Текст книги "Попаданка, пленившая дракона (СИ)"

Автор книги: Татьяна Абиссин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)

– Прости, Маша. И прощай.

Открыв глаза, я не сразу поняла, где нахожусь. Казалось, еще несколько мгновений назад я беседовала с Костей. Правая ладонь была крепко сжата. Я медленно разжала пальцы, поднесла их к лицу. Конечно, никакой заколки не оказалось.

По щекам потекли слезы. Я не утирала их, позволяя себе отпустить прошлое и смириться.

Первая любовь часто бывает несчастной. Жаль, конечно, что у нас с Костей ничего не получилось. Но, ничего не поделаешь. Золотников скоро забудет обо мне, найдет счастье с другой девушкой. А я теперь леди Мари Экберт.Мне нужно думать, как выжить в новом мире, соединить принца Эдварда с Селией, и наладить отношения со своей Парой.

Слезы высохли. Глубоко вздохнув, я перевернулась на другой бок, в надежде подремать еще немного.

И, все же, жаль, что у меня не осталось ничего на память о Косте.

* * *

Утро следующего дня я посвятила уборке в гостиной: вытерла пыль, убрала в шкаф книги и свитки, попросила горничную принести свежих цветов, а также заказать на кухне чай и свежий пирог. Девушка удивленно посмотрела на меня, но просьбу выполнила. Только потом я догадалась, что выгляжу нелепо: знатная леди своими руками наводит порядок в комнате. Хорошо еще, что слуги в Академии не привыкли задавать вопросы.

Стянув с головы косынку, я тряхнула волосами, позволяя им рассыпаться по плечам. От старых привычек трудно избавиться. В прошлой жизни у меня не было горничной, приходилось всё делать самой. И сейчас для меня проще самой помыть посуду, чем ждать, что это сделает кто-то другой.

Скрипнула дверь, и в комнату, сияя улыбкой, вошла Селия. Я с восхищением взглянула на неё. Каштановые волосы, отливающие золотом в солнечных лучах, светлые глаза, опушенные длинными ресницами, маленький ярко-алый рот – если подруга и не была признанной красавицей, то очень хорошенькой. Эдвард не мог остаться к ней равнодушным.

Я окинула взглядом свое платье из серой ткани, украшенное скромной полоской кружев. Отлично, мне никогда не шел этот цвет. Осталось только стянуть волосы в пучок, чтобы превратиться из юной леди в незаметную компаньонку. Потом сесть где-нибудь в углу, предоставив Селии развлекать гостя. Впрочем, уверена, увидев друг друга, они сразу же забудут обо мне.

– Селия, можешь оказать мне услугу? – спросила я, после того, как мы позавтракали. Девушка с готовностью кивнула.

– Сегодня в гости придет принц Эдвард. Ты не могла бы встретить его вместе со мной?

Краем глаза я наблюдала за Селия. Любая ученица в Академии всё бы отдала за возможностьпознакомиться с наследником трона, но Селия осталась спокойной.

– Это твой бывший жених? – уточнила она.

Я кивнула, чувствуя себя неловко. Все же неприятно манипулировать другими людьми, даже из лучших побуждений. Но я не хотела рисковать. Селия и принц должны встретиться и полюбить друг друга, как можно скорее. Неизвестно, что случится с реальностью, если Эдвард продолжит преследовать меня, или влюбится в какую-то другую девушку.

– А зачем он вообще придет? Вы же расстались, – поинтересовалась Селия.

Я замялась. Ну, не будешь же рассказывать подруге, что она является главной героиней романа, прочитанного мной в другом мире. А Эдвард – её единственной Парой. Так и к целителям недолго угодить. Поэтому я выбрала нейтральный вариант:

– Понимаешь, мы с Эдвардом были хорошими друзьями, но не влюбленными. Наша помолвка распалась после того, как я узнала, что обладаю алой лентой. А потом Эдвард приехал в Академию и попросил о встрече. Не хотелось бы его обижать, и видеться наедине – тоже. Да меня девчонки просто на части порвут, если решат, что я снова встречаюсь с их обожаемым принцем!

– Я поняла, – перебила меня Селия. – Не волнуйся, я составлю компанию вам с принцем.

