Текст книги "Лекарь и его проблемная эльфийка (СИ)"

Автор книги: Тэя Мор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 9 страниц)

– У Тай спроси.

– А ты, смотрю, предлоги освоила. Я-то у него спрошу, но мне ж твоё мнение интересно. Кто для тебя Тайлер сейчас? Любимый, аль сосед по печи? Ну, чего молчишь?

– Важек говорить много. Толка нет.

– Ну почему же нет? Вон, время занимаю, а то чего-то долго нашего грозного друга нет. Ощущение, что он сестрице твоей целую лекцию по материнству уже прочитал. Как там Ешка с Енькой, кстати? Не сильно докучают?

– Нет.

– А я начинаю понимать, чем ты Тайлера зацепила… – Важек усмехнулся. – Разговорчивой тебя не назовёшь. А вот чем тебя зацепил он?

– Болтать глупость не. Умный, – буквально выплюнула Эллирэ и в сторону отошла.

– А меня глупым, значит, считаешь? – Важек быстренько её догнал и руку на плечо положил.

Ответа не последовало. Эллирэ лишь дёрнулась, стряхивая его ладонь, и ещё на несколько шагов отошла. Мрачная и отстранённая – она совершенно не была похожа на свою активную, общительную сестру. Из неё, вот, слова щипцами тянуть не приходилось, сама всё рассказывала да вопросы задавала. Улыбалась, смеялась звонко.

– Эллирэ, ну что ты смурная такая? Точно не обидел никто?

– Я сейчас тебя обижу, если от моей эльфийки не отстанешь, – мрачный голос Тайлера раздался как гром среди ясного неба.

Он вынырнул из кустов, таща на себе несколько больших сумок и корзину, которую тут же протянул Эллирэ. Мешок с ремнём вручил Важеку, сам поудобнее распределил за спиной оставшиеся баулы.

– Путь не близкий. Скорее всего, придётся заночевать в лесу. Эллирэ ещё до конца не восстановилась, без отдыха весь путь не пройдёт.

– Идти могу, – прошептала эльфийка, заметно розовея.

– А я, как твой лекарь, говорю – не можешь. Не смей мне геройствовать. Устала – сказала. Замёрзла – тоже сказала. В любой момент мы остановимся и разобьём лагерь. С нами местный друид, так что диких зверей не бойся, но в сторону не отходи. Рядом держись.

Кивок. Казалось, даже в первые дни Эллирэ была в разы общительнее, лепетала что-то непонятное, смотрела на всех вокруг большими глазами, взволнованная, но заинтересованная. Впрочем, Тайлер упоминал, что как воспоминания вернулись полностью, она слегка изменилась. Тише стала.

Шли молча. Тайлер что-то насвистывал себе под нос, время от времени останавливался и рассматривал то ветви, то подсохшую траву под ногами, кое-что собирал в мешочек на поясе. Несколько раз Эллирэ подзывал, показывал свои находки, тихо объясняя свойства той или иной травы. Эльфийка кивала, словно понимала что-то. Хотя, кто знает, может, действительно нормально соображала. Элиа, вон, не совсем тупой оказалась. Быстро всё схватывала, да сама поучать лезла.

Удивительно, но Важек поймал себя на мысли, что был бы не против держать путь до проклятой деревни именно в её компании. Всяко веселее было бы.

– Стемнело, – сказал спустя ещё час пути Тайлер, остановившись. – Сейчас легко с дороги сбиться, так что давай, хозяин леса, веди.

– Это я-то хозяин? – Важек усмехнулся.

– Ну не Эллирэ же.

– Она, едва до гостя дотягивает, да. Ещё и замёрзла, похоже. Вон, уши дрожат.

Эллирэ покачала головой, поджав трясущиеся губы, капюшон плаща пониже на лицо надвинула.

– Так, это что такое? – в голосе Тайлера ощущалась угроза. – Я чего тебе сказал? Молча терпеть? А?

Эллирэ голову в плечи вжала и зажмурилась, похоже, удара ожидая. Нехорошая реакция, многоговорящая. Вот только о чём? Пока не особо было понятно: призраки прошлого или же Тайлер свою эльфийку успел зашугать до паники. С него станется.

– Так, пьянь подзаборная, быстро хворост собрал и костёр сложил, – рыкнул уже на Важека.

– Устроим привал?

– Глупые вопросы не задавай. А ты иди сюда.

