Текст книги "Мама в подарок (СИ)"

Автор книги: Талия Осова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

Глава 20.

В деревне пробуждение приходило гораздо раньше, чем в городе, поэтому за утро я могла переделать гораздо больше дел. Сон, даже если был и короче привычных восьми часов, дарил мне бодрость и свежесть. Вероятней всего, этому способствовал чистый воздух и необыкновенная тишина, нарушаемая лишь пением птиц. А может... и зарождающаяся влюблённость...

Я заранее обеспокоилась и сразу после завтрака разложила яркие шнуры разных цветов, рассыпала на белоснежном блюде блестящие бусины, которые мы купили в городе, и кое-что из своих старых запасов. Привычными движениями быстренько сделала несколько самых простых образцов плетёных браслетов. Когда-то это занятие меня очень увлекало, поэтому я хорошо понимала Полину и её желание научиться творить такую красоту пусть и не из бисера. Плетёные шнуры смотрелись ни чуть не хуже, по мне так даже более выигрышно благодаря своей фактуры.

Около десяти Егор привёз дочь. Получила с приветствием лёгкий поцелуй, который запечатлели на моих губах с таким непринуждённым видом, что я опешила, однако быстро взяла себя в руки.

«Мне нравится!» – вырвалось из глубин подсознания, и я не нашла в себе сил возразить или как-то возмутиться.

Малышка, словно маленький солнечный зайчик, озарила всё вокруг лучезарной улыбкой, и в её глазах плясало нетерпеливое желание поскорее погрузиться в волшебный мир плетения браслетов. Полина терпеливо ждала, когда отец отправится по своим важным делам, а мы с ней сможем заняться настоящим делом. Хотя она успела обнаружить все мои приготовления и, с широко раскрытыми глазами трогала все эти сокровища маленькими пальчиками.

Егор лишь тепло улыбнулся, наблюдая за живой реакцией дочери.

– Алин, сегодня после обеда собираюсь в райцентр. Если что-то нужно, скажи – привезу. Или хочешь со мной прокатиться? – предложил он, собираясь на выход. – Заодно навестим Таисию Ивановну.

– С удовольствием, – одарила его лучистой улыбкой. – Поеду с тобой. Как раз нужно кое-что прикупить, – мысленно перебрала список необходимых продуктов и подумала, что можно приготовить Таисии Ивановне в больницу, порадовать её домашними гостинцами.

– Вот и отлично, – Егор усмехнулся, и в его взгляде мелькнула довольная хитринка. – Полина, веди себя хорошо, – крикнул он на прощание дочери, которая уже с увлечением рассматривала образцы на кухонном столе и кое-что успела даже примерить.

Следующие три часа пролетели незаметно, мы с ребёнком погрузились в волшебный мир творчества. Меня поразила нежданная усидчивость и пытливое упорство Полины, которая ловила каждое движение. Сначала непослушные узелки дрожали в её пальчиках, но вскоре нить послушно ложилась в нужном направлении, и работа закипела.

– Смотри, Полин, это очень просто! Видишь шнурочек? Мы завязываем узелок, а потом нанизываем бусинку, – объясняла, демонстрируя простой узел.

Полина повторяла за мной, но узелок получался кривоватым, а бусинка никак не хотела лезть на шнур. Я терпеливо поправляла её движения, нежно касаясь рук девочки.

Первые браслеты получились немного неровными, и бусины сбивались в кучу, но Полина была очень горда своими творениями.

– У тебя очень хорошо получается! Видишь, каким красивым получается узор? – хвалила её за каждый маленький успех.

Постепенно малышка начала понимать основные принципы плетения. Я учила её чередовать цвета, создавать определённые узоры и подбирать бусины по размеру и форме.

Иногда Полина отвлекалась и начинала играть с Апельсином, который старался быть в центре внимания и отвлекался лишь на приём пищи. Для ребёнка пяти лет сложно долго удерживать концентрацию на одном занятии. Тогда и мы прерывались на перекус и вымешивание теста на кексы, которые я собралась испечь для соседки.

