Текст книги "Несносная куратор для маршала-легенды (СИ)"
Автор книги: Татьяна Гончарова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)
Глава 17. Сосед
Глава 17. Сосед
Странно, но в этот раз я преодолеваю ступор с космической скоростью.
Два движения – обувь на ногах.
Вытянутая рука – жакет в кулаке, сорван с плечиков.
Рывок – раскрытая дверь.
– Куда? – рычит маршал.
Не успеваю.
Над моим локтем смыкаются сильные длинные пальцы.
Плавно и неумолимо вынимают меня из раскрытой двери.
Коридор. Смыкание двери. Жужжание магнитного замка.
Я вдавлена спиной в стену. Две могучие руки капканам по сторонам от меня – маршал опирается на стену, наклоняясь, нависая надо мной.
– Куда на ночь глядя? – злобно спрашивает он.
– В любое место, – цежу я, – подальше от тебя. Из твоей квартиры!
Он приподнимает бровь.
– Это служебное жильё, – усмехается он.
– Записанное на тебя, так?
Его усмешка становится шире.
Сам он неуловимо меняет положение тела – вальяжный хищник, поймавший добычу. Но решил атаковать не сразу. Поиграть.
– Да, на меня, – довольно заявляет маршал, рассматривая моё лицо и останавливая взгляд на губах.
Мне же совершенно не до смеха. Вляпалась, Лита, точно вляпалась…
Мои подозрения сейчас полностью подтверждаются. Он поселил меня в своём жилье…
Нужно срочно бежать, в любое место, как угодно.
Только вот маршал слишком близко. Опирается на стену, в которую я вжимаюсь спиной. Его сильные руки по бокам от меня, рельефный торс, с капельками воды.
Он ещё и наклонился, так, что его лицо напротив моего.
Зря я начала рассматривать его. Зря, совершенно зря.
Моё тело, похоже, имеет своё мнение относительно маршала Блейда.
От близости высокого мощного мужчины, меня просто кроет. Хищный притягательный аромат его парфюма, кажется, пропитал меня всю. Его сильный горящий взгляд подчиняет, заставляет замереть, едва ли не дыша.
Совершенно нелогично мне хочется прикоснуться к его влажным волосам. Провести ладонью по влажной коже. Снова почувствовать его жёсткость, его губы. Ведь, несмотря ни на что, мне было очень хорошо в его руках.
Резко приседаю, подныриваю под его рукой, отбегаю в сторону комнаты.
Больше пока бежать некуда, входная дверь за его спиной.
Маршал просто поворачивает ко мне голову, с медленной усмешкой на губах. А меня просто жаром по телу, кипятком по венам ошпаривает. Грудь становится тяжёлой, внизу живота всё тугим узлом стягивается.
Медленным плавным движением он выпрямляется, расправляя плечи и поправляет полотенце на бёдрах.
Хоть бы он его не снял! С него станется… вдруг понимаю я.
Просто чтобы выиграть время, задаю вопрос.
– Если это твоя квартира, где ты жил до этого?
Маршал двигает мощным плечом.
– У меня здесь две. Первая, в соседнем здании, выделена во время войны, когда проходил здесь ускоренную переподготовку. В ней и живу, когда в столице. Привычно.
Он окидывает меня долгим взглядом, от которого я невольно делаю шаг назад.
– Эту квартиру записали на меня после того, как построили это здание. В благодарность, за то, что выбил для академии повышенное финансирование на капитальный ремонт, строительство и переоснащение.
Точно, это здание построили недавно.
Помню, как шла на работу, удивляясь новым технологиям строительства.
Буквально за месяц, без пыли и шума, выросло красивое мощное здание, идеально вписываясь в общий комплекс зданий. Внутренняя отделка помещений шла дольше.
Оно так гармонично вписалось среди других корпусов академии, что кажется, было здесь всегда.
– Когда я оформляла документы, – тихо произношу я, – квартиру на меня записали.
– Хочешь сказать, что я вломился на твою территорию? – опасно щурится маршал.
Он медленно движется ко мне, вынуждая меня пятиться из коридора в комнату.