Вопреки обыкновению, Тайлер Эллирэ привлёк к себе осторожно, обнял, прижав к груди, и своим плащом закутал. Корзинка с тихим шорохом приземлилась в сухие листья.

Важек сделал несколько шагов назад, активно изображая поиск сухого хвороста, сам уши навострил, поглядывая, как Тайлер замёрзшие пальцы своей эльфийки растирает.

– Что случилось? – едва слышно спросил. – Обиделась на что-то?

– Нет, – так же тихо ответила Эллирэ. – Устать сильно. Спать хотеть.

– А чего сразу не сказала?

– Не хотеть обуза быть. Идти мочь ещё.

– Я же просил не молчать. Ты заболеть хочешь? Нет? Тогда не геройствуй. Сейчас костёр разведём, горячий чай выпьем. А там посмотрим, лучше не станет, спать ляжем и путь утром продолжим. Не хотелось бы, конечно…

– Я идти мочь.

– Ага, вижу, как ты мочь. Важек! Хватит уши греть, быстро хворост тащи!

Он аж подпрыгнул от резкой смены тона. Но в душе стало спокойнее, похоже, проблема была всё-таки не в Тайлере, а значит – вполне исправима. Главное подальше от сестры держать, да отношением хорошим баловать. Ласка – она и раненого зверя исцелить могла.

* * *

Глиняная кружка обожгла замёрзшие пальцы. Эллирэ склонилась над ней, втянула носом запах хвои – Тайлер заварил в небольшом котелке еловые веточки. Мантикора. зиимар и эльфийка расположились вокруг костра, отбрасывающего красные отблески на уставшие лица и стволы древних деревьев. С наступлением ночи заметно похолодало, земля покрылась инеем и похрустывала под ногами. Во тьме, сверкая золотыми глазами, кружили бледные силуэты лесных духов.

– Как ты, – выдохнул в ухо Тайлер, опустившись рядом с ней на шкуру. – Согреваешься?

– Да. Благодарить за привал.

– Отдыхай. И не волнуйся. Чувствую же, что вся извелась. Боишься в деревню полную мертвецов идти?

По спине пронёсся холод, пальцы сильнее сжались на кружке.

– Да, – едва слышно ответила.

– Незачем. Бояться надо живых, а не мертвых. Иди сюда.

Тайлер устроился у неё за спиной, обхватил руками за пояс, положил голову на плечо. В его объятиях было спокойно. Тепло.

– Думаю, эти люди разгневали озерных духов, – горячее дыхание обдало ухо и щёку. – Ты ведь знаешь, кто такие Ши’анари?

Эллирэ кивнула, накрыв широкую ладонь Тайлера своей.

– Знать, что в горах жить дух-защитник. Старейшая с ним говорить. Помощь горный эльф дух делать: от людей укрывать, завалы в шахты и пещеры убирать, где камень дорогой искать – показывать. Я видеть один раз дух. Работа шла, свернуть не туда. Заблудиться. Молодой быть, не выучить все пути ещё.

– Небось, вывел?

– Да. Он из стена выйти. Красивый, – Эллирэ взгляд невольно опустила, ощутив неконтролируемое смущение. Перед глазами пронёсся тот день: светящийся силуэт прекраснейшего мужчины, которого она когда-либо видела. – Высок и тело красивый, одежда мало – из камни драгоценные, на голова – корона. Тоже камень. Кожа белый и с узор, а глаза зелёный светиться. Я кланяться, украшения дать. Дар.

– Это правильно. Ши’анари положено приносить в дар жертвы, тогда они, если пожелают, могут помочь.

– Да. За рука взять и долго по коридор незнакомый водить. Показывать… всякое.

Эллирэ не знала, как описать увиденное в недрах горы. Казалось, она переместилась в другой мир, полный богато украшенных залов, освещённых волшебными камнями. Помнила, как дух горы предлагал ей еду и вино, но она отказалась, постеснявшись. Да и страшно было, чего уж там. Согласилась лишь на флейте сыграть. Больно уж красив был инструмент, украшенный драгоценными камнями, а Эллирэ с детства нравилась музыка. Тётя научила играть.

– Вывести утро. Сказать: я понравиться.

– Это большая честь.

– Да. Ещё укусить на прощание до кровь, – сказала Эллирэ тихо-тихо, ведь ни с кем поделиться этим так и не решилась. Даже с сестрой.