Сегодня мы успели сделать парочку красивых браслетов, которые Полина собралась подарить подружкам в группе, которую она посещает на развивающих занятиях. Но ребёнок решил не останавливаться на достигнутом и стребовал с меня слово, что мы будем продолжать свои занятия.

– Полин, я тебе положу в коробочку шнурки и бусины. Ты сможешь дома ещё немного потренироваться в свободное время, а потом я тебе покажу другие варианты плетения, – начала прибирать кухонный стол, так как время подходило к обеду и скоро должен был подъехать Егор.

– Тогда положи эти бусики и вот эти шнурочки, – пролепетала непоседа, указывая своим крохотным пальчиком на приглянувшиеся сокровища. – Они мне больше всех понравились.

Я не стала перечить маленькой моднице и бережно собрала для неё выбранные материалы. Незаметно пролетело время за обедом и чаепитием с ароматными кексами. Собрав гостинцы для соседки, я услышала шум подъезжающей машины. Вскоре зашёл в дом и Егор.

– Полюшка, собирайся. Меня задержали немного на ферме, вот и примчался к вам второпях, – произнёс мужчина, слегка запыхавшийся. – Сейчас отвезём тебя домой, и мы с Алиной поедем к Таисии Ивановне. Детям в больнице находиться нельзя, – сразу же пресёк любое желание ребёнка составить нам компанию. – Ты готова? – спросил он, обращаясь ко мне.

– Да, мы с Полиной напекли кексов, и ещё кое-что к чаю и на перекус приготовила, – я указала на пакет, скромно стоявший в углу. – Обедать будешь?

– Спасибо, но я успел перехватить дома, пока переодевался, – сказал с заметным сожалением. – Тогда фрукты купим по пути, – предложил Егор, и я, кивнув, согласилась с ним.

Собрались мы быстро, время давно перевалило за обеденное.

Елена Владимировна встречала Полину у крыльца. Заметив меня на переднем сиденье, она на мгновение замерла. На лице промелькнуло что-то, что я не смогла сразу идентифицировать – то ли удивление, то ли лёгкое осуждение. Егор помог нам выбраться из машины: мне открыл дверь и подал руку, а дочь аккуратно высвободил из детского кресла на заднем сидении. Губы няни скривились в натянутой улыбке, когда она произнесла:

– Добрый день, – голос прозвучал очень сдержанно, что совсем не соответствовало моим представлениям о ней.

Со слов Егора няня доброжелательная и милая женщина, которая готова прийти на помощь и отлично со всеми ладит. Вот только видела я совсем другое...

Когда Егор попытался представить меня, Елена Владимировна прервала его едва заметным движением руки:

– Егор Матвеевич, не будем задерживаться на морозе. Полине давно пора обедать и укладываться на дневной сон, – и взяв за руку девочку, быстро увела её в дом, оставив меня с ощущением лёгкого дискомфорта и недоумения.

Вся её показная приветливость словно растворилась в одно мгновение, оставив после себя лишь ледяную сухость. Егору это преображение, как и мне, пришлось явно не по вкусу.

– Я поговорю с няней, – сквозь его голос прорвались стальные нотки. – Подобное поведение недопустимо.

– Не стоит, если она хорошо справляется со своими обязанностями, – возразила я, не желая раздувать конфликт.

– Ты уверена? – Егор испытующе посмотрел на меня, будто пытаясь понять, что скрывается за моими словами. – Я не хочу, чтобы кто-то обижал мою любимую женщину, тем более человек, который заботится о Полинке. Это плохой пример для ребёнка.

– Конечно, уверена. Просто, возможно, у неё был плохой день. Все мы люди, и у всех бывают моменты, когда срываемся. Давай не будем делать поспешных выводов. Если это повторится, тогда и будешь принимать меры.

