Текст книги "Несносная куратор для маршала-легенды (СИ)"

Автор книги: Татьяна Гончарова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)

Глава 24. Ночь

Глава 24. Ночь

От его вопроса смущаюсь дико. Краснею, пытаюсь отстраниться, но его объятия становятся монолитными – будто в камне, твёрдом горячем камне.

– Я снился тебе, Лита? – хрипло и вкрадчиво спрашивает маршал.

Зажмуриваюсь плотно-плотно, сгорая от стыда.

Я сейчас просто пеплом рассыплюсь.

– Малышка, не переживай так, – в его тихом голосе улыбка. – Я просто тебя впечатлил. Это нормально.

Вскидываю на него возмущённый взгляд, и… таю, замираю от ласковой нежности, с которой он на меня смотрит.

Внимательно-внимательно. С тёплой улыбкой. Любуясь. Лаская взглядом.

Смотрю на него испуганно, снова пытаюсь высвободиться, но маршал притягивает меня к себе ближе.

Целует мой лоб, легко-легко, потом ещё раз, и ещё, ближе к виску, шепчет вкрадчиво над ухом, вызывая по всему телу взбудораженные мурашки.

– Что я там делал с тобой, Лита? В твоём сне?

Не знаю, от чего меня больше всего кроет: от этого вопроса или от его объятий, близости, тепла в голосе, в котором ни капли самодовольства или насмешки.

– Ммм?.. – лёгкий укус за ушную раковину и лёгкое поглаживание по спине. – Там, в твоём сне, что я делал с тобой, Лита? Целовал тебя, да?

Не знаю, почему, но я вдруг киваю. И тут уже совсем смущаюсь, съёживаюсь, но маршал не даёт отстраниться.

Переворачивает меня на спину, накрывает своим большим и мощным телом. Трогает губами мои губы.

Его поцелуй так не похож на предыдущие… Невесомый, лёгкий, успокаивающий.

– Так целовал, Лита? – его горячий шёпот на моих губах. – Или так?

Новый поцелуй намного глубже. Маршал раскрывает властно мои губы, наполняет мой рот умелым языком. Он настойчив и требователен, но вместе с тем… осторожен.

Распаляет, пробуждает желания и… не даёт ни малейшего повода оттолкнуть.

– Я не наврежу тебе, желанная моя, веришь? – чуть прикусывает он мою нижнюю губу. – Только сделаю очень хорошо. Не отталкивай.

Снова поцелуй. Властный и требовательный. И… нежный. Изучающий. Неторопливый. Подчиняющий.

Не могу больше. Не могу сопротивляться.

Пропадаю, падаю, погружаюсь в бездну по имени маршал Дарден Блейд.

Наверняка пожалею, пусть. Это будет потом. Лишь бы обнимал, целовал.

Расслабляюсь, поддаюсь его давлению, его ласковой, бережной настойчивости.

– Хочу тебя безумно, Лита, – шепчет он между лёгкими поцелуями на губах и щеках. – Ни о чём, кроме тебя думать не могу. Позволь мне. Просто будь сейчас со мной.

– Маршал Блейд, мы не… – в последней отчаянной попытке остановить это безумие шепчу я.

– Мы очень даже да, Лита, – усмехается он и снова целует мои губы. – Моё имя Дарден. Для тебя Дард.

– Аах… – с моих губ срывается тихий стон, когда его сильные руки оказываются у меня между ног.

– Горячая моя девочка, влажная какая, да ты мокрая совсем, Лита, – довольно улыбается он, – но ты стонала во сне иначе. Значит, и целовал я тебя иначе.

С этим словами он рвёт ткань моих трусов, отбрасывает в сторону. Задирает подол сорочки, смещается вниз, разводит мои ноги широко и впивается жадным ртом в мои половые губы.

