Текст книги "Цена Любви (СИ)"
Автор книги: Снежана Черная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц)
Глава 4.
У каждого есть свой предел. Рубеж, критическая точка невозврата, пройдя которую уже нельзя остановить запустившуюся реакцию. И свой личный рубеж я только что пересекла.
Чёрт возьми, я не девочка для битья, и уж тем более не по вызову! Идти на поводу, как овца на заклание? Нет уж, увольте. Буду бороться до конца, и будь что будет! Эта мысль едва успела посетить мою бедовую голову, когда тело начало будто вибрировать и жить своей собственной жизнью. Гнев струился по венам, придавая уверенности – этому невозможно было противостоять.
– Уррод, – повторила я, стараясь вложить в это слово всё презрение, на которое была способна.
Со злорадным наслаждением я наблюдала, как искажается его лицо. Как он напрягся и сжал челюсти так сильно, что на скулах проступили мышцы. Задело? Это хорошо! А потом я сделала то, чего ожидать от себя самой никак не могла. Да это и не я была вовсе! Воспользовавшись заминкой, я завела свободную руку вперёд, обхватила звенья цепи, заключив его ноги в петлю, и резко ударила его головой в пах. На тебе, скотина!
Красавчик взревел, пошатнулся и согнулся пополам, а я, плюнув на боль в запястье, что было силы потянула цепь на себя. Грохот от его падения оглушительно громко ударил по моим нервам. Казалось, что даже стёкла в зарешёченных оконных рамах задрожали.
На этом моё везение закончилось. Я как раз лихорадочно оглядывалась по сторонам, соображая, что делать дальше, когда входная дверь распахнулась и на пороге возник уже знакомый мне тип с жуткой мордой. Из ледяного оцепенения меня вывел душераздирающий и нечеловеческий вой. И лишь спустя пару секунд я поняла, что он принадлежал мне.
Как под гипнозом, я смотрела на здоровяка. Не в силах отвести глаз и без возможности даже пошевелиться. Было страшно. Очень! Впервые изведав того унижения, я ни за что не желала пройти через него вновь. А в том, что подобное случится и, быть может, в ещё худшем варианте, я не сомневалась.
Спросите меня сейчас: зачем я врезала этому уроду? Что и кому хотела доказать? И главное, что дальше?
Я бы с готовностью «униженной и оскорблённой» нашла бы уйму причин для ответа на первый вопрос, но забуксовала бы уже на втором. Чтобы избавиться от цепи, мне, скорее всего, пришлось бы отгрызть себе руку. И даже если бы я это сделала, бешеная псина разорвёт меня в клочья, стоит мне только выйти за дверь! Увы, мой план был теоретическим и не имел ни малейшего шанса на практическое применение. Но поняла я это только сейчас, сидя на полу и глядя в горящие адским пламенем глаза Красавчика.
Застегнув, наконец, свои джинсы, он сделал неторопливый шаг и навис надо мной, как скала. Сердце бешено стучало, грозя сломать рёбра, но чёрта с два я отведу свой полный ненависти взгляд! Я видела, что его это злит ещё больше, но всё равно смотрела, не отрываясь, сама не знаю, почему. Смотрела, когда он схватил за горло, причиняя боль. Смотрела, пытаясь закричать и понимая, что не могу издать ни звука, желая убежать и осознавая, что не могу даже пошевелиться…
Глаза заволокла уже знакомая тёмная пелена, и я, скорее, почувствовала, чем увидела, как чей-то кулак промелькнул перед моим лицом. В тот же миг моё горло оказалось на свободе. Какое же это счастье – беспрепятственно вдохнуть полной грудью! Наверное, это дано понять только тому, кто не понаслышке знает истинное значение фразы «перекрыть кислород». Вернувшись же в суровую реальность, я застыла в изумлении от происходящего. Развернувшаяся передо мной картина меня поразила, вернее – сразила наповал. Открыв от удивления рот, я наблюдала за тем, как Красавчик и здоровяк наносили друг другу отточенные удары. Я не очень разбираюсь во всяких там единоборствах, но даже мой весьма дилетантский взгляд выявил профессионализм, с которым эти двое мутузили друг друга. Причём, если Красавчик яро рвался в бой, то здоровяк, скорее, защищался, попутно пытаясь вразумить взбесившегося товарища.
