Текст книги "Когти, клыки и женская логика (СИ)"

Автор книги: Танья Мяу

Соавторы: Татьяна Гер
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

Глава 16

Фаина.

Движения были неторопливыми, почти автоматическими: включить чайник, насыпать кофе, добавить сахар – маленький ритуал, который хоть как-то скрашивал начало дня.

Пока закипал чайник, приоткрыла окно. Воздух был свежим от утренней росы, пах новым асфальтом и цветущими деревьями. Налила кофе в любимую кружку – ту самую, что когда-то урвала на распродаже мерча любимого сериала, – и села у окна.

Взгляд скользил по знакомому пейзажу: двор с припаркованными машинами, детская площадка, верхушки старых тополей, покачивающиеся на ветру. Всё было таким привычным, таким… одинаковым.

Мысли сами собой свернули в привычное русло. Последний месяц казался мне одним нескончаемым днём сурка: работа, дом, редкие вечера перед телевизором, снова работа. Даже с Людой мы толком не виделись – только короткие сообщения да пару звонков, где разговор с ней звучал устало.

Я невольно вспомнила тот звонок месяц назад. Тогда Люда предложила съездить на дачу в выходные. Я вздохнула и потёрла виски – голова раскалывалась.

– Люда, я не могу, – тихо ответила я. – Я простыла. В другой раз, ладно?

В трубке повисла пауза.

– Да, конечно, – прозвучало наконец. – Ну… тогда я сама съезжу. Надо грядки полить. А ты поправляйся.

Прошла неделя. Тут уже я набрала её.

– Люда? Привет. Я на выходные хочу съездить на дачу… поедешь?

На другом конце провода послышался тяжёлый вздох.

– Фанька… Извини, не получится. Работы поднакопилось, да и сил совсем нет. В общем, не выкроить время.

Я молча кивнула сама себе.

– Понятно… – прошептала я.

Мы молчали. В тишине было слышно только наше дыхание.

Потом она заговорила снова, голос чуть оживился:

– Слушай… А давай по очереди? Ты в эти выходные – я в следующие. Так хоть участок не забросим, и у каждой будут свободные выходные.

Я посмотрела в окно – там, за стеклом, первые капли дождя ударили по подоконнику.

– Да… Да, давай так, – ответила я чуть твёрже. – По очереди. Так лучше.

И я поехала туда одна – присмотреть за огородом и домом. Хотелось побыть одной, попытаться разложить свои мысли по полочкам. Вспоминались наши короткие разговоры.

Сделала глоток кофе. Горячий, чуть горьковатый – как моё настроение в последние недели. Серость будней словно оседала на плечах тяжёлым камнем. Ни новых впечатлений, ни неожиданных встреч, ни даже маленького приключения – только расписание, обязанности и бесконечный список «надо»: сделать план, оплатить счета, сходить в магазин… А ведь только начало лета...

За окном засигналила машина, где-то хлопнула подъездная дверь, послышались голоса. Я глубоко вздохнула, подошла к раковине, сполоснула кружку и направилась собирать вещи для дачи – сегодня моя очередь.

Достала старую клетчатую сумку и быстро собрала вещи: одежду, средства гигиены, аптечку, продукты, секатор новенький, перчатки, удобрения. Напоследок положила книгу, фонарик с пауэрбанком и спрей от насекомых.

Завершила сборы, осмотрела комнату. Взгляд скользнул по расправленной кровати, стулу, заваленному одеждой, и книжным полкам. На полке стояла фигурка волка, которую я недавно купила спонтанно в каком-то магазинчике. Серый камень с едва заметными прожилками, острые уши, глаза-бусинки. Я тогда взяла её почти машинально, пальцы осторожно обхватили фигурку, и она стала напоминанием о том, что те яркие дни – не сон. И сам волк – не сон.

Взглянула на часы – стрелки показывали без десяти девять. Пора выходить. Вышла из квартиры, тихо прикрыв за собой дверь.

По приезде припарковала машину чуть дальше от калитки, чем обычно.

– Что-то я промахнулась с парковкой, – проговорила, поглядывая в окно.

Выбравшись из салона, вдохнула полной грудью.

– Ну, вот я на месте, – произнесла, выдыхая.

Подойдя к калитке, я заметила силуэт, мелькнувший в окне. Сердце ёкнуло.

