Текст книги "Тот самый сантехник 6 (СИ)"

Автор книги: Степан Мазур

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 20 страниц)

Глава 23 – Глобальный год

31 декабря 2022 года. Первая половина дня.

Столы в некоторых семьях ломились от яств ещё в первую половину дня. Больше всех прочих – родительский. Мать, сестра, муж сестры и даже отец, примкнувший к корням, зазывали по видеосвязи к ним. Напирали на то, что зовёт племянник. Били по живому.

Пришлось ехать, взяв перерыв на обед.

«Заехать надо обязательно, семья – это святое, а Пашка в приоритете», – терзал и внутренний голос водителя за рулём внедорожника Биты и тут же добавлял: «Только не пей, дел ещё уйма! И игрушку не забудь!»

Заскочив на обед к родственникам, Боря уплетал угощения, одновременно усадив на колени племянника с новой игрушкой. Ждать ужина и тем более полночи с салютами, тут не собирались. Галина Константиновна ещё с утра наготовила столько, что можно есть неделю, в холодильник всё равно не влезет. Спасёт балкон. А Пётр Иванович Глобальный уверял, что взял ящик крепкого и сначала как следует отметит, только потом уедет. Но с кем он собрался столько пить, вопрос спорный. Алексей относился к крепким горячительным с прохладцей.

Семейство Глобальных-Бесстыжих, (благо оба – фамилии, а не определение), были в праздничном настроении. Раскладной стол дождался своего звёздного часа на балконе. Притащили, отчистили, украсили и поставили в зале, даже не думая о том, что уместиться на кухне. Если на кухне сидеть, значит постоянно говорить «в тесноте, да не в обиде».

– А здесь хотя бы локтями не толкаться, да и праздничные программы скоро пойдут, – заявила Дуня. – Как только всех заебавшая Ирония судьбы закончится.

– Ну приключения Шурика-то классные, – доносилось от Алексея с дивана.

– А кто спорит? – отвечала сеструха, таская на стол блюда, пока муж отдыхал от быта и ребёнка.

Шутят, суетиться, никакой агрессии. И всё же Боря видел, что не хватает им простора. Зал, как самую большую комнату заняли и всё, нет манёвра. В маленькую комнату-детскую только Пашку уложат, да так и будут весь день ходить между кухней и балконом.

«А это ещё гостей не было», – прикинул внутренний голос, приглядываясь к притихшей маме, которая мерила себе давление электронным тонометром.

Батя сидел за столом в нарядной рубахе, в очках с толстыми стёклами, с ручкой блестящей. Прикусив колпачок, вчитывался в документы. Он же не алкоголем сына заманил, а бумагами. Ещё по видеосвязи соблазнял договором купли продажи на земельный участок, а теперь заполнял акт приёма-передачи.

– Борь, ты проверь только тщательно, чтобы всё по чести было, – твердил лысеющий патриарх рода. – Я распечатал все документы, подтверждающие право собственности на данный участок. Они, мать их, все в электронном виде сейчас, но копии есть.

– А что там проверять? – кривлялся для племянника Боря. – Свидетельство о государственной регистрации права? Кадастровый паспорт земельного участка? И выписку из ЕГРП? Вот и все документы.

Он с ходу перечислил их, набравшись за последние дни у Аглаи столько опыта с куплей-продажей, что сам мог работать риелтором. Но это были лишь «верхушки». Хотелось знать детали.

«Не могут же риелторы просто за заполнение бумаг получать такую комиссию», – вновь и вновь твердил внутренний голос.

Боря уже понимал, что большинство бумаг может проверить сам банк за небольшое вознаграждение. Но пока не понимал, как выбираться из ситуаций с подставами. Порой квартирами и домами владели несколько человек и ещё больше на них претендовало.

Мать посмотрела на цифры на приборе, поохала:

– Опять подскочило… Надо сбить.

– Лёша, да сделай ты телевизор потише. Маме плохо, – тут же донеслось от Дуни.

– Да тут и там на десять палочек! – возмутился зять. – Куда ещё тише-то?

Боря вдруг понял, что семью пора выручать. Сейчас – самое время. Вручил сына Алексею, он проверил документы, поставил роспись и плеснув в стакан минералки, постучал по нему ложкой.