Я не верила своим глазам. Мой мозг просто отказывался в это поверить! Вжавшись в стенку, я даже невольно залюбовалась невероятным и захватывающим дух зрелищем.
Это что, из-за меня?..
– Братан, ты что творишь? – пробасил здоровяк, уворачиваясь от нового удара.
Если Красавчик брал ловкостью и техникой, то он – выдержкой и болевыми приёмами.
– Ты на кого руку поднял, брат? – ловко освобождаясь от захвата, поинтересовался Красавчик. – Из-за кого? Из-за какой-то бляди?
Это он обо мне? Я вздрогнула от омерзения и чувства, будто меня макнули в грязь. Так противно стало. Нет, я ничего хорошего от Красавчика не ожидала, но чтобы так… За что? Он ведь меня даже не знает!
– Саид, если не знал бы я тебя столько лет, то решил бы, что ты на всю голову ёбнутый. Мы оба знаем, чья это баба, и почему ты на неё взъелся. Но когда дама говорит «нет» – это означает «нет», брат.
Если перед этим Красавчик застыл, приняв боевую стойку и готовясь отразить возможное нападение, то после этих слов он сам метнулся к своему дружку. И они вновь сцепились в рукопашном поединке.
Я лишь ошалело хлопала глазами, не в силах переварить услышанное. Так, значит, у него зуб на моего мужа? Это многое объясняло в его отношении ко мне.
И тут я увидела связку ключей! Она сиротливо лежала на том месте, где минуту назад тип с ужасающей мордой повалил на пол этого Саида. Шестерёнки в моей голове заработали с бешеной скоростью – вот он шанс! Другого не будет! И хоть нужного мне ключа в связке могло не оказаться, попробовать всё же стоило! И пошли бы эти двое к чёртовой матери!
Встав на четвереньки, я поползла вперёд, не замечая ничего вокруг, кроме заветного кольца с несколькими ключами разной величины и брелком автосигнализации. При этом о риске для здоровья, стоило бы мне только попасть кому-то из них под горячую руку, я старалась попросту не думать.
Удача была на моей стороне! Схватив дрожащей рукой ключи, я ползком попятилась в сторону двери. Пальцы дрожали так, что связка выпала из рук, а я с ужасом оглянулась – эти двое по-прежнему увлечённо били друг другу морду, не замечая при этом, что творится у них под носом.
Интуитивно выбрав самый маленький ключ, я всунула его в отверстие на внешней стороне браслета. Слабый щелчок эхом разнёсся до самых потаённых уголков моей вконец изувеченной души. Бросив ещё один опасливый взгляд на эту парочку, я медленно встала в полный рост и, заведя руку за спину, нащупала дверную ручку. Собака прыгала на дверь с другой стороны и лаяла, как заведённая, но никто не обращал на неё внимания.
То, что я собиралась сделать – чистой воды безумие! Но отступать было поздно. Я прислонилась к стенке и, мысленно перекрестившись, потянула дверь на себя. Огромный мохнатый пёс тут же ворвался внутрь, а я вылетела на улицу, словно пробка из бутылки игристого вина. Под отборный мат, доносившийся мне в спину, я захлопнула дверь и наугад всунула ключ в замок, провернула его за секунду до того, как дверная ручка бешено задёргалась из стороны в сторону. На дверь изнутри посыпался град ударов, а я, не веря своему счастью, бросилась бежать. На ходу нажала кнопку на брелке, и тёмно-синий внедорожник у забора приветливо подмигнул мне фарами.
Ворота во двор оказались не заперты, что было очень кстати – сейчас каждая минута на счету!
На окнах у Красавчика стоят кованые решётки, но если им удасться высадить дверь, догнать меня особого труда не составит – у забора скучал ужасающих размеров чёрный Вранглер, судя по всему, он принадлежал его мордатому дружку.