– Тоже неудивительно. Кровавая жертва. Ты его потом ещё видела?

– Нет, – Эллирэ печально вздохнула. – Поганые маги на следующий ночь напасть. Горный эльф воровать хотеть. Я и Элиа бежать с гора.

– Так вы поэтому спустились?

– Да. Стыдно. Бежать – позор.

– Ну зато живы остались. Ты ж говорила, вас какой-то хороший человек спас?

– Да. Спасать от маг, к себе пустить. Беглец на гора не пускать. Позор. Я не хотеть убегать, но… выбор быть только умереть в рука маг.

Объятия стали крепче, тёплый поцелуй в висок отозвался мурашками.

– У меня крылья должны были быть, – прошептал Тайлер. – Ну, ты наверняка видела шрамы на спине. Радуйся, что смогла от этих тварей сбежать. Мы для них лишь кучка ингредиентов. Магическое мясо. Да, Важек?

В воздухе повисло тяжёлое молчание, лишь скрип деревьев и вой ветра заполняли тишину.

– Да, – наконец, сказал Важек дрогнувшим голосом. – Я потерял из-за них жену и детей. Всё потерял. Маги – самые страшные монстры в нашем мире. Бездушные твари.

– Как один из самых страшных монстров – подтверждаю, – кивнул Тайлер. – Хотя, конечно, бывают и исключения… Я любил одну магичку. Но это было очень давно.

– Да? – Важек заметно оживился. – А почему ты мне об этом никогда не рассказывал?

– Потому что. Хватит совать свой длинный нос в чужие постели. А то однажды его отгрызут.

– Ой как страшно! Так когда это было?

– Ты на Юге жил.

– Да, действительно давно… А чего разбежались?

– Не твоё дело.

– Да ладно тебе, расскажи. Вот, Эллирэ рассказала, как горный Ши’анари с ней творил всякое.

– Она рассказала, а я ничего говорить не буду. Всё. Спать пора. Выдвигаемся дальше на рассвете. Эллирэ, спишь со мной, а ты, мерзкий кошак, найдёшь чем укрыться в своём мешке. И скажи спасибо, что я о тебе подумал. А то спал бы под кустом на голой земле. Впрочем, тебе не привыкать.

– И то правда, но спасибо.

Эллирэ зарылась лицом в жёсткую шкуру, чувствуя, как немеет уставшее тело. Спать хотелось безумно сильно, но из головы никак не хотели уходить последние слова Тайлера. Об отношениях с магичкой. Он ведь до этого не рассказывал о своей личной жизни совершенно ничего. Да и вообще мало о себе говорил. Не доверял, скорее всего. Ну или просто не видел смысла делиться.

На пояс опустилась тяжёлая рука, одеяло накрыло с головой. Тайлер уткнулся в её макушку, пробормотал что-то на незнакомом языке и затих. Треск костра, уханье филина, где-то вдалеке выли волки – Эллирэ невольно прислушивалась к каждому шороху. Ждала, когда дыхание спящего неподалёку Важека станет глубоким и спокойным.

– А меня Тай любить? – впервые осмелилась спросить. Волнение охватило тело, сердце быстрее забилось в груди. В глубине души поселилась надежда, что Тайлер тоже уснул и не слышал глупого вопроса от неумной горной эльфийки.

– Человеческое понятие. Чуждое, – отозвался Тайлер так же тихо. – Дом. Семья. Любовь. Союз. Это людское. Пусть меня и воспитывали зиимар с человеческой женщиной, традициями людскими я не проникся. Место, где живут зиимары, принято звать Гнездом. У нас нет союзов, браков, семей в привычном представлении. Мы паруемся. Мужская особь и женская сходятся в поединке, равные по силе создают Гнездо, порождают выводок. Есть такие, как я. Нас зовут шелье. Одиночки. Мы живём отдельно от всех, можем воспитывать чужие выводки, если оба зиимара погибли и детёнышей не успели сожрать менее сострадательные сородичи. Очень редко шелье может забрать к себе кого-то из младших, тех, кому нужна защита по тем или иным причинам. В реалиях суровой жизни в горах: калек, блаженных, юных, ещё не бывавших в боях, чтобы уметь защитить себя, ещё реже существ другого вида. Это не парование, если не несёт потомства. Это гатори, «покровительствующий союз», если на людской язык переводить. Не равный, как парование, а… ну «главный тот, кто сильнее». И главный обязан защищать тех, кого выбрал своими. Ценой жизни. Гатори – это больше про разные обязанности, один щит, другой меч. Это не на любви строится, на уважении, на признании, что каждый на должном месте находится, тогда и склок нет, и жизнь идёт проще. Чувства все эти, они сами собой приходят, когда привычка появляется, углы сглаживаются, каждому радостно заниматься тем, что предписано.