– Что ты… – переполошилась я, – О… нет, не надо, пожалуйста, ооо… ах… как ты?.. Прекрати немедленно! О… ооо… ах… ммм… Дард…

– Ты такая вкусная, Лита, – оторвавшись, хрипло произнёс маршал, задирая подол сорочки выше. – Но во сне я тебя не настолько целовал. Стоны были другие. Хочу узнать, какие.

С этими словами он рванул на мне сорочку, разорвав её пополам – от подола до горловины. Поцеловал живот, провёл языком выше. Впился губами в мою грудь, играя языком с сосками.

Я застонала громко, и он поднял голову, торжествующе улыбаясь.

– Вот так целовал, – сверкнул глазами он.

Сдвигается выше.

Накрывает меня своим могучим телом.

– Хочешь меня, я вижу, – глядя мне прямо в глаза, говорит маршал. – Признай это. Ты хочешь меня. Иначе я не трогал бы твою грудь в твоём сне, и ты не стонала бы от этого.

В логике маршалу не откажешь. Снова целует. А я краснею.

Снова спрашивает, хочу ли я его.

Сдаюсь окончательно, выдыхая протяжное “да”…

Маршал смотрит в глаза.

– Повтори, – требует он непонятно чего.

– Что повторить? – отвечаю будто в бреду.

– Что хочешь со мной, – настаивает он. – Признай, что хочешь.

– Хочу… – тихо говорю я и сама обнимаю его за шею. – Да, ты прав. Очень хочу.

Маршал замирает, и… больше не медлит. Раздвигает мои ноги широко, освобождает свой крупный член, смачивает его моей влагой.

Одним медленным уверенным движением он вторгается вглубь меня, раздвигая и наполняя, заставляя выгнуться всем телом.

– Дард!.. О… мм…

Смотрит внимательно на меня, вторгаясь глубже и глубже.

Издаёт хриплый стон, впивается в мои губы, двигает бёдрами, толчок, ещё, глубоко, и… сдерживаясь.

Я вцепляюсь пальцами в его голую спину, выгибаясь под ним. Зарываюсь пальцами в его густые волосы, открываю губы, встречаю его язык своим прикосновением.

Это срывает маршала с тормозов, рычит как дикий зверь, ускоряется размашисто, погружаясь в меня глубоко, до основания.

После сильных, резких толчков, вдруг замедляется. Опирается на локти, раздвигает ногами мои бёдра шире.

Начинает вторгаться вглубь в неспешном, ровном ритме. Выходя на всю длину и снова погружаясь. Размеренно. Неутомимо. Не замедляясь и не ускоряясь.

С каждым погружением меня затапливает новой и новой волной. Начинаю извиваться под ним, двигаться сама, но вдруг встречаю его взгляд, тёмный, прожигающий, и… замираю, подчинённая одним только его взглядом.

– Ты у меня торопышка, Лита, – усмехается он и наклоняется к моим губам.

Целует чувственно, медленно. Замедляясь ещё сильнее. Отрывается от губ, размеренно двигаясь внутри меня в неспешном однообразно-расправляющем меня ритме.

А меня от этого будто огнём по венам, закипаю, погружаюсь в его страсть, в его взгляд с головой, словно в бездну.

– Дард, я… – выдыхаю я и тянусь к его губам.

– Ты прекрасна, – тихо говорит он и целует меня.

От его поцелуя, ритмичных глубоких толчков, от его запаха, вкуса, меня накрывает медленным и неотвратимым.

Он разрывает поцелуй и смотрит на меня.

А на меня накатывает, накатывает…

Вцепляюсь в его рельефную спину, смотрю в его глаза ошеломлённо-расширенными глазами.

Он неотрывно смотрит, и… ускоряется. Глубже, сильнее, с растяжкой, чуть замирая в глубине, и снова вторгаясь на всю длину, до основания.

Это становится последней каплей. Закатываю глаза, с протяжным стоном выгибаюсь, содрогаюсь под ним.

Невыносимо просто, невозможно, немыслимо, моё лоно пульсирует, сжимает его, а маршал впивается губами в мою шею, осыпает лёгкими поцелуями моё горло.

