Текст книги "Тайна блаженной Катрин (СИ)"

Автор книги: Светлана Щуко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 27 страниц)

Я не успела договорить. Почти рядом с нами внезапно послышались мужские голоса. Мы замерли, прислушиваясь.

Несколько мужчин уверенно шагали по берегу реки, где виднелась хорошо утоптанная тропа. Клэр резко схватила меня за руку и потянула к каменной насыпи, скрывавшейся среди густых зарослей кустарника. Укрывшись за ней, мы затаили дыхание, превратившись в две неподвижные тени, и начали внимательно наблюдать за происходящим.

Люди были покрыты слоем грязи, а в руках каждого была тяжёлая кирка.

– Как думаете, хозяин нам завтра заплатит? – заговорил один из них.

– Да никакой он не хозяин, моя бабка говорила, что испокон веков тут женщины были хозяйками, а этот всё тайком делает, значит, ворует. – ответил ему другой.

– Мужики, вы бы на эту тему не говорили, везде уши есть, вы новенькие и не знаете, наших-то вон сколько попропадало за последнее время, и тоже любили поговорить на такие темы. Есть работа, и, слава богу, в наших краях её тяжело найти.

Мужчины, поохав, продолжили дальнейший свой путь в молчании.

– Это рабочие на шахте работают, – прошептала Клэр, когда шахтёры скрылись за поворотом реки.

– Нам, я так понимаю, тоже в ту сторону, – ответила я ей тоже шёпотом.

– Подождём немного и тоже пойдём, они, скорее всего, в деревню направляются.

– Шахты ведь закрыты, насколько я знаю, одна вообще затоплена.

– Одна работает и уже давно, там самоцветы добывают, – ответила сестра.

– А ты знаешь, что они тоже наши, как и усадьба? Ведь если всё восстановить...

– Ты такая наивная, Катрин, на всё нужны деньги, а у нас их нет. А я так вообще живу без каких-либо документов, для всех я мертва. Клэр горько вздохнула, задумавшись.

– Марго мне рассказала, как вы всё это провернули, только мне непонятно, для чего тебе всё это понадобилось?

– Долгая история, но если кратко, в этом замешан наш дядька, только я совсем не знала, что он наш родственник, и не понимала, что я для него делаю, да я на тот момент, если честно, старалась не вникать в подробности, платил он хорошо, и этого было достаточно. Только вот... Она замолчала, опустив глаза.

– Что? – спросила я, придвигаясь к ней ближе.

– В один момент всё пошло не по плану, влюбилась я, – ответила Клэр и посмотрела на меня глазами побитой собаки.

Я уже догадалась, в кого, но всё равно для верности спросила: «Кто он?»

– Граф де Сансе, я не могла поступить иначе. Всё зашло слишком далеко. Я ждала ребёнка... – Клэр тихо зарыдала, уткнувшись в ладони.

Я с трудом сглотнула ком, подступивший к горлу, и обняла сестру.

Шевалье узнал об этом и пришел в неописуемый восторг. Он заявил, что всё теперь иначе и я должна заманить графа сюда, потому что у него появились другие планы на его счет. Я оказалась в безвыходном положении. Если бы я рассказала графу всю правду, он бы наверняка отверг меня. Это в лучшем случае. В худшем – его гнев мог привести меня прямо на виселицу. Ведь я выполняла преступные поручения нашего дядьки. Играть свою роль, оставаясь под покровительством шевалье, я больше не могла. Случай падения с лошади определил всю мою дальнейшую судьбу. Я потеряла ребёнка, и в создавшейся ситуации мне оставалось только одно – умереть, исчезнуть навсегда.

–И скажу, ты провернула это мастерски, – я ей улыбнулась и, вздохнув, продолжила. – Только вот, потеряв тебя, наш дядюшка переключился на меня.

Клэр схватила меня за руки, её глаза горели безумной болью. Она смотрела на меня, словно пытаясь проникнуть в самую глубину моей души. Её голос дрожал, но в нём звучала отчаянная мольба: – Я не знала, что баронет – мой отец, а ты – моя сестра. Сможешь ли ты когда-нибудь простить меня?

Я обняла её, чувствуя, как внутри меня поднимается волна нежности и сострадания. – Я никогда не винила тебя, Клэр.

