Текст книги "Девушка, которой он не знал (СИ)"

Автор книги: Тая Стрельцова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

Глава 9

– Привет, мой ангел! – прозвучал низкий, хрипловатый голос в трубке.

Дима позвонил, когда Катя уже вернулась домой. Хорошо, что сегодня раньше заканчивались занятия, удалось ускользнуть из клуба, пока его не было на месте.

– Привет! – ответила тихо.

– Как дела?

– Нормально, – произнесла на автомате.

– Ты не дождалась меня. Вика сказала, ты спешила... Все хорошо?

Сколько заботы в его голосе! Аж сердце щемит.

– Да, Дима. Просто... – вздохнула.

Трудно было отвечать не одним словом. Мысли совсем не хотели оформляться в фразы. Да и что говорить? Правду точно открывать не собиралась.

– Катюша, а давай я заеду за тобой? Реализуем наши вчерашние планы, в кино пойдем. Или, если хочешь, иначе проведем время...

Она хотела. Очень хотела быть с ним. Неважно, в кино или где-то еще. Но не могла себе позволить этого. Ради самого Димы. Не могла им рисковать. Достаточно и того, что она теперь ходит, оглядываясь, ведь хорошо знала, что преследование – второе имя Руслана. Да, он уже видел ее с Димой, раз повредил его авто. Что бы там ни было на видео, а Катя все равно считала, что без Грушина тут не обошлось. И поэтому не стоит провоцировать этого психа на новые подлости по отношению к Диме, он этого точно не заслуживает. Это ее проблема. И только она сама должна ее решить.

– Нет, Дим, не стоит заезжать. Я... не очень хорошо себя чувствую, – едва смогла проговорить.

Горло сдавливало так сильно, что боль ощущалась физически. И глаза уже щипало от слез, которые старалась сдержать.

– Катя, что случилось? Ты заболела? Давай, я приеду! – явно занервничал.

– Нет! Дима, не надо, правда! Все хорошо. Я устала немного, вот и все, – пыталась заверить.

– Точно? Кать, ты только скажи, если тебе нужна какая-то помощь. Я приеду. Если надо какие-то лекарства, я привезу, вызовем врача, или сам отвезу тебя в больницу...

– Нет, спасибо. Ничего не надо, Дима. Я сейчас просто лягу спать, а на завтра буду, как новенькая, – постаралась добавить бодрости в голос.

Дмитрий немного помолчал, а потом все же согласился с ней.

– Хорошо. Если так, отдыхай. Но, вдруг нужна будет помощь, звони в любое время. Договорились?

– Да, – почти прошептала она.

– Сладких снов, ангел мой! – с теплотой пожелал.

– Тебе тоже, – выдохнула Катя.

И, завершив звонок, положила телефон возле себя на полу, где и сидела рядом с букетом роз, которые Дима ей подарил несколько дней назад. Гладила лепестки, думая обо всем, что произошло. О том, как прошлое ворвалось в ее жизнь именно тогда, когда в душе впервые зародилось что-то настолько теплое, настолько особенное, от чего мир становится ярче, а сердце бьется, выстукивая мелодию. У нее были отношения с представителями противоположного пола, но они ни в какие сравнения не идут с тем, что Катя чувствует рядом с Димой, да и к нему самому.

Он – не просто человек мужского пола, с которым приятно общаться по-дружески, как было с коллегами по работе. Не тот, с кем проводят несколько ночей. Диму она воспринимала именно как мужчину в полном смысле этого слова. И общение с ним было другим, и на физическом, телесном уровне все было совершенно по-новому. Екатерина даже сама удивлялась тому, что с ней происходит, когда Дима берет ее за руку, целует, шепчет что-то на ухо, касаясь губами. Она будто переставала сама себе принадлежать в эти моменты, каждой клеточкой настраиваясь на Дмитрия. Кожа становилась настолько чувствительной, впитывала малейшее его прикосновение. Еще никогда никто не вызывал у нее желание такими простыми действиями, своим присутствием рядом. А от близости с Димой ее просто в узел скручивало! Сердце вылетало, дыхание становилось чаще и всегда так жарко... Даже воздух вокруг казался горячим. Благодаря Диме Катя открыла себя как женщину, почувствовала, как это. И для него ей хотелось быть красивой, обольстительной.

