355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Шон Хатсон » Белый призрак » Текст книги (страница 10)
Белый призрак
  • Текст добавлен: 9 сентября 2016, 22:52

Текст книги "Белый призрак"


Автор книги: Шон Хатсон


Жанр:

   

Боевики


сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц)

Глава 45

Северная Ирландия

Дойл стоял в спускающемся лифте понурив голову – брату покойного надлежало скорбеть, а не сожалеть.

Мерфи был единственной ниточкой, которая могла вывести на ИРА. Теперь же ниточка оборвалась.

И УГОРАЗДИЛО ЖЕ ЭТОГО ПОДОНКА ТАК НЕКСТАТИ ПОДОХНУТЬ.

Врач стоял напротив, уставясь на папку, которую держал в руках. Он явно избегал встречаться с Дойлом взглядом.

Лифт со скрежетом остановился, двери раздвинулись. Коридор был совершенно пуст – если не считать нескольких каталок, на одной из которых лежала простыня. Проходя мимо, Дойл заметил на ней огромное кровавое пятно.

Они подходили к моргу.

Врач распахнул дверь, и в ноздри ударил запах смерти, гнилостно-сладковатый, такой привычный им обоим.

Стены морга были облицованы кафелем, белизну которого еще больше подчеркивал холодный свет люминесцентных ламп. Справа находились холодильные ниши для хранения трупов, слева стояло шесть столов из нержавеющей стали.

На ближайшем из них лежало тело, прикрытое белой простыней.

Врач нерешительно подошел к столу и взглянул на Дойла, словно желая убедиться, что тот не покинул его.

– Простите, но без этого никак не обойтись, – сказал он, потянув простыню за уголок.

Дойл кивнул.

– Как я уже говорил вам наверху, мистер Мерфи, – продолжил врач, отводя взгляд, – есть тут кое-какие странности, потому вам и необходимо взглянуть...

Дойл подошел ближе, посмотрел сначала на Мерфи, затем перевел взгляд на врача.

– Вы, конечно, понимаете, что мы вынуждены будем сообщить в полицию. Но я решил, что сначала это должны увидеть вы. – Врач сдернул простыню, обнажив торс и живот Мерфи.

Даже Дойл был поражен.

– Бог ты мой! – воскликнул он.

Брюшная полость Мерфи была вскрыта. Дойл увидел внутренние органы. Из живота вывалились толстые, раздувшиеся кишки. Но не это поразило Дойла. Возглас изумления относился к содержимому желудка, заполненного множеством цилиндров: потолще указательного пальца и несколько длиннее, они походили на огромных гнойных червей.

Дойл склонился над трупом, разглядывая странные предметы.

– Я извлек один из них, – сказал врач, потянувшись за стеклянной чашкой, стоявшей рядом. Он подвинул ее поближе к Дойлу.

Тот присмотрелся: обтекаемая форма, гладкая поверхность, небольшой выступ на конце.

– Презерватив, – проговорил наконец Дойл.

Врач кивнул.

– Я обнаружил их двенадцать штук, включая и тот, который лопнул. Это и стало причиной смерти вашего брата. Или, вернее, то, что содержалось в лопнувшем презервативе. Ваш брат скончался от обширного внутреннего кровотечения.

Врач вынул ручку из нагрудного кармана своего белого халата и ткнул ею в презерватив, из которого высыпалось некоторое количество какого-то порошка, смешанного со свернувшейся кровью.

– Что это? – спросил Дойл.

– Героин. Ваш брат наполнил презервативы наркотиком и проглотил. Весьма распространенный способ перевозки...

Дойл не отрываясь смотрел на содержимое презерватива.

ЧТО МЕРФИ СОБИРАЛСЯ ДЕЛАТЬ С ГЕРОИНОМ?

– Теперь вы понимаете, почему я обязан уведомить полицию, мистер Мерфи, – как бы извиняясь, проговорил врач.

Дойл кивнул.

– Вы догадывались, что ваш брат занимается подобными вещами?

– Понятия не имел, – искренне изумляясь, ответил Дойл.

ИРА и наркотики? Что-то здесь не вяжется... Сумятица вопросов... Вопросов, требующих незамедлительных ответов.

– В полиции наверняка захотят с вами побеседовать, – сказал врач.

Дойл кивнул, стараясь сохранять на лице выражение убитого горем брата.

