Текст книги "Возврату не подлежит (СИ)"
Автор книги: Таша Алферьева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 6 страниц)
Таша Алферьева
Возврату не подлежит
Глава 1
«Не везёт, так с детства» – вот это точно про меня. Семнадцатый по счёту ребёнок в семье, когда родители уже устали придумывать, куда бы определить очередное чадо, чтобы его жизнь наверняка сложилась, пусть даже не слишком счастливо. При поступлении в «Космодемию» не прошла по конкурсу на вожделенную специальность навигатора: надо было немного доплатить, но уставшие предки махнули рукой – «техник» тоже сойдёт. После выпуска по распределению угодила на ледяную планету с говорящим названием Криос-4 и застряла здесь на неопределённый срок, потому что маяк, который я должна была отремонтировать, разваливался на запчасти при малейшей попытке к нему прикоснуться.
На самом деле его пора было сносить и ставить новый, но это требовало сложнейшего межведомственного согласования, то есть грозило бюрократическими проволочками. Куда проще засунуть в эту дыру на всё согласного желторотого выпускника – пусть латает в меру своих сил и полученных знаний. Глядишь, ещё лет пять простоит.
Я со вздохом уставилась в монитор с очередным предупреждением:
«СИСТЕМА СТАБИЛИЗАЦИИ ФУНДАМЕНТА. СЕКТОР 4-ГАММА. КРИТИЧЕСКИЙ ИЗНОС ДЕМПФЕРОВ. РЕМОНТ: НЕОБХОДИМ ВЫХОД ВО ВНЕШНЮЮ СРЕДУ».
Чёрт! «Выход во внешнюю среду» означал облачиться в аварийный утеплённый скафандр с экзоскелетом, спуститься на лифте, который тоже мог в любой момент сломаться, в самый низ в «подбрюшье» маяка, и там, под рёвом ветра, в кромешной тьме, ремонтировать треклятые демпферы.
Я со стоном откинулась в кресле, которое жалобным скрипом простонало в ответ. При поступлении в академию я мечтала о звёздных миссиях, невероятных открытиях, опасных приключениях, а в результате стала смотрителем маяка. Нет, звучит, конечно, романтично, но на деле сплошная тоска. Я сижу здесь одна, практически без связи. Раз в месяц на орбиту мне подбрасывают провизию и необходимые запчасти. Раз в три месяца провели медосмотр, который, к сожалению, не выявил никаких отклонений в работе моего организма, даже по психологическому профилю, а я так рассчитывала на больничный…
Впрочем, если быть честной, первый месяц я кайфовала, наконец-то оказавшись в тишине. За двадцать три года я подустала от постоянной толчеи вокруг. Поначалу это были многочисленные родственники, потом сотоварищи по студенческому общежитию. По пальцам пересчитать часы, не то чтобы дни, когда я могла побыть в полном одиночестве, о котором иногда реально мечтала. Вот и домечталась!
Ладно. Сиди не сиди, работа сама себя не сделает.
Аварийный скафандр был тяжёлым и неуклюжим. По первости я долго к нему привыкала. Теперь, когда я уже могла облачаться за рекордные двадцать минут (предыдущее достижение принадлежало мне же – тридцать пять, с неудачно застрявшей ногой и паникой), процесс обретал определённый налёт рутины. Я даже стала давать деталям прозвища – вот, например, застёжка на левом рукаве зовётся Кусачкой за её страсть ловить мои волосы.
Пытаясь не думать о том, что за стеной ревёт ветер, способный снести целый дом, я включила внутренний обогрев и принялась проверять герметичность. Кто знает, может, сегодня удастся не застрять в шлюзе.
Чтобы хоть немного проникнуться сочувствием к своей работе, иногда я сравнивала маяк ЗК-7 со смертельно больным существом (необязательно с человеком, ксенос тоже сойдёт), а себя – с его сердобольной сиделкой. Спасти – не спасу, но могу облегчить страдания и отсрочить неизбежный конец, хотя гораздо гуманнее было бы этот конец ему подарить. Гуманнее, прежде всего, по отношению ко мне…
Лифт скрипел громче, чем сам маяк. Он постоянно дёргался и дёргал мою нервную систему, поскольку казалось, что кабина вот-вот рухнет в чёрную бездну технических этажей. Во время спуска я прижималась к её дребезжащей стенке и ласково гладила рукой, уговаривая не пугать меня слишком сильно.
