Текст книги "Лети на свет (СИ)"

Автор книги: Татьяна Богатырева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

29. Лиза

– А?.. Дже-ей… – тоскливо протянула я. – Так нечестно.

– Конечно, нечестно. Я же Карлайл, не забыла?

– Забыла. – Я взяла его ладонь и прижала к своей щеке. – Я даже как меня зовут, забыла. Вас, милорд Бизон, надо запретить как оружие массового поражения.

– Скорее уж вас, миледи Рейнбоу. Столько очарованных идиотов я давненько не видел. Вам удалось зацепить даже Гровера. Что этот мудак тебе такого наговорил, что ты врезала ему по яйцам?

Я поморщилась, но ответила. Честно.

– Хотел меня купить для личного пользования.

– Хоть задорого?

– Угу. С его точки зрения – задорого. С моей – хер ему во всю морду. Джей, у вас давние счеты?

– Ага. Так что ты отлично вписалась в семейную традицию. Прямо сходу. Из тебя получится изумительная леди Карлайл.

Я промолчала. Честно говоря, мне не очень-то верилось в серьезность его намерений. Ну то есть помолвка с леди Камиллой, судя по всему, не состоялась, и меня назвали невестой, но… мы же знакомы едва трое суток!

– Ладно, по крайней мере, мы с тобой решили вопрос «кто я такой, чтобы лезть в твою жизнь», не так ли, Рейнбоу? – Джей нежно провел пальцами по моему ушку.

– Ага, решили. – Я хмыкнула, вспомнив собственное определение вчерашней давности. – Нормальный в некотором роде милорд.

– Значит, можно со мной поделиться. Расскажи мне наконец, что вчера произошло. Тебе не обязательно все брать на себя. Правда. Совсем не обязательно.

– Ага, не обязательно, – вздохнула я и приподнялась.

Джей молча помог мне сесть, но не рядом на сиденье, а к себе на колени. И обнял. Так же молча ожидая, чтобы я продолжила сама.

– Прости, я зря отмораживалась, – вздохнула я, кладя голову ему на плечо. – Я не хотела тебя обидеть, честно.

– Я знаю, что не хотела. Ну так?..

– Я… ну… моего кузена похитили и требуют выкуп, – зажмурившись, выдала я.

Не знаю, чего я боялась и зачем. Небо не разверзлось, Джей не отшатнулся. Он только тихо сказал:

– Ага. А ты тут при чем?

– При том, что звонили мне и требовали денег у меня.

– И сколько же требовали?..

– Сначала полмиллиона. Чуть меньше десяти тысяч фунтов. А потом еще три миллиона… – Я на мгновение задумалась и сформулировала наконец то, что не давало мне покоя весь день. – Знаешь, Джей, мне кажется, это все очень странно. Какие-то они ненормальные, эти отморозки.

– Похоже на то. И?..

– Мне было очень страшно. Они прислали видео, где бьют Вадьку. – Я передернулась, вспомнив этот ужас. – Понимаешь, он сначала врезался в их машину, что-то помял. Не смог заплатить сразу, и ему сломали руку. Сказали, если не заплатит назавтра, придут громить квартиру. А там бабушка с дедушкой. У дедушки два месяца назад был инфаркт, ему нельзя волноваться… Вот я и…

Я замолчала, не в силах говорить дальше. Словно стыд застрял в горле.

– Ты что, оправдываешься, Рейнбоу? Зачем?

– Ну я не знаю… все это как-то… – Я крепко зажмурилась и напомнила себе, что Джей – не Киса и не теть Лена. Ему можно все сказать как есть, и это не будет использовано против меня. – Понимаешь, я не виновата в том, что натворил Вадька. Но бросить на произвол судьбы бабушку с дедушкой как-то неправильно. Полмиллиона это же не так много.

– Новое сердце для дедушки не купишь, – кивнул Джей.

– Да! Ты же понимаешь, правда?

– Понимаю, конечно. Знаешь, мои родители не сахар, но я бы тоже… Да. Я бы на твоем месте поступил так же. Ты не могла проверить, что там происходит на самом деле, а рисковать жизнью близких как-то неправильно.

– Как нарочно. Стоило мне уехать, и вот.

– Вот-вот. Как нарочно.