Влюбилась. Призналась сама себе. И слез все же не удержала. Покатились по щекам, оставляя после себя соленые капли в уголках губ. Закрыла глаза, сжимая колючие стебли роз так крепко, что те оставляли после себя раны на ладонях. Такая и ее любовь, как роза: красивая, но ранит. И если физическую боль выдержать могла, то от душевной хотелось даже не рыдать – выть. Скрутилась на полу в клубочек и заголосила, вздрагивая от всхлипывания. За что?! Почему именно ей выпало такое испытание? Если уж судьба решила, что ее предназначение – страдать от Руслана, то зачем подарила ей Диму? Зачем между ними возникла взаимная симпатия, которая уже у самой Кати переросла в любовь? Почему все так несправедливо? Одни болезненные вопросы...

Проплакав почти до самого утра, Екатерина шла на работу совсем обессиленная. Быстро миновала коллег на ресепшене, которые что-то активно обсуждали, посмеиваясь. Не настроена на веселые разговоры. Да и на любые, в принципе. Переодевшись, пошла в зал, где уже начали собираться посетительницы клуба на занятия.

Катя – профессионал своего дела, поэтому ее состояние даже постоянные клиентки не заметили. До автоматизма доведенные движения, приветливость, улыбка, за которой прятала боль...

Заглянув в телефон после тренировки, увидела сообщение от Димы. Его еще не было в клубе. Писал ей утром, что будет отсутствовать почти полдня. А вот теперь сообщил, что скоро приедет. И на обед приглашал.

Еще позавчера Екатерина согласилась бы охотно, а сейчас... Написала, что в обед уже кое-что запланировала.

Проведя еще одно групповое занятие по йоге, переоделась и понеслась из клуба. Понимала, что не очень рационально поступает, по-детски, ведь все равно с Димой встретится, но отчаянно пыталась хоть немного отдалить этот момент.

Проблуждав весь свой перерыв по магазинам, вернулась обратно на работу. И сразу же на ресепшене увидела Диму. Ждал ее? Уже почувствовал какие-то изменения в настроении?

– Привет! – улыбнулся, сделав к ней шаг, как только увидел.

– Привет, Дима! – тоже улыбнулась, но глаза отвела.

– Как дела? Как самочувствие сегодня? – ведя ее по коридору, спрашивал.

– Нормально, – коротко ответила, все еще не глядя на него.

– Может, тебе один дополнительный выходной взять? А то и не один... Ты такая бледная. И выглядишь уставшей. Скажи Виктории, чтобы нашла замену, – беспокоился.

– Нет, Дим, спасибо. Завтра как раз выходной, мне хватит одного дня на отдых, – качнула головой.

– Уверена?

– Да.

– Как знаешь. Но, если почувствуешь, что в не очень хорошем состоянии, не молчи. Иногда надо делать перерыв, набираться сил. Работа с людьми отнимает много энергии, – заметил.

Екатерина лишь кивнула. И хотела уже свернуть в сторону раздевалки, но Дима ее задержал.

– Подожди. Катя, до твоего занятия еще есть время. Пойдем ко мне, поговорим, – предложил, пытаясь заглянуть ей в глаза.

Не знала точно, о чем собирается говорить Дима, но ей тоже надо было ему кое-что сказать. Поэтому кивнула, проследовав дальше с Дмитрием по коридору.

Зайдя в кабинет, он заговорил первым, обняв Катю:

– Ангел мой, у тебя точно все хорошо?

– Да, – ответила немного хрипло.

– Тогда почему ты такая грустная? – спросил, целуя ее легонько в висок.

А у Катерины от его действий, от прикосновений так сжалось сердце... Ни вдохнуть, ни выдохнуть! Как же хотелось обхватить его руками за шею, прижаться сильно-сильно, спрятаться от всего мира в этих объятиях. Так больно... А еще больнее от того, что именно должна ответить Диме и на его вопрос.

– Я не грустная. Просто.... – замолчала, понимая, что слезы накатывают. Нужно хоть несколько секунд, чтобы перевести дыхание.

– Катюша, если у тебя проблемы, нужна в чем-то моя помощь, ты только скажи, – коснувшись подбородка, поднял ее лицо, чтобы смотреть в глаза.

Застыл, ожидая, что она скажет. Взгляд серьезный, напряженный. Такое впечатление, что настроился улавливать каждый звук, малейшее движение, лишь бы только понять ее. А ей станвилось еще хуже.