– Неужели кто-то вломился? – пробормотала себе под нос, и внутри всё сжалось от тревоги.

Быстро распахнула калитку, её ржавые петли скрипнули, будто предупреждая об опасности. Заскочила на крыльцо, на ходу подхватив стоявшую у входа лопату. Пальцы судорожно сжали черенок: в этот момент она казалась единственным шансом защитить себя и наш маленький уголок.

– А ну-ка брысь отсюда, пока ноги целы! – крикнула я и, рывком распахивая дверь, ворвалась в дом.

Замахнулась своим импровизированным оружием. Взгляд заметался по комнате: знакомая сумка с вещами, кроссовки... В этот же момент раздался крик:

– Ааа! – Люда отпрыгнула в сторону, запустив в полет ложку, которая четко зарядила мне в лоб. – Фаня?! Ты что творишь?! Да чтоб тебя…! Ну ты и напугала, чёрт побери! Чтоб тебя…… и не раз, и пожестче… – она глубоко вздохнула и тряхнула головой. – Ты с ума сошла?!

Я выронила лопату, и она удачно прошлась по моему затылку черенком.

– Ай, больно, – вскрикнула я, поглаживая голову и лоб. – Люда?! Ты… ты что тут делаешь?

– Что я делаю?! – она всё ещё тяжело дышала, пытаясь прийти в себя. – Это мой вопрос! Я приехала, как договорились – в свои выходные! А ты на меня с лопатой! Ты меня чуть до инфаркта не довела! Ещё чуть-чуть – и я бы в окно выпрыгнула, честное слово!

Я замерла.

– Ой… – только и смогла вымолвить я. – Я… я перепутала выходные. С этой работой совсем запуталась, когда приезжала, когда нет.

Люда прижала руку к груди, всё ещё бледная, потом подошла к столу.

– Ну ты даёшь, – выдохнула она. – Я себе чай наливаю, думаю: «Как хорошо, тишина, покой…» – и тут врываешься ты, как в боевике!

Мы посмотрели друг на друга. А потом одновременно рассмеялись – сначала неуверенно, а потом всё громче, пока смех не заполнил весь дом.

– Прости, правда, – я нагнулась поднять ложку и лопату, подошла к подруге. – Я так испугалась, когда увидела силуэт…

– Да уж, – Люда махнула рукой, всё ещё посмеиваясь. – Зато теперь у нас есть ещё пара седых волос.

– Знаешь, – я посмотрела на подругу, – раз уж мы обе тут, то нам суждено провести эти выходные вместе в конце концов.

– Да. Мне кажется, нам обеим нужно поговорить, – чуть тише сказала Люда.

– Согласна, – я слегка улыбнулась. – Тогда я сейчас из машины всё выгружу, переоденусь, и сначала мы пройдемся по огороду, а вечером поболтаем.

– Договорились, – проговорила Люда.

Я вышла на улицу, поставила лопату на место и пошла доставать из багажника рюкзак и пакет с продуктами. Люда тем временем нашла в шкафу две старые футболки – с надписью «Я эту дуру не знаю» – и пару шорт.

– Вот, держи, – она протянула мне вещи. – В этом точно будет удобно.

– О, какая прелесть! – я натянула футболку и шорты. – Кажется, я её не надевала лет пять. Смотри-ка, прям тютелька в тютельку.

– Главное, что в тютельках не жмёт, – Люда тоже переоделась и покрутилась перед зеркалом. – Идеально.

– Ну что, метатель ложек, какие задачи на сегодня? – улыбнувшись, спросила я.

– О, у нас целый фронт работ, – Люда изобразила серьёзное лицо и ткнула пальцем в сторону грядок. – Сначала – прополка третьей грядки с морковкой. Она бунтует: сорняки выше, чем сама морковка. Потом – полив. И, самое важное, – сбор уже созревшей клубнички, пока не пропала.

Мы направились к грядкам. Я взяла тяпку, Люда вооружилась небольшой садовой лопаткой – и работа закипела. Подруга сразу же опустилась на колени и принялась выдергивать сорняки.

– Смотри, – она продемонстрировала мне достаточно крупный сорняк, – вот он, главный враг моркови. Зловредный тип.

– Признаю его виновным и приговариваю к изгнанию с участка! – объявила я, наблюдая, как он летит в ведро.

Мы продолжали работать бок о бок.