– И это похищение… Вадька сам ушел из дома. Со сломанной рукой. Наверное, отдавать им деньги. А его взяли и увезли куда-то. Знаешь, мне очень хочется верить, что это не настоящее похищение. Слишком все вовремя, словно специально выжидали, когда я буду далеко от дома. Но сумма же не такая большая, чтобы этим занимались серьезные бандиты! Чтобы следили, что-то там рассчитывали… Миллион рублей – это же не миллион фунтов.

– Ты права, серьезные люди такой мелочевкой не занимаются.

– Вот!.. И… – я замялась.

Рассказывать Джею, как я договаривалась с Кисой и во что это вылилось, было ужасно стыдно. Впрочем, он же сам видел. Божечки мои, да я сгорю со стыда!

– Просто расскажи, Рейнбоу. Ты же знаешь, я не буду тебя осуждать или над тобой смеяться.

– Я сама, Джей. В смысле, сама не понимаю, как так получилось. Все сложилось один к одному. Сначала это видео, потом полицейские, Кристи…

– О Кристи подробнее.

– Она сказала, что ты лорд, и что ты меня бросишь. Как всех до меня. А она… она знает, что тебе нужно, и… Я разозлилась! Потому что ты мне соврал! Какого черта ты мне соврал, Джей?

– От большой дури, – пожал плечами Джей. – Но мне не понравилось. Врать тебе – отвратительнее, чем есть холодную овсянку.

Я невольно хихикнула. Истинно английское сравнение. А Джей продолжил:

– Честно говоря, я просто испугался, что ты уйдешь. Ты с таким чувством говорила о лордах. Классовая ненависть, да? Я читал Маркса. Спорно, но интересно.

– Неправда. Никакой классовой ненависти. Просто…

– Мы с разных планет, я – с Альфы Центавра, а ты – с Беты Бармаглота.

– Я бы не ушла, если бы ты сказал правду, Джей. Мне некуда было уходить.

– Знаю. Но я не хотел, чтобы ты была со мной только потому, что тебе некуда идти. Или потому что я – богатый сукин сын. Знаешь, я привык уже, что как только девушка узнает мою фамилию, начинается: дай, купи, подари, помоги с работой и прочая, прочая. Надоело.

– Я бы не стала.

– Знаю. – Меня прижали к себе совсем крепко и нежно-нежно поцеловали. – Но тебе хочется дарить и помогать. В конце концов, это мужское дело, добывать мамонта.

– Ну, наверное, – согласилась я, мысленно выдохнув: рассказывать, как я унижалась перед Кисой, не придется. – Но я теперь не знаю, что делать. Эти уроды, которые требуют денег, вряд ли отпустят Вадьку. Он же знает их в лицо. Может быть, надо было обратиться в полицию?

– Надо было сразу рассказать мне. Давай договоримся, Рейнбоу. Если у тебя что-то случится, любая проблема, ты сразу скажешь мне. Несмотря ни на что. Даже если мы поссоримся или я буду в Австралии на конференции кенгуру.

– Но, Джей, я не знаю…

– Я тоже не знаю, что будет через год или десять. Зато знаю, что помогать тем кого любишь – это правильно.

Я только вздохнула.

– Как у тебя все просто!

– Потому что нефиг усложнять. Кстати, с твоим кузеном все в порядке. Живой, почти здоровый и почти на свободе. А вот уроды не выжили, я не очень хочу связываться с вашей судебной системой.

– В смысле не выжили?.. – вздрогнув, я отстранилась от Джея. – Откуда ты? Как? Это Барри? Джей?!

– Ты же не думаешь, что я просто оставил все как есть и позволил тебе выкручиваться самой? Рейнбоу, тебе было плохо. Я должен был понять, почему, и тебе помочь.

– Но я… Как ты узнал?

– Немножко дедукции и связи Сая остались в конторе. Ему было несложно добраться до твоих телефонных переговоров. Правда, пришлось искать хорошего переводчика с русского не в конторе. Их наши дела не касаются. Но Барри – отличный спец, организовал все моментально.