– Дима, у меня все нормально. Спасибо. Я только хотела сказать, что... В общем, нам надо остановиться, – выдохнула.

– Что? – от удивления аж брови свел. – Я не понимаю...

– Дима, я не готова сейчас развивать наши отношения. Нужно немного времени. Прости, – отступила и пошла к двери.

– Катя! Подожди! – опомнился Дмитрий и бросился за ней. – Я тебя чем-то обидел? Что-то не то сказал или сделал? Скажи мне.

– Нет! – покачала головой. – Нет, дело не в тебе. Это мое, личное. Я просто не готова... Прости, Дима. Я не хотела...

Не договорив, все же открыла дверь и чуть не выбежала из его кабинета, боясь расплакаться прямо там. Жаль. Действительно жаль было и себя, и его, и, вообще, что так сложилось.

* * *

Наконец, этот рабочий день закончился! Выдохнула, глядя на себя в зеркало в раздевалке. Даже взгляд изменился. Глаза пустые, не отражают ничего. Будто душа вышла из тела погулять. И такое опустошение внутри... Ощущение, будто разбита, раздавлена. Хорошо, что хоть завтра выходной, сможет немного прийти в себя. Закрыла шкафчик, взяла рюкзак и покинула раздевалку.

Едва ноги волочила, уже несколько раз споткнулась на ровном месте. Тело отказывалось слушаться, хотя такого никогда не бывало даже от сильной усталости.

Попрощалась с Викой и уже вышла из клуба на улицу, когда дверь за ней шумно открылась. Оглянулась автоматически.

– Катя! – судя по виду, Дима специально выскочил за ней на улицу.

Остановилась. Замерла. Вглядывается в его лицо, и сердце разрывается еще сильнее. Взволнован, расстроен. Ему не безразлично. Не знала, чувствовал ли Дмитрий что-то настолько горячее и сильное, как она, но ему точно не все равно на их отношения. И так обидно, что из-за нее страдает такой человек... Многое готова отдать, лишь бы изменить все.

– Кать, ты домой? – подошел ближе.

Тоже сосредоточен на ней, глаза в глаза. И настолько... открытый.

– Давай, я тебя отвезу, – кивнул на парковку, где уже стояла его отремонтированная машина.

– Дима... – качнула головой, а на глаза моментально навернулись слезы.

– Катя, я все понимаю, тебе нужно больше времени. Я тебя услышал. Но это не значит, что мы совсем не можем общаться. Что плохого, если я отвезу тебя домой?

Он так искренне говорил... И этот его взгляд... Екатерине приходилось прилагать титанические усилия, чтобы сдержать себя и не броситься в объятия Дмитрия. Но все, что могла сейчас себе позволить – согласиться поехать с ним, чтобы хоть немного побыть вместе... Набрала воздуха, чтобы ответить, принять его предложение, и вдруг заметила, что дверь снова открылась. Из клуба в этот раз неторопливой походкой вышел Руслан, смерив их презрительным взглядом. Только его и не хватало!

Катю, как в ледяную воду окунули. Мгновенно передумала. Просто вспомнила, почему именно решила держаться подальше от Дмитрия, ради его же безопасности. А, судя по тому, каким взглядом Грушин смотрел на них, она приняла правильное решение.

– Мне надо побыть одной. Извини! – быстро проговорила она и, резко развернувшись, пошла прочь.

Дима еще какое-то время стоял и смотрел растерянно, как Катерина удаляется. Чувствовал себя просто ужасно с того момента, когда она сказала, что не хочет или не может продолжать с ним отношения. Будто земля ушла из-под ног! Это казалось настолько нереальным, будто страшный сон. Хотелось проснуться, выдохнуть с облегчением и радоваться, что Катя с ним вместе. Не мог поверить, что с ними это все происходит наяву, потому что все было хорошо. Даже больше! Он точно не обманывал себя, видел и чувствовал: все, что между ними, взаимно. Так что же случилось? Уже, наверное, тысячу раз задал себе этот вопрос.

Он явно сделал что-то не так, от чего теперь страдают они оба. Мог поспорить, что и Кате плохо. Это читалось и в глазах, и в голосе, и в позе, и в каждом движении. Плечи опущены, вся сжалась, будто пытаясь закрыться.

