Текст книги "Острые грани (СИ)"
Автор книги: Тата Кит
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 14 страниц)
Глава 20. Арина
Сами собой проблемы рассасываются только в сказках. Мне же стало понятно, что мои проблемы только ширятся, когда я, выходя из бара после смены, в очередной раз вместо такси начала подсознательно ждать машину Сергея. Серёги. Серёжи…
Вот настолько у меня поехала крыша, раз я начала крутить в своей бестолковой голове варианты того, как могла бы обращаться к нему по имени, будь мы обычной парочкой.
Проведя несколько дней, как приличная девочка, разрываясь между работой и домом, я увидела решение нашей проблемы недалеко от детской площадки на соседней улице – сын Сергея. Если я не ошиблась, это был.
Мальчишка лет десяти гонял с другими пацанами мяч и не подозревал, что за ним наблюдает поехавшая головой тётка.
А решение проблемы было простым: если мы сами с Сергеем не можем остановиться (а мы не можем и не сможем – это точно), то нас остановит его жена.
Я никогда не отличалась деликатностью в отношениях с кем-либо, кроме сестры и племянницы. Не стану и сейчас нарушать свои традиции.
Подойдя к мальчишке и, отведя его чуть в сторону, я разузнала у него, всё что мне было нужно: и точный адрес, и то, что мама сейчас дома, и то, что папа совсем скоро вернется с работы. Только и нужно было сказать, что я дальняя мамина подруга, которая хочет ей кое-что передать.
В подъезде дома Сергея, глядя на себя в отражении лифта, я быстро изобразила из себя прилежную девочку, заплетя две косы и смыв почти всю косметику с лица влажными салфетками. Даже платье в горошек на фоне такого бледного лица выглядело так, будто я действительно была примерной домашней девочкой.
Чтобы не передумать и не убежать, выйдя из лифта, я сразу подошла к двери квартиры Сергея и позвонила в звонок.
Натянутая, как пружина, я ждала, когда шаги внутри квартиры станут ближе, а дверь медленно откроется.
– Здравствуйте! – сказала я милейшим голоском.
– Здравствуйте, – чуть насторожилась женщина за порогом и скептически осмотрела меня снизу вверх.
– Скажите, пожалуйста, здесь проживает Сергей?
– Смотря, какого именно Сергея вы ищите, – чуть повела бровью женщина и подперла плечом дверной проём.
– К сожалению, я не знаю его фамилию. Я просто пришла сказать ему спасибо за то, что он спас меня от хулиганов. Понимаете, он тогда жизнью рисковал ради совершенно незнакомой девушки, а я ему даже спасибо сказать не смогла.
– А-а! – протянула женщина и, кажется, с облегчением выдохнула. – Так вот откуда у него эти синяки и ушибу! А я уже себе напридумывала… Просто он ничего толком мне не рассказывал по этому поводу.
– Если он дома, позовите его, пожалуйста. Я только скажу «спасибо» и всё, – едва не пустила я слезу для убедительности. – Или, давайте, я оставлю ему денег или хотя бы шоколадку в знак благодарности…
– Не выдумывайте, девушка, – чуть нахмурилась женщина и отошла в сторону. – Проходите. Сергей с минуты на минуту должен вернуться с работы. Лично его и поблагодарите.
– Правда? – сложила я бровки домиком.
– Конечно, проходите, – кивнула женщина, пропуская меня в свою квартиру. – Заодно расскажете, какой мой муж герой.
– Он самый настоящий герой! – верещала я восхищенно, снимая в прихожей босоножки. – Настоящий мужчина!
– Да, Серёжа у меня такой, – гордо протянула женщина. – Я, кстати, Наталья. Его жена.
– Приятно познакомиться, Наталья, – пожала я её руку.
– Пойдёмте в кухню. Угощу вас чаем.
– Это совершенно необязательно, Наталья. Я могу подождать в прихожей, – стала я нарочито отнекиваться, хотя именно этого и хотела – чтобы она завела меня как можно дальше в их квартиру.