Нижний ярус был царством теней и красных аварийных огней. Здешний воздух пропах машинным маслом и вечной сыростью. Я знала его вкус, поскольку фильтры скафандра не справлялись с полноценной очисткой столь мощного амбре. Когда я впервые спустилась сюда, то испытала инфернальный ужас. Теперь же страх уступил место раздражённому фатализму. Я шла по узкому коридору, светя фонарём на шлеме, и мысленно читала заупокойную маяку. Если бы он вдруг ожил, пожаловался на здоровье или зашипел в ответ, я бы ничуть не удивилась.
Особо нуждающийся в починке демпфер (остальные могут и подождать, на всех меня сегодня точно не хватит) находился в нише, куда можно было подобраться только по узкому техническому мостику, нависавшему над бездной. Под ним, на десятки метров вниз, уходили в темноту ледяные стены шахты фундамента. Ветер, пробивавшийся сквозь щели, выл здесь грозным басом.
Работа заняла три часа. Три часа ледяного ада. Каждое движение в неуклюжем скафандре давалось с трудом. Гайки, прикипевшие намертво, не поддавались. Пришлось использовать плазменный резак. Искры отскакивали от забрала шлема и неприятно слепили. Холод пробирался сквозь слои утеплителя, сковывая пальцы. Я говорила сама с собой, просто чтобы заглушить вой ветра снаружи и голос паники внутри: «Так, Снежка, спокойно. Ты справишься. Левая трещотка. Давай, детка, давай... Черт бы побрал эту рухлядь...».
Когда была произведена последняя замена, и демпфер с тихим шипением принял на себя нагрузку, а прежний скрежет сменился ровным, почти неслышным гудением, я отползла по мостику обратно в относительно безопасную зону и обессиленно рухнула на пол, мечтая о душе и кофе, до которых ещё надо было дойти, по пути не напоровшись на очередную поломку, требующую немедленного ремонта или замены.
На ум пришли слова древнего классика: «Бойтесь своих желаний – они имеют свойство сбываться». Кажется, под одиночеством я всё-таки подразумевала кое-что другое.
* * *
Вернувшись на верхний уровень, поставила скафандр на самоочистку, закинула термобельё в стиралку и на три минуты встала под душ. Хотелось бы дольше, но необходимость экономить энергию роскошествовать подобным образом не позволяла.
Для начала глотнув воды и только потом заварив крепкий чёрный кофе, занялась проверкой систем. Заодно починила кухонный репликатор, который со вчерашнего вечера начал пересаливать пищу. Влюбился, что ли?
Вторую за день кружку кофе я обычно выпивала, сидя у круглого окна-иллюминатора. Для меня это была своего рода прогулка. Пейзаж не радовал разнообразием: белая равнина, местами исполосованная серыми скалами, и бесконечное небо, покрытое густым слоем серебристо-серых облаков. Иногда мне чудилось, что за ледяной пустотой скрывается что-то живое – возможно, местная морозоустойчивая живность.
Ан нет, сегодня это было кое-что другое: прилетевший в неурочное время грузовой дрон, который курсировал между маяком и орбитой. Неужели я пропустила сообщение от доставщиков? Всё может быть. Связь перманентно пропадала, поскольку приёмник тоже нуждался в замене. Каждый раз мне чудом удавалось его починить, но хватало этого чуда ненадолго.
Пришлось снова одеваться – на этот раз просто в утеплённый комбинезон – и отправляться встречать неожиданный подарок.
Шлюзовая камера надсадно гудела, откачивая разрежённый, ледяной воздух Криоса и заменяя его тёплым, пахнущим ржавым металлом воздухом маяка. «Паучок» – как я называла грузовой дрон, опоры которого действительно напоминали лапки насекомого – доставил довольно объёмный груз: анабиозную капсулу с маркировкой «Инвентарный номер 776».
И что это может быть?
Поколебавшись несколько секунд, я наклонилась и нашла панель управления. Сенсор мигнул зелёным, механизмы внутри капсулы пришли в движение, беззвучно и плавно отодвигая крышку, и явили моему пытливому взору… манекен – как я было подумала из-за восковой бледности лица лежащего передо мной молодого мужчины. Очень красивого мужчины. «Само совершенство» – ведь именно так звучал слоган широко известной компании-производителя, где этот киборг появился на свет.