Мучила совесть, ведь, получается, как-то неправильно повел себя. И рад бы исправить ситуацию, загладить вину, да знать бы в чем она заключается... Может, переждать день? Дать Катюше время успокоиться, настроиться на разговор...

Эти переживания терзали Дмитрия всю ночь. Наматывал круги по квартире, не находя себе места. Еще никогда не чувствовал себя настолько паршиво. Даже тогда, когда ему изменила невеста, не было настолько горько. Сейчас же ощущение, будто наступил конец света.

Глава 10

– Ты там еще не уснула? – со смехом спросила Лика.

Подруга вчера вечером прилетела из свадебного путешествия и спешила поделиться эмоциями об увиденных городах и достопримечательностях, и, вероятно, заметив, что у Екатерины очень вялая реакция, решила ее расшевелить.

– Нет, я тебя слушаю, – пыталась быть убедительной.

– А чего молчишь, ничего не уточняешь, не расспрашиваешь? – удивилась Лика.

– Извини, я просто немного устала вчера. Сегодня еще не отошла, – озвучила уже стандартную за последние несколько дней отговорку.

Не готова была на откровенный разговор, слишком еще остро воспринималось все, что случилось за неделю.

Вчера едва сдержалась, чтобы не разрыдаться по дороге домой. А вот уже когда сама осталась за закрытыми дверями квартиры, сдерживаться не стала, да и не смогла бы.

Плакала и плакала от боли и злости до самой ночи. Потом уже и плакать не могла. Лежала и смотрела в потолок с ощущением, будто тело не ее. Не слушались ни руки, ни ноги. Катя и дышать себя заставляла, все через силу.

– Надеюсь, до завтра отдохнешь?

– Ты завтра уже выходишь на работу?

– Да, – вздохнула. – Правда, с боем.

– Егор против?

Катя помнила, что еще перед свадьбой муж подруги волновался по поводу ее работы тренером во время беременности.

– Ой, знаешь, мужчины такими командирами становятся после штампа в паспорте! Ужас просто! – звонко рассмеялась.

– И что? Удается тобой командовать? – хмыкнула Катя.

– Как видишь, – наигранно жаловалась Лика. – Не сегодня вот вышла на работу, а только завтра пойду.

Не удержалась и Катя, засмеялась.

– Так и живем, – тоже со смехом сказала Лика. – Ну а как у вас складывается с Димой? Ты все молчишь и молчишь... А мне же хочется все узнать!

Ну и дела... Ждала возвращения подруги, чтобы поделиться всем не по телефону, а вот теперь даже обрадовалась, что ничего особенного не успела рассказать.

– Никак, – коротко ответила, стараясь держать эмоции под контролем.

– Что значит "никак"? Насколько мне известно...

– Лика, я бы не хотела об этом говорить, – остановила подругу на полуслове.

– Даже так? – шокировано переспросила та. – Что он сделал? – добавила немного рассерженно.

– Лика! Ничего он не сделал. Дима замечательный, правда. Дело во мне, – вздохнула тяжело.

– Ничего не поняла, но очень интересно. Поэтому жду тебя у себя, – заявила безапелляционно.

– Нет, сегодня я собиралась пассивно отдыхать... – начала отказываться Катя.

– Отлично! Уложу тебя на диван, и ты лежа расскажешь мне, что у вас происходит, как на приеме у психолога, – стояла на своем Лика. – А рассказать все равно придется. Так что не мучай беременную женщину до завтра! Я жду, – и отключилась.

Что делать? Спорить с ней нет смысла. Екатерина хорошо знала подругу. Да и, с другой стороны, надо с кем-то поговорить. С кем, если не с Ликой?

* * *

– И все равно я не понимаю, почему ты ничего не сказала Диме? – уже в который раз взмахнула руками Лика, расхаживая по комнате из стороны в сторону, как маятник.

Кажется, беременность сделала ее еще более эмоциональной.

– Потому что это – моя проблема. И я решу ее сама, – уверенно ответила Катя.

– Дорогая моя, ты знаешь, что я обеими руками за самостоятельность женщины, – села рядом подруга. – И я даже уверена, что ты как-то отошьешь этого отмороженного урода раз и на всю жизнь, но зачем оттягивать этот момент? Скажи Диме все, как есть. Пусть поговорит с ним по-мужски... – потрясла кулаком в воздухе.