– Люда, ты опять оставляешь корни! – «строго» заметила я.

– А ты, Фанечка, слишком аккуратно поливаешь. Растения подумают, что ты их не любишь!

– Зато я не заливаю их до состояния болота, как кое-кто в прошлом году!

– Эй, то был эксперимент!

– Эксперимент провалился, кстати. Огурцы потом плавали, как в пруду.

– Ладно-ладно, признаю поражение.

Люда ловко перекинула очередную горсть сорняков в ведро и выпрямилась, чтобы размять спину. Наблюдая за ней, я невольно подумала: а как там огород и кто за ним ухаживает… и в груди что-то кольнуло.

Почти к вечеру мы успели прополоть четыре грядки, полить всё, что нужно было, и собрать небольшую корзину клубники. Спина немного ныла, руки были в земле, футболка прилипала к спине от пота, но на душе стало удивительно легко.

Мы устроились на веранде с чаем, свежей клубникой и печеньем, что я захватила с собой. Солнце уже клонилось к закату.

– Как у тебя прошёл месяц? – спросила я, делая глоток чая и машинально проводя пальцем по краю чашки.

– Тихо и скучно, – вздохнула Люда. – Сначала после возвращения ушла с головой в работу. Постаралась выкинуть из головы то, что приключилось с нами. Всё казалось важным: сметы, чертежи, согласования с заказчиками… А потом начала осознавать, что всё не так. Чего-то не хватает. Будто жизнь проходит мимо. Иногда ловлю себя на мысли, что жду его… – она замолчала.

– Я так же: ушла в работу, но через неделю уже взвыла от монотонности. Решила отвлечься от мыслей, работы и записалась на пилатес. Думала, может, тело напомнит душе, что оно ещё живо. Первые занятия были адскими – я думала, что моя спина вообще не умеет так изгибаться! А после тренировки еле добралась до дома: мышцы дрожали, будто я не пилатес делала, а пять смен подряд на станке отстояла.

– Пилатес – это хорошо, – улыбнулась Люда. – А я решила пройти курсы высокой кухни. Представляешь? Сижу на лекциях, изучаю, как правильно нарезать трюфели и чем соус беарне отличается от бешамеля… Хотя вчера вечером, после сложного дня, сварила себе обычную гречку и была абсолютно счастлива.

– Трюфели? – я подняла бровь. – Ты всерьёз?

– Ну да! – Люда посмеялась. – Хотя, если честно, – продолжила она уже серьезнее, – сначала было весело. Новые рецепты, красивые тарелки, предвкушение… А потом смотрю – дома гора кулинарных книг, в холодильнике экзотические продукты, а ужинаю я всё равно бутербродом с сыром. Всё время ловлю себя на мысли: неужели у меня так было всегда?

– Понимаю, – я покачала головой. – У меня с пилатесом то же самое: коврик лежит, форма куплена, а половину занятий я пропускаю из-за срочных дел на заводе. То срочный заказ, то станок капризничает – в итоге вместо растяжки я сверлю и фрезерую допоздна. И постоянно вспоминаю, как же там было легко дышать, Люда! Как будто весь мир был полон волшебства.

Подруга задумчиво покрутила чашку в руках:

– Получается, мы обе пытаемся что-то найти, но как будто не там?

– Или не так, – добавила я.

– Слушай, – вдруг оживилась Люда, – а давай в октябре, во время отпуска, куда-нибудь съездим? Чтобы перезагрузиться. В замок Дракулы в Трансильвании? Говорят, там атмосфера – старинные залы, легенды, ночные прогулки… Может, это станет ещё одним нашим маленьким приключением? Вернёмся – и, глядишь, снова почувствуем вкус жизни.

– Трансильвания? – я улыбнулась, чувствуя, как внутри зарождается предвкушение. – Звучит как план. Давай съездим.

Мы замолчали, погрузившись в мысли.

– Пойдём в дом? – предложила Люда. – Надо поискать информацию про замок, какие документы нужно подготовить, посмотреть расписание экскурсий, прикинуть, что взять с собой…

– И самое главное – грамотно расписать бюджет, – добавила я с улыбкой.

– Обязательно! – согласилась подруга.

Улыбаясь, мы направились к двери, оставляя веранду во власти ночи. Впереди нас ждал октябрь – и настоящее приключение, которое должно было вернуть в жизнь краски, радость и ощущение, что мир всё ещё полон чудес.