Время поджимало. Зимний день слишком короткий, а нам нужно было заехать ещё на рынок и купить фруктов. Некоторое время нас в машине окутывало тягостное молчание, и каждый был пленником собственных мыслей.

Егор вздохнул, а мне очень сильно захотелось прижаться к нему и ощутить его тепло и его сильные руки на своём теле. Само́й стало немного неловко от собственного желания. Что-то давно забытое, но живое вдруг заворочалось внутри меня, напоминая о себе.

В последние месяцы рядом с Игорем, закрутившись в водовороте рутины и бытовых проблем, я почти разучилась испытывать такие чувства. Может, я вовсе не любила его? Это могла быть просто благодарность за его внимание... Как всегда, придумала себе сказку... но ведь... мы собирались подавать заявление...

«А ведь Котов меня не любил на самом деле! Я была для него удобной, создавая комфорт и уют в квартире, заботилась о его внешнем виде», – пришло горькое понимание.

Я молчала, боясь разрушить эту хрупкую тишину, боясь выдать свои мысли. Вдруг Егор не чувствует того же, что и я? Что, если моё желание – лишь мимолётное наваждение, порождённое усталостью и одиночеством?

Но ведь он признался мне в своих чувствах! Это было настолько искренне, что я испугалась...

В животе порхали бабочки, а ладони предательски вспотели. Сердце колотилось так громко, что, казалось, он вот-вот услышит этот безумный ритм.

Егор резко повернул голову, и наши взгляды встретились на миг. В его глазах я увидела отблеск того же желания, той же робкой надежды. И тогда все сомнения отступили, уступив место лишь одному – безотчётной потребности быть рядом с ним, ощущать его тепло и защиту.

– Не переживай, всё будет хорошо, – прошептала я, надеясь, что мои слова окажутся реальностью.

Однако в глубине души закрадывалось беспокойство. Что-то не давало мне покоя в поведении няни, какая-то фальшь, которую я чувствовала интуитивно. Возможно, это была всего лишь моя мнительность? У меня ведь очень хорошо получается накручивать себя и придумывать проблемы даже там, где их нет...

На рынок мы успели почти к самому закрытию. Я купила круп, корма котёнку и свежего мяса. Здесь же нашлись фрукты и нужные мне овощи, так что никуда больше ехать не пришлось, и мы прямиком направились в больницу.

– Алиночка, Егор! Радость-то какая! – встретила нас Таисия Ивановна, расцветая улыбкой. – Неужто болезную решили навестить?

– Здравствуйте, Таисия Ивановна! Вы прямо сияете, – галантно заметил Егор. – Может, скоро и домой?

– Ох, просилась уже, да доктор велел ещё десяток деньков потерпеть, – с грустью вздохнула женщина.

– Мы здесь гостинцев немного собрали. Полина вам привет передаёт, – принялась доставать из пакета угощения и раскладывать их на тумбочке. – Она помогала кексы испечь.

– Спасибо, дорогие, вам и Полиночке огромное, – голос соседки задрожал от наплыва чувств.

– Не скучно вам здесь? – участливо спросил Егор.

– Да что вы, последние дни совсем не до скуки, – лукаво блеснула глазами Таисия Ивановна. – В соседней палате внуки решили бабуле развлечение устроить. Притащили Галине Степановне «Монополию». Теперь всем отделением копья ломаем, кто главным врачом будет, – она расхохоталась так заразительно, что мы с Егором не удержались от улыбок, как и соседки по палате.

– То есть вы всем отделением играете? – изумилась, вспоминая хитросплетения правил этой настольной игры.

– Ну не все поголовно, конечно. Только те, кто на своих двоих или костылях передвигается, – указала на собственные приспособления для передвижения. – Вечерами присоединяются, когда только дежурный врач и медсестра на посту остаются. Они, правда, обещали нас не выдавать. И так каждую смену, – Таисия Ивановна утёрла выступившие от смеха слёзы.

