Текст книги "Любовь и кабачковые оладьи (СИ)"

Автор книги: Татьяна Луковская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 8 страниц)

4

Марина явилась под вечер, когда Андрей успел еще три раза приложиться к кастрюльке и теперь блаженно сидел на скамеечке под старой грушей. За спиной девушки шагал молоденький полицейский крупногабаритных размеров.

– Это и есть объект сделки? – громко спросил младший лейтенант, как определил Андрей по погонам.

– Да это та самая дача, – деловито махнула головой Марина.

– А вы, значит, собственник? – указал полицейский на Андрея. – Документы можете предъявить?

– Могу, – буркнул хозяин и пошел в дом за правами.

Из окошка он успел заметить, что молодой полицейский и девушка о чем-то совсем тихо переговаривались. Лейтенант протянул Марине большой пакет с эмблемой сетевого супермаркета. «Она в полицию или с этим бугаем за покупками ходила?»

Андрей вынес документ:

– У меня только водительские, – протянул он права полицейскому.

– Демин Андрей Александрович, знакомая фамилия.

– Так в тех фальшивых такая же фамилия была, – подсказала Марина.

– Странно-странно, – впился взглядом в Андрюху лейтенант.

– Чего ж тут странного, если эти жулики ей мою дачу втюхали, – огрызнулся Андрей.

– Значит так, до выяснения всех обстоятельств девушка поживет здесь, – распорядился лейтенант.

– В смысле здесь?! – опешил Андрей. – Это моя дача. Нужно, так я завтра за документами домой сгоняю.

– Андрей Александрович, на пару слов, – поманил его в сторону полицейский.

Андрюха неохотно подчинился.

– Слушай, пацан, ну будь ты мужиком. Видишь девочка в беду попала, ей сейчас домой ну ни как нельзя, у нее мать сердечница. Подготовить к неприятностям мамашу как-то нужно. Пусть поживет у тебя пару неделек, а мы может к этому времени на след аферистов выйдем, деньги вернем.

– Эти сказочки про «может» вон барышням рассказывай, – продолжал огрызаться Андрей. – Тю-тю денежки, и дураку понятно.

– А вот это тянет на оскорбление полицейского при исполнении, чуешь – чем пахнет? – шкафообразный лейтенант угрожающе навис над Андрюхой. – Ну, так что, оставляем девочку квартироваться?

– Оставляем, – кисло согласился хозяин.

– Марина Игоревна, удачи, – широко улыбнулся лейтенант потерпевшей, – если что – звоните. Приеду – ноги выдерну.

«Ну, понятно «если что», кому этот бугай ноги выдирать будет. Взял бы и сам девчонку приютил».

Лейтенант скрылся за калиткой, хозяин и квартирантка остались одни.

– Я за проживание заплачу, – робко подала голос Марина, – вы скажите – сколько.

Теперь она была не боевой и самоуверенной, а тихой и немного испуганной.

– Борщем возьму, – смилостивился Андрей, – а, и посуду мыть тебе, – жестоко добавил он.

«А что такого? Моральная компенсация за испорченный отпуск» – поспешил он наступить на горло собственной совести.

– Какие вы мужики все-таки… – насупилась Марина.

– Ну, какие? – Андрей надменно скрестил руки на груди.

– Вредные, – вздернула она нос.

– Ой, зато вы прям такие полезные. А я, между прочим, тебе борщичка оставил, а мог бы все стрескать.

– Да на здоровье. Я вот кабачков купила и сметанки. Будем на ужин кабачковые оладьи есть, – и Маринка решительно зацокала каблучками в строну дома.

Кроме двух кабачков из пакета вынырнула банка сметаны, мука, огурчики, пучок укропа и две большие головки чеснока. Все это Марина разложила полукругом на столе и начала колдовать. Миска, нож, терка летали в ее руках: чистила, терла, смешивала. Андрей, маясь от безделья, крутился рядом:

– А вот когда ты все это успела купить, если вы из полиции с этим лейтенантом шли? – приступил он к допросу.

– Натереть кабачки на крупную терку, добавить одно яйцо, – забавно проговаривала Марина самой себе, – где-то я видела здесь яйца.

– В холодильнике посмотри. Так этот лейтенант с тобой в магазин заходил?