Я растерялась. С одной стороны, забота Джея – прекрасна. Он, в отличие от меня, способен решить проблему. С другой – он вот так запросто прослушивал мой телефон?! Просто потому что ему показалось, что у меня проблемы?! То есть для него это нормально, вот так влезть, разрулить все по-своему… А если бы я с ним не поехала? Если бы я согласилась на предложение Гровера, он бы и дальше прослушивал мой телефон, следил за мной через камеры… Я знаю, камеры сейчас везде, а с возможностями конторы…

Нет. Нет-нет. Это как-то слишком.

– Джей, я очень тебе благодарна. Права. Если удастся спасти Вадьку… я… Джей, но так же нельзя.

– Можно, Рейнбоу. Бывают случаи, когда только так и можно.

– Прослушивать мой телефон – нельзя.

– Во-первых, я не прослушиваю твой телефон. Сай достал записи с сервера мобильного оператора. Во-вторых, это сделано не из любопытства, а потому что ты была в опасности. В-третьих, в подобных случаях вежливость и соблюдение законов – непозволительная роскошь.

– То есть ты сам знаешь, когда нарушать закон и плевать на все, да?

Джей тяжело вздохнул.

– Да. Я – Карлайл. Лорд с соседней планеты, Рейнбоу. У нас другие законы и традиции, чем у вас.

– Чем у простых смертных-то? О да…

– Давай поговорим об этом завтра. На свежую голову. Пожалуйста, Рейнбоу.

Мне очень не хотелось ждать до завтра с выяснением животрепещущего вопроса. Я сама не понимала, что во мне такое вскипело. Может, классовая ненависть? Или чувство социальной несправедливости? Или просто гормоны? Черт их разберет. Неважно.

А важно на самом деле другое.

– Ладно, – сказала я, выдохнув. Дважды. – Ты прав, я… извини.

– Я люблю тебя, моя девочка, – шепнул Джей, заглянул мне в глаза…

И я утонула в их безбрежной синеве. Утонула, растворилась, забыла обо всем на свете, улетела к чертовой Бете Бармаглота. С ним. С моим лордом Бизоном. И летела так до самого Найтсбриджа.

Где у дверей квартиры Джея нас уже поджидали. О нет, не лорд и леди Карлайл. Даже не леди Камилла и не Киса. Всего лишь коренастый, какой-то невзрачный мужчина в сером костюме, плохо сидящем на его слишком квадратной фигуре.

– Барри! – кивнул ему Джей. – Лиз, позволь тебе представить Барри Доусона. Самый надежный и самый незаменимый человек во всей Британии.

– Миледи, – сдержанно поклонился Барри.

– Спасибо, Барри.

– Это ваше, миледи. – Мне протянули мой смартфон. – Сегодня я вам больше не нужен, шеф?

– Ты нужен мне всегда, Барри, – усмехнулся Джей. – Но желательно выспавшимся. Так что до завтра.

– До завтра. Милорд, миледи.

Поклонившись еще раз, Барри исчез. То есть конечно же ушел, но я совершенно не поняла, как и куда. Наверное, это такая специальная магия.

А Джей тем временем потянулся к звонку…

И не успел на него нажать. Дверь его квартиры распахнулась, и на пороге образовался Мак. Непривычно серьезный, собранный и хмурый.

– Добрый вечер… хм… милорд, – поздоровался он, верно оценив остатки вечернего костюма Джея.

– Джей. Ты куда-то собрался, дружище?

– Если не возражаете, ми… Джей, у меня срочное дело.

– Что-то серьезное?

– Да… Джей. Моей леди нужна помощь. Ее кто-то обидел.

– Надо дать кому-то в глаз?

– Я сам справлюсь, – твердо сказал Мак, кинув короткий взгляд на сбитые костяшки Джея.

– Само собой. Но если что, ты всегда можешь на меня рассчитывать, Мак.

– Я помню, что мой лорд не возражает, чтобы я приводил своих друзей?

– Не возражает. Твой лорд – в некотором роде нормальный парень.

Я невольно хихикнула, на что получила понимающий и одобрительный взгляд от Мака.

– Удачи, – пожелала я ему, а заодно себе.

30. Лиза

Этой ночью мы почти не спали. Не потому, почему вы подумали! То есть не только поэтому.