– Народ, у меня для вас объявление. Давайте все к столу.

– Наливай, мать, раз так, – тут же сориентировался отец, потирая руки. – Сын-то наш, походу, женится.

– Ой, правда? – тут же подхватила Дуня, расставляя тарелки на стол. – Поздравляю!

– Мужик, – донеслось от Алексея, который давно носил обручальное кольцо на пальце. Торжества не было, но расписались и будет.

– Так, стоп! – поднял руку Боря. – Я ещё ничего не сказал. И женить меня заранее на надо. Я о другом.

Все перебрались за стол, подняли бокалы.

Тут Глобальный в пиджаке и дорогих брюках достал из кожаной папки ключи от квартиры. Погремев ими, заявил:

– Так получилось, что в следующем году я стану полноправным обладателем однушки почти в центре города. Она пока убитая, без ремонта. Там жила какая-то бабка. Но по весне, как только будет больше свободного времени, я обещаю сделать ремонт.

– Ого!

– Ну наконец-то.

– Хоть будет где жить.

– А то скитаешься, как не пришей пизде рукав, – тут же донеслось последовательно от всей семьи.

Боря покачал головой и продолжил:

– Нет, вы меня не поняли. Я хочу, чтобы там жила мама. Одна. Без истерик, криков и суеты. Поликлиника рядом, магазины в шаге, остановка рядом. Очень удобный район. Платёжка небольшая. Рядом скверик, площадь, есть где погулять. Так что мама, живи в своё удовольствие. Ты заслужила немного покоя. Лучше в гости будешь приходить к молодым, чем жить с ними. Так и квартира разгрузится и Пашке больше места. Да, Бесстыжевы?

И он протянул Галине Константиновке ключи, подмигнув Лёхе.

– Это твоя связка. Вторая у меня, на всякий случай. А дальше уже сами новую сделаете.

Мать взяла ключи, глядя на них, но ещё не веря. Только в глазах слёзы застыли. Сказать что-то хочет, а не может.

Первой сообразила Дуня.

– Мам, а Боря прав. Лучше в гости к тебе приходить почаще будем. Пашку оставлять на часок-другой. А так успокоишься, давление в норму придёт. Да и нам… полегче будет. Больше места. Нет-нет, да и отец на диване переночует. А не на полу в кухне.

– Борь… – наконец, донеслось от матери. – А ты где будешь жить?

– Не переживай, я себе ещё заработаю, – улыбнулся сын. – У нас всё-таки не московские цены. И даже не Сочи.

– Мне бы кто заработал, – буркнул отец, но тут же первым коньяка поднял, и как давай. – Вот здорово! Как вернусь с северов, устроим с Галькой новую молодость! В гости ка-а-а-ак зарулю!

– Тогда ничего себе там не отморозь, пап, – добавила Дуня, пригубляя вино.

Мама тоже выпила. А Лёха вино лизнул и тут же коньяка подлил, опрокинул залпом, чем тут же уважение Петра Ивановича заслужил. Тот даже по плечу похлопал.

– Ну вот, а говорил пить не умеешь.

– Так такой повод! – вылетело из зятя, и все рассмеялись хором.

Мама даже не обиделась.

– А ремонт я даже сам сделаю, – тут же пообещал Алексей, закусывая.

Дуня, глядя на мужа, только глаза округлила. Увидеть пьяным программиста можно не часто.

«Может, наконец, игрушечки свои бросит и работать нормально начнёт», – подумала Дуня: «Малой в садик скоро пойдёт, я на работу, мама переедет. Тут отмазки и кончаться».

– Не-не, с ремонтом я сам, – мягко отбрил мастера на все руки Боря, но чтобы не сильно обидно было рукожопу, добавил. – Там проводку всю менять от щитка до последней розетки надо. Это стены долбить, потом замазывать, ровнять. Окна ещё менять, двери.

– Можно же просто обои поклеить, – захлопала глазами мама, давно не ставя в понятие ремонт ничего сверх этого и новых розеток.

– Нет, это вопрос безопасности, – стоял на своём Боря, помня прекрасно и про старые батареи и про то, что пол наливной лучше залить и весь линолеум с плинтусами поменять, а коридор с кухней в плитку закатать и поставить матери классный духовой шкаф, чтобы выпечку пекла, не дожидалась, пока газовая плитка остынет.