Она вздрогнула и прижалась сильнее ко мне, всхлипывая.

– Почему наш отец умер? – спросила я.

Её голос стал тише, почти шёпотом. – Наш дядя... Ночью мы пробирались в дом. Я переодевалась в белую рубаху, чтобы стать похожей на привидение. Я бродила по коридорам, и однажды отец увидел меня.

Её дыхание стало прерывистым. – Он принял меня за... за нашу погибшую мать.

Я замерла, не в силах произнести ни слова. Клэр закрыла глаза, её плечи дрожали. – Его хватил удар.

Мы сидели в тишине, не размыкая объятий, каждый думая о своём.

– Знаешь, после смерти отца, – начала я, – прошло совсем немного времени, и моим опекуном стал твой граф. Меня выдали замуж за его брата, барона.

Мой смех вырвался неожиданно, словно прорвавшаяся плотина. Я смеялась, пока слёзы не смешались с улыбкой. Цепочка событий, выстроившаяся в моём сознании, казалась причудливой и почти нереальной.

– Я ведь тоже имитировала свою смерть, и моё имя сейчас по документам – Жанна Гюлен. Теперь я могу представить состояние нашего дядьки, скорее всего, он готов нас с тобой разорвать на части. Ведь все его планы, связанные с нами, бесконечно рубились на корню.

Клэр улыбнулась и сказала:

– Ещё бы знать, какие именно планы, но мы узнаем непременно. И он понесёт наказание за все свои злодеянья.

Мы наконец вышли к тракту и укрылись в густых зарослях. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь шелестом листвы и редким щебетом птиц. Солнце было в самом зените. Вдали виднелась наша родовая усадьба, выглядевшая как древний страж времени.

Высокие кирпичные стены, некогда покрытые побелкой, теперь были покрыты мхом и плющом, который, словно стараясь скрыть её, оплетал каждый выступ и трещину. Окна, когда-то сверкавшие чистотой, были заколочены досками. Дом, казалось, был погружён в глубокий сон, укрытый от посторонних глаз густым лесом и диким вьюном.

Мы стояли, наблюдая за этой величественной и одновременно печальной картиной, чувствуя, как тяжесть прошлого окутывает нас.

– Интересно, как долго нам ждать твоих? – спросила Клэр, растягиваясь на траве и позевывая.

Я пожала плечами, присаживаясь рядом. События минувшей ночи настолько вымотали, что и мне безумно захотелось прилечь рядом с ней и вздремнуть хотя бы часок.

– Навряд ли сюда кто-то поедет, кроме них, и раз с ними нянюшка, то я думаю, они не только будут верхом, но и с каретой, мы их однозначно не пропустим, – ответила я, тоже зевнув. – Давай по очереди коротать, ты поспи, потом я.

Клэр, прикрыв глаза, громко зевнула. «Отлично», – сказала она и через мгновение уже сладко посапывала.

Я прислонилась спиной к стволу старого дуба. Небо над головой затянули густые облака, и сквозь их серость пробивались редкие лучи солнца, создавая причудливые узоры на земле. Веки отяжелели, и я прикрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на предстоящем деле. В голове проносились десятки возможных сценариев, как нам проникнуть в дом и застать дядю врасплох. Я перебирала каждую деталь, каждый шаг, каждый возможный поворот событий. Но, несмотря на все мои старания, мысли постепенно начали путаться, и я незаметно погрузилась в дремоту, убаюканная мягким шёпотом ветра.

Я внезапно вынырнула из глубокого сна, словно кто-то выдернул меня из вязкой трясины. Сначала раздался громкий хруст ветки, похожий на треск ломающегося дерева. Звук был настолько внезапным и близким, что я резко открыла глаза. Затем чья-то сильная рука, словно из ниоткуда, резко и грубо зажала мне рот, заглушая крик. Время словно замедлилось, и я ощутила, как воздух резко покинул мои лёгкие, оставив их пустыми. Сердце забилось с бешеной скоростью, как пойманная в силки птица, а сознание заполнилось паникой и отчаянием.

Я замычала и задёргала ногами, пытаясь вырваться.

– Тихо ты, чумная баба, – раздался возле моего уха знакомый голос. – Это я, Шут, не узнала что ли?

