Текст книги "Особенные. Закрытый факультет (СИ)"

Автор книги: Светлана Шавлюк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)

Глава 7

Глава 7

– Как прошел первый день занятий? – в комнату ворвался рыжий вихрь по имени Слава. – Вижу, что хреново. Да, преподы с нами не церемонятся, считают, что чем быстрее мы осознаем серьезность и опасность ситуации, тем быстрее свыкнемся и начнем относиться к обучению более ответственно.

– А случаи побегов из академии случались?

Я лежала на кровати с прохладным компрессом на голове. По вискам стучали мерзкие молоточки, которые причиняли мучительную боль. Все мое существо не желало принимать всю ту информацию, которую вывалили на нас в первый же день. Меня мутило после всех подробностей, от солнечного света, который лился из окна, головная боль усиливалась, поэтому пришлось лежать с закрытыми глазами и силой воли отгонять мыслеобразы погибшей девушки, которые сменялись темнотой с горящими глазами. А ведь еще даже не ночь.

На все вопросы по поводу смерти девушки преподаватели повторяли набившую оскомину фразу: «обстоятельства смерти устанавливаются, основная версия – несчастный случай, вам не о чем переживать». Поэтому, сделав усилие над собой, я села, откинула в сторону, нагревшееся влажное полотенце и решила добить себя совсем, хоть раньше за собой не наблюдала мазохистских наклонностей.

– Что слышно по поводу девушки? Только, – вскинула руку, – давай без увиливаний. Мы, первачи, тут ничего не понимаем, но старшекурсники-то должны были сразу понять, что могло с ней случиться. Я, конечно, впечатлительная, но лучше буду знать, чего бояться или не бояться, чем мучать себя догадками и шарахаться от собственной тени!

– Понимаешь, Щепка, – вздохнула Славка, которая уже не первый раз, уподобившись Вертосу, называла меня именно так, но в этот раз сил на возмущение не было, да и звучало из уст Славки это не обидно, – по факту, никто ничего точно не знает. Меня и вовсе на месте не было, поэтому я могу только слухи пересказать, но если преподы узнают, что старшие среди первачей распространяют такую информацию, по головке не погладят.

– Хорош ходить вокруг да около, говори, давай, я никому не расскажу. Мне важно знать, есть чего бояться или нет.

Славка села на свою кровать, подложила себе под спину подушку и откинулась на нее. Пожевала губы в раздумьях, накрутила кончик косы на палец и все же разродилась подробностями.

– Девушка – Ольга Верховцева, с третьего курса, мы были знакомы немного. Часто утрами встречались в тренажерном зале. Если я все же ему предпочитаю пробежку, то она всегда занималась в зале. В связи с этим вариантов того, кто мог с ней это сделать – масса, потому что, за два года о ее привычке узнали многие. Это же большой улей. Когда ее убили – тоже невозможно определить, только ее соседка говорит, что ночью Оля не появлялась, но и это не было для нее редкостью. У нее отношения были с кем-то, с кем – не афишировала. Ну, в нашей академии и это не редкость. Многие скрывают связи, чтобы не плодить разных слухов. Говорят, в академию уже прибыла группа маг.контроля, не думаю, что они будут долго искать этого парня.

– А что насчет того, отчего она умерла? Вид у нее был, прямо скажем, нелицеприятный, – я поморщилась от воспоминаний.

– А тут вообще ситуация интересная. Часть свидетелей утверждают, что девушку осушили. Другая – что убили заклинанием. Но есть еще вариант, что отравили. Кто-то клянется, что не заметил видимых повреждений на теле Оли, кто-то яростно доказывает, что видел темное пятно, словно в Олю попало сильное заклинание.

– Я тоже его видела. Но лучше бы вообще не видела ее, как сегодня спать буду, не знаю.

– Во-от, – протянула Славка, – в этом главная странность, потому что многие доказывают, будто пятно – иллюзия, наложенная преподавателями, чтобы скрыть истинные причины смерти девушки.

– И какие истинные причины по мнению приверженцев этой теории? – чувствовала, что ответ мне не понравится, но не задать этот вопрос не могла.

– Тень. Тень в стенах академии – самое страшное, что может случиться здесь.

