Текст книги "Европейское право"

Автор книги: Татьяна Михалева

Соавторы: Елена Бабкина
сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 22 страниц)

Правоприменительная практика Суда ЕС подвергалась критике по следующим основаниям. Во-первых, скептически оцениваются сами попытки Суда расширить свое влияние на вопросы, которые относятся к сфере компетенции государств-членов по причине их значительного политического, культурного и идеологического различия. Во-вторых, в вину Суду ставится тот факт, что он использует институт фундаментальных прав человека только в интересах европейской экономической интеграции (например, в деле C-159/90 Grogan запрет в Ирландии на распространение информации о возможности сделать аборт в других странах рассматривался в контексте соотношения свободы информации и права на жизнь для неродившегося ребенка. Дав отрицательный ответ на вопрос о легитимности таких действий со стороны Ирландии, Суд аргументировал это отсутствием коммерческой связи между провайдерами медицинских услуг (абортов) в одном государстве и информационных провайдеров в других. В-третьих, критикуется желание Суда ЕС иметь ту же компетенцию, что и Европейский Суд по правам человека, который непосредственно наделялся такими полномочиями государствами – членами Совета Европы.

В настоящее время исследуемый принцип закреплен и в преамбуле, которая европейской правоприменительной практикой признана составной частью учредительных документов, имеющей обязательную силу, и в тексте Договора. Абз. 4 преамбулы Договора о ЕС закрепляет приверженность государств-участников принципам свободы, демократии, уважения прав человека и основных свобод и принципу правового государства. Она практически воспроизводит прежнюю ст. 6 Амстердамского договора, которая легитимизировала практику Суда ЕС после 1969 г. Ст. 6 Договора о ЕС в редакции Лиссабонского договора конкретизирует ценности, обозначенные в ст. 2, во-первых, наделяет Хартию Европейского союза об основных правах от 7 декабря 2000 г. той же юридической силой, что и договоры. Во-вторых, она декларирует присоединение Европейского союза к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. В-третьих, статья включает основные права, предусмотренные вышеназванной конвенцией, равно как и вытекающие из единых конституционных традиций государств-членов, в содержание общих принципов права ЕС.

Ст. 7 предусматривает особый механизм контроля за соблюдением государствами-участниками ценностей, предусмотренных ст. 2: возможность для Совета при соблюдении специальных требований констатировать существование явной угрозы серьезного нарушения упомянутых ценностей, существование серьезного и устойчивого нарушения принятия решения о приостановлении отдельных прав, не затрагивая обязанности данного государства, в том числе лишение права голоса его представителя в Совете.

К принципам в сфере прав человека тесно примыкают демократические принципы, впервые закрепленные в учредительных договорах. Детализации провозглашенной в Преамбуле приверженности принципам демократии посвящены положения раздела II Договора о ЕС. Они включают: принцип демократического равенства (ст. 9), принцип представительной демократии (ст. 10), принцип участия общественности и национальных парламентов в делах Евросоюза (ст. 11, 12). Весьма важно введение института народной законодательной инициативы: в соответствии с ч. 4 ст. 11 «граждане Союза в количестве не менее одного миллиона человек, принадлежащие к гражданству значительного числа государств-членов, могут выступить с инициативой пригласить Европейскую комиссию в рамках ее полномочий внести соответствующие проекты по вопросам, в отношении которых, по мнению этих граждан, необходимо издание правового акта Союза в целях применения договоров».

Новеллой является включение в учредительные договоры принципа равенства государств (ч. 2 ст. 4 Договора о ЕС). Данный принцип реализуется в первую очередь посредством механизма формирования органов и институтов Союза. Так в отличие от проекта Конституции для Европы Лиссабонский договор, отложив ротационный порядок формирования Европейской комиссии до 1 ноября 2014 г., сохраняет принцип представительства всех государств – членов ЕС (ч. 4, 5 ст. 17 Договора о ЕС). По принципу равенства формируется состав Суда ЕС, Европейского совета, Совета. Европейский парламент формируется по принципу пропорциональности участия государств на основе квот в зависимости от численности населения государства (от 6 до 96 мест от одного государства – члена ЕС).