– Не выдумывайте. К тому же, чай уже горячий. Идёмте.
Делая вид, что жутко стесняюсь, я прошла вслед за ней в кухню, села за стол и, следя за её аккуратными движениями, идеальной кухней, и идеальной ней, пыталась понять, какого хрена Сергей пытается найти во мне? В его жене есть абсолютно всё, что нужно нормальному мужчине: она умна, приветлива, красива, хозяйственна, у неё идеальный маникюр, укладка, приятная домашняя одежда, а не застиранный халат. Прямо сейчас, судя по запахам, его ждёт ужин, приготовленный женой, а он что? Он сходит с ума? И из-за кого? Из-за меня?! Идиот!
– Ну, рассказывайте, – Наталья поставила передо мной чай, печенье и конфеты, а сама села напротив, приготовившись слушать охуительный рассказ о своем охуительном муже.
Четыре дня назад мы сосались с вашим мужем в его машине, и я чуть не дала ему прямо там. Сделайте с этим что-нибудь…
– Я шла вечером с работы. Я работаю официанткой, допоздна. И ко мне пристали какие-то парни. Сначала они показались мне милыми, потом начали просить телефон, чтобы позвонить, а потом начали домогаться. А Сергей ехал на своей машине и с дороги увидел, что меня пытаются куда-то затащить двое парней. В общем, он их побил, довёз меня до дома и уехал. А я, как дура какая-то, даже нормальных слов благодарности не смогла ему сказать.
– Ммм, – протянула Наталья, сканируя меня странным взглядом. – Да, это похоже на Серёжу. И вы не испугались после всего сесть к нему в машину?
– Он же спас меня! – деланно возмутилась я.
– Ну, да, – поджала Наталья губы и повернулась на звук открываемой двери.
Я вобрала в грудь побольше воздуха и приготовилась к тому, что прямо сейчас будет начало конца.
Шаги из прохожей неторопливо достигли кухни, и вскоре в дверном проёме застыл Сергей, в глазах которого читалось, что он был максимально не готов к тому, чтобы увидеть меня на своей кухне, распивающую чай с его женой.
Глава 21. Сергей
Сейчас бы просто лечь спать и ни о чем не думать.
Поднимаясь в лифте своего дома, прижался спиной к стене и уперся в неё затылком, следя за тем, как на электронном табло сменялись номера этажей.
Скажу Наташе, что нужно немного поработать. Может, пару часов наедине с собой помогут мне прийти в норму. Заодно хоть на пару часов удастся избежать сканирующего Наташиного взгляда. Либо я уже начал себя накручивать, либо она реально пытается на чём-то меня подловить.
На завтра зарезервирован столик в ресторане, на послезавтра я запланировал поезду загород всей семьёй. Пора вспомнить, что раньше у меня никогда не рвало крышу, я был в своём уме и не думал ни о ком, кроме своей жены и сына.
В прихожей своей квартиры обнаружил чьи-то босоножки. Незнакомые. Наверное, к Наташе заглянула какая-нибудь подруга. Это хорошо. Ей будет только на пользу, пообщаться этим вечером хоть с кем-то кроме унылого меня.
Снял туфли, бросил пиджак и портфель на пуфик. Закатывая рукава рубашки, решил пройти в кухню, чтобы поздороваться с Наташей и её подругой, чтобы жена не обижалась хотя бы на эту мелочь.
Но стоило мне переступить порог кухни, как горло сдавило удавкой, по спине прокатилась волна холодного пота, а руки так и застыли пальцами на рукавах.
Прямо напротив моей жены, попивая чай из кружки, сидела Арина. И обе они друг другу улыбались, как старые подруги.
– Серёж, привет. А к тебе гости, – в голосе жены слышалась улыбка, пока я неотрывно смотрел Арине в глаза, без слов задавая вопрос, какого хрена она забыла в моей квартире?