На то, чтобы распахнуть ворота, завести машину и развернуться, ушло не более двух минут. Я выскочила на размытую после дождя просёлочную дорогу и тут же едва не застряла в глубокой яме. Мотор гудел, колёса с трудом месили жидкую грязь, увязая в ней. С горем пополам выбравшись оттуда, я выжала педаль газа и рванула с места. Мысли путались, окружающее виделось словно в тумане, а я кусала губы и не могла прийти в себя. Мне не верилось, что всё оказалось настолько просто, будто они специально мне подыграли!
Раскидистые ели стояли сплошной стеной по обе стороны, и я не имела ни малейшего понятия, куда я еду. Так же, как и что ждало меня впереди. Возможно, тупик – лес, река или болото.
Я преодолела небольшой подъем и остановилась перед развилкой. Куда дальше? Ни указателей, ни машин или людей, вообще ничего! В какой стороне город, я тоже не знала и решила снова положиться на удачу, свернув направо. Ещё одна развилка без каких-либо опознавательных знаков, я уже проехала километров двадцать, и за все это время так и не встретила ни души. Это напоминало мне какой-то ужастик – пустынная дорога, ведущая в никуда. Даже не знаю, как долго я плутала, пока, наконец, впереди не возник указатель: «Никифорово 1, 6 км». Стрелка показывала направо, и я решительно крутанула руль, свернув в указанном направлении.
Глава 5.
Но и здесь меня ждало разочарование. Притормозив на узкой улочке, я огляделась по сторонам. Несколько домов с покосившейся крышей едва ли выглядели жилыми. Всё же заглушив мотор, я открыла дверцу и на негнущихся ногах выбралась наружу. На ближайшем заборе был выведен номер «76», куда подевались остальных штук семьдесят, оставалось загадкой.
Стоило мне только подойти к калитке с облупившейся краской, как из дырки в заборе на меня с лаем бросилась небольшая дворняжка. Если честно, после того, как меня в детстве покусал соседский пёс, я собак побаивалась. Вот и сейчас при виде мелкой дворняги я машинально попятилась назад и чуть не столкнулась с бабушкой в цветастом платочке. Откуда только появилась? Минуту назад улица была абсолютно пустой.
Я никогда не думала, что настолько обрадуюсь возможности перекинуться с кем-то парой слов. Мне уже начало казаться, что в этих местах я не найду ни единой живой души. Старушка оказалась на редкость разговорчивой, оказалось, что до города добраться совсем не просто. Придется проехать километров двадцать в сторону следующего поселка, а уж оттуда возвращаться назад.
– Вы нужный поворот давно проехали, – заметила бабушка, с интересом поглядывая на мои босые ноги. – Если вам сейчас назад возвращаться, выйдет дольше. Можно попробовать напрямую. Воон за тем поворотом увидите дорогу, но она не везде хорошая. После дождя не скажу, проедете или нет.
– Извините, а телефон здесь или в посёлке есть?
– Что ты, милая! – махнула рукой старушка. – Какой телефон. В правлении должен быть, да и то наверняка не знаешь, то и дело, говорят, отключают. До самой Абрамовки, кроме грязи да ухабов, ничегошеньки нет.
Я поблагодарила бабушку и вновь тронулась в путь. Если в поселке отсутствует телефон, то и рваться туда не имело смысла. Назад возвращаться и искать выезд на трассу тоже не вариант – слишком велика вероятность встретить преследователей. Поэтому я решила всё-таки рискнуть и вырулила на указанную мне проселочную дорогу. Несколько раз мне казалось, что машина навсегда увязла в грязи, ошмётки грязи летели из-под колес во все стороны, но внедорожник, словно танк, неумолимо двигался вперёд.
Облёгчённо выдохнула я только тогда, когда впереди мелькнула машина, а за ней еще одна. Движение стало оживлённым, но расслабляться всё же было рано. С того момента, как я покинула дом, прошло довольно много времени, вполне возможно, что меня уже ищут. Страх быть снова пойманной подгонял, сдавливая горло невидимой удавкой, и я снова выжала педаль газа. Теперь мне хотелось только одного – побыстрее добраться до города. Изведав запах свободы и будучи к ней так близко, я ни за что не желала снова на цепь! Я просто умру, если вернусь назад в логово этого психа!
