Текст книги "Возврату не подлежит (СИ)"

Автор книги: Таша Алферьева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 6 страниц)

Наши с ней родители дружили с юности. Мне было шестнадцать, Вике – восемнадцать, когда челнок, на котором летели её папа и мама, пропал при пролёте через нестабильную кротовую нору в секторе Центавра. Вика как раз поступила в Академию и уже жила в общежитии, но все каникулы, выходные и праздничные дни с тех пор, как осталась одна, проводила в нашем доме.

Я снова открыла переписку и набрала: «Руслан, ты прав. Я влюбилась. Расскажу, когда приеду на годовщину».

Чат взорвался эмодзи. Руслан прислал стикер с танцующим роботом. Марина – сердечки. Олег – скептическую какашку. Степан – салют.

Вика тут же принялась названивать, но я ответила ей сообщением: «Потом. Всё потом. При личной встрече».

Глава 16

Ресторан «У Петровича» прятался в тени столичных небоскребов, словно гриб под гигантскими деревьями будущего. Снаружи его стены были отделаны тёмным деревом, а внутри царил тот самый «стилизованный уют», который так любят владельцы заведений, рассчитанных на семейные банкеты: тяжелые дубовые столы, настоящие скатерти, живые свечи. И только огромные голографические окна выдавали эпоху – за ними вместо многоуровневых городских пробок плыли космические пейзажи: туманность Ориона сменялась кольцами Сатурна.

Я сидела возле одного такого окна, бездумно помешивая ложкой остывший чай. Причём, сахара я в него не добавляла.

Вокруг царила суета. Семья Велесовых стекалась на главный праздник года. Варвара носилась между столами с планшетом наперевес, производя последнюю проверку и периодически рявкая на многочисленных племянников, в том числе внучатых, которые вертелись под ногами. Её прежде идеальный пучок растрепался, на лбу блестела лёгкая испарина.

Вечно витающая в облаках Марина пыталась помочь, но в результате только мешала, восхищаясь каждой мелочью: «Ой, какие салфеточки! А можно я такие же домой возьму? А это правда настоящие цветы? А почему они не пахнут? Нет, пахнут. А почему так странно? Ой, Артёмка! Ты, кажется, обкакался…».

Степан стоял возле сцены и смотрел на голографическую подставку, над которой вот-вот должна была появиться ведущая – какая-то знаменитость времён юности наших родителей, когда их первенца ещё даже в проекте не было. В руках Стёпа держал небольшую коробку. Увидев последнюю, Варвара со страдальческим стоном бросилась к брату.

– Нет-нет-нет! Никаких фейерверков!

– Это не… – начал было Степан, но сестра, не слушая возражений, принялась отнимать у него опасную, по её мнению, вещь.

Брат поначалу просто пытался увернуться от чужих загребущих рук, потом не выдержал и рявкнул:

– Не трожь! Это не салют, это… кактус.

– Что? – не веря собственным ушам, переспросила Варвара.

– Кактус, – смущённо повторил Степан. – Фил же сказал, что родителям можно кактус подарить.

Кстати, те самые родители сидели в центре зала, принимали поздравления и ловко делали вид, что не замечают творящегося вокруг хаоса.

Прилетев на Землю, я поселилась в родовом гнезде, и первую же ночь мы с мамой провели без сна – никак не могли наговориться. А весь следующий день я пропадала в мастерской отца. С папой мы по большей части молчали, перебирая древний корабельный хронометр, однако наше общение получилось не менее содержательным.

Зато теперь я могла позволить себе отсесть в сторонку, подальше от маминого испытующего взгляда.

С каждым днём делать вид, что я в порядке, становилось всё сложнее. Мама не то чтобы догадывалась, она знала наверняка – её младшая дочь страдает. Пока она просто наблюдала, но чую, скоро пойдёт в лобовую атаку, и в конце концов я во всём признаюсь. Всегда признавалась… Маму не проведёшь.

В зал шумно впорхнула Вика, одетая в экстремально короткое белое с блёстками платье и серебристые босоножки на высоченной шпильке. Девушка воинственно тряхнула платиновыми кудрями – сегодня особенно пышными – и звонко поздоровалась:

– Привет всем!

