Текст книги "Любовь и кабачковые оладьи (СИ)"

Автор книги: Татьяна Луковская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 8 страниц)

Любовь и кабачковые оладьи

1

Отпуск, дача, рыбалка, лето! Что может быть лучше? Настроение у Андрея было просто замечательным. И испортить его не могли ни изнуряющая жара, ни пыль, густыми клубами вырывающаяся из-под колес, ни даже встречающиеся каждые двадцать метров «лежачие полицейские», через которые резвая машина, нехотя притормаживая, вынуждена была со всеми предосторожностями медленно перекатывать. В дачном поселке отчего-то каждый хозяин норовил возле своего участка врыть поперек дороги трубу, да потолще, «чтобы не гоняли тут всякие». А где тут гонять? Улочки такие узкие, что не дай Бог встретить грузовик или хотя бы «газель», разойтись, не разворотив соседние заборы, вряд ли удастся.

За поворотом показалась стайка загорелых девиц в купальниках с полотенцами на плечах. «О-у, купальный сезон открыт». Андрей зачем-то посигналил пляжницам, хотя они и так заметили его машину и благоразумно прижались к палисаднику.

– Девчонки, как водичка?! – крикнул он.

– Парное молоко, – заулыбались симпатичному парню пляжницы.

– Отлично!

На даче Демины не появлялись целый год. Бабушка сильно сдала прошлым летом и уже не могла как прежде порхать среди грядок и клумб, отец же с матерью считали себя «на всю голову» городскими жителями, и заманить их на дачу нельзя было ни калачом, ни даже шашлычком. Мать настаивала продать ненужную недвижимость, но Андрей, заметив тоску в глазах бабули, вмешался, заявив, что дача ему нужна для рыбалки, ну и малину прямо с куста где еще поесть можно.

– Ах, нужна? – ехидно приподняла бровь матушка. – Так поезжай. Починишь калитку, покосишь бурьян, абрикосы с малиной соберешь.

– И крыльцо надо подкрасить, – поддакнул отец.

– Вот тогда посмотрим: нужна она тебе или не нужна. Дача ухода требует.

«Тоже мне, напугали», – хмыкнул про себя Андрей.

– Да я весь отпуск на даче проведу. Рыбачить стану.

– Ну-ну, – правая бровь матушки снова взлетела вверх. – Через три дня сбежишь. Там ведь суши-доставки нет.

– Как-нибудь выживу…

И вот Андрей ехал выживать. В багажнике болталась коробка с нехитрыми припасами: с десяток пачек лапши быстрого приготовления, килька в томате, сайра в масле, тунец в собственном соку, тушенка говяжья, тушенка куриная, тушенка свиная и даже для экзотики баночка с пугающим названием «конина» (бедная лошадка). Довершали все это гастрономическое буйство клетка яиц и пакет турецких помидоров. В Турцию в этом году не довелось слетать, так хоть помидоров турецких натрескаться.

Вообще-то они с Юрком собирались сгонять куда-то к ласковому морю, но тут Витек надумал жениться, и выбрал же дату как раз на середину Андрюхиного двухнедельного отпуска. Как говорится – ни туда, ни сюда. Не мог зимой свадьбу сыграть. И в планах море плавно сменила дача.

Эта свадьба немного (ну совсем чуть-чуть) бросала легкую тень на блаженное настроение Андрея. Дело в том, что Витька пригласил его свидетелем, «дружкой» – как, смущаясь, выразился жених.

– Вот совсем меня не прет, клоуном на твоей свадьбе работать, – надулся Андрюха.

– Ну почему сразу клоуном? У Жанны очень интеллигентная семья, все прилично будет.

– Возьми Юрка, а я так, на подхвате «горько» буду орать.

– Во-первых, мой лучший друг ты, а не Юрок, – сразу встал в позу Витька, – а во-вторых, Жанна сказала, что ты более фотогеничен. Она не хочет, чтобы на фотографиях только Юрку было видно, а мы как-то с краю.

Ну да, Юрец с его центнером веса затмит любую невесту.

– Ладно, – кисло согласился Андрей, – только без этого там навязывания свидетельницы – посмотри, какая девочка хорошая, и прочего.

– Девочка действительно будет хорошая, ну это ты там сам решай, – улыбнулся довольный Витек.

