то мне кажется, что вы очень быстро поймаете суть, госпожа. – Даже не дав ей возразить (но вообще-то Майли и не собиралась, прекрасно помня объяснения), Фай быстро продолжил: – И, пожалуйста, позвольте нам при таких вот играх называть вас так! Это… сильно помогает погружению. А когда вы становитесь властной, или так улыбаетесь предвкушающе… по-другому просто очень сложно. Пожалуйста…

Последнее «пожалуйста» поганец произнес, опустив взгляд, с этаким придыханием и таким нарочито-покорным выражением, что стоило огромного труда удержаться от смеха. Но и внутри что-то сладко отозвалось на столь неприкрытую мольбу. Ну да, все-таки ей такое тоже нравится. Итак, значит, им нравится властный и далекий вид?

Отпустив мужчин из захвата пальцев, Майли подошла к шкафу и, немного подумав, накинула на себя тонкую тунику. Полупрозрачную, да, и длиной до середины бедра, но все равно в ней она чувствовала себя несколько увереннее. Потом вернулась к кровати, уселась на край, скрестив руки, прикрыла глаза, настраиваясь, и как могла лениво, протяжно выдала:

– Чтооо ж… Давайте, показывайте, что вы там хотели. Я жду!

Мужчины вскинулись, дружно, даже не глядя друг на друга, облизнулись и тут же потупили взгляды.

– Дааа, госпожа…

Фай вскочил первым и подхватил под руку Нея, вздергивая, забирая сверток из рук и одновременно толкая в сторону кровати:

– Скидывай штаны и ложись ближе к краю! Руки над головой, ноги слегка разведешь. – Повернувшись к ней, он подчеркнуто поклонился и продолжил, начисто лишив голос приказных ноток: – Прошу вас, госпожа, встаньте – для начала так будет гораздо удобнее.

Майли, для вида поколебавшись и дождавшись, пока Ней разденется и растерянно замрет перед кроватью, с показным недовольством встала и слегка хлопнула его по заду:

– И чего замер? Ложись, как тебе сказано, милый.

Взгляд Фая на мгновение сверкнул весельем и одобрением, но он сразу же снова потупился, хотя Майли не сомневалась, что цепко наблюдать за обстановкой не прекратил. Да и не до того немножко стало, потому что Нея, раскинувшегося на кровати, смущенного и шумно дышащего, этот самый Фай споро привязывал, слегка растягивая, к специальным скобам, как оказалось, вделанным в спинки и спрятанным под матрасом. А она и не знала.

Впрочем, это и неважно. Важнее то, что от зрелища связанного, беспомощного возлюбленного в душе поднималось какое-то темное предвкушение, неимоверным образом переплавленное со щемящей нежностью. И да, ей действительно захотелось сделать с ним что-то такое… странное, острое, жаркое. И обязательно ужасно приятное.

Как хорошо, что рядом Фай, обещавший подсказать и направить, помочь выразить эти неясные пока желания!

***

Файрас с замирающим сердцем вспоминал о тех долгих двух неделях в начале, когда ему запрещено было даже самоудовлетворение. Ну как запрещено – сам дурак, сам додумал, хотя Майли (поразительно, как легко она разрешила называть по короткому имени!) прямо перед этим за додумывание и отчитала. Однако, чего уж от себя таить, эти две недели вышли и самыми острыми в его жизни. Пожалуй, он даже не отказался бы повторить – не так надолго, но пощекотать нервы запретом… Почему нет?

Хотя ему грех было жаловаться – мучения стоили результата. Регулярно ночевать в комнате госпожи – это ли не счастье, за которое многие его знакомые готовы на что угодно? А Майли так легко дарила им с Неем свою благосклонность.

И все же Фаю не хватало. Не хватало тех игр, которыми любили забавляться женщины, тем более ему и раньше не особо часто выпадало такое счастье. А ведь приученное тело требовало.