Принцип правовой определенности заключается в требовании ясности текстов актов Союза и запрете наделения обратной силой актов, которые ухудшают положение субъектов.

Отдельную группу составляют принципы деятельности ЕС, определяющие порядок реализации Союзом своей компетенции, среди которых принято выделять принципы наделения компетенцией, субсидиарности и пропорциональности, лояльного сотрудничества, прозрачности.

Согласно принципу лояльного сотрудничества Союз и государства-члены проявляют взаимное уважение и содействуют друг другу в выполнении задач, вытекающих из договоров (ч. 3 ст. 4 Договора о ЕС).

В соответствии с принципом наделения компетенцией Союз действует только в пределах компетенции, явно предоставленной ему в договорах государствами-членами для достижения целей, установленных данными договорами (ч. 2 ст. 5 Договора о ЕС). Таким образом, компетенция Евросоюза как международной организации с наднациональными полномочиями имеет производный характер. Компетенция, не предусмотренная учредительными договорами, принадлежит государствам-членам. Договор о функционировании ЕС предусматривает исключительную компетенцию в таких сферах, как таможенный союз, конкуренция, денежная политика в зоне евро, сохранение морских биологических ресурсов в рамках общей политики в отношении рыболовства, общая торговая политика (ст. 3).

Сфера действия смешанной компетенции определяется в ст. 4 Договора. К ней относятся вопросы функционирования внутреннего рынка, социальной политики, сельского хозяйства, окружающей среды, энергии, транспорта и др.

Согласно принципу субсидиарности Союз обладает компетенцией только в сферах, компетенцией в которых его наделили государства-члены (компетенцией производного характера по аналогии с компетенцией административно-территориальных единиц государства или федеративных органов в государствах федеративного устройства). Данный принцип имеет действие за рамками исключительной компетенции ЕС. Впервые он был предложен в Амстердамском договоре, в настоящее время в более жесткой редакции закреплен в ст. 5 Договора о ЕС: «Согласно принципу субсидиарности Союз в сферах, которые не относятся к его исключительной компетенции, действует лишь тогда и в такой степени, какой цели предполагаемого действия не могут достаточным образом быть достигнуты государствами-членами на центральном, региональном или местном уровне, но ввиду масштабов или последствий предполагаемого действия могут быть лучше достигнуты на уровне Союза».

Действие названного принципа детализируется в Протоколе о применении принципов субсидиарности и пропорциональности. Контроль за соблюдением принципа субсидиарности в соответствии с детализированным механизмом, предусмотренным данным Протоколом, принадлежит национальным парламентам.

На предварительной стадии Комиссия ЕС, за исключением ситуации особой срочности, проводит широкие консультации, которые по возможности должны учитывать последствия принятия данного акта для регионов и административно-территориальных единиц государств – членов ЕС. Обязательным требованием законопроекта является обоснование, которое включает вопросы финансирования, необходимые действия в связи с имплементацией его норм в национальные законодательства, качественные и по возможности количественные прогнозные показатели.

Мотивированный законопроект в обязательном порядке направляется Комиссией ЕС или иным инициатором (группа государств-членов, Суд ЕС, Европейский центральный банк, Европейский инвестиционный банк передают законопроекты через Совет ЕС, Европейский парламент – самостоятельно) парламентам всех государств-участников.

Национальный парламент (или одна из его палат, если парламент является двухпалатным) после, по возможности, консультаций с региональными парламентами имеет право в течение 8 недель направить инициатору проекта (непосредственно или через Совет ЕС) мотивированное заключение с изложением причин, по которым, по его мнению, законопроект противоречит принципу субсидиарности.