Вот зачем им, двадцати восьмилетним взрослым людям, которые уже шесть лет живут вместе, свадьба? Даже смешно. Пошли бы – просто расписались и в ресторане посидели. Мало того, что Жанка таки дожала бедолагу Витьку, так у нее еще и мания какая-то – найти и Андрею невесту. Он уже знал в лицо всех ее подружек, соседок, двоюродных и троюродных сестриц, а она все не унималась. Занялась бы с такой энергией Юркой, он давно о подружке мечтает. Так нет же, ей именно холостой Андрей не давал спокойно спать. А причина проста – каждый раз, когда Андрюха приглашал Витьку в спорт-бар или на рыбалку, она приставала с допросами: «А будут ли там бабы?» «Да какие бабы на рыбалке?» Женатый, остепененный друг жениха ее устраивал больше, от того и старалась. Но Андрей не поддавался, ему и так жилось вполне нормально.

«Ну, эта свадьба через неделю, чего сейчас голову забивать». Старая бамбуковая удочка деда, привязанная сверху, согласно кивала хозяину. Это был его счастливый талисман – самых жирных карасей и матерых щук он поймал именно на нее. Никакие Юркины навороченные снасти не могли сравниться с этим раритетным сокровищем. «Завтра чуть свет пойду покидаю».

Автомобиль плавно завернул за угол. Вот и родимая дача. Все тот же деревянный штакетник по периметру, как и прежде жмется к забору посаженная когда-то дедом черемуха, даже бабкины флоксы у калитки не вымерзли. Андрей бодро выпрыгнул из машины, нащупал в кармане ключи. «Починишь калитку. А чего ее чинить, вон стоит как новенькая?»

И тут его ждал неприятный сюрприз – ключ никак не хотел лезть в узкую замочную скважину, казалось он вообще не подходил к замку. Как же так? Андрей пыхтел, поворачивая ключ то одной, то другой стороной. Все было бесполезно, калитка не открывалась. «Замок что ли родители поменяли? Почему мне ничего не сказали? Как теперь на дачу попасть?» Андрей сделал попытку просунуть руку между досками, чтобы дотянуться и открыть коварный замок изнутри, но рука оказалась слишком широкой для такой узкой щелки. Глаза поблуждали вдоль забора и наткнулись на старую черемуху. «Надо, Андрюха, надо», – подбодрил парень сам себя и полез на дерево.

Ветки опасно клонились под непривычной тяжестью; балансируя, Андрей дотянулся и вцепился в край забора, закинул ногу: «Лишь бы штаны не порвать», свесился вниз, прыгнул. «Готово!» Повернув затвор, он легко отпер калитку. Теперь нужно взять ключи из дома, чтобы отворить ворота и загнать машину. Андрей шагнул на бетонную дорожку и замер, ошалело хлопая глазами.

Вместо ожидаемого бурьяна по шею дачника встретила ровненькая лужайка, в саду под яблонями и абрикосами траву тоже кто-то старательно выкосил. Вдоль дорожки были вскопаны небольшие грядочки и тщательно пролиты, причем недавно, земля еще не успела впитать влагу. Бабушкины клумбы чья-то заботливая рука реанимировала, подсадив к многолетникам фиолетовые петуньи. Все дышало порядком и уютом. «Ничего себе! Это у мамы шутки что ли такие?»

Обогнув фасад, Андрей вышел к порогу и заметил согнутую фигурку – женщина в голубой косынке и рабочем синем халате красила перила в приятный малахитовый цвет. Кисточка бойко ходила в ее тонкой руке.

– Кхе-кхе, – привлек к себе внимание Андрей.

Незнакомка вздрогнула и повернулась. И это оказалась не женщина, а совсем молоденькая девчонка, на вид лет семнадцати. Худенькая, чуть ниже среднего роста, широкий бабушкин халат болтался на ней как на вешалке, большие карие глаза, круглое личико, курносый носик с легкими веснушками, губки бантиком – кукла, да и только.

– Вы что-то хотели? – приветливо улыбнулась она.

«Что значит – хотели?» – оторопел Андрей.

– На свою дачу я хотел пройти, – сдвинул он брови.