Я замерла, скосив взгляд в сторону. Передо мной было лицо карлика, на котором играла довольная улыбка. За ним стояли двое мужчин, чьи фигуры и выражения лиц свидетельствовали о том, что они были вовлечены в происходящее и, возможно, разделяли радость Шута.

–Ну узнала наконец, орать не будешь? – спросил он.

Я усердно закивала головой.

Карлик убрал свою ладонь с моего лица и подал мне руку, помогая подняться.

Место, где спала Клэр, было пусто, и о том, что она тут была, указывала лишь помятая трава.

Я насупилась, скрестила руки на груди и, глядя на них, сказала с лёгкой издёвкой:

– Что, снова здравствуйте? На этот раз хотя бы не били по голове.

Они переглянулись, явно не понимая, о чём я говорю. Шут, который до этого стоял чуть в стороне, сделал шаг вперёд и обошёл меня по кругу, внимательно осматривая с головы до ног.

– Не понял, это что, опять ты? – спросил он, разочарованно скривившись. – Ты точно не Клэр?

– Точно-точно, – раздался звонкий и весёлый голос сестры, внезапно появившейся из густых зарослей. – Шут, плут, косой, как же я рада вас видеть! – воскликнула Клэр и, не сдержав эмоций, бросилась к ним с распростёртыми объятиями.

Радость всех четверых была неподдельной.

– Малышка, мы как узнали, что ты жива, сразу сюда, – пробасил один из мужчин.

– Как вы узнали? От кого?

– Мы встретили в соседней деревне хромого Бонни, он-то нам и сказал, что видел тебя у местной ведьмы, – ответил Шут.

– Как вы тут вообще оказались, паразиты вы мои? – Клэр, смеясь, потрепала самого молодого по волосам.

Карлик посмотрел на меня:

– За шевалье следили и его слугами, они похитили её, и папаша велел проследить и всё выяснить.

Клэр подошла ко мне и, обняв за плечи, сказала:

– Позвольте, господа, вам представить: моя сестра баронесса Катрин де Сансе.

Молодой мужчина присвистнул. Шут подошёл к нам и окинул нас оценивающим взглядом.

– Очень похожи. Папаша, как всегда, был прав, что вы сёстры, только в одном ошибся, вы не дочери месье Гюлена, – задумчиво сказал он.

– Тихо, кто-то едет, – предупреждающе сказал молодой, и мы все дружно повернулись в сторону дороги, присев за кустарником.

23

По пыльному тракту медленно катилась карета, запряжённая четвёркой уставших лошадей. Её лакированные бока блестели на солнце. Впереди, на породистых скакунах, гарцевали два всадника – граф и виконт. Их длинные плащи развевались на ветру, а высокие шляпы с перьями придавали им величественный вид. Они внимательно оглядывались по сторонам, словно выискивая что-то важное среди однообразной сельской местности. В их глазах читалась смесь тревоги и решимости, а на лицах – напряжение, выдающее их озабоченность. Виконт поднял руку, и карета остановилась немного не доехав до нашего укрытия.

– Арман, – прошептала Клэр ошарашенно.

– На козлах, не пойму, большой Луи, что ли, – тоже шёпотом сказал один из мужчин.

– А эти что тут делают? – покосившись на меня, промолвил Шут.

Я промолчала, не отрывая сосредоточенного взгляда от дороги.

Граф с виконтом спешились и, что-то сказав Луи, повели лошадей с тракта к лесу. Карета направилась вслед за ними.

Убедившись, что Арман и Николас, видимо, тоже решили спрятаться и понаблюдать, я обратилась к сестре.

– Что будем делать? – спросила я, смотря на Клэр. Её глаза горели, а щёки пылали румянцем. Было ясно, что она не могла усидеть на месте.

– Я не знаю, – выдохнула Клэр, её голос дрожал. Она нервно теребила край платья, будто пытаясь унять волнение. – Но я точно знаю, что не могу просто стоять и ничего не делать.

Её движения стали резкими и порывистыми, как будто она вот-вот сорвётся с места в стремительный бег навстречу своему возлюбленному. Я ощутила, глядя на неё, как внутри меня нарастает странное, почти неуловимое напряжение. Виконт был мне всего лишь очень симпатичен, но что-то внутри, словно невидимая сила, заставляло моё сердце биться быстрее, а дыхание сбиваться при мысли о нём.

