Текст книги "Развод Я не игрушка (СИ)"

Автор книги: Светлана Становая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 14 страниц)

Глава 17

Когда всё хорошо и счастье бьёт в груди весёлым сверкающим фонтаном – время летит незаметно. За радостным утром наступает приятный вечер и кажется, что вот так и будет теперь всегда: хорошо, трепетно-нежно, ласково.

Осень для Кати наступила быстро и даже как-то внезапно. Кажется, только вчера она перебирала в шкафу сарафаны и лёгкие муслиновые юбки, а уже сегодня надо надевать тёплую куртку и шарфик.

Её весенне-осенняя одежда неожиданно оказалась мала. Не то чтобы совсем нельзя было носить, но вещи, которые весной сидели идеально, теперь обтягивали фигуру некрасивыми складками.

– Отдай мне, – радостно потирала руки Галя. – Катя, ну чего ты молнию-то тянешь, сломаешь ведь! Как я без молнии носить буду?

– Я тебе ещё ничего не отдала, – обиженно заметила Катя. – Может, я сама буду носить.

– Ой, да конечно! Ты в этой курточке как гусеница, только лапок маловато. Брюки вообще не сходятся, ну чего ты их на себя тащишь? Катюха, не жадничай, у тебя мужчина богатый, купит новый гардероб. Должно же и нам, невезучим, хоть что-то перепасть. Уж если не мужик, то хоть обноски приличные.

Фраза про обноски Катю неприятно царапнула. Она же не предлагает, и уж тем более не навязывает свои старые вещи!

– Галь, ты работаешь как лошадь. Неужели не можешь купить себе нормальную одежду? – спросила Катя. – Извини, если обидела, но я у Паши денег не прошу никогда, а зарабатываешь ты не меньше меня. Даже, наверное, больше. У меня складывается ощущение, что ты живёшь, чтобы работать.

Соседка тяжело вздохнула:

– Что ты в жизни понимаешь? Всего огорчений, что мужик бросил, так и то недолго – вон, уже другой подобрал. Откуда вы такие берётесь, а? Сытые, ухоженные, красивые? Вроде посмотреть – мы с тобой одного поля ягода. Ты здесь чужая, и я тоже. Тебе родители копейки ни разу не прислали – и мне надеться не на кого. Ты сама крутишься, как умеешь – и я сама на жизнь зарабатываю. Но почему ты живёшь легко, как бабочка летняя, а я – как одна кобыла на всё село? Всё на мне: и огороды пахать, и дрова возить. Почему таким как ты, одни плюшки достаются, ты можешь мне объяснить? Красота – вам. Лучшие мужики – вам. Удача – вам. Мы-то, остальные, бракованные, что ли?

– Зачем ты так говоришь? – перебила Катя. – Всё у тебя в жизни получится, Галя, ты же к своей цели идёшь, как танк. Мы с Люсей всегда твоему упорству завидовали.

– Ага, одна на винограднике уже дозавидовалась, – усмехнулась Галя. – Я три года впахиваю, и всё никак не могу на первый взнос накопить. Мне квартира как воздух нужна, понимаешь? Я бы ребёнка сюда забрала, я же сыночка раз в год вижу. Он без меня растёт. Ползать начал, потом ходить, теперь вот говорит. Первое слово у него – баба. И маму бы тоже забрала. Пусть хоть на старости лет поживёт как человек, на всём готовом. Она старая, больная, а я на неё малого своего повесила.

– Ты им деньги посылаешь, – напомнила Катя.

Галя кивнула:

– Посылаю. Потому и скопить не могу. Может, ещё через три года наберу, так цены опять поднимутся, разве мне за ними угнаться?

Катя сочувствовала подруге. Как бы она сама поступила в такой ситуации? Наверное, перестала бы гнаться за несбыточной мечтой и на собранные деньги отремонтировала мамин дом. Обустроила бы быт с удобствами, а потом стала решать, чем дальше зарабатывать на жизнь.