– Супер! Просто супер! Если это так, то мы, получается, оказываемся в закрытой клетке с голодным тигром в темном помещении. Где этот тигр, мы не знаем, и кого он сожрет первым – тоже. Так, – я подскочила с кровати и начала метаться по комнате, – что нужно сделать, чтобы свалить нафиг отсюда? Какие бумажки подписать? Может, правила нарушить? Что? Я тут находиться не хочу! Это не для меня. Я вообще не планировала связывать свою жизнь с подобными пакостями и становиться супервумен, которая грудью бросается на амбразуру, я тоже не хочу. Спасение мира, конечно, очень благородное занятие, но я не настолько тщеславна, чтобы подвергать себя такой опасности ради благородных целей и восхищения со стороны.

– Вот именно поэтому нам ничего не рассказывают, – спокойно заключила соседка, рассматривая наманикюренные ногти, – потому что в академии начнется паника, и виновный в этой панике с легкостью затеряется.

– Знаешь ли, я не подписывалась на все это. Меня сюда вынудили прийти.

– Подписывалась, Щепка, все мы подписывались. Когда договор заключили и кровью скрепили. Не дрейфь. Еще рано паниковать. Если дело в тенях, то это быстро станет ясно. И от нас уже скрыть эту информацию будет невозможно. Так, – она поднялась и вцепилась в мою руку, – не мельтеши. Пойдем, лучше поедим.

– Меня тошнит после лекции по подселенцам.

– Укрепляй желудок, дорогая, впереди тебя ждут уроки экзорцизма. Походы в морг студентов-медиков – детские шалости по сравнению с этим.

– У меня есть подозрения, что часть студентов не дотягивают до выпуска, – проворчала я, – уезжают на белой машинке с красными отличительными знаками. На ПМЖ в центр города, а точнее, на улицу Гагарина в психушку.

– Я таких не знаю, – серьезно сказала Слава, – а вообще, у нас, у магов, природой заложена не только одаренность, но и стойкость. Это мне в соседки досталась ты – нежная и хрупкая во всех отношениях. Это даже хорошо, мужики таких любят.

– Мне в нынешних условиях только мужиков не хватало. Один только Тосик со своей навязчивостью за семерых сойдет.

– Ничего, – она подмигнула, – ты времени-то зря не теряешь, знакомства полезные заводишь.

– В смысле? – нахмурилась я.

– Да во всех. Все, Щеп, сил моих нет, я сейчас одичаю от голода и хуже обортней буду, покусаю кого-нибудь.

В столовой стоял гул голосов, который, кажется, не сходил на нет никогда. За те несколько дней, что я жила в этом волшебном отделенном от всего мира волшебной дверцей месте, узнала приятную вещь – столовая не закрывалась никогда, и даже ночью здесь можно было подкормиться. Отчего, вечно голодные студенты никогда не оставляли стены этого помещения пустовать. И мы планировали присоединиться к остальным. По крайней мере, Славка точно, а я в зависимости от того, что победит: голод или тошнота.

– Пчелка, – хмыкнула я, вспомнив реплику об улье, – в ваш улей затесалась одна очень надоедливая муха, – чуть склонила голову влево, откуда к нам направлялся Вертос.

– А мухи, знаешь, на что слетаются? – хохотнула Славка.

– Знаю! Чур, я – варенье, – оскалилась и схватила поднос, которым была готова защититься в случае посягательств со стороны одного чертовски настойчивого парня, который не принимал отказа.

– Вот, он на сладенькое и прет! – заключила Славка и ободряюще хлопнула меня по плечу.

– Когда же у него что-нибудь слипнется? – спросила, ни к кому не обращаясь, и отвернулась к столу раздачи.

Тосик в этот день оказался необычайно серьезным и собранным. Видимо, даже на таких раздолбаев печальные и загадочные события утра произвели неизгладимое впечатление.

– Ты сама-то что думаешь? – спросил оборотень, обосновавшись с нами за столом. Я сидела молча, старалась не привлекать внимания и не провоцировать парня на близкое общение. День и без того выдался сложным.

– А я ничего не думаю, – пожала соседка плечами, – пока подробностей не получим, можем думать, что угодно. Щепка вот тоже говорит, что след от заклинания видела. Я бросила на Славку испепеляющий взгляд, что очень повеселило оборотня. Хотя пару минут назад, когда Славка и его именовала прозвищем, огромной радости его лицо не излучало, зато я украдкой злорадствовала. Ни одной же мне страдать.