– Ну, да. Я попросила, он любезно согласился и помог мне пакет дотащить. Щепотка соли, соду погасить уксусом. Ой, а уксус здесь есть?

– Вон в углу, для шашлыка берег, – не упустил посетовать Андрей.

– Не убудет. Теперь мука, перемешиваем.

– А зачем ты это вслух все говоришь? – усмехнулся парень.

– Забыть боюсь, я еще не очень опытный кулинар. Хорошо разогреть сковороду.

– Этот полицейский шкаф на тебя явно запал, – подмигнул Андрей.

Марина застыла со сковородкой в руке.

– Вот еще, он сказал – у него девушка есть, Соней зовут. Если парень помочь хочет, так сразу запал? Странная у вас, мужиков, логика. А ты вот раз не запал, так и помогать не будешь?

– Если посуду помыть – то нет, – напрягся Андрей. – С детства не люблю, я месяц назад себе посудомойку купил. Удобно. А если чего там порезать – давай.

– Чеснок почисть и огурцы от кожуры. Соус будем делать… А, и за мятой сгоняй, я у вас видела в правом углу от калитки. Чай без мяты – не чай.

«Загоняла, – проворчал Андрей, в сумерках разыскивая у забора мяту, – командиристая такая, будто это я у нее в гостях. Я думал, она от шока двое суток отходить будет. Ан нет, щебечет».

За окном сгустились сумерки, над столом горел большой красный абажур в виде колокольчика. Андрею почему-то запомнился день, когда дед приволок это чудо на дачу. «Вот, внучок, теперь будем чай под абажуром пить, как дворяне». «И представлять, что у нас усадьба дворянская, а не участок в шесть соток», – отшутилась тогда бабушка. И каждый раз, когда Андрей вечером приезжал на дачу, сначала с родителями, а потом и сам, его неизменно встречал в окошке этот красный символ детства. Деда не было уже пять лет…

Теперь Андрей сидел под красным светом с незнакомой девчонкой и наворачивал за обе щеки оладьи, окуная их в сметанный соус из мелко порубленных огурчиков, укропа и чеснока. Марина с вопросительным вниманием следила за его жестами, явно ожидая похвалы.

– Вкушно… правда вкушно, – с набитым ртом пробормотал Андрей. – Ты, наверное, на повара учишься? – прожевав, смог он выговорить.

– Почему на повара? – улыбнулась Марина. – Я учителем буду, начальных классов.

– Я гляжу, ты отчаянная.

– А ты кем работаешь? Или все еще учишься? – опять мягко улыбнулась девушка. Или Андрею показалось, или Марина проявляла к нему интерес. В больших карих глазах бегали непонятные ему искорки.

– Я в автомастерской работаю, машины чиню.

О том, что он востребованный специалист по компьютерным мозгам автомобилей, Андрей скромно умолчал. Он всегда теперь так делал, чтобы отсечь алчных невест еще на подступах. «Работяга я простой».

– Тяжелая работа, – посочувствовала Марина, и опять эта кошачья улыбочка.

– Слушай, Маринет…

– Кто? – не поняла девушка.

– Маринет, это по-французски Марина.

– А-а. А по-русски нельзя?

– Вас, девчонок, не поймешь. Слушай, Марина, давай сразу расставим все точки над и. Я, конечно, парень симпатичный – блондин с голубыми глазами и все такое…

– Шатен, – перебила его Марина.

– Что на блондина не тяну?

– Нет, – карие глаза слегка прищурились.

– Ну, это не важно. Короче, я серьезных романов не завожу, тем более на даче, так, если только поразвлечься, без обязательств. А ты девочка, как я погляжу, домашняя, серьезная. Такую сразу замуж зови. Поэтому если у тебя возникли на счет меня планы…

– Боже, какое самомнение! – хмыкнула Марина. Она встала, разрушая уют трапезы, взяла чайник и, налив мятного чая в бабушкину любимую кружку, осталась пить стоя у темного окошка. Андрей в одиночестве теперь сидел за круглым столом.

– Это не самомнение, это правда жизни, – буркнул он.

– Такие, как ты, до сорока лет не женятся, я так долго ждать не собираюсь, – выдала Марина. – Можешь не волноваться.

– Это какие – такие? – напрягся Андрей.