И он даже с Неем уже не раз вел разговоры, потихоньку преодолевая явный страх полукровки рассказами об удовольствии, которое можно испытать в нежно-жестоких руках, почти убедив, что ничего страшного в этом нет. Главное – попробовать. Оставалось только как-то донести до их недогадливой госпожи, что ей это тоже нужно. А оно нужно – Фай ловил мелкие признаки, в душе радуясь, что не все запущенно. Ну и весомую роль в пользу его доводов играл страх: если не они научат, как нравится им, то уж женщины могут такому научить, что оба взвоют. Тем более Майли все же была довольно любознательна. Мало ли…

Сегодняшний момент стал идеальным, чтобы попробовать. Риск огрести недовольства целительницы, конечно, оставался, но Фай за прошедшее время уже убедился, что Майли – эльфийка добрая и ради наказания наказывать не станет, как и срывать недовольство. Хотя тяжелый взгляд, когда она вернулась с еженедельного собрания глав семей, едва не отправил его на колени. Уж колкую волну мурашек по хребту точно запустил. Но расслабить госпожу было необходимо.

А когда они с Неем оказались в своей комнате, в голову и пришла эта идея.

– Знаешь что… Давай-ка, пока я буду расслаблять нашу госпожу, ты быстро подготовишься, соберешь кое-что для игр и придешь через некоторое время. Попробуем приобщить ее к некоторым вещам.

Ней посмотрел расширившимися глазами, сглотнул, но… не отказался. При его-то страхах! Так что Фай даже зауважал парня. Они быстро договорились, что именно стоит взять, переглянулись, и Файрас пошел успокаивать госпожу.

И ведь все прошло замечательно! Несмотря на многие ночи, проведенные вместе, он не переставал удивляться этому, как и не переставал восхищаться Майли. Ее хрупкой фигуркой, нежной кожей, мягкими и ласковыми прикосновениями (но он прекрасно помнил, что изящные ручки могут быть вполне уверенными и жесткими, когда это требовалось для лечения)… А ее губы? Что они порой творили с его телом! И да, этого все же было недостаточно, хотя он и ругал себя за жадность. Ведь все отлично! Но хотелось и другого.

А потом Фай почувствовал себя дураком, потому что понял, что Майли и о половине его желаний не догадывается. И Нея, скорее всего, тоже – не стал же полукровка отказываться, несмотря на страх, значит и в нем есть эта потребность иногда ощутить себя беспомощным, почувствовать острые ласки, расслабиться и отдаться в волю госпожи полностью.

Сейчас эта госпожа расширенными глазами смотрела на связанного, растянутого на кровати Нея и натурально пожирала его жадным взглядом. Небо… Как бы он хотел сейчас быть на месте полукровки! Но все в свое время, Фай в это верил.

– Погладьте его, госпожа. Изучите руками, когда знаете, что не в его власти даже просто двинуться, чтобы избежать прикосновения. Любого – хоть ласкового, хоть жестокого…

Ней вздрогнул, метнул в него паникующий взгляд, но Фай, находясь чуть позади Майли, нахмурился и отрицательно качнул головой. Не верил он, что целительница способна причинить вред своему любимчику. Но нервы такая беспомощность действительно щекочет.

И вот Майли осторожно коснулась пальцем ямки между ключицами, в которой – даже ему это было видно – сейчас бешено колотилось сердце. Коснулась, подержала подушечку, а потом продолжила медленное движение по коже к соску. Ногтем. Ооо… Так их госпожу, похоже, сильно учить и не надо? Разве что направить. Или все же женщины клана уже постарались в просвещении? Неважно.

Ней в тот момент, когда острый ноготок царапнул по нежной плоти, не сдержал стона и слегка выгнулся. А у Фая болезненно дернулся член. Ну потому что фантазия разыгралась настолько, что казалось: изучающие прикосновения приходятся именно на его кожу. И ведь невинная по сути ласка! Но как же остро было даже представлять это.

– Не двигайся, милый.