– Здравствуйте, Сергей! – резко подскочила Арина с насиженного стула, и по голосу её я понял, что что-то здесь не так. – Я пришла, чтобы лично сказать вам спасибо! Вы – мой герой!
Ненатурально всхлипнув, Арина вдруг кинулась ко мне и обняла за торс, заставив меня пошатнуться и застыть с поднятыми руками, которыми я не спешил её обнимать. Вместо этого я смотрел на жену и пытался понять, когда мы все успели поехать головой.
Наташа лишь вяло повела плечом и спрятала эмоции за кружкой, отпив немного чая.
– Это лишнее, – сказал я, наконец, хоть что-то и мягко оттолкнул от себя Арину за плечи.
– Простите, – утирала она несуществующие слёзы. Всхлипывала, но в глаза мне смотрела, не пряча стервозности и самодовольства. – Это был душевный порыв. Я не хотела вас смутить.
И поэтому припёрлась в мой дом прямо к жене? – попытался я ей сказать взглядом.
– Выйдем, – сказал я и мягко подтолкнул Арину в сторону выхода из кухни. – Я сейчас вернусь, – сказал я уже Наташе и пошёл за Ариной, которая вальяжно присела на пуфик поверх моего пиджака, чтобы надеть босоножки.
Ждать я не собирался. Подхватив её под локоть, просто вывел из своей квартиры и сам прихватил её босоножки, сунув ей в руки на лестничной площадке. Закрыл за нами дверь и с шипением, едва себя сдерживая от криков, процедил:
– Ты башкой своей соображаешь, вообще? Что ты делаешь?
– А ты? – спросила Арина и бесстрашно ткнула меня указательным пальцем в грудь, удерживая в другой руке босоножки. – Ты соображаешь, что делаешь ты? Ни хрена ты не соображаешь. А сейчас я тебе наглядно показала, что ты делаешь со своей семьёй, когда приезжаешь ко мне. Понравилось тебе, как мы мило сидели за столом с твоей женой? Понял, насколько я близко? Уже решил, кого сегодня трахнешь первой? Обеих сразу не получ...
Она хотела сказать что-то ещё, но я вцепился пальцами ей в щеки, толкнул в сторону лифта и запихнул в вовремя подъехавшую пустую кабину.
– Рот свой закрой, дура! – едва сдерживая себя от того, чтобы применить силу, я вжал ей в стенку кабинки, не зная, чего именно хочу, обхватив ее горло пальцами. – Не смей даже близко подходить к моей семье.
– А ты как хотел? – улыбалась она, как умалишенная, извиваясь под моим телом, как горячая змея. – Чтобы я ждала тебя где-то на стороне, а ты приезжал и трахал меня, когда тебе будет удобно? Не выйдет, Серёженька. Я не буду ни на запасных, ни на вторых ролях. Ясно тебе? И я тебя сейчас не перед выбором ставлю, я говорю тебе, чтобы ты отвалил от меня раз и навсегда. Если ты сам не в состоянии это сделать, то за тебя это сделает твоя жена. Ты же не хочешь остаться без семьи, ведь так?
Она точно больная на всю голову. И я вместе с ней. Потому что вместо того, чтобы как следует ударить её головой об стенку кабинки, чтобы она пришла в себя, я позволяю ей ослабить хватку моих пальцем на её горле и взглядом слежу за тем, как она запускает мою руку себе под платье и кладёт пальцами на горячий треугольник.
До боли стискиваю зубы, понимая, что на ней нет белья.
– Чувствуешь? – шептала Арина, водя моими же пальцами по влажным складкам. Расставила ноги шире и подалась бёдрами ко мне. – И ради этого ты готов отказаться от семьи? Подумай, Серёжа. Хорошо подумай… Это? – выдохнула она со стоном, буквально насаживаясь на мои пальцы. – Или твоя семья? Сын, жена…
Одёрнул руку и, как ошпаренный оттолкнулся к противоположной стенке лифта.