Парламент каждого государства обладает двумя голосами. Если ¹/₃ голосов всех парламентов в совокупности поданы против законопроекта по причине несоответствия принципу субсидиарности, он должен быть рассмотрен инициаторами повторно. В том случае, если законопроект затрагивает пространство свободы безопасности и правосудия, указанный порог составляет четверть от совокупности голосов национальных парламентов.

По результатам повторной экспертизы Комиссия или иной инициатор могут принять одно из следующих решений: оставить проект в силе, внести в него коррективы, отозвать проект.

Если против законопроекта отдано не менее большинства голосов, процедура повторного обсуждения еще более сложная: Комиссия осуществляет повторную экспертизу и передает мотивированное заключение законодательным органам ЕС. Европарламент и Совет на стадии первого чтения законопроекта должны изучить возражения национальных парламентов и заключение Комиссии. В случае, если 55 % членов Совета или большинство депутатов Европарламента высказались против законопроекта по причине его противоречия принципу субсидиарности, законопроект отклоняется.

Новеллой последней редакции Протокола является введение в дополнение к существовавшей ранее предварительной экспертизе законопроекта юрисдикционного контроля действующих актов по искам государств-членов или Комитета регионов в Суд ЕС. Договоры не предусматривают специальной процедуры рассмотрения таких исков. Их рассмотрение осуществляется в рамках действия принципа контроля над законностью.

Принцип пропорциональности устанавливает границы компетенции Союза рамками достижения целей (п. 4 ст. 5 Договора о ЕС).

Учредительные документы формулируют и общие принципы внешней политики ЕС. Их суть заключается в распространении и продвижении своих идеалов вовне. Так, ст. 21 Договора о ЕС называет в качестве таких принципов следующие: демократию, правовое государство, всеобщность и неделимость прав человека и основных свобод, уважение человеческого достоинства, принципы равенства и солидарности, соблюдение принципов Устава ООН и международного права.

Согласно принципу солидарности, закрепленному в ст. 222 Договора о функционировании ЕС, Союз и его государства-члены действуют совместно в духе солидарности, если одно из государств-членов подвергается террористической атаке либо становится жертвой катастрофы, вызванной природными факторами или человеком. Право оценки реальности угрозы принадлежит Европейскому совету.

Специальные (отраслевые) принципы действуют в определенных сферах функционирования Союза. К ним относятся, например, бюджетные и финансовые принципы (сбалансированности бюджета), принципы экономической политики (стабильность цен), принципы единого внутреннего рынка (свобода передвижения товаров, работ, услуг) и др.

3.3 Действие европейского права во времени, пространстве и по кругу лиц

Вопрос о временных рамках действия права ЕС возник уже в отношении Парижского договора 1951 г., учредившего ЕОУС. Этот договор был заключен сроком на 50 лет и не предполагал продления по истечении срока действия. Объяснялось это расчетом авторов документа на то, что развитие европейской интеграции не потребует каких-то перемен в функционировании Сообществ и вопрос о сроке действия правовых норм, выработанных в период существования Сообществ, будет решен в процессе их развития. Однако вскоре стало очевидно, что необходимо четкое регулирование этого вопроса на уровне учредительных договоров. Римские договоры 1957 г. не содержали указания на срок их действия. Используя в качестве аргумента бессрочный характер Римских договоров 1957 г., Суд ЕС указал особый характер как интеграционных образований, так и созданной в их рамках системы права. Договор о создании ЕОУС прекратил свое действие с 23 июля 2002 г. Однако сколько-нибудь существенного ущерба ни институциональной структуре, ни праву ЕС это не причинило. Связано это с тем, что в рамках первоначально всех трех Сообществ, а затем и в рамках ЕС была создана единая институциональная структура. Полномочия, которые в прошлом принадлежали в ЕОУС Высшему руководящему органу, перешли к Комиссии, которая их фактически сохраняет и после исчезновения самого Европейского объединения угля и стали.

