Текст книги "Когти, клыки и женская логика (СИ)"

Автор книги: Танья Мяу

Соавторы: Татьяна Гер
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц)

– М-да, не поспоришь.

– Фань, а что мы теперь будем делать со всем этим попаданием? – спросила я подругу, забираясь под одеяло.

– Не знаю… Хочу домой, не хочу замуж.

– А поплакать?

Подруга на секунду задумалась.

– Нет, плакать не хочу, да и в истериках биться тоже, но обидно… Почему мы? Ну мы с ЭТИМИ вообще разные, правда же?

– Ага...

– А ты хочешь поплакать?

– Нет, но тоже обидно. У меня там рассада, дача… Как я без огорода? Ты ведь сама знаешь – мне всё это надо! Забор красить, в земле ковыряться, что-нибудь рисовать, чинить… А здесь?

– А здесь вам не там.

– Это да… Ладно, я так понимаю, план стандартный? Живём, а там видно будет?

– Как всегда, Людочка, как всегда.

Когда голова коснулась подушки, внезапно как-то накатила усталость за прошедший день. Сперва огород, потом драка, в конце – забег по пересечённой местности и прогулка.

Всё, кролик сдох! Сушите лапки!

Глава 4.

Фаина.

Солнечные лучи отчаянно пробивались сквозь тёмные массивные шторы, когда я почувствовала, что чья-то рука настойчиво трясёт меня за плечо.

Приоткрыв один глаз, я лицезрела Вольдемара: он застыл у кровати с торжественным видом, словно принимал парад, и благоговейно сжимал в руках поднос.

– Просыпайтесь, – прошептал он, – завтрак в постель готов.

Люда, дремавшая рядом, сонно зашевелилась, перевалилась на бок и с коротким, но емким возгласом: «Да чтоб тебя...!» – чуть было не отправила поднос Фердинанда в свободный полет. К счастью, тот успел проявить чудеса реакции и отступил на шаг. Люда же резко приняла сидячее положение.

– Вы где бессмертия наелись, мальчики? – хрипло поинтересовалась я, пытаясь протереть глаза. – С таким «добрым утром» можно значительно ускорить встречу с Создателем.

– Это у вас такой изощрённый способ произвести впечатление? Или здесь в принципе принято доводить гостей с утра пораньше? – убирая прядь с лица, поинтересовалась подруга.

– Нам просто захотелось вас порадовать, – расплылся в улыбке Вольдемар.

– Ну и проявить наше гостеприимство, – добавили они в один голос.

Я села на кровати и с глубоким недоверием уставилась на поднос.

– «Порадовать» – это слишком громко сказано. А вот оставить нас заиками и добавить пару лишних седых волос, вам определённо удалось.

На подносе красовалось нечто кровавое в окружении пары ломтиков хлеба и подозрительных грибов. Довершала композицию чашка с полупрозрачной жидкостью.

– Это... что? – я осторожно указала пальцем на поднос.

– Особый деликатес наших земель! – гордо объявил оборотень. – Сердце молодого оленя с кровью, приправленное папоротником и обжаренное с можжевельником. Грибы прямиком из недр древнего леса и кружка горячего отвара из волчьей ягоды и листьев омелы. – Он проговорил это с такой нескрываемой гордостью, будто лично вырастил этот папоротник и бегал в лес собирать грибы.

– М-м-м, Фань, ну что, аппетит ещё не разыгрался? – ехидно поинтересовалась подруга.

– А что же многоуважаемый граф Фердинанд подготовил для нашей драгоценной Людочки? – поинтересовалась я, с опаской отворачиваясь от своего подноса.

– Я подготовил исключительно лучшее! – воодушевился вампир и подошёл ближе к Люде. – Кровь молодого оленя, сдобренная трюфелями, желе из лунного мха и питательная паста из семи трав. Всё свежайшее, только что доставлено.

Люда с сомнением принюхалась к стакану с густой бордовой жижей, поморщилась и постаралась отодвинуться как можно дальше.

– Свежайшее? – Люда скептически подняла бровь.

– Ещё утром бегало, – не удержалась я от ехидства.

– Выглядит, пожалуй, аппетитно... для кого-то другого, не спорю, – дипломатично начала Люда, – но я бы все же предпочла обычный омлет с тостами.