– Вали, – кивнул я в сторону открывшихся створок, старательно избегая смотреть на Арину.
– Вот видишь, как всё просто оказалось, – хмыкнула девчонка и босиком вышла из лифта.
Вдавив палец в кнопку с номером своего этажа, я, сам того не контролирую, снова и снова наносил удары по стенке лифта, оставляя вмятины.
Сердце колотило в груди, кровь шумела в ушах, а мир, как в центрифуге, переворачивался с ног на голову, где сам я терял равновесие.
Чтобы не сводить с ума еще и жену окровавленным, сбитым кулаком я сразу прошёл в ванную, где холодной водой смыл кровь. В отражении в зеркале над раковиной на меня смотрел тот, кого я не узнавал. Кто это? Кем я стал за последние годы? В кого превратился и чего, вообще, хочу от жизни, кроме механических движений и такой же механической жизни? Фальшивые эмоции, фальшивое удовольствие от работы, которая когда-то была мечтой, фальшивое счастье, к которому осталась только привычка…
Что со мной не так? Где я сломался и почему?
Из ванной комнаты вышел только тогда, когда остановилось кровотечение, а сам я смог успокоиться и показаться жене.
Наташа мыла кружки у раковины, но моё приближение заметила.
Сев на стул за нашим обеденным столом, я смотрел на её спину и мысленно крутил в голове варианты того, что нужно сказать, чтобы сгладить угол, который заострила Арина.
– Она очень красивая, – произнесла вдруг Наташа так спокойно, будто пересказывала серию какого-то своего сериала. – Клеопатра, наверное, была такой же.
– Не знаю… – нервно дёрнул я головой и нахмурился. – Обычная.
– У тебя с ней что-нибудь было? – так же спокойно спросила Наташа, продолжая намывать кружку, которой из-за пены почти не было видно.
– Нет.
– А ты хотел?
– Да, – ответил я, не задумываясь.
Глядя сейчас на жену, которой никогда не врал, я понял, что хочу быть с ней честным до конца. Не хочу быть тем, кто будет трахать всё живое за её спиной. Не хочу, чтобы из-за меня она стала той, над кем будут насмехаться и бить в спину.
– Чемодан в прихожей, в шкафу. Я придумаю, что сказать сыну, – произнесла Наташа отстраненно.
– Наташа…
– Чемодан в прихожей.
Глава 22. Арина
Неужели тихие, скромные девочки живут именно так изо дня в день? За что они наказывают сами себя?
На часах ещё не было и десяти вечера, но я уже приняла душ, почистила зубки, забралась в постель и вместо телефона почитала книгу.
Если хорошие девочки живут такой жизнью добровольно изо дня в день, то я, похоже, наказывала себя. Или попросту пряталась. Как мышь или крыса.
Я понимала, что можно было поступить куда деликатнее, но, как обычно, приняла радикальные меры, вместо того, чтобы просто поговорить с Сергеем и обозначить свою позицию раз и навсегда.
Возможно, дело в том, что говорить с Сергеем нереально. Из нас обоих явно улетучивается адекватность, стоит нам только оказаться рядом. На смену разуму приходят животные инстинкты, влечение, страсть и похоть, а эти качества обитают только в темных подворотнях сознания – там, куда приличный разум в наглаженном костюмчике не заглянет никогда.
Стало ли мне легче от того, что я сделала?
Да. И нет.
Да – потому что я однозначно отшила от себя женатого мужчину, у которого помимо жены имеется еще и сын, очень на него похожий.
Нет – потому что я однозначно отшила от себя Сергея.
Мне б голову полечить, что ли…
Отложив книгу на прикроватную тумбочку, я выключила свет настольной лампы. Перекатилась на бок, подтянула одеяло до подбородка и посмотрела на пустующую детскую кровать передо мной. если бы там была Настя, моя племянница, она бы, наверняка, начала изображать монстра, а я сделала бы вид, что испугалась.