Хотя, конечно, на словах всё это очень просто. И Галю Катя понимала – та ни за что не хотела больше возвращаться в село. В отличи от Люси, которая вспоминала родную деревню с улыбкой и иногда с ностальгией, Галя говорила о малой родине с содроганием. Наверное, очень сильно её там обидели.

– Ты бы, подруга, проверилась, – с усмешкой посоветовала Галя. – Чего это тебя в самом деле прёт? У меня живот болит, значит кто-то в нём сидит! – пропела она.

– Глупости не говори, всё нормально у меня.

– Или это временно, или я беременна! – весело допела Галя.

Катя показала соседке язык:

– Даже не надейся!

Зря Галя злорадствует со своей дурацкой песенкой, всё у Кати нормально. Хотя в чём-то соседка права, надо заглянуть в свой специальный календарь. Был у неё такой: с одной стороны календарь, с другой лазурный берег тёплого моря. Раньше Катя исправно отмечала в нём нужные даты, но в последнее время стала забывать. Расслабилась, пока была одна.

Большую часть вещей Катя всё-таки отдала Галине. Та взяла даже те, которые ей были великоваты.

– Ничего, пока в старом похожу, эти до весны подгоню под себя, – довольно сказала она.

А Катя поехала купить себе несколько обновок. Куртку точно надо, и брюки тёплые. Свитер длинный, чтобы попу прикрывал, хорошо бы мягкий, но не пушистый. Ещё Кате понравился короткий, шоколадного цвета, вязанный жилет с кожаными аппликациями на груди. Она пока не придумала, с чем будет его носить, но рука сама потянулась за привлекательной вещью.

Катя набрала большую охапку, зашла в примерочную. Разделась, посмотрела на себя в зеркало и замерла.

Что-то не так. Что-то в её привычной, всегдашней внешности, неуловимо изменилось. Катя покрутила головой, повернулась к зеркалу одним боком, потом другим. Она, конечно, набрала несколько дополнительных килограммов, но всё равно дело не в них. Из высокого широкого зеркала на Катю смотрела слишком взрослая девушка с роскошной, чуть покрытой загаром, золотисто-розовой кожей.

Фишку с цветом кожи Катя знала давно – на заре своей «карьеры» в мегаполисе пришлось немного поработать в модном и дорогом магазине женского белья. Освещение и цвет стен в кабинках для примерки устроено так, что даже бледная, как поганка, клиентка казалась себе вполне впечатляющей особой с прекрасным цветом кожи.

Но освещение никак не влияло на выражение лица.

Катя сжала ладонями щёки, так, чтобы губы сложились смешным утиным клювом и сказала сама себе:

– Что это со мной такое – не такое, а?

Почему-то сразу вспомнились Галины прямые намёки. Нет, надо всё-таки сходить к врачу, хотя бы для того, чтобы в голову не лезли всякие глупости.

Для начала купить тест-полоску. Просто чтобы убедиться, что никаких «или это временно, или я беременна» у неё нет. А уж потом в консультацию, исключительно для профилактики, просто потому, что давно не была.

Катя смотрела на тест-полоску и не верила своим глазам. Как две? Не может быть две! Просто уму непостижимо! Надо было купить несколько полосок, эта, которую Катя сейчас держит в руке, наверняка просроченная или бракованная.

Катя полезла в комод за своим календариком. Ой, совсем она расслабилась! Маленький календарь, который всегда лежал в отделении с колготками, сейчас пропал неизвестно куда. Пришлось перерыть оба её личных ящика, пока между складок старой пижамы не блеснул берлинской лазурью глянцевый квадратик.

Отмеченные в календаре даты чётко подтвердили – тест-полоска не просроченная и не бракованная. А Катя от своей любви к Павлу окончательно потеряла не только голову, но, как бы сейчас сказала Люся, ещё и нюх. У Кати было как минимум три недели беременности. Может быть, и все четыре.

В её, ещё минуту назад свободную от проблем голову, полезли неприятные мысли.

Обрадуется Павел ребёнку или нет? Если нет, что делать? Сможет она воспитать его одна? На Катиных родителей можно не рассчитывать, это не Галина деревенская мама, которая согласилась воспитывать внука, пока дочь на всех зарабатывает деньги.