– Свежайшая, – с фанатичным упорством подтвердил Вольдемар. – Добыта на рассвете.

– На рассвете? – переспросила я, пытаясь осознать масштаб бедствия. – То есть вы подорвались ни свет, ни заря, чтобы извлечь кровь и сердце несчастного оленя? Или у вас тут суровый кодекс чести: настоящий э-э-э... аристократ не ест ничего без трюфелей и мха?

– Спасибо, конечно, – осторожно добавила Люда, изо всех сил стараясь не вспоминать вчерашний земной перекус. – Это крайне мило с вашей стороны, но, может, мы перейдём к чему-то более традиционному? Например, к еде, которая не требует от нас героического преодоления инстинкта самосохранения и не вызывает вопросов в духе: «А это точно не опасно для жизни?»

– Вот именно! – подхватила я, решительно откидывая одеяло. – Где тут у вас кухня? И сразу предупреждаю: если там обнаружится хоть капля этого вашего «аристократического изобилия», я за себя не ручаюсь. Я хочу нормальный человеческий завтрак.

– И желательно, чтобы в нем фигурировали яйца, бекон и кофе, – веско добавила Люда. – Никаких сердец, трюфелей и настоек. Понятно, Федя?

– Простите, я не Федя! – возмущённо воскликнул вампир, чей аристократический лоск дал заметную трещину. – Я Фердинанд!

– Да-да, граф там какой-то высшей цепи, помню-помню, – протараторила Люда, уже не слушая оправданий. – Будешь теперь сокращённо – Федя.

– Люда, ты голова! – я посмотрела на подругу с искренним восхищением, после чего перевела взгляд на оборотня. – Вольдемар, исключительно в целях сохранения моего речевого аппарата от вывихов, отныне ты будешь просто Володя.

Федя и Володя уставились на нас с таким выражением лиц, будто у нас как минимум вторая голова отросла.

– Ну что вы, мальчики, – промурлыкала я, одарив их самой лучезарной из своих улыбок. – Человек – существо ко всему привыкающее, и вы привыкнете быстро.

– Ладно, – обречённо вздохнул новоиспечённый Володя. – Пойдёмте, мы проводим вас в кухню. И… примите наши извинения за этот утренний инцидент.

– Обещаете впредь не потчевать нас местными изысками без предварительного уведомления и письменного согласия? – строго уточнила Люда, закрепив успех.

– Клянусь, – торжественно поднял руку Федя, в глазах которого читалась вся скорбь вампирского рода. – Отныне только тривиальная пища.

– Ну и отличненько, – подруга удовлетворённо кивнула мне, мол, «клиент созрел».

– Давайте договоримся: вы лишь укажете нам расположение кухни, а готовить будем мы сами. Идёт? А то я кожей чувствую, как мой организм выражает протест против… всего этого. Он, знаете ли, ещё не забыл вкус овсянки и даже тешит себя надеждой, что она съедобна.

Федя и Володя окончательно растерялись – видимо, не ожидали такой реакции от своих дам. Они переглянулись, и вампир заметно пожал плечами, а оборотень еле слышно вздохнул.

– А теперь – а теперь брысь отсюда! – я решительно указала мужчинам на дверь, сопроводив команду указующим жестом. – Дайте нам возможность спокойно переодеться и собраться с мыслями.

– Но мы всего лишь хотели помочь… – начал Вольдемар, направляясь к выходу.

– Помочь? Вы уже и так нам помогли, проснуться, – воскликнула я и для убедительности запустила подушкой в оборотня.

– Эй, это была моя подушка! – возмутилась Люда, наблюдая за полётом «снаряда».

Оборотень недоуменно переводил взгляд с подушки на меня. Я прямо-таки видела, как в его сознании напротив моего имени медленно, но жирно ставится пометка: «Субъективно неадекватна».

Наконец, мужчины покинули спальню, оставив нас в тишине. Мы в рекордные сроки привели себя в божеский вид и выдвинулись на поиски пропитания.

– Вот они, мужчины… Обещали провести экскурсию до кухни, а сами смылись куда-то, – проворчала Люда, осторожно спускаясь по лестнице.

– Не ной, подруга. Сейчас мы найдём эту обитель кастрюль по запаху, – подбодрила я её, принюхиваясь к ароматам дома.