Поблагодарив её, я осторожно спросила:

– А тебе самой не интересно взглянуть на Эдварда? Он не только наследник престола. Он умен, обаятелен, прекрасно воспитан, и, к тому же, хорош собой.

Мои слова не произвели на Селию никакого впечатления:

– Я знаю. Я видела портрет наследника Эльрадии. Думаю, что художник ему польстил. А что касается характера, то нужно смотреть на поступки человека, а не на то, что говорят о нем другие.

Я хмыкнула, подумав, что Селия очень холодно относится к будущему избраннику. Не страшно, после первой встречи всё изменится. Эти двое без памяти влюбятся друг в друга, а я, избежав опасности, стать невестой принца, займусь личными делами.

Поэтому я ждала появления Эдварда с нетерпением. Время тянулось медленно. Я пыталась читать книгу, посвященную магической живописи, Селия открыла какой-то роман. Судя по тому, как быстро она переворачивала страницы, её книга была интереснее моей.

Наконец, в коридоре послышался какой-то шум. Я отложила потрепанный томик и прислушалась. Негромкие голоса, восхищенные вздохи, шелест платьев… И неторопливые шаги, явно принадлежащие мужчине.

Я бросила взгляд на Селию, по-прежнему сидевшую в кресле. Она даже не пошевелилась, и я почувствовала легкую досаду. Хоть немного интереса к гостю можно проявить?

Когда принц появился на пороге комнаты, я поднялась и приветствовала его низким поклоном. Хорошо, что тело Мари помнило, как правильно приседать и кланяться, в противном случае я бы точно наступила на край платья и споткнулась.

Принц выглядел так, словно сошел с картинки модного журнала или же с экрана телевизора. Костюм из темно-синего бархата, с золотой цепь через плечо, подчеркивал стройную фигуру. Белокурые волосы слегка растрепались, на щеках горел румянец. Даже я, думавшая то о Косте, то о ректоре Академии, была восхищена его красотой.

– Дорогая Мари,– принц взял мою руку и поцеловал, слишком страстно, для обычного друга. – Рад тебя видеть. Ты, словно солнце, осветившее этот серый день.

– Ты такой льстец, Эдвард, – рассмеялась я, подумав, что рядом с принцем выгляжу скорее, как Золушка. Его роскошный костюм, золото и драгоценные камни, и мое скромное платье.

Осторожно высвободив руку, я повернулась к подруге.

– Ваше Высочество, позвольте представить вам мою подругу, Селию Кастл. Она приехала с другого материка, чтобы учиться в Академии. – О её титуле я решила не упоминать. Во-первых, девушка сама просила меня об этом, не желая привлекать внимания. Во-вторых, мне хотелось бы, чтобы принц увлекся самой Селией, а не возможностью династического брака. – Селия, это принц Эдвард, наследник трона.

Молодые люди вежливо раскланялись и произнесли положенные случаю слова. Я отступила на полшага назад, внимательно наблюдая за ними. Селия выглядела очаровательно, в своем розовом платье. Она казалась хрупкой и нежной, рядом с принцем.

Но лицо девушки не вспыхнуло румянцем, рука, протянутая Эдварду, не дрогнула. Она мило улыбнулась в ответ на его слова, и только. И сам принц не выгляделсчастливым. Он не замер на месте, не стал восхищаться её внешностью. Почти сразу же Эдвард обернулся, ища меня взглядом.

«Что происходит? – мысленно возмутилась я. – Где страстные взгляды? Где объятия? Где радость от обретения Пары?»

Я машинально предложила принцу садиться. Селия вернулась в кресло, стоявшее у стены, так что мне пришлось расположиться рядом с принцем. Машинально отвечая на его вопросы, я пыталась понять, что же не так.

Почему принц и главная героиня романа не полюбили друг друга с первого взгляда? И, главное, чем это грозит мне?

Я машинально потерла плечо, на котором находилась невидимая Эдварду порванная лента. Как минимум, мне будет сложно общаться со своей Парой. Если Эдвард всерьез увлечется мной, он может упросить отца восстановить помолвку. А Его Величество очень любит сына и наследника. Тогда, после того, как наши с Винтером ленты, уничтожат, меня заставят выйти замуж за Эдварда.