Следом вошёл Егор. В выражении его лица читалось сильное желание одёрнуть как можно ниже подол платья своей бывшей подружки.

Первым делом Вика бросилась обниматься с родителями, потом со мной.

– Ну рассказывай! В кого ты там влюбилась? А ещё лучше показывай, – потребовала неугомонная блондинка.

Я вздохнула и покосилась на Егора, который продолжал маячить поблизости, недовольно зыркая на Викины ноги – стройные, но чересчур голые. Выразительно просигнализировала брату глазами: «Уведи её от меня».

Егор нервно оглянулся, схватил со спинки стула чей-то пиджак и воинственно подступил к ненавистной возлюбленной.

– Эй! Ты чего?! – запротестовала Вика, когда он начал оборачивать вокруг её талии чужую одежду.

– Прикройся. Тут всё-таки дети, – процедил парень сквозь зубы.

– Да какая детям разница, во что я одета?

– Им снизу виднее, – пояснил Егор.

Я расхохоталась. Подруга зарумянилась, что случалось крайне редко. Она была смущена и возмущена одновременно.

– Ты!.. Ты!.. – задыхаясь от гнева, Вика никак не могла придумать достойного ответа на нахальные действия бывшего.

Мимо как раз пробегала Варя:

– Котятки, не ссорьтесь. Лучше идите поцелуйтесь где-нибудь в укромном месте, а то здесь дети.

Обычно Варвара была куда более тактичной и прямых советов молодёжи на подобную тему не давала, но сегодня её терпение, особенно в отношении этих двоих, явно лопнуло.

– Действительно, – на весь зал поддержал сестру Олег, который не смог приехать и подключился к празднованию по видеосвязи. – Хватит уже бегать друг от друга и друг за другом. Нам было интересно наблюдать за вашей любовной драмой, но любой, даже самый крутой сериал рано или поздно надоедает, если его вовремя не заканчивают.

– Олег! – вместо благодарности возмутилась Варя.

В банкетном зале воцарилась заинтригованная тишина. Вика покраснела ещё сильнее, готовая провалиться сквозь землю от повышенного внимания к своей персоне, хотя обычно подруга стремилась к публичности, но точно не в этот раз.

– Хватай её. Она созрела, – толкнула я недогадливого Егора в бок. Тот опомнился, действительно подхватил взвизгнувшую от неожиданности девушку на руки и унёс прочь вместе с пиджаком.

– Отлично выглядишь, – раздался за спиной голос Руслана.

Я обернулась. Светло-карие, почти жёлтые глаза брата одобрительно осматривали меня с головы до ног.

– Это всё мама, – я поднялась из-за стола и крепко обняла любимого родственника, которого давно в живую не видела.

– Твой киборг будет доволен, – хмыкнул он.

– Русик, не шути так, – с тяжёлым вздохом попросила я.

Брат тут же воинственно нахмурился:

– В чём дело? Он тебя обидел?

– Нет. Скорее, я – его.

– Каким образом?

– Предложила стать моим мужем.

Парень выразительно присвистнул. На него тут же шикнула Милана:

– Не свистеть в классе. Ой… в смысле… Ну, ты понял.

– Да понял я, понял. Что нашу младшую прокатили со свадьбой.

Все, кто находился рядом, дружно вскинулись. Посыпались вопросы и удивлённые возгласы. Я застонала от досады и вспомнила о своём обещании кое-кого прихлопнуть за не в меру болтливый язык. Ситуацию спасла ожившая на сцене голограмма ведущей, которая почему-то выпрыгнула из торта и была наряжена так, будто её пригласили не на банкет по случаю сорок девятой годовщины свадьбы, а на мальчишник. На голове – розовые заячьи ушки, а на жо… то есть с тылу чуть ниже линии талии – круглый пушистый хвостик. Судя по тому, как ржал при появлении «зайки» Степан, это была его креативная идея взамен традиционного салюта.

Дети оживились, подумав, что данная ростовая «игрушка» явилась по их душу. Их нисколько не смущали чёрные колготки в крупную сетку и боевой раскрас «зайки».

Теперь уже застонала Варвара.

– Квадроберы! – вдруг чему-то громко обрадовался Олег. – Фух! Вспомнил. Думал, с памятью проблемы.

