Текст книги "Всему вопреки"

Автор книги: Сьюзен Барри

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 7 страниц)

– Почему? – прошептала Кэрол, чувствуя, что губы плохо слушаются ее. – Все сочли, что я не ровня Джеймсу?

– Нет, конечно же, нет, – он слегка похлопал ее по руке. – Но вы совершенно не относитесь к тому типу женщин, которых любит Джеймс. Более того, вы просто противоположны этому типу! Если он когда-нибудь женится, то я очень надеюсь, что он женится на Санте. Но даже если этого не случится, то женится он все равно на ком-нибудь, очень похожей на нее.

– Да, я понимаю, – сказала Кэрол, дрогнувшим голосом. – Как вы думаете, он любит ее?

– Я уверен, что он ее любит, но боится в этом себе признаться, – ответил Арман.

– Понимаю, – снова сказала Кэрол.

– Такое случается со многими мужчинами, – заверил ее граф. – С теми, кто очень боится потерять свою независимость, но если это все же случается с ними, то большинство воспринимают это философски и находят свое счастье. Ведь очень возможно, что Санта станет прекрасной хозяйкой этого дома.

Кэрол смотрела на него странным пристальным взором.

– Мне кажется, она уже считает себя здесь хозяйкой... – начала Кэрол, но в это время за ее спиной, в проеме огромного французского окна, появился Джеймс. Санта следовала за ним по пятам.

Хозяин Ферн Эбби хмуро и несколько цинично посмотрел на ту, которой он подарил обручальное кольцо, и на мужчину, положившего руки ей на плечи, и столь откровенно на нее смотревшего.

– Кажется, у вас тут была весьма приятная беседа, – сказал он.

Кэрол обернулась, и ее широко раскрытые глаза встретились с его ледяным взглядом. Она ничего не ответила. Граф тоже не проронил ни слова. Девушка отвернулась и, не извиняясь, вышла из гостиной.

Спокойным твердым шагом она прошла через зал к лестнице, ведущей на второй этаж, но здесь спокойствие изменило ей, и она, буквально взлетев по ступенькам, оказалась в коридоре, который вел в Белые покои. Открыв дверь, девушка увидела миссис Беннет, стоявшую посредине спальни и смотревшую на нее сокрушенным взглядом Кэрол обрадовалась ее присутствию так, словно это была ее самая заветная мечта.

Экономка, смутившись, хотела уйти, но Кэрол взяла ее за руку и заговорила быстро и сбивчиво:

– Миссис Беннет, я хочу, чтобы вы приготовили эту комнату для мадам Сент-Клер. Если вы уже успели приготовить для нее другую спальню, то в ней буду спать я. Я помогу перенести туда свои вещи.

Она принялась беспорядочно запихивать в маленький чемодан расчески, щетки и прочие мелочи, лежавшие на туалетном столике. Миссис Беннет смотрела на девушку с таким изумленным видом, словно не верила, что правильно понимает происходящее. Покончив с туалетными принадлежностями, Кэрол перетащила чемодан к гардеробу.

Экономка мягко запротестовала.

– Мисс, во всем этом нет совершенно никакой необходимости. Хозяин же определенно велел мне разместить французскую леди в спальне, которую я сперва приготовила для графа.

Кэрол, укладывая в чемодан белье, нетерпеливо ответила:

– Это не самое удачное решение… Да и мадам Сент-Клер очень хотела спать именно здесь. Я тоже хочу, чтобы все было именно так.

– Но почему, мисс?

Кэрол не могла ответить ей на этот вопрос. Сейчас перед ее глазами вновь возникла картина того, как Санта нежно обвивает руками шею Джеймса, а тот и не пытается освободиться из этого плена и выглядит вполне довольным. Затем Санта откидывает одной рукой волосы Джеймса назад и стоит в ожидании поцелуя. Ее красивые зовущие губы обращены к нему, глаза закрыты, длинные ресницы чуть вздрагивают...

Это был долгий, очень долгий поцелуй...