– Дамы, может, вы всё-таки объясните, что происходит? – спросил Шут, озадаченно окидывая нас взглядом.

– Шут, ты же знаешь мою историю, – Клэр обратилась к карлику, сложив руки на груди.

– Ну допустим, – Шут подошёл ближе к ней.

– Ты же растил меня как дочь, помоги нам. Прошу тебя, нам сейчас нечем вас будет отблагодарить, но ты же знаешь, что я в долгу не останусь.

Шут прищурил один глаз. – Я так понимаю, что сестрицу твою Дюссолье так разукрасил, – и перевёл взгляд на меня.

Я растерянно кивнула, не понимая, к чему клонит Клэр.

– Ты же знаешь, детка, мы своих не бросаем. Но сама понимаешь, папаша... Хотя, я уже давно мечтаю отойти от дел и уйти на покой, купить домик в деревне, возможно, завести семью, – карлик прикрыл глаза, мечтательно улыбнулся.

– Сколько? – спросила Клэр, усмехнувшись.

Шут развёл руками.

– Ну, это зависит от того, какая помощь тебе нужна. И от того, сколько ты сможешь предложить в ответ.

Его голос звучал мягко, почти вкрадчиво.

Клэр посмотрела прямо в глаза собеседнику, пытаясь уловить его реакцию.

– Нам нужно, чтобы вы помогли нам вывести из игры нашего родственничка, ваша задача – отвлечь его, – сказала она, не отводя взгляда. – Если что-то пойдёт не так, нам понадобится ваша помощь в том, чтобы... чтобы обеспечить ему путь к праотцам.

Каждое слово было взвешенным, словно она репетировала эту фразу. Её тон не оставлял места для двусмысленности, но в нём чувствовалась скрытая угроза. Шут, казалось, понял это, его лицо слегка напряглось, но он не отвёл глаз.

– Душегубство, детка, это совсем другие расценки, и опять же грех на душу... – Карлик опять хитро прищурил глаз, добавив: – И опять же папаша и ребятки мои что-то должны получить. Ну не знаю, боюсь, не осилишь.

Я резко повернулась к сестре, осознав её замысел.

– Ты хочешь проникнуть в дом через тот наш путь, пока они будут отвлекать нашего дядьку? – спросила я. Её взгляд, полный решимости, и лёгкий кивок подтвердили мои догадки.

– Сколько? – уже спросила я у Шута.

Он подошёл к нам ещё ближе и тихо сказал: «Сто золотом».

Клэр дёрнулась, возмущённо прошипев ему в ответ:

– Шут, ты в своём уме? За такие деньги можно купить целое поместье.

– Много? Ну ладно, по старой дружбе скину немного. Восемьдесят золотом, и это окончательная цена.

Клэр шумно выдохнула, её грудь вздымалась от возмущения, а глаза метали молнии. Она глянула в сторону мужчин, стоявших рядом. Они внимательно слушали нас, не сводя глаз, и их рты были приоткрыты в немом изумлении.

– Сами справимся, – наконец произнесла она, её голос прозвучал твёрдо, но в нём всё же угадывалось лёгкое напряжение. Она развернулась, её взгляд был устремлён вперёд, а рука крепко схватила мою, словно она пыталась передать мне свою решимость. Мы молча направились в сторону, где скрылись граф и виконт.

– Ну так и быть, пятьдесят! – выкрикнул нам в спины Шут.

Клэр остановилась и, усмехнувшись, повернула обратно.

– Только, детка, где ты возьмёшь такую сумму? Графа своего ограбишь? – Карлик противно засмеялся.

Сестра мгновенно сжала кулаки, уже готовая резко ему ответить, но я опередила её.

– У меня есть предложение получше. Прелестный домик в деревне и каждому из вас по десять золотых.

Шут резко спросил: «Откуда у тебя это?»

Я ответила, не отводя взгляда: «Это наследство мадам Бено».

Он подошёл ближе, его лицо оказалось почти вплотную, и, сверля меня взглядом, потребовал: «Чем докажешь?»

– Она передала медальон гильдии мне, – ответила я, стараясь говорить уверенно.