– Как ты хороша, – хрипло говорит он. – Так стонешь, так меня сжимаешь, ммм…

Я ещё содрогаюсь всем телом, протяжно выстанывая наслаждение. Маршал целует шею, спускается ниже, вбирает жадным ртом мою грудь.

Сминает оба полушария руками, мнёт их, облизывает, прикусывает соски по-очереди. Я только и могу, что подставляться под его губы, подрагивая, обнимая его.

Он смещается ниже, властным движением раскрывая широко мои бёдра.

Вскрикиваю от прикосновения его умелых губ к моему естеству. Он проводит языком между половых губ, надавливает на складочки, всасывает клитор, вызывая у меня громкий стон, ласкает умело, сильно.

Очень скоро я содрогаюсь вновь, ещё более бурно. Совершенно теряю контроль, краснею оттого, какая я, оказывается, громкая.

Маршал хвалит меня, ему нравится. Поворачивает меня на бок, устраивается за моей спиной, поднимает моё бедро.

Вторгается глубоко, резко, сразу до конца.

– Дард!.. Мм… А-ах…

Мой новый стон. Моя голова на его его мощном плече. Обнимает меня, имеет меня теперь и вот так.

Поворачивает мою голову к себе, целует мои губы властно, собственнически, глубоко.

Вдруг до меня доходит: он целует меня, а сам смотрит куда-то перед собой.

Скашиваю глаза, прослеживая его взгляд, и краснею от корней волос до шеи и груди.

Там большое зеркало. И он смотрит в него на меня.

Обшаривает взглядом меня всю.

Да и я сама необъяснимо возбуждаюсь от того, как это смотрится. Как я лежу, в порванной сорочке, с голой грудью, двигающейся в такт его глубоким проникновениям.

В его мощных бугристых руках, с поднятым бедром, глядя, как его крупный длинный член появляется и скрывается между половых губ.

Ловлю в зеркале его дикий, восхищённо-жадный взгляд. Глаза в глаза. Он ускоряется. Держит меня крепко, размашисто имеет меня.

– Красивая Лита, – хрипло говорит он, неотрывно разглядывая меня в зеркале. – Вкусная. До боли желанная.

– Зачем?.. – задыхаясь, умудряюсь произнести я. – Зачем… ты говоришь?..

– Затем, что ты очень сексуально краснеешь, – усмехается он, прикусывая мочку моего уха. – Мне нравится на это смотреть. На всю тебя смотреть нравится.

С этими словами он отпускает моё бедро и накрывает длинными сильными пальцами лобок, раздвигает половые губы. Усиливая толчки, вторгаясь членом глубже, начинает гладить вокруг клитора.

А я не могу оторвать взгляд от зеркала, как его крупная рельефная рука смотрится на моём теле.

– Мне нравится, как ты кончаешь, – хрипло говорит маршал. – За ночь не насмотрюсь.

Ускоряется. Смачивает пальцы в моей влаге, ласкает вокруг клитора умело, сильно, вырывая у меня стон за стоном.

Мой новый оргазм просто беспощаден. Маршалу приходится держать меня крепко-крепко.

Едва я утихаю, поворачивает меня на живот, накрывает собой, вторгается вглубь. Держит мои руки, отводит волосы с лица, целует висок, скулу, ласкает языком ушную раковину, прикусывает – нереально приятно, чистый экстаз.

Совершенно теряю себя. Всё пропадает, теряет смысл. Только его он, его страсть, его власть надо мной.

Всё сливается в одно сплошное наслаждение. Даже не пытаюсь считать, сколько раз я стонала и кричала, содрогаясь в ярчайшем блаженстве под ним.

Неутомимый маршал брал меня снова и снова. Смотрел, гладил, целовал, менял позы.

Только глубокой ночью, когда я отключилась после очередного сильнейшего оргазма, я пришла в себя под одеялом, на его груди, в его сильных надёжных объятиях.