– Щепка может и видела, да только я тебе вот что скажу – у оборотней обоняние чуткое, гораздо лучше, чем у людей, да вот в чем загвоздка – ни один из нас не почувствовал запаха паленой одежды и плоти. Так что, возможно, Щепке померещилось.

– Тосик, я сегодня нервная, – со стуком опустила приборы на тарелку, – не беси меня, иначе я тоже однажды забудусь и с радостным воплем брошусь к тебе, оповещая всех вокруг, что Тосик – это ты.

– Загрызу, – беззлобно ответил он.

– Может, оно и к лучшему, все эти ужасы закончатся.

– А вот это странно, – задумчиво протянула Слава, чем перебила Тосика, который явно намеревался прокомментировать мой ответ. – Значит, либо иллюзия, либо она там еще с вечера лежала и запах выветрился.

– С вечера заметили бы, – покачал Вертос головой, – либо ночью, либо утром, либо вообще не там, где нашли.

– Знаете что, – оглядела своих болтливых сотрапезников, – а вам не кажется, что вы, доморощенные Коломбо, в своих предположениях уже заходите в такие дебри, что рискуете заблудиться. Нужно быть аккуратнее и дождаться официальной информации.

– Или новой жертвы! – не унимался Тосик. Я даже начала подозревать, что он таким образом меня специально запугивал.

– Такими темпами, – глядела на него исподлобья, – она появится очень скоро.

В ответ на мои слова Тосик послал мне массу воздушных поцелуйчиков, а я крепче сжала вилку, раздумывая над тем, насколько сильный урон столовый прибор нанесет оборотню. По крайней мере, вел себя Тосик так, будто был бессмертным. Или пытался таким поведением сгладить напряженную и безрадостную обстановку.

Глава 8

Глава 8

Следующие два дня в академии царили мир и спокойствие, насколько это было возможно в нынешних условиях. Новых жертв, слава Богу, не было, по академии шастали мужчины в темной форме с одинаковыми нашивками в виде голубой молнии, окруженной воздушным вихрем. Только их присутствие напоминало о недавних событиях. Ходили слухи, что некоторых студентов вызывали на допросы, но, вроде, преступника так и не поймали. И все чаще звучала версия, что девушка отравилась каким-то зельем. Никаких подробностей мы так и не дождались, становилось очевидно, что преподаватели не хотят огласки и паники среди студентов. Все шло своим чередом, и даже информация, которую давали на занятиях, больше не была такой впечатляюще ужасной.

Очередным утром я сонная и ненавидящая весь мир со всеми магами и тенями шла на занятие и даже не предполагала подвоха. Лекция по гипнозу по моим предположениям должна была оказаться интересной. Вошла в аудиторию и мгновенно остатки сна покинули мое сознание. Глаза раскрылись, сердце рухнуло в пятки, а потом подкатило к горлу. Тот, кого я несколько дней пыталась высмотреть по всей академии, сидел за преподавательским столом и листал какую-то книгу.

Будто почувствовав мой взгляд, поднял голову и взглянул на меня. Широко улыбнулся, сверкнул озорным взглядом и чуть склонил голову.

– Здравствуй, Лера, проходи, присаживайся.

Сделала пару шагов вперед, замерла и решительно зашагала к его столу.

– Ты! Вы! – не знала, как обращаться к обманщику. – Вы, уважаемый, подаете плохой пример своим студентам. Обманывать – нехорошо.

Сжала зубы и хотела отойти, но была остановлена.

– Я не обманывал, – нагло заявил он, даже не пытаясь скрыть своего веселья. – Я действительно учусь. В аспирантуре. И преподаю азы гипноза.

– Только об этой важной детали ты забыл сообщить, – старалась говорить тихо, ведь наше странное общение и без того стало предметом внимания остальных студентов.

– Это ничего не меняет. Или преподаватель не человек?

– Человек, конечно, – фыркнула я, – только это МНОГОЕ меняет.

– Я твой преподаватель только на занятиях, в остальное время – я это я. Тот самый Артур, который трижды спас тебя, – он подмигнул и тут же сделал строгое лицо, – а теперь сядь на свое место, скоро лекция начнется.