Маленький мужчина замолчал, его губы сжались в тонкую линию, а глаза задумчиво прищурились. Я видела, как в его голове крутятся мысли.

Подбоченившись, как это делала моя сестра, когда была настроена решительно, я сказала: «Это последнее предложение».

Его взгляд стал ещё более цепким, будто он пытался проникнуть в самую глубину моих мыслей, чтобы понять, говорю ли я правду.

– Ну, на нет и суда нет! Пойдём, Клэр.

– Стойте! По рукам! Что надо делать?

–Сначала нам нужно встретиться с теми, кто пришел меня спасать, – произнесла я, кивая в сторону людей, укрывшихся в лесных дебрях.

– Как пожелаете, миледи, – карлик церемонно поклонился, его глаза сверкнули лукавым огоньком, а губы растянулись в широкой, почти ослепительной улыбке.

– Вот глупцы! Их же видно издалека, – вдруг возмутился молодой мужчина, его палец указывал в сторону тракта. Мы все как по команде обернулись в указываемую сторону.

На обочине дороги, ближе к лесу, неторопливо вышагивали граф и виконт, их фигуры четко вырисовывались на фоне яркого солнечного света. Они оживленно обсуждали что-то, их жесты были резки и эмоциональны.

Внезапно шут издал громкий свист, который разорвал тишину леса. Господа на мгновение застыли, их лица отразили удивление и настороженность. Затем, словно по команде, они одновременно вытащили шпаги из ножен и начали озираться по сторонам, пытаясь определить источник звука.

Я выглянула из-за кустов, затаив дыхание, и тут же крикнула: «Эй!» Звук моего голоса эхом разнёсся по лесу, привлекая их внимание. Мужчины резко повернули головы в мою сторону, их лица выражали смесь удивления и настороженности. Я помахала им рукой, приглашая подойти ближе.

– Кляр? – неуверенно произнёс граф, прищурившись.

– Катрин? – через мгновение сказал виконт.

Они почти одновременно произнесли разные имена, но, похоже, пришли к одинаковому выводу. Не сговариваясь, мужчины бросились ко мне.

Я быстро юркнула обратно в укрытие и встала рядом с дрожащей сестрой. Осторожно, но крепко обняла её за плечи, стараясь передать ей свою уверенность и поддержку.

Внезапно тишину разорвал резкий треск ломающихся веток. И из кустов на поляну вывалились два взъерошенных месье. Их движения были хаотичными, а лица выражали смесь тревоги и решимости.

Граф замер, словно окаменев, и мгновенно, без колебаний, его взгляд устремился на Клэр, застывшую в безмолвии. В его глазах отразился целый спектр эмоций: восторг, смешанный с глубокой, почти неземной любовью, которую он не мог выразить словами.

– Клэр! – воскликнул он и протянул в её сторону руки.

Я заметила, как сестра замялась, и настойчиво подтолкнула её в сторону Армана. Её плечи вздрогнули, и она, с трудом сдерживая слёзы, сделала шаг вперёд. Я прошептала:

– Иди же, он ждёт тебя.

Сестра сделала ещё один неуверенный шаг, а затем, словно преодолев невидимую преграду, кинулась в его объятия, громко всхлипывая.

– Какая сила любви, – прошептала я, не в силах отвести взгляд от этой пары. Они стояли, обнявшись, словно весь мир вокруг перестал существовать. Их лица светились счастьем, а глаза, казалось, видели только друг друга. В этом мгновении было что-то волшебное.

– Смею надеяться, мадам, что у нас с вами тоже всё будет также, – произнёс виконт, наклонившись так близко, что его горячее дыхание коснулось моей щеки. Его голос прозвучал так интимно, что я почувствовала, как сердце замерло, а затем забилось быстрее. Я не знала, как реагировать на этот неожиданный момент близости, и стояла, словно заворожённая. Он нежно убрал локон с моей щеки, которым я усердно пыталась прикрыть свой лиловый синяк.

– Что это? – Рука его замерла. – Кто это сделал с вами? – Глаза виконта заметали молнии, а лицо исказилось в ярости.

– Дядька их, шевалье Дюссолье, – раздался голос Шута у нас за спиной.

Николас стиснул кулаки так, что костяшки побелели, а в глазах промелькнуло ледяное пламя. Его дыхание стало прерывистым, а в воздухе витало напряжение, готовое взорваться.