– Засыпай, моя Лита, – лёгкий поцелуй в висок. – Не волнуйся, я вижу, что нужно дать тебе отдохнуть. Не надейся прогнать меня в кабинет. Теперь ты спишь только со мной.

Глава 25. Можно

Глава 25. Можно

Да я и не хочу его никуда прогонять. Мне в жизни не было настолько хорошо.

Глубоко вдохнула его запах и потёрлась о него щекой. Обняла за пояс и прижалась крепче, пряча лицо на его широкой груди.

Он глубоко вдохнул, прижимая меня к себе, зарываясь пальцами в мои волосы, мягко их перебирая.

Не хочу ничего говорить.

Да и он молчит.

Наверное, я завтра пожалею.

Но это будет завтра.

Сейчас я хочу быть с ним. В его объятиях. Чувствовать, как бережно и нежно он обнимает меня.

Незаметно проваливаюсь в сон. Просыпаюсь одна.

Тело гудит, ощущается таким расслабленным, сытым, лёгким и довольным-довольным.

Сладко потягиваюсь, какой чудесный сон мне снился.

Дверь в спальню открыта, из-за этого из кухни отчётливо раздаётся шум включившейся кофемолки.

До меня доходит. Не сон.

Я переспала с маршалом Дарденом Блейдом.

Ох ё… Натянула одеяло на себя, комкая и пряча пылающее лицо в ласковой ткани. Замерла, ощущая наш сплетённый запах.

Паникую ещё сильнее, чувствуя, как возбуждаюсь от тяжёлого, притягательного аромата маршала…

Мать перемать, что же мне делать-то теперь?..

До меня доходит, что я полностью голая, а звуки на кухне стихли.

Я осторожно встала, схватила со стула большой белый халат, торопливо надела на себя.

Для начала неплохо. Как я на него теперь смотреть буду? Как я вообще на работу теперь пойду?!

Кстати о работе, сколько сейчас времени?

Маршал меня… всю ночь же мы с ним… Почти до утра! И будильники не сработали!

Я перевела взгляд на окно, где уже было совсем светло.

Ох, это что же, я ещё и проспала?!

Мой рывок к коммуникатору на столе не состоялся.

Я замерла оттого, что на пороге вырос маршал во весь свой внушительный рост.

Снова в одних брюках. Босиком и с голым торсом.

Я сглотнула от того, как его загоревшийся взгляд ощупал всю меня, завёрнутую в халат.

– Голой тебе идёт больше, – на губах маршала непривычно мягкая усмешка.

Да взгляд у него странный. Добродушно-ласкающий.

Я покраснела и запахнула халат сильнее.

– Начинается, – проворчал он и подошёл ближе. – И не надо дёргаться к комму. У нас двоих сегодня выходной.

Как лихо он распоряжается выходными… У меня же совсем недавно был. Как раз по его приказу.

Впрочем, протесты, любые слова застревают у меня в горле, потому что маршал подошёл совсем близко.

Я уставилась на растущий бугор на его брюках, покраснела сильнее, не зная, куда девать глаза.

Попыталась отвести взгляд, но он так и примагничивался к его мощному голому торсу, идеальным кубикам пресса, рельефным рукам.

Маршал встал ко мне вплотную. Пользуясь тем, как я остолбенела, положил пальцы на мой подбородок, надавил вверх, вынуждая запрокинуть голову и посмотреть в его глаза.

– Я не позволю тебе жалеть, Лита, – мрачно сказал он.

Наклонился ко мне и поцеловал. Обхватил ладонями моё лицо, мягко, но бескомпромиссно сжимая, не давая отстраниться.

Его губы овладели моими с ласковым напором. Уверенно и бережно. Непреклонно.

Только и могла, что ахнуть оттого, как он раздвинул ногами мои ноги шире и мягко уложил меня на кровать. Развязал пояс халата, распахнул полы, взял меня за запястья и развёл мои руки широко.

– Невероятная красавица, – сглотнув, оглядывая меня, раскрытую, хрипло произнёс он.