Изрядно разогнавшись, я слишком поздно заметила пост ГАИ. Мужчина в форме сделал знак остановится, и мне ничего не оставалось, кроме как резко затормозить. Вот что за чёрт! Почему именно сейчас?! Опустив стекло, я заглянула в бардачок, в поисках документов. Ну что сказать. Документов я не нашла, зато наткнулась на пистолет...
– Младший лейтенант Толочкин. Документы предъявите.
Гаишник приблизился к опущенному стеклу, а я с силой захлопнула бардачок, мысленно пожелав Красавчику провалиться пропадом.
– Мне надо срочно позвонить.
– Я у вас документы спрашиваю, – нахмурился гаишник.
– У меня нет документов, – сказала я, понимая, что это не лучший ответ в данной ситуации, и едва не заревела от бессилия.
– Значит, документов у вас нет, – младший лейтенант Толочкин повторил сказанное мною, не скрывая своего удовлетворения. – Выйдите из машины.
Помедлив секунду, я сделала как было сказано. Лишь с опозданием я поняла, что и вид у меня был ещё тот: со всклокоченными волосами, босая и в мокрой футболке.
– Послушайте. Меня похитили, я смогла сбежать но меня, скорее всего, ищут. Мне нужно срочно позвонить. В полицию. И еще моему мужу.
Я старалась успокоиться и говорить связно, не то ещё примут за пьяную или сумасшедшую. Мужчина же разглядывал меня с любопытством, и в то же время было ясно, что мне попросту не верят. Его напарник тоже вылез из припаркованной поодаль машины с мигалкой, подошёл ближе и стал так, чтобы в случае чего отрезать меня от машины.
– Значит, вас кто-то похитил, а вы сбежали? – недоверчиво уточнил младший лейтенант.
Как раз в этот момент я увидела до боли знакомый чёрный «Вранглер». Он появился из-за поворота на большой скорости и резко затормозил рядом с внедорожником Красавчика. Время словно приостановило свой бег, и я видела происходящее в каком-то замедленном темпе. Почему-то только сейчас пришло понимание, что плевать им на представителей власти и никто, кроме меня самой, мне не поможет. Сердце забилось так, что перехватило дыхание. Мне казалось, что я сейчас просто грохнусь в обморок! Двери джипа распахнулись, и наблюдать за тем, что произойдёт дальше, я не стала, сорвавшись с места со скоростью хорошего спринтера.
– Эй, гражданка... – растерялся гаишник, с опозданием попытавшись загородить мне дорогу.
Не помня себя от страха, я оттолкнула его, и сломя голову метнулась в придорожный лес.
Я бежала что есть мочи, не разбирая дороги и не обращая внимания на хлеставшие по лицу и рукам ветки. Я понимала, что шансы на успех мизерные, но продолжала мчаться так быстро, что мне не хватало воздуха, а сердце, казалось, не выдержит этого безумного темпа. Наконец, зацепившись ногой за какую-то корягу и нещадно счесав кожу на ладонях, я шлёпнулась на колени, а подняться уже не смогла – сверху навалилось что-то тяжёлое, пригвождая к земле.
– Тпр-у-у-у, – хрипло выдохнул мордатый дружок Красавчика над моим ухом и продолжил на выдохе: – Прибежала уже. Расслабься.
Да какой там расслабься! Этот тип навалился на меня сверху, буквально, вдавливая меня в землю, покрытую густым мхом. Я даже чувствовала спиной ритм его сердца.
Пока он восстанавливал дыхание, должно быть, млея от охотничьего азарта, я лихорадочно соображала, что же делать! И тут мой взгляд наткнулся на довольно крупный камень, лежащий совсем рядом от места моего падения. Вот только тело, навалившееся сверху, не давало возможности до него дотянуться. Подсознание призывало сопротивляться, бороться до последнего, но в то же время оно подсказывало, что бессмысленным трепыханием здесь делу не поможешь. И я затаилась… ровно до тех пор, пока не почувствовала, как лежащее на мне туловище не приподнялось, явно собираясь принять вертикальное положение.