– Уничтожу его! – прошептал он сквозь стиснутые зубы, его голос был похож на лезвие ножа, разрезающее тишину.

Осторожно, почти невесомо, я взяла его руку в свои ладони, чувствуя, как его тело дрожит от сдерживаемого гнева. Второй рукой я нежно, но твёрдо провела по его предплечью, стараясь передать ему своё спокойствие, свою уверенность.

– Всему своё время, дорогой виконт, – сказала я, глядя ему прямо в глаза. – Мы не можем позволить себе действовать импульсивно. Нужен план, чёткий и продуманный.

Николас резко выдохнул, словно пытаясь выпустить из себя всю ярость. Его пальцы слегка расслабились, но в глазах всё ещё горел огонь. Я почувствовала, как он делает над собой усилие, пытаясь взять себя в руки, взять под контроль свою бурю.

– Хорошо, баронесса, – наконец произнёс он, его голос был хриплым, но уже более спокойным. Его взгляд немного смягчился, когда он посмотрел на целующихся Армана и Клэр. – Давайте отойдём подальше. Не будем мешать влюблённым и дадим им время насладиться друг другом. А вы мне тем временем расскажете всё, что с вами случилось, и как мы будем действовать далее.

В ходе моего рассказа виконт резко вскакивал с поваленного дерева, на которое мы присели, его эмоции бушевали, словно шторм на море. Мужчины, присоединившиеся к нам, не могли сдержать возмущённых возгласов, их голоса звучали всё громче, наполняя воздух напряжением и негодованием.

– Ну вот как-то так, – подытожила я, упустив некоторые детали, связанные с нашими родовыми способностями перемещаться с помощью кольца.

Виконт бросил взгляд на подошедших влюбленных и, слегка нахмурившись, начал излагать свой план:

– Значит, план такой. Месье Шут и его команда займутся шевалье, отвлекая его внимание. В это время мы с вами, используя подземные ходы, проникнем в дом через тайный вход. Это позволит нам застать врасплох вашего дядьку.

– Я бы на вашем месте с ним церемониться не стал, сразу бы пустил в расход, поверьте мне, шевалье ещё та скользкая личность, от него ожидать можно что угодно, – сказал Шут серьёзным голосом.

Граф, обращаясь ко всем нам, с глубокой серьезностью произнес:

– За все его преступления он должен предстать перед королевским судом. Мы обязаны предать это дело огласке, иначе девушкам будет невероятно сложно вернуть свои законные земли и титулы.

Его взгляд, полный любви и решимости, остановился на Клэр, словно он хотел, чтобы она поняла всю важность происходящего и почувствовала его поддержку.

– Ну как знаете, благородные господа, я вас предупредил, – произнёс карлик, ухмыльнувшись.

Как ни тяжело было это признать, но я не могла отрицать правоту Шута. Осознавая, на что способен наш дядя, и испытав это на себе, я понимала, что его слова о ликвидации нашего родственника на месте имели под собой весомые основания. Глянув на задумчивую Клэр, я поняла, что она, скорее всего, тоже придерживается того же мнения, что и я.

Николас посмотрел на меня: – Катрин, сколько нам потребуется времени, чтобы добраться до того грота, где вы оставили Карму?

Я задумалась, оценивая расстояние и возможные препятствия. – Путь туда займет около часа, если идти напрямик. А от входа в подземелье до самого входа в дом не могу точно сказать – возможно, столько же или чуть больше. Так что в общей сложности, думаю, больше двух часов.

Николас кивнул, слегка нахмурившись, будто прикидывая что-то в уме. – Значит, нам лучше поторопиться. Тогда делаем так: мы выдвигаемся сейчас, а месье Шут с товарищами отправляется в дом часа через два.

– Что вы скажете месье шевалье о причинах вашего прибытия? – неожиданно задал вопрос граф и посмотрел на карлика. По его взгляду было заметно, что он не слишком ему доверяет.

– Поверьте, месье граф, мне есть что ему сказать! – ухмыляясь и прищурив глаз, ответил ему Шут и, переведя взгляд на меня, добавил: – Я надеюсь, мадам, наши договорённости в силе?

– Не сомневайтесь, месье, я умею держать своё слово, надеюсь, и вы тоже. – ответила я ему, улыбнувшись.