И вот тут я окончательно запуталась и растерялась. Несколько секунд смотрела в глаза своему «иногда» преподавателю и не могла даже мысленно сформулировать, что именно чувствую. Это был коктейль из раздражения, злости, обиды и почему-то смущения. Возможно, потому что мне только что намекнули на неформальные отношения за пределами аудитории?!

Все занятие я пребывала в странном задумчиво-возбужденном состоянии. Раз за разом прокручивала разговор с Артуром и пыталась понять причины, по которым он сразу не сказал о своей преподавательской деятельности. А еще злилась на Славку, которая ни слова не сказала о том, кем являлся мой новый знакомый. Или… Вспомнила попытку Славки остановить меня на балу, но тогда меня и БМП не остановило бы, потому что компания Тосика – большее из зол. Вновь накатил стыд за неуклюжесть и талант выглядеть нелепо.

Артур Алексеевич вещал что-то о гипнозе, а я, как ни пыталась, не могла сосредоточиться. У меня и в тетради вместо конспекта были только обрывки фраз и тема лекции «Основы гипноза: понятие, функции и виды». И то, эти строки появлялись только тогда, когда я встречалась взглядом с Артуром. Он недовольно приподнимал бровь, переводил взгляд на мою тетрадь, как бы намекая, что он не дефилирует по аудитории ради зрелища, а лекцию читает, и на него не смотреть надо, а слушать и записывать. Но я оказалась сегодня слишком упряма. Никак не получалось собрать мысли в кучу и заняться учебой. По этой причине было неудивительно, что Артур после завершения лекции попросил меня задержаться. Сказать, что меня обжигали косые взгляды одногруппников – ничего не сказать. Похоже, мы станем предметом для разных слухов, как бы я того не хотела.

– И что это за бунт? – он присел на край стола и скрестил руки на груди. – Если ты думаешь, что так делаешь хуже мне, то очень зря. Эта информация нужна тебе.

– Простите, Артур Алексеевич. Бес попутал, – сделала невинный взгляд еще и глазками похлопала для пущей убедительности. – Обещаю, больше не повторится.

– Лера, – вздохнул он, – ну что за детский сад?

– Извините, – сжала лямки сумки крепче и вскинула упрямый взгляд на него, – уточните, пожалуйста, вы со мной сейчас как преподаватель со студенткой говорите или как знакомый со знакомой? – сама себе поражалась и не понимала, откуда вдруг появилась такая любовь дергать тигров за усы.

Артур совсем не педагогично закатил глаза, фыркнул и хитро улыбнулся.

– Как тебя задело, что я преподаю, – веселясь, заявил он, – и почему, если не секрет? Почему это в тебе вызывает такое внутреннее сопротивление?

Опустила взгляд и немного смутилась. Я бы с удовольствием объяснила, отчего так реагирую, если бы сама себе смогла бы ответить на этот вопрос. Пришлось придумывать на ходу.

– Чувствую себя нелепо из-за всего того, что произошло до этого дня. И мне не нравится, когда меня обманывают. Вы же, уважаемый Артур Алексеевич, по каким-то причинам тоже скрыли сей интересный факт, по каким? – скрестила руки на груди и склонила голову, намеренно копируя его позу.

– Боялся, что тебя удар хватит в тот момент, когда ты очень эффектно вторглась в мое личное пространство.

– Ой, – поморщилась, чтобы скрыть улыбку, которая невольно появлялась на лице, когда я вспоминала, как Артуру досталось от меня, – а можно я пойду? У меня следующая лекция начнется через несколько минут.

– Иди, – улыбнулся он, – конспект перепиши у кого-нибудь, на следующей неделе проверю. Гипноз – один из основополагающих аспектов в работе с подселенцами. Отстанешь, придется заниматься дополнительно в часы консультаций, – подмигнул он.

– Вот. Вот это меня и беспокоит, – заявила я, отчего лицо преподавателя стало крайне озадаченным, – я не понимаю, когда вы или ты шутишь, а когда говоришь серьезно. Из-за этого я не знаю, как с тобой или вами общаться. Дурдом, короче, – с этими словами пошла к выходу, и уже у входа мне в спину донеслось:

– Насчет конспекта – я серьезно. Проверю.

