Текст книги "Девушка, которой он не знал (СИ)"

Автор книги: Тая Стрельцова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

Глава 17

Егор стоял молча рядом. Даже не смотрел на Дмитрия, но его поддержка и так чувствовалась. Уже в который раз они разделяют одну беду на двоих. Хотя на этот раз ситуация хуже, без преувеличений.

Егор не просто присутствовал здесь и сейчас, он разделял волнение за Катю. Понимал Дмитрия, как никогда.

Оба вглядывались в темноту перед собой. Пока другие ждали назначенного времени в доме, Дмитрий с Егором вышли на улицу. Некоторые ребята задремали даже полусидя. Поэтому Дима решил не шататься по дому, всем и так было тяжело. Напряжение витало в воздухе. Казалось, скоро станет ощутимым на ощупь. Такое впечатление, что от Димы сейчас электрические разряды начнут расходиться.

– Дим, ты же всегда умел держать эмоции под контролем, действовать рационально... Вспомни, как меня всегда этому учил, – осторожно заговорил Егор.

– Сейчас не тот случай, – резко оборвал друга.

– Я прекрасно понимаю, какой сейчас случай, но именно в этот момент твой здравый рассудок нужен как никогда. Я знаю, что тебе совсем не нравится идея ждать до рассвета, но так лучше. Вадим прав, пусть правоохранители окружат дом, а потом и мы приедем. Согласись, на рассвете человек теряет бдительность... – уговаривал Егор.

Дмитрий только вздохнул. Нервный и уставший, но готов бежать, действовать... Ожидание было невыносимым, оно вымотало больше, чем то, что он целый день не ест и скоро уже сутки как не спит. Катя рядом, пешком за полчаса дойти можно. Она в опасности. А он здесь сидит и ждет!

Вдруг телефон Дмитрия выдал звук сообщения. В такое время, как правило, пишут только по срочным делам, поэтому он быстро взглянул на экран.

– Катя! – обрадовался.

Но, как только открыл сообщение, настроение мгновенно изменилось. Он будто удар под дых пропустил. Даже согнулся. Замотал головой. А потом со всей силы засадил кулаком в стену.

– Дима, что там? – подскочил Егор.

– Нельзя ждать! – рванул в дом. – Вадим! – заревел, как раненый зверь.

– Что случилось? – быстро поднялся на ноги тот.

Остальные ребята тоже вскочили.

– Едем немедленно! Я говорил, что нельзя терять время! – крикнул Дмитрий.

– Погоди! Мы же договорились! – пытался остановить Вадим.

– К черту все договоренности и планы! Ты сюда посмотри! – развернул телефон экраном к нему.

Вадим сразу изменился в лице. Егор подскочил и тоже посмотрел. Ужас! Теперь понятна и реакция Дмитрия, и изменения с Вадимом. Даже самому плохо стало.

– Катя! – заголосила ее мать, заглянув на экран из-за плеча Вадима.

Отец девушки, который стоял рядом не произнес и слова, но выражение его лица говорило само за себя.

Дима быстро опустил телефон, чтобы женщина не смотрела. Какие бы там ни были отношения между родителями и Катей, а все же дочь, волнуются.

– Едем немедленно! И даже не думай меня отговаривать! – скомандовал Дмитрий.

– Я позвоню полицейским, предупрежу, – кивнул Вадим.

– Я с вами! – решительно заявила мать Кати.

– Думаю, это излишне, – возразил Дима.

– Нет, мы поедем, – поддержал и отец девушки.

Дима спорить дальше не стал, развернулся и пошел на улицу.

– Только без самодеятельности, прошу вас! – предостерег Вадим. – Мне уже его хватает, – кивнул на Дмитрия.

* * *

Глубоко, жадно вдыхал свежий ночной воздух, вновь оказавшись на улице, но это не спасало. Внутри жгло, будто адским огнем из-за увиденного на фото, которые прислал этот негодяй с телефона Екатерины. Эти картины так и стояли у Дмитрия перед глазами!

Понимание того, что Вадим с местными полицейскими все очень рационально спланировали, как-то отходило на второй план, или даже и дальше, потому что страшно даже представить, что переживает Катя каждое мгновение.

