Текст книги "Судьба по СМС (СИ)"

Автор книги: Тиана Макуш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 9 страниц)

Рассказывать отцу о своих экспериментах она пока не планировала. Вот когда всё более-менее станет известно, когда хоть к чему-то приведёт (той же встрече в реале), тогда и можно будет сообщить родителю. Не отчитаться, нет, просто поставить перед фактом – из возраста, когда требуется присмотр, она давно уже вышла.

До двенадцати времени ещё было достаточно, и Оля снова погрузилась в увлекательный мир, рождённый чужой фантазией.

Борис тоже оказался пунктуальным, даже немного раньше позвонил – примерно без десяти двенадцать. После Андрея его голос показался высоковатым для мужчины, мягким каким-то, но за время разговора Оля быстро привыкла, и он ей даже понравился. Как и вообще Борис. Он, оказывается, отучился на юридическом и, оставив прежнюю профессию ветеринара в молочном хозяйстве, устроился приставом в зале суда. Разумеется, в свете предстоящего обучения, Оля поинтересовалась – почему так? Если там какие-то подводные камни, стоит ли менять шило на мыло?

– Да всё просто, на самом деле. В последние годы скотины всё меньше, крупные хозяйства разоряются и закрываются, а работать со всякой мелочёвкой типа кошечек-собачек я никогда не любил. Мне бы что покрупнее… Но хозяйство, которому посвящён десяток лет жизни, давно на ладан дышит, зарплату в последнее время урезали и выдают с вечными задержками. Ни на ветстанцию, ни даже в клинику меня не возьмут: все приличные места заняты и расписаны по родственникам на поколения вперёд, а институты-академии в Черноземье в каждой области есть, врачей выпускают много, всех трудоустроить не получается. Да и бумажек всяких, отчётов с каждым разом всё больше. Так что если заниматься канцелярщиной, уж лучше в комфортных условиях. Ну а юриспруденция – вторая моя страсть после ветеринарии. Да и зарплаты тут постабильнее.

Да уж, совсем рядом, но кто она такая, чтобы судить чужие увлечения? Зато и логика, и причины вполне понятны и приемлемы. Ну и пояснения принесли облегчение: Оля с мелочёвкой, как выразился Борис, и собиралась работать, а на Дальнем Востоке с ветеринарами как раз проблемы, так что с трудоустройством вопросов возникнуть не должно.

Что ещё она узнала о мужчине? Что ему тридцать три (исполнилось уже после подачи объявления), что он разведён (на вопрос, точно ли разведён, Борис со смешком ответил: «Точно-точно, уже больше полгода как»), что объявление он как раз после развода и подал (ещё работая в ветеринарии) и совсем недавно думал, что пора его закрывать, – с поиском второй половинки через чат как-то не сложилось, хотя несколько знакомств состоялось. Но всё не то.

Ещё он увлекался историей и сборкой моделей самолётов (папа инженер-авиаконструктор сумел привить свою любовь к летающим машинам сыну, и тот в девятом классе даже подумывал по окончании школы поступать куда-нибудь по военной стезе, но позже всё же передумал), неплохо говорил на английском (а как же, при маме-то – учительнице английского!), умел готовить, не пил и не курил.

Себя она тоже, конечно, описывала – обоим мужчинам. Но было бы что примечательного рассказать… Рост-вес-возраст и так были в объявлении (правда, выяснились нюансы, почему Борис просил всё продублировать: он-то как раз того объявления не видел; сложная система знакомства через чат подсовывала желающим подходящих по её мнению кандидатов, но не факт, что эти желающие соответствовали запросу самих кандидатов – всё это прояснялось потом, при личном общении, так что получилось, что это именно Оля написала Борису с предложением пообщаться-познакомиться), а остальное укладывалось в несколько слов: рыженькая, длинноволосая, со светло-карими глазами и обычной внешностью. Ну разве что – гордость, и весомая – грудь большая, но о таком при первом знакомстве всё же не говорят. Ну, если оно не с целью на переспать пару-тройку раз.

Проговорили они едва ли полчаса, но полезной информации Оля узнала куда больше, чем после часового трещания с Андреем. Сказка, а не мужчина! Даже возникло острое сожаление, что они так далеко друг от друга – общаться с Борисом было крайне комфортно, а его мягкий юмор оказывался всегда к месту. Правда, и подозрительность не замедлила поднять голову: в тридцать три года, да весь такой идеальный – отчего ж он развёлся?