Но моя сестра и Настя сейчас отлично проводят время в доме её отца. Мне же остаётся только познать все «прелести» взрослой жизни.
Раньше я думала, что ничего сложного в самостоятельности нет. Я ждала её. Я хотела побыть взрослой и пожить одной, иногда в тайне мечтала о том, как перееду куда-нибудь и буду жить одна. Чтобы рядом не было ни сестры, ни её дочки. Просто одна. Классно же, когда никто не стоит над душой, не учит жизни, не подталкивает в нужном направлении? Я же сама знаю, как мне лучше! Эй, отстаньте!
Но, лёжа сейчас в полном одиночестве на постели, в обнимку со своими коленями, я хотела только одного – чтобы всё было как раньше. Хочу, чтобы Ру отчитывала меня за позднее возвращение домой или за то, что я плохо ем. Хочу, чтобы мелкая Настюха упирала кулачки в бока и, пародируя свою маму, тоже отчитывала меня, хмуря свои мелкие бровки, но при этом совершенно не понимая, в чем вся соль.
Раньше я думала, что у меня нет семьи, ведь семью, в которой есть только я, сестра и племянница, нельзя назвать настоящей. Но сейчас, в одиночестве, до меня доходило понимание того, что настоящее семь, чем моя, и быть не может.
Я снова посмотрела на часы и снова поняла, что быть хорошей девочкой – не мой вариант.
Но и такой же плохой, как при визите к Сергею домой, я тоже больше не хочу быть.
Поэтому сегодня я вновь решила прогуляться до клуба, в котором виделась с Робом. Я уже приходила к нему четыре дня назад сразу после того, как заявилась к Сергею, но Роба в клубе не было.
Я просто хотела извиниться. По большому счёту, он хороший парень, а по лицу получил совершенно незаслуженно.
Сергей, конечно, извиняться перед ним не станет ни при каких обстоятельствах, но я чувствовала угрызения совести перед парнем.
Поэтому, лихо выскочив из-под одеяла, я собралась в клуб. В этот раз для того, чтобы просто поговорить с Робом.
В клубе я пробыла около получаса прежде чем увидела Роба, спускающегося со второго этажа клуба вместе с какой-то слегка потрепанной девушкой. Ну, хоть у кого-то всё хорошо.
Роберт подошёл к бару и заказал себе просто виски. Я подсела рядом.
– Привет, – выронила я, покрутив в руке свой стакан с колой со льдом. Роб в ответ только неясно усмехнулся, предпочтя сделать вид, что не узнал меня или не заметил. – Слушай, прости. Ты не должен был быть во всё это замешан.
– Во что «это»? Что это за хрен был? – наконец, посмотрел на меня Роб и в его взгляде не оказалось ни капли дружелюбия.
– Скажем так, мой бывший.
– Нехуйственные у тебя бывшие, Арина. Целый хозяин адвокатской конторы.
– Ну, всякие ситуации бывают, – ответила я расплывчато, желая разгрузить обстановку шуткой-минуткой. – А это твоя новая девушка? – спросила я, кивнув в сторону девчонки, которая, похоже, рассказывала своим подружкам, как Роб только что поимел её в кабинете отца.
– Уже бывшая, – бросил Роб небрежно. – Ревнуешь? – глянул он на меня.
– Прости, но нет, – поджала я виновато губы.
– Настолько похуй, что аж стыдно? – усмехнулся Роб и, наконец-то, соизволил повернуться ко мне и заглянуть в глаза. За четыре дня синяк под его глазом уже стал зеленоватым, а от раны на губе почти ничего не осталось.
– Ну, типа того, – пожала я плечами и забрала у него стакан с виски, перелила в свой стакан с колой и обратно, смешав напитки и разлив их в наши стаканы. – Но зато теперь мы сможем дружить. Иногда. Часто я по клубам не хожу.