Связанная, истощенная, с изуродованным лицом... И, кто знает, какие травмы этот изверг еще ей нанес!

Мерзавец! Кем надо быть, чтобы так поступать? У Дмитрия руки сжимались в кулаки сами по себе от злости. Сумасшедший подонок! Он за все заплатит!

Дмитрий сожалел, что не настоял на своем, надо было действовать немедленно, как только поняли, что Грушин все-таки в том доме. А еще начал корить себя за то, что не додумался никто отследить телефон Катерины. Вадим сосредоточился на машине, а у него злость затуманила разум. Прав Егор, надо голову оставлять все же холодной. Полиция... Да, к ним вопросов тоже немало.

– Дим, можем ехать! – вышел во двор и Вадим с немного виноватым видом.

Остальные ребята уже сидели по машинам. Егор топтался в нескольких шагах, следуя везде за ним тенью, будто страхуя, чтобы Дмитрий не сорвался и сам не побежал к тому проклятому дому, чтобы голыми руками задушить гада!

– Майор в курсе, сейчас всех оповестит, что все переносится на несколько часов раньше, – рассказывал садясь в авто.

Дмитрий молчал, ограничился кивком. От дикого гнева, который клокотал в душе аж челюсть сводило. Зубы стиснул до скрежета.

К счастью, родной город Кати не такой уж и большой, поэтому через пятнадцать минут были на подъезде к дому, в котором содержалась девушка.

– Почему мы остановились? – спросил у Вадима.

– Сейчас здесь майор с группой будут. Надо подождать.

– Мы уже дождались! – взорвался Дмитрий. – К черту и майора, и группу! Я этому подонку шею сверну за все, что он сделал!

– Дима, я все понимаю, но, поверь, мы хотим, как лучше...

– Все! Я дальше сам! – хотел уже выйти из машины, как из-за поворота выехало полицейское авто, а за ним еще несколько.

Дмитрий снова откинулся на спинку сиденья, растирая лицо ладонями.

Из полицейского авто вышел тот самый майор, местный, с которым Вадим связался через своих знакомых в правоохранительных органах.

– Наши на позициях. Они точно в доме. Предполагаем, что на чердаке. Машину он спрятал в гараж. Я говорил с новыми владельцами, они еще не меняли замки, по их словам, дом старый, требует капитального ремонта, брать там нечего. Вот этим Грушин и воспользовался. Если он действительно там, где мы думаем, то наше появление не останется незамеченным.

– И что вы предлагаете? – спросил Дмитрий немного раздраженно.

– Просто предупреждаю. Насколько я понимаю, у него может быть оружие? – глянул с намеком.

Вадим кивнул.

– Поэтому сильно не высовывайтесь, – предостерег полицейский.

– С родителями на связь он так и не выходил? – уточнил Вадим.

– Нет. Это точно. Там все под контролем. Наши ребята находятся у них дома, чтобы сына никак не смогли предупредить о нашем визите. А то уже и не знаю, чего можно ожидать от этой семейки, – качнул головой.

– Что ж, поехали? – выдохнул Вадим.

Майор кивнул и пошел обратно в полицейское авто.

* * *

– Не знаю, красотка, чем ты так недовольна? – наигранно вздохнул Грушин, надкусив бутерброд. – Мне кажется, идея с фото замечательная! Вот я люблю фото! Ну, ты же знаешь... – взглянул на нее сверху вниз.

Катя снова лежала на полу. Теперь вместе со стулом, к которому была привязана. Когда этот ублюдок ударил ее наотмашь по лицу, так с ним и упала. Грушину мало было просто сделать больно Диме, показав ее с веревками. Надо же еще и синяков на лице наставить, губу разбить... Изверг! Он с таким удовольствием наносил удары, с блеском в одержимых глазах, со смехом... А увидев, что сообщение доставлено, как ни в чем не бывало, пошел нарезать хлеб, колбасу, сыр, напевая какую-то мелодию.

– У меня есть много фоток. Вот здесь, – достал из угла ту самую коробку, которую Катя нашла перед своей дверью, а потом выбросила на помойку. – Знакомая вещь? Я так старался, а ты...

– А я отправила прошлое туда, где ему и место, – прохрипела.