По телу пробежала неприятная дрожь. Я хорошо отношусь к принцу, но становиться его женой не собираюсь! Я хотела бы найти любовь, которая окажется взаимной.

Я пыталась вовлечь Селию в разговор между мной и принцем. Получалось плохо – Селия была застенчива, не сразу находила общий язык с чужими людьми, а Эдвард был явно недоволен, что не остался со мной наедине. А потом стало еще хуже. Не успели мы сесть за стол, как в дверь тихо постучали. Одна за другой, вошли пять девушек.

Я окинула их недовольным взглядом. Судя по роскошным платьям, красавицы принадлежали к элите Академии. Старшая леди, темноволосая и стройная, произнесла небольшую речь, и попросила меня принять «их скромный подарок».

«Скромным подарком» оказался огромный торт, две вазы фруктов, и гора конфет и сладостей. Не понимаю, откуда девушки узнали о визите принца, ведь торт нужно заказывать заранее.

Вздохнув, я предложила девушкам присоединиться к нам. Мне не хотелось болтать с незнакомками, после того, как мой план свести Селию и принца, рухнул. Но делать было нечего. Девушки явно происходили из знатных семей, пользовались уважением в Академии, и, в случае отказа, могли доставить неприятности мне и подруге.

Гости попытались перетянуть на себя внимание принца. Я не возражала бы против этого, не будь с нами Селии. Подруга, и без того не слишком общительная, стала совсем незаметной. Я не могла добиться от неё лишнего слова, кроме «да» и «нет».

Эдвард ослепительно улыбался. Если его и разозлили незваные гости, то он ничем этого не показывал, продолжая непринужденно ухаживать за мной. То протягивал спелый персик, то положил на тарелку лучший кусок торта. При этом он успевал отвечать на вопросы поклонниц, и рассказывать о своей жизни и учебе в Академии.

Я не удивилась, когда Селия поднялась из-за стола, и, сославшись на головную боль, ушла к себе в комнату. Только проводила её грустным взглядом.

«Всё происходит не так, как в романе! Почему? Что случилось?»

К счастью, в комнату заглянула охрана принца. С Его Высочеством хотел встретиться кто-то из преподавателей, и как можно скорее.

Эдвард изящным жестом отбросил со лба белокурую прядь волос.

– Как жаль, Мари, что мне пора уходить. Время в твоей компании летит незаметно. И, конечно, в вашей, дорогие дамы, – спохватился он.

Этого оказалось достаточно, чтобы девушки, радостно щебеча, окружили принца и буквально подтолкнули в сторону дверей. Эдвард не успел даже проститься со мной. Я осталась в одиночестве.

В наступившей тишине слышалось только тиканье часов, стоящих на полке.

Я поднялась, чтобы убрать со стола посуду, потом вспомнила о том, что являюсь леди Экберт, и вызвала горничную. Потом подошла к окну, и некоторое время стояла, прижавшись лбом к стеклу.

Что я сделала неправильно? Почему принц, по книге, безумно влюбленный в Селию, не обратил на неё никакого внимания?

Конечно, Эдвард – наследник трона, к тому же, настоящий красавец. Он всегда был окружен поклонницами. К Мари Экберт в период помолвки он относился равнодушно, и заинтересовался ею только тогда, когда девушка решила его оставить. Есть люди, которые не любят терять то, что считают своим. И, чем больше я сопротивляюсь, тем желаннее становлюсь для принца.

Но Селия, милая скромная Селия, терялась на фоне признанных красавиц Академии. Да, она была «Видящей ленты». Да, обладала магическими способностями. Но требовалось что-то еще, чтобы избалованный женским вниманием принц, её заметил. Какая-то яркая особенность, талант…

Я ударила себя кулаком по лбу. Как я могла забыть первую встречу Селии и Эдварда, описанную в романе! Смягчающим обстоятельством могло служить то, что я быстро пробежала взглядом эти страницы. Катя, сидевшая рядом со мной в автобусе, постоянно отвлекала меня.