По спине прошлась морозная волна, а руки покрылись мурашками – настолько неожиданно было услышать эти низкие, хриплые тона в обычно мелодичном голосе. Небо… Сглотнув, Фай молча и быстро переложил на свободный участок кровати распотрошенный сверток, и Майли резко села рядом с боком Нея, удивленно (и жадно!) смотря на разложенные предметы. Самые простые, но и надежные.

– Перо?

Вот же. Там ведь и нож был, и небольшая мягкая многохвостка, и разные кольца-зажимы-свечи… Он же не знал, что ей может понравиться, а когда есть выбор, угодить все же проще. На их счет вопросов почему-то не возникло. Сглотнув вязкий комок в горле, Фай прошептал:

– Им можно щекотать… в разных местах, госпожа. Это очень… незабываемые ощущения.

О да, с ним как-то играли так. Через очень короткое время он извивался и орал от любого прикосновения! А ведь даже не знал, что настолько чувствителен к щекотке.

И Майли взяла именно перо! Покрутила перед глазами, рассматривая, потом повернулась к Нею, явно примериваясь… Фая аж передернуло от воспоминаний, когда мягкий кончик коснулся того же соска полукровки, а потом прихотливо заскользил по коже. Ней, конечно, немного вздрагивал, но не так, как помнилось ему. Вот же везучий! Но вот госпожа нахмурилась недовольно и непонимающе. Плохо…

Не успел Фай что-либо предпринять, как чувственные губы изогнула улыбка, и Майли погладила перышком немедленно вздрогнувший член. Ооо… Вот теперь Ней реагировал, да еще как! И, конечно, ему тоже безумно захотелось ощутить такое на себе.

В общем, Майли оказалась довольно способной ученицей, опробовав еще и нож. Тупой стороной, разумеется, но даже если бы и острой – не страшно, целительница же, а у Нея проблем с заживлением или действием ее дара нет, тем более Фай свой дар ужал вплотную к коже. Но самой горячей и вышибающей напрочь картинкой оказалась та, когда, вдоволь натешившись со вздрагивающим телом, наслушавшись то низких стонов, то невольных вскриков, Майли забралась на кровать полностью, задрала свою, ничего не скрывающую полупрозрачную тунику и с тихим вздохом опустилась на напряженный член Нея…

Фай даже руку в штаны запустил, сжимая собственную плоть, чтоб не кончить от одного только вида. Тем более даже представлять, как тесные бархатные стенки обхватывают, сжимают член, не требовалось – он помнил. Вот только и на этот раз госпожа удивила: опустившись до конца на бедра полукровки, повернулась к нему и хрипло приказала:

– Разденься и на кровать. Туда.

Жест указывал в изголовье, в стороне от раскинувшегося Нея, и Фай разделся и оказался там быстрее, чем понял, что она задумала. Так зрелище оказалось еще горячее, потому что он точно мог видеть манящие складочки и место, где их раздвигал член… Чужой. Счастливчик все же этот Ней.

– Посмотри на меня. – Глаза в глаза, и он видит в янтарном взгляде что-то непонятное, но от чего в груди поднимается волна счастья – госпожа точно довольна. Они угодили. – Ласкай себя, милый. Я хочу видеть это.

Ох… Фай от одного этого приказа готов был кончить, но… Он облизнул губы.

– Мне можно кончить, госпожа?

Ну же, скажи… В ответ удивленный взгляд с на мгновение рассеявшейся поволокой возбуждения.

– Конечно… – Увы, а жаль. Но тут Майли, видимо, что-то поняла, прищурилась и улыбнулась: – Впрочем, нет. Работай, а я подумаю.

О, дааа… Фай судорожно вздохнул и первый раз прошелся ладонью по твердой плоти, с жадностью наблюдая, как девушка приподнимается и сразу опускается на чужой член, как слегка запрокидывает голову, но продолжает смотреть на него сквозь полуприкрытые ресницы. Как ласкает сначала свою грудь, потом ныряет пальцем между ног… Как движения ускоряются, становятся рваными… Сквозь гул в ушах доносились стоны обоих любовников, член ломило от желания кончить, но ему же запретили. Вот и оставалось лишь двигать и двигать рукой, нагоняя возбуждение на какие-то немыслимые высоты и не зная, получится ли удержаться на вершине.