– Самодостаточные. Работа хорошая есть, свое жилье тоже. Вокруг столько интересного – хочу на рыбалку, хочу на футбол, хочу на Гоа (один, денег хватает). Раньше женщина нужна была для хозяйства, а теперь-то что: стиральные машины, пылесосы, даже посудомойки есть. Опять же еду на дом из ресторана можно заказать. Секс? И тут все нормально. Сразу объявляешь, ну как ты мне сейчас, что на серьезные отношения не согласен, женщина вроде соглашается, начинает врать, что ей все «нормалек». На самом деле она надеется, что «просто так» постепенно перерастет во что-то большее. А пока она надеется, у тебя регулярный секс, не так часто, как у женатиков, но для здоровья хватает. И живешь ты для себя счастливо, пока не задумаешься о продолжении рода. И тут несколько вариантов, – Марина ополоснула в рукомойнике пустую чашку, – жениться на давней подруге, но из-за абортов и долгого предохранения этих самых детишек может и не появиться, жениться на молодухе и пасти ее, сгорая от ревности, или подхватить чужую жену и воспитывать чужих детей. Все, – пожала она плечами и подмигнула заслушавшемуся Андрюхе.

– Это что ж ты такая мелкая, уже такие выводы относительно мужиков сделала? – обалдел Андрей.

– Нет, конечно, – смутилась Марина. – Это меня бабушка просветила, волнуется она за меня.

– Ничего себе бабуля, психотерапевт на пенсии, – хмыкнул Андрей.

– Обычная бабуля, – Марина открыла форточку, вдыхая вечерний воздух. – Я в тринадцать лет влюбилась в такого, вроде тебя, на семь лет старше – внука бабушкиной соседки. Гостил у нее иногда. Красивый. Помню, дурочкой была, часами сидела под дверью – прислушивалась, не скрипнет ли дверь в квартире напротив. Сразу выскакивала с пакетом, вроде как в магазин, лишь бы с ним на лестнице встретиться. А он, я думаю, и в лицо меня не помнил. А я тогда думала – вырасту, стану красавицей, он меня обязательно заметит. Но годы шли, а ничего не менялось, я вроде бы ничего так выросла, не уродина.

– Это да, – подтвердил Андрей.

– А он меня по-прежнему не замечал. А я все страдала и страдала, вот мне бабушка эту байку и рассказала.

– Полегчало? – хмыкнул Андрюха.

– Нет.

– Какая ты однолюбка.

– Да нет, взрослеть пора, – вздохнула Марина. – И история эта с дачей тоже словно твердит – пора взрослой становиться. Вот приедет из отпуска Артем, наверное, закручу с ним. А то все одна да одна.

– А кто такой Артем? – поинтересовался Андрюха.

– Да так, парень один. Ухаживает за мной. Ладно, давай спать. Мне здесь на диванчике ложиться?

– Думаешь, раз я посуду мыть отказался, так я совсем не джентльмен? Наверху ложись, я в четыре утра на рыбалку буду собираться, топать здесь, греметь, не выспишься.

Андрей лежал на узком кухонном диванчике и никак не мог заснуть. Мимо крадучись на цыпочках из летнего душа вернулась Марина, неслышно прошмыгнула наверх, с тихим скрипом притворив дверь. До Андрея долетело легкое ванильное облачко. «Гель для душа ванильный выбрала. Булками пахнет». Вот ничего она такого плохого не сказала, и вроде все так и есть, но отчего-то на душе гадко. «Живу, никому зла не делаю, даже иногда пользу, а описали вместе с бабулей, словно я паразит какойто. Сами только деньги чужие тратить умеют. Я может бы и женился, да вокруг одни Марины бродят».

5

Самый сладкий сон наступает, как известно, под утро. Не проснулся опытный рыбак в четыре, не проснулся он и в пять, с трудом разлепить глаза удалось только в полседьмого. Бестолково пометавшись по кухне, Андрюха вылетел на двор и помчался к сараю, где с вечера лежали приготовленные снасти.

– Ай! – это он с разбегу врезался в идущую с лейкой Марину. – Как катком проехал! – потерла девушка ушибленное плечо.

– Ты чего меня не разбудила?! Я же на рыбалку опаздываю! – возбужденно заорал Андрей.