У Селии был прекрасный, чарующий голос. Когда Эдвард случайно услышал её песню, то захотел познакомиться с певицей. Он заинтересовался ею, не зная, ни кто она, ни к какой семье принадлежит.

Я тут же направилась в комнату Селии. Девушка ожидаемо обнаружилась у окна, с книгой в руке.

– Твои гости уже ушли? – улыбнулась она.

Я скривилась

– Из «моих гостей» был только принц Эдвард. Да и тот, скорее, напросился. Я ему немного обязана за помощь.

– А мне показалось, что вы отлично ладите. По крайней мере, Его Высочество глаз с тебя не сводил. Ему не понравилось, что я не оставила вас наедине. А уж когда появились эти девчонки…

Я нахмурилась, едва не воскликнув: «Это ты, Селия, должна ему нравиться! Ты – главная героиня, а не я!»

– Между нами давно всё кончено. Я не люблю Эдварда, а он, на самом деле, не любит меня.

– Тогда зачем, снова и снова, пытается с тобой встретиться? Даже приехал ради этого в Академию.

В голосе Селии не слышалось ревнивых ноток, скорее, любопытство. Наверное, для «Видяшей» мои отношения с парнями напоминали забавный спектакль: я, Пара, которая меня отвергает, и Эдвард, пытающийся меня вернуть.

Пожав плечами, я задала встречный вопрос:

– А как тебе принц Эдвард? Симпатичный, не правда ли?

Глаза Селии вспыхнули огнем, и тут же погасли. Она с преувеличенным вниманием поправила лежавшую на столе салфетку:

– Он очень обаятелен и умен. Как и полагается принцу.

Голос подруги звучал ровно. Только она не желала встречаться со мной взглядом. Заметив это, я внутренне улыбнулась. Что ж, по крайней мере, Селия не осталась равнодушной к наследнику. Моя задача – сделать их парой – больше не казалась мне невыполнимой.

– Да, ты совершенно права. К тому же, он очень добрый и преданный, как друг, я имею в виду. Я знаю Эдварда с детства, – я невольно улыбнулась, вспомнив, как принц заступился за меня перед ректором, когда мы были в его саду.

Повисла пауза. Селия смотрела в окно, думая о чем-то своем, а я вдруг вспомнила, зачем пришла.

– Послушай, Селия. Ты – «Видящая», и обладаешь большими способностями. Но, может, у тебя есть еще какие-то таланты?

Подруга удивленно приподняла брови.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, например, сочинять стихи. Рисовать. Вышивать шелком.

– Рисовать, шить и вышивать учат любую благородную девушку, – возразила Селия. – Не скажу, что у меня получается лучше, чем у других. А писать стихи я не пробовала.

– А петь ты умеешь? – отбросив сомнения, спросила я.

Подруга звонко рассмеялась.

– Ты сегодня какая-то странная, Мари. К чему эти вопросы? Или в Академии решили устроить состязание между первокурсниками?

Помотав головой, я пыталась найти объяснение своему любопытству. Как назло, в голову ничего не приходило. Селия, склонив голову набок, с интересом рассматривала меня.

– Людям не нравится, как я пою, – сгрустью призналась она.

– Я не верю. Ты просто скромничаешь. Пожалуйста, спой что-нибудь.

На лице Селии появилось страдальческое выражение. Уверена, она с удовольствием отказала бы надоедливой девчонке, но хорошее воспитание не позволило.

– Хорошо, но не говори, что я тебя не предупреждала. Что мне спеть?

– Спой «Балладу о влюбленных», – тихо сказала я. Насколько помню, именно эта песня, в исполнении Селии, покорила сердце Эдварда.

Но девушка не спешила исполнить мою просьбу. Она испытующе смотрела на меня светлыми глазами и хмурилась.

– Откуда ты знаешь «Балладу»? Её поют только у меня на родине.

Я вздрогнула. Почему автор романа не упомянула, что песня Селии очень редкая⁈ И почему Селия оказалась настолько внимательной? Если так пойдет и дальше, то скоро она догадается, что я что-то скрываю.

– У меня была служанка, родом с Зильтрона. Она часто пела эту песню.