– Ааааххх… Кончай!

Возможно, приказ адресовался не ему. Возможно, госпожа имела в виду Нея, но… Фай не смог противиться этим властным ноткам и выгнулся в обрушившемся на него оргазме.

Глава 24. Почему бы и нет?

Задуманное мужчинами удалось на все сто – Майли и отвлеклась, и заинтересовалась, и удовольствие получила невероятно острое, и поняла, что ей все произошедшее невероятно понравилось. Ну, в том самом смысле, что понравилось ощущать полную беспомощность и подвластность своих мужчин. Хотя, казалось бы, они ведь и так ей подчиняются, помогают во всем и даже не думают, чтобы слово против сказать. А вот поди ж ты.

Скорее всего, дело в том, что она видела, насколько им тоже нравится происходящее, насколько искренне оба наслаждаются. Правда, Ней поначалу несколько напрягался, но потом, поняв, что ничего страшного с ним не делают, просто отдался ситуации и стонал так горячо, как не всегда бывало во время обычной близости.

А Фай? Вот уж в ком обнаружилась бездна эмоций и вообще много чего нового разгляделось.

Наверное, ей нужен был этот пинок, потому что, как развлекаются местные эльфийки, она узнала и даже увидела, но вот самой попробовать… Хоть и сжималось все в животе от воспоминаний, все казалось, что чего-нибудь непременно сделает не так, что ее мужчинам не понравится. А оказалось, очень даже им все нравится – все же мужское тело честное, не умеет выдавать желаемое за действительное, если это касается возбуждения.

Уснули они в одной кровати, утомленные и удовлетворенные – впервые все втроем. И да, ее белое тело на фоне темных мужских смотрелось ну очень будоражаще.

Правда, с утра Фай что-то там попытался повиниться, что, мол, кончил вроде как без разрешения, потому что это вроде как не ему было… А Майли немедленно бросило в жар, потому что она как вживую увидела, насколько это красивое зрелище – доведенный до предела мужчина, который испытал оргазм просто потому, что ему разрешили. И ведь она сказала-то тогда по наитию, вспомнив, как делали другие женщины!

Зато теперь поняла, почему им это так нравится. Ну и о том, что приказ действительно предназначался не ему, Майли просто не стала говорить. Все ведь получилось в лучшем виде. А уж дальше она постарается изучить все грани этой неизведанной территории.

День прошел снова в заботах – страждущих лечения сегодня было аж четверо, причем двое – раненые подростки, умудрившиеся сорваться во время обучения охотничьему делу в скалах. Благо травмы были не слишком серьезные – мальчишки больше испугались.

А вечером она снова пошла к Ваерани – в этот раз, чтобы серьезно поговорить о наседающих на нее главах семей. В очередной раз, да, но что ж это такое?! Без наложника неприлично – взяла. Все, есть у нее мужчина, даже из уважаемой семьи. Оставьте в покое!

Так нет же.

Ваерани лишь головой покачала и рассмеялась. Пока нет мужа, в покое ее не оставят. Тепленькое же местечко. И полезное родство. И нет, разумеется, никто ее не заставляет брать мужа «вот прям щас», но и запрещать остальным пытать счастья Матриарх не будет.

Фырча, как разозленная кошка, Майли вернулась домой и снова чуть не нарычала на мужчин. Нет, это ж никуда не годится! Опять успокоительного массажа потребовать?

В этот момент в голове раскрутились вчерашние события, и Майли задумчиво посмотрела на Фая… Да, массаж помог, конечно, но вот потооом… Потом ее настроение поднялось гораздо лучше. Да и поговорить им не помешает. Так что почему бы и нет?

– Фай, иди-ка за свертком, который вы вчера приносили, и приходи в мою комнату. А ты, Ней, набери по-быстрому ванну – хочу искупаться.