– Маршал Блейд, пожалуйста… – едва слышно прошептала я, смущённая в край.

– Дард, – наклонившись ко мне, приближая губы к моим губам, сказал он. – Моё имя Дард.

– Я…

Снова поцеловал, не давая опомниться, не разрешая сказать.

Только вот целовал иначе. Бережнее.

Одним небрежным движениям схватил меня за полы халата, приподнял и протянул вверх, укладывая на кровать полностью. Лёг рядом, накрывая пальцами мои половые губы, легко лаская меня.

Снова закрыл мой рот поцелуем.

Как это у него получается?..

Все стыдливые мысли улетают прочь. Все мои возражения, всё моё заполошное сопротивление тает, рассеивается без следа…

Хватаюсь за его широкие плечи. С протяжным стоном выгибаюсь от движений его умелых пальцев, от его опытных губ на моих губах.

– Вот так намного лучше, Лита, – довольно шепчет маршал и придавливает меня собой.

Стремительно освобождает член, растёгивая и стягивая брюки ниже, устраивается между моих бёдер и прижимается обжигающей головкой к моим пульсирующим желанием половым губам.

Не могу сопротивляться этому безумию. Зарываюсь пальцами в его волосы, раскрываю бёдра шире и сама тянусь к его губам.

– Намного лучше, – выдыхает маршал, неотрывно разглядывая меня.

Он берёт меня одним резким и сильным толчком, погружаясь глубоко, на всю длину.

Мой громкий стон тонет, исчезает под его губами.

– Сладкая мягкая Лита, – шепчет он прямо в мои губы. – Молчаливая только слишком.

– Ты мне… ах… и слова… не… не даёшь! Сказать! – всё же выстанываю я в такт его погружениям.

– Конечно, не даю, – усмехается он, усиливая толчки. – Пререкаться же со мной будешь. Объяснять, почему нам нельзя.

Я упираюсь ладонями в его плечи и возмущённо смотрю на него.

Похоже, это выглядит забавно, учитывая в какой стадии возбуждения я нахожусь, потому что он широко и крайне обаятельно улыбается.

В его глазах явное предвкушение.

– Конечно, нам нельзя, – сообщаю ему я.

Он смеётся красивым низким смехом, и я закусываю губу оттого, как этот смех и его шальная улыбка отзывается во мне.

Даже не думает от этого останавливаться. Отстраняется, забрасывает мои ноги на свои плечи и, опираясь на вытянутые руки погружается в меня под новым, совершенно восхитительным углом.

Вцепляюсь в его рельефные предплечья, запрокидываю голову, облизываю губы, глядя ему прямо в глаза.

– Что, маршал… ах… Блейд? – задыхаясь и постанывая, спрашиваю я. – Тебе нечего… ах… мм… возразить? Нельзя же… ммм…

Он лишь усиливает и снова меняет проникновения, пристально глядя на меня.

И тут меня срывает в яркий, очень громкий оргазм. Выгибаюсь всем телом и кричу, не в силах сдержаться, так сильно меня захлёстывает удовольствие.

И ещё мне нравится, как при этом он на меня смотрит. Неотрывно, жадно смотрит!

Наклоняется ко мне, лишь слегка замедляясь, погружаясь в моё пульсирующее лоно.

– Даже если и нельзя, – с довольной усмешкой рассматривая меня, говорит он, – если очень хочется, то можно. Тебе меня, очевидно, очень хочется. А уж как мне хочется тебя…

Я просто в космосе, не хочу больше пререкаться. Маршал ловит мою смену настроения. Осторожно снимает мои ноги со своих широких плеч, накрывает меня собой полностью.

Он – глубоко внутри меня. Горячие губы так близко к моим. Его жёсткий взгляд глаза в глаза.

– Я не позволю тебе жалеть, Лита, – тихо и властно говорит он.

Снова целует меня – страстно, требовательно, умело. Снова двигается внутри меня – медленнее, чувственнее, с осознанием полного права брать меня, вторгаться в меня. Присваивать меня.