Тайлер замолчал, нежно погладив Эллирэ по спине, крепче к себе прижимая.

– Ты живёшь в моём Гнезде, заботишься о тех, кого я выбрал своими. И тебя саму я тоже выбрал. Понятно объяснил?

– Да… наверное…

Эллирэ уткнулась лицом в мерно вздымающуюся грудь и закрыла глаза. Информация укладывалась в голове постепенно. О любви она узнала, уже успев переступить черту самостоятельного возраста, узнала от человека и приняла за истину. Ведь никакого примера перед глазами не было, лишь необъяснимые чувства, рвущие душу на куски. Тайлер говорил о другом. Его слова звучали логично и правильно, без страсти, как и в момент, когда он строил планы о свадьбе. Спокойно, делая акцент на выгоде.

«Я ему как сестра, только ещё и любовница, – пришла к выводу. – Он – главный, я делаю, что велено. Наверное, это даже неплохо… Понятно и привычно. Любовь придумали люди для людей, а мы другие. Мы жители гор. Не зря же наши горы так далеко друг от друга, а любви нет ни на одной из них».

Но почему-то всё равно было обидно, ведь глупое сердце, несмотря на все умные доводы, любило. Страстно, по-настоящему. Эллирэ готова была ради Тайлера оставить сестру, начать жить иначе. Возможно, даже умереть.

– Рада, что выбрал своей, – тихо сказала, сжав тёплое запястье. – Я тоже выбор сделать. Рядом остаться, даже если Элиа обратно позвать.

– Правильно. Моей будь. Я твою жизнь сберегу и не обижу. Голову не забивай тем, что я Важеку сказал. Та история плохо кончилась. Как видишь, дом мой пуст был, до твоего появления. А сейчас всё правильно. Всё по местам. Мы зовём одни вещи разными именами. Чтобы понимать друг друга, нужно выучиться говорить единым языком.

Глава 4

– Уже скоро дойдём, – оповестил Важек, когда пробивающееся сквозь ветви солнце было в зените.

– Да, чую, – Тайлер сморщил нос. – Мертвечиной пахнет.

Эллирэ тоже чувствовала, но вовсе не запах, а густую, тяжёлую энергию со сверкающими голубоватыми искорками. Холодную. Пронизывающую до костей. Земля под ногами была покрыта инеем, через время ноги уже увязали в сугробах. В воздухе повисла мёртвая тишина, молчали даже птицы, ни ветра, ни шума ручьёв.

– Тай, – Эллирэ дёрнула Тайлера за рукав. – Бояться идти. Опасно.

– Не думаю. Всё уже случилось, это просто последствия, – горячие пальцы сомкнулись на запястье. – Тебе нечего бояться рядом со мной. Духи не тронут эшшара и его спутников. Держись меня и ничего не бойся.

Кивок, однако сомнения никуда не делись. Эллирэ чувствовала охватившее эту часть леса напряжение, остатки чужой паники. Попыталась отвлечься, закрыла глаза и…

– Ай, – вскрикнула, едва не упав, обо что-то споткнувшись, благо Тайлер её поймал за плечи. – Что… это…

Из-под снега торчал сапог и запястье… человеческое. Эллирэ сглотнула, буквально вжавшись в Тайлера. Мертвых она видела неоднократно, но каждый раз испытывала суеверный ужас, когда считывала остатки алой энергии невыносимой агонии.

– Вот и первый счастливчик, – до циничного спокойно сказал Тайлер и кивнул Важеку. – Отведи Эллирэ в сторонку, я тут задержусь немного. Советую успокоиться, подышать и принять тот факт, что в деревне мертвы все.

Важек на удивление быстро выполнил просьбу, оттащив Эллирэ к соседним ёлкам, видимо, сам хотел убраться как можно дальше от трупа.

* * *

Непривычно морозный воздух впивался в кожу маленькими иголочками, заставлял неметь пальцы, нос и уши. Тайлер раздражённо тряхнул головой, сбрасывая человеческую личину. Здесь некому было на него смотреть.