Тщательно обсудив все нюансы наших совместных действий в доме, мы вчетвером отправились в путь и уже через час достигли входа в грот.

Карма отсутствовала, плащ Клэр был аккуратно сложен и уложен на импровизированной лежанке. Рядом стоял фонарь.

Решётка, преграждающая вход, оставленная нами ранее, была в том же положении, что и прежде. Мужчины, потратив некоторое время на безуспешные попытки сдвинуть её с места, наконец-то, приложив достаточно усилий, смогли поднять тяжёлую конструкцию. Затем последовал кропотливый процесс разжигания огня, который, казалось, занял целую вечность. Наконец фитиль в фонаре был зажжён, и мы шагнули в тёмное пространство туннеля.

Мы уже некоторое время шли сквозь густую тьму, поглотившую всё вокруг. Виконт, словно маяк в этом мраке, шёл впереди, высоко держа фонарь над головой и держа меня за руку. Его шаги были уверенными, а рука, сжимавшая мою, была стальной – в ней чувствовалась не только сила, но и страх. Казалось, он боялся, что я могу раствориться в этом безмолвном пространстве или попытаться ускользнуть.

Сзади нас, на некотором расстоянии, тихо перешёптывалась влюблённая пара. Их голоса, приглушённые расстоянием, то и дело прерывались звуками поцелуев. Каждый раз, когда они останавливались, я ощущал, как их страсть и нежность наполняют воздух вокруг нас, заставляя меня чувствовать себя весьма неловко, так как мысли мои в этой темноте были совсем далеки от того, что ждало нас в доме.

– Николас, ваши пальцы так крепко стиснули мою ладонь, словно вы опасаетесь, что я исчезну, – произнесла я с лёгкой усмешкой, стараясь придать своим словам игривый оттенок. Этот комментарий был попыткой разрядить напряжённую атмосферу, которую создавали мои собственные мысли о поцелуях и всём, что за ними могло бы последовать. Я чувствовала, как внутри меня бушует вихрь эмоций, и хотела отвлечь себя от этого.

Хватка немного ослабла, и за этим последовал вопрос: – Катрин, скажите, хотя бы иногда вы вспоминали обо мне?

Я промолчала, немного растерявшись. Врать совсем не хотелось, но и говорить правду, что мне просто-напросто и думать-то об этом было некогда, – тоже. Я слегка сжала свою руку.

– Я о вас думал каждую минуту, да что там, каждую секунду, я с ума сходил, когда вас похитили... – Виконт замолчал, опять сильнее сжав мою руку. – Мадам, прошу вас, не покидайте больше меня. Почему вы молчите? – На последнем предложении его голос дрогнул.

– Я постараюсь, – ответила я ему как можно мягче.

Я мечтала о большем, чем просто держаться за руки, и в свете последних событий могла бы выйти за него замуж, не опасаясь осуждения общества за мезальянс. В те времена баронесса и дочь лекаря стояли на разных ступенях социальной лестницы, но я не стремилась к замужеству. Мои амбиции простирались гораздо дальше.

Я планировала восстановить права на поместье и привести в порядок усадьбу, чтобы вернуть ей былую роскошь и величие. Шахты, когда-то заброшенные, должны были вновь заработать, обеспечивая семью и давая мне финансовую независимость.

Кроме того, я мечтала построить небольшую больницу и аптеку при ней. Это было бы не только благородное начинание, но и способ оставить след в истории, помочь людям и внести свой вклад в развитие медицины.

Да, замужество ну никак не вписывалось в мои планы. А с другой стороны, принять роль любовницы и страдать от ревности, когда он создаст семью с другой женщиной, казалось мне еще менее приемлемым вариантом.

Мои мысли прервал голос виконта, прозвучавший неожиданно. – Катрин, куда нам двигаться дальше?

Мы замерли перед каменной лестницей, уходящей вверх. В голове мелькнуло воспоминание: ночью я спускалась по этим ступеням, погруженная в свои тревоги. Но тогда я не заметила, что узкий туннель, разветвляясь у основания лестницы, резко сворачивал вправо, теряясь в темноте.

– Нам нужно подняться наверх, – сказала я, стараясь придать голосу уверенности. – Только вот я совсем не подумала о том, сможем ли мы открыть дверь, ведущую в дом.