– Извини меня, я кажется тебя сбил, – подсказала Марина нужные слова, не обращая внимание на псих соседа.

– Извини, – буркнул Андрей.

– А на рыбалку опоздать можно? – ехидно прищурилась она.

– Конечно! Клев же утром! А в лейке что? – с опаской посмотрел он на пластмассовую емкость.

– Пока ничего, а скоро вода будет. Сегодня жару обещали, а укрывного материала для всходов нет…

– Проспал, так еще и баба с ведром на дороге! – возмутился Андрей, прорываясь к сараю и хватая заветные снасти.

– Я не баба! И это не ведро! – разозлилась и Марина.

– А кто ж ты? – на ходу кинул Андрей, проносясь уже к калитке.

– Девушка, а это лейка.

– Готовь котелок, девушка с лейкой, вернусь – уху будем варить.

– Стоять! – голосом полицейского крикнула вдогонку Марина.

Андрей невольно остановился.

– Не уходи, я сейчас! – и она метнулась в дом. – Не уходи! – крикнула она еще раз с порога и скрылась за дверью.

– Ну, я же опаздываю! – простонал Андрей, и удочка деда согласно помахала ему макушкой.

Через мгновение Марина вылетела из дома с термосом и небольшим свертком.

– Это завтрак, – немного краснея, протянула она.

– Спасибо. Готовь котелок, – и Андрей зашагал по спящей улице.

Клева не было. Как отрезало. Хоть бы селявочка какая на крючок прыгнула. Солнце забралось уже довольно далеко, а Андрей все сидел на любимых с детства мостках, снова и снова закидывая счастливую удочку. Но ловчее счастье явно сегодня отвернулось от незадачливого рыбака. «Ну, правильно. Кто рано встает, тому Бог подает, а кто до часу ночи о девушках с лейками думает… Поесть что ли?»

В фольге оказалась глазунья на тосте, посыпанная укропчиком. Андрей налил мятного чая, отхлебнул большой глоток и задумчиво стал жевать яичный бутерброд. Мимо прошел старик с ведром и спиннингом.

– Поймали что-нибудь? – завистливо покосился на ведро Андрей.

– Да так, по мелочи: два щуренка и окунек с ладошку, – печально махнул дед.

«Если бы я поймал двух щурят, я бы тут на руках от счастья ходил». И бамбуковая удочка опять была с ним солидарна.

Смотав катушку и допив весь чай, Андрей поплелся домой.

– Я котел, наверное, маленький приготовила, весь улов не влезет? – наивно захлопала ресницами Марина, прикрывая ладошкой улыбку. Андрей чувствовал, что она оттаптывается за «бабу».

– Завтра не просплю, и рыба будет, – бросил он, упрямо сжимая челюсти.

– Ну-ну, – крутнулась к плите Маринка так, что юбка сарафана сделала красивую волну.

– А чего у нас на обед? – втянул Андрей носом тонкий аромат.

– Суп грибной. Будешь, или рыбаки с горя голодовку рыбе объявляют? – продолжала потешаться соседка.

– Наливай уже, – и Андрей, ополоснув руки в рукомойнике, вальяжно сел за стол.

Супец оказался очень даже ничего.

– Как у бабули, только она еще гренки в него кидает.

– Гренки не успела, – улыбнулась Маринка.

– А чего сама не ешь? – подозрительно покосился на нее Андрей.

– Жду.

– А чего ждешь, трамвая? – хмыкнул он.

– Да так, – опять сладко улыбнулась Марина.

Страшное подозрение закралось с новой ложкой супа. Андрюха перестал жевать.

– А ты где грибы взяла?

– На лугу, такие беленькие с юбочкой, – и опять эта улыбочка и реснички наивно – хлоп-хлоп, – Да шучу я, шучу, – поспешила успокоить Марина, видя, как бледнеет лицо соседа. – Шампиньоны это, в гастрономе купила.

– Наелся я, – обиженно отодвинул тарелку Андрей.

– Тю, какие мы нежные, – развела руками Маринка, – и пошутить с ними нельзя. Ешь давай, рыбачек, а то не выпущу.

И она с видом скалы загородила проход.

Андрей вздохнул и налил себе еще тарелку. «Тяжело с этими Маринками».

– А почему тебя мамка Акулиной или Феклой не назвала? – ляпнул он. – Тебе бы пошло.