– Лика, ну и как ты себе это представляешь? – закатила глаза Катя. – У нас с Димой только-только начинаются отношения, а я буду впутывать его в свое прошлое?! – шумно выдохнула.

Подруга на какое-то время задумалась, закусив губу. Смотрела на нее, склонив голову набок.

– Ты не доверяешь Диме? Боишься разочароваться, если он не захочет помочь?

– Нет, – качнула головой, опустив глаза. – Я думаю, что он бы попытался помочь, но... Не знаю, что на уме у Грушина, но точно ничего хорошего. И то, что он сделал с машиной Димы, служит подтверждением.

– Тем более ты должна ему сказать! Это уже его задело! – настаивала Лика.

– А если я, наоборот, сделаю только хуже? Доказательств же нет... – развела руками. – Нет, надо сначала понять, что задумал Грушин. Пусть Дима пока будет на расстоянии. И Егору не рассказывай! – спохватилась.

– О! А хочешь, пусть Егор с Грушиным поговорит? Ты же нам, как родная! – предложила Лика, аж подскочив на месте.

– Еще лучше придумала! – хлопнула в ладоши Катя.

– А что?! Ты не должна оставаться один на один с этим психом! Он привык думать, что тебя некому защитить! Хорошо понимает, что имеет возможность управлять твоими эмоциями, а значит, и жизнью. Разве нет? Не успел появиться, как ты уже вся на нервах! Вся жизнь наперекосяк! Так не может длиться вечность! Ему надо дать отпор! – решительно заявила Лика, снова пригрозив кулаком.

Похоже, она сегодня настроена очень решительно и воинственно. Вообще, подруга говорила правду, Катерина и сама чувствовала, будто ее в кандалы сковали, когда снова увидела Грушина. И больше всего она хотела от этого бремени и пут избавиться, но очень боялась совершить необдуманные шаги, навредить Диме, ведь он стал для нее настолько близким...

– Ну вот что ты планируешь делать? – взяла ее за руку Лика.

– Пока ничего. Понаблюдаю. Я уверена, что Грушин проявит себя. Вот и пойму, что он хочет. Не просто так он сказал, что ему и несколько недель хватит, – сжала руку подруги крепче.

Все-таки хорошо, что приехала к ней, с поддержкой близкого человека как-то легче. Лика права: чувствовать себя не один на один с проблемами – это важно.

* * *

Разговор с подругой Катерина прокручивала в голове, идя домой. Бесспорно, Лика права, когда говорит, что бывший одним своим появлением пускает всю ее жизнь наперекосяк. Он будоражит в ее душе осадок из тех эмоций, в которых она пребывала, пока не сбежала. Страх, что сделает что-то не так и разозлит Руслана. Скандала не избежать. Вина, потому что обидела парня. Никогда не понимала даже, чем?! Но обижаться Грушин любил. Обреченность, потому что выхода не было из этого бесконечного дурдома. Беззащитность... Да, ей никто никогда не помогал и не защищал, кроме подруг из университета и вахтерши общежития. Школьные подруги, друзья детства или не понимали Катю, считая Руслана просто безгранично влюбленным и преданным ей, или связываться не хотели с импульсивным, вспыльчивым парнем, когда уже увидели, каким он может быть в гневе. Общаться с Катей было трудно, почти невозможно, потому что Грушин всегда был рядом, какие тут девичьи посиделки?! А если она и выходила сама из дома, чтобы встретиться с девочками, он быстро ее находил, устраивал скандал... Поэтому Катю постепенно стали избегать, да и она сама не хотела никому портить нервы. А Грушину именно этого и надо было, чтобы она оказалась в изоляции, у него под колпаком. Именно так и действуют абьюзеры.

Сейчас Катя не одна, у нее есть друзья, которые готовы поддержать, и Дима. Тут с Ликой тоже согласна. Но ведь она может хотя бы попробовать сама и страхи преодолеть, и с бывшим покончить? Не поддаться на его манипуляции... А с другой стороны, разве не это произошло, когда Катя решила держать Диму на расстоянии? Да, очень неоднозначная ситуация... А еще... Этого она подруге не рассказывала, но... Стыдно было. Стыдно сказать о прошлом Диме. Даже перед Ликой стыд чувствовала. И вроде же не она что-то плохое сделала, а стыдно невероятно.