– Дружить? – вскинул Роб брови. – Я не смогу дружить с девчонкой, которую хочу жёстко трахать.
– Ой! – поморщилась я нарочито. – Знаем мы твоё «жёстко трахать». Если бы не я, ты бы, вообще, никогда не узнал, что это такое. Ты даже в нужную дырку с первого раза попасть не смог.
– Просто я стараюсь быть с девушками нежнее, чтобы они помнили меня как хорошего парня.
– Хорошего парня с большим членом, – уточнила я, салютовав ему стаканом с виски-колой.
– Именно, – согласился Роберт и ударился краем стакана о мой.
Глава 23. Арина
– Не думал, что ты живёшь в такой заднице, – раздался знакомый голос, едва я переступила порог своего подъезда и вышла на улицу.
– Сейчас ты сам пойдёшь в ещё более глубокую задницу… А-а! – нарочито вскрикнула я, посмотрев на Роба, который восседал на капоте своей машины. – Прости. Просто первый раз вижу тебя при свете дня.
– Обоссаться, как смешно, – Роб вяло и деланно похихикал, а затем забрал у меня сумку, в которой были шмотки для Ру.
– Вообще-то, ты мог бы и не приезжать. Я же написала тебе, что такси возьму.
– Ну, да. Чтобы на сиськи, на которые хочу пялиться я, пялился какой-то потный хрен.
– Может, мне не потный попался бы, – предположила я, присаживаюсь в машину Роба.
Да. Мы теперь официально просто друзья, которые в тот вечер напились виски с колой, и только рано утром нашли выход из клуба. А затем было несколько вечеров переписок в соцсетях. И, если бы не Роб и его дружба, я бы, наверное, уже давно протухла в своей квартире. Потому что мои постоянные друзья уехали в деревни и сёла к родственникам на сбор ягод и прополку картошки, а я осталась одна в городе. Но теперь у меня есть Роберт, которому, к счастью, не нужно ехать ни в какую деревню, ни к какой бабушке.
– Что вечером делаешь? – спросил Роб, везя нас по городским улицам.
– Пью чай, смотрю в окно и читаю.
– Читаешь? – глянул на меня парень удивленно. – И что ты читаешь?
– Инструкцию к гандонам. Увлекательно. Сюжет закручен, но идёт гладко…
– Если хочешь, то можем замутить экранизацию. Я чисто по-дружески предлагаю, если что…
– С тобой, дружочек, мы будем только читать. Ну, и вискарик иногда пить, разумеется.
– А пошлые фотки друг другу?
– Ладно. И пошлые фотки друг другу тоже иногда будем отправлять, – усмехнулась я.
Роб высадил меня у гостиницы, в которой работала Руфина, а сам поехал на встречу с отцом, пообещав мне, что вечером напишет.
Войдя с сумкой Ру в гостиницу, я поприветствовала всех знакомых, работающих здесь, и беспрепятственно поднялась на этаж, где находился кабинет моей сестры. Для начала решила постучаться.
– Войдите, – строгий голос сестры ударился о дверное полотно.
– Начальница, – выронила я шёпотом. А саму изнутри гордость распирала, что родной мне человек имеет вес где-то еще, кроме нашей квартиры. – Руфина Анатольевна, я только спросить, – пропищала я мерзким голоском.
Ру подняла голову на этот голос и нахмуренные брови мгновенно подлетели вверх, стоило ей только узнать меня.
– Ри! – вскрикнула она счастливая и вышла из-за стола, кинувшись мне на шею и обняв так крепко, что едва не переломила мне пару позвонков. – Я тебя будто лет пять не видела.
– Я тоже соскучилась, – хохотнула я и крепко обняла сестру за талию, пряча лицо в сгибе её шеи. – Мм! Дорого-богато пахнешь! Одобряю.
– Перестань, – отмахнулась сестра и забрала у меня сумку с вещами, поставив её в угол кабинета. – Рассказывай, как у тебя дела?