Об это всём он уже не говорил. Сюрприз будет. А пока все принялись есть и веселиться за столом, сам поднялся и откланялся. Телефон звонил не переставая. Да и Аглая ждать долго не будет. Рабочий день сегодня короткий.

«Нужно жить по принципу – сделал добро и беги!» – заявил внутренний голос, когда за порог вышел и к автомобилю спустился.

В этой семье за него ещё точно выпьют. Только сел за руль, как позвонил Василий Степанович. И начал что-то объяснять уже заплетающимся языком.

«Похоже, кто-то нашёл очередную пятёрку-заначку», – прикинул внутренний голос и Боря тут же пообещал ему, что сейчас заедет, а сам сбросил звонок. На второй линии появилась Зара.

– Здравствуйте, Борис. Как всё прошло?

Боря мог сколько угодно гадать, почему на похороны в Бите не пришёл ни один человек, но никак не мог понять, почему там не было его жены. Однако, свою часть сделки он выполнил. Теперь рядом с памятником Князеву в пиджаке стоял парень в спортивном костюме с битой за плечами и смотрел в ту же сторону запада. Только не грозил ему, а ехидно скалился.

Тот же архитектор даже сделал скидку в двадцать процентов за второй заказ с гарантиями, что памятник сразу же заберут. Не став ждать до весны с установкой, Боря просто пригнал цементовоз с присадками для морозных температур и в один день залил подушку, а на другой день уже установил памятники на положенные места над могилами и поправил оградки. Между собой они были сварены морской цепью от якоря. Тогда как сам якорь был закопан на глубине в три метра и так же залит цементной подушкой. Чтобы вывести памятники среди дня и речи не шло, а зимой для этой цели требовался теперь генератор и сварка или «болгарка» под максимальное полотно. И даже при этом не меньше часа работы. Заметит даже самый ленивый охранник кладбища.

Так что за покой бывших бандитов Боря был спокоен. Джип, получается, уже отработал.

– Всё прошло хорошо, Зара. Я пришлю вам фотографии и видео церемонии.

– О, нет! Не надо, Борис. Верю-верю. Фотографии с кладбища к несчастью.

Глобальный не стал спорить. Клиент всегда прав. А что происходило между мужем и женой и её семьёй – сам чёрт ногу сломит. Нечего в это лезть. Главное, что сделал от себя всё зависящее, чтобы проводить достойно.

– А что теперь с домом?

– Домом я займусь сразу после праздников, Зара. Это следующий этап. Идёт?

– Хорошо, Борис. Тогда держите в курсе и… С наступающим вас Новым Годом.

– И вам с Новым Годом, Зара. Я позвоню.

Едва завёл автомобиль, как позвонила Зоя и давай с ходу жаловаться на жизнь. А затем конкретное предложение прилетело.

– Борис, в Новый год должны сбываться мечты. Не откажите мне в любезности и положите под ёлку мужичка. Ну право слово, чего вам стоит? Всё-таки это год кота и кролика. И демон передаёт вам привет. А Боцман ему вторит. Но не могу же я с ними напиться и рыдать под Титаник по утру? Мне требуется защитник и собутыльник хотя бы в такой день и ночь.

– Зоя, у меня есть идея на этот счёт. Вы сегодня дома?

– Конечно, дома. А что за идея?

– Ждите.

И Боря поехал к дому Степаныча. Заросший как Дед Мороз, с уже седой бородой и усами, он привычно сидел на кухне, чёкаясь с телевизором и ему же выговаривая:

– Ну что значит, индекс Доу-Джонсона упал и волатильность понизилась? А каким хером это на рубле отразилось и цене на шпроты? Да у меня стояк утром крепче, чем ваша аналитика, эксперты ёбанные. Где золотое обеспечение? Где свой аналог валюты на рынке дружественных стран? Даёшь свой цифровой рубль! Скоро в миллионах будем получать… снова. С таким ростом цен это не долго. Вы нашу национальную единицу вообще в хуй не ставите, что ли? Рубль от слова «рубить». Рубаните уже топором по шее этой международной валютной удавке фонда!

Боря застыла на пороге на кухню, покачал головой. Пьяненький, заросший, в старой мятой рубашке и трениках, но мужичок же. Ещё и ясно мыслит. А значит, беседа обеспечена.