Большинство актов, издаваемых институтами Сообществ, практически, если это не оговорено непосредственно в самом тексте, не содержат указаний на временные рамки их действия и, следовательно, должны рассматриваться как действующее право и после формального прекращения действия Парижского договора. Бессрочный характер всех последующих учредительных актов непосредственно в них закрепляется и практически распространяется на акты вторичного права, изданные на их основе, если иное не оговорено в правовом акте. Следует, однако, обратить внимание на то, что нередко учредительные договоры ЕС содержат программные положения, указывающие на этапы их реализации, например построение общего рынка, экономического и валютного союза и т. п. Совершенно очевидно, что конкретные нормы, действующие в рамках осуществления того или иного этапа реализации более обширной программы, оказывают воздействие и на нормы права, и на институты, если они их касаются. Так, при создании экономического и валютного союза учрежден Европейский валютный институт, устав которого был принят в форме отдельного протокола. Однако в последующем с наступлением третьего этапа построения валютного ЕС и созданием зоны евро этот институт прекратил свое существование и его место занял Европейский центральный банк, статус которого определяется специальным протоколом.

По общему правилу, право ЕС действует на всей территории ЕС. Территорию ЕС – согласно Договору о ЕС – образует совокупная территория государств – членов ЕС. Соответственно, можно полагать, что внешнюю границу ЕС образуют границы государств-членов с третьими государствами, не членами ЕС, или границы, отделяющие соответствующие территории от открытого моря. Тем не менее отдельные правовые нормы ЕС могут быть неприменимы на территории тех или иных государств и территорий в составе ЕС.

Первую группу составляют изъятия в отношении государств – членов ЕС, согласованные ими при присоединении к Европейским сообществам либо в процессе реформирования учредительных договоров ЕС. Особые условия применения общего правового режима либо установление определенных изъятий из этого режима установлены в ряде прилагаемых к Лиссабонскому договору протоколов: в Протоколе о некоторых положениях в отношении Соединенного королевства Великобритании и Северной Ирландии, Протоколе о некоторых положениях в отношении Дании, Протоколе о Дании, Протоколе о Франции, Протоколе о применении некоторых аспектов ст. 26 Договора о функционировании ЕС к Соединенному Королевству и Ирландии, Протоколе о позиции Соединенного Королевства и Ирландии в отношении пространства свободы, безопасности и правосудия, Протоколе позиции Дании и др.

Другую группу составляют изъятия в отношении отдельных территорий государств – членов ЕС. Существование таких изъятий связано, прежде всего, с тем, что некоторые государства-члены имеют довольно сложную внутреннюю административно-территориальную структуру. Речь в данном случае идет об особом статусе территорий, которые являлись в недавнем прошлом колониями или имели статус зависимых территорий. Так, Французская Республика включает в себя официально Францию-метрополию, заморские департаменты и заморские территории. При выработке учредительных договоров было особо оговорено, что по отношению к отдельным заморским территориям может применяться в отдельных областях особый режим, отличный от того, который применяется во всех государствах-членах. В частности, были установлены, например, определенные привилегии по отношению к импорту товаров, производимых в отдельных заморских территориях, что должно было способствовать развитию сельского хозяйства и иных производств на бедных и отсталых территориях. Взаимоотношения с заморскими странами и территориями ЕС регулируются ст. ст. 198–204 Договора о функционировании ЕС. Указанные нормы определяют правовые формы взаимодействия ЕС в целом с расположенными за пределами континентальной Европы владениями государств – членов ЕС, которые в силу их географической отдаленности и особенностей юридического статуса не вошли вместе со своими метрополиями в состав ЕС. В приложении II к учредительным документам приведен исчерпывающий перечень «заморских стран и территорий», находящихся под юрисдикцией государств – членов ЕС, который включает в основном островные территории: Гренландию (Дания), Новую Каледонию (Франция), Нидерландские Антильские острова и т. д. В соответствии с положениями ч. 4 Договора о функционировании ЕС, которая в основных чертах сохранилась из первоначального текста Римского договора 1957 г., ЕС устанавливает с указанными островами ассоциацию, предполагающую оказание поддержки экономическому развитию соответствующих территорий, а также привилегированный и недискриминационный режим экономических взаимосвязей между ними и всеми государствами-членами. Режим ассоциации в числе прочего предполагает запрет таможенных пошлин, не являющийся, впрочем, безоговорочным (при определенных условиях «заморские страны и территории» могут взимать пошлины с товаров, импортируемых из ЕС).