За дверью обнаружилась огромная кухня – настоящий храм кулинарии. В центре возвышался массивный каменный стол, вдоль стен тянулись полки с посудой, в очаге весело полыхал огонь, а у котлов суетились двое поваров: седовласый мужчина и молодая девушка с весёлыми глазами, но болезненно бледным лицом.

– Доброе утро! – бодро начала Люда. – Мы тут решили, что пора позавтракать по-человечески. Поможете нам найти продукты?

Старший повар удивлённо вскинул брови:

– По-человечески?

– Ну да, – Люда лучезарно улыбнулась. – Яичницу с беконом, тосты, кофе покрепче. У вас найдётся все это? Или тут потчуют только кровью оленя и лунным мхом?

Повара переглянулись и дружно рассмеялись.

– Найдётся, найдётся, – добродушно ответил старший. – Если только объясните, что такое «тосты» и «кофе»?

– Ну во-о-от, началось… – протянула я. – Людок, если тут нет кофе, я найду и угоню дракона, чтобы улететь домой.

– А у нас не водятся драконы, – вставила девушка. – Если полетать хочется, то только Ирлинги.

– Ирлинг? Это кто или что ещё? – удивлённо спросила подруга.

– Ирлинги – это полулюди-полуптицы, а точнее, люди-птицы. Летать могут. Миролюбивый народец.

– О, Фань, смотри: два в одном – и муж, и транспорт! – хохоча, проговорила Люда.

– Тьфу на тебя, окаянная, – посмеиваясь, отозвалась я.

Повара недоуменно поглядывали на нас: видимо, таких шумных гостей им встречать ещё не приходилось.

– Тосты – это чуть поджаренный хлеб, – с надеждой начала объяснять Людочка. – То есть берётся ломтик хлеба и обжаривается с двух сторон до золотистой корочки.

– Ты им ещё нарисуй и раскрась, – добавила я не удержавшись. – И жестикулируй побольше!

– А-а-а, хлеб есть! – оживился старый повар. – И масло для жарки имеется.

– Отлично. А кофе – это такой горячий напиток, терпкий и горьковатый.

– Ой, Айран, это, видимо, тот напиток, что так любят люди. Они его, кажется, называли «ковэ», – весело произнесла девчушка. – Просто оборотни не пьют ковэ, так как он мешает обонянию, а вампирам он без надобности, да и на вкус не нравится.

– А-а, это тот противный напиток, от которого потом горло жжет? – переспросил старший повар, скорчив такую гримасу, будто только что проглотил лимон целиком. – Имеется ваш «ковэ», сейчас достану. Я им огород посыпаю, чтобы насекомые рассаду не поели.

– Ну вот, Фаичка, а ты боялась! – пролепетала подруга. – Сейчас тебе дезинсекционное средство достанут, и заживём.

Вскоре на кухне закипела работа. Я самозабвенно взбивала яйца, Люда виртуозно поджаривала бекон, а повара, окончательно смирившись с захватом территории, покорно показывали, где лежат свежие овощи и хлеб. Когда всё было готово, по коридорам особняка поплыл божественный аромат жареного мяса, способный поднять из могилы даже самого ленивого вампира.

Федор и Владимир, не выдержав гастрономической пытки, робко заглянули на кухню.

– О, смотрите-ка, – подмигнула я, лихо, переворачивая ломтик бекона. – Наши гурманы-мужья пожаловали! Что, мальчики, привлекает запах гемоглобина?

– И мясо без признаков жизни, – добавила Люда, демонстративно поливая бекон густым красным соусом. – Это вам не сердце оленя под лунным мхом. Вы, кстати, сами-то это пробовали? Или это у вас такой секретный ритуал инициации для новичков?

– Признаю, пахнет на удивление привлекательно, – сказал вампир, не сводя глаз со сковородки.

– И выглядит вполне съедобно, – добавил оборотень, с научным интересом разглядывая яичницу.

– Вот именно, – наставительно кивнула я. – Нормальная еда – это когда не нужно судорожно листать энциклопедию, чтобы понять, что именно лежит у тебя в тарелке.

Позавтракав и все-таки угостив мужчин остатками трапезы (под их клятвенные заверения, что это совершенно не похоже на «человеческую» еду, но подозрительно вкусно), мы решили, наконец, осмотреть хоромы, в которых нам предстояло коротать «век».