– Есть несколько уровней доступа к системе жилого фонда флота, – будто читая мне лекцию, продолжает наступать на меня он. – Мой самый нижний. Глубоко засекречен. Я воспользовался своим правом. Нечто вроде субаренды. Не суть.
Ещё несколько шагов ко мне. Я отступаю в гостиную, затравленно озираясь в поисках путей к бегству.
– Не сомневайся, это моё жильё, – сообщает мне он. – Ты на моей территории.
Он останавливается на пороге комнаты, обводит взглядом гостиную. Окидывает меня взглядом с ног до головы. Мрачнеет.
– Не трясись так, – мрачно говорит он. – Я не собираюсь набрасываться на тебя, принуждать к сексу и всё такое. В столице катастрофически не хватает жилья. Мне пришлось отдать вторую квартиру. Некуда было поселить подчиненных. Сейчас там живут пятеро. Я переехал сюда.
У меня нет слов. Скрещиваю руки на груди, молча пялясь на него.
– Сделай нам чай, – распоряжается он. – Я оденусь и приду на кухню. Поговорим.
Маршал задерживает взгляд на моей груди, быстрым шагом проходит мимо меня в спальню и захлопывает за собой дверь.
Хорошо, что рядом стоит диван. Я без сил опускаюсь на него, чувствуя, что ноги совсем меня не держат.
Это что же получается? Мне придётся жить с маршалом Блейдом?..
Тру лицо, стараясь взять себя в руки. Ну что я так распсиховалась? А что, не из-за чего психовать?
Чай. Хорошая мысль. Как раз займу руки и хоть немного приду в себя.
Маршал приходит на кухню, когда чай уже заварен.
Я наливаю ароматную жидкость в две чашки и протягиваю ему.
Он подходит, берёт у меня чашку обеими руками, задевая мои пальцы, и садится за стол на мягкий диванчик.
От его мимолётного прикосновения у меня снова ярким пламенем горят щёки. Под его насмешливым взглядом, хватаю свою чашку обеими руками и сажусь на стул, подальше от него.
Между нами стол, но это не помогает.
В домашней тёмной одежде, с влажными волосами и чуть прищуренным взглядом, этот высокий мощный мужчина кажется ещё привлекательнее и опаснее.
– Ты ведь была замужем, – отпивая чай, вздёргивает брови маршал. – У тебя не было секса? Ведёшь себя как девственница.
От его бесцеремонности снова краснею и опускаю голову. Не рассказывать же ему о моём жалком опыте.
– Не собираюсь обсуждать с тобой мою личную жизнь, – тихо, но твёрдо говорю я.
– Отсутствие своей личной жизни тоже обсуждать не собираешься? – усмехается он.
– Ничего не собираюсь! – вскидывая голову, смотрю ему прямо в глаза.
В его взгляде что-то меняется. Сначала он теплеет, заскользив по моему лицу, опускаясь на губы, грудь, и снова на губы.
Но потом вдруг маршал мрачнеет и цепко смотрит мне прямо в глаза.
– Он издевался над тобой? Твой муж? – с опасной интонацией в сильном низком голосе произносит он. – Поэтому шарахаешься от всех мужчин?
В новом вопросе маршала явная угроза. Я совершенно не знаю, как реагировать на это всё.
– Я не буду отвечать на вопросы о моей личной жизни и моём прошлом, – чувствуя спасительную злость, твёрдо говорю я. – Маршал Блейд, я не буду жить с вами.
– Мы вроде перешли уже на ты, – усмехается он. – Определяйся уже. Я со всеми на ты. Так проще. Эффективнее. Уважаю в людях прямоту. Так что хватит церемониться. Говори мне в глаза прямо, какой я неандерталец и хамло.
Прямо значит? Отлично. То, что нужно. Меня это тоже всё бесит до невозможности.
– Я не буду с тобой спать, – сразу говорю я. – Твои заявления о том, что ты меня трахнешь, меня пугают. То, что ты распоряжаешься моей жизнью, раздражает до звёздочек в глазах.