– До свидания, Артур Алексеевич, – кивнула я и вышла из аудитории. Чувства после этого разговора стали еще более смешанными. Буквально в каждом слове Артура мерещился намек или подвох. И я даже не могла точно сказать, чего хочу больше – продолжить эти странные двойные отношения, или прекратить, остановившись лишь на официальных статусах преподаватель – студентка.

Взглянула на часы и поспешила в другую аудиторию. Лекцию по истории магического мира нельзя было пропускать не только потому, что это грозило наказанием, но и потому, что именно на занятиях по этому предмету должны были дать еще один ответ на интересующий меня вопрос – кто же такие отступники и чем они угрожают этому миру.

В аудиторию влетела перед самым началом. За преподавательским столом сидела статная высокая женщина, которая проводила меня взглядом и с улыбкой кивнула на мое приветствие.

– Все на месте? – обвела она взглядом группу, – больше никого не будет? Хорошо. Раньше начнем, раньше закончим, – она отметила всех присутствующих в журнале и начала лекцию.

Все вы в течение многих лет изучали историю нашего мира. Но в силу многих обстоятельств изучение это было однобоким, а знания, которые вам давались – не полными. Огромной брешью в ваших знаниях является отсутствие какой-либо информации о нас, о магах, о развитии магии, и ее влиянии на весь мир. О том, какую роль она играла в жизни, какие сложности у наших предшественников возникали, и как мы пришли к тому, что имеем на данный момент. На моих занятиях вы узнаете о том, что многие мифы – не мифы вовсе, о том, когда и как произошла первая встреча с жителями и обитателями других миров, и почему сейчас мы живем скрытно. Но в отличие от привычной программы обучения истории, когда мы изучаем события в хронологическом порядке, наше первое занятие будет посвящено не тому времени, когда появились первые упоминания об особенных, одаренных необычными способностями людях, а о нашем современном мире. Многие из вас до сих пор не понимают, как так случилось, что вы оказались в этих стенах, среди таких же, как и вы, растерянных студентов, которые видели свою жизнь в ином свете и строили совершенно иные планы. Некоторые из вас возмущены и, возможно, даже обижены на своих родителей или родителя, что они много лет скрывали правду.

По аудитории пронесся шепоток, который мгновенно затих после замечания преподавателя.

– Я поясню и объясню, почему на данный момент нам приходится действовать именно таким образом. И надеюсь, моих объяснений будет достаточно для того, чтобы вы прониклись серьезностью сегодняшнего положения и необходимостью оставить наше пребывание в тайне настолько, насколько это возможно. Вы ведь взрослые люди, понимаете, что информация – это не субстанция, которую можно загнать в банку и закупорить, она утекает, как бы мы ее не охраняли. Но благодаря мерам предосторожности нам удается минимизировать такую утечку. Итак, скажите, что, по вашему мнению, во все времена было камнем преткновения?

С разных сторон посыпались предположения, вариантов оказалось немного: деньги, женщины, потому что кто-то вспомнил про яблоко раздора, но, в конце концов, кто-то из сокурсниц озвучил правильный ответ – власть.

– Именно. Власть всегда была лакомым кусочком. Каждый хотел занять место под солнцем. Кем-то двигала любовь к деньгам, кто-то поддавался своим амбициям, кого-то прельщало влияние, которое всегда шло в комплекте с властью. Причин может быть множество, но власть – это то, к чему стремились, стремятся и будут стремиться люди и нелюди. Заполучив власть, каждый старается ее укрепить. И как бы не ратовали политики, что единственно верный путь остаться у власти – это любовь народа в демократическом обществе, все мы понимаем, что это лишь слова. Единственно-верный способ удержать власть в любой ситуации – силовой. Сила не обязательно должна выражаться в единицах боевой техники, численности армии или наличии передового оружия, но это и влиятельность. Количество влиятельных партнеров, которые готовы поддержать в любой момент. Страх перед силой может, как подавлять, так и побуждать к действию. И особенные люди, которые наделены невероятной, неизученной простыми людьми силой издревле вызывали опасение у людей. Очень яркий тому пример есть в европейской истории, который разделился на несколько этапов, и длился в течение нескольких веков. Так называемая охота на ведьм погубила немало простых и одаренных людей. Именно те расправы побудили наших предков сокрыть от простых людей мир магии.

– Почему они просто не выступили против людей, если были наделены такой силой? – спросила Алиса, девушка из моей группы.