Стоило мне заснуть, и я проваливалась в кошмар – к отморозкам в чулках на головах, жадно лапающему меня лорду Гроверу, смеющемуся Кисе и мертвому Вадьке. Джей будил меня раз пять, обнимал, утешал, чуть ли колыбельные не пел. На пятый раз даже принес мне горячий шоколад, ужасно густой и сладкий, мы пили его вместе из одной чашки, а потом целовались. Поцелуи со вкусом шоколада… м-м-м… В общем, мы оба нормально уснули только на рассвете.

А проснулась я первой. С бешено колотящимся сердцем и ощущением подступающего кошмара. Опять. Правда, в объятиях Джея он быстро отступил, но вот спать дальше мне уже не хотелось. Зато очень хотелось есть и кое-что еще. Все же какао среди ночи – это только для сильных духом.

Я тихонько выбралась из постели, полюбовалась своим мужчиной. Джей спал на спине, голым, вольготно раскинувшись по кровати. И улыбался. Такой доверчивой, нежной улыбкой, что у меня сердце защемило. От нежности. И от восхищения тоже. Мне же ни разу еще не представилось случая его как следует разглядеть без одежды и при нормальном освещении. Я и сейчас видела его не так чтобы идеально, линзы же сняла на ночь. Но и того что видела, было вполне достаточно, чтобы еще раз удивиться собственному везению. Вот так, с первого раза, получить идеал? Да я с ума сойти какая счастливица!

И плевать на кошмары. Пройдет. Вот прямо сегодня и пройдет. Ведь Джей рядом.

Если бы не острые потребности организма, я бы наверняка не выдержала, поцеловала бы, разбудила, и мы бы снова занялись чем-нибудь интересным. Ну очень хотелось. Этот мужчина творил со мной что-то невообразимое! Такого взрыва гормонов у меня даже в шестнадцать лет не было! Ну или просто не попадалось достойного объекта.

В общем, я покинула достойный объект со счастливой улыбкой на все лицо. И с такой же улыбкой, накинув его вчерашнюю рубашку (без одной пуговицы), отправилась по маршруту ванная комната – кухня. По дороге я, разумеется, осматривала владения лорда Бизона. Все же у меня пока в голове не очень укладывается, зачем одному человеку столько пространства (шмоток, машин, денег и т. д.). Хотя надо признать еще раз, у него тут на удивление уютно и приятно. А еще пахнет свежим кофе и чем-то еще сумасшедше вкусным.

Похоже, Мак проснулся. А судя по тому, что с кухни доносятся голоса – он таки спас свою леди от гнусных обидчиков и привел сюда. В святая святых, на кухню. Милорду при попытке проникнуть в сакральное место строит козью морду, а едва знакомую девицу – привел. Влюбился. Мак влюбился!

«Мак влюбился, Мак влюбился», – промурлыкала я на какой-то свежепридуманный мотивчик.

Те, которые на кухне, меня явно не услышали, увлеченные собственными делами. И не увидели, даже когда я остановилась на пороге кухни.

Офигевая.

«Мак! Ты ли это?» – хотелось спросить мне.

Строгий камердинер (в седьмом поколении, что усугубляет!) внезапно обнаружился на кухне в одних только пижамных штанах. Босиком. Небритым и непричесанным. Зато счастливым до безобразия. Причем куда больше счастья отражалось на суровой шотландской физиономии не при взгляде на драгоценные кастрюльки, в которых уже что-то булькало. О нет. Мак буквально светился, когда его задевала плечом растрепанная, одетая лишь в длинную футболку с британским флагом блондинка.

Футболка была подозрительно знакомой. Кажется, я позавчера именно ее видела на Джее. И размерчик явно бизоний, Мак как-то поскоромнее будет.

Я несколько секунд молча наблюдала дивную картину: приготовление завтрака вдвоем. С комментариями… и спорами! Святый Будда, это что, два шефа на одной кухне? О… вот это я понимаю, Мака зацепило!

Да еще как зацепило!

Вот они с двух сторон тянутся ложками что-то помешать в кастрюльке, вот сталкиваются – сначала ложками, потом «лбами»: спорят, и ни один не желает уступать…

А в следующий момент блондинка привстает на цыпочки и целует Мака. Из его рук падает ложка, а сами руки ложатся на природой предназначенное для них место – задницу блондинки…

– Кхм… Кхм! Доброго утра! Кажется, у вас что-то убегает, – с интонациями Доктора Зло вмешалась я.