– Я должна кое-что сообщить вам, миссис Беннет, – торопливо сказала Кэрол. – Мы с мистером Пенталоном вовсе не собираемся пожениться. Мы были помолвлены, но лишь на время. Через несколько дней все закончится, и я уеду в Париж. Мадам Сент-Клер, напротив, останется здесь. Поэтому, как вы можете понять, очень важно, чтобы она была устроена с максимальным комфортом.

Миссис Беннет молча наблюдала, как девушка, подхватив свой чемодан, направилась к двери. В дверях она обернулась:

– Куда мне идти? В Розовую или в Орхидейную спальню? Мне не хотелось бы лишать удобств графа де Сартр, и, хотя я больше люблю розы, я вполне могу обойтись и орхидеями. Проводите меня, пожалуйста, а затем займитесь подготовкой Белых покоев для мадам Сент-Клер.

Экономка подошла к Кэрол и отобрала у нее чемодан.

– Вам незачем затруднять себя, мисс, – сказала она. – Если вы решили сменить спальню, я прослежу за тем, чтобы ваши вещи были перенесены. А если вы решили совсем уехать от нас, то это печально. Это очень печально, мисс!

Кэрол безрадостно улыбнулась.

– Это так мило с вашей стороны, миссис Беннет. Но я никогда не имела серьезных намерений остаться здесь. Просто мистер Пенталон, его сестра и я играли в какую-то странную игру.

В глазах миссис Беннет мелькнула тень подозрения.

– А вы уверены, мисс, что просто не поссорились с мистером Пенталоном? – предположила она. Вид у экономки был чрезвычайно расстроенный. – Такое случается иногда, если до помолвки люди не успели хорошо узнать друг друга. Для нас было таким приятным сюрпризом, когда вы впервые появились здесь, и хозяин представил вас всем, как свою невесту. Понимаете, никто из нас не ожидал, что он женится на такой славной девушке, как вы...

– Так он и не женится, – печально сказала Кэрол. – Могу по секрету сообщить вам, что, по всей видимости, его женой станет мадам Сент-Клер!

– О, нет, мисс! – воскликнула экономка почти испуганно. – Мадам Сент-Клер – француженка... и, к тому же, она вдова!

Глава 13

Что произошло во время ленча Кэрол не помнила; за столом она сидела с растерянным и печальным видом. В памяти девушки сохранилось лишь то, что Джеймс старался не смотреть в ее сторону, а если ему все же приходилось к ней обращаться, делал это очень коротко и почти не скрывал своего раздражения. Граф де Сартр хмурился, считая такое поведение Джеймса совершенно непозволительным.

Сразу же после ленча Кэрол пошла в свою комнату и в коридоре столкнулась с мадам Сент-Клер, которая направлялась в Белые покои.

– Было весьма любезно с вашей стороны поменяться со мной комнатами, – бросила та, поравнявшись с Кэрол. Она курила сигарету, вставленную в длинный серебряный мундштук, и была одета с нарочитой небрежностью, придававшей ей почти домашний вид. – Я сразу же поняла, что вы с Джеймсом разыгрываете комедию. – В красивых глазах Санты появилось наглое выражение. – Но теперь с этим покончено, Джеймс со мной совершенно согласен!

– Неужели? Тогда все в порядке, мистер Пенталон может получить обратно свое кольцо в любое удобное для него время.

– Нет-нет! – На лице Санты появилось недовольное выражение. – Кольцо было куплено для вас, пусть оно у вас и останется. Так решили мы с Джеймсом. Вы должны расценивать это как маленький подарок от него... в знак мира! – Она улыбнулась. – В любом случае, мне это кольцо не нужно. Не люблю опалы.

В коридоре за углом послышались чьи-то шаги, и Кэрол заговорила быстрее:

– Очень жаль, мадам Сент-Клер, но я вовсе не нуждаюсь ни в каких знаках мира со стороны мистера Пенталона и не имею ни малейшего желания хранить это кольцо! Если мистер Пенталон не возьмет его назад, я подарю его перед отъездом одной из служанок!

– О дорогая! – Все происходящее явно забавляло Санту. – Пожалуй, я вас недооценивала. Вы казались мне такой маленькой и робкой, а в вас, оказывается, бушует целое море страстей! Быть может, Арман, который, похоже, страшно вами заинтересовался, заменит вам опал на что-нибудь другое, более подходящее и... долговечное!