– Магия, как и другие аспекты жизни в том виде, с которым познакомитесь вы, складывалась веками, развивалась, усовершенствовалась. Маги того времени не обладали и десятой доли тех знаний и сил, которые наше общество имеет сейчас. К тому же, численность магов была значительно меньше, и большинство из них предпочитали одиночество. Группы начали формироваться тогда, когда преследования пошли на спад. Я вас уверяю, с того времени ничего не изменилось. В случае если люди, обличенные властью, обнаружат, что под их носом находится организованная многочисленная группа наделенных силой людей, они предпримут все, чтобы устранить такую угрозу. Или постараются взять нас под контроль, чтобы мы воплощали их прихоти.

– А как же все экстрасенсы? – не удержалась от вопроса и я.

– Экстрасенсорика, общение с духами – безобидная мелочь. Даже в сравнении с теми же заговорами и проклятьями. Но подавляющее большинство тех, кто занимается этим открыто – обманщики, либо те, кому достались крохи дара от кого-то из предков, а мелкие заговоры и умение ухватиться за ниточку, ведущую в потусторонний мир, это все, на что они способны. И они, в общем-то, не опасны для окружающего мира. Но, дело в том, что на данный момент, помимо угрозы со стороны простых людей, у нас образовалась угроза в рядах магов.

– Отступники, – негромко, но достаточно для того, чтобы расслышали все, сказал кто-то сзади.

– Именно. Представители этой группы магов и вынудили магическое сообщество пересмотреть программу обучения. Последнее десятилетие знакомство молодых магов с историей нашего мира начинается с событий, связанных с отступниками.

Остаток лекции нам рассказывали о людях, которые не разделяли взгляды магического общества на роль и положение магов в мире. Маги позиционировали себя защитниками нашего мира, стояли на страже спокойствия, оберегали от внешних вторжений, вмешивались в некоторые политические вопросы, когда напряжение между странами резко возрастало и грозило привести к необратимым последствиям, которые повлияли бы на весь мир. Ярким тому примером, по словам преподавателя, стал Карибский кризис 1962 года. Именно, благодаря вмешательству первоклассных гипнотизеров, которые провели филигранную работу с главами сверхдержав, удалось прийти к компромиссу, предотвратить ядерную войну и снизить напряжение между странами.

Я слушала с открытым ртом. Несмотря на то, что никогда особо не была сильна в истории, даты никогда не были моей сильной стороной, такие яркие моменты, как холодная война, к которой относятся и события на Кубе, помнила отлично. Но мне даже в голову не приходило, что мир от ядерной войны спасли не умелые политики, которые сумели договориться на взаимовыгодных условиях, а маги, которые воспользовались своим умением внушать простым людям.

Этот момент нам пообещали осветить более подробно, но немного позднее, а сейчас вернулись к тому, с чего начали – отступники. Не было точной даты, когда группа магов со схожими интересами, но отличными от интересов основной массы магов, объединилась и начала подрывать устои магического общества. По словам преподавателя во все времена были те, кто не желал скрывать своих сил, не желал ограничивать себя, рисковать ради простых людей, действовать не только в своих интересах, но учитывать и интересы основной массы населения нашей планеты. Ну, и естественно, как и в простом обществе были преступники, которые нарушали закон по каким-либо личным причинам. Но чаще всего они действовали в одиночку, либо небольшими группами, которые рано или поздно задерживала магическая полиция.

В середине пятидесятых годов прошлого века, когда весь мир восстанавливался после второй мировой войны, талантливый маг по имени Виктор Ралдугов незадолго до выпуска из нашей академии, выкрал научный труд нашего соотечественника Ивана Великанова, который славился своим талантом в вопросе дрессировки и управления магическими существами. Предметом этого труда было изучение теней. Иван Никифорович считал, что и обитателей Царства теней можно взять под контроль, научиться их использовать и управлять ими. Его работа была под контролем департамента, на нее возлагали надежды, говорят, что некоторые из теорий Ивана Никифоровича нашли свое подтверждение на практике. Так, именно он в 1938 году вывел оптимальную форму заклинания для допроса тени в теле носителя, которой мы пользуемся по сей день. В случае если бы он сумел найти способ управлять тенями, магическое общество шагнуло бы далеко вперед в решении вопроса избавления нашего мира от теней. Но все изменилось, когда ночью 7 апреля 1956 года лаборатория, в которой работал ученый, сгорела вместе со своим хозяином, огонь в ту ночь уничтожил не только лабораторию Великанова, но и целое крыло. В эту же ночь пропал и Виктор Ралдугов. Сначала его считали погибшим при пожаре, как и еще несколько человек. Но в ходе следствия стало известно, что Ралдугов был виновником пожара. В огне он хотел скрыть следы своего преступления. Шанс на то, что дневник со всеми расчетами и записями по изучаемому вопросу сгорел, был низким, по слухам, за несколько дней до пожара и собственной гибели Великанов говорил со своим коллегой, что стоит на пороге величайшего открытия.