Морщинка на лбу Селии разгладилась. Опустив руки на колени и выпрямившись, она негромко запела:

– Там, где море, встречается с небом…

Я прикрыла глаза, стараясь казаться спокойной. Больше всего мне хотелось подняться и убежать из комнаты, или, хотя бы, заткнуть уши. Но я не могла этого сделать, и мне пришлось слушать балладу до конца.

Крик павлина или чайки, пролетевший над морем, мог бы показаться райской музыкой по сравнению с голосом Селии. Девушка сказала правду, признавшись, что не умеет петь. Она, то и дело, фальшивила, повышала голос в тех местах, когда требовалось петь тихо и нежно, сбивалась и спешила, когда нужно было петь медленно. Она явно знала об этом и, пожалев меня, не стала заканчивать балладу.

– Ну, что скажешь? Убедилась, что я не умею петь?

Медленно выдохнув, я кивнула. Голос Селии вызывал желание сбежать, как можно дальше. Просто чары сирены, наоборот. Ими нужно не привлекать мужчин, а отгонять назойливых поклонников.

– Прости меня, – я осторожно коснулась руки Селии.– Может, тебе нужно взять пару уроков пения?

– Нет, спасибо, – подруга покачала головой. – У каждого свой талант. Мой – видеть ленты и разрывать их, при необходимости. Глупо тратить силы на то, что невозможно улучшить.

Попрощавшись с Селией, я ушла в свою комнату, и долго стояла у раскрытого окна.

Итак, главная героиня не обладает чарующим голосом. Ей не удастся, как в романе, привлечь внимание Эдварда, не восхитить его своим талантом. Но есть и нечто хорошее: Селии явно понравился принц. Осталось только убедить Эдварда в том, что Селия – его судьба.

«Почему сюжет так изменился? – думала я. – И что теперь делать?»

* * *

Утром, когда мы с Селией завтракали, горничная принесла мне запечатанное письмо. Сначала я подумала, что оно – от отца Мари, но затем рассмотрела печать Академии и витиеватую подпись.

«Это от ректора!» – вздрогнула я, чувствуя, как к щекам приливает кровь. Почему-то мне и в голову не пришло, что письмо отправил кто-то из преподавателей.

Я не ошиблась. Принц Винтер приглашал меня на обед, «если вы не заняты сегодня».

Я обрадовалась, и тут же разозлилась на себя за эту радость. Ведь ректор не приглашал меня на свидание. Он просто выполнял приказ целителей – проводить со своей Парой как можно больше времени, чтобы связь между нами укрепилась, и можно было удалить разорванную ленту.

– От принца Винтера? – проницательно улыбнулась Селия.

Кивнув, я спросила, как она догадалась.

– Твое лицоизменилось за пару мгновений.Сначала просияло, как у ребенка, получившего неожиданный подарок, а затем нахмурилось.

– Принц пригласил меня пообедать, – пробормотала я, недовольная, что меня так легко прочитать. – И что, значит, «просияло»? Я просто удивилась предстоящей встрече, вот и всё.

Но Селия мне не поверила.

– Это ж чудесно! Его Высочество хочет узнать свою Пару. У тебя появился шанс, Мари.

– Ненастоящую Пару, – возразила я. – Ты же помнишь, что наши с ним ленты разорваны. На самом деле ректор меня ненавидит.

– Глупости, – отмахнулась Селия. – Никто не может ненавидеть своего избранника. Ректор просто не понимает, что такое связь, и как много дает. Если есть хоть крохотная возможность сохранить ленту…

Вздохнув, я поднялась из-за стола и направилась в свою комнату. Селия, конечно, Видящая, но в данном случае она не права. Мари сВинтером не понравились друг другу с первого взгляда. А потом, встретившись в Академии, я сделала всё, чтобы, вызвать раздражение своей Пары. Чудо,что он позволил мне здесь учиться.

И нельзя забывать о той рыжеволосой красавице, с которой у ректора был роман. Яркая, живая, знающая себе цену – она даже на меня произвела впечатление. Винтер был очень расстроен, когда она сказала, что не будет ждать, пока он разберется со своей Парой. Еще одна причина для мужчины, чтобы ненавидеть нашу связь.