– Прежде чем вы им позвоните, я хотел бы сообщить обо всем нашей матери. Я не хотел бы, чтобы о его смерти ее известила полиция.

– Телефон в канцелярии, в конце коридора, – сказал врач.

Дойл вышел, тотчас же нахмурившись.

Стивен Мерфи... Кто он такой? Член ИРА? Если так, то почему он перевозил наркотики?

СЛИШКОМ МНОГО ВОПРОСОВ.

И ни одного ответа.

Он нашел телефон и, набрав номер, ждал соединения.

СЛИШКОМ МНОГО ВОПРОСОВ.

Наконец он услышал на другом конце провода знакомый голос.

– Уитерби, – проговорил он, прикрывая трубку ладонью, – это Дойл. Слушай меня внимательно.

Глава 46

Майор Уитерби терпеливо слушал отчет Дойла. Выслушав рассказ о погоне и последующих событиях, офицер что-то вполголоса пробормотал, но собеседник не расслышал его из-за внезапно возникших шумов на линии.

– Вы меня слышите? – рявкнул Дойл.

– Да, я вас слышу, – ответил Уитерби. – Но не вижу в сказанном вами никакого смысла.

– Я позвонил вам не для того, чтобы обсуждать, есть в этом смысл или нет. Мне нужна информация о Стивене Мерфи. Вы говорили, что на конвой с оружием напали четверо. Возможно, он и был четвертым. Но если так, то зачем этому подонку героин?

– Вы знаете, мне кажется, я где-то слышал эту фамилию.

– Наверняка слыхали. Мерфи – едва ли не самая распространенная ирландская фамилия, – язвительно проговорил Дойл.

– Не думаю, что он член временного крыла ИРА.

– Откуда такая уверенность?

– Это ведь моя работа.

– Вот и занимайтесь своей работой. Раскопайте мне что-нибудь о нем, – сказал Дойл раздраженно. Он закурил, вновь проигнорировав призыв «НЕ КУРИТЬ». На другом конце линии послышался стук клавиатуры компьютера и стрекотание принтера.

– Есть, – наконец отозвался Уитерби. – Стивен Джеймс Мерфи. Родился в Кэррикморе, графство Тирон, в 1951 году. Разведен. Детей нет.

– Мне не нужна его дурацкая биография. Скажите, был ли он осужден?

– Известно, что он являлся членом временного крыла ИРА и два года назад был арестован за хранение взрывчатых веществ. Сбежал из полицейского участка. Шесть месяцев назад его опять арестовали и... – Конец фразы повис в воздухе.

– Ну, дальше?!

– Я же говорил, что уже слышал эту фамилию, – невозмутимо ответил Уитерби.

– Как вы полагаете, он был участником нападения?

– Сомневаюсь, Дойл. На протяжении последних пяти месяцев Мерфи являлся нашим информатором.

Дойл не отвечал.

Затянувшись сигаретой, он выпустил густой клуб дыма, задумчиво наблюдая, как он рассеивается в воздухе.

– Не может этого быть, – проговорил он наконец. – Если бы Мерфи работал на нас, они бы вычислили его и прикончили в течение недели.

– Но не прикончили же...

– Вы пытаетесь мне доказать, что ИРА спокойно терпит стукачей? – Дойл затушил окурок о столешницу. – Не спешите, майор.

– Но, возможно, в этом и состоит наша главная задача – понять, почему ИРА оставила его в живых.

– Они, скорее всего, использовали его в качестве перевозчика наркотиков. Это единственное объяснение. Его не убрали потому, что живой он был для них полезнее, чем мертвый. Вот почему его живот набили героином. – Дойл нахмурился. – Но почему наркотики? ИРА же этим не занимается...

– Дойл, наркотики – не ваша забота. Вам поручено найти оружие.

– Не указывайте мне, чем я должен заниматься, Уитерби. Я знаю, что мне делать. Тут может быть связь.

– Да какая, к черту, связь? Послушайте, забудьте вы о Мерфи.

– Забыть о Мерфи? Он был единственной ниточкой к Риордану и О'Коннору. После того, как я прикончил Кристи...

– Вам, наверное, следовало хорошенько подумать, прежде чем убивать его.

– Он наставил на меня свою пушку. Что мне, черт подери, оставалось делать?

– Тогда найдите остальных.

– Легче сказать.

– Мне говорили, что вы лучший специалист, Дойл. Постарайтесь это подтвердить.