Это настолько хорошо, настолько восхитительно, что я… сдаюсь. Обнимаю его, отвечаю на его поцелуй и… разрешаю себе забыться в его страсти. Снова стонать под ним, целовать, ласкать, гладить в ответ.

Сейчас – не хочу жалеть. Слишком хорошо под ним. Разрешаю себе – сейчас – быть. С ним.

Глава 26. Завтрак

Глава 26. Завтрак

– Ты специально ходишь полуголым? – всё же не выдерживаю я и задаю вопрос.

Маршал ставит передо мной тарелку с пышным омлетом и тонюсенькими ломтиками блестящих овощей.

Смотрится так же аппетитно, как и пахнет.

Беру вилку, но начинать есть не тороплюсь… После моих синтетических наборов быстрого питания, даже прикасаться к настоящей, натуральной еде кажется преступлением.

Маршал иронично приподнимает бровь, усаживается со своей порцией напротив меня.

– Что тебя смущает в моей полуголости? – спрашивает в свою очередь он, ловко нанизывая на вилку сразу несколько ломтиков овощей и кусочек омлета.

– Ты отвечаешь вопросом на вопрос, – хмурюсь я.

– А ты не начинаешь есть, – усмехается он. – Не любишь омлет?

Пожимаю плечом. Перебарываю себя и кладу в рот небольшой кусок омлета.

Не могу сдержаться – щурусь от удовольствия… непривычно насыщенный, богатый вкус.

Ловлю внимательный взгляд маршала – с довольным видом наблюдает за мной.

– Я целыми днями работаю в маршальском мундире, Лита, – спокойно отвечает он, продолжая есть. – Даже от повседневной формы устаю. Поэтому при любой возможности стараюсь насладиться свободой.

Он оглядывает меня, в белом домашнем халате.

– А ты? – спрашивает он. – Разве тебе не нравится ходить голой?

Чувствуя, как краска заливает моё лицо, пожимаю плечом.

Сосредотачиваюсь на еде. Маршал не мешает, на ответе не настаивает. Едим в молчании.

Я вдруг понимаю, что моя тарелка пуста. Было очень вкусно. Жаль, что из-за смущения и фокуса на маршале не получилось по-полной насладиться.

– Ответь на вопрос, Лита, – замечая мою пустую тарелку, усмехается маршал. – Ты ходишь по дому без одежды?

– Мне нравится моя домашняя одежда.

– А мне нравится ходить без домашней одежды, – сообщает мне он.

– Совсем? – краснею я.

– Совсем, – неотрывно глядя на меня, кивает он.

– Ты это говоришь, чтобы меня смутить, – хмурюсь я.

– Я тебе говорю, как есть, – усмехается он. – Я хожу по дому голым. Штаны – исключительно, чтобы тебя не смущать.

– А я думала, что ты наоборот, делаешь всё, чтобы меня засмущать окончательно.

– Да тебя и смущать-то особо не надо. Чуть что, сразу краснеешь.

– Признавайся, ты думал, что я всё же окажусь девственницей, – вскидываю взгляд на него.

– Не думал, – он переводит на взгляд на мои губы. – Я вообще, когда вижу тебя, не думаю. Верхняя голова переходит в режим ожидания, под влиянием нижней.

Кладу вилку на стол и скрещиваю руки на груди.

– То есть, ты меня трахнул, чтобы иметь хоть какую-то возможность думать верхней головой? – иронично спрашиваю я. – Снизить, так сказать, влияние нижней?

Маршал тоже кладёт вилку и скрещивает руки на груди.

– Лита, давай проясним одну крайне важную вещь. Я тебя трахнул, потому что я этого хотел. И ты этого хотела. Если бы ты не хотела, пальцем бы не тронул. Но у тебя мозги забиты лядской херотой на тему секса. Того, что можно и нельзя. Поэтому я эту хероту буду из тебя вытрахивать. Пока ты не разрешишь себе наслаждаться сексом. И перестанешь иметь мне и себе мозг.