– А тебе Акакий тоже ничего так было бы, – отбилась девчонка.

На счете «два – один» они разошлись по разным углам. Андрей улегся на скамейке под грушей листать планшет, Марина с гордым видом протопала мимо с каким-то свертком. Андрей не собирался, но краем глаза следил – куда это она направилась. Девчонка крутнула сверток, и это оказался гамак. Один край она привязала к толстой яблоне, другой к бельевому столбу. «Могла бы, пигалица, и у хозяина спросить – можно гамаки здесь вешать или нельзя». Закрепив веревки, Марина села проверить, но бельевой столб начал опасно крениться. Со вздохом девушка принялась разматывать узлы. Новое место было найдено между все той же старой яблонькой и могучей черешней. Опасливо Марина опять присела на край гамака, но узлы, наверное, были слабо затянуты, и конструкция медленно поехала вниз. Девчонка с новым тяжелым вздохом встала и кинулась все переделывать. Совесть Андрея не выдержала и погнала его на помощь.

– Во-первых, стволы надо мягкой тканью обернуть, чтобы кора не портилась, – нудным голосом начал он поучение, – во-вторых, затягивать сильнее.

– Я не могу сильнее, – виновато пискнула Марина, – у меня не получается.

«Два – два!»

– Иди на скамейке посиди, я сам все сделаю, – расщедрился он, любуясь собственным благородством.

– Ой, спасибо, – расцвела девчонка, когда гамачок начал весело покачиваться между деревьями. – А то мне «из Анапы» загорелой надо вернуться.

– Так здесь же тень, – с сомнением посмотрел на сплетение листьев Андрей.

– Ну, если я беленькая на солнце сразу выпрусь, я же сгорю. Все постепенно надо. Сегодня в гамаке, завтра к вечеру на пляж пойду, а там и до полудня доберусь. Буду шоколадкой.

Андрей с новым сомнением бросил взгляд на белоснежную кожу и опять улегся под грушу, засунув в уши наушники. Теперь Марина проплыла мимо него в нежно-желтом раздельном купальнике. Трусы скромные, не стринги, но и этого оказалось достаточно, чтобы хозяин дачи нервно сглотнул. «Фигура обалдеть. Специально что ли передо мной дефилирует?»

Девушка улеглась в гамачок, натерла себя жидкостью из баночки и, бесстыже задрав вверх стройные ноги, стала читать какую-то книжку. Андрей со злостью отвернулся, полежал, потом украдкой кинул взгляд – Марина читала, не обращая на него внимание. «Ишь читательница. Я вот тоже не загорелый». Он встал, дошел до сарая, долго там копался и вынес на свет старую скрипучую раскладушку.

– Тоже загорать буду, – ответил Андрей на вопросительный взгляд Марины, укладываясь в двух метрах от гамака. – Баночку свою дашь намазаться?

– Это лосьон для загара. Бери, – в него полетел коричневый баллончик.

Андрей выдавил на руку белую маслянистую субстанцию: «Кокосом пахнет».

– А сколько его мазать?

– Немного, это хороший лосьон.

«Дорогой небось, жалко на меня изводить».

– А может ты мне спину натрешь? – обнаглел он.

– А может тебе и сказку на ночь рассказать? – надула губки Марина, и опять углубилась в книжку.

«Блин, я думал, она со мной заигрывает. Обломись, пацан».

– А чего читаешь? – продолжал он донимать девчонку.

– «Джен Эйр», – буркнула Марина.

– Теперь понятно почему ты не баба, а до сих пор «девушка», с такими-то книжками.

Андрей ожидал словесной дуэли, но Марина продолжала читать, только губы чуть плотнее сжались. «Обиделась».

– Прости, я дурак, – поспешил повиниться Андрей.

– Принято, – отрезала Марина, отворачиваясь на другой бок.

Весь оставшийся вечер она ходила надутой и с ним не разговаривала. «Да что я такого сказал-то? Ужина что теперь не будет?» Квартирантка в углу за сараем с кем-то тихо беседовала по телефону, с губ не сходила улыбка. «С Артемкой этим своим треплется, а я есть хочу». Андрей лениво крутнулся на раскладушке, та опасно скрипнула. «А чего я мучаюсь? Встал – место потерял», – и он нагло улегся в Маринкин гамак, прикрыв глаза и делая вид, что спит. Судя по звуку, девушка прошелестела к порогу, легонько хлопнула дверь, потом все затихло.