– Ошибаешься... – протянул, присев возле нее. – Ничего не в прошлом. То, что между нами, – это вне прошлого, будущего, – взмахнул рукой с бутербродом. – Это навеки! – проговорил, вглядываясь в Катю бегающими из стороны в сторону, безумными глазами. – Хочешь есть? – вдруг весело спросил.

Катя отвернулась, не в силах даже смотреть на него.

– А! Да! Тебе же условия получения пищи не подходят... Забыл, – захохотал.

Демонстративно, сидя перед Катей, доел бутерброд, а потом взялся за коробку с фото.

– Я так старался... А ты даже не посмотрела! Ничего, сейчас вместе посмотрим, все вспомним... – начал раскладывать снимки на полу перед ней.

Екатерина отвернула голову, насколько смогла. Хочет – пусть радуется фотографиям, а ей они ни к чему, хватает и присутствия самого Грушина.

– Красотка, тебе не интересно? Как жаль, – причмокнул, – потому что выбора нет, придется смотреть и слушать.

– Чего ты добиваешься? – посмотрела на него. – Хочешь причинить мне боль? Впрочем, неважно. Насколько я понимаю, осталось мне не очень долго жить. Меня просто не будет. Объект твоей одержимости исчезнет. Ты будешь жить, а я нет. Но, тем не менее, я в более выигрышном положении, чем ты. Мне есть, что вспомнить. У меня было несколько счастливых лет без тебя. А с чем останешься ты? Один на один со своей одержимостью? Больше ничего у тебя нет, потому что, если бы было что-то дорогое сердцу, что-то, что радовало бы, что-то, что ценил бы, ты бы не рисковал всем. Ты бы не вспомнил обо мне. А у тебя нет ничего. И не будет. Только безграничный нездоровый эгоизм и одержимость. С этим и останешься. Думаешь, ты меня сейчас унижаешь, ломаешь? Нет, меня тебе не сломать! Я сбежала, устроила жизнь и успела немного ею насладиться. Меня любят и уважают. Обо мне останется светлая память. А ты – ничтожество, способное только манипуляциями и силой достигать своих пришибленных целей! Завистливый, закомплексованный мальчик. Тебе никогда не хватало ума и настойчивости, чтобы чего-то в жизни достичь, поэтому и завидовал более успешным людям, называя их кошельками на ножках. Ты и дружить не умеешь, поэтому настоящей дружбе завидуешь. И любить не умеешь, потому что и сам недолюбленный, не так ли? – даже слегка улыбнулась, несмотря на боль в лице. – Повторяю: у тебя в жизни никогда ничего настоящего не было и не будет! – отчеканила каждое слово, вложив в сказанное все свои силы и эмоции. – Не нравится это слышать? Конечно, не нравится. Ты же сам прекрасно понимаешь, что это правда.

– У меня могло быть! – хлопнул кулаком об пол. – Могло быть все, что я хотел! Могло! Если бы не ты... Должно было быть все идеально! У меня были прекрасные планы! Но тебе хотелось в большой город, заниматься долбаной журналистикой! – выходил из себя, с криком стуча по полу кулаками прямо перед лицом Кати.

Глаза выпученные, ноздри раздуваются. Кто знает, возможно, снова набросился бы на нее, если бы не шум на улице. Оглянулся к окну, насторожился. Поднялся на ноги и пошел посмотреть, что происходит.

– О! Так веселье только начинается! Здесь, кажется, тебя приехали вызволять... Посмотрим, что из этого выйдет, – посмотрел на Катерину.

Глава 18

«...Дом окружен! Не усложняйте свое положение! Выходите с высоко поднятыми руками!» – доносилось с улицы.

Грушин просто зашелся со смеху, стоя сбоку у окна.

– Они что, голливудских фильмов насмотрелись? Недоумки!

Но Катерину этот пренебрежительный смех ничуть не задевал. Наоборот, появилась какая-то надежда, шанс на спасение. Даже почувствовала прилив сил.

– Идите к черту, клоуны! – открыв окно, выкрикнул Грушин. – Ну что, красотка, становится все интереснее и интереснее? – посмотрел уже на нее.