– Вот это у вас здесь жизнь кипит! – восхищённо протянул Егор. – А кто же сейчас лидирует в вашей «Монополии»?

– Ох, рано ещё говорить о лидерах, игра у нас затяжная, со своими интригами и подковёрными войнами, – отмахнулась Таисия Ивановна. – Но могу сказать, что Галина Степановна, зачинщица всего этого безобразия, держится молодцом. Такая хватка у неё, дай бог каждому! Чувствуется, что человек с жизненным опытом.

В палату заглянула молоденькая медсестра:

– Таисия Ивановна, вас невролог ждёт на осмотр. Он как раз сегодня дежурит.

Девушка скрылась так же быстро, как и появилась.

– Ну вот, пора бежать. Спасибо вам, дорогие, за гостинцы и компанию. Прямо бальзам на душу! – Таисия Ивановна быстро поднялась на костылях и направилась к выходу. – Заходите ещё, буду очень рада видеть вас!

Мы с Егором, попрощавшись с Таисией Ивановной и её соседками, вышли из палаты, полные улыбок и удивления. В больничных стенах, оказывается, тоже может быть место для радости и веселья. И даже настольная игра способна объединить людей и скрасить их нелёгкое время.

Выйдя на улицу, я глубоко вдохнула свежий морозный воздух. Мысли о Таисии Ивановне постепенно растворились в после новогодней суете городка. В голове вертелись собственные планы и заботы. Но образ энергичной пенсионерки, увлечённо играющей в «Монополию», ещё долго вызывал у меня улыбку.

Жизнь продолжалась, и маленькие радости находили своё место даже в самых неожиданных обстоятельствах. И кто знает, может быть, именно благодаря такой игре, как «Монополия», Таисия Ивановна и её подруги по несчастью чувствовали себя хоть немного, но победителями.

Уже в машине Егор задумчиво произнёс:

– Надо же, какая жизнерадостная у нас помощница по хозяйству! И как она ловко ушла от ответа про лидера в «Монополии». Прямо профессиональный политик, – усмехнулся, видимо, представляя себе баталии пенсионерок за право владеть должностью в настольной игре.

«Женщины ещё и не на такое способны, если заперты долго в одном пространстве. Молодцы! Даже в больнице нашли возможность для радости», – не стала озвучивать промелькнувшую мысль.

У моего дома мы прощались с Егором особенно тепло, словно невидимая нить продолжала связывать нас. Как ни манило меня тепло его объятий, как ни хотелось утонуть в этом внезапно вспыхнувшем чувстве, долг звал. Нужно было расставить все точки, завершить дела, и лишь потом, с чистой совестью, одарить его долгожданным согласием.

Перед сном обменялись тёплыми сообщениями и пожеланиями спокойной ночи. Кажется, в моей жизни забрезжил рассвет личного счастья…

Глава 21.

Праздничные дни пролетели вихрем, будто сотканные для меня из радости и тепла. Полина, словно маленькая волшебница, ловко освоила первые азы плетение, и её тонкие пальчики уже сейчас творили удивительные украшения, почти не нуждаясь в моей подсказке. Всё-таки фантазия у детей не ограничена разными стереотипами, поэтому более богатая, чем у взрослых, и они не боятся экспериментировать с цветом и фактурой материалов.

– Скоро можно будет открывать Полинке собственный магазинчик хендмейда, – поддразнил Егор дочь в один из дней, усмехаясь. – Никогда не видел столько женских штучек, куда ни глянь – эти браслетики повсюду.

– Полина, а почему ты за собой не убираешь? – укоризненно взглянула на девочку. – Нехорошо разбрасывать материалы и даже готовые браслеты. Ты же видишь, я всегда прибираю наше рабочее место, да и дома у меня ничего из рукоделия не валяется. Я ведь дала тебе специально коробочку для шнуров и бусин. В ней же можно хранить и твои браслетики.