– Ты красивая, до одури сексуальная женщина, – не опуская взгляда, говорит маршал. – Ты ходячий секс, да ещё и запрещаешь себе заниматься сексом. Это очевидно, что ты хочешь меня. Просто сопротивляешься одной мысли. Впрочем, я даже рад, что ты ни с кем. Научили бы тебя плохому. Ты заслуживаешь самого лучшего.
– Это ты, что ли самый лучший? – краснея, вздёргиваю брови я.
– Я лучший, факт, – с тотальной убеждённостью заявляет он.
Я тру лоб и делаю несколько больших глотков чая.
– Я не буду спать с тобой, – твёрдо говорю я.
– Да не спи, кто ж тебя заставляет-то, – усмехается он. – Я прямо говорю, что хочу тебя. Целоваться со мной тебе явно понравилось. Просто в мозгах с самой собой договориться не можешь. Я не буду ломать тебе мозги. Принуждать тебя, повторюсь, тоже.
– Я не хочу, чтобы ты меня трогал.
– На самом деле хочешь, но не суть.
Он проводит рукой по волосам, заставляя меня сглотнуть от вида прорисовавшихся под одеждой при этом движении мускулов. Насмешливо смотрит на меня.
– Куратор Вайс, успокойся уже. Не собираюсь я тебя к сексу принуждать.
Маршал медлит. Рассматривает меня. Я будто физически ощущаю движение его быстрых мыслей.
– Я не собирался сюда переезжать, куратор Вайс, – уже спокойным тоном говорит он. – Ты не найдёшь другое жильё. Перевестись в другую академию я тебе тоже не позволю. Разрешил бы, будь ситуация во флоте и на границах другая. Но ситуация критическая. Времени слишком мало.
Маршал добавил стали в голос.
– Мои парни под твоим кураторством явно прибавили. Из-за активности Иных я многое в учёбе пропустил, придётся срочно навёрстывать. Я выделил на своё обучение две недели. Моё управление флотом никто не отменял. Учитывая, что у меня повышенные требования к безопасности, эта квартира максимально подходит под место для моей работы и учёбы.
– Неужели я не могу никуда переехать? – обречённо спрашиваю я.
– Не можешь, – припечатывает он. – Я ожидал такую твою реакцию. Искал хоть что-то сопоставимое по близости к академии и моим требованиям к безопасности. Ничего нет. Ты сейчас один из ключевых людей проекта. Поэтому придётся смириться со мной, как с соседом по жилью.
Он вдруг усмехается.
– Представляешь, как выросла твоя значимость, куратор Вайс? Сам маршал Блейд, лично, обеспечивает твою безопасность.
Как лихо он переплетает служебное и личное. Виртуозно просто.
– Хорошо, – соглашаюсь с неизбежностью я. – У меня только одна просьба. Взаимодействовать исключительно в рамках служебных отношений.
– Никаких служебных романов? – усмехаясь, приподнимает он прямую бровь.
Его глаза при этом вспыхивают ласковым насмешливым светом. Я замираю от того, каким он красивым и мужественным, могучим и опасным хищником при этом выглядит.
Я бы заподозрила, что он это всё подстроил, чтобы заманить меня в ловушку. Но я и в самом деле видела, какая катастрофическая ситуация сейчас в столице с жильём.
– Никаких служебных романов, – киваю я.
– Не хочешь служебного романа со мной… ну-ну, – тянет с усмешкой маршал Блейд. – Ладно, – хлопает ладонью по столу. – Спальня твоя. Мой кабинет. Остальные помещения по мере требования и возможностей. Спасибо за чай и разговор. Я спать.
С этими словами он встаёт и уходит с кухни.
Я на автомате убираю наши чашки, ставлю в автоматическую мойку. Спустя минут десять нахожу в себе силы пройти в комнату.
Дверь в кабинет открыта. Ругая себя за любопытство, всё же заглядываю внутрь.
Маршал глубоко спит, не раздеваясь, на диване. Вытянулся во весь свой внушительный рост. Рядом раскрытая спортивная сумка с вещами.