Шаги уже были слышны совсем рядом, и из-за угла показался Джеймс. Он посмотрел на Кэрол так, словно она неожиданно превратилась в его злейшего врага, но заговорил с ней учтивым тоном.

– С вашей стороны, Кэрол, было весьма разумно уступить Санте вашу комнату, не дожидаясь, когда вас об этом попросят. Должен признать, я всегда предполагал, что она, приезжая сюда, будет жить именно в Белых покоях. Надеюсь, вам удобно на новом месте?

– Вполне, – ответила Кэрол, чувствуя себя так, словно получила пощечину.

На мгновение она покраснела, затем вся кровь отлила от ее лица, и оно стало смертельно бледным. Девушка очень надеялась, что в сумраке коридора это останется незамеченным. Но Санта все видела и быстро проговорила:

– Мисс Стерн только что сказала мне, Джеймс, что, в создавшихся обстоятельствах, она не считает возможным оставить у себя твое кольцо.

– О! – Его темно-синие глаза были холодны, как лед. – Почему же?

– Она не считает это удобным, – мадам Сент-Клер взглянула на Кэрол, улыбнулась и, пожав плечами, взяла Джеймса за рукав, словно стараясь этим жестом помочь ему понять услышанное. – Какими слепыми могут быть англичане! Ты ведь отдаешь себе отчет в том, что Арман примчался сюда из Парижа не за тем, чтобы посмотреть на тебя? Я ехала вместе с ним и прекрасно знаю истинную причину его приезда. Ведь ты, дорогой, думал только о своих делах! Так вот, смею тебя уверить, что, с момента их недавнего знакомства, Арман и мисс Стерн уже успели стать... добрыми друзьями. Оченьдобрыми друзьями!

В уголках губ Джеймса залегли жесткие складки.

– Терпеть не могу загадок, – бросил он. – Но если ты пытаешься втолковать мне, что для Кэрол неудобно оставить мое кольцо из-за приезда Армана... что ж, тогда пусть она действительно вернет его. Нельзя же оставлять ее в таком затруднении!

– Конечно, дорогой, я сказала ей то же самое. Еще я сказала, что притворяться больше нет никакой необходимости, и ты освобождаешь ее от этого и благодаришь за помощь и доброту. А если мисс Стерн хочет отдать это кольцо мне, я отошлю его обратно в Париж для оплаты твоих счетов, ведь ты наверняка покупал ей что-то еще!

Все это было сказано насмешливым, издевательским тоном, и каждое слово прозвучало для Кэрол, как удар плети. Санта злобно и мстительно наслаждалась происходящим.

– Примите мой совет, мисс Стерн. На вашем месте, я вообще вернула бы все, что получила от мистера Пенталона в период его попытки к бегству от самого себя. Если вы поступите так, то наверняка сможете снова уважать себя. Я уверена, что вам было все это ненавистно, что все это вы сделали только под влиянием Марти, которая... толкнула вас на весьма неблаговидный поступок. Боюсь, Джеймс не сможет понять этого даже через тысячу лет! Для него вы всегда были лишь тем, чем можно воспользоваться для решения своих проблем. Простите же ему это, если сможете!

Кэрол почудилось, что глаза Джеймса наполняются колодным презрением, и она отвернулась. Она невнятно пролепетала что-то насчет немедленного возврата всех его подарков. Джеймс, казалось, не замечал ее унижения, а Санта, с видом кошки, стащившей на кухне кусок мяса, довольно улыбалась.

Она взяла Джеймса за руку и почти силой повела прочь по коридору, а Кэрол опрометью бросилась в свою комнату. Уже открывая дверь, она услышала, как Санта, смеясь, сказала Джеймсу:

– Милый, не будь таким тупым. Эта девчонка все прекрасно поняла. Кроме того, Арман вовсе не беден. Это будет для нее отнюдь не худший вариант!

Войдя в комнату, Кэрол достала чемодан, где лежало все, что когда-то подарил ей Джеймс. Она вытащила футляр с обручальным кольцом. Опал уже успел вобрать в себя отпечатки некоторых событий последних недель, и, видит Бог, событий совсем не радостных. Девушка не стала открывать футляр, чтобы в последний раз полюбоваться кольцом; она знала, что и без этого никогда не сможет забыть его прелесть, как и прелесть утра, в которое Джеймс ей его подарил.