Катя точно знала, что родителям она не нужна. С тех самых пор, как стало понятно, что спортсменкой, достойной соревнований и высоких наград, она никогда не будет. Отец и мать, оба в прошлом успешные лыжники, а теперь мастера тренерской работы, больше года мучили маленькую Катю тренировками. Не то чтобы девочка была абсолютно безнадёжна, но, как заметил папин друг, тоже спортсмен, ей от родителей совершенно не передался бойцовский характер. Она плакала всегда: когда падала, когда замерзала, когда с разбега утыкалась лицом в колючий снег. Она отказывалась повторять упражнение, ревела и упиралась, с остервенением отпинывая от себя лыжи.

И тут, о счастье, мама оказалась беременной и в положенный срок родила мальчика. Брат был достойным сыном своих родителей: упорный, терпеливый, с низким болевым порогом, он обещал привезти в родной спортивный клуб не одну золотую медаль. От Кати отстали. Теперь всё внимание и воспитание досталось ему. Потом, когда брат начал завоёвывать свои первые медали, на Катю уже вообще никто не обращал внимания. Когда она сказала, что уезжает, мама попросила не будить папу. Попрощаться можно и потом, по телефону, а отцу завтра рано вставать, они с Катиным братом уезжают на сборы.

Глава 18

Люся больше не звонила, а жаль: Катя с Пашей придумали план по её спасению. Главное – узнать, где она находится. Через знакомых Павел сможет передать ей деньги на побег. Пока оставалось только ждать следующего звонка.

И думать, как сообщить Павлу, что он скоро будет отцом.

Думала Катя долго. Как рассказать о ребёнке Павлу? Хотелось чего-то необычного, праздничного и неожиданного. Подарить ему воздушный шарик с нарисованным младенцем? Или со словами «Поздравляю папу!» Может быть, передать в подарочной коробочке тест-полоску? Или это глупая идея? А если Павел не обрадуется известию, что тогда?

Вечером Павел встретил Катю с работы и, традиционно, предложил где-нибудь поесть.

– На даче. Я сама приготовлю, – решила Катя.

Ей хотелось тёплой домашней обстановки, посиделок у камина, чтобы никаких посторонних людей и звуков. Погода как раз подходящая – моросил мелкий противный дождик, тяжёлое мрачное небо сливалось с тёмным сырым асфальтом. В такую погоду нет ничего лучше, чем сидеть рядом с любимым за нарядным столом и потягивать из тонкого бокала красное вино. Хотя ей придётся обойтись соком. Какое теперь вино!

Пожалуй, стоит накрыть стол для романтического ужина. Алые свечи, в тон им малиновая скатерть, вино для Павла в серебряном ведёрке, тарелки чёрного фарфора. И её маленький неожиданный сюрприз.

Пока Катя прикидывала, как быстро, красиво и вкусно оформить их первый вечер втроём – малыша в животе она теперь тоже считала, Павел затормозил возле дома. Катя вышла из машины, сделала пару шагов, поскользнулась и с криком упала на спину.

Она никогда не боялась падать. Ну упала и упала, подумаешь, с кем не бывает. Сегодня, приложившись спиной и лопатками к жёсткой земле, Катя ощутила животный страх. Вдруг она повредит ребёнку? Катя уже успела проштудировать интернет и знала: сейчас её малыш размером с крошку сахарного песка.

Эта мысль успокоила. Крошка сахарного песка надёжно припрятана глубоко в животе. Под кожей, жировой прослойкой и мышцами. С ней не случится ничего плохо, Кате совершенно не стоит бояться.

Павел подбежал, поднял её на руки:

– Упала? Ушиблась? Больно? Где болит?

– Уже лучше, – ответила она, обхватывая его за шею. – Паша, знаешь, как я тебя люблю?

– Как?

– Ты же знаешь!

– Нет, не знаю. Ну, говори, раз начала.

– Очень сильно. Страшно сильно. Я без тебя жить не могу, – серьёзно призналась Катя. – А ты?