Позже стало известно, что Великанов не завершил свое дело, а Ралдугову досталась неполная информация, но и ее оказалось достаточно, чтобы спустя тридцать лет сотрудники магической полиции задержали первого в истории добровольного носителя, чья тень была подконтрольна. Носителя звали Марик Асланян. В ходе его допроса выяснили, что он состоял в группе Ралдугова по изучению контроля над тенями, и он был четвертым из последних пятидесяти, кому удалось взять тень под контроль.

Я пребывала в состоянии на грани отчаяния. Каждый день приносил все больше проблем и страхов. Каждый раз я думала, что хуже уже не будет, но преподаватели не переставали меня удивлять. Тьма становилась гуще, непроглядней, проблемы, с которым сталкивались маги – сложнее, чем казалось раньше. Все это казалось нереальным до тех пор, пока перед мысленным взором не появлялось изуродованное тело девушки. На такой кошмар моя фантазия не была способна. Да и вообще, вся эта складная история с тенями слишком сложна для моего воображения, поэтому, приходилось сидеть и пытаться собрать крохи воли и смелости в кулак.

Ситуация с отступниками оказалась кристально ясной, но при этом, катастрофически опасной и сложной. Это было понятно всем нам даже без должных знаний и подробностей. Опасность, которую несли тени нашему миру, увеличивалась в несколько раз, когда происходил симбиоз с магами при доминировании носителя. Сила теней, их паразитирующие способности в совокупности со знаниями магов, разумом, хитростью и жаждой власти – образовывали огромную опасность для окружающего мира. В сути своей отступники в таком случае ничем не отличались от самих подселенцев. Они были такими же паразитами.

– Формулу в ходе допросов узнать не удалось, – продолжалась лекция, – все участники этого эксперименты были связаны договором о неразглашении на крови. Никакие воздействия не заставили бы их выдать ценнейшую информацию. Наши ученые возобновили работу Великанова. Большую часть наработок пришлось восстанавливать с нуля, что усложняло задачу. На данный момент мы так и не добились результатов в укрощении теней, но работы в этом направлении не прекращаются. Ралдугов не успел осуществить свой план по захвату власти с помощью теней. Насколько нам известно, он умер в 2004 году, но успел передать все свои наработки своему преемнику. Как это ни прискорбно, но мы оказались бессильны в поисках украденной работы Великанова, и в поимке главы отступников. На данный момент, в современном магическом обществе определено строгое наказание за сотрудничество с отступниками по статье 115 МУК*, которая предусматривает от 15 до 25 лет заключения. Добровольное подселение тени – статья 117, предусматривает смертную казнь, либо пожизненная работа в лабораториях по изучению теней.

– И в чем она заключается, такая работа? – спросила я, – подозреваю, что это не та альтернатива, которой хочется воспользоваться здесь и сейчас.

– Это попытка продлить жизнь, которой пользуются многие, – ответила преподавательница, – но вы правы, работа изнурительная и подрывающая здоровье приговоренного. Они выступают в роли постоянных носителей, на которых и происходит изучение. Подвергаются регулярному гипнозу и проходят ритуал изгнания. Рано или поздно они погибают.

– Вообще-то, это не гуманно, – заключила Алиса.

– Это спасает массу жизней и предостерегает сомневающихся от необдуманных, преступных действий. И это их выбор, который они сделали самостоятельно, – жестко отрезала преподавательница.

Да уж, с преступниками тут не церемонились. А с предателями и вовсе даже не думали сюсюкаться. Наверное, это и правильно, особенно в том положении, в котором они сами находились.