– Так, Степаныч. Времени мало. Давай по делу… женщину хочешь?

Стареющий, но ещё не дряблый палец тут же надавил на красную кнопку пульта.

– Как говорит Аполлинарий Соломонович, «с этого момента поподробнее».

– На вечер, – подмигнул Боря. – Только сам понимаешь, там кино-вино-домино, а ты похож больше на дворника, чем на философа. Может, пора завязывать квасить с Соломоновичем?

Степаныч поднялся из-за стола и поднял палец для важности момента следующих слов. Боря предвидев, что сейчас снова начнёт вспоминать почившую два девятка лет назад Аллу, сделал ход конём и просто показал фотографию Зои в полный рост. В окружении собаки, кота и ёлки.

– Алла? – увидел в ней что-то своё Степаныч. – Только моложе.

– Ага, родственники, – буркнул Боря, не найдя вообще ничего похожего на старых фотографиях у Аллы по сравнению с бывшей бухгалтершей.

Видимо, сыграло роль воображение и тоска дикая.

– А, была не была! – махнул рукой наставник и заметил. – Дома, что ли, сидеть и на всю эти припудренную поющую пидоросню смотреть? Или на смешных и ебанутых? Они словно хором забыли, что первых клоунов цирки набирали для развлечения публики из местных алкашей. Чем краснее нос и больше падает, тем смешнее выходило.

Боря показал на часы. И Степаныч подозрительно быстро помылся, подбрился, окультурив растительность на лице. Лишние лохмы срезал уже Боря, а затем вовсе заплёл в конский хвост.

Наставник нашёл колпак Деда Мороза. Боря запустил руку в сумку с деньгами, взял пачку на подарки. Подумав, сунул ещё пятитысячных по квартире, в первую очередь под пульт. И вскоре они ехали в Жёлтое Золото, по пути заскочив в зоомагазин, вино-водочный и в цветочный за подарками.

Лёгкие сомнения у Степаныча появились лишь при виде поднятого шлагбаума в посёлке.

– А мы разве здесь не были? – спросил он.

– Какая разница, что было? Важнее то, что будет, – ответил почти как философ Боря, желая избежать этой игры в длительные уговоры.

Телефон уже Аглая срывала. Слушал её голосовые, порой отвечал, не забывая про руль.

Едва увидав порог дома, в котором предстояло погостить, Степаныч остановился, набрал в грудь побольше воздуха и принялся поправлять несуществующий галстук. Но вместо пиджака на нём был лишь свежий свитер с оленями. Правда, под ним была рубака с воротником. И поправив её, наставник тут же пошёл в бой.

– Мадам, позвольте представиться. Василий Степанович Дедов. Человек больших трудов и непомерных амбиций.

– Ну какой же вы Дедов? Вы совсем даже ещё Молодов, – тут же расплылась в улыбке Зоя Ивановна, так как ей уже второй раз в жизни подарили букет цветов.

И всё в этом году… И даже не родители.

– Зоя Ивановна, а Боря лжец, – неожиданно заявил наставник и тоже улыбнулся. – Вы гораздо… гораздо обворожительнее, чем на фотографии с ёлкой.

– Ой, мне стоило отправить ту фотографию в одежде, – чуть покраснела она и посмотрела на Глобального. – Ну что же вы, Борис. Так меня подставляете.

Боря закивал, гладя Боцмана и вручая ему вкусняшку. Мол, грешен. А что поделать? С другой стороны, он спящим на лицо никогда никому не лез. И о фотографиях таких не просил. Так что в расчёте.

– Не сметь в себе сомневаться, Зоечка! – тут же поддержал даму кавалер в колпаке советского производства с какого-то утренника. – У вас отличные формы. Можете сразить любого.

– Правда? – щёки Зои загорелись уже как помидоры, а следом в глазах вспыхнуло что-то пошленькое.

Она тут же и думать забыла про Борю, который отошёл в сторону, гладил кота на подоконнике и играл с ним новой игрушкой. В это же время словно каждый контакт в телефоне считал своей обязанностью созвониться с ним. Но отвечал только Аглае.

До тех пор, пока не позвонила Наташка. Первая успела. А в автомобиле давно подарки ждут своего часа. Есть и лично для неё. Не без этого.