Мир сменил краски, накрывшись тёмной пеленой, расцвеченной яркими росчерками энергии. Так проще работать – следы видно. Припадая к земле, Тайлер жадно принюхивался, выбирая направление. С первого взгляда стало ясно: тут действительно порезвился ши’анари. Судя по всему, обитатель горного озера. Удивительно. Что можно было сотворить такого, чтобы прогневать духа? Хотя нет, не прогневать. Убить? Тайлер не чувствовал абсолютно ничего. Лишь холод и тишину. Огромный источник природной энергии иссяк.

– Нашёл что-то интересное? – внезапно подал голос не в меру любопытный Важек.

– Ага. Как и сказал мельник: оружия нет, следов сопротивления тоже, – Тайлер склонился над трупом, внимательно осматривая. – В груди большая дыра. Его словно насквозь пробило чем-то острым… И лететь оно должно было с большой скоростью.

Тайлер поднялся и, отряхнув снег со штанов, медленно двинулся по следу.

– Видишь? Деревья тоже в царапинах и глубоких. Пойдём. Надо зайти в деревню, найти пригодный дом, оставить вещи и отогреться. Я хочу как следует всё осмотреть, но уже зуб на зуб не попадает. До ночи надо успеть, работа всё равно утром будет основная. Ты, Важек, как дитя леса, пойдёшь по дворам и проверишь живность всякую. Кому сможешь, тому поможешь. Неизвестно сколько времени тут всё… такое. Может, и выжил кто…

– А я что делать? – подала голос вцепившаяся в руку Важека Эллирэ.

– Растопишь печь и еду горячую приготовишь. Продукты я взял с собой, котелком нашим обойдёшься. Мы гости в этом мёртвом мире, будем соблюдать правила.

– Одна быть? – в разноцветных глазах отразился неподдельный страх.

– Какое-то время, да. Можешь, конечно, пойти помочь Важеку, но всё-таки было бы лучше заняться печью.

– Понять…

Грустный вздох, однако Тайлер не сомневался – поступит как велено. Эллирэ отличалась прекрасной исполнительностью, да и, как говорилось: глаза боятся, руки делают. Ничего ужаснее мертвых людей в деревне всё равно не было и, видевшая энергию горная эльфийка, не могла этого не понимать.

– Я быстро управлюсь, только пойму причину всех этих бесчинств, а пока… – Тайлер не успел закончить мысль, так и застыв с приоткрытым ртом. Прямо напротив него воздух шёл рябью, словно сквозь невидимую преграду пыталось прорваться что-то иное. Тайлер многое в своей жизни повидал, но с подобным столкнулся впервые. Рябь принимала очертания человеческого силуэта. И это был не дух и не призрак. Стоило сделать несколько шагов назад, как видение растаяло.

– Вы это видели? – очень тихо поинтересовался Тайлер у спутников.

– Ты меня пугаешь такими вопросами. А ещё сильнее – когда таращишься с минуту в пустоту, – тут же отозвался встревоженный Важек. – Там ничего нет.

– Я чувствовать странное… Не видеть…

– Да уж, страннее не придумаешь… Я будто магического артефакта коснулся. Хм, может, он и есть?

– Ты хочешь сказать, что тут всё-таки маги прошлись? – теперь уже Важек сам испуганно вцепился в Эллирэ.

Тайлер раздражённо зарычал. Ещё ему тут истерик не хватало. Трусливый кошак запросто мог дать дёру в направлении Малых Кривушек, наплевав на все уговоры. Ещё и эльфийку пугает почём зря.

– Я не говорил маги. Артефакт, если это он вообще, мог попасть сюда как угодно. Чаще всего магией заряжают украшения всякие, а их и воруют, и с трупов снимают, а потом перепродают. Так что заткнись и не паникуй на пустом месте, я сам разобраться хочу, с чем дело имею.

Тайлер вновь шагнул вперёд, всматриваясь в колебания воздуха. Ещё шаг. Силуэт начал обретать женские черты, но был всё такой же нечёткий. Ещё шаг. Слабый запах, едва уловимый. Так пахла магия. Тайлер махнул Важеку, чтоб оставался на месте, а сам увереннее пошёл по следу. Силуэт призраком следовал за ним, то размываясь, то обретая чёткость. Кто-то или что-то указывало путь. Холод отступил на задний план. Тайлер уверенно шагал вперёд, пока не наткнулся на второй труп. Нечеловеческое зрение выхватило ярко-голубую искорку, пульсирующую в снегу. Человек умер так же, как и предыдущий, но дыра зияла вовсе не в груди. Ему проломили череп. Тайлер опустился рядом, разгребая онемевшими пальцами снег, пока не наткнулся на источник свечения. Серёжка. Голубая капелька в обрамлении серебра.