Выйдя из лифта на своем этаже, едва не выпустила из рук ключи, которые уже достала, чтобы открыть дверь. Подарок. Немалая коробка, перевязанная бантом, стояла у нее под дверью. Аж в груди сдушило. Оглянулась, нет ли никого рядом. Но на этаже пусто.

Подошла медленно к коробке, не решаясь взять ее в руки, потому что страшно и представить, что там может быть. Но она ждала чего-то подобного. Знала, что бывший точно себя проявит. А еще оправдались подозрения Кати относительно того, что Грушин за ней следит. Вопрос только в том, как давно он на нее вышел? Как давно знает адрес, место работы? И как, вообще, ему удалось все это узнать?

Хорошо, об этом подумает чуть позже, а сейчас надо разобраться с этим несчастьем с бантом. Присела, потянула за ленту, развязывая. Открыла коробку и... Дух перехватило от увиденного!

Фотографии. Целая коробка с их совместными фотографиями. И не лень распечатывать? А под крышкой коробки записка: «Я жил тобой, пока ты жила без меня. И я хочу, чтобы ты знала, чем я жил».

О! Это так драматично, пафосно... Вполне в стиле Грушина... Подобных посланий она много читала, когда ему надо было вызвать жалость, повлиять на нее.

Взяла в руки верхнее фото. Одно из первых, на котором они вдвоем. Это был какой-то семейный праздник, после которого мама и начала говорить Катерине, чтобы та обратила внимание на Русланчика. Посмотрела на обратную сторону. Да, и здесь надпись, не ошиблась.

«Тогда ты была для меня такой недосягаемой! Некоторые даже говорили, что ты – птичка не моего полета. Даже моя мать говорила, что ты не для меня, не верила, что ты обратишь на меня внимание. Но я доказал всем, что достоин тебя! Я добился тебя! Добился тогда – добьюсь и сейчас!»

Ну да! Как самоуверенно! Хмыкнула, качнув головой. Взяла следующее фото. Ее выпускной. Катя с классом на сцене школьного актового зала. И какое тут послание?

«Ты была самой красивой. И я радовался, что все знают, кому ты принадлежишь! Всегда будешь принадлежать! И скоро ты с этим смиришься.»

Вот больной! Жаль, что ей еще тогда не хватило ума послать его. Уже в самом начале отношений чувствовала давление. И на выпускном дышать свободно не могла. Ни сфотографироваться с классом нормально, ни отпраздновать! Даже рассвет не пошла со всеми встречать... Сказала, что устала и хочет спать, лишь бы только быстрее пойти домой и избавиться от Грушина. А тогда она еще только другом его считала, хотя он всем рассказывал, что она его девушка.

Еще одно фото, на котором Екатерина на сцене. Это уже после школы. День города. Катя неоднократно была ведущей городских мероприятий, вот и в этот раз ее пригласили вести концерт. Как Грушин тогда бесился! Но ничего не мог поделать, даже ее родители были в восторге от этого предложения. Что ж, не удалось помешать Екатерине, но нервы потрепал знатно. На фото видно, насколько наигранная у нее улыбка.

«Как же ты любила быть у всех на виду! Любила, чтобы тобой все восхищались! Звезда! Но тебе мало было светить только мне! Предательница!»

А вот тот нечастый случай, когда они с друзьями вместе. День рождения у Катиной одноклассницы, они когда-то дружили. На празднике Катя пробыла недолго, буквально часа два. И все это время Грушин просидел с ней, как на этом фото: обхватив обеими руками и прижав к себе. Мороз по коже от одного воспоминания!

«Зачем ты все испортила?! Мы были такой хорошей парой! Мы же созданы друг для друга!»

Замечательная пара, что на эмоциональном, что на мировоззренческом уровне... А о том, как они выглядят вместе, Любовь Григорьевна говорила: "Орхидея и носорог".

Перевела глаза на другое фото. Здесь они возле дома, который остался Руслану в наследство от бабушки. Он все мечтал отремонтировать его, когда они поженятся, чтобы завести здесь с десяток детей, сажать огромный огород, а от ворот до дома развести цветник... Он ходил бы на работу (охранником или грузчиком, других вариантов даже на будущее не рассматривал), а Катя должна была сидеть дома и воплощать в жизнь эту его мечту. Какая там журналистика? "Разве не рай?" – часто спрашивал Грушин, когда радовался своим планам. Вспоминать жутко! Перевернула и это фото.