Сердце затрепетало. Ответил.

– Да, Наташ?

– Боря! – её радостный голос почти звенел. – Ромка приезжает!

– Ромка? – переспросил Глобальный, уже смирившись с тем, что потерял брата в пучине бури под названием «популярность». – Вот здорово. Что говорит?

– Что хочет Новый Год дома справлять. Ты к нам приедешь?

– Конечно, заеду, – сказал он тут же, не уточняя, когда.

Всё-таки если кинуть с Новым Годом Аглаю, его самого могут кинуть с квартирой, а это уже никакой квартиры маме. И всё как карточный домик посыплется без нижней карты в основании.

Только отключил связь, как Дашка звонит.

– С Новым Годом, Боря! Во сколько тебя ждать?

А на заднем фоне Танька кричит:

– Господин, надо повторить!

– Так, девочки. Пока не знаю, – искренне признался он, но тут же пообещал. – Я заеду.

– Давай, ждём.

Этот разговор оказался не долгим. Всё сказали и сделали ранее, на той кровати играя в шесть рук странную мелодию похоти. Но тут взгляд упал в окно на соседнюю улицу. А там, наверняка, Кира, Зина и Леся.

Всем по подарку запас. Надо завести. Проведать. Так после похорон Князя и не виделись. А памятник рядом вообще сюрпризом будет.

Глоблаьный ушёл по-английски, оставив Зое небольшой подарок на столе. Ничего пошлого. Духи «для понимающих дам», как говорила продавец. Ведь сам перенюхав с десяток пробников, уже не отличил бы ромашку от обойного клея.

Может и мелочь, а приятно. Языками со Степанычем уже зацепились. А если во что-то большее перейдёт, только рад будет. За обоих.

А теперь вперёд, до Нового Года ещё много времени. Кое-что да успеет.

Глава 24 – Глобальный год-2

31 декабря 2022 года. Вторая половина дня.

Леся сияла, получив подарочек. Этому человеку так мало для счастья надо. Немного внимания, капелька уважения – и всё, довольна. Подставишь локоток – подхватит, не раздумывая. А дальше хоть в ЗАГС, хоть на край Земли. Было бы с кем.

«Хотя откуда у неё край, если она не плоская?» – прикинул внутренний голос: «И что нам до Земли? Многие люди пока даже с собственными бровями не могут разобраться, не то, что о чём-то глобальном думать».

Вдохновлённый, Боря продолжил раздавать подарки.

Зина приняла свой, как новости. К сведению. Ей что есть, что нет, всё равно. Мрачная, задумчивая. На лице ни тени улыбки. Даже чёрный юмор пропал и пошлость выветрилась. Ни шутки, ни полшутки, ни усмешки. Человек постарел за неделю на годы. Никакой больше открытости, души нараспашку.

«И с каждым днём всё мрачнее и мрачнее, как будто постепенно доходит, что потеряла. Похоже, эта ракушка закрылась и больше не откроется. Ей уже не до бровей и заговоров».

А вот Кира посмотрела на подарок, как на змею. Пальцы задрожали. Губы стянулись в линию, побелели. Хотела что-то сказать, выдавить из себя, но не решалась. Держалась.

Раздав «всем сёстрам по серьгам», Боря посмотрел на большую ёлку, украшенную Васильковой и вздохнул. Столько трудов, а настроения новогоднего нет и не будет. Хуже того, это состояние будет только нагнетаться, пока не рванёт к середине января.

В попытке как-то расшевелить ситуацию и добавить в мир дома Князевых звуков, Глобальный набрал Кишинидзе и спросил прямо:

– Слушай, ты говорил со стороны невесты никого не будет, только я.

«Девчонкам нужно взбодриться!» – тут же одобрил внутренний голос.

– Ну да, у Кристины тут никого нет из знакомых, – ответил не то, чтобы друг, но и далеко не враг.

А так… собутыльник для обычно не пьющего.

– А ты не думал, что ей подруги нужны?

– Подруги?

– Ну, подружки невесты. Девочки, то есть, а не сантехник, – подсказал Боря.

– Да как-то… мимо прошло, – признался служивый. – А есть мысли на этот счёт?

– Есть… три, – ответил Боря. – Кира, Зина, Леся.