Осмотр дома затянулся на добрый час. Мы с подругой бродили по комнатам первого этажа, восхищаясь мраморными колоннами. Каждую из них венчала изящная резьба в виде виноградных лоз – в игре света от настенных факелов казалось, будто каменные листья вот-вот зашелестят.

– Красиво, конечно, но совершенно нефункционально, – констатировала Люда, критически оглядывая гобелен, расшитый золотом и шёлком? – Где, я вас спрашиваю, Wi-Fi? Где стиральная машинка притаилась? Где хотя бы приличный диван, на котором можно по-человечески завалиться под сериальчик? Я уже молчу про телевизор!

– Апчхи! И кондиционер! – добавила я, отчаянно обмахиваясь рукой. – Тут душно, как в историческом музее в день открытых дверей.

– А ещё меня одну мучает вопрос: Как они сюда всё припёрли, раз купол не пропускает?

– Нет, ты не одна такая. – протянула подруга задумчиво.

Вампир, проводивший нам экскурсию, только хотел что-то сказать, но не успел.

– О, а здесь у нас что? – я заглянула за массивные двойные двери и ахнула. – Люда-а, смотри, бассейн! Айда купаться! – и я исчезла в недрах помещения, полная восторга.

– Ого-о-о, какая прелесть! – радостно протянула Люда. – Федька, ты чего партизанил, что у вас тут бассейн имеется?

Фердинанд, сопровождающий нас, застыл в дверях, словно оловянный солдатик, и с полным непониманием в глазах переводил взгляд с меня на Люду.

– Федь, чего молчишь, как на допросе? – строго обернулась к нему подруга.

– Бассейн? – осторожно переспросил он. – Это купальня. Здесь принято омываться после долгого и утомительного дня.

– То есть бассейн, – подытожила я, игнорируя терминологию.

– Не бассейн, – терпеливо поправил вампир. – Купальня. Место, где омываются, очищаются и… собственно, купаются.

– Аха-ха! Люда, поздравляю, теперь он официально считает тебя неучем! – прыснула я, едва не согнувшись пополам. – Какой «бассейн» в Средневековье? Люда, ты хоть в курсе, что такое «омываться»?

– Так, хохотушка, тебе явно пора остудить пыл, – мстительно бросила подруга.

Не успела я опомниться, как Люда с коварной улыбкой толкнула меня прямиком в объятия водной стихии. Раздался оглушительный ПЛЮХ. Я с визгом ушла под воду, а вынырнула, уже отплёвываясь и сверкая на подругу широко раскрытыми глазами.

– Ты что творишь?! Вода же холодная!

– Зато освежает, – невозмутимо парировала подруга.

Однако насладиться триумфом ей не дали. Фердинанд, до этого момента лишь сдержанно улыбавшийся, вдруг сделал шаг вперёд.

– Интересный подход к развлечениям, – произнёс он с напускной серьёзностью. – Но, кажется, правила хорошего тона требуют симметрии.

Прежде чем Люда успела хотя бы пикнуть, вампир ловко подхватил её за талию – и в следующее мгновение зал огласил второй мощный ПЛЮХ. Люда вынырнула, яростно отбрасывая с лица мокрые пряди, и возмущённо уставилась на вампира:

– Вы что, сговорились?!

– Просто поддерживаю баланс во Вселенной, – ответил вампир, хотя уголки его губ предательски дрогнули. – Теперь всё честно.

– И мокро! – добавила я, метко запустив в подругу пригоршню воды.

В этот момент в дверях купальни возник оборотень.

Он замер, удивлённо вскинул брови, а затем залился искренним смехом:

– Ну вы даёте! Прямо как дети. Или как два щенка, которые впервые в жизни увидели лужу.

Он подошёл ближе, присел на корточки у самого края и с любопытством осведомился:

– И как водичка? По шкале от «прохладно» до «сейчас превращусь в ледышку»?

– Прохладная, но приятная, – улыбнулась я, убирая с лица непослушную рыжую прядь. – И, кажется, пахнет лавандой. Не хочешь присоединиться? Или боишься, что шерсть намокнет, и ты станешь похож на мокрую дворняжку?

– О нет, – оборотень шутливо вскинул руки, – я предпочитаю исключительно сухой юмор. Но могу принести полотенца или… – он хитро прищурился, – подкинуть в воду пару льдинок для бодрости.