Затем она достала ожерелье, и жемчужины крупными матовыми каплями заскользили по ее пальцам. Она приложила его к шее и несколько секунд смотрела на свое отражение в зеркале, потом убрала в футляр и положила рядом с кольцом.

Собирая подарки Джеймса, девушка тщетно пыталась заглушить чувства, которые, видимо, испытывает каждый человек, вынужденный упаковать вещи и навсегда покинуть свой дом.

Когда Кэрол переодевалась к обеду, в комнату стремительно вошла Марти. На ней было узкое закрытое платье из черного бархата, подчеркивающее стройность фигуры и свежесть лица. Увидев на туалетном столике груду футляров с драгоценностями, она удивленно подняла брови.

– Чего ради ты все это сюда высыпала? – спросила Марти. – Такой прекрасный жемчуг не стоит оставлять без присмотра. Если ты не собираешься надевать ожерелье сегодня вечером, будет гораздо лучше, чтобы Джеймс запер его в сейфе, – сказала она, заметив, что подруга надела на шею лишь тоненькую золотую цепочку с крестиком – одно из немногих собственных украшений. – И, конечно же, надо убрать в сейф твое обручальное кольцо.

– Сегодня вечером я верну Джеймсу все, что получила от него.

Марти смотрела на нее медленно округлявшимися глазами.

– Почему? Из-за Санты? Или вы с Джеймсом снова поссорились?

– Санта выходит за Джеймса, а я уезжаю.

– Нет! – Марти подошла к подруге и схватила ее за руки. – Что за чушь, Кэрол! Приезд Санты не значит ничего, за исключением того, что она ведет себя слишком самоуверенно как раз тогда, когда для этого нет абсолютно никаких оснований! Верь мне, я точно знаю! Говорю тебе...

Взгляд Кэрол стал враждебным, и она резко высвободила свои руки из рук Марти.

– Почему ты заставила графа де Сартр поверить, что я хочу встретиться с ним? Зачем ты заставила его приехать сюда, дав понять, что я буду счастлива видеть его? Он вбил себе в голову, что стоит ему сделать мне предложение, и я рухну к его ногам! Но я не верю в серьезность таких предложений. Но если бы и верила, я не испытываю к графу совершенно никаких чувств. Ты очень обидела меня, устроив его приезд, из-за которого я оказалась в самом неловком положении, которое только можно себе представить.

Глаза Кэрол пылали негодованием, щеки горели от возбуждения. Марти никогда еще не видела свою подругу в таком взбешенном состоянии.

– При нашей первой встрече Арман очаровал меня, – сказала Марти, – но очень скоро я поняла, что сам он очарован вовсе не мной, а тобой. Вот я и подумала, что, коль скоро с Джеймсом у тебя отношения не складываются, будет очень неплохо, если граф приедет сюда и вы встретитесь снова. – Она повернулась к туалетному столику и очень серьезно сказала. – На твоем месте, я отдала бы все это Джеймсу нынче же вечером. Просто оставила бы вместе с запиской на столе в библиотеке. Это позволит избежать неприятных разговоров и не даст возможность Джеймсу лишний раз тебя обидеть, предложив чек за услуги. В твоем теперешнем состоянии тебе не выдержать еще одной сцены.

– Я так и сделаю, – сказала Кэрол и посмотрела на подругу долгим внимательным взглядом.

Ее удивило, что Марти может быть такой серьезной. Та же решительно направилась к двери. Казалось, она вспомнила что-то важное и решила немедленно этим заняться.

– Ну ладно, сейчас совершенно нет времени для разговоров, – сказала Марти. – Коль скоро мне приходится играть роль хозяйки, надо спуститься вниз и приступить к своим обязанностям. Прими мой совет, Кэрол, и не действуй опрометчиво. Не забывай, что Джеймс очень вспыльчив и привык все делать по-своему...

Она остановилась в дверях и оглянулась на подругу. Никогда еще взгляд Марти не был таким надменным, никогда еще за долгие годы их дружбы Кэрол так остро не чувствовала ту гигантскую пропасть в социальном положении, которая их разделяла.