– Я здесь недавно, где кто живет не знаю. Это вам лучше у дяди Гриши спросить, – и девушка указала на участок соседа, голос был звонкий и уверенный.

– Я уже на своей даче. А вот кто вы, юное создание? – чуть смягчился Андрей.

– Как это на своей?! – девушка захлопала ресницами. – Это моя дача, а вас я не знаю.

– Дурдом какойто. Послушайте, юная аферистка, вы что же думали, если на даче никто давно не появлялся, то она теперь ничья? – скрестив руки на груди, Андрей давил на незнакомку тяжелым мужским взглядом.

– Я не аферистка, сам ты аферист! – взвилась девушка. – Я эту дачу неделю назад купила, у меня все документы есть!

– Купила, – передразнил Андрей, – тебе лет-то сколько покупательница, шестнадцать?

– Двадцать один, могу паспорт показать.

Она говорила так уверенно, что у Андрея невольно закрались сомнения: «Может родители тайком дачу продали? Да нет, бред, бабка же на меня ее оформила, без моей подписи никак, а я ничего не подписывал!»

– И сколько же вы отвалили за мою дачу? – ехидно спросил он.

– Пятьсот тысяч, – гордо выпалила девушка.

– Сколько-сколько? – откровенно расхохотался Андрей. – За участок у реки, недалеко от города, с двухэтажным коттеджем, газом и электричеством? Да я и за два лимона не продам.

– Тоже мне коттедж, – фыркнула девица, – сараюшка деревянная.

– Ну, какая ни есть, а моя, – зло сверкнул глазами Андрей.

– Не ваша, а моя. Я сейчас бумаги принесу, – незнакомка повернула к крыльцу, парень увязался было за ней, но девушка наставила на него кисточку, – а ты, аферист, стой здесь.

Девица с гордым видом удалилась.

«Нет, вы видели? Мало того, что на моей даче без моего разрешения цветочки свои насажала, так еще и обзывается».

2

– Это мой паспорт, – протянула девчонка, – а вот мои бумаги, – сказала она с надменным выражением лица, – смотрите.

Андрей развернул сначала паспорт в голубой обложке с ромашками и васильками. «Как можно официальные документы в такие дурацкие одежки рядить?»

– Морошкина Марина Игоревна, – нараспев прочитал он. – Ну, давайте посмотрим, гражданка Морошкина, что у вас там за бумаги.

Он внимательно пролистал солидную папку с документами. «Договор купли-продажи заключен с Деминым Андреем Александровичем, но это же я! Даже подпись похожа, если не приглядываться, вот только качество бумаги и печати…»

– Явная подделка, сделанная на принтере, – вернул он девчонке документы, – я таких сто штук могу напечатать.

– Неправда! – возмутилась она, но как-то уже не так уверенно.

– Да как же не правда? Марина Игоревна, посмотри-ка сама, – подражая матушке, иронично приподнял бровь Андрей, – водяных знаков нет, бумага канцелярская, а печать. Зрение хорошее? Сама прочитай, что на печати написано?

Девушка дрожащей рукой поднесла лист к глазам, разглядывая мелкие буковки:

– ООО Услуги лохам, – прочитала она срывающимся голосом, ее зашатало.

– Э-э-эй, в обморок падать не надо! – успел подхватить несчастную Андрей. – Все окей?

Девушка отстранила его руки:

– А сами вы кто, может подельник? – совсем слабым голоском проговорила она.

– Сейчас, – Андрей подошел к соседскому забору и громко крикнул. – Дядь Гриш, как дела?!

– А, Андрюшок, приехал. А то барышня бедная все одна да одна суетится, – вдоль забора проплыл серый картуз.

– А вот мои водительские права, – парень распахнул портмоне. – Еще доказательства?

Девушка, присев на корточки, разрыдалась, размазывая кулаком слезы по щекам.

– Ну, ладно-ладно. Бывает, – Андрей подсел к ней рядом. – Рассказывай, кто тебе мою дачу продал. Откуда вообще у тебя такая сумма денег… была?

– А можно водички… и полотенце, – прошептала она.

Андрей помчался к порогу.

– За перила не хватайтесь, окрашены, – глотая слезы предупредила девушка.