Я осторожно прикрываю дверь и стою, соображая, как мне быть дальше. Он спит. Я же вряд ли сегодня усну.
Глава 18. Следующий день
Глава 18. Следующий день
Я постояла ещё у двери, прислушиваясь к его ровному дыханию.
Чувствовала себя ошеломлённой и напуганной.
Снова жить в одном помещении с мужчиной. Хотя, почему снова?
То ничтожество, которое было моим мужем, и мужчиной-то нельзя было назвать.
Хотя поначалу-то Герг умело скрывал своё настоящее лицо. Действительно хорошим специалистом был. Родители так к нему хорошо относились. Естественно, они хотели, чтобы я вышла за него замуж.
А я что? Герг был милым со мной, ухаживал. Я согласилась на брак.
Только через месяц совместной жизни начала что-то подозревать. Жаль, что далеко не сразу выяснила про его наркотическую зависимость.
Посмотрев на дверь кабинета, где спал маршал, я встряхнулась и пошла на кухню. Налила себе воды. Не хотела вспоминать, но ничего не могла с собой поделать.
Маршал сказал, что я веду себя как девственница. А как мне ещё себя вести? У меня и было-то с бывшим мужем всего два раза. После чего он обозвал меня бревном, потому что даже на такую красивую у него никак не встаёт.
Я покраснела снова, стыд-то какой. Жаль, что я так поздно выяснила, что он плотно сидел на дури, разрушающей весь организм.
Это потом уже я смогла себе объяснить: причина моей катастрофы в личной и постельной жизни не во мне. А в том, что бывший муж сам разрушил себе сначала половую сферу, а потом окончательно добил мозги.
Конечно, я буду шарахаться от мужчин.
Маршал сказал… я сексуальная женщина?
Я потёрла щёки, прокручивая наш разговор.
Дарден Блейд, конечно, прёт как крейсер, невзирая на мои слова и обстоятельства.
Тем не менее, сейчас ведь остановился. Посмотрел на меня и сказал “не трясись так”…
При воспоминании о маршале, с голым рельефным торсом, так близко, внизу живота снова потеплело, а по телу пробежала волна плавной истомы. Я потянулась всем телом.
Всё-таки я реагирую на него. Влечёт к нему дико.
Несмотря на всё его хамство, прямоту и тотальную бесцеремонность.
Нужно придумать, как свести к минимуму наши контакты.
Мне не нужен служебный роман.
Тем более мне не нужен служебный роман с маршалом Дарденом Блейдом.
Я допила воду, убрала на кухне и отправилась в ванну.
Ступать в душ, чувствуя его запах… оущалось особенно остро.
Поймала себя на том, что даже намыливаю себя теперь иначе. Медленнее. Чувствуя, что делаю, как мочалка скользит по коже. Не так, как обычно, автоматически, вся в мыслях о делах.
Перед глазами стоял маршал. Мощный, голый, мокрый.
А ещё я очень хорошо помнила поцелуй в преподавательской.
Свои ощущения в его руках. Его властные жёсткие губы. Его руки, сильные, чуткие.
Я замерла, осознавая. Ведь это уже второй поцелуй с маршалом. И сейчас, здесь, в квартире, если бы я не бегала от него, точно бы случился и третий.
Ведь я часто вспоминала тот, самый первый поцелуй, пять лет назад, когда я принесла ему анализ, как спасти мою родную планету.
Интересно, что же тогда случилось?
Маршал ведь сказал, что принял мой доклад и толковое присутствует. И после этого уже заявил, что я ему понравилась и он хочет отношений со мной.
Я прикоснулась к своим губам. Что бы было, если бы я тогда не сказала, что я замужем?
Продолжал бы напирать, как напирает сейчас?
Я зябко передёрнула плечами.
Тогда, в зале совещаний, я решила: он сказал про мой доклад “толковое присутствует” только из-за того, что я ему понравилась.
Злилась на него все эти пять лет. Была уверена, что он забыл потом про доклад неизвестной девчонки. И поэтому в финальном сражении действовал так, как планировал с самого начала. И планеты погибли.