– Идите к дьяволу, Уитерби!

Дойл швырнул трубку на рычаг и направился к двери. В коридоре – ни души. Врач, вероятно, так и не выходил из морга, ждал, когда он вернется. Дойл ухмыльнулся и пошел к лифту.

Поднявшись на первый этаж, он вышел из больницы.

На обратном пути в Белфаст Дойл перебирал в уме те немногочисленные факты, которыми располагал.

Почему все-таки ИРА не убила Мерфи? И зачем им наркотики?

Есть ли здесь какая-нибудь связь с нападением на конвой?

Вопросы, одни вопросы...

Оборваны обе ниточки. Придется начинать с нуля. Но выход есть.

Надо разыскать Пола Риордана и Деклана О'Коннора.

ИМЕЮТ ЛИ ОНИ ОТНОШЕНИЕ К НАРКОТИКАМ?

Он должен найти это проклятое оружие.

А время убегает так стремительно...

Глава 47

– Это он, – сказал Пол Риордан, кивнув в сторону молодчика, выходившего из пивной. – Это Джимми Робинсон.

Мэри Лири, вглядевшись в темноту, окинула парня оценивающим взглядом. Молод, едва за двадцать, решила она. Коренаст, одет в белый свитер и джинсы. На ногах яркие кроссовки.

Парень остановился, закурил и зашагал по улице.

Риордан завел мотор, и, взвизгнув шинами, машина вырулила на дорогу.

Шагавший впереди парень оглянулся на звук. Увидев медленно приближавшуюся машину, замедлил шаг, пытаясь разглядеть водителя. Что им от него нужно?

ШИКАРНАЯ ТАЧКА.

Машина поравнялась с ним, теперь Джимми мог разглядеть человека за рулем.

– Ох, мать твою! – вырвалось у него, и он бросился бежать.

Риордан нажал на газ, и машина, описав дугу, остановилась перед Робинсоном. Пол выскочил из автомобиля и схватил парня за шиворот.

– На пару слов, – бросил он и втолкнул Робинсона в темный переулок.

– Послушай, я же ничего не сделал, – бормотал напуганный парень.

– Ты лживый подонок! – рявкнул Риордан.

Робинсон видел выходящую из машины Мэри – она шла к нему.

Рука ее скользнула за лацкан жакета, и парень почувствовал, как похолодело у него в животе, – в ее руке оказался автоматический пистолет «Чезета». Женщина приставила дуло пистолета к его виску.

– Клянусь своей матерью, я ни в чем не виноват! – взмолился Робинсон. Он закрыл глаза, чувствуя, как дуло прижимается к его виску все сильнее.

– Ты угнал машину в Бэллимерфи два дня назад, – сказал Риордан. – Выпендривался перед своими дружками, да? Ты чуть не сбил маленькую девочку, так ведь?

Робинсон только тихо скулил.

– Простите меня, – сказал он сдавленным голосом.

– Ты компрометируешь нас такими поступками. Ты знаешь, как мы относимся к угонам. Ты должен помнить об этом, – произнес назидательно Риордан.

– Господи, пожалуйста, простите.

– Ты мог убить ту маленькую девочку, Джимми, – продолжал Риордан, отойдя от перепуганного парня.

– Не двигайся, – предупредила Мэри Робинсона, следившего за Риорданом, который направился к багажнику машины.

– Послушайте, я не хотел этого... – начал Робинсон.

– Заткнись, – прошипела Мэри.

Риордан вернулся, в руке он нес тяжелый молоток для вытаскивания гвоздей.

– Пожалуйста, – всхлипывал Робинсон. – Не калечьте меня, я сделаю все, что вы от меня потребуете, клянусь!

– "Не калечьте"! – передразнил Риордан. – А ты ведь мог искалечить ту девочку. Закатывай свои дурацкие джинсы.

Робинсон медлил.

– Ну же! – рявкнул Риордан.

Мэри взвела курок пистолета, металлический щелчок эхом отозвался в пустом переулке.

Робинсон закатал джинсы до колен, обнажив голени.

Риордан кивнул.

– На этих проклятых улицах достаточно опасностей и без таких подонков, как ты, Джимми, – произнес он и нанес Робинсону страшный удар молотком по голени, который пришелся чуть ниже колена.

После первого удара берцовая кость треснула, второй удар сломал ее.