– Зови, зови, зови! – заметно повеселел Кишинидзе. – Я внесу в список.

Боря договорил с товарищем и положив трубку, заявил всем присутствующим:

– Так, девушки. Не раскисать. В январе на свадьбу идём. Будете подругами невесты. Можете даже устроить девичник. У Кристины нет знакомых девушек в России. Она из Германии только приехала. Поможете немного? Вам надо… растрястись. Поможем дружбе народов? Не часто грузины на немках женятся.

– Свадьбу? Ты с ума сошёл? – донеслось от Киры. – Не хочу я никаких свадеб. Ни немецких, ни грузинских, ни русских.

– Ого! Свадьба! – обрадовалась Леся в то же время. – Я бы с удовольствием, только надеть нечего. А кто замуж выходит? Я и на обычной-то не было, не то, что грузинских.

Боря описал ситуацию в подробностях. Зина, которая не обронила ни слова, подскочила, как только расслышала место проведения мероприятия.

– Ресторан «Печень навылет»? Мы идём! Кира, даже не спорь. Кто ещё поможет интернационалу, если не мы?

Несостоявшаяся дочь посмотрела на неё, как на предательницу, но бывшей массажистке было уже всё равно. Она вдруг засуетилась, подбадривая всех вокруг. Полетели шуточки и сравнения со старым пледом, который надо проветрить от пыли.

– Кира, ну ты чего? – наконец, она схватила девушку в крепкие объятья, подняла на руках и начала крутить, приговаривая. – Для круглого дурака любая шутка плоская. А я не дурак. Я дура… так что мне вообще по хую. Идём и точка.

– Ну… ладно, – выдавила из себя Кира вместе с последней порцией воздуха, зажатая между массивной грудью и сильными руками-захватами.

Крепче только наручники.

Настроение в помещении сразу переменилось. Полетели вопросы, вопросики, вопросишки.

– А что наденем? Наряды одного цвета или разные?

– У неё нет аллергии на цветы?

– Какого цвета будет платье невесты? А фасон?

Боря пожал плечами, пообещав заняться этим вопросом позже. Следом полетели замечания-примечания-пометки.

– Девочки. Я на шпильках не пойду. Я танцевать буду.

– А я больше хочу кухню грузинскую попробовать.

– А грузины приставать не будут слишком… мало?

– Ой, девочки. Я вообще, что подумала. Если женатые люди, занимаясь сексом, отдают супружеский долг, то получается те, кто делают это до свадьбы, сексятся в кредит?

– Ага, как ипотека, только еботека.

Улыбаясь, все постепенно переместились в зал. Под закуски, салатики и большой телевизор с комедиями. Боря, довольный собой, откланялся, сославшись на дела.

«Чем меньше мрачных людей вокруг, тем лучше», – заметил внутренний голос.

И даже тот факт, что ему подарков не досталось, никак не подпортил настроение. Ведь на повестке дня стояло открытие магазина для взрослых. Заскочив на точку к Аглае, сразу уехал туда, вновь отпросившись у босса.

– Ты я смотрю, в бизнес пошёл, – только и заметила Аглая и тут же улыбнулась, узнав о деталях. – Молодец, растёшь… Ладно, иди.

А сама повернулась рабочей стороной к военному Сергею Ильичу, который при приобретении двухкомнатной квартиры сыпал не вопросами с «почему-да-как», а рассказами.

Таких историй по окопам наслушался, что у риелтора уши горели. Хихикала.

– Я, когда в военном училище учился, была у нас в городе девушка с кличкой «Галя Робин Гуд». Безотказная, как автомат Калашникова. Сидим, значит на первом курсе в увольнении на почти такой же квартире под Новый Год. Две комнаты и постеры со Сталлоне для контраста трещин на стене. Стол накрыт, шапка Санта Клауса и бенгальский огонёк на фоне сигарет. Человек десять всего одногруппников. Пьём, как водится, закусываем мало. Чего продукт переводить? Не жрать пришли. Чаще спорим. И тут Галина, опрокинув стакан чистого, не разбавленного, но с маслинкой на ободке, выдаёт «А спорим, что вы меня не перетрахаете?» Мы в шоке сначала на попы ровно присели. Потом вопросы посыпались, уточнения. Что можно, мол, что нельзя? А она на своём стоит. Хоть что, говорит, всё равно сдадитесь. И мы, как молодые, голодные, но любопытные, тут же в дело вступили. Вызов принят! Групповуха часов на двенадцать с самого вечера до утра, считай. Вот уже рассвет зимний, расходится пора. Каждый бес сил. Крутился как мог, а её вообще, как пропеллер крутили. Думали, сотрём как наждачной бумагой буратину, а она лишь хохочет – ещё хочет. Это, Аглая, на моём жизненном пути единственный случай, когда российская армия была побеждена… но довольна!