– Сюда идите. Я нашёл кое-что.

Артефакт не создавали специально, да и заряжен он был не совсем магией. Украшение впитало в себя энергию не стихийную, жизненную… Так случалось, когда человек очень сильно любил какую-то вещь, прикипал к ней душой и сердцем. На ней всегда оставался след.

– Здравствуй, Хозяйка, – тихо произнёс Тайлер, склонив голову перед силуэтом. Он знал, что это не призрак, лишь «отголосок памяти», чьей, пока не было понятно. Но привычное обращение к потусторонним сущностям настраивало на рабочий лад, развеивало тревогу. Мертвых не за чем бояться. – Отведи меня домой, и я помогу тебе обрести вечный сон.

– Он слышать? – шёпотом спросила Эллирэ и добавила ещё тише, судя по всему, Важеку: – Мы бежать быстро, если он опасно? Важек Эллирэ бросать не.

Отличные спутники, один храбрее другого! Мнимая опасность удивительно сближала, смотревшая на Важека волком всю дорогу Эллирэ за шею его руками обхватила и в глаза так трепетно смотрела, хоть слезу умиления пускай.

– Нет здесь никого. Это привычка моя с призраками общаться так срабатывает. Я вижу след чужой памяти, запечатанный магией в предмете. Он женщине какой-то принадлежал. Дорожила при жизни. Но её тут нет, ясно вам? Эллирэ, ты духов видишь, значит, и призраков тоже должна. А ты, трусливый комок шерсти, обязан знать, что к нам потустороннее за помощью обращается, а не в целях убить. Тут даже обратиться некому. Прислушайся. Выжжено всё дотла. Духи лесные и те разбежались.

Тайлер раздражённо сплюнул под ноги и продолжил путь, не оглядываясь на двух впечатлительных идиотов. В ладони теплом отзывалась серёжка, впитывая его собственную энергию.

Темнело. След вёл не к видневшейся впереди деревне, а куда-то в сторону. Тайлер свернул, прислушиваясь к интуиции. Следующим предметом, зацепившимся за ветки кустарника, стала расшитая лента для волос. Она так же отзывалась голубой искрой. Силуэт обретал форму. Теперь можно было рассмотреть русые волосы, заплетённые в традиционную причёску северянок. Нездешняя?

– Не отставайте. Я знаю, куда нам идти. В той стороне озеро. Я бывал тут единожды, когда в край этот оборотень забегал, а деревенские подумали, что злой дух беснуется. Давненько это было.

Внутри заворочалось нехорошее предчувствие, заскреблось острыми когтями. Невыносимая тоска навалилась камнем на душу.

– Тайлер! – он аж подпрыгнул от неожиданности и уже собирался выплюнуть в сторону Важека парочку проклятий, чтоб не вопил так почём зря, но лишь выругался себе под нос, буквально подбегая к находке.

Алтарь. Возведённый в честь озерного ши’анари. Монолитный камень растрескался, почернел от пролитой на него крови. И ни фрукты, ни вино, ни драгоценности не возлежали на нём, а человеческая голова. Остальные части тела раскидало по всей округе.

– Староста Миран, – Тайлер оскалился, оглядываясь по сторонам. – Его убили иначе. И это нечеловеческих рук дело. Человеческая жертва даёт больше сил существу, привязанному к своему источнику. Это позволяет отойти дальше очерченных границ. Но для ши’анари это всё равно смерть. Отсроченная. Алтарь расколот. Озеро молчит. Этот край лишился своего сердца.

– Дух убить себя, – тихо сказала Эллирэ. – Но зачем делать это?

– Не знаю. Возможно, мы найдём ответы в его доме.

Глава 5

Горы подпирали заснеженными вершинами небосклон. Отзывались болью в сердце, напоминая о далёкой родине, о восточном хребте, где в недрах скал жили малым поселением горные эльфы.

– Чего стоишь с открытым ртом? – на плечо опустилось костлявое запястье. – Не тебе горам удивляться.