Глава 2
«Манекен» внезапно открыл глаза, и я вздрогнула, едва не опрокинув на него кружку с кофе, которую зачем-то прихватила с собой. Парень сел и обаятельно улыбнулся. Густые, длинные, тёмно-рыжие волосы рассыпались по плечам, затянутым в чёрный с металлическим отливом комбинезон. Одежда сидела в облипочку, выгодно подчёркивая скульптурный рельеф сильного мужского тела. Ярко-голубые глаза смотрели на меня с таким живым интересом, что я на секунду усомнилась в кибернетической природе подкидыша.
Между тем рыжий огляделся, будто бы примеряясь к обстановке, после чего с изяществом кошки выскользнул из капсулы и протянул мне руку:
– Привет. Меня зовут Кайл.
Он замолчал, явно давая собеседнику возможность представиться.
– Снежа. В смысле, Снежана. Снежана Васильевна, – прокряхтела я, перед этим неудачно сделав глоток кофе, который попал куда-то не туда. – Ты как тут оказался? И, вообще, полезай-ка обратно. Я тебя не заказывала. Это какая-то ошибка.
Я попыталась одной рукой затолкать нежданный и явно чужой подарок назад в «упаковку», второй продолжала держать кружку с кофе. Куда там! Парень с интересом наблюдал за моими бессмысленными действиями сверху вниз. Почти на голову выше меня он хоть и был скорее жилист, чем фактурно мускулист, но всё равно раза в полтора превосходил в весе.
– Данная поставка обмену и возврату не подлежит, – вдруг отрапортовал он машинным голосом, после чего вновь расплылся в абсолютно человеческой улыбке – соблазнительной и лукавой.
Я ошалело уставилась на него, пытаясь сообразить, что теперь делать. Вернуть не получится, выкинуть – тем более. Может, он самоуничтожится? Или хотя бы впадёт обратно в анабиоз? Но Кайл, кажется, не собирался заниматься чем-то подобным. Он внимательно посмотрел на меня, словно считывая реакцию, и добавил:
– Согласно протоколу, мне требуется освоиться на новом месте работы и прежде всего восполнить энергетические потери.
С последними словами рыжий забрал из моей руки кружку, залпом допил остатки кофе, посмаковал и заявил:
– Этого недостаточно.
– Да иди ты! – возмутилась я чужой наглостью и самоуправством.
– Куда? – охотно уточнил Кайл.
В голове тут же возникло нужное слово – едва язык прикусить успела.
И тут мой желудок недовольным урчанием напомнил, что сама я тоже сегодня нормально не ела.
– Ты голодна, – констатировал очевидный факт рыжий, уставившись на источник громких звуков.
Я молча отступила на шаг, скрестив руки на груди, и попыталась вспомнить, есть ли у меня в инструкциях пункт о том, как обращаться с непрошеными киборгами. Увы, такового на ум не пришло.
– Я умею готовить, – продолжил набивать себе цену Кайл и через многозначительную паузу игриво добавил: – В совершенстве владею всеми техниками и видами массажа, особенно эротического.
На этот раз вместо кофе я поперхнулась слюной, скопившейся исключительно с голодухи, а не из-за чужих особых навыков. Щёки потеплели, и, чтобы скрыть смущение, я сердито спросила:
– А маяки ты чинить умеешь?
Кайл задумался на долю секунды, потом с серьёзным видом ответил:
– В моей базе знаний нет соответствующих инструкций, но, если я получу доступ к сети, смогу загрузить необходимую информацию и попробовать с её помощью удовлетворить потребности хозяйки.
– Чего? Какой ещё хозяйки? – вылупилась я на это голубоглазое недоразумение.
– Ты – моя хозяйка, – с готовностью пояснил Кайл. – Но могу называть тебя как угодно: госпожа, королева, любимая, солнышко…
– Эй! Стоп! Стоп! – замахала я руками. – Ещё чего! Когда это я успела стать твоей хозяйкой?
– В момент вскрытия капсулы и нашего первого взаимодействия. А ещё мы дистанционно поцеловались, – заявил этот нахал, поигрывая бровями, после чего торжественным тоном объявил: – Ваша биометрия и голосовые параметры были зарегистрированы системой как идентификатор владельца. Поздравляю!
Кайл склонил голову в легком поклоне.
Я открыла было рот, чтобы в очередной раз возразить, но слов не нашлось. Вот так просто – и у меня теперь есть свой собственный киборг? Но они же жутко дорогие! Надо срочно связаться со службой доставки!
– Хорошо, Кайл, – я постаралась говорить максимально спокойно. Твоё первое задание: приготовить завтрак. То есть обед. Идём. Не забудь кружку.