Мужчины подняли на нее загоревшиеся взгляды, и даже стало немного неудобно – ведь Нея она собиралась отослать. Но, в конце концов, до вчерашнего вечера она всегда проводила ночи только с кем-то одним, и ничего. Да, втроем тоже неплохо, но к этому еще предстоит привыкнуть, а заодно совместить в своей голове, как это возможно… на более интимном уровне.

Придя вскоре после Нея в комнату, она встала на проходе в купальню и с интересом стала наблюдать, как ее любимый раб возится с добавлением в набирающуюся воду ароматных масел. Стоя на коленях и согнувшись, навевая всякие непривычные, но безусловно приятные картинки. Эх, не сегодня.

– Спасибо, Ней. Можешь идти.

Он быстро развернулся, но от последних слов улыбка сползла с лица. Впрочем, взял себя в руки мужчина быстро и, выдохнув, склонил голову:

– Да, госпожа.

Ну что ж такое?! Подойдя к любимому, Майли наклонилась, обняла его лицо ладонями и потянула вверх, чтобы встал.

– Ней, давай договоримся: госпожой и ты, и Фай будете меня называть только в спальне. Для настроя, как он сказал. А почему отсылаю сегодня тебя… Мне нужно время, чтобы привыкнуть просто к этой мысли, что можно что-то делать втроем. Да, вчера было чудесно, но это не значит, что в голове такое легко принять. К тому же мне нужно кое о чем поговорить с Файрасом, так что совмещу приятное с полезным. Теперь понимаешь?

Когда на нее глянули янтарные глаза, там уже не было и следа разочарования – лишь нежность. Ней чуть повернул голову, умудрившись поцеловать ее в ладонь, и улыбнулся.

– Понимаю… Майли. Просто… я так боюсь, что однажды тебе надоем.

– Ох, Ней… – Они никогда об этом не говорили, но, похоже, самое время. Майли притянула его лицо ближе, почти касаясь губ своего полукровки, и прошептала: – Глупый, как мне может надоесть тот, кого я люблю?

И, видя свое отражение в расширившихся зрачках, нежно поцеловала Нея. Тот ответил, да не просто, а сжав ее в объятьях, словно боялся отпустить. И лишь когда у обоих перестало хватать дыхания, отстранился, глядя счастливо и неверяще одновременно.

– Правда?

Она рассмеялась и вывернулась из крепких, но мгновенно расслабившихся рук.

– Правда-правда. А теперь иди. И скажи Фаю, чтобы шел сюда – будет мне помогать.

В душе воцарилась легкость и предвкушение. Ну и пусть она не может взять Нея мужем из-за его происхождения, зато отказаться от него ее никто не может заставить. Тут она на мгновение застыла, осененная внезапной мыслью: полукровку взять мужем нельзя, потому что они не в лесу живут и ее просто не поймут, но… У нее же есть Фай! Из хорошей семьи, она к нему уже привыкла и даже, кажется, тоже немножко влюбилась. Так почему она до сих пор даже не думала в эту сторону?! Вот же дурная…

За спиной раздался шорох, и Майли, за время раздумий уже успевшая раздеться, обернулась на звук и заметила жадный взгляд, шарящий по ее телу, до того, как Фай уставился в пол.

Что ж, вот сегодня она все и выяснит!

– Иди сюда, Фай, поможешь мне помыться.

Пока наложник подходил, Майли расслабленно улеглась в ванне и следила за мужчиной из-под полуприкрытых век.

Ну, то, что он красив, она заметила давно, хоть тут и нет ничего удивительного для эльфа, а вот характер – это важно. Характер Фая ей вполне подходил. И нет ощущения, что он не имеет своего мнения, и в то же время подчиняется с легкостью, достоинством и каким-то задором. Ну и как любовник восхитителен.

– Что именно я должен сделать, госпожа?

