Текст книги "Тайна блаженной Катрин (СИ)"

Автор книги: Светлана Щуко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 27 страниц)

5

Меня разбудил изменившийся звук колёс – теперь мы явно ехали по мощеной дороге.

Лекарь дремал, я заинтересованно выглянула в окно кареты. Наступали сумерки, моросил дождь. Мы проезжали мимо небольших каменных домов с красными черепичными крышами. По улице спешили неопрятные люди, бегали босые и грязные дети. Вдоль дороги сидели оборванные нищие с протянутыми руками для подаяний. Кое-где стояли фонарные столбы, и у одного из них мужчина устанавливал лестницу, чтобы зажечь фитиль. Было похоже, что мы сейчас передвигались по улицам окраины Парижа. Суета, крики и грязь. В нос ударили зловония, я отпрянула от окна и поморщилась.

Вспомнила очарование аккуратных старинных улочек Парижа из моего мира, пахнущего свежей выпечкой и ароматом кофе .

– М-да, возможно, ближе к центру будет получше, – прошептала я, но что-то внутри меня подсказывало, что всё будет совсем не так, а, возможно,и намного хуже.

Карету внезапно сильно тряхнуло, с улицы послышались громкие ругательства нашего кучера и ржание лошадей.

– Что, что случилось? – Арджун вскочил спросонья и, ничего не понимая, уставился на меня.

Я в ответ испуганно пожала плечами.

В тот же миг дверь распахнулась, и в неё заглянул разъярённый мужчина лет сорока в запылённой одежде, со шпагой на изготовку.

– Каналья! – заорал он и мгновенно осёкся, уставившись на меня, потом медленно перевёл взгляд на лекаря, и его глаза расширились в удивлении. – Арджун! Тысячи чертей, мои глаза меня подводят, ты ли это, дружище?

– Шевалье Дюссолье, какая встреча! – воскликнул поражённо лекарь и, метнув на меня молниеносный взгляд, вскочил и поспешно вышел из кареты, прикрыв за собой дверь.

– Что это было? – прошептала я ошеломлённо и придвинулась ближе к двери, прислушиваясь к разговору мужчин.

Я только что прибыл и сразу же направляюсь к королю с докладом. Хотел бы также обратиться к нему с просьбой о попечительстве над моей племянницей. Граф Арман, конечно, наидостойнейший из всех, но мы всё же с малышкой Кэтти – родная кровь.

– Шевалье, не знаю даже, как вам и сказать, – проговорил лекарь.

Повисла пауза.

– Что-то случилось еще, пока я был в плаванье? Не томите, месье, говорите.

– Два дня назад по приказу короля мадмуазель Катрин выдали замуж за барона де Сансе.

– Кэтти замуж? Это же полный абсурд! Ничего не понимаю. Как такое возможно?

– Это ещё не все новости, к сожалению. В дороге меня нагнал гонец от графа и сообщил, что новоиспечённая баронесса покончила с собой. Примите мои соболезнования, шевалье.

По двери снаружи кареты ударили, и послышалась отборная брань. От неожиданности я в испуге подскочила и на всякий случай отсела подальше от входа. Голоса отдалились, и о чём говорили мужчины, было уже не разобрать.

– Здрасти приехали, получается, что у меня ещё и дядюшка есть. Тогда почему он меня не узнал? – пробормотала я. – Всё интересней и интересней. Не знаю, хорошо это или плохо, но всё же в данной ситуации я предпочла бы и дальше оставаться круглой сиротой.

Дверь открылась, лекарь сел на своё место, и экипаж тронулся. Я вопросительно на него посмотрела.

– Вы всё слышали? – Я кивнула, ожидая продолжения.

– Это ваш дядя, старший брат вашей матери.

– Почему он меня не узнал?

Лекарь махнул рукой. – Он вас видел за всю жизнь всего несколько раз, насколько я знаю, он никогда не интересовался вашей жизнью. Шевалье постоянно в отъездах по поручению короля. Но вот что странно, известие о вашей кончине его не расстроило, а вот что вас выдали замуж за барона – разозлило сильно, это точно.