С некоторыми опасениями развернулась к своему нечаянному приобретению спиной и направилась в сторону выхода из шлюзовой камеры.
Пока мы на лифте поднимались в жилой модуль, Кайл молчал и с интересом оглядывался. Я в свою очередь украдкой наблюдала за ним.
Итак, что я знаю о киборгах? Физически это обыкновенные люди, в смысле, у них человеческие тела, ну разве что усовершенствованные при помощи генной инженерии и натыканных повсюду наносфер, объединённых в общую сеть и подчиняющихся вживлённому в мозг микропроцессору. Благодаря этому они гораздо более живучие, чем их создатели. Убить киборга можно лишь прямым попаданием в сердце или мозг да и то далеко не сразу. Какое-то время та самая сеть наносфер будет поддерживать внешнюю оболочку, чтобы завершить миссию. Какую? Ну, например, уничтожить обидчика.
Я зябко передёрнула плечами. Жуть. Почему прежде всего мне вспомнилось именно это? Наверное, потому, что изначально киборги создавались по заказу военных структур и только потом их стали применять для более мирных нужд, в том числе и в развлекательных целях? Этот Кайл как раз из последних.
Лифт с привычным для меня скрипом и подрагиванием затормозил на третьем уровне, где находилась «берлога», как я про себя именовала жилой модуль. Наверное, «гнездо» было бы более подходящим названием, учитывая, на какой высоте находилась моя спальня-гостиная-кухня, но при взгляде на это мрачное местечко в голову приходили совсем другие сравнения, в том числе нецензурные.
Интересно, какие ассоциации возникли в продвинутом мозгу моего гостя? Хотя, насколько я знала, продвинутость сия была своеобразная. Да, память безусловно лучше, способность к устным вычислениям в разы выше, но то, что касалось творческой составляющей, было развито на примитивном уровне.
Я провела короткую экскурсию по своей территории, сделав десяток шагов сначала в одну сторону, затем в другую. Кровать мне заменяла старая большая анабиозная капсула, пространство вокруг неё считалось спальней. Санузел был размером со средний двухдверный шкаф, внутри которого помещались душевая кабина и унитаз с системой вакуумной утилизации. Под кухню был отведён угол, в котором стояли крошечная раковина и стол с репликатором пищи, электроплиткой, мини-холодильником и посудомойкой. Гостиной считался пятачок свободного пространства возле круглого окна-иллюминатора, всегда заиндевевшего по краям. Из сидячих мест – потёртое кожаное кресло на колёсиках и две круглые табуретки, одну из которых я использовала как журнальный столик. Был ещё платяной шкаф, у которого постоянно отваливались дверцы, на одной из них висело зеркало.
Нет, я, конечно, и раньше замечала убогость своего жилища, но сегодня в присутствии нежданного гостя, она бросилась в глаза с особенной силой.
– Продукты там, – я ткнула в сторону прикрученной к стене сетки, заменявшей кухонный гарнитур.
Кайл внимательно осмотрел мою «кухню», параллельно комментируя:
– Белки, углеводы, клетчатка… Отлично. Могу приготовить рагу по трем разным рецептам. Предпочтения?
Я неопределённо пожала плечами:
– Главное, чтобы было съедобно.
Репликатор последнее время частенько барахлил, выдавая шедевры, на которые даже глядеть было тошно.
Кайл извлёк из сетки остатки овощей с последней поставки. Они были настолько генномодифицированными, что не нуждались в особых условиях хранения, таких как темнота и прохлада, поэтому я по-простому складировала их вперемешку с остальными припасами.
Киборг активировал плиту и принялся нарезать овощи с такой скоростью, что поневоле засмотришься. Действовал рыжий вполне уверенно. Ему явно не в первой было заниматься готовкой или всё дело было во встроенных программах.
Я решила не терять времени даром и выяснить, откуда на меня свалился сей обворожительный кулинар. Первым делом отправила запрос в базу данных грузовых поставок, однако система выдала ошибку и попросила проверить сетевое соединение. Я проверила. По крайней мере терминал с сетью коннектился.
Попробовала добыть нужную информацию путём отправки экстренного служебного сообщения в Центр: «Получен незарегистрированный груз, биокибернетическая единица. Прошу инструкций». Оно мертвяком повисело в статусе «Отправляется…» и через несколько минут сменилось на «Повторите попытку».
Войти в личный кабинет я не могла вот уже вторую неделю. Страница никак не грузилась, перезагрузка терминала не помогала. Боюсь, тут требовался специалист куда более узкий, чем техник широкого профиля, каковым я являлась.