Прикинувшись, что собираюсь сделать то же самое, я подтянулась на руках вперёд, накрыв грудью приглянувшийся камень.
– Да не бойся ты. Не трону! Давай помогу. – Здоровяк, видимо, принял мою нерешительность за банальный страх перед расправой за содеянное. – Меня Лёхой зовут. Ты, главное, веди себя тихо. Если что, я прикрою, – продолжал он давать мне напутствия.
Всенепременно! Сцепив пальцы на шероховатой поверхности камня, я развернулась в положение сидя и со всей силы нанесла удар, не глядя. Затем крутанулась в обратную сторону и порывисто вскочила на ноги. Всё. Теперь мне уже точно крышка! Повернувшись к противнику лицом, я собралась было отражать нападение. Но его не последовало…
Мордоворот по имени Лёха на момент моей атаки уже успел опереться на одно колено, намереваясь подняться с земли. В этой позе он до сих пор и пребывал, а в его вполне осознанном взгляде сквозило неприкрытое удивление: видать, не ожидал от меня чего-то подобного.
Лёха медленно поднял руку, дотронулся до своей головы и взглянул на окрасившуюся алым ладонь. Снова перевёл взгляд на меня, а в следующий миг тяжело рухнул набок. Секунду я оторопело смотрела, как по его виску тонкой струйкой стекала кровь, капая на пробившуюся сквозь мох молодую травку. После чего развернулась и бросилась бежать. На сантименты не было времени! Где-то здесь должен бродить Красавчик, и от этой мысли у меня будто открылось второе дыхание – я мчалась, не чувствуя под босыми ногами земли. Ровно до тех пор, пока снова не споткнулась и ласточкой полетела в кусты, продолжив свой путь уже на четвереньках. Упорно пробиваясь сквозь непроходимые дебри, я ползла под треск ломаемых сучьев, пока не скатилась в какой-то овраг. Овраг был довольно глубоким, а на его дне буйным сонмом росли те же густые заросли кустов, с пышными шапками белых соцветий. Распластавшись под ними, я попыталась отдышаться и решить, что делать дальше: если попробую бежать по дну, Красавчик может увидеть меня сверху, но и прятаться здесь тоже опасно.
Прислушиваясь и каждую минуту ожидая нападения, я поползла вперед, укрываясь за кустами и постепенно успокаиваясь. Где-то рядом послышались голоса, потом они начали удаляться, а я, уже не таясь, поднялась и побежала. Даже не знаю, как долго пришлось мчаться, прежде чем вышла к болотистой местности. Овраг кончился, но теперь ноги утопали по щиколотку в холодной воде. А через некоторое время в лесу стало совсем темно. Одно радовало: из болота я все-таки выбралась и сейчас под ногами была твердая земля. Теперь следовало решить: куда идти дальше. Ежась от холода и обхватив себя за плечи руками, я тревожно огляделась и поплелась в выбранном наугад направлении.
Изрезанные в кровь ноги саднило, и сделалось так холодно, что я начала клацать зубами. Когда же я уже практически отчаялась выйти из этого леса, вдалеке послышался шум проезжающих по шоссе машин. Аккумулировав последние силенки, я поплелась на звук. Несмотря ни на что, удача все же сегодня мне сопутствовала – на обочине стояла фура с включенной аварийкой. Дальнобойщик солидного возраста при виде шатающейся меня перестал возиться со спущенным колесом и кинулся мне навстречу.
– Ох ты Господи, – пробормотал мужчина. – Ты откуда ж в таком виде – без обуви? Чего молчишь?
Я обессиленно привалилась к фуре и закрыла глаза.
– За каким лешим тебя в лес понесло? Ты сама-то из города?
– Из города.
– По лесу зачем одна шлялась? А обувка где? Потеряла?
– Потеряла, – кивнула я. – Там, на болоте. Мне позвонить надо. Мужу. Он, должно быть, с ума сходит от беспокойства. Помогите мне, я вам заплачу, только бы муж приехал, – я не стала рассказывать о своих злоключениях, чтобы не напугать человека, да и сил на это у меня уже не было.