Говоря о территориальной сфере применения права ЕС, следует также еще раз вспомнить о концепции продвинутого сотрудничества. В результате ее применения соответствующие положения подписываемых соглашений (например, шенгенские соглашения, соглашения о создании зоны евро и др.) действуют на территории только тех государств – членов ЕС, которые стали участниками соглашений, реализуемых на основе этой концепции. Все эти нюансы в раскрытии территориальной сферы действия права ЕС должны быть учтены при общей характеристике сферы его применения.

В силу внутренних особенностей, присущих правовой системе, его нормы способны наделять правами и обязанностями не только государства – члены ЕС, но и непосредственно граждан, физических и юридических лиц, проживающих, находящихся и осуществляющих свою деятельность в ЕС, а в отдельных случаях – также физических лиц, субъектов хозяйствования из третьих государств.

3.4 Первичное и вторичное право Европейского союза

Сочетание элементов и начал межнационального и наднационального правотворчества и сложность внутренней структуры ЕС обусловливают своеобразие европейского права. В нем отчетливо прослеживаются нормы, обязанные своим происхождением правовому сотрудничеству государств, и нормы, которые формируются автономно его институтами. Их формированию способствует также осуществление юрисдикционных полномочий судебными органами ЕС. С точки зрения условий и порядка формирования и места, занимаемого в общей иерархии норм европейского права, все они подразделяются на две, хотя и не вполне равные по объему и значимости, группы: нормы первичного (или основополагающего) права и нормы вторичного (или производного) права.

Европейские сообщества и ЕС созданы и функционируют на основе учредительных договоров. Сами эти договоры были выработаны в результате сотрудничества между государствами-учредителями, подписаны должным образом уполномоченными представителями соответствующих государств, ратифицированы каждым из государств-членов на основе процедур, предусмотренных национальным законодательством. Главная особенность учредительных договоров ЕС, отличающая их от иных международно-правовых актов, состоит в том, что они непосредственно порождают права и обязанности не только для государств-участников и институтов ЕС, но и для частных лиц (физических и юридических), находящихся под юрисдикцией государств – членов ЕС. Правовые нормы, закреп ленные в учредительных договорах ЕС, образуют фундаментальную базу Сообществ и ЕС. Они в своей совокупности получили наименование первичного права. Нормы первичного права образуют первооснову правовой системы ЕС. К категории первичных правовых актов относится и Европейская хартия о защите прав человека и основных свобод. В соответствии со ст. 6 Договора о ЕС в редакции Лиссабонского договора: «Союз признает права, свободы и принципы, изложенные в Хартии, которая имеет такую же юридическую силу, как и Договоры». Вместе Хартия и учредительные договоры ЕС определяют основные параметры европейского права, его особенности, условия формирования и порядок применения.

Нормы первичного права обладают безусловным верховенством по отношению к нормам вторичного права[47]47
  Исключение связано с действием договоров, заключенных государствами-членами с третьими странами до образования Европейских сообществ.


[Закрыть]. На базе правовых норм первичного права формируются и вводятся в действие нормы вторичного права. Вторичное право образуют те правовые нормы, которые издаются в качестве юридически обязательных предписаний институтами ЕС и которые регулируют в рамках юрисдикции ЕС отношения между субъектами права ЕС. Издаваемые институтами ЕС, они обязательны как для частных лиц (физических и юридических), так и для государств-членов и институтов ЕС.