– Возможно, дело в наследстве? – предположила я.

– Нет, Катрин, на наследство вашего отца могут претендовать только наследники по его линии, а вы были последним представителем его рода. Здесь что-то другое.

Мы оба на некоторое время задумались. Как вдруг карета опять остановилась, и кучер громко прокричал: «Приехали, господин лекарь».

Я выглянула в окно: на большом двухэтажном здании висела на толстых цепях деревянная вывеска «Трактир тётушки Бено».

– Трактир? – я вопросительно посмотрела на Арджуна.

– Да, сегодня вы переночуете здесь, у мадам Бено, – лекарь слегка замялся и, как мне показалось, немного смутился. – Она моя старая знакомая, и я ей доверяю. А мне надо будет сходить к месье Гюлену и подготовить его к вашему приходу.

– Ладно, – ответила я, стараясь скрыть улыбку. Похоже, у нашего лекаря есть еще одна зазноба, помимо замковой поварихи.

В районе, где мы остановились, было чуть уютней, улицы, конечно, так и оставались грязными, с кучами лошадиного навоза и с текущими нечистотами по неглубоким желобам дороги. Но люди тут были намного опрятнее, одежды были более дорогие, и отсутствовали нищие вдоль дороги. Всё это говорило о том, что район принадлежит, скорее всего, зажиточным горожанам.

Трактир явно пользовалась успехом, светлый интерьер, чистенькие и весёлые подавальщицы, изумительный запах еды, вызывающий голодное слюнотечение практически с самого порога.

– Катрин, подождите меня здесь, – лекарь проводил меня к свободному столику возле дальней стены. А сам уверенной походкой прошел за барную стойку и исчез в проёме, занавешенном тяжёлой бархатной шторой.

Я, присев за стол, украдкой огляделась. Все столы были практически заняты в основном мужчинами, было несколько разнополых пар, но они сидели в полумраке у стены и старались, как и я, как можно меньше привлекать к себе внимание. Посередине зала веселилась большая компания молодых людей, одетая в дорогую одежду, по изобилию драгоценных украшений можно было предположить, что они принадлежат к дворянскому сословию.

– Господа, выпьем за наше удачное дело! Виват! – выкрикнул один из изрядно подвыпивших господ и залпом осушил кубок.

– Виват! – его дружно поддержали остальные.

Произносивший тост молодой мужчина утёр рот рукавом и довольным взглядом обвёл зал трактира. Его рассеянный взгляд остановился на мне.

Я быстро поправила глубокий капюшон накидки, прикрывая им лицо, и поспешно отвернулась к стене.

– И что это у нас тут за серенький мышонок сидит? – спросил тот же мужчина. Послышался звук отодвигающегося стула и звонкое цоканье шпор, приближающихся ко мне.

Вот чёрт, где же этот Арджун, если он сейчас не появится, то со мной, простолюдинкой, долго церемониться не будут. Господам не отказывают. Я быстро глянула на стойку, лихорадочно прикидывая ходы побега.

Больше не раздумывая ни секунды, я стремительно поднялась на ноги и бросилась в направлении стойки, но мужчина оказался куда проворнее – он ловко ухватил меня за взметнувшийся плащ и резко дёрнул на себя.

– Куда ты, мылышка, так спешишь? А ну-ка посмотрим, что там за подарочек. – Он развернул меня и сдёрнул капюшон.

– Ба, господа, да она настоящая красотка! – восторженно воскликнул он и, ухватив меня за волосы, запрокинул мою голову и впился в мои губы поцелуем.

Я начала мычать и вырываться, пытаясь освободиться. Мужская рука с силой дёрнула меня за косу, от обжигающей боли слёзы брызнули из моих глаз.

Страх мгновенно уступил место ярости, и я, собрав все свои силы, залепила ему коленом между его широко расставленных ног.

Мужчина взвыл, выпустил меня из крепких объятий и сложился пополам.

Получив свободу, я, не медля, подхватив юбки, помчалась в сторону спасительного проёма.