В синих глазах Марти неожиданно сверкнула улыбка.

– Если Санта Сент-Клер оказалась достаточно умна, чтобы поймать моего брата, а у него не хватило ума не дать ей это сделать, что ж, пусть она его получит! В конце концов, – она пожала плечами, – должен же он на ком-нибудь жениться! Если в лице Санты мы имеем нашу будущую родственницу, пусть... – Марти вновь пожала плечами и, улыбаясь, сделала в сторону Кэрол какой-то неопределенный легкомысленный жест. – Могло быть и хуже, не так ли?

Оставшись одна, Кэрол застыла у туалетного столика, уставившись в зеркало. Она думала о том, что если бы Марти просто ударила ее по лицу, то боль и обида были бы гораздо меньше.

Марти, должно быть, уже устала от игры, которую сама же начала и в которую втянула Кэрол, и готова была смириться с мыслью, что Санта Сент-Клер все-таки станет членом их семьи.

Кэрол поняла, что сделать ничего не может, и ей остается только исчезнуть.

Назад в Париж, к своей работе в пансионе? Она содрогнулась при одной мысли об этом. Но ведь можно заняться чем-нибудь другим, ведь она многое умеет... Но вдруг ее охватила такая апатия, что думать о чем-либо серьезном она не могла. Она могла думать только о неизбежной разлуке с Джеймсом, человеком, который поцеловал ее однажды, а затем отпустил на все четыре стороны, решив, что она больше ему не нужна.

Глава 14

Прежде чем спуститься к обеду, Кэрол потратила довольно много времени на то, чтобы заставить свои чувства успокоиться и постараться выглядеть так, словно ничего не произошло. Подарки Джеймса она решила оставить на столе в библиотеке поздно вечером, когда все уже разойдутся по спальням.

День выдался жаркий, и все окна в гостиной были раскрыты настежь. Когда девушка вошла, все остальные уже собрались. Джеймс стоял у камина спиной к гостям. В его позе, повороте головы и движениях рук чувствовалась какая-то давящая тяжесть. Он вовсе не походил на человека, обретшего свое счастье в капитуляции перед любимой женщиной. Сердце девушки сжалось тоской.

Джеймс стоял к ней спиной, но порывистое движение графа, который встал, чтобы поприветствовать Кэрол, заставило его обернуться.

Граф стремительно направился к Кэрол, но Марти не менее проворно отрезала ему путь и отозвала в сторону, сказав, что собирается ему кое-что показать. Поле битвы осталось за Джеймсом, и он заговорил с Кэрол.

– Что с вами случилось, когда мы все собрались к чаю? Никто не мог сказать, где вы.

– Я была наверху, – ответила девушка.

Она заставила себя поднять глаза и встретила взгляд Джеймса. На мгновение у нее перехватило дыхание, и ей показалось, что она тонет в ледяной темно-синей пучине его глаз.

– Забудьте все эти глупости о возвращении подарков, – серьезно сказал Джеймс. – Если вы сделаете это, я все выкину в озеро.

– Это будет очень неразумная потеря, – возразила девушка, – а я ненавижу потери.

– Вы прекрасно знаете, я всегда хотел, чтобы все подарки остались у вас. Все, что я когда-либо купил для вас, включая кольцо, принадлежит вам. И если вы не хотите нанести мне глубокой обиды, перестаньте вести себя так, словно я вас оскорбил этими подарками. Постарайтесь вспомнить то время, когда нам было совсем неплохо вместе, то недолгое время в Париже, когда вы пытались мне помочь. Вы, быть может, забыли его, но я не забыл!

Она смотрела на него, и сердце ее бешено колотилось. В противоположном конце гостиной Марти изо всех сил старалась удерживать на себе внимание Санты и графа.

Кэрол судорожно глотнула. Да, тогда в Париже Джеймсу была нужна помощь, но теперь она не нужна ему. Сейчас он уже не сомневается в своей любви к Санте, следовательно, поддержки Кэрол он больше не ищет. И если раньше она еще на что-то надеялась, то теперь стала ему безразлична, и он просто старается быть добрым.