– Скучать, – одними губами прошептала Эллирэ.

– А должна думать о случившемся, пойдём на озеро поближе посмотрим.

Подле гор, в низине, блестела замёрзшая вода. Эллирэ закрыла левый глаз, всматриваясь в безжизненную поверхность, в неестественную черноту. Вдоль спины пробежали мурашки, подходить к мёртвому озеру близко не хотелось, но Важек, крепко схватив её за руку, потащил за собой через сугробы к берегу.

– Слышала легенды, в которых ши’анари влюблялись в смертных? Детям часто рассказывают сказку про Деву-Розу, лесного духа, которая влюбилась в мужчину, а тот её предал и сбежал. Но то враньё всё, думаю, сама знаешь почему.

– Дух женщина быть не может, – кивнула Эллирэ.

– Именно. Да и предавший ши’анари далеко не убежит. Последствия всегда нагоняют глупых людей, посмевших лезть к миру потустороннему. Наши, лесные, людей сторонятся. Разве что молодые иногда поближе к поселению подходят, любопытствуют. А этот совсем рядом с деревней… Вон домик какой-то стоит. Странно. Обычно ши’анари в источнике обитать предпочитают, чем вот так по-человечьи жить.

* * *

Тайлер кружил вокруг дома, постепенно подбираясь ближе. Что-то гнало его в другую сторону, сдерживало, едва ощутимо. Будто заклинание, почти утратившее силу после гибели того, кто его сотворил.

– Важек, сюда иди. Чуешь магию или это у меня уже с головой непорядок? Это же «Завеса» твоя любимая?

Друид осторожно подошёл ближе, поводил руками, недовольно морщась. Зашептал заговор, развеивающий магию, отчего с Эллирэ мигом иллюзия спала, возвращая привычный вид. Незримая преграда так же истаяла.

– Прав ты. Магия. Держалась лишь потому, что предмет ею заряженный с ши’анари скорей всего соприкасался. Видишь что-то похожее на амулет?

Тайлер побродил ещё немного, тщетно пытаясь всмотреться в снежное покрывало, истоптанное множеством следов, но ничего похожего на украшение не увидел.

– Тай, – тихо позвала Эллирэ, заставляя прерваться и поднять взгляд. – Это искать?

Из небольшого холмика снега торчала голова детской игрушки. Потрёпанный заяц с яркой заплаткой на груди. Тайлер отряхнул его от снега, повертел в руках, принюхиваясь.

– Кому в глухой деревне потребовалось накладывать защитные чары на детскую игрушку?

– Это не «Завеса», – Важек мрачнел с каждой минутой всё больше. – Она не подпускает, а это заклинание заставляет смотреть мимо. Побуждает уйти от этого места как можно дальше. Прятать что-то на виду у всех. Или кого-то?

– Дело пахнет с каждой минутой всё дурнее и дурнее, – Тайлер раздражённо дёрнул пластинчатым хвостом, уверенно направляясь к домику у озера. Тень девушки скользила следом, безмолвная, безликая.

Дверь висела на одной петле, печально покачиваясь и протяжно скрипя. На пороге темнели засохшие следы крови. Человеческая. В доме царил бардак. По полу рассыпались черепки, бывшие когда-то глиняным горшком или кувшином. Занавески сорваны, вещи разбросаны, будто кто-то что-то активно искал, да так, видимо, и не нашёл. Повсюду следы борьбы. Отчаянной. Застывшей тёмными брызгами на лавке и стене, глубокими царапинами на полу, погнутой заколкой для волос, покрытой кровью, но уже иной. У печи обнаружилась вторая серёжка.

– Что, Хозяйка, привела нас домой? Ты ж не против будешь, если мы у тебя заночуем, да приберём тут как следует? – Тайлер смотрел на отголосок памяти, обретший наконец-то лицо. Так он выглядел менее пугающим.

– Мы что, будем тут ночевать? Ты издеваешься? – Важек трусливо заскулил, боясь порог переступить.

– Я. Ты можешь где угодно ночевать, хоть под кустом. Стемнеет скоро, моя работа завтра начнётся, а ты иди, живность проверь, раз тут тебе страшно. Эллирэ, не стой как статуя ледяная, печь растопи. Я попробую дверь починить.

Важек гордо задрал нос и демонстративно удалился в одно ему известное направление.