Тру переносицу.

– Я не собираюсь иметь тебе мозг, – смотрю на него в упор.

Он отвечает таким же взглядом.

– Ты именно это и делаешь. Только вот мне вынести мозг проблематично, ввиду того, что я его сам кому хочешь вынесу, если возникнет такая необходимость.

Отодвигает тарелку в сторону и наклоняется ко мне мне.

– Лита, твоё желание было очевидно с самого начала. Ты просто раздеваешь меня взглядом. Я активный, половозрелый мужчина с желаниями. Учитывая, что ты сама – дикий, лютый секс во плоти, особенно в своей броне из закрытых деловых костюмов, ты вызывает очень много желаний. Я даже не начал их толком воплощать.

Снова краснею, встаю и начинаю убирать тарелки со стола. Как так получается, что мы только начинаем говорить, то всё сводится к сексу?

Да и вообще. Как так получилось, что секс с маршалом настолько…

Включаю автомойку, наливаю себе воды и отхожу к окну.

Как так получилось, что с бывшим мужем я вообще ни разу не получала удовольствие? А с маршалом просто фонтанировала – оргазм за оргазмом.

Я ведь считала себя совершенно фригидной. Почему рядом с маршалом я…

– Ты дико сексуальная женщина, Лита, – хриплый голос маршала совсем рядом, позади меня, заставляет меня вздрогнуть.

Его большая рука тут же хватает мой стакан, не позволяя ему выпасть из моих ослабевших от неожиданности пальцев.

Другой рукой он гладит меня по животу, прижимает меня спиной к себе – давая почувствовать своё внушительное и напряжённое желание.

Мы же всю ночь, и только что – утром, и… он опять?!

– То, как ты ходишь, сидишь, стоишь, Лита, – жаркий выдох в моих волосах. – Как смущаешься. Как говоришь.

Забирает стакан из моей руки и ставит на стол, прижимает меня к себе сильнее, сминая мою грудь.

– Лиитааа… – собирает полы халата в складки, задирая его. – Ты даже разговариваешь со мной так, что мне хочется посмотреть, как мой член закроет твой рот.

Дёргаюсь в его руках, от его грубых слов щёки пылают.

– Обязательно грубить? – тихо спрашиваю я, чувствуя, как сладко сжимается в промежности и внизу живота.

– Это же возбуждает тебя, – хмыкает он, накрывая пальцами повлажневшие половые губы. – В тебе желаний не меньше, чем во мне, моя красавица. Только ты пока не хочешь этого признавать.

На этом наш разговор и завершается. Потому что возмущаться и продолжать дискуссию маршал не даёт.

Задирает полы халата, и берёт меня прямо так, у окна. А потом и на столе.

Потом в душе. Потом снова в постели.

Каждый раз, когда я думала, что мне хватит, он снова мне показывал, что я, оказывается, настолько же ненасытна, как и он.

Хорошо с ним. Очень хорошо. Безумие просто.

Весь день он не давал мне говорить про работу, да и вообще мешал мне думать.

Или провоцировал на пустяковый спор. Или закрывал рот властным поцелуем и снова брал меня, прямо там, где поцелуй происходил.

Поздним вечером, засыпая вместе с ним в постели, в его объятиях, я поняла, что окончательно смирилась с происходящим. Расслабилась и отпустила себя. Будь что будет.

Слишком хорошо с ним. Очень красивой и желанной себя с ним чувствую.

Наверное, я даже благодарна ему за это.

Не буду думать. Пока уже как есть…

Главное, не привязаться к нему. Ведь мне потом придётся иметь дело с тем, что наигравшись со мной, он отправиться покорять другие вершины.

В конце-концов, Нитра говорила, что маршал выбирает самых красивых женщин, но никто дольше двух дней у него не держится.

Интересно, сегодняшний день считать первым из этих двух дней или вторым?