– Только попробуй! – Люда прицельно плеснула в его сторону водой.

Вольдемар ловко увернулся, но пара капель все же украсила его рукав.

– Эй! – он картинно возмутился. – Это уже официальное объявление войны!

Он схватил с мраморной скамьи полотенце и начал грозно им размахивать, словно боевым знаменем.

– Сдавайтесь, нарушители спокойствия! – театрально прорычал он. – Или я применю секретное оружие оборотней – атаку щекоткой!

– Щекотку? – я скептически приподняла бровь. – Звучит не слишком устрашающе. Особенно учитывая, что ты замер в трёх метрах от нас и явно не горишь желанием приближаться к этой опасной водной зоне.

– О, это не простая щекотка! – Вольдемар назидательно поднял палец вверх. – Это особо коварный подвид. Стоит мне лишь помахать полотенцем в вашу сторону, как вы закатитесь в таком хохоте, что вода из купальни выплеснется на пол. А это, между прочим, добавит лишней работы слугам.

Люда пренебрежительно фыркнула:

– И что, слуги нас за это сурово покарают? Явятся с тряпками и зачитают нотацию о бережном обращении с водными ресурсами?

– Хуже! – Оборотень состряпал «страшные» глаза. – Главный дворецкий официально занесёт вас в список злостных нарушителей дисциплины. А после – заставит начищать все эти мраморные колонны вручную. Вы хоть видели, сколько их тут?

Я картинно прижала ладонь к сердцу, изображая смертельный испуг:

– О нет, только не полировка колонн! Мы же погибнем от скуки… Что же нам делать, Лю-юда-а? – наигранно простонала я.

Хм, а он забавный – подумала я украдкой.

В этот момент к беседе присоединился вампир, который до этого с комфортом расположился на скамье, едва сдерживая смех.

– Есть более гуманный вариант, – спокойно произнёс Федя, скрестив руки на груди. – Вы признаете, что мы – эталон гостеприимства, а взамен мы гарантируем вам неприкосновенность перед лицом кары и даже окажем содействие в добыче сладостей.

Вовка возмущённо обернулся к нему:

– Эй, я тут вообще-то веду дипломатические переговоры! Не сбивай мне стратегию запугивания.

– Твоя стратегия не работает, – усмехнулся Федор. – Видишь, они ни капли не боятся, ни твоих угроз, ни дворецкого.

– Зато они боятся колонн! – не сдавался оборотень.

Люда расхохоталась:

– Мы просто мастерски притворяемся! На самом деле мы уже мысленно распланировали, какие узоры выведем на этом вашем мраморе во время чистки.

– Все равно! – Вовка воинственно вскинул полотенце. – Признайте мою власть как Хранителя Полотенец и пообещайте, что в следующий раз официально пригласите меня на водные процедуры.

– Договорились, – рассмеялась Люда, выбираясь из воды с помощью Вампира, тот подхватил её подмышки, словно ребёнка и р-раз и вытащил. Мне же протянул руку оборотень с озорной улыбкой. А так хотелось скинуть его в воду, но, увы, разные весовые категории. – В следующий раз мы тебя первым столкнём в купальню. Исключительно ради симметрии. – из вредности добавила я, принимая крепкую мужскую ладонь.

Оборотень картинно отпрянул, после того как помог мне выбраться:

– Эй, речь шла о приглашении, а не о насильственном погружении! Я, между прочим, гордый оборотень, а не водоплавающая птица.

– Зато у тебя мех густой – будешь отлично держаться на плаву, – подмигнула я.

– И все равно я предпочитаю загорать на берегу, – хмыкнул оборотень, бросая нам полотенца. – Ладно, сдаюсь. Пойду, организую вам чай со сладостями, пока вы окончательно не превратились в русалок.

– Здесь есть русалки? – спросила я, отжимая одежду.

Ответом мне стала лишь хитрая мужская улыбка.

После купальни мы, укутанные в пушистые полотенца, аки две римские матроны, направились в свои покои, дабы наконец переодеться и просушить шевелюры. На втором этаже располагалось шесть комнат: по правую сторону – наша с Людой спальня, соседствующий с ней кабинет и ещё одна спальня. На противоположной стороне коридора планировка зеркально повторялась. Подъем на этаж венчали две лестницы, каждая из которых вела к своему крылу, а центральное пространство зияло пустотой, открывая вид на первый этаж. Коридор вдоль комнат был надёжно, но изящно ограждён резными перилами.