Катя молчала. Инстинкт самосохранения включился. Не стоит провоцировать этого бешеного. Пусть говорит, что хочет, она потерпит, послушает, пока ее освободят.

* * *

– И что? Чего вы этим добились? Разоблачили себя! И все! – эмоционально предъявлял претензии Дмитрий.

– Дима, они должны были так действовать, дать возможность сдаться... – начал оправдывать полицию Вадим.

– Сдался? – взглянул на майора, который топтался рядом. – Вы же понимаете, что мы имеем дело с больным уродом! – возмущался, активно жестикулируя. – Чего вы от него ожидали?

– Мы все понимаем. Сейчас перейдем к воплощению другого плана. Сохраняйте спокойствие. Все будет хорошо, – заверил полицейский.

Он отошел, жестом к себе позвав коллег.

– Я уже сомневаюсь, что у них что-то получится, – выдохнул Дмитрий.

– Дим, наберись терпения. Действовать резко – тоже не вариант, мы же точно не знаем, как Катя, где именно, – привел свои аргументы Вадим.

Егор промолчал, лишь глядя как-то с подозрением. И не зря, потому что Дмитрий уже просчитывал, что может сделать сам лично. Нерешительностью полиции был разочарован.

– Руслан! Руслан! – послышались вдруг крики отца Екатерины. – Ты слышишь меня? Нам надо поговорить! – родители девушки вместе приближались к воротам, видимо, чтобы войти во двор.

– Я же просил... – вздохнул Вадим, закатив глаза.

Вдруг в ночной тишине раздались выстрелы! Мама Катерины даже присела, вскрикнув, когда на уровне ее головы пролетела пуля, попав в деревянные ворота.

Из дома тоже послышались крики. Катя. Дима мигом дернулся вперед, но Вадим его придержал.

– Нет! Не смей! Что если он не промазал, а просто не целился? Ты для него более желанная жертва, чем родители Кати.

Слова Вадима не лишены здравого смысла, поэтому Дмитрий остановился. Так просто он не подставится. У него были другие планы. Ему еще Катю спасать...

– Что же ты делаешь? Парень, мы же с детства тебя знаем? – заголосила женщина. – Руслан, опомнись! Зачем ты так?

– Это вы что делаете, подскочил майор и еще несколько полицейских. Марш отсюда! – крикнул сердито.

Пригнувшись, все вместе отступили. А крики Катерины резко стихли, что заставило напрячься.

– Нет, так нельзя дальше! – решительно сказал Дмитрий.

– Дим, пожалуйста, – не выдержал Вадим. – Не мешайте работать, – пошел к полицейским.

* * *

– Вот так лучше! – заклеив снова рот Кате скотчем, сказал Руслан. – А то не интересно, когда они знают, что ты еще можешь кричать, – хмыкнул. – Странно, что тебя пришли спасать твои родители... Неудачники слабоумные! А где же твой качок? Передумал тебя спасать? Или, может, еще появится? – наклонился ближе к ней. – Ничего, я со всеми справлюсь!

Грушин резко поднялся и побежал вниз. Чем-то гремел, а потом снова вернулся на чердак, таща за собой, кажется, веревку или трос, плохо видно, еще и в ее положении. Но ясно, что длина ограничена, хватило только до верхней ступеньки.

Занятость Грушина пошла Кате только на пользу. Когда она упала на пол, старый стул под ней треснул. Девушка даже почувствовала, что из дерева вылез острый гвоздь. И довольно удачно, возле узла на ее заведенных назад запястьях. Однако, пока Грушин был на чердаке, не сводил с нее глаз, поэтому не было возможности перетереть узел. А этой его возней воспользовалась. Почувствовала даже, что что-то удается.

– Все готово. Устроим кое-что яркое, взрывное... – хихикнул.

И уже через некоторое время Екатерина почувствовала запах газа. От осознания задуманного Грушиным аж похолодела вся. Ему абсолютно безразлично на то, сколько людей может пострадать!

Руслан снова дернулся к окну. Катя поняла, что именно привлекло его внимание, вернее, кто: соседский пес. Ни с того, ни с сего зашелся лаем. Грушин снова схватился за оружие и выстрелил несколько раз.

– Не советую вам меня раздражать! – воскликнул и закрыл окно.