По возвращении в город мы активно начали оживлять свои будни. Люда уговорила записаться на танцы – её аргументом стало: «Нам срочно нужно научиться танцевать вальс, и это не обсуждается!»

Вальс оказался неожиданно сложным. На уроках я то наступала партнёру на ноги, то теряла равновесие, то сбивалась с ритма. Люда, хоть и старалась держаться увереннее, тоже то и дело спотыкалась и тихо извинялась перед своим партнёром.

Инструктор, стройный мужчина с седыми висками и мягкой улыбкой, терпеливо повторял:

– Чувствуйте ритм. Представьте, что вы плывёте по реке – плавно, без усилий. Не толкайтесь, а скользите.

Мы кружились, считали «раз‑два‑три», пытались поймать синхронность. Люда шепнула мне между танцами:

– Знаешь, это как жизнь: то наступаешь на ноги, то боишься упасть, а надо просто довериться движению.

Я рассмеялась и чуть не потеряла равновесие снова.

И однажды что‑то щёлкнуло. Я закрыла глаза, услышала музыку – и вдруг действительно поплыла. Шаг, поворот, скольжение… Всё сошлось: ритм, дыхание, движение. Я перестала считать шаги и просто почувствовала танец. В этот момент перед глазами возник образ Вольда. Его хищный взгляд, в котором всегда таилась улыбка, его нежные объятия…

Я открыла глаза и чуть не споткнулась от нахлынувших чувств и воспоминаний. Партнёр вовремя поддержал меня за талию.

– Всё в порядке? – участливо спросил он.

– Да, – я улыбнулась, моргнула, прогоняя видение. – Просто вспомнила кое‑что.

– Хорошее воспоминание? – он слегка наклонил голову.

– Очень, – тихо ответила я, и в груди разлилась тёплая волна. – Очень хорошее.

Люда, наблюдавшая за нами с другого конца зала, подмигнула мне и показала большой палец. Её партнёр как раз закружил её в повороте, и она рассмеялась – звонко, свободно.

Потом записались на курсы этикета.

– Ну а что? Лишним не будет, – парировала я, смотря на подругу, разглядывающую приборы на столе.

Курсы оказались неожиданно весёлыми. Строгая преподавательница учила нас правильно держать вилку и нож, вести светскую беседу, выбирать вино к блюдам и грациозно подниматься по лестнице.

– Леди не спешат, – повторяла она. – Леди движутся с достоинством.

– А если леди опаздывает на работу? – не удержалась я.

Группа дружно рассмеялась, а преподавательница строго посмотрела на меня:

– Тогда леди всё равно движется с достоинством, но чуть быстрее.

– Поняла, – я сделала вид, что запоминаю. – Достоинство – прежде всего. Даже если опаздываешь на смену к станку.

Люда толкнула меня локтем:

– Тише ты, а то нас выгонят за неподобающее поведение.

Дома мы устраивали «званые ужины» – сервировали стол, ставили свечи и отрабатывали манеры.

– Люда, передай, пожалуйста, соль, – я изобразила изысканный жест.

– С удовольствием, дорогая, – Люда церемонно протянула солонку. – И позволь заметить, твоё платье сегодня особенно изысканно.

– О, благодарю, – я поклонилась. – Это новая модель от… от…

– От «Фая и Ко», – закончила Люда, и мы расхохотались.

Июль начался с волокиты с бумажками – вечером я сидела за кухонным столом, окружённая папками, распечатками и блокнотами. Перед глазами плясали строки требований к визе, сроки подачи документов, списки необходимых справок. Спасало то, что хотя бы загранники у нас уже были.

Люда, как всегда, подошла к делу серьезно. На холодильнике висел составленный ею график – красочная таблица с датами, галочками и восклицательными знаками.

– Фаня, проверь ещё раз: все ли страницы паспорта читаемы? – тараторила она по громкой связи. – И не забудь про подтверждение брони отеля. Замок Дракулы популярен, вдруг мест не останется!

– Да всё в порядке, – я перевернула страницу паспорта, фотографируя и отправляя ей, показывая идеально чёткие штампы. – Смотри, даже уголки не загнуты. Я их специально разглаживала утюгом на минимальной температуре.

Люда фыркнула.