– Арджун, – кричала я, бегом продвигаясь по тёмному коридору. – Арджун, твою мать! Где ты? – Позади меня резко открылась дверь, я обернулась – в жёлтой полоске света появился лекарь, спешно заправляя рубашку в бриджи. Вслед за ним выплыло нечто необъятных размеров, утопающее в обилии белоснежных кружев, с белоснежными волосами и такими же белыми ресницами и бровями.

Я на секунду растерялась от необычного вида женщины, залипнув взглядом на ней, в замешательстве сказала: – Арджун, меня чуть не изнасиловали, пока ты тут с безешкой развлекался.

Женщина в удивлении широко распахнула глаза. Я, мгновенно поняв, что ляпнула что-то не то, стала поспешно извиняться:

– Мадам, приношу свои извинения, я совсем не хотела вас оскорбить, безешка – это такой воздушный десерт, бесподобно вкусный и тающий во рту, – затараторила я, понимая, что несу несусветную чушь.

Женщина сощурила глаза и, с лёгкостью отодвинув Арджуна в сторону , подплыла ко мне, окидывая меня оценивающим взглядом.

Внезапно за её спиной послышались пьяные ругательства: «Где эта маленькая дрянь, ей не жить, она осмелилась ударить дворянина. Где эта девка?» – орал мужик.

Безешка, не отрывая от меня взгляда, вдруг улыбнулась и промолвила басом, абсолютно не вязавшимся с её пышной и воздушной внешностью: «Арджун, она мне нравится». Бесцеремонно пихнула лекаря ко мне, сказала: «На кухню быстро», и, развернувшись в сторону продолжающего орать мужчины, поплыла ему навстречу, задевая пышными юбками стены узкого коридора.

– Господа, господа, успокойтесь, прошу вас, будут вам и девки, и вино за счёт заведения. – последнюю фразу она произнесла нарочито громко, и возмущённые ругательства оскорблённого месье утонули в ликующих и восторженных воплях его дружков.

Мы с лекарем расположились в укромном уголке просторной кухни и следили за тем, как проворные официантки сновали туда-сюда с полными подносами. Они забирали заказы и поднимались по лестнице, которая вела в противоположную сторону от той, по которой спустились сюда мы.

– Пока вы, сударь, предавались любви, меня чуть не изнасиловали, возможно, даже чуть не убили, – зло сквозь зубы прошептала я лекарю.

– Простите, баронесса, я хотел за вами сразу же вернуться, но мадам Бено была так настойчива, – пролепетал невнятно Арджун, покраснев до самых ушей.

Со стороны лестницы послышались грузные шаги и басистое причитание.

– Надо продавать трактир и уезжать в деревню на покой, сил больше моих нет, – в проёме появилась мадам Бено, обмахиваясь льняным полотенцем, по её полному лицу струился пот.

Мы с лекарем вскочили и в ожидании уставились на неё.

– Да не суетитесь вы, присаживайтесь, всё уладила, – она махнула девушке, и та, поняв её без слов, быстро принесла ей стул.

– Ну вы, однако, милая, дали маху, – засмеялась она, с кряхтением присаживаясь. – Знаете, Арджун, что ваше милое протеже сделало? Она залепила сыну виконда де Лафарг по мужскому достоинству, – женщина ударила руками по своим коленям и громко расхохоталась. – Милочка, вы мне всё больше и больше нравитесь, но ночевать вам сегодня придётся в моей комнате от греха подальше. – Она, продолжая смеяться, утёрла пот со лба.

Потом, резко замолчав, наклонилась в мою сторону и серьёзно произнесла: «Рецепт знаешь?»

– Простите? – от неожиданности и непонимания, о чём она, спросила её я слегка севшим голосом.

– Рецепт безешки той, о которой ты говорила.

Я в растерянности кивнула.

– Приготовить сможешь?

– Смогу, если у вас есть все ингредиенты.

– Говори, что нужно, – она махнула поварихе рукой, суетившейся возле плиты, подзывая её к себе.