О, надо было видеть, как Мак и блондинка отпрыгнули друг от друга, причем Мак тут же бросился к кастрюльке, а блондинка обернулась ко мне…

– Лиз?

– Кэм?

– Э… вы знакомы?

Ну, вы все поняли, правда же? До меня и то дошло. На удивление сразу. И я… Ну да. Я заржала. Я ржала и не могла остановиться. Камилла и Мак очень быстро заразились и присоединились. Правда, Мак все еще не понимал, отчего обе дурынды заливаются смехом и утирают слезы. Но это быстро исправил милорд Бизон. Разумеется, он проснулся, и его тоже принесло на кухню. В отличие от Мака, он пижамными штанами не заморачивался, ему хватило одних трусов.

– Камилла?..

При виде Джеевой физиономии меня одолел новый приступ ржача. Надо же, моего просветленного лорда тоже может что-то огорошить! О, как прекрасны его синие, вытаращенные в офигеннии глаза!

Почти так же, как злобное шипение Камиллы:

– Джеймс-с! С-свинья!

И куда только делась та счастливая и веселая девчонка, которая целовалась с Маком две минуты назад? Вместо нее откуда-то взялась разъяренная кошка. А у нее в руках – длинная ложка…

О нет. Нет!

Остановить Камиллу никто не успел. Ложка отправилась в полет – прямо в лоб Джею. И ударилась в него с громким стуком. А вот нечего так офигевать, что даже не уворачиваться.

– Черт, Кэм! За что? – Джей обиженно потер ушибленное место.

– Ты… а ты?! Как ты мог?! – это уже было офигевшему не меньше Джея Маку.

На него тоже набросились с кулаками. Но в отличие от Джея, Мак был ближе и сумел предотвратить теракт. Все тем же простым и надежным способом: поймав Кэм за обе руки и заткнув ей рот поцелуем.

Хм. Мак открывается с новой стороны. Пожалуй, таким он нравится мне еще больше. Но не так сильно, как Джей.

Быстренько схватив из оказавшегося поблизости холодильника банку пива, я отвела руку Джея ото лба и приложила банку.

– Спасибо… – еще не отойдя от шока, пробормотал он… и заржал.

Ну вот. И он заразился. Впрочем, я тоже засмеялась. Уже потише, чем в первый раз – иммунитет, он такой иммунитет.

В общем, через минуту диспозиция была простой и очаровательной: Мак с Камиллой целуются, мы с Джеем ржем. В обнимку. Закончили примерно одновременно. Целоваться и ржать.

А все потому что булькающее в кастрюльке приготовилось. Ну, в смысле, таймер звякнул. И Мак опомнился.

Вот что значит ответственный человек! Не выпуская Камиллу из объятий, потянулся выключить плиту. А Кэм… ну… я же говорила, что она была в одной только футболке с британским флагом? Так вот. Трусов на ней тоже не было. Что и заметили мы с Джеем. На полсекунды раньше, чем Кэм это осознала и одернула футболку, а сама залилась краской.

Я по шкодной морде Джея поняла, что ему пипец как хочется прокомментировать пейзаж. И ущипнула его за задницу. Превентивно.

– Упс. За что? – У него стали очень удивленные глаза.

– Из женской солидарности, – похлопала глазами я. – Надеюсь, сегодня второго раунда бокса не будет? Я есть хочу. Кэм, а что вы такое готовите?

Вместо нее ответил Мак, снова прижав Кэм к себе (на сей раз так, чтобы она не смогла ничем запустить в Джея).

– Фрикадельки под соусом бешамель. Доброго утра… Джей.

– Доброго, Мак. Эм… вкусно пахнет. Ну… не будем вас отвлекать, – дипломатично до скрежета зубовного сказал он и… отступил.

Сэр Бизон – отступил! С ума сойти, он умеет, оказывается.

– Ага. Не будем, – поддержала я его.

И мы смылись, оставив Мака объясняться с Камиллой. То есть… ну… смылись, закрыли дверь на кухню – и остались подслушивать. Не сговариваясь. Только ухмылками обменялись. Вот такое у нас взаимопонимание.

Несколько секунд за дверью кухни молчали. Очень вдумчиво молчали. Я уже собралась предложить Джею тотализатор: Камилла стукнет Мака или сначала все же что-нибудь спросит?