– Утюгом? Фая, ты неисправима. Ладно, с паспортом разобрались. А страховка? Ты оформила страховку для поездки?

– Ой, – я хлопнула себя по лбу. – Совсем вылетело из головы! Сейчас найду сайт…

– Вот, держи, – Люда скинула мне на почту файл. – Я уже подобрала несколько вариантов. Посмотри, какой тебе больше нравится.

Я пробежала глазами по строчкам:

– Этот, с расширенным покрытием, кажется надёжнее.

– Согласна, – кивнула Люда. – Значит, оформляем.

Где-то между подачей документов и ожиданием визы мы с Людой нашли способ не сойти с ума от неопределённости: вечерами устраивали прогулки, а по утрам – что-то вроде зарядки для пенсионеров (с её слов – «чтобы суставы не заржавели»).

Однажды Люда пришла ко мне под вечер – с бутылкой красного и блеском в глазах. Плюхнулась на кровать, махнула рукой:

– Фанька, хватит ждать! Давай составим список всего, что всегда хотели попробовать, но откладывали «на потом», пока ждём эту чёртову визу! – и быстренько открыла ноутбук.

– Ну, давай, – смеюсь я, доставая блокнот.

Она начинает что-то вбивать в поиск и диктовать, а я – записывать:

– Гончарное дело! Курс по кружкам на следующей неделе. Сделаем парные – твоя будет кривая, моя – ещё кривее!

– Да ладно тебе, – хихикаю я.

Список растёт: рисование (хотя я рисую как пятилетний), вышивание (вдруг откроем талант?), свечеварение (аромат шоколада, пожалуйста), мыловарение (чтобы кожа не сохла от стресса)… Я смотрю на исписанную страницу и тихо ужасаюсь: «Мы точно это всё осилим?»

– Пиши дальше! Флористика! Курсы каллиграфии! Танго для начинающих!

– Я так понимаю, вальса нам мало было? – хихикнула я.

– Фаииинаааа, – Люда вздохнула мечтательно. – Танго – это страсть, желание… и растяжение связок на второй минуте. Но зато как звучит: «Я танцую танго»! Сразу чувствуешь себя роковой женщиной.

– А я чувствую себя женщиной, которая утром не может встать с кровати после «рокового» танца, – фыркнула я. – Помнишь, как после вальса ты три дня хромала и говорила, что «это аристократическая походка»?

– Это был опыт! – отмахнулась Люда. – Теперь будем учиться падать красиво. Пиши: «танго» – и добавь звёздочку: «с инструктажем по безопасному падению».

Мастер-класс по гончарному делу оказался настоящим испытанием – и проверкой дружбы. Мы с Людой сидели за соседними станками, пытаясь слепить парные кружки.

– Ну, у тебя уже почти получилось! – ободряюще сказала я, глядя на кривобокую кружку Люды.

– «Почти» – это ключевое слово, – вздохнула она. – А твоя, кажется, решила стать блюдцем?

– Нет, это просто кружка с широкими взглядами на жизнь, – улыбнулась я, пытаясь вытянуть стенку повыше. – Смотри, я её уговариваю: «Будь круглой, будь круглой!»

– Ладно, пусть будет «авторский стиль». Зато никто не скажет, что мы копируем чужие работы, – я аккуратно подправила край.

– И никто не украдёт – такие шедевры только у нас! – рассмеялась Люда.

Наши кружки действительно вышли смешные: кривые, с неровными ручками и разной высоты. Но именно за это мы их и полюбили: они стали символом нашего весёлого и немного хаотичного начала августа, где каждый промах превращался в шутку, а каждая неудача – в повод для смеха.

Так мы и провели август: то рисовали, то танцевали, а ещё успели заскочить в местный приют и поработать волонтёрами. Как Люда сказала: «Милая моя, труд облагораживает человека».

Как-то утром, проходя через проходную, увидела рекламу и поняла, что нам это надо!

– Люд, ты что, спишь ещё? – протараторила я в трубку, едва сдерживая улыбку.

– Фань, ты знаешь, я хочу тебя ударить через телефон, – пробубнила подруга сонным голосом, явно не желая выбираться из объятий Морфея.

– Ударишь при встрече, – хихикнула я. – Я тут афишу увидела: в театре будет открытие сезона, и начнётся он с «Ромео и Джульетты». Давай сходим?