* * *

– Скажи мне еще раз, что надо успокоиться, – буркнул Дмитрий Вадиму после неудачной попытки полиции войти в дом.

– Майор приказал привезти сюда родителей Грушина. Может, хоть их он послушает... – уже менее уверенно сказал Вадик.

– С меня достаточно. Я иду сам, – заявил Дима.

– Думаешь, на тебя пес не залаяет? – скептически спросил Вадим.

– Я уже посмотрел, как зайти с другой стороны. Дом предпоследний на этой улице. Можно зайти на параллельную улицу, попросить разрешения у хозяев, объяснить им ситуацию и залезть через забор. Насколько я смог рассмотреть, там сад. Можно тихонько подобраться к дому. А дальше уже в окно или прямо в дверь... На улице еще не очень светло, поэтому подойти незамеченным я смогу.

– Я с тобой, – наконец, подал голос Егор.

Вадим тяжело вздохнул, растер утомленно лицо и заговорил серьезно:

– Хорошо. Иди. Бери несколько наших ребят и иди. А я останусь здесь. Вы мне только сбросьте вызов на телефон, когда перелезете через забор. Я здесь устрою кое-что, чтобы была возможность залезть в окно незамеченными.

Сделали, как и договорились с Вадимом. И как раз, когда уже Дмитрий и Егор подошли к дому, с включенной сиреной подъехала машина скорой. Интересно, это то, о чем говорил Вадим? Ого, как подгадал! Какое-то время звуки раздавались на всю улицу, жители которой уже проснулись и вышли во дворы.

Хорошо, что этот дом старый, как кости мамонта, одно из окон удалось очень быстро открыть. Дмитрий запрыгнул первым. А за ним уже и Егор, держась на расстоянии нескольких шагов.

Как только выключилась сирена, с улицы послышались крики. Кажется, новые владельцы этого дома прибыли. Они пытались договориться с Грушиным, чтобы тот вышел. В ответ послышалось хамство и мат. Хорошо, теперь Дима точно знал, где находится злоумышленник. Надо было подняться на чердак. Ступая очень осторожно, чтобы ничего не задеть в полумраке, пошел к лестнице. Жестом указал Егору, куда надо идти. Тот кивнул, махнул в окно ребятам, которые держались немного дальше, чтобы не создавать толпу в саду, и пошел вслед за ним.

Все было хорошо, Дмитрий даже беззвучно поднялся на несколько ступенек вверх, хотя и тяжело было, потому что дерево старое, будет скрипеть... Вадим молодец, отвлекал Грушина, как мог: кто только к нему не обращался... Но, к сожалению, в какой-то момент, Дима, не заметив, наступил на что-то на лестнице, выдав тем самым себя. Черт!

Грушин моментально среагировал! И уже через несколько секунд стоял напротив лестницы, направив на Диму пистолет.

– Спокойно! – заговорил первым, подняв руки вверх.

Прежде всего, подал знак Егору, чтобы тот замер и не шевелился. Его не было видно, он стоял почти под лестницей, с другой стороны.

– Ого! Красотка, посмотри, кто тут к нам заглянул в гости! – присвистнул Грушин.

Катя пыталась что-то сказать. Судя по всему, у нее был заклеен рот, поэтому и перестали слышать голос девушки.

– Давай поговорим спокойно. Не делай еще больше глупостей, – заговорил уверенно Дмитрий.

Хотя, если честно, поняв, на что наступил, и почувствовав запах газа, немного занервничал. Когда дело имеешь с неадекватом, уверенным в благополучном решении проблемы быть нельзя.

– Поговорим, – хмыкнул Грушин. – Еще как поговорим... Поднимайся скорее, – помахал требовательно оружием.

Дмитрий и не думал отказываться. Наоборот, быстрее Катю увидит. Несколько шагов и он уже на верху. Здесь было немного светлее, чем на первом этаже. На столе лежал небольшой фонарик. Девушка находилась посреди чердака на полу, привязанная к стулу. Она пыталась повернуться, чтобы видеть Диму, но не получалось.

– Катя! – рванул к ней.

– Стоять! – стал перед ним Грушин. – Ни шагу! – прикрикнул.