Загадка. Может, если продолжат общаться, когда-нибудь она спросит…

1 – американский стаффордширский терьер

Глава 3. Поступила!

Оставшиеся два рабочих дня пролетели достаточно спокойно. Оля общалась с обоими мужчинами, крутилась на работе и дома, немного переживала за сестру – Ленка в который раз поссорилась с мужем, но в этот раз всё было как-то серьёзнее. Впрочем, вмешиваться она не собиралась – неблагодарное это дело, лезть в чужую семью с советами.

В пятницу, выспавшись, она в одиночестве (если не считать путающуюся под ногами Дару, словно чувствовавшую, что один из хозяев покидает её на некоторое время) собрала небольшой багаж. Так, чисто сменка для поезда, всякое умывальное, папка с документами, на всякий случай – ветровка: в Приморье климат сильно отличался от хабаровского, хоть и расстояние в рамках Дальнего Востока не так чтобы прям ух.

Чтоб не нервничать, заняла руки уборкой-готовкой, а для отвлечения мозгов делала всё это под музыку. Очень удачно Андрей уехал в командировку и предупредил, что некоторое время будет вне доступа. Ему, в отличие от Бориса, Оля про планы на поступление пока не сообщала. Вот как поступит, так и расскажет, а пока незачем. На встречу мужчина намекал почти сразу, но она решила не спешить: в голову вдруг пришла мысль, а смысл-то был затеваться со знакомствами, если она пять лет будет практически постоянно в другом городе? Как говорила бабушка, хорошая мысля приходит опосля. Ну и ладно, любой опыт полезен.

Вечером пришёл отец, они вместе поужинали и поехали на вокзал – а то как же, проводить ведь надо дочушку.

Давненько она так далеко не уезжала от дома, как раз с той приснопамятной поездки в Москву к подруге – первого, и пока единственного настолько долгого и дальнего путешествия. Ничего, теперь ездить предстоит как минимум раз в год, а то, может, и два – на каникулы. Если поступит… Тьфу-тьфу-тьфу!

Ночь в поезде прошла беспокойно: плацкарт место шумное, а на купе Оля как-то денег пожалела – разница аж почти в два раза! Она и в Москву на плацкарте ездила, и то билеты обошлись почти в пол её месячной зарплаты. Зато весело было: в поезде ехали молодые парни-дембеля, первую половину дороги от души кутившие, а вторую – перебивавшиеся на Ролтоне. Весело и шумно, но тогда подобные мелочи её не особо беспокоили. А сейчас вот – на тебе. Старость, наверное, сама над собой пошутила Оля и тихо хмыкнула. Разумеется, она так не думала, даже выглядела в свои двадцать семь как девочка только после школы. Ну, может, чуть старше. И это не самомнение – все знакомые и не очень так говорили.

В общем, вышла на перрон она с ощущением сильного облегчения и сразу направилась к киоску Союзпечати. Человеком Оля была основательным, и, хоть по телефону узнала, как и куда конкретно добираться с вокзала, предпочитала ориентироваться в пространстве самостоятельно. Особенно в незнакомом пространстве. Да и ей после сдачи документов ещё до вечера где-то время убить надо, хоть погуляет, город заранее посмотрит, а вот заблудиться не хотелось. Язык, конечно, и до Киева доведёт, но зачем такие стрессы, когда можно заранее предотвратить возможные проблемы? Так что карты – наше всё, как говорится!

Правда, с Союзпечатью вышел конфуз – в восемь утра киоск… ещё не работал. Пришлось возвращаться в здание вокзала и покупать карту там. Втридорога, разумеется, но что делать. Выбрав достаточно подробный путеводитель, она направилась в ближайшую кафешку. Времени ещё мало, приёмная комиссия начнёт работать только через полтора часа, а поесть относительно нормальной еды хотелось. Опять же карту поизучать.

Кафе оказалось ну очень непритязательным, из разряда «забегаловка обыкновенная», но, увы, поблизости в такую рань ничего работающего больше не было. Впрочем, еду, на удивление, принесли вполне даже съедобную, так что голодная смерть Оле точно не грозила.

Позавтракав, она неспешно направилась к остановке, правда, не сразу разобравшись, где нужная ей из аж трёх близлежащих. Но в конце концов справилась.