Я бы проиграла.

– Фрикадельки готовы, – первым отмер Мак и чем-то там загремел.

Джей хмыкнул: один-ноль в пользу друга. А из-за двери выплыл умопомрачительный запах печеного мяса. Кажется, этой ночью не только мы проголодались.

– Фрикадельки… – протянула Камилла.

Не знаю, чего в ее голосе было больше, угрозы Маку или угрозы фрикаделькам. Склоняюсь к тому, что все же фрикаделькам.

Не тем, о которых вы, надеюсь, не подумали. Вы же приличные люди, не то что некоторые.

А вообще счет сравнялся. Один-один.

– Попробуй, милая, – невозмутимо предложил Мак. – Мне кажется, это божественно.

– Слишком много тимьяна. Дай-ка еще.

– В самый раз, милая. У тебя отличное чувство меры.

Мы с Джеем переглянулись, оба – в восторге от дипломатических способностей Мака.

– Хм… да, пожалуй. Дай-ка соус…

– Они там без нас все съедят! – шепотом возмутился Джей, у которого выразительно забурчало в животе.

– Чш! Не жалей для друга фрикаделек, сатрап феодальный! – так же шепотом возразила я. – У Мака, может, личное счастье на кону, а тебе бы все пожрать.

Джей только возмущенно фыркнул, не согласный с тем, что его «пожрать» вдруг перестало быть важнее чьего-то там счастья.

– Ладно, ты был прав. Твой соус вкуснее, чем у Лорана. Но ты… Мак, привести меня к этой свинье Карлайлу… Как ты мог?! После того, что он вчера устроил!.. Ты… ты…

– Я привел тебя к своему лучшему другу, Летти. И вообще-то я сам тут живу.

– Нет, только не говори мне, что ты – служишь этому напыщенному, скользкому, высокомерному…

– Малфою? – продолжил за ней Мак с едва слышной насмешкой.

– Да, Малфою! Тьфу, Карлайлу!

– Летти, любовь моя…

– Не смей его защищать! Он оскорбил меня! Унизил! Он… Он отказался на мне жениться! Он выставил меня на посмешище! Я его ненавижу, слышишь, не-на-ви-жу!

– Так ненавидишь или хотела за него замуж? Я староват стал, не успеваю за полетом твоей мысли.

– Ты!..

– Да, моя радость? Еще фрикадельку?

Послышался звон ложки о кастрюльку и задумчивое чавканье. Очень такое, знаете ли, изысканное и аристократичное. Сразу слышно – леди кушать изволит. Фрикадельку в соусе бешамель. Или две фрикадельки. А может и три. Судя по тому, как смягчился ее тон, там могло быть и все четыре.

– Все же тимьяна многовато.

– В самый раз, любовь моя. Может быть, кофе? Кстати, я недавно опробовал новый рецепт, со свежеобжаренными какао-бобами и пятью травами. Давай я тебе сделаю.

– Сделай, – милостиво согласилась леди, и уже куда спокойнее продолжила: – Ты должен был меня предупредить, что твой друг – Карлайл.

– Я бы непременно предупредил, если бы подумал, что для тебя это важно… хм… Летти. Или все же Камилла?

– Камилла Летиция Даниш, – фыркнула леди.

– Красиво звучит. Мне Летти нравится больше.

– Мне тоже.

– Извини, Летти. Я не знал, что ты – та самая леди Даниш и не подумал, что для тебя имеет значение, какую фамилию носит мой друг.

– Погоди… Мак, так ты у него работаешь или ты с ним дружишь?

– Одно другому не мешает. Но если тебя смущает, что я – камердинер и повар…

– Нет! То есть… почему ты камердинер, если ты – шеф-повар?

– Может, потому что я многогранная личность, любовь моя?

Мне так явственно увиделась насмешливо изогнутая бровь Мака, что я тихо хихикнула. На что Джей легонько погладил меня по губам и велел:

– Чш-ш!