Да, надо держать себя в руках. Необдуманными поступками Катюше не поможешь.

– Стою. Не шевелюсь. Давай поговорим. Зачем тебе все это? – спросил Дмитрий.

– А почему я должен тебе рассказывать? Кто ты такой? Тебя, вообще, наши отношения не касаются! И никто тебя не звал сюда! – ударил ногой какую-то коробку, стоявшую неподалеку. – Чего пришел? Жил бы себе и дальше! – вышел из себя Грушин.

Даже рука дрожать начала.

– Насколько я знаю, Руслан, ваши с Катей отношения завершились уже давно, – максимально спокойно ответил.

Как бы ни хотелось свернуть шею этому уроду, а взял-таки себя в руки. Нельзя, чтобы эмоции победили здравый смысл.

– Это она так говорит! А на самом деле ничего не закончилось! Потому что я думаю иначе! – не прекращал кричать Грушин.

– А разве могут продолжаться отношения, если кто-то один из них выходит? – улыбнулся, скептически подняв бровь.

– Ты такой самоуверенный! Думаешь, тебя она не бросит? Я тоже думал, что она – именно та, с кем я воплощу свои мечты. Милая, тихая, покорная девушка, такая правильная... А она – развратная девка, которая только и вертела хвостом, флиртовала со всеми... Была со мной, а сама параллельно более выгодные варианты искала! – аж трясся от злости.

– И зачем тебе такая девушка? – пожал плечами Дима.

– Потому что никто не имеет права разрушать мои мечты! Никто! – завопил.

– Но ведь с Катей ты эти мечты и не воплотишь... – размышлял Дмитрий, начав немного перемещаться из стороны в сторону.

Хоть взглянул на Катерину только на мгновение, поднявшись, но заметил, что она как раз развязывает руки. Что ж, надо взять на себя все внимание этого бешеного товарища.

– Зато она заплатит за все, что причинила мне! – перевел оружие на Катю, глядя при этом все еще на Дмитрия.

– Но ведь так ты только себе хуже сделаешь. Ей все равно будет, а тебе? – пытался непринужденно приводить аргументы тот.

– А мне тоже все равно! И перестань ходить! Потому что один выстрел – взлетим все в воздух к чертовой матери! – снова перевел пистолет на Дмитрия.

– Ты что, газ напустил? Имей совесть! У этого дома новые владельцы, их хоть пожалей, – улыбнулся.

Старался не прекращать разговор, чтобы внимание Грушина не вернулось обратно к Кате.

В это время кто-то с улицы снова начал его звать. Какая-то женщина. Грушин резко пошел к окну.

– Вот черт! Еще и их сюда притащили! – прошипел сквозь зубы.

Насколько Дима понял, привезли родителей негодяя, чтобы те с ним поговорили. С их появлением Грушин стал еще больше психовать. Матерился, бил кулаком о стену, ногой ударил несколько раз об стол в углу, смел все с его поверхности. И тут Дмитрий для себя все решил: нельзя ждать. Это шанс. И либо он его использует, либо погибнут все. Сделал вдох и рванул с молниеносной скоростью на Грушина так, что тот и понять ничего не успел!

Выстрел раздался почти одновременно со звоном стекла, и они вдвоем на глазах Катерины вылетают из окна! Нет! Только не это! Не хотела верить глазам. Душа разрывалась от боли, а из груди рвался крик, который сковывал проклятый скотч.

– Дима! – крикнул Егор, бегущий к окну.

А Катерина неожиданно почувствовала, как ее кто-то подхватил вместе со стулом и поволок вниз. Веревка полностью развязалась и старый стул полетел с грохотом по лестнице. Катя сопротивлялась, пытаясь вернуться назад, узнать, что с любимым...

– Нельзя! Надо убираться быстрее! Здесь опасно! – крикнул чей-то знакомый голос.

Ее вытащили на улицу, где находились ребята из их клуба. Кате отклеили скотч на ходу, отводя ее дальше от дома.

– Дима! – всхлипнула.

Вдруг на втором этаже раздался глухой взрыв! Старая крыша рухнула. Начался пожар.

– О, нет! – сказал кто-то из ребят. – Егор тоже не вышел?

– Нет!!! – закричала во все горло Катя.