О, этот смиренный тон и одновременно хитрые огоньки в глазах! Майли довольно улыбнулась – кажется, она все больше начинает чувствовать вкус к таким играм. Так что она подняла ногу над водой, слегка покрутила ступней, словно в задумчивости…

– Ну, для начала помой мне ноги, ммм… тем мылом, что пахнет луговыми травами. Потом потрешь спинку, поможешь сполоснуться, вытереться…

– Как прикажете, моя госпожа.

И все-таки руки у него очень ласковые и умелые – это ж надо умудриться, просто водя мочалом по телу и слегка задевая пальцами кожу, суметь возбудить так, что начинает пробивать невольная дрожь! И ведь, паршивец, видит ее реакцию и еле удерживается, чтоб не расплыться в довольной улыбке.

Впрочем, Майли нисколько не возражала.

Когда в высшей степени возбуждающая помывка закончилась, Майли помогли выбраться из ванны и аккуратно промокнули полотенцем верхнюю половину тела.

– Госпожа, присядьте на бортик, чтобы я мог не бояться, что упадете, пока буду вытирать вам ноги…

А у самого-то голос подсел, так что не одна она тут реагирует. Это безумно радовало на самом деле – не хотелось бы Майли, чтобы ее мужчины оставались равнодушными в такие моменты. Но вот следовать просьбе-совету она не собиралась. Ну, не совсем.

На бортик она, конечно, присела – так и в самом деле надежнее и удобнее, – а вот когда Фай уже потянулся было к ее правой ноге, быстро приказала:

– Стой! – Наложник замер и поднял на нее удивленный взгляд, а Майли предвкушающе улыбнулась: – Руки за спину.

На колени вставать приказывать не пришлось – Фай и так опустился на них, для удобства видимо. Мужчина шумно втянул воздух, прикрыл глаза и убрал руки, развернув плечи. Как раз удобно для ее задумки. Помогал он ей, разумеется, полураздетым, так что сейчас Майли могла наблюдать, как красиво перекатываются мышцы под гладкой кожей.

– Неа, смотри на меня.

Уголки губ Фая дрогнули, но он сумел удержаться от улыбки. Зато в его взгляде веселье если и было, то незаметное под полыхающим возбуждением и восхищением. Приятно…

Майли приподняла одну ногу и уперлась пальцами в тут же напрягшийся живот, потом потихоньку начала скользить выше, пока не добралась до груди и не попыталась поймать пальцами сжавшийся темный сосок. Который, зараза, никак не ловился! Она даже на мгновение забыла, что все затевалось как легкая игра, пытаясь зацепить маленький комочек, пока Фай не выдохнул:

– Госпожааа…

Ох, увлеклась. Но вида, что это не было задумано, показывать не стала.

– Что такое?

– Мне показалось, что вы о чем-то задумались, простите. Но так-то у меня на теле еще очень много мест…

– Фаай, ты мне что, сейчас пытаешь указывать, на какие места в твоем теле обращать внимание, а на какие нет?

– Нет конечно! Простите.

Ну-ну, так она и поверила в его раскаяние. Хмыкнув, Майли подняла ногу еще выше (заодно вцепившись руками в бортик ванны, а то чуть было равновесие не потеряла!) и прижала пальцами губы наложника.

– Ты слишком много сегодня говоришь, Фай. Займи язык чем-то более полезным.

И он занял! Да так, что уже через несколько минут чувственного облизывания, она снова вся промокла. Везде!

– Хватит! Отнеси меня в спальню.

Мужчина прикрыл блестящие не меньшим, чем у нее, возбуждением глаза, постарался успокоить дыхание. Быстро вытер то, что само не досохло, и только тогда легко подхватил Майли на руки, старательно не смотря на соблазнительно прижимавшуюся к нему грудь.

Когда ее усадили на край кровати и замерли рядом в ожидании приказов, Майли уже примерно знала, что будет дальше.

– Принеси мне халат, вон тот.