По квартире раздался смех. Боря вышел, прикрыв дверь. Сомнений в том, что сделку закроют, не осталось. Настроение у всех хорошее. Не понятно только, как Галя поживает. Всё ли хорошо у победительницы?

«Хотя кому ещё проигрывать, если не женщинам?» – логично прикинул внутренний голос.

Как совладелец магазина, Глобальный не мог игнорировать открытие магазина.

«А желательно даже – первой точки в будущей сети. Всё-таки всякой хреновины для взрослых в мире хоть отбавляй», – не был чужд мечтаний и внутренний голос.

Обвешанное шариками крыльцо, впрочем, было немноголюдным. Даже запитанная неоном вывеска «Товары для взрослых от Яны» в преддверии вечера не привлекала людей массово. Никакого столпотворения, ажиотажа и зазывал с рупором. Только снег, сугробы, узкие тропки и люди на периферии там, где больше почищено.

«Холодно. И никакой рекламы заранее», – отметил досадные промахи внутренний голос.

Яна и Егор стояли на крыльце нарядные, зазывая прохожих до хрипотцы, но по большей части отмораживали носы и уши. Мороз крепчал и разгонял последний энтузиазм у людей, спешащих в тепло родных домов перед праздничными часами.

– А куда мы спешим? – не понял Боря, подскакивая к магазину на почти свободную парковку. На ней если кто-то и парковался, то лишь ради близлежащих магазинов, офисов и торговых центров. – Договаривались же в январе открывать.

– А чего тянуть? Коробки я все с квартиры перетаскал, подложку и контейнер на участке разгрузил, – отчитался Егор и вернул ключи от микроавтобуса. – Моя миссия выполнена.

– Да, Борь, – чмокнула его в щёчку Яна, обдав шлейфом новых духов. – Теперь только продавать и продавать. Подсобка забита, склад завален. Новые поставки намечены, но куда их складывать, я уже не знаю. Вот и подумала, что перед Новым годом многих потянет на «перчинку». Должны же хотя бы самокатчики заднюю фару себе вставлять.

Они зашли в тепло яркого, чистого помещения, где всё блестело. На стендах и стеллажах стояли выставочные образцы из латекса и кожи в праздничной мишуре.

За ними быстро забежал молодой человек студенческого вида.

– Добро пожаловать, вы наш первый посетитель, – сказала приятным голосом Яна и пошла к кассе за небольшой упаковкой с маленьким подарочным пакетиком с приятными подарочками.

Очки посетителя мгновенно запотели с мороза в тепло. Он достал платок, протёр их, вновь оглянулся, но открыв рот, попятился. А затем дал заднюю.

– Ну куда же вы? – не поняла Яна, так и не успев вручить подарочка. – Наверное, не стоило конский хер перед входом ставить. Егор, мы переборщили с внезапностью. Народ у нас тихий, мирный, в чудеса давно не верит. А сказка должна быть иначе упакована. Давай что ли, со смазок начнём экспозицию. Хоть повод пошутить будет.

– Не вопрос, Яна Ивановна, переставлю.

– Хватит меня по отчеству называть! Борю же не называешь.

Оставив рабочий процесс совладельцу, Глобальный меж тем вернул ключи от микроавтобуса охраннику. Подарка для него не приготовил. Только премию за переработки выдал на днях по личной инициативе.

«Кто работает, тот ест».

– Егор, давай так, – предложил Боря. – Ты продолжаешь кататься на микроавтобусе сколько хочешь, заправляй только и следи за уровнем масла. Главное, грей почаще. Можешь ставить в моём гараже на ночь. Главное, катайся. Не позволяй ему стоять. Дизель же.

И он вернул ключи обратно грузчику, доставившему весь груз.