На кухне за нос схватил дурманящий аромат пассированных овощей, небольшая кастрюлька стояла на разделочной доске, прикрытая полотенчиком. Андрей не удержался и поднял крышку. Насыщенного цвета наваристый борщ улыбнулся ему из кастрюли. «Лохушка, но хоть готовить умеет», – невольно сглотнул парень. Набрав стакан воды и прихватив полотенце с кастрюли, он вышел к сидящей прямо на газоне Марине.

Она жадно накинулась на воду, потом вытерла слезы полотенцем и, немного успокоившись, тяжело вздохнула.

– Ну? – поторопил ее Андрей.

– Мне деньги тетушка оставила, в наследство. Вернее, не деньги, а домик в деревне. Но он уже старый был и далеко, а у нас с мамой машины нет… Вот я и решила – домик продать, а дачу поближе купить. Мама так о даче всегда мечтала… Я ей хотела сюрприз сделать.

– Просто сюрпризище, – не удержался от шутки Андрей и тут же пожалел, так как девушка опять зарыдала. – Ну, ладно – ладно, извини. Что там дальше-то было?

– Я в Интернете набрала, но там такие цены… А тут объявление: «Продам недорого, дача со всеми удобствами». Ну я и позвонила. А там такой вежливый голос, мужчина сказал, что ему срочно нужны деньги, операция какая-то экстренная. Спросил, сколько у меня денег? Я сказала. А он говорит – сделка завтра и наличными. А у меня как раз с продажи домика наличка дома под матрасом лежала… Так все удачно складывалось.

«Боже, каких только дур на свете нет!» От наивности барышни Андрей прибывал в легком шоке.

– Договорились встретиться здесь на даче. Этот Андрей Александрович сказал, что нотариуса с собой привезет и все на месте сразу оформим…

– И ты, не видя дачи, уже согласилась, а если там голый участок рядом с помойкой? – перебил ее Андрей.

– Он мне фотографии прислал. Сильно извинялся, что калитка перекосилась и неухоженно.

Андрей смущенно кашлянул.

– И ты с половиной лимона в автобусе одна ехала? Вот положила в сумку и покатила?

– Ну, нет. Я Борю взяла, это мой брат двоюродный. Он такой большой, дзюдо занимается.

– И сколько этому Боре лет?

– Двадцать пять.

«Понятно. Вся семейка идиотов».

– Боря твой бумаги эти смотрел, которые ты подписывала?

– Нет, он очки забыл, а у него минус пять. Да этот Денмин Андрей Александрович такой положительный на вид дядечка, в пиджаке, бородка, очочки, прямо профессор, – Марина скосила глаза на шорты и голые ноги Андрюхи в сланцах. – И тетечка нотариус заверила, что у него все документы в порядке.

– Понятно, из одной банды, – хмыкнул Андрей.

– Что я маме теперь скажу? Она думает, я в Анапе с Ритой.

– Где?

– В Анапе. Я же говорю, сюрприз ей хотела сделать, сначала дачу в порядок привести, а потом рассказывать. Боря мне калитку починил, новый замок вставил и траву скосить помог. А дальше я сама: дом отмыла, вот перила начала красить… Представляла, как она обрадуется, – горячие слезы снова потекли по лицу.

– Снимай халат, пошли, – потянул Марину за рукав Андрей.

– Куда? – испуганно вскинула она глаза.

– Известно куда, в полицию, заявление писать.

– Думаешь, найдут? – в глазах у девушки забрезжила надежда.

«Ну, откуда такие наивные экземпляры вылупляются. Она в хрустальном дворце жила, что ли?»

– Может и найдут, – уклончиво отозвался он.

– Я сейчас. Переоденусь, – заторопилась Марина.

– А можно я пока борща себе налью? – обнаглел Андрей. – А то вдруг там в полиции все затянется, а я с утра ничего не ел.

– Конечно, сметана в холодильнике.

И девочка упорхнула.

Андрей неспешно налил борщичка, не вегетарианского какого-то там, а самого настоящего с мясом, плюхнул в него добрую ложку сметаны. Жаль, чеснока нет. Неужели эта пигалица сама готовила? Вкуснотища! Весь ум, наверное, в борщи ушел.

– Я готова, – с мансарды по скрипучей лестнице спустилась Марина.