Вопрос прозвучал скорее как упрёк няне, чем как замечание ребёнку. Неужели Полина вторую половину дня предоставлена сама себе? Ведь у няни должны быть какие-то занятия с ней. Пусть Елена Владимировна подменяет помощницу по хозяйству, но это ведь не может длиться целыми днями. Много дел можно переделать, пока Полина находится у меня, или когда спит после обеда.

– Хорошо, я больше не буду, – не смогла скрыть недовольства. – Просто в комнате мне было скучно, а по телевизору смотришь мультик и плетёшь, – постаралась объяснить нам, непонятливым, суть её действий.

Вроде на скуку у ребёнка совсем не должно оставаться времени? После наших занятий отец отвозит Полину обедать и на сон, а там должна быть прогулка, занятия и вскоре ужин...

Егор обещал разобраться с этим вопросом. Ему самому не нравился этот бардак, создаваемый дочерью. Казалось, незначительное замечание вскрыло новую проблему. Что же не так с этой няней? Раньше проблем, вроде, с ней не было...

У Егора своих забот хватало с лихвой. Фермерское хозяйство требовало его постоянного внимания и контроля. Выходных у животноводов совсем не было. В этой спешке не оставалось места для общения, и меня всё сильнее охватывала тоска по тем нескольким дням, когда время текло неспешно, и мы могли наслаждаться обществом друг друга. Он лишь успевал завезти утром Полину, одарить меня мимолётным, обжигающим поцелуем и умчаться, растворяясь в зимнем мареве.

В какой-то момент поняла, что мне не хватает его рядом... его тепла от прикосновений и разговоров, когда можно увидеть своё отражение в его глазах... Неужели я всё-таки влюбилась?

Рядом с ним было так спокойно и хорошо, как будто я вернулась домой после долгого путешествия. Исчезала необходимость притворяться, играть роль. Можно быть собой, и это ценно. Егор слушал меня, не перебивая, понимал с полуслова. Его объятия казались самым безопасным местом в мире, а поцелуи... Теперь я знаю – это больше, чем просто симпатия... Это робкое, но уверенное ощущение – что я, возможно, нашла что-то особенное...

Мир вокруг меня как будто расцвёл новыми красками. Раньше я не замечала, как красиво закатывается солнце, или как приятно пахнет кофе утром. Теперь каждая мелочь напоминает о нём, о его вкусах, о его взгляде на жизнь. Вдруг обнаружила, что мои собственные мысли стали другими, более глубокими, более интересными. Егор как будто подсветил ту часть моей души, о которой я и не подозревала...

Мои чувства, бурные и противоречивые, разгорались с пугающей стремительностью. Сначала это повергало в трепет и даже пугало, но теперь… Это было как предчувствие бури, когда воздух наэлектризован, а небо набухает тёмными, зловещими тучами.

Разум всё ещё кричал о предостережениях, напоминая о возможных последствиях, о боли и разочаровании, которые неминуемо последуют за этим безумным порывом, если я вновь ошиблась в человеке. Но голос рассудка казался слабым и тихим, заглушаемым рёвом разбушевавшихся эмоций. Я понимал, что иду по тонкому льду, и любой неверный шаг может привести к катастрофе, но ничего не могла с собой поделать.

В этой безумной круговерти эмоций, в этом хаосе чувств, я вдруг ощутила странное, почти противоестественное облегчение. Словно признание своей слабости, своей обречённости освободило меня от тягостного бремени ответственности. Я просто плыву по течению, отдаюсь на волю судьбы, позволяю буре нести меня, не зная, куда она приведёт. И в этом – своя извращённая, но прекрасная свобода.