Видимо, придётся завтра выползать наружу и заниматься внеочередной чисткой антенных панелей.
Я посмотрела на Кайла, который вёл себя так, будто участвовал в конкурсе «Лучший повар галактики». В какой-то момент он поймал мой взгляд и подмигнул, отчего я смутилась и едва не выронила из рук злосчастную кружку из-под кофе, которую как раз собиралась мыть. Кайл, в отличие от меня, не сбившись с ритма, добавил в кастрюлю пряности, и вскоре по модулю поплыл аппетитный аромат. «Неужели, наконец-то, поем по-человечески?».
Глава 3
Поесть по-человечески, как всегда, не получилось. Примерно в середине процесса готовки из строя вышла электроплита: она вдруг жалобно пискнула и погасла. Я закатила глаза:
– Добро пожаловать на Криос-4.
Померещилось или на лице прежде самоуверенного Кайла на долю мгновения появилась растерянность?
– Не бойся, починим, – покровительственно пообещала, подступаясь к капризному кухонному оборудованию.
Первым делом постучала по корпусу плиты кулаком – старый добрый способ иногда творил чудеса. Кайл с неподдельным, даже каким-то детским интересом наблюдал за этим нехитрым ритуалом. Плита, однако, сдаваться не спешила: в ответ тишина. Пришлось вскрывать панель управления и копаться в проводке.
– Если что, у меня есть портативная горелка, – пошутила я. – Но, учти, её пламя не регулируется, так что твои кулинарные изыски могут легко превратиться в уголь.
– К сожалению, был нарушен технологический процесс приготовления пищи, – сообщил мне Кайл с таким прискорбным видом, что захотелось дать ему конфетку. Но от конфетки я бы и сама не отказалась, давно ничего сладкого не ела. – Впредь не могу ручаться за его достойные вкусовые качества.
– Подумаешь, немного остыло, – отмахнулась, забыв, что держу в руках отвёртку и едва не ткнула ею в Кайла – тот всё-таки стоял слишком близко.
Киборг, не теряя самообладания, деликатно отступил и теперь внимательно следил за каждым моим движением.
– Ты часто ТАК решаешь технические проблемы? – спросил он, с лёгкой улыбкой наблюдая, как я выковыриваю оплавившийся предохранитель.
– Только если не помогает магия пинков, – хмыкнула в ответ, выуживая новую деталь из поясной сумки, с которой не расставалась даже во время отдыха.
Кайл забавно склонил голову набок:
– В моей памяти нет информации о магии пинков. Это местная технология?
Я прыснула со смеху, и вдруг почувствовала какую-то удивительную лёгкость, которую не ощущала уже несколько месяцев…
Мы починили плиту, доготовили рагу и тут же его съели.
– Как вкусно, – жмурилась я от удовольствия, без малейшего стеснения вылизывая свою тарелку, пока Кайл, не чинясь, доедал остатки вкуснятины прямо из сотейника. – Спасибо!
– Рад стараться, хозяйка, – с энтузиазмом откликнулся рыжий. – Я много ещё чего умею. Продемонстрировать?
И он провокационно медленно облизал в меру полные с красивым, чётким контуром губы, демонстрируя длину и гибкость своего языка.
Я кивнула, а когда в глазах киборга вспыхнула радость от того, что его наконец-то начнут использовать по прямому назначению, скомандовала:
– Помой посуду. Сможешь?
И снова эта мимолётная растерянность во взгляде ярко-голубых глаз и будто бы даже облегчение. А вот это уже интересно…
– Не называй меня хозяйка, – добавила я.
Кайл, уже поднявшийся на ноги и направившийся в сторону мойки, обернулся:
– Как мне к тебе обращаться?
– Снежа. То есть Снежана. Снежана Васильевна, – не могла я никак определиться.
Тогда рыжий решил за меня:
– Хорошо, Снежа.
Возражать было поздно.
Вся эта возня с готовкой и плитой привела к тому, что вместо обеда мы поужинали. За окном успело стемнеть.
По вечерам я обычно читала или играла на маленьком старом терминале в предустановленные, довольно древние игры. В тумбе, на которой он был закреплён, кто-то из предыдущих смотрителей ЗК-7 оставил настолки. В прежние времена, когда рабочая нагрузка на маяк была в разы выше, его обслуживали сразу несколько человек. Об этом говорили ещё два закрытых за ненадобностью жилых модуля.