Вскоре до Андрея долетел дразнящий ноздри запах жаренного мяса. В животе радостно заурчало. «Где она мясо взяла? Бегала тут с утра соседская кошка, а теперь как-то не видно».

– Ужин готов! – крикнула в форточку Марина.

Уговаривать Андрюху не пришлось.

На столе испускали пар котлеты, рядом красовалась мисочка с салатом из турецких помидоров. Марина уже не надутая, а в хорошем настроении орудовала ножом и вилкой.

– Надо же, получилось, – удивлялась она сама себе. – И не думала, что из тушенки котлеты готовить можно. Как настоящие.

– Из тушенки? – подсел рядом Андрей.

– Да, мне сейчас бабушка рассказала – как, а то у тебя целая батарея консервов, надо же как-то использовать.

«Так это она бабуле звонила», – сразу повеселел и Андрей. Котлеты пошли на ура.

Сон в этот раз пришел быстро, накрывая Андрюху сладкой уютной волной. Парень, свернувшись калачиком, уже начал видеть какие-то неясные видения, когда кто-то настойчиво стал дергать его за плечо.

– Андрей! Андрюша! – громко шептали ему на ухо.

С большим трудом он распахнул глаза и увидел в полумраке нависшую над ним со скалкой Марину. «Блин, это мне кошмар снится. Она бить меня собралась?»

– Андрей, – опять позвала девушка, – там в саду кто-то есть.

– Ну коты, наверное, – расслабился Андрей и попытался повернуться на другой бок.

– Там люди, они через забор перелезли, – дрожащим голосом прошептала Марина, испуганно глядя в окно. – Андрюш, давай полицию вызовем.

– Твоего бугая, который мне ноги обещал повыдергивать? – хмыкнул Андрей. – Я уж как-нибудь сам.

Он решительно пошел к двери, Марина посеменила за ним.

– Ты-то куда?! Здесь сиди.

Марина чуть приотстала, но все равно, прижимая скалку, проскользнула следом.

Чужаков хозяин заметил сразу: три тени сидели на сортовом абрикосе. Когда-то дед привез два молоденьких саженца из Краснодара. Теперь это были ветвистые деревья у забора, усыпанные ароматными плодами. Вот на них и позарились, судя по щуплым силуэтам, малолетние воры. Чего там скрывать, когда Андрюхе было тринадцать, он вот так же в ночной тиши лазил за сливами к дяде Грише, хотя стоило просто попросить доброго старика днем, и тот насыпал бы их ведро с горкой, но ворованные они же слаще. Теперь садовая месть бумерангом настигала самого Андрея.

Хозяин тихо подкрался вплотную, а потом громко свистнул, разрывая ночную тишину. Воры от неожиданности посыпались с дерева как спелые груши, и штурмуя забор, дали стрекача.

– Благодарю, напарник, за бдительность, – похвалил Андрей, застывшую со скалкой Марину.

– Этак они все абрикосы перепортят, не сторожить же всю ночь, – она присела, разглядывая в траве осыпавшиеся плоды. – Завтра утром оборвем оставшиеся, съездишь – купишь банки и сахар, и сварим варенье.

– Завтра утром я пойду на рыбалку, – грозно напомнил Андрей, – и это не обсуждается.

«Кто тут хозяин? Я или эта пигалица?»

Марина на удивление смиренно промолчала.

«То-то же», – походкой короля удалился на покой Андрей.

В этот раз он не проспал. Ухо чутко уловило сигналы будильника. Четыре тридцать. Отлично! Завтрака и термоса с чаем, конечно, на столе не было. «Обойдусь». Андрей отрезал краюху хлеба, уложил на нее вчерашнюю котлетку, завернул в фольгу и довольный отправился за снастями. И тут его ждал жестокий удар, не удар, а просто ударище! Его любимой бамбуковой удочки не было. Андрей суетливо побегал вокруг сарая, пошарил в траве. Ничего! «Сперли, малолетки! За абрикосы, гаденыши, отомстили! Вот что за отпуск такой, все через одно место». Раздосадованным он вернулся к дивану, досматривать сны…