Сейчас, немного изучив Дардена Блейда, я засомневалась в тех своих выводах.
Зная Блейда, если бы не заинтересовался моим докладом, так бы прямо и сказал: “доклад – херня, но ты, детка, огонь, задирай юбку”.
Странно, что там, в зале совещаний, он не сказал мне задирать юбку, а на свидание позвал.
Уже тогда решил относиться ко мне, как к особенной?
А с чего я взяла, что он относится ко мне по-особенному?
Маршал, конечно, действительно редкостное хамло, но я не могу отрицать факты.
Такой огромный роскошный букет с редчайшими цветами. Квартира, в которую не собирался переезжать. Обеспечение моей безопасности в том виде, в каком он это видит.
Мне понравилось размышлять в таком ключе, намыливая себя мягкой губкой.
Не так, что эй, крошка, ты просто огонь, иди ко мне потрахаться. Такое я не раз встречала во время эвакуации.
Да, маршал прямой и бесцеремонный. Но меня почему-то это даже подкупает.
Или просто я одинока, и мне лестно любое внимание?
Прислушавшись к себе, я призналась: нет, не любое.
В послевоенное время женщинам нелегко. Война наложила отпечаток на отношения между мужчинами и женщинами.
“Любого” внимания за пять лет у меня было предостаточно. И красивых ухаживаний. И грубых требований отполировать мужское орудие в ближайшей гостинице.
Маршал склонялся ко второму варианту, уж очень прямолинеен.
Но как же он хорош… Тут вообще не знаю, кто останется равнодушным, просто убивает своей притягательной мужественностью.
Даже не столько выдающиеся внешние данные влияют.
От его прямого взгляда, от его, пусть грубых, но прямых и откровенных слов, я и в самом деле чувствовала себя особенной.
То, как он смотрел и говорил… Да и букет.
Я вдруг поняла, что слишком долго глажу губкой у себя между ног, думая о маршале. И от этого возбуждаюсь.
Вспыхнула румянцем, начала торопливо смывать пену.
Маршал совершенно сдвинул мне мозги. Я же жила спокойно. Работала. Ничто такое меня не волновало. Ни один мужчина не возбуждал во мне желаний.
А ещё ни одного мужчину никогда не интересовало, насколько поздно я возвращаюсь домой.
И уж совершенно точно ни к одному мужчине за всю жизнь я не хотела прилечь к спящему под бок. Чтобы обнял. Чтобы положить щёку на широкую грудь и заснуть в сильных объятиях.
Я торопливо высушила волосы, выполнила быстрый уход за кожей из косметического набора, надела халат и вышла из ванной.
Усталость чувствовалась. Может, всё-таки получится заснуть?
Торопливо пробежав на цыпочках мимо кабинета, я проскользнула в спальню. Надела ночную сорочку, забралась под одеяло.
На удивление, довольно быстро уснула.
Проснулась от звука будильника. Отключила его привычно. Вспомнив о том, что в квартире маршал, я решила всё-таки держать себя в руках.
Оделась сразу, как на работу, выбрав строгий и закрытый брючный костюм. Убрала волосы и пошла на кухню.
Дверь в кабинет была приоткрыта. Проходя мимо, заметила маршала – он работал за терминалом. Сосредоточенный и злой.
Поспешила на кухню. Судя по тарелкам в авто-мойке, мой внезапный сосед уже позавтракал. Пожав плечами, я тоже позавтракала, и выскользнула из квартиры.
Хорошо, что не пересеклись. Может, так оно и будет теперь? Было бы хорошо.
Просто соседи. Временно. Всё.
Вот мой кабинет. Мой стол. Мой терминал.
Я заставила себя сосредоточиться на работе.
Сегодня практикум у моей безумно-важной группы с очень толковой преподавательницей, Руми Линдер.
Руми прекрасно объясняет, и сама по себе умница. Я общалась с ней пару раз и теперь думала, что было бы хорошо с ней подружиться.
Я всё проверила, к практикуму всё было готово. Занялась текущими делами.
Только вот через два часа мне на коммуникатор поступил звонок.