– Ох ты Господи, – вновь пробормотал мужчина и полез в кабину за телефоном.
Услышав в трубке голос своего мужа, я разревелась и не смогла произнести ни слова.
– Влад, – простонала я лишь, сквозь удушливые рыдания, – забери меня отсюда…
Глава 6.
В конце концов, разговаривать с моим мужем пришлось водителю фуры, а я, хоть убей, кроме всхлипов и мычания, не могла выдавить из себя ни слова. Стоило только услышать его голос, как меня с новой силой начинали душить рыдания, и я не смогла ничего толком ему объяснить.
Водитель что-то говорил Владу по поводу моего местонахождения, и, закончив разговор, помог мне забраться в тёплую кабину. Там я, наверное, уснула. Точнее, только прикрыла ставшие вдруг неимоверно тяжёлыми веки, а когда открыла, то увидела «Хаммер» своего мужа, а потом и его самого в сопровождении охраны. Он подскочил к дверце фуры, и я выскользнула наружу прямо в его объятия.
– Ладушка, девочка моя! – Влад прижал меня к себе так стремительно, что мои босые ноги сверкнули в воздухе. А я вцепилась в его плечи до хруста в костяшках пальцев и уткнулась лицом ему в шею, вдохнув такой родной и знакомый запах. Неужели всё закончилось? Теперь мы с Женькой в безопасности?!
– Где Женька? – будто прочитал он мои мысли и подняв лицо, заглянув в глаза. – Где Женя? Она ведь должна была быть с тобой?!
Что?!
Он ещё что-то говорил, но смысл сказанного ускользал. Перед глазами всё поплыло, и я почувствовала, как силы покидают меня. Меня будто ударили под дых, будто сломали замок из песка, который я упорно возводила в заточении все дни и ночи напролёт. Сейчас он рухнул, а вместе с ним рухнул и весь мой мир, оставив после себя лишь обломки руин.
– Ты знаешь, где она? – словно из тумана, совсем рядом возникло лицо мужа, а я отчаянно закричала и, закрыв глаза, провалилась в бездну.
# # #
Я ненавижу белый цвет! Он, как погребальный саван, наводил на мысли о смерти и одиночестве, которое сейчас было даже хуже самой смерти. Больничная палата с каждой минутой казалась всё теснее, белые стены и потолок давили на грудь и голову, мешали дышать, думать, жить… Я боялась, что просто сойду с ума.
– Я хочу домой, – упрямо повторила я уже в который раз.
Влад сидел возле моей постели. Рубашка измята, галстук завязан небрежно, это было так не типично для него, что становилось ясно: произошедшее с нами здорово подкосило и его самого.
Я лишь удивлялась его выдержке и самоконтролю. Откуда у него берутся силы, чтобы вот так сидеть рядом, улыбаться и утешать меня. Сама я готова была на стенку лезть от одной только мысли, что Женя сейчас где-то совсем одна. И я ничего, абсолютно ничего не могу с этим поделать!
Я долго была без сознания, а когда пришла в себя, сразу же нажала кнопку вызова медсестры. После этого не прошло и получаса, как приехал Влад. Я не находила себе места оттого, что мы потеряли столько драгоценного времени, и стоило ему только войти, тут же принялась сбивчиво рассказывать о людях, которые нас с Женькой выкрали, о доме, где меня держали, о Красавчике и его дружке. Умолчала лишь о том, как бесцеремонно они себя вели по отношению ко мне. И о принуждении к интиму со стороны этого Саида я тоже ни словом не обмолвилась. Не могла. При одной мысли об этом становилось мерзко! Я и так сейчас держалась из последних сил, если в случившемся Влад обвинит меня, впору будет вешаться.
– Я знаю, малыш, – вздохнул он.
– Что ты знаешь? – не поняла я.
– Про людей, которые приложили к этому руку. Можешь быть уверена: они пожалеют! Сразу же, как только Женька вернётся домой.
– Влад, зачем им ребенок? Слышишь? Что им от тебя нужно? Деньги? Что сказали в полиции?