– А я без тебя и не собираюсь жить, – улыбнулся он. – Катя! Ты чего наделала! Ты же только что призналась мне в любви!

Она покрепче ухватилась за его шею. Ну да, призналась, и что теперь? Он поставит её на сырую холодную землю? Прямо в лужу?

– Ага, – кивнула Катя, утыкаясь лицом в мокрый от дождя воротник его куртки.

– Я первый должен был тебе сказать! Я же мужчина. А ты – слабая женщина! Слабая и нерешительная.

– Я и есть нерешительная, – подтвердила Катя. – Если ты дальше будешь держать меня под дождём и на холоде, я ещё и больная буду.

Павел перехватил её поудобнее и побежал к дому.

Чтобы быстрее согреться, Катя налила им обоим горячего чаю с лимоном. Быстро нарезала колбасу и сыр, сделала пару горячих бутербродов. До ужина хватит, нечего аппетит перебивать. Готовые бутерброды решила украсить оливками. Достала из баночки крупные чёрные плоды, взяла маленький нож и принялась нарезать их тонкими колечками.

– Завтра в ваш офис Олег приедет, – прокричал со второго этажа Павел. – С инспекцией. Потом будет совещание, всё руководство у вас соберётся.

Катя вздрогнула и попала себе ножом по ногтю. Не больно, только ноготь теперь будет торчать и за всё цепляться.

– Я хотела завтра отпроситься, – на ходу придумала она. – Мне надо к врачу сходить.

Павел вошёл в кухню:

– Ты заболела? Или упала неудачно? Дай я тебя осмотрю. Кости целы?

Он опять подхватил её на руки. От неожиданности Катя выронила нож и тот с глухим стуком упал на пол. Хорошо хоть не на ногу Павлу!

– Я здорова, упала удачно и ничего не сломала! Паша, да поставь меня уже, слышишь микроволновка пищит? В ней сейчас бутерброды пересохнут.

– Плевать. Я не хочу есть, я хочу смотреть на тебя.

Паша одним движением сдвинул в сторону разделочную доску и остатки колбасы и посадил на стол Катю.

– Зачем тебе врач? Что за проблема?

Кате стало смешно. Она сидела на столе, чувствовала под собой раздавленную попой мокрую оливку. Рядом стоял Паша. С влажными после душа волосами, в спортивных брюках и мягкой домашней футболке. Как супермачо из любовных романов, Павел одной рукой обнимал её за талию, второй нежно поглаживал по бедру. Теперь, для полноты картины, Кате полагалось страстно застонать и откинуть голову назад. Стонать под настойчивое пиликанье микроволновки было смешно, но почему не вздохнуть глубоко и сексуально?

Катя набрала полную грудь воздуха, откинула голову и взвизгнула от боли – она ударилась затылком о кухонную полку!

– Убьёшься! – завопил Паша, стаскивая Катю со стола. – Я понял – для тебя есть только два безопасных места. Одно у меня на руках, второе – в моей кровати. Очень больно?

Катя потёрла пострадавший затылок. Терпимо, во всяком случае шишки не будет.

– Так что ты хотела сказать?

– Давай сначала поедим. Никто не разговаривает о серьёзных вещах на голодный желудок.

– Ну уж нет. Говори, я жду. Только пошли в гостиную, к камину, кухня для тебя слишком травмоопасное место.

Она специально приготовила для него сюрприз, а Павел хочет его скомкать!

– До ужина – никаких серьёзных разговоров, – решительно заявила Катя. – Лучше помоги мне накрыть на стол и расскажи про сына Олега. Его вылечили?

У Паши исчезла с лица улыбка.

– Не совсем. Мальчику лучше, и мы все надеемся, что ухудшения не будет, но врачи ничего особо не обещают. Говорят, всё зависит от иммунитета, от того, как организм будет бороться.

– Тогда почему Олег приехал сюда? Оставил ребёнка с женой одних в медцентре?