А там, на кухне, продолжалась романтическая комедия «Его дворецкий» (ну и что, что Мак камердинер, дворецкий звучит лучше). Мак спокойно объяснял леди Камилле, что одно другому не мешает, и что Джей на самом деле вполне нормальный парень. Ведь Камилле то, что она леди, вовсе не мешает быть чудесной, прекрасной, милой и совершенно нормальной. Не то что всякие там высокомерные ублюдки вроде… хм… Гроверов, к примеру. Просто Джей не сумел разглядеть в Камилле Летиции ту нежность, чуткость и ранимость, что она показала Маку, и ведь это же на самом деле очень удачно, что она вчера Джею отказала. Конечно, Джей – лорд и самолюбив, как и всякий лорд, ему сложно пережить отказ такой чудесной, невероятно прекрасной леди…

На сей раз хрюкнул Джей, и я закрыла ему рот.

– Тише, страдающий Бизон. Раз Мак говорит, что сложно – значит, сложно. Что тебе, ради друга слезу пустить жалко?

Джей сделал большие глаза и помотал головой, мол, ничего не жалко! Тише, дай подслушать дальше-то!

Собственно, дальше ничего особенного и не было. Мак улещивал Камиллу, как опытный царедворец, Камилла таяла и уже почти простила бедненького, несчастненького Джея, который не мог пережить ее отказа и потому немножко взбесился. Ну, подумаешь, устроил шоу с дракой, с мужчинами такое бывает. Особенно с такими мальчишками, как Джей. Вот то ли дело Мак! Взрослый, разумный и выдержанный, точно знающий, чего он хочет.

– И чего же ты хочешь, Мак? – уже вполне мурлыкающим тоном поинтересовалась Камилла.

– Тебя и свой ресторанчик.

– Но остаешься с этим глупым высокомерным мальчишкой Карлайлом, когда давно мог бы!

– Не могу же я оставить друга совсем одного. Вот сейчас, когда у него появилась Лиз…

Я еле удержала Джея, вознамерившегося шагнуть на кухню и прямо спросить Мака: ты же не всерьез собираешься меня бросить?!

Да уж. Это вам не отказ прекрасной леди. Это – камердинер, он же нянька, он же кормилец и поилец, собирается кинуть бедненького лорда на произвол судьбы. Это – серьезно!

– Хватит подслушивать, пошли уже одеваться. Если вмешаешься, останемся без завтрака, – заявила я и потянула Джея прочь. За руку.

Он с тяжелым вздохом послушался. Явно потому что остаться без завтрака был морально и физически не готов.

А за завтраком…

Да, собственно, что там могло такого быть? Четыре хороших человека всегда договорятся. Особенно когда на столе – кофе с шоколадом и пятью травами, фрикадельки со спаржей под соусом бешамель и дивно пышные пряные булочки. А главное, когда рядом любимый мужчина (или любимая женщина), и все уже хорошо…

Короче говоря, мы отлично пообщались. Джей с Камиллой выяснили, что когда их никто не заставляет вступать в брак – они вполне могут дружить. Тем более Джей извинился за утопленную куклу, Камилла – за вылитые в его ботинки мамины духи… хм… ну, они много за что извинились друг перед другом…

– Хм… может быть, оптом будет проще? – невозмутимо предложил Мак, когда они перешли к десятому эпизоду своей чистой детской «дружбы».

– Пожалуй, – кивнул Джей. – Короче, я очень сожалею и обещаю больше не… хм… Больше не. Мир?

– Ладно, мир. Мальчишка! – фыркнула Камилла.

– Мальчишка, ага, – пожал плечами Джей, вовсе не намекая на то, что Камилла на три года его старше. – Надеюсь, наши родители сумели утешить и поддержать друг друга, когда ты… хм…. мы оба сбежали.

– Папа обещал лишить меня наследства, если я не выйду за тебя и не рожу ему внука-будущего-графа. И черт с ним, с наследством. У меня есть галерея, а еще мы с Маком откроем ресторан.

– И тебя тоже? Ох уж этот дядюшка Гарри. Ничего, опомнится.

– Дядя Руперт, как я погляжу, лишать тебя наследства передумал? Как тебе удалось?

– И дядя Гарри передумает.

– Уверен? – подняла бровь Камилла.

– Передумает, – кивнул Джей. – Слово Бизона.

Камилла перевела заинтересованный взгляд на меня. Ну а я что? Я сидела тихо и отсвечивала по минимуму. Пусть сначала между собой разберутся.