– Моя попытка помочь вам не стоила мне большого труда. – Кэрол старалась говорить быстро, потому что знала, – вряд ли ей представится еще когда-нибудь случай высказать ему все. – Мне было очень скучно в пансионе мисс Доув, и я всегда завидовала тому, какие веселые развлечения вы устраиваете Марти, поэтому, когда она попросила меня помочь вам, не было никакой надобности обещать мне награду за помощь. Уже то, что я стала куда-то выходить из пансиона, уже было наградой. А ведь вы часто забирали меня оттуда...

Он смотрел на нее серьезно и пытливо и тоже старался говорить быстрее, опасаясь, что к ним вот-вот подойдет Санта.

– Послушайте меня, Кэрол. Вы говорите сейчас, как какая-нибудь золушка. Мне это совсем не нравится. За всю свою жизнь я ни разу не встречал женщины, похожей на вас, и видеться с вами было для меня огромным удовольствием и великолепной наукой. И если мне приходилось тратить на вас деньги, поверьте, они были потрачены не зря! – В тоне голоса Джеймса звучали какие-то странные нотки. Казалось, для него очень важно, чтобы девушка поверила ему. Он даже положил руку ей на плечо. – Кэрол! О том, чтобы вы вернули мне мои подарки, не может быть и речи. Вы понимаете меня?

Она отрицательно покачала головой.

– Я должна вернуть их вам, а главное – кольцо, прежде, чем уеду отсюда.

Джеймс нетерпеливо нахмурил брови.

– Почему вы все время продолжаете твердить о своем отъезде? Ведь наш договор с вами по-прежнему в силе...

– Разве?

– Вы самая близкая подруга Марти и можете оставаться здесь столько, сколько пожелаете. То, что сегодня утром сюда приехала Санта, еще не значит, что мы с ней опрометью бросимся под венец. Может быть, она этого и хочет, но я не хочу. Ситуация изменилась, появилось много вопросов, которые требуют безотлагательного решения. О бегстве от Санты теперь не должно быть и речи.

Джеймс бросил через плечо быстрый взгляд назад. Санта настороженно наблюдала за ним. Она сделала движение, словно собиралась встать и подойти к нему.

– Только дураки спасаются от женщин бегством, – быстро сказал он Кэрол.

– Быть может, это, скорее, бегство от собственной совести, – отозвалась та, и в его синих глазах сверкнула досада.

– Вы маленькая идиотка, Кэрол, – сказал он. – Если вы думаете, что обретете с Арманом долгое счастье, то очень здорово ошибаетесь. Я убегаю от женщин, а у него на них просто нет времени. Он предпочитает их в виде мумий или каменных изваяний. Для женщин из плоти и крови у него остаются лишь крошечные промежутки между поездками по свету. Арман почти целиком принадлежит идее.

– И, тем не менее, он мне нравится, – неожиданно для самой себя сказала Кэрол и сразу же осознала всю непростительную глупость этой неправды.

Граф, освободившись наконец от болтовни Марти, направлялся к ним.

– Отлично, – сказал Джеймс – Если это так, то я действительно хотел бы получить назад свое кольцо. А все остальное, что я подарил вам, можете раздать прислуге или собственноручно утопить в озере!

Он повернулся спиной к Кэрол, подошел к Санте и обнял ее за плечи. Она соблазнительно улыбнулась.

– Я когда-нибудь говорил тебе, Санта, что ты – самая прелестная женщина на свете? – громко произнес Джеймс, делая ударение на каждом слове.

– Да, ты говорил что-то в этом роде, причем не раз, – ответила она, прикрыв глаза своими длинными ресницами, и снова улыбнулась.

– Что ж, готов повторить это снова. Ты так прелестна, что я просто обязан показать тебе перед обедом наш розовый сад. Передай на кухню, что мы задержимся минут на пятнадцать, – бросил он на ходу сестре. – Если кто-нибудь голоден, то может начинать без нас, а мы с Сантой в данный момент выше потребностей желудка!

Они удалились, а Кэрол, встретившись взглядом с Марти, заметила, что та смотрит на нее крайне удрученным взглядом.