И вот – она. Академия, ПГСХА. Большое, монументальное даже, серовато-розовое здание с колоннами у центрального входа, построенное ещё в середине прошлого века. Вернее, целый комплекс зданий. Длиннющие коридоры, высоченные потолки. Вспоминая родной медколледж, Оля признавала, что тот по производимому впечатлению ни в какое сравнение не шёл. Неужели она действительно будет учиться здесь? Внезапно накатил страх: вот как так додумалась-то? Сорваться от вполне устроенной жизни, рискнуть всем, ныряя в неизвестность, уехать далеко от дома, от родных и знакомых… Но минутная слабость прошла, и она упрямо тряхнула головой: решение принято, и если поступит, так тому и быть.

Приёмная комиссия располагалась не в основном корпусе, а в пристройке, во дворе, и из преподавателей тут были всего два человека. Остальные – с десяток студентов-старшекурсников (как потом узнала Оля, это так самых активных и успевающих поощряли, вместо отработки практики в качестве строительно-тягловой силы), занимавшихся регистрацией абитуриентов, после того как с ними побеседовали преподаватели. Правда, любой из тех старшекурсников был младше неё, но это уже нюансы.

Пожилой худощавый мужчина (что именно преподаёт, он не сказал, лишь представился по имени), внимательно просмотрел документы и поднял удивлённый взгляд.

– Эмм… И что же вас сподвигло, Ольга Дмитриевна, к столь радикальной смене профессии?

Ну да, такое решение не может не вызывать вопросов.

– Поняла, что медицина всё-таки не моё. Пусть на это и понадобилось довольно много лет.

– М-да, бывает, бывает. Что ж, ваши документы очень даже приличны, с медалью, да ещё и красным дипломом по среднему образованию мы берём вообще без экзаменов, так что вам сейчас нужно будет подойти к первому освободившемуся помощнику, чтобы зарегистрировать документы, и потом приехать уже на учёбу. На каком факультативе планируете учиться?

– На мелких домашних животных.

Разумеется, перед поступлением Оля изучила информацию о предстоящем месте учёбы, особенно о направлениях, называемых факультативами. Хорошо, компьютер она приобрела ещё года два назад, как и модем к нему. И жаль, что такую полезную, но громоздкую вещь не забрать с собой – наверняка же для учёбы пригодился бы. А покупать аккуратненький небольшой ноутбук пока не очень-то по карману.

В академии была довольно непривычная структура: в её состав входили не только кафедры и факультеты, но и целиком институты. Например, Институт животноводства и ветеринарной медицины. А вот уже там было отделение ветеринарии с аж тремя возможными специальностями. Лечение мелких домашних и экзотических животных, кинология и ветсанэкспертиза. Ну и конечно, самый большой конкурс шёл на первое направление. Нет, Оля, может быть, и поступила бы на кинолога, тем более что именно появление Дары стало толчком к интересу в этой сфере.

А как иначе? Собака серьёзная, да ещё и с документами. Заводчица заинтересовала выставками и настаивала на хотя бы минимальной дрессуре, так что Оля сама увлеклась и быстро втянулась. С активным шкодным щеном занималась самостоятельно после тонны прочитанных пособий, а к двум годам её Дара имела за хвостом опыт в пару десятков выставок разного ранга, кучу медалей и звание чемпиона. Так что кинология её вполне устроила бы, но…

Но хотелось именно лечить. Всё же окончательно вытравить медицину из души не получилось, хотя и пошла она в профессию не по своему желанию, а по настоянию бабушки, с которой жила с пятнадцати лет, помогая и ухаживая за болезненной, но довольно авторитарной старушкой.

Так-то Оля мечтала о карьере следователя, но условия поступления в Школу милиции потянуть не могла – банальная физкультура, по которой требовалось сдавать экзамен с определёнными нормативами, никогда ей не давалась: ни дыхалки на бег не хватало, ни крепкой мускулатурой похвастать Оля не могла. Так что пришлось идти в медицину, и не в институт, который они не тянули уже по финансам, а в бесплатный техникум – колледж, если по-новомодному на тот момент.

Впрочем, за время учёбы, а потом и годы работы, она всё же втянулась и полюбила профессию. Но человеческим врачом быть уже не хотела. Появление собаки задало направление и конкретизировало желания.

Преподаватель тем временем важно покачал головой.