Пора... Нужно решиться и сделать этот шаг. Решение о работе помощницей у Егора созрело, но я не спешила делиться своей готовностью. Передо мной вставала гора дел: увольнение, передача обязанностей… новая работа, а затем уже... личная жизнь. Не дожидаясь конца отпуска, я решила действовать. В голове уже зрел план: с утра – в офис, заявление на стол, и за работу. К счастью, документация всегда была моей гордостью. Все папки по документообороту содержала в полном порядке, и я надеялась решить все вопросы в один день.

Знала, что могу встретиться с Игорем и Маргаритой. Прошлое не отпускает меня так просто. Работа в компании, где я стала свидетельницей предательства Котова, моего «жениха», и Риты, «лучшей подруги», стала бы невыносимой. Каждый день был бы напоминанием о разбитых мечтах. Решение об увольнении пришло бы всё равно ко мне рано или поздно. Предложение Егора – стало для меня отличным вариантом. Стать правой рукой начальника, освобождающей его от бремени ежедневной рутины, взваливая на себя административные, организационные и коммуникационные оковы, чтобы руководитель смог воспарить к стратегическим вершинам, – это ли не заманчивый карьерный взлёт?

К тому же, перед нами откроется бесценная возможность проводить больше времени вместе, погружаясь в глубины души друг друга, познавая мир глазами любимого человека…

– Завтра поеду на работу. Нужно утрясти некоторые дела, – предупредила Егора, когда он забирал от меня Полину. – Солнышко, удачи тебе и не забудь, о чём мы с тобой говорили, – поцеловала малышку на прощание.

Для Полины завтра так же будет важный день, так как это первый выход после небольших каникул на занятия в развивающую группу и долгожданная встреча с ребятами. Она шепнула мне по секрету, что собирается одарить всех своих подружек и одного мальчика своими браслетиками, которые с таким старанием плела все эти дни.

– Помощь нужна? – в голосе мужчины прозвучала неприкрытая тревога.

– Спасибо, Егор. Я справлюсь, ничего сложного, – ответила я, стараясь улыбнуться как можно беззаботнее, хотя и чувствовала, что получается натянуто.

– Ладно. Но пообещай, что если понадобится помощь, ты дашь мне знать. Договорились? – он смотрел на меня с настойчивой, почти молящей серьёзностью.

– Хорошо, договорились, – уступила я, не желая спорить.

Я была тронута его вниманием, но сейчас мне нужно было время, чтобы разобраться с ворохом накопившихся дел и понять, готова ли я к чему-то большему с отцом-одиночкой. Хотя зачем кривить душой? Постаралась откинуть все сомнения... Ведь вижу, как расцветают мои отношения с маленькой Полиной. Пятилетняя девочка, чувствуя доброту и тепло, тянется ко мне, как и я к ней, и готова называть меня мамой. Эти моменты наполняли сердце нежностью и заставляли серьёзно задуматься о будущем.

По возвращении из города я планирую не только расстаться с прошлым, но и принять чувства Егора. Я вижу в нём надёжного мужчину, заботливого отца и человека, с которым мне было бы спокойно и хорошо. Возможно, именно с ним я смогу построить ту самую семью, о которой всегда мечтала. А работа с Егором даст мне возможность быть не только рядом с ним, но и с Полиной, создавая ту теплоту и уют, которых им тоже так не хватало.

Итак, рано утром, собрав вещи, я отправилась в город, где меня ждал ненавистный теперь офис и необходимость объяснений с руководством. От одной мысли о встрече с коллегами чувствовала себя опустошённой, но в то же время во мне теплилась надежда на новую жизнь...

Путь в город поглотил больше часа, а затем – ещё почти столько же, чтобы пробраться к офису. Зимой в каменных джунглях городских кварталов, дороги тонут в снежной каше, хотя трасса содержится в безупречном порядке.

– С новым рабочим годом, Алина Юрьевна, – встретил меня на вахте наш охранник, лучась добротой. – Что-то вы припозднились после праздничков, хотя никогда за вами такого не водилось.