– Куратор Вайс, – голос Руми звенел от напряжения. – Подойдите, пожалуйста, в тридцать шестую аудиторию. Здесь практикум идёт. Мне нужна ваша помощь.
Глава 19. Точка кипения
Глава 19. Точка кипения
К лифту я даже не шла. Бежала.
Сердце оглушительно колотилось.
Две женщины – Руми и я – против толпы разъярённых мужчин… Ну такое.
Когда Руми мне звонила, я слышала на заднем плане злые мужские голоса. Они спорили друг с другом. Значит, кто-то за Руми заступился.
На всякий случай я вызвала охрану. Явно назревала драка.
Вообще-то странно, что они сцепились. Маршала что, снова нет на занятии?
Скорее всего. В его присутствии была железная дисциплина. За время отсутствия маршала расслабились.
Я влетела в лифт. Стальная дверь с шелестом опустилась. Ощущение невесомости, и дверь тут же поднялась. Я поспешила к тридцать шестой аудитории.
Даже отсюда я слышала шум и крики. Мужчины спорили. Охраны пока не было.
Я вспомнила маленькую хрупкую Руми – совсем ещё молоденькую, но очень талантливую.
Понятно, что физически они её пальцем не тронут, но морально размажут так, что она может вообще уйти из профессии.
Я распахнула дверь аудитории и решительно вошла внутрь.
Моя группа, практически полным составом, была в аудитории. Разделилась на три лагеря.
Самые спокойные остались сидеть на местах, наблюдая за происходящим.
Вторая стояла, скрестив руки на груди, рассредоточившись между столами со сверкающей поверхностью терминалов. Они тоже пока не вмешивались в спор, готовясь то ли вступить в разборки, то ли разнимать.
А вот зачинщики стояли рядом с экраном, у которого испуганно вжалась в стену Руми. Трое заслоняли её своими широкими спинами и отчаянно спорили с десятком других военных.
– Уважаемые курсанты, я требую тишины! – сказала я как можно твёрже.
Разъярённые рослые военные синхронно повернулись ко мне.
Очень захотелось попятиться. Едва осталась стоять на месте.
Повисла тишина. На мне скрестились взгляды.
Взяв себя в руки, я подошла к Руми и обняла её за плечи.
У меня аж сердце зашлось от того, как она испуганно ко мне прижалась.
– Кто-то один, – я выбрала самого высокого и крепкого из защитников Руми, – капитан Фардел, объясните мне, пожалуйста, что происходит.
Я перевела взгляд на мужчин, которые обвиняли Руми в чём-то.
Всё понятно. Мои самые сложные. Звёзды, мать их так.
В лидерах неизменная тройка. Капитаны Пикар, Берсет и Гальярд.
Герои войны, их портреты часто мелькают в прессе и на зданиях столицы.
Конечно, они не могут составить конкуренцию портретам маршала Блейда, ни по одной улице нельзя пройти, не увидев его красивое мужественное лицо.
Кстати о маршале, я оказалась права, его нет в аудитории. Когда я уходила из квартиры, он работал за терминалом в кабинете.
Значит, так и не пришёл. Снова пропускает.
Перевожу требовательный взгляд на Фардела.
Тот почему-то молчит. И тоже неодобрительно смотрит на Руми.
– Куратор Вайс, я хочу уйти, – тихо говорит Руми, – капитаны объяснили мне, что я заблуждаюсь в том, чему учу.
– А я думала, вы своей широкой спиной женщину защищаете, – обвиняюще глянула я на Фардела.
Капитан Фардел скрестил руки на груди.
– Да, я защищал женщину, потому что кое-кто решил распустить руки, – он прочертил взглядом линию по моей груди. – Вас тоже позащищаю. – Резкий и жёсткий взгляд в мои глаза. – Это не отменяет того факта, что она втирает нам полную дичь!
– Мы здесь чему учимся, куратор Вайс? – шагнул вперёд капитан Пикар. – Проигрывать Иным? Я их побеждал! И буду побеждать! И точно не потому, что послушал бредни от соплячки!
Я резко втянула воздух.