Граф де Сартр, осторожно взяв Кэрол под локоть, спросил:

– Могу я предложить вам что-нибудь выпить? – Его голос звучал очень мягко. – Мы ведь побеседуем с вами вдвоем после обеда?

Кэрол вовсе не была расположена к послеобеденной беседе тет-а-тет с графом, но все же поблагодарила его за предложение. Когда через три четверти часа хозяин дома и его очаровательная приятельница вернулись из сада, остальные уже заканчивали обедать. Помада на губах Санты была смазана.

Кэрол, сославшись на неважное самочувствие, выскользнула из гостиной, и Марти не стала ее удерживать. Поднявшись в свою комнату, она принялась укладывать вещи. Девушка решила уехать, взяв только один чемодан с самым необходимым, все остальное она попросит прислать, когда устроится.

Куда она направится из Ферн Эбби, Кэрол пока не знала, но твердо решила не возвращаться в пансион мисс Доув. Тем не менее, Кэрол хотелось поехать в Париж, ставший для нее родным. У нее оставалось совсем немного денег, но на первое время, пока не найдется какая-нибудь работа, их должно было хватить. Девушка решила поселиться в маленькой дешевой гостинице и попытаться давать уроки. Кроме того, она умела стенографировать и печатать на машинке.

Но самое главное – это забыть Джеймса. Это будет нелегко, это будет безумно трудно, в особенности в первое время, но сделать это она, была, должна. Она твердила себе это, опустошая ящики гардероба и беспорядочно распихивая вещи по чемоданам.

Дождавшись полуночи, она потихоньку спустилась в библиотеку и оставила на видном месте обручальное кольцо и другие подарки Джеймса. Он обязательно обнаружит их утром, когда придет сюда за почтой.

Дом был погружен в тишину; казалось, все спали. Но у Кэрол были основания сомневаться в этом, поскольку незадолго до полуночи ей послышался какой-то шум, похожий на шаги, а потом показалось, что от дома отъехала машина. Она решила, что это Джеймс со своей прекрасной Сантой отправились на ночную прогулку в его белоснежном элегантном «ягуаре».

Боясь проспать нужное время, Кэрол решила совсем не ложиться в постель. Она села возле раскрытого настежь окна спальни и стала смотреть в ночь, ожидая, когда взойдет солнце. Девушка чувствовала себя совершенно разбитой и опустошенной, как корабль, выброшенный бурей на мель. Она вспоминала, как Джеймс сделал ей предложение и поцеловал ее. Жаль только, что поцелуй этот был совсем не похож на те, какие он дарил Санте.

Всего этого никогда бы не случилось, если бы не Марти. Но теперь, похоже, они с Кэрол перестали быть близкими подругами, и первый шаг к этому сделала сегодня вечером сама Марти. Конечно, она тоже устала от бесконечной нервотрепки и сочла, что если Кэрол не сумела извлечь из всей этой авантюры пользу для себя, то это, в конце концов, ее личное дело.

Справедливо говорят, что никто не может испытать тоски, пока не потеряет то, что имел. Кэрол снова вспомнила, как Джеймс сопровождал ее в их совместных прогулках по Парижу, как он старался развлечь ее, доставить ей удовольствие, как она старалась понравиться ему, как ей хотелось, чтобы он... поцеловал ее! Джеймс, Джеймс, Джеймс... Весь мир для нее теперь – это Джеймс. Он был в каждой клеточке ее сердца, и никуда ей от него не деться, и никогда не забыть его. За что ей все это?

Небо светлело. Кэрол поняла, что рассвет совсем близок, и потихоньку прокралась в ванную. Она разделась и забралась в теплую воду, желая дать своему телу какой-то дополнительный источник энергии. Затем девушка долго растиралась полотенцем, разгоняя кровь, почистила зубы и, забрав свою зубную щетку, вернулась в спальню. Здесь она оделась, привела в порядок лицо, взяла чемодан с самыми необходимыми вещами и отправилась в путь.

Миновав длинные, покрытые пушистыми коврами коридоры, спустившись по ступенькам лестницы, она вышла в сад через одну из боковых дверей.