– О, это кстати с такой погодой, – ответил охранник и посмотрел на хозяйку. – Я тогда начальство буду привозить-отвозить, раз маршрутки ждать не надо.

– Да? О лучшем я и не мечтала, – заявила Яна и всмотрелась в приложение.

Инстаграмм, Фейсбук и Твиттер официально ушёл из страны, но Телеграмм, ВК, ОК и прочие новоделы никуда не делись и активно набирали пользователей. Яна очень надеялась, что быстро разгонит рекламу по социальным сетям, просто выкладывая фотографии продукции магазина с различными акциями.

Её стоило так же написать и прошлым и постоянным клиентам. Ведь теперь могла принимать их в рабочие часы безлимитно и без страха быть задушенной, изнасилованной или обворованной.

Удобно.

Боря всмотрелся в надувную женщину с праздничной гирляндой на шее и невольно вспомнил свою «гаражную игрушку». А вместе с тем и первую женщину, которая обучила его всему. И пальцы сами нашли контакт. Позвонил Снежане с тем, чтобы поздравить. А то и пару рублей закинуть по номеру телефону. Мелочь, а приятно.

«Пригодилось обучение же!» – заметил внутренний голос: «пусть монетизирует ностальгию».

В то же время в салон-магазин зашла стайка девушек. Хихикая и поддерживая друг друга под локоточки, они говорили о чём-то своём:

– Да зачем вообще нужна машина времени, если не для секс-туризма? Я бы использовала её только для того, чтобы заниматься сексом с историческими личностями. Ну или, людьми по теме. Под настроение. Хренакс и ты в лаборатории будущего шпилишься с андроидами. Хоба на и на пиратском корабле поправляешь шляпу капитана. А есть ещё Древняя Русь, Викторианская эпоха и ковбои Дикого запада. У-у-ух, я бы зажгла.

– Маня, да тебя бы сожгли на костре в половину таких эпох, – заметила одна из подруг.

– Ишь, размечталась. Пирата ей подавай. Костюм купи и на своего надень!

– Да где он, свой то? Я с этой порнухой скоро совсем одичаю.

Разговаривая как ни в чём не бывало, они прошлись вдоль полок, хихикая. Получили от улыбчивой Яны по пакетику и уже собирались уйти, подогревшись, но тут одна из них застыла, глядя на Борю.

– Девчонки, это он!

Глобальный как раз поздравлял Снежану и интересовался здоровьем её сына. Он стоял боком и не обращал внимания на посетителей.

Тогда как среди девушек вновь раздалось:

– Да не, не он.

– Да я вам говорю, он!

И ценительница фильмов для взрослых полезла в телефон, доставая картинки и видео-нарезки. Девчонки закивали, снова захихикали, встали напротив Бори и принялись делать селфи.

Всё ещё не обращая никакого внимания на девчонок, Боря лишь поднял руку, помахал, улыбнулся, как с первыми клиентками магазина и снова отвернулся.

Только отключил связь, как позвонил Моисей Лазаревич. И вместо приветствия начал возмущаться:

– Борис, нет, ну вы только себе представьте. Роман-таки сбежал!

– Откуда? – уточнил Глобальный, пытаясь вспомнить с чем поздравлять старого знакомого.

«С ханукой поздравляй, не прогадаешь», – напомнил внутренний голос: «Потом добавь насчёт нового и старого года, рождества по католическому и православному образцу. И не забудь про Крещенье. С чем бы не поздравлял, хуже не будет».

– Со студии, – сбил с этой мысли Коба. – Но слава богу, уже после съёмок. Да и стрим отсидел как надо.

– Так, может, просто домой поехал на праздники?

– Какие праздники? Мы только разгребли все дела! – возмутился Моисей Лазаревич. – Им давно пора новую песню записывать. Я как продюсер, рекомендую. А как концертный менеджер и директор группы очень даже настаиваю. Группа «Город на Неве» должна анонсировать тур в поддержку нового альбома «Ёж, пиздёжь и промокашка». А у них ещё конь не валялся. Только какие-то кобылы по номерам захаживают. Но совсем не музы. И что прикажете мне делать? Опуститься до каверов хитов «девяностых» под кантри и джангл? Борис, вы уж как-нибудь повлияйте на брата. Порше сам за себя не заплатит.