Хуже всего, что я сама не понимала, чего хочу. Равнодушие Пары обижало меня, но я понимала, насколько проще станет моя жизнь без этой связи. Я смогу сама выбрать парня, того, кто мне понравится, без дурного характера и бывших любовниц.

«И никогда не узнаю, что такое – любовь Пары», – промелькнуло в голове. Сердце словно сжала ледяная рука. Меня охватила тоска по тому прекрасному, что могло бы быть. Ведь вторую Пару найти невозможно.

– О чем задумалась? – весело спросила Селия, входя в комнату. Я качнула головой, позволяясветлым кудрям рассыпаться по плечам.

– Выбираю платье, в котором пойду на обед к ректору, – я едва не сказала «на свидание». Наверное, слишком много думала о своей Паре, а это плохо.

– Покажи-ка.

Селия внимательно изучила мои наряды. Когда я указала ей на платье из темно-синего шелка, отделанное полоской кружева, девушка наморщила лоб:

– В нем ты будешь выглядеть, как преподавательница Академии. Мрачно и скучно.

– Селия, это деловая встреча, – напомнила я. – Мы с ректором хотим лучше узнать друг друга и, как можно скорее, разорвать помолвку.

– Неужели? – Селия взглянула мне прямо в глаза. – Ты действительно хочешь этого, Мари?

Я отвернулась, замешкавшись с ответом. Широко улыбнувшись, подруга отправилась к себе в комнату и принесла чудесное серебристо-серое платье с пышной юбкой и затейливой вышивкой на корсаже.

– Думаю, это подойдет. Примерь.

Невольно ахнув, я приложила к себе струящийся шелк и подошла к зеркалу. Из него на меня смотрела красивая девушка, с распущенными по плечам золотистыми локонами и яркими голубыми глазами.

И все же, мне не хотелось брать платье у Селии. Оно пригодится самой героине, чтобы очаровать Эдварда. И, кто знает, если бы подруга надела его прошлым вечером, когда у нас в гостях был принц, он взглянул бы на неё совсем по-другому.

Не слушая моих возражений, Селия помогла мне надеть платье и туго затянула пояс.

– Неплохо, – сдержанно заметила она, после того, как уложила мне волосы и закрепила их шпильками, оставив один локон с правой стороны. – Тебе нравится?

Кивнув, я наклонилась и благодарно поцеловала её в щеку.

– Ты просто чудо! Спасибо большое! У меня такое чувство, словно я иду на настоящее свидание.

– Так и есть, – серьезно ответила Селия. – Не отказывайся от счастья, Мари, только потому, что тебе один раз сказали «нет». Вы с Винтером созданы друг для друга, и, думаю, он скоро это поймет.

В самом радужном настроении я направилась в дом ректора.

На этот раз мне не пришлось тайно пробираться через сад. Стоило мне дотронуться до калитки, как та с мелодичным звоном распахнулась. Я пошла по узкой дорожке, петляющей между кустов.

Вокруг царила тишина, казалось невероятным, что шумная Академия находится всего в сотне шагов от сада. Наверное, ректор использовал какие-то чары для своего любимого уголка. Деревья отбрасывали длинные тени, создавая приятную прохладу. Воздух был наполнен ароматом цветов.

В прошлый раз я слишком торопилась сорвать розу, и боялась попасться на глаза ректору, чтобы оглядываться по сторонам. Сейчас я с удовольствием рассматривала кустарник, в ветвях которого распевали птички, невысокую горку, напоминавшую альпийскую, и покрытую цветочным ковром, беседку, белевшую среди деревьев. Больше всего меня восхищало, что сад не казался искусственным, сделанным рукой человека. Всё казалось естественным, но я догадывалась, сколько труда требовалось для того, чтобы создать такую красоту.

Дойдя до пруда, берега которого были выложены плоскими камнями, я в растерянности остановилась. Нежно журчал ручеек, шелестели листья под порывами ветерка, но не слышалось, ни звука шагов, ни чужого голоса. Я бы с удовольствием еще побродила по саду, но нельзя забывать о цели моего визита. А вдруг ректор рассердится за опоздание, и не захочет со мной общаться?

От этой мысли мне стало грустно. Я уже собиралась позвать хозяина сада, как вдруг ощутила слабый толчок в спину. Словно кто-то направил меня вправо, куда уходила одна из дорожек.