– Я прошу вас сесть на свои места, – тихо, но твёрдо сказала я. – Мы разберёмся…
– Какого ляда я должен возвращаться на своё место! – взорвался Гальярд.
Он сделал шаг вперёд и навис надо мной. Я почему-то задвинула Руми за спину, и вскинула голову, глядя в его разъярённое лицо.
Умирала от страха внутри – капитан просто машина убийства, здоровенный, на голову выше меня, в такой близости. Но приказала себе стоять твёрдо.
– Тут большой вопрос, – процедил Гальярд, стискивая кулаки и вставая ко мне вплотную, – кто тут на своём месте!
Мужчины позади него тоже придвинулись ближе. Послышались выкрики разной степени оскорбительности в адрес куриных мозгов и потери времени.
– Десять шагов от куратора Вайс и лектора Линдел, – ледяной голос маршала Блейда рассёк воздух в аудитории.
Ого, маршал Дарден Блейд всё-таки соизволил явиться на практикум. Я даже выдохнула от облегчения, что он приказал всем от нас отойти.
Внимание военных тут же переключилось на вход.
Большинство начало отступать, но Гальярд угрожающе прорычал:
– Слушай, Дард, твоя девка…
При этом он схватил меня за руку и дёрнул так, что моё лицо исказилось от боли.
Дальше у меня просто отвисла челюсть.
Маршал рванул вперёд с нереальной скоростью… мне показалось, его силуэт просто смазался.
Вот Блейд ещё стоит там, у двери – внезапно уже рядом – хватает запястье Гальярда, выгибает его под странным углом – жёсткие пальцы на моём предплечье расслабляются, отпуская меня.
Удар – Гальярд попросту отлетает в проход между столами и лежит неподвижно.
– Дард, ты совсем охренел? – капитан Пикар шагает вперёд.
При этом он бьёт маршала коротко, сильно, без замаха – тот ловко уклоняется и точным ударом отправляет его отдыхать в тот же проход к Гальярду.
Я только и успеваю, что схватить Руми и спрятаться с ней за демонстрационный стол.
Похоже, точка кипения была достигнута максимальная, потому что ещё несколько военных бросаются на маршала.
Драка заканчивается очень быстро.
Атакующие без сознания на полу.
Маршал Блейд даже не запыхался.
Стоит в расслабленной позе, с окровавленными костяшками пальцев, и обводит всех леденящим взглядом.
– Кто ещё остыть хочет? – с бесконечным спокойствием в голосе, спрашивает он.
Молчание. Гальярд, Пикар и остальные зашевелились. Сели, потирая подбородки и злобно, но уважительно поглядывая на маршала.
Другие, лежащие на полу, тоже приходят в себя.
– Всем вернуться на свои места, – ледяным тоном произносит маршал. – Это приказ.
Очень быстро все рассаживаются за терминалами, даже те, кто только что валялся без сознания.
Маршал тоже сел на свободное место.
– Я задержался, – сказал он, прожигая меня взглядом, глаза в глаза. – Мне нужно оценить преподаваемый материал. Куратор Вайс, останься. Лектор Линдел, – холодный взгляд на Руми, – начинай лекцию с самого начала. Я прослежу, чтобы ты довела её до конца.
Возможно, я и хотела бы вернуться к работе, но одного взгляда на маршала мне хватило, чтобы понять: мне придётся остаться вместе с ними.
– У нас должен быть практикум, – тихо сказала Руми.
– Значит, я переношу практикум, – нажал голосом маршал. – Лекция.
Отлично, они мне ещё и учебный план решили сорвать.
Я скрестила руки на груди, но сказать ничего не успела.
Руми меня окликнула:
– Куратор Вайс!
Я обернулась и посмотрела на Руми. Она умоляюще сложила руки и тихо добавила:
– Лита, пожалуйста! Я проведу лекцию. Мне даже проще будет.
Что мне ещё было делать? Я кивнула. Перевела взгляд на маршала.
Он откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди. Его губы беззвучно шевельнулись, и по их движению я разобрала моё сокращённое имя – Лита. . .