– Театр? А давай, – уже чуть бодрее ответила подруга. – Тыщу лет там не была. Последний раз, кажется, ещё в школе, когда нас всем классом водили.

– Так что? Я беру два билета на завтра, на семь вечера?

– Давай, – в голосе Люды зазвучала неподдельная радость.

– Вот и отлично! Значит, завтра в семь. Я заеду за тобой в шесть тридцать – успеем выпить кофе перед спектаклем.

Потом стали чаще посещать театры – выбирали постановки по наитию: то классическую пьесу, то экспериментальный моноспектакль, то мюзикл. Потом взялись за выставки – от ретроспектив знаменитых фотографов до инсталляций современных художников.

Как-то на даче вечером, после бесконечных заготовок и закруток – когда руки уже дрожали от закатывания крышек, а в носу стоял запах укропа и уксуса, – Людка, вытирая лоб тыльной стороной ладони (и оставляя на нём смешной зелёный мазок от огурца), вдруг замерла у стола, уставившись в телефон.

– Ма-а-ать!!! – взвизгнула она так, что банки на полке тихонько звякнули. – Двадцать восьмого у нас в КТЗ будет «Руки Вверх»!!! – Она подпрыгнула на месте, телефон чуть не улетел в ведро с отходами. – Давно хотела сходить на концерт! Да я со школьных дискотек мечтаю!

– Круто, я за! – я подскочила к ней, заглядывая в экран. – Смотри, есть ещё билеты? И какие места?

– Так… Вот! – Людка тыкала в экран дрожащим пальцем. – На танцполе ещё есть места! Мы же не будем просто сидеть, как две статуи? – она покосилась на меня с хитрой улыбкой.

– Обижаешь! – я схватила кухонное полотенце и крутанулась с ним, как с микрофоном. – Как можно, крошка моя, сидеть спокойно на таком концерте? Мы там такое устроим – весь танцпол нам аплодировать будет! – я изобразила пару танцевальных движений, чуть не опрокинув банку.

– Всё, тогда беру билеты! – Людка прижала телефон к груди, закрыла глаза и выдохнула: – О, святые маринованные огурцы, это реально происходит! – Пальцы её порхали над экраном с бешеной скоростью. – Ой, торможу! – она щёлкнула себя по лбу. – Надо же ещё выбрать… Так, оплата… Подтверждение…

– Давай, жми! – я подбадривающе потрясла кулаком. – Быстрее, пока кто-нибудь не перехватил наши места!

– Готово! – Люда вскинула телефон вверх, как олимпийский факел, и издала победный клич: – Билеты наши! Танцпол, «Руки Вверх»!

Мы обнялись, закружились по кухне, чуть не сбив табуретку, и хором затянули: «Ну где же вы, девчонки…» – фальшиво, но зато от всей души. Банки на полках, казалось, одобрительно подмигивали нам.

Концерт «Руки Вверх» закончился под бурные овации – зал хором подпевал финальному хиту, а в воздухе кружились разноцветные шары. Я стояла рядом с Людой у выхода и не могла перестать улыбаться.

Мы медленно продвигались к парковке, окружённые такой же радостной толпой. Вокруг звучали знакомые мелодии – кто-то напевал хиты «Руки Вверх», кто-то включал их на телефоне. Я ловила эти обрывки песен и невольно подпевала, чувствуя, как внутри всё ещё пульсирует ритм концерта.

Наконец мы добрались до моей машины. Пока я заводила двигатель, Люда включила на телефоне плейлист с песнями группы. Из колонок зазвучала «Чужие губы», и мы тут же подхватили:

– «Чужие губы тебя ласкают, чужие губы шепчут тебе…» – громко и фальшиво пели мы, смеясь над собой.

Я вырулила на дорогу. Город мерцал огнями, ветер в приоткрытом окне развевал волосы (благо сентябрь радовал тёплой погодой), а музыка наполняла салон.

До дня отъезда в Трансильванию мы решили закончить дачный сезон: привести огород и дом в порядок, завершить все закрутки, пройтись ещё раз по списку запланированного отпуска и немного сэкономить – ведь наше путешествие обещало быть интересным, а возвращаться с пустыми руками мы не желали.

Октябрь встретил нас прохладным ветром и золотистыми листьями. Мы с Людой, полные ожиданий, прибыли в Трансильванию.