– Дрова в сарае видеть…

Ну хоть кто-то спорить не стал. Убежала в темноту, вернулась с охапкой хвороста, ещё пару раз сходила за поленьями, чуть потопталась на пороге, но всё же себя пересилила – переступила. Тайлер тем временем петли, вырванные с «корнем», перекрутил, дверь обратно на них насадил. Глянул на возню Эллирэ у печи и пошёл из сумки запасённую еду выкладывать – желудок уже давно напоминал о пропущенном обеде.

– Тай, – тихий голос заставил обернуться. Эллирэ сидела на полу и держала в руках вязаную куклу. – Маленький человек жить здесь… ребёнок. Кроватка маленький, игрушка много. Думать… Дух его прятать?

– Возможно. Я вот девушку вижу, ей украшения принадлежали и лента. Молодая. На местную не похожа. Глаза светлые, волосы русые, высокая такая. С запада пришла, не иначе. Наши земли граничат, от того в северных поселениях порой можно иноземцев повстречать. Может, то её ребёнок был…

Тайлер по дому походил, метлу подобрал и начал черепки сметать. Руки занимал, мысли дурные прочь гнал. Девушка жила в доме у озера, прятала ребенка от местных, если догадка вообще верна. Затем крестьяне всё тут перевернули, потревожили озерного духа, и он всех убил? Не всех. Выжили трое. Почему?

– Много вопросов, но ответы искать утром надо. Всё, что мы можем сейчас, порядок тут навести, да дом осмотреть внимательнее. Может, найдём то, что крестьяне не смогли. Протопится тут всё как следует, еды сготовим.

В дверь жалобно заскреблись. Не знай Тайлер, что у них идиот по окрестностям шастает, огрел бы гостя незваного, а уж потом бы разговор вёл.

– Я передумал, – Важек влетел в дом, ругаясь на чём свет стоит. – Там так жутко! И ветер поднимается. Холодина страшная. Я лучше с вами тут посижу. Деревня, полная мертвецов, подождёт.

– Сидеть я тебе точно не дам. Мигом согреешься. Снега в ведро набери, воды натопить надо и нагреть как следует. Без питья горячего разболеемся. И кровь ототри везде, где найдёшь. Хочу сложить тут всё как было. Примерно. Мы в гостях всё же, Хозяйке бы не понравилось, если бы мы себя иначе вели. Жаль не призрак она, жаль. С ними просто, они понятные. А отголоски памяти не ответят на мои вопросы, сколько ни пытайся…

– Приставать не. Это хорошо, – с серьёзным видом заметила Эллирэ.

Она, как существо, имевшее связь с потусторонним миром, знала, о чём говорила. Призраки были безобидными, но крайне назойливыми, пока последнюю просьбу не исполнишь – все нервы истреплют. Тайлер подозревал, что в деревне их ждал не один десяток беспокойных душ, при жизни не успевших подготовиться к своей кончине.

За уборкой время пролетело быстро. Дом постепенно прогревался, Эллирэ с тихим стуком шинковала овощи, Важек лениво разбирал разбросанные по полу вещи. Все молчали, но говорить откровенно не хотелось. Атмосфера смерти угнетала, заставляла вспомнить о хрупкости жизни. Вот не найди он Эллирэ в лесу – лежал бы под толщей снега ещё один мертвец. А сколько раз Тайлер Важека спасал – уже и не счесть. Да и сам ведь по самому краю ходил.

В доме жила молодая семья, девушка с ребёнком. Рукодельница, судя по количеству вязаных вещиц, игрушек и украшений. Вышитые коврики и салфетки, рубахи со снежным узором, чашечки, вазочки – до трагедии уют царил в каждом уголке. За что ж её так деревенские невзлюбили… впрочем, людям многого и не нужно для ненависти.

– Тай, – тёплые ладони легли на плечи, шумное дыхание щекотало шею. – Есть приготовить. Отдыхать пора. Ты хорошо работать. Чисто.

– Ещё бы пол помыть… – проворчал, накрыв изящные пальцы своими. – Но, думаю, ты права. Надо поесть и отдохнуть.

– Вот-вот, нечего в потёмках грязь по полу размазывать, – тут же подал голос Важек, успевший удобно устроиться на печке. – Эллирэ, давай накладывай уже.

– А помочь моей эльфийке не хочешь? И быстро с печи слазь. Тебе там не место.

– Это ещё почему?

– Потому что на полу спать будешь. Кот ты или кто?