Она указала на загодя приготовленную вещицу, лежавшую на стуле. Халатом это называлось условно: длинный, да, но не имеющий пояса, он совершенно ничего не скрывал, распахиваясь при каждом движении. Но Майли помнила, какой эффект произвела на любовников вчерашняя полупрозрачная туника. Жадный взгляд Фая сказал, что она была абсолютно права.

– А теперь покажи-ка мне, что там в твоем свертке. Да поближе поднеси, чтоб мне не наклоняться.

Наложник на мгновение задумался, потом опустился перед ней на колени и на вытянутых руках поднес уже развернутое полотно с игрушками. Так свой арсенал называли другие женщины, по крайней мере. И если раньше она не очень понимала, как можно называть таковыми плети или, там, ножи, то после вчерашней ночи очень даже поняла. Вся суть ведь в том, что это действительно игра, которая не несет вреда – лишь удовольствие.

Выбрав, что сегодня будет использовать, Майли кивнула Фаю на кровать:

– Ложись, как вчера Ней.

Да уж, сегодня ей пришлось постараться самой, связывая наложника – помощника не было. Но вообще-то, это оказалось на удивление будоражащим занятием, от которого Майли снова завелась. Ну потому что невозможно же иначе, когда чувствуешь, как под твоими руками покорно расслабляется сильный мужчина, позволяя делать с собой все, что душе угодно. Доверяя.

И да, сегодня она снова взяла перо. Во-первых, ей очень понравилось, что легчайшая ласка на деле оборачивалась мучительной пыткой, при этом не принося ни малейшего вреда. А во-вторых, хоть она и была сосредоточена на Нее, на Фая тоже поглядывала, так что видела, каким жадным взглядом он следил за ее действиями.

Только с ним планировала немножко разнообразить развлечение.

– Закрой глаза, Фай.

С назначением всяких вещей для чувственных игр ее познакомила Ваерани, да и другие женщины внесли вклад, так что для чего большая часть принесенного наложником она понимала. Но кое-чего и не хватало. Дойдя до столика со всякими кремами-маслами для ухода за телом, Майли взяла нужную баночку и вернулась к кровати, с улыбкой наблюдая, как напрягся любовник, пытаясь предугадать, что она собирается делать.

И об этом ей тоже рассказывали – как щекочет ощущения лишения зрения или слуха. Она выбрала первое, потому что не хотела, чтобы Фай раньше времени догадался о задуманном. Вот с Неем так поступить не рискнула, все же у него опыт был пугающим и болезненным. А Фаю, как он сам говорил, игры не в новинку, да и нравятся. И сейчас Майли получала подтверждение его словам – плоть мужчины уже была возбуждена.

Так что можно проявить побольше фантазии.

Налив на ладонь немного масла, которое очень быстро впитывалось в кожу, почти не оставляя следов, Майли обхватила напряженный член и медленно провела по нему, лаская и одновременно смазывая. Так-то и существующего возбуждения должно было хватить, но это ведь неинтересно!

Фай с шипением втянул воздух и дернул бедрами навстречу, на что она рассмеялась и шлепнула второй ладонью его по животу.

– Не двигайся! И не молчи – хочу тебя слышать.

Мужчина замер, выдохнул с тихим стоном и умоляюще протянул:

– Госпожааа…

Она довольно рассмеялась и взялась за любовника всерьез – лаская то член, то яички, прокручивая головку в ладони, от чего через некоторое время Фай вскрикивал особенно сладко… Вдоволь наигравшись и добившись от члена каменной твердости, Майли подхватила красное эластичное колечко и немного неловко – никогда ж не пробовала еще! – надела на основание члена вместе с яичками.

Фай замер, а потом громко, бессильно застонал. Майли же смотрела на эту картину и облизывала внезапно пересохшие губы – очень уж зрелище было острым. Вновь обхватив крепкую плоть, она продолжила ласки и наклонилась к лицу любовника – так захотелось поцеловать эти искривленные от страсти и напряжения губы. Тот снова подался вперед, пытаясь ответить на поцелуй, но она со смехом отпрянула и убрала наконец руку от возбужденного члена.