– Прямо сейчас, что ли? – изумлённо спросила я.

– А чего тянуть-то!

– Ну ладно, – я покосилась на притихшего лекаря. – Надо два куриных белка и, – я окинула кухню взглядом и увидела бокал нужного размера, и, указав на него, добавила: – и вот такое количество сахара, а лучше сахарной пудры.

Мадам Бено звонко хлопнула в ладоши. – Все слышали, что нужно за дело!

Помощницы поварихи засуетились. На стол водрузили большой медный таз, в котором лежала прикрытая льняным полотенцем большая головка сахара. Отбив несколько кусочков ножом, одна из девушек поместила куски в мельницу для кофе и быстро перемолола.

– Нужна ещё глубокая миска и венчик, – сказала я, надеясь в душе, что взбивать белковую массу всё же тоже буду не я.

– Отлично, белки в миску и туда же пудру, – сказала я девушке, замерив нужное количество сахара бокалом. – Теперь бери венчик и взбивай до твёрдых пиков.

Девушка в недоумении на меня посмотрела и спросила: «До твёрдых пиков?»

– Взбивай, я тебе скажу, когда будет готово.

– А ещё нужна духовка, – я осмотрела кухню. Был огромный очаг, на вертеле которого жарился поросёнок, а рядом дровяная плита-печь, выложенная из обожжённого кирпича. – А где вы хлеб выпекаете? – спросила я, так и не найдя взглядом что-то похожее на духовку.

– Мы его сами не печём, у булочника закупаемся, – ответила мне мадам Бено. – Но, возможно, вот это подойдёт, – она открыла нижнюю заслонку у плиты. – Туда мы ставим кастрюли с готовой пищей, и она в течение дня всегда остаётся горячей.

– Ну, в общем-то, подойдёт, безе ещё называют забытым печеньем, оно должно готовиться в остывающей плите часов пять-шесть. – Тогда нам ещё понадобится сковорода, в неё мы выложим пирожное, поставим в печь, и до утра о нём можно будет забыть.

– Так просто? – Мадам в сомнении посмотрела на меня.

–Всё гениальное всегда просто, и поверьте, мадам, оно будет безумно восхитительно на вкус.

В детстве моя бабушка учила меня готовить, и каждое блюдо сопровождалось не только рецептом, но и историей его происхождения, так что в этом времени его ещё точно не изобрели, и меня можно смело назвать человеком, несущим с собой прогрессорство. Моё настроение взметнулось до небес, выпечка разнообразных сладостей было моим хобби, и все рецепты моих любимых пирожных и тортиков я знала наизусть. Если что, можно будет и кондитерскую открыть. В общем, со своими знаниями я тут точно не пропаду.

– Пока достаточно, – сказала я девушке, взбивающей белки. Все с любопытством окружили меня и ждали продолжения. Я немного встряхнула миску, проверяя массу, и аккуратно перевернула ёмкость вверх дном. Послышалось дружное «ах». Взбитый белок остался на месте.

– Ну вот, тесто готово, теперь его можно выкладывать и отправлять на сушку.– Ложкой аккуратно разместила будущие безе по дну большой сковороды, стараясь сделать их аккуратными и одинаковыми, в идеале, конечно, нужен кондитерский мешок или, на худой конец, кулёк из бумаги, но за неимением таковых и так даже очень неплохо получилось.

– Теперь ставим сюда, я засунула руку в углубление под плитой и сразу её отдёрнула, в нём было достаточно жарко, на вскидку градусов семьдесят точно. – Очень хорошо, – сказала я и, поставив внутрь сковородку, закрыла заслонку. – Теперь ждём шесть часов, и наивкуснейшее лакомство готово.

Я замерла напротив хозяйки трактира, довольно улыбаясь.

– Кто бы мог подумать, такая молоденькая, смышлёная, храбрая девочка, а уже вдова. – Мадам подошла ко мне и ласково прикоснулась к моей щеке. – Я вот тоже рано овдовела, бог детей не дал, второй раз замуж решила не выходить, а вот на вас, милая, смотрю и теперь жалею об этом. От такой доченьки я бы точно не отказалась. Ну ничего, ничего, батюшка ваш подыщет партию достойную вас, а если что, так и я подсоблю.