– Нет-нет, – засмеялась в ответ Марина и, пользуясь воцарившейся в зале относительной тишиной, принялась объяснять: – Квадроберы – это молодежная субкультура, когда дети надевают маски животных и бегают на четвереньках. А это…

– Срамота! – постановила из своего угла баба Клава. Впрочем, без какого-либо осуждения, просто предлагая подходящее для нейминга слово.

– Отец, это мой тебе подарок, – Степан наконец-то просветил публику относительно того, что происходит. – Помню, ты рассказывал, что у тебя не было традиционной предсвадебной вечеринки в кругу друзей со всеми обязательными для неё атрибутами.

Надо отдать «зайке» должное – она нисколько не растерялась из-за противоречивого приёма и профессионально исполнила свою роль: первым делом послала игривый воздушный поцелуй нанимателю, а затем изобразила соблазнительный, однако в пределах разумного, с поправкой на возраст некоторых зрителей танец, в конце которого произнесла: «Пу-пу-пи-ду» – и растаяла. Всё-таки хорошо, что это была всего лишь голограмма.

Под конец выступления Варя незаметно подкралась к увлёкшемуся зрелищем Степану и отвесила брату смачный подзатыльник.

– А где тогда мой подарок, Стёпушка? – с лукавой улыбкой спросила мама.

– Вот, – сын поднял откуда-то с пола коробку с кактусом.

Варвара закатила глаза.

– Так дело не пойдёт, – покачала головой мама. – Я тоже хочу представление. Вот и представляю вам своего будущего сына. По крайней мере, Снежа, я очень на это надеюсь. Кайл, выходи!

Само собой, сначала я подумала, что ослышалась, потом, что происходящее мне мерещится, ведь на сцену действительно вышел Кайл, от вида которого женская половина зала очарованно ахнула, а мужская ревниво крякнула. Я же стояла и глазам своим не верила, пока язва Руслан не спросил:

– Так это и есть твой киборг?

Вот тогда я сорвалась с места и бросилась навстречу своему любимому клубничному вору.

Глава 17

Когда мама едва ли не на сутки заперла меня в салоне красоты, а потом заставила обрядиться в алое шелковое платье на тонких бретелях, со смелым декольте, я подозревала, что предстоит очередное свидание вслепую с очередным «чудесным» сыном одной из маминых подруг, однако реальность превзошла ожидание в бесчисленное количество раз.

Я смотрела на Кайла и никак не могла насмотреться. Как он здесь появился? И когда успел познакомиться с родителями?

А потом я испугалась до дрожи в коленях, вообразив, что мне всего лишь снится сон накануне семейного торжества. И всё это: Степан и кактус, «зайка» и торт, Егор и Вика, Кайл и я – глюки моего мучительно скучающего по возлюбленному подсознания.

– В чём дело? – встревожился киборг, почуяв неладное, и его объятия стали ещё крепче.

Мы обнимались посреди зала, посреди моей многочисленной родни, забыв обо всём и обо всех.

– Это правда ты? – тихо спросила я, сглатывая мигом образовавшийся в горле солёный ком.

– Не думал, что стрижка сделает меня настолько неузнаваемым, – улыбнулся Кайл.

Он действительно подстригся и, как по мне, стал ещё красивее. В стильном деловом костюме, с модной причёской он выглядел совсем как человек. Обычный красивый парень. Вернее, необычный, поскольку слишком красивый.

– Котятки, идите целуйтесь где-нибудь в укромном месте, – раздался откуда-то сбоку ласковый голос Вари.

– Там занято, – не глядя на сестру, ответила я. – Егором и Викой.

– О! Новый сериальчик подъехал, – прокомментировал происходящее Олег.

Я уткнулась лицом в плечо Кайла, наплевав на макияж (впрочем, он был достаточно стойким, чтобы выдержать даже слёзы) и подумала, что мои родственники – настоящие психи. Самые лучшие на свете…

* * *

Потом мы сидели за общим столом. Все глазели на сцену, а я на Кайла. Глеб старался на нас не смотреть, но у него это плохо получалось. Во взгляде брата смешались беспокойство из-за присутствия киборга и удовлетворение от вида моей счастливой моськи.