Трава была влажной от обильной росы, воздух наполняло нежное благоухание роз. Кэрол решительным шагом пошла по дороге, ведущей в ближайшую деревню. Там она должна дождаться автобуса. Ночь, проведенная без сна, давала себя знать, и, несмотря на ванну и растирание, девушка чувствовала себя не слишком бодрой.

Поравнявшись с озером, она взглянула на него и подумала, что все могло бы быть совсем по-другому, если бы только Джеймс понимал это, когда делал ей предложение, если бы только не было этой Санты.

И вдруг она увидела Джеймса. Он стоял невдалеке, на том самом месте, где предложил ей недавно стать его женой. На нем был тот же темный смокинг с белой бабочкой, что и вчера за обедом. По его бледному осунувшемуся лицу девушка поняла, что Джеймс, как и она сама, провел бессонную ночь.

Еще мгновение он стоял неподвижно, затем подошел к ней и, пряча тревогу за насмешливым тоном, спросил:

– Что бы это могло вам понадобиться здесь в такой час, да еще с чемоданом?

– Я уезжаю.

– Неужели?

Он протянул руку и выхватил у Кэрол чемодан. Прежде, чем она успела помешать ему, Джеймс размахнулся и швырнул его в воду. С громким всплеском чемодан пошел ко дну.

Кэрол, у которой эта выходка отняла последний остаток сил, вдруг с ужасом поняла, что в чемодане осталась ее сумочка, в которой, среди прочего, лежал паспорт и слабо пролепетала что-то невнятное, совсем не похожее на протест.

– Этот чемодан мне подарили, когда я впервые отправилась в пансион. Не думаю, что мне придется когда-нибудь увидеть его снова.

– Я тоже не думаю, – пробормотал Джеймс и, глядя на удрученное лицо девушки, добавил: – Во всяком случае, до тех пор, пока я не соберусь чистить озеро или не отправлю на дно водолаза. Обещаю вам сделать это, если вы и вправду захотите, а пока нам предстоит заняться кое-чем другим.

Он взял ее за руку и быстро повел обратно к дому.

Кэрол охватило какое-то странное предчувствие. Солнце уже поднялось над верхушками деревьев, и его лучи отражались в ее глазах изумрудно-зеленым сиянием. Хотя ноги девушки заплетались, она старалась не отстать и, едва переводя дух, проговорила:

– Похоже, день будет чудесным!

– Да, – Джеймс посмотрел ей в глаза и улыбнулся светлой улыбкой, – и мы проведем его вместе! – Он отворил ворота гаража; внутри в ряд стояло несколько сверкающих автомобилей, среди которых был и его белый приземистый «ягуар». Джеймс открыл дверцу и усадил девушку на переднее сидение. – Как вы думаете, не поискать ли нам какое-нибудь местечко, где бы нас накормили завтраком?

– Если вы голодны...

– Ужасно! – Сев за руль, он взял ее руки в свои и, посмотрев на палец, на котором обычно носят обручальное кольцо, укоризненно покачал головой, поднес его к губам и поцеловал. – Вы маленькая идиотка, Кэрол... маленькая, милая идиотка!

Джеймс обнял девушку и нежно прижался щекой к ее волосам. Затем он стал покрывать их быстрыми поцелуями, потом повернул лицо девушки к себе и заглянул в ее лучистые глаза.

– Ну, неужели вы действительно так глупы, Кэрол? – спросил он, глядя ей в глаза с такой нежностью, которой она в нем не могла и представить. – Неужели вы не чувствуете, когда вас любят?

Глава 15

До места, где можно было позавтракать, им пришлось проехать несколько миль. Солнце уже сияло совсем высоко в небе, с лугов и полей сошла утренняя роса, а от предрассветной прохлады не осталось и следа.

Они остановились возле маленькой сельской гостиницы, такой милой и уютной, словно она была построена специально для влюбленных. Джеймс помог Кэрол выбраться из машины, и, взявшись за руки, они вошли в столовую, где заняли столик возле открытого окна. Джеймс заказал яичницу с беконом и огромную чашку кофе.

Кэрол знала, что до конца жизни не забудет эту комнату с ее старинным зеркалом над камином, полками, уставленными посудой, и столиками с аккуратно расстеленными скатертями.