Когда Кайл закончил с посудой, предложила ему сыграть в карты. Само собой, благодаря безупречной памяти киборг легко просчитывал ходы наперёд, анализировал возможные комбинации и выигрывал, однако не всегда, что приводило его в некоторое замешательство.
– Не могу до конца вычислить алгоритм расположения карт в колоде, – пожаловался он, когда я выиграла во второй раз спустя два десятка партий.
– Потому что это хаос, – рассмеялась в ответ, с ловкостью крупье перетасовывая колоду. – Он не поддаётся контролю. Кстати, на Криосе хаоса хоть отбавляй. Само твоё появление здесь – результат его наличия. Ничего, завтра починим приёмник сигнала и выясним, откуда ты взялся и куда на самом деле отправлялся.
– Это сложно?
– Это выход наружу. А там жутко холодно даже в скафандре с подогревом, – я невольно передёрнула плечами.
– Я помогу.
– Ещё чего! Вдруг с тобой что-нибудь случится? Мне до конца жизни не расплатиться.
– А если что-нибудь случится с тобой? – дотошно уточнил Кайл, пристально глядя мне в глаза.
– Ой, да что со мной может случиться, – беспечно отмахнулась я.
– Обморожение, травма, смерть, – тут же предложил варианты рыжий.
– Типун тебе на язык! Всё будет в порядке. Не в первой.
– Но зачем тебе рисковать, если есть я? Просто объясни, что надо сделать и будь на связи во время ремонта, – резонно возразил Кайл.
Я задумалась. Вообще-то он прав хотя бы потому, что сильнее и ловчее меня, даже когда я в экзоскелете. Тем более что в последнем становлюсь крайне неуклюжей и медлительной.
– Ладно. Утро вечера мудренее, – постановила по итогу размышлений. – Давай спать. Ой, а где ты будешь…
Я огляделась в поисках подходящего спального места для киборга и само собой ничего не нашла. Откуда? Можно, конечно, расконсервировать один из двух резервных жилых блоков, но, скорее всего, там потребуется генеральная уборка и долгий прогрев, прежде чем помещение станет пригодным для сна.
– Буду спать с тобой, – с такой незамутнённой уверенностью сообщил рыжий, что мне стало скорее смешно, чем неловко, особенно когда представила лица своих старших братьев, услышь они нахальное заявление киборга.
Между тем Кайл уже устроился на краешке моей кровати-капсулы. Я подошла и встала напротив, скрестив руки на груди.
– Со мной тебе будет тепло, уютно и, если пожелаешь, приятно. Очень приятно, – киборг, видимо, решил, что я жду весомых аргументов в пользу того, чтобы разделить с ним постель.
Однако, нисколько не проникнувшись его соблазнительными доводами, я молча придвинула к капсуле кресло:
– Вот тебе место. Одну ночь потерпишь. А завтра, надеюсь, получится отправить тебя обратно.
Киборг перевёл взгляд с меня на свою временную кровать и заметно погрустнел. Каков неженка!
Ко сну переодевалась за открытой дверкой шкафа. Пижаму предпочитаю лёгкую – шелковые майку и шорты – она и движений во сне не стесняет и места в чемодане много не занимает, но сегодня пришлось дополнительно натянуть поверх широкую длинную футболку, чтобы максимально прикрыться от любопытного мужского взгляда.
– У тебя дефицит веса, – сообщил Кайл, когда прошмыгнула мимо него к кровати. Рекомендуется скорректировать питание и исключить стрессовые ситуации.
– Спасибо, кэп, – я села, подвернув под себя ноги и укутавшись в одеяло. – Что-то ещё?
– Могу помочь тебе расслабиться, – рыжий никак не оставлял попыток заставить меня оценить его эксплуатационные возможности.
– Слушай сюда, – подпустила я в голос строгости и даже чуточку злости. – Запомни раз и навсегда. Меня не интересует ДАННЫЙ спектр твоих услуг. Спокойной ночи!
Прежде чем отвернуться, успела в очередной раз увидеть на лице Кайла выражение облегчения. И к чему тогда все эти уговоры?!..
А утром меня поджидал большой сюрприз в виде обнажённой мужской груди с безупречно гладкой, без единого изъяна кожей. Но это на первый взгляд, на второй я всё-таки обнаружила тонюсенькие белёсые ниточки старых шрамов, хорошо заживших, но всё-таки оставивших свой неизгладимый след. Так. Стоп. Что происходит?!