Теперь на ней было коротенькое приталенное платье с юбкой колокольчиком мягкого пастельного цвета. Темно-русые волосы ниже плеч уложены ровными прядями, глазки подведены, следы слез запудрены, губки подкрашены розовой помадой. У Андрея опять возникла ассоциация с куклой. «Хорошенькая безмозглая куколка, но отлично умеющая красить перила и варить борщ. Очень странная девица»

– Готова, так поехали, – поднялся он

– А до полиции здесь далеко? – девушка подхватила со стола папку с липовыми бумагами.

– Да нет, в самом селе, рядом с остановкой. Полчаса пешком, а на машине так и…

– Можно тогда я сама схожу, – перебила его Марина, – а то мне с вами стыдно.

– Почему? – опешил Андрей.

– Ну вы такой… такой, – девушка запнулась, подбирая слова.

– Какой? – не понял он.

– Ехидный, у вас во взгляде «Дура» читается. С вами мне в полиции сочувствовать не будут, еще и заодно с вами посмеются.

– Ничего я не ехидный, – отчего-то кинулся оправдываться Андрюха, – просто обалдел слегка. Женская логика она такая… непредсказуемая.

– Вот видите, опять, – надулась девчонка, – я сама пойду.

– Ну, сама, так сама, – тоже обиделся Андрей.

«Я ей не нянька в конце концов».

– А воду, чтобы тарелку помыть, можно в чайнике нагреть, – бросила Мрина уже на пороге и скрылась за дверью.

Андрей кисло посмотрел на грязную посуду, потом в окно на цокающую высокими каблуками по бетонной дорожке Марину. «Какой тонкий намек. А вот не буду я тарелку мыть! Это вообще моя дача. Хочу мою, хочу в раковину сваливаю. Тарелок чистых еще много, два дня продержаться можно».

3

Загнав машину во двор и перетащив вещи, Андрей, прихватив полотенце и шампунь, отправился в летний душ освежиться. На полочке, где раньше кроме мыла ничего не было, теперь плотными рядами стояли баночки: крем, лосьон-ополаскиватель, шампунь, еще один крем, гель для душа с запахом лаванды, гель для душа с запахом ванили. «Парфюмерный отдел какойто. Везде она, да еще и Марина».

Имя «Марина» преследовало Андрея по жизни, и несло сплошные разочарования и неприятности. В детском саду одна толстощекая Марина треснула его, робкого беззащитного мальчика, железным совочком по голове. Шрам за правым ухом так и не рассосался. В школе, в классе этак в девятом он влюбился в одноклассницу Маринку. Первые свидания, прогулки под луной, а потом она свалила к курсанту-первокурснику, предложив убитому горем Андрюхе остаться друзьями. Но самой роковой оказалась встреча с третьей Мариной.

Они с пацанами большой компанией отмечали в клубе Новый год. Андрей уже начал работать, у него появились свои «приличные» деньги. Поддав хорошенько, он подвалил к длинноногой блондинке и стал перед ней сорить своими скудными сбережениями: заказывать дорогие коктейли, десерты, букет роз с доставкой на танцпол. Девица клюнула и оставила телефончик. Закрутился горячий роман. Родители как раз купили Андрюхе однушку, он стал водить туда гостью, и они с Маринкой не вылезали из постели. От ее громких стонов раздраженно в стену стучала старушка-соседка. Все казалось идеальным, и когда Марина робко предложила съехаться, Андрей тут же вызвал такси, чтобы перевезти к себе вещи любимой. Если бы она тогда предложила пожениться, он бы и на это согласился. Вещи правда в одно такси не влезли, пришлось оплатить три рейса, но и это его не насторожило.

– Не называй меня Мариной, – огорошила она его, – всегда не нравилось это имя.

– Красивое имя, – улыбнулся Андрей. – А как тебя называть, Солнышком?

– Маринет, это по-французски, – кокетливо опустила она ресницы.

– Ну, Маринет, так Маринет.

Под вечер, еле переставляя ноги от усталости, Андрей вернулся с работы. Денек выдался не из простых.

– Мариш, то есть Маринет, а поесть ничего нет?

– А ты меня кухаркой к себе жить пригласил? – сразу надула губки Марина.

– Ну, нет, конечно, – смутился Андрей, – может пиццу заказать?

– Ты чудо, любимый.