– Ну уж нет, спасибо, замуж в ближайшее время я точно не собираюсь. – Фыркнула я и сразу же осеклась. Все, кто был в кухне, замерли и изумлённо уставились на меня.

– Слишком тяжки воспоминания. – Быстро поправила я себя, низко опустила голову и притворно всхлипнула. По кухне пронеслись сочувственные охи. Вот я дурында, надо следить за языком, в этом времени любая девушка стремится выйти замуж и получить опору и защиту в виде мужа... Ну или, по крайней мере, покровителя.

Если ты одна, то у тебя нет ни прав, ни денег, да и шансов просто выжить становится значительно меньше.

Внезапно на верхнем этаже раздались крики, послышался звон разбивающейся посуды и грохот

падающей мебели.

– Что там за шум? Жаклин, сбегай разузнай, – приказала хозяйка трактира девушке.

Не успела помощница поварихи сделать и шагу, как по ступеням сбежала, истерично вопя, подавальщица.

– Мадам, дворяне устроили драку. Нашего вышибалу шпагой закололи, и ещё кого-то, там такое творится, они требуют вас. – Девушка закрыла лицо руками и разрыдалась.

– Да чтоб тебя, так я и думала, жди с ними беды. Арджун, нужно срочно позвать гвардейцев. Сможешь?

Лекарь с готовностью кивнул.

– Иди через чёрный ход, выйдешь на хозяйственный двор, возьмёшь там лошадь. Гвардейцы стоят через два квартала отсюда.

Арджун бросился к лестнице, ведущей в тёмный коридор, из которого мы пришли ранее.

Крики и вопли становились всё громче, я принюхалась – запахло гарью.

– Пожар! – кто-то завопил наверху. Девушки завизжали и в суматохе кинулись к лестнице, по которой совсем недавно убежал лекарь.

Я в растерянности стояла и смотрела на побледневшую мадам Бено, которая рухнула на стул и схватилась за грудь в области сердца, губы на её белом лице посинели.

– Чувствую, милая, что мне отведать твоих безешек в ближайшее время так и не удастся. Что встала, беги за девушками, а то заплутаешь.

– А как же вы? Я вас не оставлю. – Я подбежала к ней и схватила её за руку. – Обопритесь на меня, мадам, я вам помогу.

– На всё воля божья, деточка, беги, я немного посижу, отпустит, и я сразу же приду вслед за вами. – Она ободряюще похлопала своей ладонью мне по руке.

Всё сильнее пахло дымом, на верхнем этаже послышался треск. Помочь такой тучной женщине подняться по лестнице у меня точно не хватит сил.

– Я за мужчинами, мы вытащим вас, – я вскочила и, не теряя времени, помчалась к лестнице.

– Подожди, – раздался позади меня слабый голос мадам Бено. Я обернулась, женщина встала и медленно пошла ко мне.

– Возьми, возможно, тебе пригодится, – она сняла с шеи серебряный кулон. – Это печать гильдии трактирщиков, в которой я состою, при предъявлении этого все права, закреплённые за мной, перейдут к тебе, и вот ещё, – она покопалась в юбке и достала бархатный увесистый мешочек. – Спрячь в корсет это золото, а теперь беги, – она осела на ступеньки, пот струился по её лицу, дыхание стало тяжёлое и прерывистое.

– Мадам, – я присела возле неё.

– Беги, говорю, быстро! – зло выкрикнула она и с силой оттолкнула меня.

Огонь уже распространился по коридору, из-за плотного дыма ничего не было видно. Я приподняла подол платья, защитив им лицо, и медленно пошла на голоса, которые, судя по всему, доносились с улицы.

Коридор казался бесконечным, глаза слезились, дышать становилось всё труднее.

– Катрин, Катрин! – услышала я голос лекаря, который, отчаянно вопя, звал меня по имени.