– Потому, что Олег нужен здесь. Я говорил – я справлюсь один, но это временно, долго так продолжаться не может. Думаю, брат и сам хочет отвлечься и заняться делами компании. Сейчас я могу спокойно переложить на него часть работы. И очень надеюсь, что к весне, после следующего курса лечения, его сыну станет намного лучше. Тогда мы с братом не будем менять свои планы.

– Какие планы? – спросила Катя, красиво раскладывая столовые приборы.

– Отдыха и развлечений. Мы с тобой весной поедем в Непал, а Олег, сразу, как мы вернёмся, отправится с семьёй к Тихому океану. Мы всегда отдыхаем по очереди.

Весной в Непал? Какой Кате Непал, если, по предварительным подсчётам, в мае она будет рожать? То есть в марте-апреле Катя станет неповоротливой тяжёлой баржей, которая с трудом маневрирует в пространстве. Конечно, очень приятно, что Павел планирует их совместное времяпровождение в следующем году, но придётся, пожалуй, ему ехать одному или вообще пока отказаться от поездки.

Наконец они сели за стол. В бокал Павла Катя незаметно подложила маленького, меньше спичечного коробка, пластикового пупса. Чтобы любимый не заметил его раньше времени, Катя взялась сама разливать вино. Павел, увидев её с бутылкой в руке, высоко поднял брови, хмыкнул, но от комментариев воздержался.

Поднёс к губам свой бокал, сделал глоток.

– Катя, что это? – спросил он, двумя пальцами выуживая из бокала игрушку.

– Неужели не понятно? – хихикнула Катя.

Павел недоумённо пожал плечами. Попытался поставить пупсика на ножки, но тот завалился на бок.

– Объясни мне свою сложную аллегорию, дорогая, – расхохотался Павел. – Я слишком молод? Я веду себя, как ребёнок? Я падаю на ровном месте? Нет, это скорее про тебя. Ещё есть варианты?

– Паша, что непонятного-то? – возмутилась она. – Жидкость в сосуде, в жидкости плавает малыш! Ну?

– Ну? Он утопился в вине? Ты подозреваешь меня в алкоголизме?

Катя отшвырнула в сторону салфетку:

– Я беременна! Беременна, понимаешь? Пупсик в бокале символизирует младенца в околоплодной жидкости!

Павел посмотрел на Катю, на пупсика, залпом выпил вино из бокала, откинулся на стул и захохотал.

– Катя! Катеринка моя! Я тебя обожаю! – выдохнул он, вытирая салфеткой глаза. – Нет, это же надо додуматься! Ты моя креативная девочка! Катя, а если ты собаку захочешь завести, ты мне в кофе шерсти насыплешь или подкинешь на стул собачью какашку?

– Очень смешно, – обиженно фыркнула Катя, но не выдержала и тоже рассмеялась. – Скажи хоть, ты рад?

Паша стал серьёзным.

– Я счастлив. Когда пойдём в ЗАГС?

– Когда ты сделаешь мне предложение.

– Я…

– Нет! Только не сейчас! Я не хочу скомкать ещё одно знаменательное событие в нашей жизни! – взвизгнула Катя.

Как, оказывается, всё может быть просто, так просто, и волноваться не о чем.

Она ждёт ребёнка, он приглашает её зарегистрировать их отношения, и никто никого ни в чём не обвиняет. Оба счастливы, оба в предвкушении ближайших радостных событий. Хотя… У Люси тоже все были счастливы. До виноградника.

Глава 19

В офисе Катя успешно избежала встречи с Олегом. Сначала сделала вид, что ей срочно надо в архив и задержалась там сколько смогла. Потом ушла разбирать почту, и только когда руководители удалились на совещание, Катя вернулась на своё место.

Рабочий день близился к концу, Катя радостно планировала вечер, когда в кабинет зашёл Олег.

– Все свободны, вы останьтесь, – кивнул он Кате.

Коллеги, удивлённо переглядываясь между собой, покинули помещение. Олег подошёл ближе, подтянул к себе кресло, сел:

– Прячешься от меня?

– Нет.