– Я не обращался к ментам, – взгляд мужа сразу стал жёстким.
– Что? – растерялась я.
– В полицию я не обращался, – повторил он. – И сейчас обращаться не собираюсь.
– Ты с ума сошел? – ужаснулась я. – Они найдут этих типов! Ты ведь сказал, что знаешь, кто они! Да если бы даже не знал, я смогу показать то место, где меня держали. Я запомнила номер машины, они смогут найти её владельца. Это он вырвал Женьку из моих рук! Он должен знать, где она!
– Успокойся, – Влад ещё крепче, на грани боли, сжал мою руку. – Машина куплена по доверенности на подставное лицо. Этот след ведёт в никуда – после твоего побега парень залег на дно, и найти его можно лишь при большом везении. А насчёт дома… Найти то место, где тебя держали, оказалось делом техники, учитывая то, где я нашел тебя саму. Мы там уже всё прочесали… Этот объект находился в бывшем охотничьем хозяйстве, принадлежал полусумасшедшему мужику, который умер лет десять назад. Всё. Концов не найти.
– Хорошо, – скрипя сердце согласилась я, – и что же делать?
– Нужно немного подождать, – вздохнул он.
– Чего ждать?! Заплати им! Отдай им всё, что они хотят! Пусть только вернут Женьку…
При этих словах на глаза навернулись слёзы, и я вдруг поняла: а что если они вообще не собираются возвращать ребенка? Что если…
Я заплакала, закрыв лицо ладонями. Он торопливо обнял меня, прижал к груди и стал утешать:
– Успокойся, все будет хорошо, нужно просто потерпеть. Скоро Женька вернётся домой. Я сделаю для этого всё возможное, и невозможное тоже. Ладушка, девочка моя, поверь, я знаю, о чём говорю.
– Я боюсь, – жалобно сказала я, – я боюсь, что ты не справишься, ведь в полиции…
– Забудь о полиции! – с угрозой в голосе произнёс он, отстраняясь. – Я не хочу больше обсуждать это!
Казалось, этот вариант его просто бесил, как выражался Красавчик. Таким своего мужа я ещё не видела.
Я испугалась его тона, взгляда, жёсткого выражения лица, которое появилось и исчезло почти сразу, но я его запомнила. Моему мужу пришлось многое пережить за эти несколько дней, и он изменился. Как и я сама...
– Хорошо, – тихо сказала я и кивнула.
Влад вновь обнял меня, прижимая к своей груди. С минуту мы сидели молча: у меня просто не осталось сил с ним спорить, а он будто не решался о чём-то спросить. И я догадывалась, о чём именно. Вытерев глаза, я вздохнула и посмотрела на него, отчего он слабо поморщился и отвел взгляд.
– Я так и не рассказала тебе, как мне удалось сбежать, – решив облегчить ему задачу, я первой начала этот разговор.
Влад напрягся, его руки на моем теле казались мне сейчас свинцовыми гирями.
– Тот тип со шрамом, я взяла его машину…
– Всё это я знаю, – перебил меня Влад. – И я не уверен, что хочу знать и про другое…
– Что, другое?
– Извини, – его тон сделался мягче, а я поняла, что покраснела и голос мой звучит не так, как необычно. – Ладушка, я прекрасно понимаю, на что тебе пришлось пойти... Я люблю тебя в любом случае.
В его напряжённом взгляде отчётливо читалась жалость. А это уже было невыносимо.
– Ты что, думаешь, что я с ним?.. По собственной воле?!
– Он тебя изнасиловал? – Влад задал встречный вопрос, всё так же напряжённо всматриваясь в стенку напротив.
Я отчётливо видела, как тяжело давался ему этот разговор. Пришлось зажмуриться. Не могла смотреть на его сжатые в нитку губы, застывший взгляд и проступившие на скулах мышцы. Как и не могла найти в себе силы рассказать ему всего. Будто невидимый барьер удерживал, а сил пробиться через него уже просто не осталось.
– Я его убью, – произнёс он решительно, видимо, расценив моё молчание за утвердительный ответ. – Сам.