– Я здесь! – громко выкрикнула я, собрав последние силы, и закашлялась. Голова закружилась, и я почувствовала, что вот-вот упаду в обморок. Собравшись с духом, я рванулась вперёд. Чьи-то руки подхватили меня в последний момент, прежде чем я провалилась в безмолвную темноту.

– Плохой я отец, Арджун, если бы я тогда не согласился на брак моей малышки Жанны, то моя дочь сейчас была бы жива, – тихо сказал мужской голос с горечью и болью.

– На всё божья воля, дорогой мой друг, тут нет твоей вины, – ответил ему знакомый голос лекаря. – Юная баронесса тоже осталась одна, я помогаю ей, но я связан словом с графом, ты же знаешь, мне скоро придётся вернуться.

– Да, девочка попала в сильную передрягу, будь она моя дочь, я бы всё сделал, чтобы её спасти. Арджун, она так удивительно похожа на Жанну, – голос мужчины дрогнул, и кто-то убрал локон волос на моём лице.

Я лежала, прислушиваясь к разговору двух мужчин, стараясь не шевелиться. Болела голова, но в общем состояние моё было более-менее сносно. Главное, жива осталась. Мадам Бено, скорее всего, так не повезло, как мне, с горечью подумала я, и горло сжалось в спазме, вызвав сильный кашель.

Я инстинктивно закрыла рот рукой и распахнула глаза. Рядом с кроватью, где я лежала, стояли лекарь и незнакомый пожилой мужчина с огненно-рыжей шевелюрой и такими же усами, торчащими в разные стороны.

– Катрин, слава богу! Как вы себя чувствуете? – спросил меня обеспокоенным голосом Арджун.

– Спасибо, хорошо, – ответила я ему и улыбнулась, продолжая рассматривать забавную внешность рыжего месье.

– Вот, дорогая, выпейте, это отвар из трав, он смягчит ваше горло и поможет быстрее очистить кровь от угарного газа. – Арджун помог мне присесть и подал кружку с жидкостью, пахнущей валерьяной, пустырником и мелиссой.

Я сделала глоток ароматного настоя. «Благодарю», – произнесла я, намереваясь задать вопрос, ответ на который был мне известен, но всё же я надеялась на чудо.

– Мадам Бено? – с надеждой в голосе спросила я.

Арджун покачал головой и отвернулся, скрывая увлажнившиеся глаза от слёз.

Месье Гюлен перекрестился. «Хорошая женщина была, упокой господь её душу».

– Виновных накажут?

– Да кто же их накажет? У мадам родни не было, суда над виновниками просить некому. Да если б и были, кто против этих дворян выступит, ещё и виноватым останешься. Месье Гюлен покачал головой.

– Приношу извинения, баронесса. Я сразу не представился, к вашим услугам, месье Гюлен. Мужчина слегка поклонился.

– Очень приятно, месье, только я теперь не баронесса. Можно сказать, что я никто. Я усмехнулась. – Зовите меня по имени, мне будет весьма приятно.

– Арджун мне рассказал вашу историю, и я, всё взвесив, решил вам помочь и сочту за честь назвать вас своей дочерью.

Я удивлённо заморгала, совсем не ожидая, что мой вопрос сможет решиться так легко, и перевела взгляд на Арджуна.

– Мой друг, уверяю вас, вы никогда не пожалеете о своём решении. Баронесса – это кладезь знаний и умений, она принесёт славу вашему имени, вот увидите, – лекарь довольно потёр руки. – Месье Гюлен, вы сняли огромную тяжесть с моих плеч.

– Катрин? Что скажете?

– Я даже и не знаю, как выразить свои чувства, – я растерянно переводила взгляд с одного мужчины на другого. – Это так неожиданно, вы спасаете меня, месье, в прямом смысле этого слова, я так вам благодарна. – Слёзы потекли из моих глаз.

– Ну-ну, милая, не стоит, всё будет хорошо. Сегодня же справлю вам документы. А сейчас извините меня, пойду распоряжусь насчёт завтрака. – Месье Гюлен поклонился и вышел из комнаты.