Что это было? Подсказка волшебного сада или пресловутая связь лент?

Больше не сомневаясь, я свернула на узкую, посыпанную мелким песком, дорожку, и, спустя пару минут, увидела Винтера, склонившегося над цветущим кустарником.

Сердце, по непонятной причине, забилось сильней. Я мысленно приказала себе успокоиться и, поправив платье, собиралась окликнуть мужчину, как вдруг заметила, чем занимается дракон.

Кустарник, усыпанный мелкими фиолетовыми цветами, выглядел очень красиво, но одна из веток оказалась сломана. Винтер бережно поднял её, собираясь привязать к вбитому в землю колышку. Только ленты или веревки я не заметила.

«Значит, он сам ухаживает за садом», – удивилась я. А ведь это – непростая работа. Нужно многое знать, магические способности не помогут избавиться от вредных насекомых или подобрать почву, подходящую для цветов. К тому же, меня поразило выражение лица Винтера, когда тот сжимал в руках сломанную ветку: оно было мягким и нежным. Никогда бы не подумала, что суховатый педантичный ректор, может так ласково смотреть.

Под моей ногой скрипнул песок, и Винтер обернулся. Его взгляд скользнул по мне, став спокойно-равнодушным.

– Вы пришли, леди Мари, – заметил он, кивая в знак приветствия. – Простите, я не ждал вас так рано.

Я, сама не понимая почему, рассердилась. Конечно, я – не цветок, нуждающийся в заботе и уходе. Но, можно, хотя бы, не смотреть на меня, как на назойливую муху, нарушившую покой хозяина сада!

– Ничего страшного, лорд Винтер, – я слегка поклонилась. – Могу я вам чем-то помочь? Вы же собирались подвязать ветку кустарника?

Во взгляде ректора промелькнуло удивление, как будто он не ожидал помощи, тем более, от меня.

– Ленты на скамейке. Принесите самую мягкую из них, пожалуйста.

Я выполнила его просьбу. Пришлось немного повозиться с лентами, пока я не выбрала нужную.

Как я жалела, что в своем мире не проявляла интереса к работе на даче и уходу за растениями. Мне казалось скучным, копаться в земле, поливать, пропалывать. Я даже в названиях цветов не разбиралась. Сейчас было бы проще найти общий язык с Винтером.

Вздохнув, я протянула Винтеру ленту, и наши пальцы на мгновение соприкоснулись. По коже словно пробежал разряд тока. На мгновение мне захотелось крепче прижаться к мужчине, вдохнуть его запах, провести ладонью по мягким волосам…

Я отшатнулась, сбрасывая наваждение. Винтер выглядел не лучше – его дыхание сбилось, в темных глазах вспыхнул огонек, но это продолжалось лишь мгновение. Отодвинувшись, он принялся подвязывать сломанную ветку.

Отойдя на пару шагов, я прижала ладони к щекам. Что это было? Такое сильное желание, оказаться как можно ближе к ректору. Ведь он мне даже не нравится…

«Надо скорее разрывать связь», – мелькнуло у меня в голове. Судя по мрачному лицу ректора, когда он, спустя минуту, подошел ко мне, Винтер думал о том же.

– Благодарю вас, Мари. Пройдемте в дом, – он сделал странное движение, будто собираясь предложить мне руку, а затем передумав.

В молчании мы дошли до маленького домика, чьи стены были сплошь увиты плющом. Он казался очень уютным, и, в то же время, слишком скромным для ректора Академии и сын короля.

– Что-то не так? – спросил Винтер, заметив мое удивление.

– Я думала, вы живете в Академии.

По лицу ректора скользнула легкая улыбка.

– Там находится мой рабочий кабинет, но жить я предпочитаю здесь. Терпеть не могу шум.

Я невольно посочувствовала Винтеру. Тому, кто любите уединение и тишину, нелегко управлять Академии, где каждый день что-то происходит. Интересно, почему он согласился на эту должность?

– Хотел быть полезным, – коротко произнес Винтер. – Если для тебя закрыт путь, для которого ты был рожден, нужно не отчаиваться, а искать другую дорогу.