– И вас с прошедшими праздниками, – одарила я мужчину улыбкой, от которой, казалось, даже воздух вокруг него стал немного теплее. Он смутился. – Ирина Сергеевна на месте?

– На месте. Куда она может деться?

Можно было бы поспорить с этим утверждением, но желания не возникло. Жизнь – штука сложная и ироничная. И пусть за глаза помощницу шефа считают ведьмой, только без неё не решить ни одного срочного вопроса. Поэтому я решила действовать наверняка и прямиком направилась на самый верхний этаж. Пешком, как обычно...

На этаже в крыле высокого начальства царил привычный для зимы полумрак, нарушаемый лишь тусклым светом настольной лампы в приёмной Ирины Сергеевны. Сквозь неплотно прикрытую дверь доносился приглушённый стук клавиш, перемежающийся тихим шелестом бумаги. Я постучала, стараясь придать себе как можно больше уверенности.

– Войдите, – прозвучал суховатый голос, лишённый каких-либо признаков новогоднего настроения.

Переступив порог, я оказалась в царстве идеально расставленных папок и безукоризненного порядка, который так контрастировал, уверена, с вре́менным хаосом, творившимся в моей собственной жизни. За массивным дубовым столом, словно изваяние, возвышалась Ирина Сергеевна.

– Алина Юрьевна, вы вернулись? У вас вроде отпуск ещё не закончился. Надеюсь, праздники прошли продуктивно? – её взгляд скользнул по мне, как будто сканируя.

Что она хотела обнаружить? Наличие похмелья или других следов бурного веселья? А может, чего-то ещё?

– Здравствуйте, Ирина Сергеевна. Вполне, спасибо, – ответила я, стараясь не выдать ни капли сарказма.

Впрочем, сомневаюсь, что Ирина Сергеевна его бы заметила.

– Шеф на месте? – получив утвердительный ответ, я облегчённо выдохнула. – Мне нужно подписать заявление на увольнение. По закону я могу не отрабатывать две недели. На новом месте меня ждут в ближайшее время.

– Неожиданно, – искренне изумилась женщина.

Скрывать что-либо не имело смысла, и я выложила всё начистоту. Всё равно совсем скоро вся компания будет перемывать мне косточки, сокрушаясь о моей недальновидности и сочувствуя Котову. Моё решение было окончательным и бесповоротным, а Ирина Сергеевна взялась мне помочь.

– Алиночка, если что-то будет непонятно, звони или пиши смело. Я так понимаю, твоё новое начальство пользуется нашей продукцией, так что, полагаю, ещё увидимся, – начальница протянула мне подписанное заявление и обходной лист. – Подпиши. Сейчас приглашу главу вашего отдела и всё уладим. В бухгалтерию документы передам сама.

За это я была особенно признательна. Видеть никого не хотелось, но краешком глаза я всё же уловила недовольную физиономию Котова, маячившую в коридоре. Значит, неприятного разговора всё-таки сегодня не избежать, как бы я ни мечтала не сталкиваться больше с этим предателем.

– Кто бы мог подумать, что Игорь Котов настолько неразборчив в связях? – проворчала себе под нос помощница шефа, но я прекрасно расслышала и едва заметно улыбнулась.

На улаживание формальностей ушло чуть больше трёх часов. Моя непосредственная начальница имела полный доступ к моему компьютеру, тем более перед отпуском я всё ей подробно показала и объяснила. Папки с документами стояли в общем шкафу, а если что-то будет нужно, всегда можно со мной связаться. Единственное, я попросила никому не давать мой новый номер телефона. Снова менять сим-карту совершенно не хотелось.

«Всё-таки хорошие люди есть везде. Приятно, когда тебя ценят и предлагают помощь», – промелькнула мысль.

Распрощалась я с женщинами тепло и направилась к выходу на парковку.

– Не спеши так, дорогая невеста. Нам нужно поговорить, – перехватил меня почти у самых дверей несостоявшийся жених.