– Обманщица. Поехали сегодня ко мне? Отказ не принимается, сразу предупреждаю. Я устал, я злой, я весь день только и делаю, что ору и ругаюсь, так что у тебя один вариант – согласиться.

Катя вспомнила выражение «нет предела совершенству». В случае с Олегом не было предела его наглости, самоуверенности и хамству. После того, что произошло в Мурманске, он опять приглашает её на свидание!

– Олег Владимирович, я очень вас прошу – оставьте меня в покое. Я никогда не буду с вами встречаться, ни под каким предлогом. Можно я продолжу заниматься работой?

– Нельзя, – усмехнулся Олег, откинулся в кресле и положил ногу на ногу. – Слышал, ты с Павлом романчик замутила? Типа всё серьёзно у вас?

– Очень серьёзно.

Сказать, что они собираются расписаться и ждут ребёнка? Наверное, пока не надо. Если Павел не посчитал нужным сообщить родному брату такую потрясающую новость, то и Катя не будет торопиться. Хотя, по рассказам Павла она поняла, что у них с Олегом ровные и добрые отношения. Как у двух полярно разных мужчин могут быть хорошие отношения? Наверное, всё дело в том, что они росли вместе. Вместе хулиганили, вместе получали наказание, вместе радовались всем событиям в детской жизни.

Жаль, Кате не понять – у неё с братом никогда не было близких отношений. Слишком часто родители ставили его в пример, слишком громко и уверено напоминали, что сын – их надежда и опора, их уверенность в завтрашнем дне и самый дорогой долгожданный ребёнок. Как тут было не понять, что дочка Катя – ребёнок неудачный и по большому счёту ненужный.

Катя встала. Сейчас она просто выйдет из кабинета и всё. Им не о чем разговаривать. Что подумают коллеги? Что Олег за ней ухаживает, что у них роман и, возможно, близкие отношения. Кате было бы наплевать на офисные сплетни, но ложная информация может запросто дойти до Павла. Катя же теперь почти невеста!

Олег ловко схватил её за руку, дёрнул на себя, и Катя плюхнулась прямо к нему на колени. Только этого не хватало!

– Пусти! Отпусти меня сейчас же! – громко взвизгнула Катя.

Олег ослабил хватку и дал ей возможность встать на ноги. Катя отскочила, встала по другую сторону стола.

– Как тебе не стыдно? – возмутилась она, напрочь забыв о субординации. – Ты же знаешь, что встречаюсь с Павлом! Зачем ты ко мне лезешь?

– Между прочим, я первый тебя нашёл.

– Я не кошелёк, чтобы меня находить! И я не терялась!

– Согласен. Но, тем не менее, я познакомился с тобой первым…

– Да какая разница? Если так рассуждать, то Андрей, мой бывший, вообще имеет на меня неограниченные права, – возмутилась Катя. – Пожалуйста, Олег, отстань от меня! У нас с Павлом всё серьёзно, очень серьёзно!

– Хочешь сказать, что братец собрался на тебе жениться? – засмеялся Олег. – Ой, это уже интересно! Когда же состоится счастливое событие?

– Не твоё дело! – обиделась Катя. – Когда надо, тогда и состоится.

Олег встал. Катя дёрнулась было в сторону выхода, но он выставил вперед открытые ладони, жестом показывая, что не собирается к ней подходить.

– Ты красивая, сексуальная, очень притягательная и такая же глупая. Не обижайся, на самом деле это неплохо. Слишком умная женщина быстро надоедает.

– Я не глупая, – неожиданно для себя обиделась Катя.

Казалось бы, какое ей дело до того, что думает о ней Олег? А неприятно так, что даже слёзы на глаза навернулись.

– Извини, я неправильно выразился. Ты не глупая, ты доверчивая и не имеешь никакого мало-мальски нужного жизненного опыта. Зато готовишь отлично, и это я тоже ценю.

– Олег Владимирович, меня совершено не волнует, что вы цените, а что – нет! – гордо сообщила Катя. – Я к вам в повара не нанимаюсь.

– Если что – приходи, возьму по старой памяти, – почему-то развеселился Олег.