«Я, что, сказала это вслух? Или ректор умеет читать мысли?»

– Нет, просто у вас на лице всё написано, – ответил Винтер, а затем, будто прислушавшись к чему-то, добавил, – или это действует пресловутая связь лент. Я чувствую ваши эмоции, мысленные образы, когда вы находитесь так близко.

Голос ректора звучал устало. Похоже, ему не слишком нравилась новая способность, как и связь между нами.

– Боюсь, мне будет трудно сдать вам экзамены, лорд Винтер, – пошутила я. – Вы сразу узнаете, готовилась я, или удачно списала.

– Надеюсь, к этому времени мы избавимся от нашей связи, – обронил ректор, проводив меня в гостиную.

От слов Винтера в груди стало холодно, но я сразу же напомнила себе, что наша связь – ошибка, иначе ленты не оказались бы разорваны. Что может быть хуже, чем любить человека без надежды на взаимность? Или знать, что он находится рядом с тобой не по собственной воле?

Гостиная оказалась просторной комнатой, окна которой выходили на запад. Стены, отделанные светлым деревом, красивый ковер на полу, изображавший поднявшегося на дыбы дракона. У окна стоял стол, накрытый на две персоны.

– Прошу вас, присаживайтесь, леди Мари.

– Пожалуйста, называйте меня по имени, – попросила я. – Если мы хотим стать ближе, нужно отказаться от официальности.

Ректор, немного подумав, кивнул. Потом вышел, чтобы помыть руки, испачканные после работы в саду. Я осталась одна, раздумывая о том, часто ли у Винтера бывают гости. Наверное, нет. В доме не ощущалось присутствия другого человека. Живи здесь женщина, хотя бы та рыжеволосая красотка, которую я видела в кабинете ректора, она бы непременно оставила свой след. Игрушки, вышитые салфетки, фарфоровые статуэтки и украшения – хотя бы что-то из этих вещей обнаружилось в гостиной. И я гадала – то ли возлюбленная ректора рассталась с ним, то ли редко появлялась в этом домике.

Легкие шаги заставили меня обернуться. Винтер не только вымыл лицо и руки, но и переоделся. Белоснежная рубашка необыкновенно шла ему, оттеняя смуглую кожу и темные глаза. Прямые брюки из серой ткани облегали стройные ноги. Ректор сразу стал выглядеть моложе.

Мы сели за стол, но беседа не клеилась. Ректор расспрашивал меня о первых занятиях в Академии, о наставниках, и о том, кто стал моей соседкой. Его брови удивленно приподнялись, когда он услышал имя Селии. Кажется, происхождение моей подруги не было для него тайной.

Потом он говорил об отце, и о месте, где я, то есть Мари, выросла. Я буквально взмокла от напряжения, пытаясь вспомнить каким было детство Мари Экберт. Винтер знал слишком много для человека, живущего вдали от светского общества. Не хотелось бы, попасться на вранье или сказать что-то, что вызовет подозрения у опытного мага.

Поэтому, сообщив о разрыве отношений с лордом Экбертом, отцом Мари, я постаралась сменить тему:

– Всё очень вкусно, спасибо. И мне понравился ваш дом, небольшой, но уютный.

Ректор, поднял бокалвина, посмотрел на меня сквозь него.

– Я чувствую, вы хотите задать какой-то вопрос, Мари. Спрашивайте, не бойтесь.

– Я хотела спросить о вашей невесте, – смущенно сказала я. – Она знает, что мы сегодня обедаем?

Винтер постучал вилкой по столу.

– Леди Энис… У нас сложные отношения. Она очень вспыльчива, и терпеть не может, когда всё складывается не так, как она хочет. Её не обрадовало известие о наших с вами лентах, пусть и разорванных.

– Я понимаю её. Вы только что заключили помолвку, как вдруг появляется какая-то девчонка, и начинает претендовать на твоего жениха.

Винтер немного помолчал.

– Не совсем так. Мы с леди Энис помолвлены уже около двух лет.

Я задумчиво посмотрела на ректора. Два года – долгий срок. Интересно, почему они сразу же не поженились? Хотели дождаться, пока Энис закончит учебу? Или кто-то из родителей был против?