– Почему-то я даже не сомневался. Вы же знаете, что туда очень большой конкурс и серьёзный отбор? – Оля даже немного занервничала, но головой кивнула. – Так вот, вам повезло. Документы прекрасные, так что можете не переживать, попадёте, куда хочется, вне всяких конкурсов. Что ж, до встречи на занятиях, идите оформляйте документы. Вам всё расскажут-объяснят и дадут квитанцию со счётом, куда оплатить спонсорскую помощь.

А вот это оказалось новостью. И довольно неприятной. Обучение-то, по идее, бесплатное, если проходишь по документам или сдал экзамены и набрал нужное количество баллов! Что ещё за спонсорская помощь? Об этом Оля и поспешила спросить, но препод настойчиво отправил её к помощнику, мол, тот всё-всё объяснит. «Вон как раз Валера освободился, идите, идите к нему».

Валера оказался улыбчивым, слегка полноватым пареньком-третьекурсником, немного смешно смотревшимся в строгом костюме с галстуком. По такой-то жаре!

Забрав у Оли кучку документов, он споро принялся заполнять какие-то бланки, часть из них придвинув и ей. Но уже на заполнении личных данных из паспорта «споткнулся» и поднял удивлённый взгляд. Прям как препод, один в один. Только на смену недоумению быстро пришло восхищение, безусловно польстившее самооценке. Особенно в комплекте со словами:

– Ого! В паспорте точно никакой ошибки нет? Совсем не выглядите на свой возраст.

Ну вот. Оля, немного придя в себя, улыбнулась.

– Мне многие говорят. Зато сойду за свою в толпе вчерашних школьников. Наверное… И давай на ты, ладно? А то как раз сразу начинаю этот возраст ощущать.

Парень усиленно закивал головой.

– Давай на ты. И точно-точно сойдёшь, даже не сомневайся.

– Слушай, Валер, объясни мне, пожалуйста, про эту спонсорскую помощь? На сайте про неё ничего не было, и преподаватель, – Оля замялась, потому что с запоминанием имён у неё была вечная проблема, – сказал всё у тебя узнать. А для меня это как-то стало неожиданностью, потому что считала обучение бесплатным, раз прохожу по конкурсу…

Улыбка у парня сменилась удивлением.

– А разве… Ай, ну да же! Об этом обычно с родителями абитуриентов разговаривают, а ты ж всё сама, наверное… В общем, есть тут такая фишка: обучение типа как бесплатное, но всё равно все платят «добровольную спонсорскую помощь».

Оля удручённо опустила плечи.

– И что, без неё никак?

– Увы. Она, конечно, добровольная, но обязательная. А что, с деньгами беда?

– Ну как бы да. Мне ж родители помогать не будут, взрослая уже. Да и самим бы кто помог… – Оля слегка сгущала краски, конечно, но ненамного: у отца стабильного заработка нет (несмотря на вроде бы нормального последнего заказчика), дай бог, с обязательными платежами бы без неё управился, а мама в своей деревне хоть и получает зарплату, но по нынешним меркам вообще смешную. – А большая эта «спонсорская» помощь-то?

– Около двенадцати тысяч.

– Сколько?! – это уже даже не неприятный сюрприз, а конкретно угнетающий. Почти месячная её зарплата. Теперь точно прощай ноутбук, про покупку которого она всё же подумывала. Денег на учёбу немного отложено из сэкономленного, но в том и дело, что немного. Она в любом случае собиралась подработку искать, потому что на стипендию точно не проживёшь. Даже на повышенную, за отличные оценки, которую ещё дождаться надо – назначают-то по итогам месяца учёбы, кабы не двух. – Точно? Что, для всех одинаковая сумма?

Видно, было что-то на её лице такое, что мальчишка сочувствующе вздохнул и быстро протараторил:

– Ты посиди, я сейчас всё узнаю!

И ушёл. Ну Оля и сидела, погрузившись в невесёлые думы. А что ещё оставалось? Приём в обе Академии шёл примерно в одно время. В Благовещенск она сможет вырваться дай бог если через неделю, а то и две. Да и ехать до него всё же слегка дольше. И не факт, что по приезду не вскроются такие же вот сюрпризы с «добровольными пожертвованиями». И ещё там с общежитием проблема, кстати же!

Так что либо сюда, либо уже оставаться в своей медицине. Но не хотелось.

Валера вернулся спустя десять минут, сияя, что тот самовар. Начищенный который.