Тревога начала медленно, но неумолимо подниматься, сжимая грудь, оставляя горький привкус страха в горле.

Видимо заметив это, виконт поднёс мою руку к своим губам и уверенно сказал: – Не волнуйтесь, Катрин, сейчас разберёмся.

Николас и Арман отправились на разведку, оставив нас с сестрой внизу. Мы присели на ступеньку, погружаясь в непроглядную темноту, и я почувствовала, как Клэр, прижавшись ко мне, тихо произнесла:

– Граф сделал мне предложение. – Её голос дрожал от волнения, и она счастливо хихикнула.

– Сестрёнка, это просто отличная новость, – с неподдельной радостью сказала я, не скрывая своего восторга.

– Боязно мне, а что, если король не даст своего благословения? Я же без титула, а Арман занимает очень высокое положение при дворе. – сказала она уже поникшим голосом.

– Не переживай, мы что-нибудь обязательно придумаем и... – я резко замолчала, прислушиваясь. Из бокового туннеля послышались шаркающие шаги и медленно приближающийся слабый свет.

Мы с Клэр вскочили и хотели было уже бежать вверх по лестнице, как знакомый старческий голос произнёс:

– Ну что всполошились-то, пташки, это я, Карма.

Мы дружно выдохнули с облегчением и поспешили к ней.

– Карма, что случилось? Как ты сюда попала? Ты в порядке? Как ты себя чувствуешь? – сестра задала вопросы, опережая меня. Я не отставала, пытаясь выяснить всё как можно скорее.

Её лицо выглядело усталым, но в глазах читалась решимость. Она улыбнулась:

– Ну загалдели. Всё со мной хорошо, что мне будет-то. Попала сюда, как и вы.

Она внезапно умолкла, её взгляд скользнул за наши спины, и мы обернулись. К нам спешили наши мужчины. Их лица были напряжены. Атмосфера мгновенно изменилась, наполнившись напряжением и ожиданием.

– Значит, всё же встретились, вот и отлично, вот и хорошо. Там, где вы были, в дом не попасть, дверь открывается только с внутренней стороны, – сказала Карма, придирчиво рассматривая Армана с Николасом.

Я, спохватившись, представила старушку молодым людям. Они учтиво поклонились. На что ведьма махнула рукой, ехидно сказав:

– Бросьте свои церемонии, кто я такая, чтобы передо мной спины гнуть. Пошли лучше, там есть проход, только немного поработать придётся, слишком давно им никто не пользовался.

Туннель оказался коротким. В конце его виднелась глухая кирпичная стена. Ведьма, шедшая впереди, остановилась и задумчиво посмотрела на преграду.

– Здесь легко разобрать стену, – наконец произнесла она, присев на корточки. Её пальцы ловко ощупали кладку, и через мгновение один из кирпичей легко выскользнул из рук, оставив неровный край. – Видите, раствор давно рассыпался, а кирпичи держатся только друг на друге.

– Ну что стоим-то, начинайте, – обратилась она к мужчинам и отошла в сторону.

– Отойдите все назад, – приказал виконт и с силой ударил ногой по стене. От мощного удара кирпичи посыпались, открыв узкий проход, достаточный, чтобы было можно пройти.

Мы с сестрой одновременно воскликнули: «Что за вонь!» – и, не сговариваясь, зажали носы пальцами. Остальные последовали нашему примеру, стараясь не вдыхать зловонный воздух.

Я попыталась сдержать дрожь в голосе, но слова всё равно прозвучали неестественно глухо и гнусаво из-за зажатого носа.

– Не хочу никого пугать, но это трупный запах.

Виконт бросил на меня быстрый взгляд, но ничего не сказал. Он сделал шаг вперёд и протянул руку к фонарю, который держала Карма. Я наблюдала, как его пальцы коснулись холодного металла, и в этот момент свет фонаря осветил его лицо – бледное, сосредоточенное, с едва заметной морщинкой между бровями.

Он кивнул, словно подтверждая что-то, чего я не могла понять, и, не говоря ни слова, шагнул вместе с графом в узкий проход. Я задержала дыхание, когда они исчезли в темноте, и только тогда осмелилась последовать за ними.