Маринет оказалась той еще штучкой, готовить она категорически отказывалась, заявляя, что это эксплуатация женского труда, убирать не собиралась, под предлогом, что это не ее квартира, она здесь на птичьих правах. Правда эти птичьи права не мешали ей разбрасывать везде свои вещи, не мыть посуду и не выключать воду в ванной. Счетчик мотал как сумасшедший. Но главный бич – это волосы, вот на голове любимой они прекрасны, а в раковине и на полу… ну, вы сами поняли. Андрюха был далеко не фанатом чистоты, но Маринет обскакала его по всем статьям.

Работать Маринка похоже тоже не собиралась.

– Я веду блог «Уход за собой», скоро я накоплю много подписчиков, и тогда ко мне пойдут рекламодатели.

Да пусть не работает, зарабатывал Андрей достаточно, как ему самому казалось. Как же он жестоко ошибался.

– Милый, а кинь мне денюжку. И это все? – и уточкой сложенные губки.

К концу месяца приходилось стрелять у Витьки.

Очарование бурного секса быстро прошло, розовые очки спали и на холодную голову Андрей стал замечать, что и в постели не все так улетно. Маринет явно симулировала. Либо Андрюха был далеко не жеребец, как ему наивно представлялось, либо Маринку эта сторона совместной жизни совсем не интересовала.

«Пиявка», – возникла у него стойкая ассоциация. Если и была любовь, то ее убила изжога от пиццы.

Последней каплей стал визит ее мамы, хабалистой тетки, с порога заявившей, что не собирается поощрять блуд, и Андрюха обязан в кратчайшие сроки жениться и официально прописать Мариночку на своей жилплощади, а после свадьбы оформить ипотеку и купить трешку с отделкой в хорошем районе. Андрей понял, что влип и по-крупному. Прежняя одинокая жизнь теперь казалась раем.

Надо как-то выпроводить загостившуюся гостью, но как? Воспитание, будь оно не ладно, не позволяло просто взять и выставить Маринку за дверь. Не по-джентельменски это как-то, не по-рыцарски. Вот если бы она сама решила съехать.

Стратегию подсказал случайный скандал. Витька затянул Андрея в парфюмерный магазин, выбрать Жанке духи. Они до тошноты долго нюхали пробники, пока Витька, наконец, не решился на покупку. Маринет с порога учуяла запах и начала картинно бить Анрюхину посуду (наверное, в кино видела). Андрей путанно оправдывался, предлагал позвонить Жанне. Маринка, расколотив последнюю чашку и пару раз съездив любимому по морде, успокоилась, а Андрей нашел выход – ревность!

В телефоне Юрку он переименовал в Зайку, и бросал мобильник на самом видном месте, а в карманы рубашек все время перекладывал найденную на улице девичью сережку. Но Маринет его телефоном не интересовалась, а уж грязными рубашками тем более. План буксовал.

– Милая, мы с Витей в спорт-бар.

– Окей, – спокойно отпустила Маринка.

Вместо бара он затащил Витьку с Жанкой в ночной клуб, где, дернув для храбрости, стал просить всех девиц с яркой помадой поцеловать его в щеку. Домой он явился под утро помятым и зацелованным, и свернувшись калачиком, заснул в прихожей на коврике. Когда он очухался, солнце медленно ползло к закату, а Маринки и части ее вещей (то, что влезло в один чемодан) не было. На столе лежала записка: «Свинья». Андрей быстро вызвал службу по перевозке мебели и, загрузив в широкий кузов остатки женского барахла, отправил их по адресу мамы Маринет.

Весь следующий день он наслаждался покоем и одиночеством, счастливо улыбаясь самому себе в зеркало. Через неделю позвонила Маринка, но он отклонил вызов. Она прислала эсемеску: «Давай поговорим». Андрей не ответил. Она подкараулила его у подъезда и со слезами стала просить вернуться к ней (или ей к нему). Андрей «благородно» предложил остаться друзьями, пробубнив, что не достоин такой шикарной женщины. Вообще, если мужик говорит, что не достоин тебя, читай «наоборот».

После этого случая Андрей стал убежденным холостяком, вместо пиццы заказывал роллы, жарил яичницу и поддруживал организмами с разбитной разведенкой без претензий.

И никаких Марин в его жизни не было до этого дня.