– Я всё узнал! Сумма действительно у всех разная. Двенадцать – это средний стандарт. Но для медалистов поменьше – девять с половиной, – ситуацию новость спасала ненамного, но всё же. Интересно, а если бы она не уточняла, так и содрали бы, как со всех, раз до этого Валера был не в курсе? – Ты наличкой внесёшь или через банковскую квитанцию?

Ага, а вот и ложка дёгтя.

– Только не говори, что надо это сделать прямо сейчас?

Парень снова спал с лица. Проблемная ему абитуриентка попалась, однако.

– А у тебя с собой нет?

Ну конечно, она вот всегда с собой такие деньжищи носит!

– Немного есть, половина примерно, даже чуть больше.

Но да, совсем без денег Оля тоже не ходила – мало ли что, мало ли зачем. Вот и пригодилось. Если разрешат, конечно, заплатить частями. Валера тяжело вздохнул и снова поплёлся к преподу. Узнавать.

– Всё, решили. Сейчас оплачиваешь половину, я тебе даю квитанцию для банка, надо будет внести остальное в течение двух недель. Не забудешь?

И посмотрел так строго, явно кому-то подражая, что стало смешно. Но удержаться получилось, лишь лёгкая улыбка появилась на губах.

– Не забуду, не переживай. Я действительно просто не ожидала, – ту в голове словно колокольчик прозвенел, и Оля подозрительно прищурилась. – Валееер, а Валер… А эта «спонсорская» помощь хоть единоразовая?

Тот уставился на неё, хлопая ресницами – и почему у парней вечно такие длиннющие ресницы, которым любая девушка позавидует?! – а потом тяжко вздохнул и выдал самый неприятный ответ:

– Нееет, не единоразовая… – и, словно предугадывая следующий вопрос, продолжил: – И для отличников скидок и полной отмены «помощи» не предусмотрено, иначе тут все на одни пятерки учились бы!

– Так уж и все?

– Ну не все, ладно, суть ты ж поняла?

– Я ж поняла. Не переживай.

Но вообще-то капец ситуация… Ладно, на этот год она наскребёт, выделив из заначки, а со следующим что делать? Впрочем, пусть в кои-то веки папаня на эту тему подумает. Когда у него проблемы с работой случались, тянула же она обоих на свою зарплату? А у него целый год впереди будет, чтоб скопить нужную сумму. В остальном же она не собиралась на его шее сидеть? Не собиралась.

Дальше они спокойно заполнили все нужные бумаги, Валера объяснил, когда и куда нужно будет приехать (не прям перед первым сентября, а дня за четыре пораньше для утрясания всех организационных вопросов и заселения в общагу – последнее было из раздела практических добрых советов: по словам Валеры, лучше приехать вообще за неделю, а то останутся только совсем раздолбанные комнаты после выпускников, а пораньше есть возможность выбрать что получше), и Оля оказалась свободна, словно птица. Спустя всего-то сорок минут. И куда теперь почти десять часов до обратного поезда потратить?

Новости основательно подпортили настроение, но на улице светило летнее солнышко, яркая зелень радовала глаз, а незнакомый город манил неизвестными пока маршрутами. И главное – она таки поступила! Всё получилось! А деньги – дело наживное.

Уссурийск Оле понравился. После Хабаровска город казался тихим и провинциальным, хотя на деле был не таким уж и маленьким – от общежития до учебных корпусов довольно быстрым шагом идти полчаса, а так-то и автобусы ходят. Да она столько же тратила на поход из дома на работу. Правда, летом в основном, когда пройтись по хорошей погоде только в удовольствие.

За время вынужденной прогулки она заприметила пару кафешек, отметила в памяти ближайшие к месту учёбы магазины. Случайным образом вышла на местный рынок и побродила по рядам. А потом увидела на карте большой парк-остров и пошла разыскивать его.

Впрочем, парком этот островок назвали с излишним апломбом: несколько скульптур и качелей, ну и разве что проложенные дорожки указывали, что это не лес начался, а всё ещё ци-ви-ли-за-ция. Но какое-то шевеление-строительство отмечалось, так что, вполне возможно, скоро тут будет настоящий парк, а не обозначение на карте.

К вечеру ноги гудели, покусанные комарами (вот по этому злющему жужжащему признаку – точно лес, а никакой не парк!) руки-ноги-шея зудели, но Оля была довольна первым знакомством. А изучить городок досконально ещё будет уйма времени.