– Он меня не насиловал. Он хотел. Но я... ударила его… – осторожно начала я и снова замолкла. – Потом пришёл второй, я нашла ключи.
Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони, отчего глаза снова защипало от подступающих слёз. Губы и подбородок дрожали, и, почувствовав приближение истерики, я выпалила на одном дыхании:
– Он приставал ко мне… Я вырвалась, выскочила на улицу и заперла дверь снаружи. А второго ударила камнем по голове, возможно, даже убила. Не знаю. Я лишь знаю, что по-другому мне было не спастись… И я ударила его.
– Ладушка… – Влад заключил моё лицо в ладони и взглянул в мои полные слёз глаза. – Я хочу, чтобы ты забыла о том, что там произошло. Тебя там никогда не было. А если когда-нибудь полиция проявит интерес, скажешь, что ничего не помнишь. Дальнобойщик и гаишники тебя тоже не вспомнят, об этом я позаботился. Просто забудь о том, что было. Сейчас мы должны думать о нашей дочери.
– Я только о ней и думаю!
О Женьке я думала каждую минуту, каждую секунду! Даже сейчас, глядя в лицо мужа и почти не слушая, что он говорит, я лихорадочно искала выход. Выход всегда должен быть!
В больнице я провела три долгих дня, и столько же ещё более долгих ночей. А сама мысль остаться здесь еще хотя бы на день приводила меня в ужас. Я не могла находиться здесь, разглядывать потолок и в тысячный раз возвращаться к одному и тому же. Говорить с Владом о целесообразности нашего бездействия было тоже бесполезно: он не желал ничего слушать и мы без конца то ссорились, то снова мирились, чтобы через пять минут поссориться вновь. Заканчивалось это всякий раз тем, что он уговаривал меня спокойно ждать непонятно чего и вообще не торопиться с выпиской. Этот раз не стал исключением. Я уже не слушала его доводов и уговоров, дождалась, когда он закончит, и заявила:
– Я не могу здесь больше оставаться. Если меня не выпишут, то уйду сама.
– Хорошо, – помедлив, согласился Влад. – Если ты настаиваешь… Я поговорю с доктором.
– Скажи, они тебе не звонили?
Этот вопрос я задавала ему практически непрерывно. Отрицательно покачав головой и заверив меня, что скоро Женька вернётся, он вышел из палаты, а я еще какое-то время сидела задумавшись.
Странно всё это. Очень странно. Почему они выжидают? Чем больше я об этом думала, тем больше подозревала, что Влад что-то от меня скрывает. Если ребенка держат из-за денег, им уже давно пора дать о себе знать. А они молчат. Им нужна гарантия, что я буду держать язык за зубами? Допустим. А если дело не в моем молчании и не в деньгах? Я сбежала и осложнила ситуацию, а расплачиваться за это придется Женьке. При этой мысли я не удержалась и опять заревела.
# # #
Квартира показалась мне пустой, мрачной и непривычно тихой. Такое чувство, будто в доме кто-то умер. При нашем появлении в прихожую вышла незнакомая женщина средних лет.
– Ну, вот вы и дома, – улыбнулась она. – Наконец-то…
– Елизавета Дмитриевна, наша новая помощница по хозяйству, – приобнял меня Влад.
Кивнув Елизавете Дмитриевне без особого энтузиазма, я прошла в гостиную, буквально утопавшую в розах. Они были повсюду. Нежно-розовые, карминово-красные, кораллово-оранжевые, жёлтые с бардовыми краями и даже голубовато-лавандового цвета. Крупные и махровые, или же нежные и хрупкие, большие и маленькие. И ни одной, абсолютно ни одной розы белого цвета.
– С возвращением, – улыбнулся Влад и поцеловал меня. – Я не рассчитывал, что ты вернёшься уже сегодня. Пришлось экстренно вызывать службу доставки.
Я же лишь кивнула, не в силах выжать из себя ответную улыбку.
– Прости меня. За всё, – подняв моё лицо за подбородок, он заглянул мне в глаза. – Я очень тебя люблю!
Мы ещё долго стояли, обнявшись, пока Елизавета Дмитриевна не позвала нас обедать.