Вернулись Егор и Вика, настолько довольные друг другом, что поначалу даже не заметили прибавления в семействе.

Легенда Кайла был такова: мы познакомились незадолго до моего отъезда на Криос-4, какое-то время переписывалась (кстати, это была самая слабая часть сей занимательной истории), потом Кайл не выдержал и приехал в гости, а тут пираты (о пиратах всё-таки пришлось рассказать), прыжок на «Скалу», откуда Глеб прогнал Кайла взашей, вообразив себе всякое.

На этом месте брат чем-то подавился (очевидно возмущением из-за дерзкого поклёпа) и закашлялся. Оля заботливо постучала его по спине одной рукой. Второй она придерживала сидящего на коленях внука.

Дальше у Кайла появились неотложные дела, после которых он решил устроить мне сюрприз и заодно помириться, ведь я тоже, оказывается, за что-то на него обиделась. В отличие от Глеба меня данная сказка ничуть не покоробила, и я продолжила смотреть на Кайла влюблённым взглядом.

– Как романтично, – под конец рассказа вздохнула Марина.

– Горько! – по видеосвязи потребовал Олег.

– Давайте танцевать, – предложила Вика.

Первая пустилась в пляс баба Клава. Поэтому пришлось подождать, пока она выдохнется под хиты своей юности, чтобы наконец-то заказать медленный танец.

– Ты умеешь? – тихо спросила я Кайла, когда мы вышли на танцпол.

– Это просто. Стандартные движения: шаг вперёд, шаг в сторону, поворот. Вариативность невысокая.

Я улыбнулась, протягивая ему руку.

– Иди сюда, теоретик.

Кайл с нежностью сжал мою ладонь, обнял за талию, и мы начали медленно вальсировать. Вокруг кружились другие пары: мама с папой, Егор с Викой, Марина с видеофоном, по которому увлечённо общалась с Олегом.

– Кайл, – позвала я.

– Да?

– Ты, оказывается, тот ещё сказочник.

Он сразу понял, о чём речь, не стал уточнять, почему я так странно его назвала.

– Я долго думал, стоит ли возвращаться, – вдруг тихо признался киборг.

– Думал? – возмутилась и одновременно испугалась я. – Так ты ещё и сомневался? Может, ты вовсе не хотел возвращаться? Почувствовал себя обязанным из-за… из-за… из-за «Кошмарика»? Кстати, что с ним?

От волнения моё сердце забилось часто-часто, щёки полыхнули румянцем, на глазах выступили предатели-слёзы.

Влюблённая дурочка! Вообразила себе, что он вернулся ради тебя, а на самом деле… Как там на самом деле, даже знать не хочу!

– Снежа, – Кайл впервые с момента появления назвал меня по имени, и это прозвучало так ласково, так трогательно, что у меня дыхание перехватило, а по телу побежали мурашки. Киборг, само собой, это заметил и сбился с правильного тона – вместо того, чтобы продолжать нежничать, деловито поинтересовался: – Ты замёрзла?

– Нет.

Он помолчал, то ли анализируя правдивость моего ответа, то ли по новой настраиваясь на откровенный разговор. Я в глаза ему не смотрела, любовалась подбородком.

– Скучала?

Вот как у него получается одним-единственным словом сбивать с нормального ритма моё дыхание?

– Да, – прозвучало неожиданно-жалобно даже для меня. Я тут же встряхнулась: – Конечно, скучала и переживала. А ты всего лишь ДУМАЛ…

– Глеб сказал, что мне надо хорошо подумать.

– Глеб? – я так удивилась, что слёзы тут же высохли. – А при чём здесь он?

– При том, что поставил на «Кошмарик» следящее устройство. Я отдал ему криптоключи, и мы договорились устроить засаду на их покупателей.

– Ого! – присвистнула я и тут же поймала на себе возмущённый взгляд Миланы. – Когда только сговориться успели?

– В тот же вечер. Взамен я попросил превратить меня в человека.

– Это как?