«Ты всегда была эгоисткой! Для тебя существовали только твои мечты! А на меня тебе было наплевать! Но пришло время воплотить и мои мечты! Скоро мы будем вместе в моем маленьком раю!»

Да, у нее были мечты. И она имела на них право! И сейчас имеет право на собственную жизнь. А прошлое и чьи-то больные желания пусть идут к черту!

Не став пересматривать все фото, ворошить неприятные воспоминания, просто бросила их обратно в коробку, закрыла ее, завязала на узел ленту и вынесла на помойку. Когда разошлась с ним, то так же поступила и со всеми снимками в альбоме, на которых был Грушин. Альбомы стали почти пустые, потому что пришлось уничтожить таким образом едва ли не все фото за тот период.

Вот и эту коробку с хламом Екатерина демонстративно, театрально выбросила. Просто надеялась сейчас, что Грушин где-то из засады наблюдает, такое было вполне вероятно. И она была бы рада показать ему, как относится к этим идиотским сюрпризам. Должен был оценить помпезность полета коробки в мусорный контейнер. Все, как он любит, – с размахом. Думал запугать? Уже не получится. И в конце концов надоест.

* * *

– Да пусть идет к черту лысому со своими мечтами! – возмущалась Лика, когда Катерина рассказала ей о вчерашней находке у двери квартиры.

Встретились перед работой, чтобы прогуляться в парке и поговорить.

– Так и я решила, поэтому отправила на помойку коробку со всем содержимым, – махнула рукой.

– Это еще кто эгоист? Он, вообще, хоть кого-то, кроме себя, слышит? Я не понимаю, неужели приятно, чтобы рядом с тобой был несчастный человек? Он кто? Садист? Вампир? – удивлялась подруга.

– Абьюзер, – вздохнула Екатерина.

– Точно! – подняла указательный палец вверх. – Хорошо, что сейчас существует понятие, которым можно охарактеризовать таких уродов.

– Расскажи об этом моей маме, – качнула головой Катя. – По ее мнению, это все выдумки зарубежных психологов, которым нечем заняться. А я же так, глупостей начиталась, – развела руками.

– Кстати, о родителях! Ты им не звонила? Говорила, что этот Руслан появился?

– Нет. А зачем? Мама полностью на стороне обиженного мальчика. Если и знает, как он меня нашел, то не скажет. Думаю, если бы она могла, то еще и помогла бы ему. А у отца какая-то странная позиция, ему лишь бы тихо было и никто ни о чем не ссорился. Что есть он, что нет... – скривилась Екатерина.

– Погоди! Но ведь он фактически угрожает тебе! Неужели и это не подействует? – удивлялась Лика.

– Поверь мне, не подействует. Это же я выдумала все! Лика, ты даже не представляешь, сколько раз я показывала маме руки в синяках! Но она всегда верила ему, будто он защищался от меня, потому что я взбесилась и побила парня, который значительно крупнее меня! – пожала плечами.

– С ума сойти можно, – шумно выдохнула Лика, заходя уже в клуб.

– Чтобы не сойти, я и сбежала, – ответила Катя.

– Доброе утро! – поздоровались почти в один голос с администратором.

– О! Девочки, привет! – подскочила Виктория. – Катюша, а у меня для тебя письмо! Курьер принес только что, – ничего не подозревая, девушка протянула ей конверт.

Екатерина переглянулась с Ликой и взяла его в руки. Отошли немного от ресепшена и раскрыли. Опять фото, но на этот раз не старое. Катя на нем одна на фоне клуба.

– Это же недавно... – прошептала Лика, прикрыв рот рукой.

– Да, – кивнула Катерина, и перевернула снимок.

«Ты об этом еще пожалеешь!» – напечатано на отрезке бумаги, приклеенном к фото.

– Что и надо было доказать: он следил. Возможно, постоянно следит, – кивнула Катя, махнув снимком.

– Ну это уже ни в какие рамки! Иди в полицию! – серьезно сказала Лика.

– Что я им скажу? Разве здесь подпись есть? – хмыкнула.

– Как бы там ни было, а домой я тебя одну не пущу! Поживешь у меня! – решительно заявила подруга.