Нормы вторичного права ЕС, выработанные на основе первичного, создаются автономно и принимаются институтами ЕС. Они действуют и применяются в рамках ЕС в соответствии с целями и принципами последних и в пределах их юрисдикции. Именно нормы вторичного права обеспечивают реальное функционирование интеграционных объединений и их институтов, достижение целей и решение задач, стоящих перед ними. Иначе говоря, вторичное право – это результат правотворчества институтов ЕС, созданных на основе учредительных договоров. Вторичное право включает основной массив норм европейского права. Главные отличительные особенности их правового режима – верховенство по отношению к национальным правовым нормам, прямое действие, интегрированность в национальное право и обеспеченность юрисдикционной защитой.

Некоторые исследователи в особую группу выделяют правовые нормы, источником которых являются акты иные, нежели учредительные договоры или акты, издаваемые институтами ЕС – третичное (или дополнительное) право (иногда используют термин «комплементарное»[48]48
  От фр. complementaire – дополнительное.


[Закрыть]). К их числу относят, в частности, соглашения и конвенции, заключаемые государствами-членами в целях реализации предписаний, со держащихся в самих учредительных договорах. Международно-правовая природа таких актов очевидна, и, как следствие, они не подпадают автоматически под юрисдикцию Суда ЕС. Однако на практике, будучи закрытыми соглашениями, применяемыми в рамках ЕС, вырабатываемые при участии институтов ЕС и подлежащие обязательной и единогласной ратификации государств – членов ЕС, они содержат обычно юрисдикционную оговорку, подчиняющую их юрисдикции Суда ЕС. Та ковы, например, ранее действовавшая Брюссельская конвенция от 27 сентября 1968 г. относительно судебной юрисдикции и исполнения решений в области гражданского и торгового права (заменена регламентом), Брюссельская конвенция о взаимном признании компаний 1968 г. или Конвенция об устранении двойного налогообложения 1990 г. К числу такого рода конвенций относятся также соглашения, которые, не будучи прямо пред усмотрены учредительными договорами, отвечают тем же целям, например Неаполитанская конвенция о сотрудничестве таможенных служб 1967 г., Римская конвенция о праве, применимом к договорным обязательствам, 1980 г. и др. Большинство перечисленных актов уже утратили силу в связи с переходом от договорного метода сотрудничества в этих сферах к коммунитарному и принятию соответствующих актов вторичного права, например, регламентов.

Иногда к категории норм, дополняющих право ЕС в широком смысле слова, относят соглашения между институтами, внутренние регламенты институтов, правовые акты, не подпадающие под категорию, определенную в ст. ст. 288–292 Договора о функционировании ЕС (указания, инструкции, заявления, коммюнике, декларации и т. п.). Суд ЕС в определенной мере признает за ними характер источников права при условии, что они порождают юридические последствия для третьих лиц или используются Судом ЕС при толковании правовых норм, поскольку позволяют судить о намерениях сторон или институтов ЕС. Иногда та кого рода акты рассматривают не как составную часть третичного права, а как особые атипичные случаи вторичного права. Особое место в общей структуре европейского права занимают решения, выносимые государствами-членами (не Сове том ЕС) на основе принципа единогласия.

Создание ЕС, дополнение Европейских сообществ политиками и формами сотрудничества, выразившимися в возникновении второй и третьей «опор», внесли определенные изменения в структуру европейского права, которые далеко не полностью нивелируются принятием Конституции ЕС. Сотрудничество в новых областях в значительной мере оформляется при посредстве соглашений, имеющих конвенционную природу.

Концепция первичного, вторичного и третичного права отражает вертикальный срез правовой системы ЕС. Первичное право занимает главенствующее положение, определяя устои, цели и формы интеграции. Вторичное право носит производный характер и создается на его основе. Оно обеспечивает повседневное функционирование ЕС. Его нормы не должны противоречить первичному, а в случае коллизии преимущественную силу имеют нормы первичного права. Третичное право дополняет вторичное, действуя в основном в сфере, находящейся вне прямого регулирования институтов. Преимущественно это сфера специальных компетенций.