– Найти надёжного хакера, а ещё лучше кибернетика, сделать все необходимые документы, продумать историю жизни до встречи с тобой…

– И он согласился? – Я перевела взгляд на Глеба, но вместо брата наткнулась на его жену. Олечка продолжала тетёшкать внука – того же самого или уже второго, как две капли воды похожего на первого – и наблюдала за нами с такой многозначительной улыбкой, что сразу становилось понятно: она в курсе. Меня вдруг осенила догадка: – А кибернетика случайно не Олегом зовут?

Кайл кивнул.

Мимо как раз проплывала Марина.

– Дай-ка, – попросила я её видеофон. Олег по-прежнему был на связи. По выражению моего лица он быстро догадался, что я знаю о том, что он знает о Кайле и вообще всё знает.

– Привет! – сказал брат-кибернетик то ли мне, то ли киборгу за моей спиной.

– Кто ещё в деле? – тихо спросила я.

– Русик. Сама знаешь, какой он крутой хакер.

– Он – аналитик.

– Хакер из него гораздо лучше.

– Мама-то хотя бы не знает?

– Догадывается.

– Что?! – испуганно вытаращилась я на брата.

– Шучу, – Олег отсалютовал нам бокалом с чем-то игристым и шаловливо напомнил: – Горько…

Я на мгновение прикрыла глаза, справляясь с эмоциями. Мои родные точно психи. Самые лучшие, самые любимые психи на свете.

– В общем, будь счастлива, сестрёнка. – Олег опустошил бокал и добавил: – Дети будут с вероятностью семьдесят три процента, но придётся снова лечь под нож.

Он подмигнул уже не мне, а Кайлу и отключился.

Я обернулась:

– О чём он?

– Об операции, которая восстановит репродуктивную функцию органической части, – пояснил Кайл, с тревогой вглядываясь в моё лицо. – Глеб сказал, что только так мы сможем быть вместе.

– Ну Глеб… – снова попыталась отыскать взглядом брата. Вот от кого, от кого, а от него подобного я никак не ожидала. Думала, будет биться до последнего за честь сестры против киборга, ведь наверняка во время душевного разговора под рюмочку он не только проболтался о клубнике, но и выяснил, что ничего у нас с Кайлом глубже поцелуя не было.

– Снеж, – попытался вернуть моё внимание любимый мужчина. – Ты ещё хочешь за меня замуж?

– А ты уже хочешь от меня детей? – нервно хмыкнула я. Потом крепко обняла и поцеловала, пока только в щёку. – Конечно, хочу! Я ведь люблю тебя и больше никогда и никуда не отпущу! Одного, по крайней мере…

Признаться в нежных чувствах первой оказалось удивительно легко. Видимо, потому что я больше не сомневалась в их взаимности.

– Котятки, место в подсобке освободилось, – откуда ни возьмись рядом возник Руслан, старательно подражающий воркующему голосу Варвары.

– Ещё чего! – следом наконец-то нарисовался пропащий Глеб. – Сначала штамп о законном браке, подсобка – потом. Сегодня же отдайте мне свои ID-карты. Я всё устрою.

– Чего так строго-то? – хохотнул Русик. – Кайл – парень адекватный, не то что некоторые. Обещал до свадьбы ни-ни, значит, не тронет.

– А причём здесь Кайл? – насупился Глеб. – Я боюсь, что Жанка сорвётся. Перезрела сестрёнка.

– Что?! – меня охватил праведный гнев. – Перезрела?! А кто в этом виноват?!

Руслан захихикал, наивно уверенный, что уж ему-то люлей не достанется. Рано расслабился… Досталось обоим. По подзатыльнику. От Степана.

– Чего разорались перед гостем? – менторским тоном вопросил любитель фейерверков. Затем протянул Кайлу руку и представился: – Степан.

Киборг пожал предложенную ладонь и назвал своё полное имя:

– Кайл Снежин.

У меня лицо вытянулось. Руслан усмехнулся. А Глеб пробормотал:

– Ну а чей, как не Снежин? Когда поженитесь, фамилию нашу возьмёте.

– Когда свадьба? – живо заинтересовался Степан. – Чур, я отвечаю за фейерверки.

Мы все дружно застонали. Все, кроме Кайла. Он просто ещё был не в теме. Ничего, втянется и скоро тоже станет своим. Своим психом. Самым лучшим, самым любимым на свете…

Конец.