– Как обычно, – пожала я скучающе плечами и плюхнулась в её рабочее кресло.
– Ты в курсе, что я вижу и знаю, когда ты пытаешься, что-то от меня скрыть? – чуть сощурившись, Ру подошла ближе и будто реально начала меня сканировать строгим взглядом. – Рассказывай.
– Да нечего, – всплеснула я руками и отвела взгляд в сторону окна. – Просто скучно: дом-работа. Никогда не думала, что скажу это, но скорее бы уже в универ, чтобы хоть какое-то веселье было.
– Я же тебе сто раз говорила, чтобы ты переехала к нам. Если не хочешь совсем переезжать, то хоть иногда приезжай с ночевкой. Мы будем только рады. Настя, вообще, от счастья лопнет.
– Мой юный растущий организм не готов к тому, чтобы слышать ночные аплодисменты в исполнении молодой семьи. Вы, кстати, Настюхе хоть беруши какие-нибудь купили?
– Балда! – рассмеялась Руфина и мягко шлепнула меня ладонью по лбу. – Я серьёзно. Приезжай сегодня вечером. Посидим, поболтаем. Посекретничаем вечером, как в старые добрые.
– А шашлык будет?
– Будет.
– А вино красное?
– Краснее некуда.
– Что же делать, что же делать? – сделала я вид, что крепко призадумалась. – Почитать наинуднейшую книгу из твоей библиотеки или выпить с тобой вина? Даже не знаю…
– Ты читаешь книги из моей библиотеки? Сама?! – выпучила сестра глаза. – Значит, всё гораздо хуже, чем я думала. Сегодня же вечером я забираю тебя к нам.
– Так уже вечер.
– Тем более! – решительно кивнула сестра. – Жди ещё часика полтора, я освобожусь, и мы поедем.
– Можно я тогда хоть похавать спущусь, госпожа диктатор?
– Я могу заказать всё в кабинет. Или ты сама. Вот телефон.
– А если я тебе твои важные бумажки загажу жирной капающей вкусняшкой?
– Ладно, уговорила. Спустись в ресторан. Валеру хоть повесели, а-то он недавно плакался, что Настя его забыла и променяла на другого, – хохотнула Ру.
– Ладно. Пойду возьму на себя Валеру и порцию спагетти с креветками.
Оставив сестру в её кабинете, я на лифте спустилась вниз и едва не запуталась в своих ногах в холле, когда увидела, как в гостиницу, опустив голову и вчитываясь во что-то в телефоне, вошёл Сергей.
Боясь, что он может меня увидеть и узнать, я скрылась за высоким кустом в кадке и сделала вид, что вглядываюсь в картину на стене.
– Добрый вечер, Сергей, – поприветствовала его девушка за стойкой.
– Добрый, – выронил он тихо и нервно.
Подождав, когда она зайдёт в лифт, а створки за ним закроются, я подбежала к стойке регистрации и едва не вцепилась в улыбчивую девчонку за ней, желая получить нужную мне информацию.
– Слушай… Алёна, – глянула я на бейджик на её груди, чтобы освежить в памяти имя. – А этот мужик в рубашечке с мощным торсом и классной задницей, который сейчас зашёл, он давно здесь тусуется?
– Это конфиденциальная информация, – чуть замялась девчонка.
– Ну, и ладно, – дёрнула я плечами, напустив на себя максимально равнодушный вид. – У сестры спрошу. Заодно скажу, что ты заигрываешь с постояльцами. Непрофессионально…
– Ладно. Только ты никому, – нехотя согласилась Алёна и что-то набрала в ноутбуке. – Он у нас уже больше недели живёт…
– Ты мне дату точную скажи, когда он заехал?
Алёна озвучила мне дату, а по моей спине прокатился холодный пот.
Он заселился в гостиницу в тот же вечер, когда я пришла к нему в дом. Десять дней назад.
– В каком он номере? – спросила я, едва узнав собственный голос.