– Ну и планировка! – я покачала головой, с опаской заглядывая в «пропасть» первого этажа. – Прямо квест «найди путь к спальне и не сверни себе шею».

– Да уж, – подхватила подруга, с интересом разглядывая резьбу на перилах. – Если ночью выйти сюда спросонья, можно ненароком попасть в сказку… в ту самую, где героиня летит на дно глубокого колодца.

– Зато какая экономия на тренажерах! – рассмеялась я. – Вместо кардио – забеги по лестницам.

– Смотри! – Люда указала на балкон. – Оттуда можно вечерами любоваться закатом, совсем как на даче.

– Только с видом на горы и, смею надеяться, без наших родных и до боли надоедливых комаров, – закончила я за неё.

– Зато в комплекте идут вампиры и оборотни, – подмигнула подруга. – Но, знаешь, мне начинает здесь нравиться. Пока, всё идёт не так уж и плохо, правда?

– Пожалуй. – Кивнула подруга.

– А если найду чем себя занять, то и вовсе можно приглушить тоску по дому.

– Это да…

– А ещё, частично чувствую себя героиней классического исторического романа: живу в особняке, дефилирую по залам, принимаю омовения в каменных чашах… – сказала, как можно веселей, потому, как в груди что-то назойливо сжалось. Всё будет хорошо! Где наша не пропадала?

– И сушишься после этого, как мокрая кошка, – вставила я свои пять копеек. – Пойдём быстрее переодеваться. – ответила подруга с тяжёлым вздохом.

Уже подходя к спальне, я вдруг замерла на месте и задумчиво почесала подбородок.

– Послушай, а как здесь обстоят дела с бритьём? – я вопросительно выгнула бровь. – Мне кажется, или я уже чувствую, как мои ноги начинают покрываться густой растительностью, уподобляясь конечностям нашего оборотня?

– О, не переживай! – хихикнула Люда. – Наверняка у Федьки в закромах припрятан какой-нибудь магический крэм или древнее заклинание «Гладкие ножки – навсегда».

– Ага, или суровый старинный рецепт: «Возьми пучок крапивы, горсть золы, добавь три капли крови девственницы и получи идеально гладкую кожу… либо химический ожог четвертой степени», – предположила я.

– Ну уж нет! – передёрнула я плечами от одной мысли о подобной косметологии. – Уж лучше я буду щеголять мохнатой медведицей, зато в относительной безопасности, – подытожила я, переступая порог комнаты.

– Кстати, о безопасности... – Люда решительно скинула полотенце. – Ты, случайно, в пылу межпространственного перемещения не захватила с собой пару сменных трусиков?

– Знаешь, как-то не додумалась в тот момент, – с улыбкой отозвалась я. – Давай-ка проинспектируем местный гардероб, авось там завалялось хоть какое-то нижнее белье, кроме тех сорочек. Вчера ведь, сама помнишь, вообще не до этого было.

Люда величественно подошла к массивному деревянному шкафу с резными дверцами и распахнула его, словно ворота в Нарнию. Внутри ровными рядами висели длинные халаты и несколько платьев, явно претендующих на звание музейных экспонатов. Правда, в самом углу притаились простенькие, невзрачные, которые мы сразу и не заметили.

– Ну-с, поглядим, что тут припасено для современной девушки, – пробормотала она, скептически перебирая вещи. – О! А вот это чудо подозрительно напоминает ночнушку моей прабабушки. Длина строго до пола, а кружева возведены вокруг воротника, словно оборонительные сооружения крепости.

– У меня ситуация не лучше, – отозвалась я, копаясь в соседней секции. – Кажется, эта сорочка помнит ещё славные времена крестовых походов. И почему эти кружева здесь... буквально везде? Такое чувство, будто местный портной в какой-то момент вошёл в раж и решил: «А добавлю-ка я ещё вот эту рюшечку для красоты и для того, чтобы в этом точно было невозможно удобно устроиться!»

В итоге, перебрав весь гардероб, мы остановились на простых платьях в пол с квадратным вырезом и шнуровкой по бокам.