И ушёл. Коллеги, тихо переговариваясь, начали просачиваться на свои рабочие места. Катя опустила голову так, чтобы ни с кем не встретиться взглядом. Теперь бы только до конца рабочего дня досидеть, потом она позвонит Паше. В этот раз она расскажет ему про Олега всё.

Весь вечер Павел не отвечал на звонки. Сначала Катя обиделась, но потом начала переживать. Вдруг с ним произошло что-то плохое?

Она налила себе вкусного горячего чаю, щедро положила в чашку сахар и, помешивая его ложечкой, постаралась успокоиться. Что, собственно, могло произойти?

Павел рассказывал, что любит экстремальные виды спорта. Несколько раз он прыгал с парашютом, на спор переплывал широкую реку, любит горные лыжи и альпинизм. Ещё Пашу привлекают гонки, но не будет же он устраивать их на улицах города! Рек поблизости тоже нет и прыгать с парашютом в ближайшее время он не планировал. Значит, любимый занят и не может разговаривать. Наверное, у Павда важное совещание, встреча с клиентами или поставщиками. Конечно, для деловой встречи уже довольно поздно, но Катя не ревновала. Она точно знала, что посиделки с нужным в бизнесе человеком могут затянуться надолго.

Когда, наконец, её телефон заиграл требовательную мелодию, Катя подскочила на диване.

Номер был незнакомый, но она, не раздумывая, ответила.

– Катя? Катя, ты? – громко спросил знакомый голос.

– Да, – растерянно сказала она.

– Наконец-то! Нет, я не понял, ты чего от меня прячешься? Тебе же Лена на форуме передала, что я тебя ищу! Катя, почему ты молчишь? Сказала тебе Лена или нет? – требовательно спросил Андрей.

Зачем он звонит? Что ему надо? Они расстались, Катя ушла, не беспокоит его и не вспоминает. Они чужие люди!

– Катерина! Я жду ответа! – повторил Андрей.

– Зачем ты звонишь? Вроде Лена говорила что-то, но я не помню, – Катя хотела было положить трубку, но Андрей предугадал её желание.

– Только не клади трубку! Не вынуждай меня тебя искать, знаешь же, что всё равно найду. Тем более теперь, когда Лена рассказала, на кого ты работаешь.

– Да какое тебе дело – на кого? И вообще, не занимай мой телефон, я жду звонка.

– Я быстро, – пообещал Андрей. – Катя, верни мне, пожалуйста, мою картину.

– Что? Какую картину? – не поняла Катя.

В квартире Андрея было довольно много картин, о чём он говорит?

– «Полёт на волю», какую же ещё. Я весь дом перерыл, пока догадался, что ты её забрала. Так где «Полёт на волю»?

– Улетел на волю, – улыбнулась Катя.

Это же та самая акварель, которую Катя так легко подарила Люсе. Соседка, последний раз окидывая внимательным взглядом собранные в счастливую турецкую жизнь вещи, вспомнила, что не купила подарок будущему свёкру. И выпросила у Кати эту акварель.

– «Полёт на волю» ты купил мне, – напомнила Катя бывшему. – С чего вдруг ты решил у меня её забрать? Остальные вещи тоже тебе вернуть? Блузы, юбки, пеньюар, бельё и чулки?

– Не утрируй, дорогая, никто не собирается стягивать с тебя чулочки, – хохотнул в трубку Андрей. – Напоминаю, что на обороте акварели есть дарственная надпись от художника. Мне – от художника. Так что верни мазню и забудем друг о друге навсегда.

– Именно – мазню. Ты всегда её так называл. Что произошло? Почему она тебя заинтересовала?

– Катя, умерь своё любопытство. Просто я решил сделать в одной из комнат галерею и повесить там все картины, которые я купил. Этой не хватает.

Врёт. Точно врёт. Никогда бы не стал Андрей развешивать по стенам все полотна. Некоторые были очень дорогие – своего рода вложение денег, и Андрей не спешил демонстрировать их окружающим. Наоборот, держал в специально отведённом закрытом месте. Тогда зачем ему акварель?