– Похож, – ласково улыбнулась я. – Особенно когда прет напролом.

– Ничего и не напролом, – сделал вид, что обиделся Джей. – Я, между прочим, само воплощение дипломатии. Я же Карлайл!

– Ага, очень заметно.

– Конечно, милый.

– Кто бы сомневался, милорд.

Сказав это одновременно, мы все трое переглянулись и заржали. Ужасно дипломатично. А Джей светло улыбнулся и развел руками.

– Ну ладно, ладно. Бизон и пру напролом. Уговорили. – И в качестве подтверждения обнял меня за плечи. – Вы собираетесь пожениться или вам и так неплохо?

– Собираемся, – заявил Мак.

– И так неплохо… – одновременно с ним сказала Камилла, обернулась к Маку…

– Мы поженимся, Летти. А Джей будет шафером. В конце концов, твои родители так хотели видеть вас рядом у алтаря, нельзя же их разочаровать.

Честно говоря, я ожидала, что Камилла встанет на дыбы. Ну не производит она впечатления женщины, которая позволяет хоть кому-то решать за себя, или леди, которая пойдет замуж за камердинера. Но я ошиблась.

– Ладно, – кивнула Камилла. – Я выйду за тебя. И пусть папа хоть треснет.

– А ты прав, Мак. Устроим двойное торжество, пусть мама и тетушка Мэнди порадуются.

– Эм… Маленькая сложность, Джей, – обломала я его планы. – Я все еще замужем.

– А, фигня. Твой художник даст тебе развод хоть завтра, или когда там работает консульство.

– Бизон, – фыркнула я.

То есть проскочила у меня мысль отказаться. Резоны? Да сотня резонов. И первый – я же опять выйду за деньги, только на этот раз – за очень большие деньги. Выглядит это, как охота за состоянием. Лимита с амбициями, если быть точнее. Второй резон – я не леди даже близко, круг Джея меня не примет. Особенно после феерического дебюта на его несостоявшейся помолвке. Третий резон – он меня задавит, Бизон хренов, всегда будет решать за меня, и я так и не буду ничего из себя представлять, просто девочка-куколка…

Ужасно логичные резоны, и эти, и остальные девяносто семь.

Но с другой стороны, какая мне разница, кто и что подумает? Я люблю Джея, а не его деньги, и я могу чего-то добиться как драматург и будучи замужем леди Карлайл. В конце концов, я как никто другой знаю, что талант без поддержки денег – зачахнет, засохнет и умрет с голоду, как Бетховен. Так что хватит быть дурой, пора стать счастливой.

Ну и…

Ладно. У меня был еще один резон «за». Ужасно меркантильный, злобный, гадкий резон. Как представлю морду Кисы, когда на очередную его выставку я приду как леди Карлайл… о да! А уж морду его мамы!..

– Ага, Бизон, – согласился Джей и поцеловал меня в висок. – Ну, раз все хорошо, то пора бы обрадовать наших дорогих интриганов. Кэм, ты сама скажешь отцу или тебе оказать моральную поддержку? Если что, можешь все валить на меня.

– Оказать, – ответила Камилла после секундного размышления. – Пусть орет на тебя, ты Бизон, тебе не страшно. Кстати, у нас с Лиз сегодня куча дел. В три часа открытие выставки… Еще есть время пригласить русского консула, пусть не тянет с разводом Лиз.

– Кэм, я говорил тебе, что ты – отличный друг?

– Можешь начинать, Бизон, – усмехнулась леди Камилла и… да нет, мне показалось! Не могла она показать Джею язык!

– Начинаю. – Джей поклонился, прижав руку к сердцу. – Леди и джентльмены, леди Камилла Даниш – воплощение ума, красоты и благородства, настоящий друг!

Ну вот на какой-то такой ноте и закончился завтрак в кругу семьи. Моей новой, немножко сумасшедшей, но от того не менее прекрасной семьи.

А потом была выставка. Вы спросите, что я забыла на выставке моего бывшего мужа, которому яйца оторвать мало? Вот то и забыла. То есть я не собиралась ему ничего отрывать. Ни в коем случае. Так только, чуть-чуть потоптаться. И забрать кое-какие бумажки.

А что из этого вышло – читайте после слова «Эпилог».