Робинсон закричал, но Мэри зажала ему рот ладонью. При очередном ударе Риордана она почувствовала на ладони тепло дыхания и слюну Робинсона. Риордан продолжал бить по кости до тех пор, пока из-под лопнувшей кожи не показались сломанные края кости...

Робинсон свалился на землю, а Риордан принялся за левую ногу.

Последовали еще четыре мощных удара, и обломок кости в несколько дюймов длиной прорвал кожу своими острыми краями, закапал костный мозг.

Риордан выпрямился и пошел рядом с Мэри к машине, не обращая внимания на отчаянные вопли Робинсона.

Они сели в машину, Риордан бросил окровавленный молоток на заднее сиденье, Мэри Лири засунула свою «чезету» обратно под жакет.

Они уехали.

Глава 48

Лондон

На ветровом стекле «даймлера» уже расплывались первые капли дождя, когда Джоуи Чанг въезжал в гараж.

Часы на приборном щитке показывали 23. 07. У Чанга ныла спина, ныла целый день. Головная боль, несколько часов глодавшая затылок, усилилась, и Чанг осторожно наклонял и поднимал голову, надеясь унять боль.

В ночном Найтсбридже было относительно тихо. Он проехал мимо Хэрродса – из многочисленных баров и кафе выходили засидевшиеся посетители. Чанг скользнул по ним равнодушным взглядом. Его мысли сейчас были заняты другим.

Многоквартирный дом на Кадоган-Плейс насчитывал семь этажей и имел собственную подземную автостоянку. В это подземелье Чанг сейчас и въезжал.

Он редко встречался с обитателями дома. Знал лишь, что все они состоятельные люди, раз могли позволить себе приобрести такую собственность. Свою квартиру он купил два года назад, тогда она обошлась ему в четверть миллиона. Он часто думал, что сказали бы его родители, если бы дожили до этого времени и увидели его жилище.

Он проделал долгий путь. От однокомнатной каморки в Каолуне, которую делили между собой он, его родители и семеро братьев и сестер, до этого символа богатства здесь, в Лондоне.

Многим он был обязан своей организации, и не в последнюю очередь – доходом, приближавшимся к полумиллиону долларов в год. Организация оплатила все, что он имеет, и, когда придет время, оплатит образование его детей в частных заведениях. Чанг заботился о будущем детей. Впрочем, и его работа отчасти была подчинена будущему. Из-за этой работы у него появились седые волосы на висках и несколько лишних морщин у глаз. Сколько еще морщин прибавится на его лице, прежде чем будет улажен конфликт с Хип Синг?

Неудачное нападение прошлой ночью убедило всех людей Тай Хун Чай в том, что единственным выходом оставалась тотальная война. Чанг тоже понимал это, но все еще не решался рекомендовать такой выход Во Фэну. Он знал: если война начнется, она будет быстротечной и кровавой, и никто не сможет избежать опасностей.

НИКТО.

При въезде на пандус, который вел к подземной автостоянке, он затормозил. Если не считать света фар его автомобиля, на стоянке было темно. Неисправная люминесцентная лампа, пугающе шипя, мигала, как стробоскоп.

Чанг посмотрел в зеркало назад.

БОИШЬСЯ, ЧТО КТО-ТО ЕДЕТ СЛЕДОМ?

Он поставил машину на обычное место и сидел за рулем, массируя рукой затылок. Кажется, отпустило. Взял с пассажирского сиденья свой кейс и, выбравшись из машины, закрыл дверцу.

Замок щелкнул, и звук эхом разнесся по автостоянке, усиленный пустотой подземелья. На бетоне темнели масляные пятна, в воздухе стоял запах бензина.

Рядом разместились еще с полдесятка автомобилей: «роллс-ройс», пара «ягуаров» и «феррари».

Чанг обернулся, услышав какой-то звук.

Он стоял неподвижно, вслушиваясь в тишину.

Чье-то дыхание?

Нет, это всего лишь легкий ветерок, гулявший по автостоянке. Он гнал по грязному бетону обертки от конфет и печенья, и они тихо шуршали. Люминесцентная лампа, зажужжав, погасла. Гараж погрузился в непроницаемую тьму, ее нарушал лишь тусклый свет уличных фонарей, который лился из проема въезда на стоянку, как грязная желтая вода льется сквозь решетку канализации.

Чанг пошел прочь от машины, звук его шагов гулко звучал в тишине.

Он был раздосадован своей нервозностью, но шага не замедлил и не сводил глаз с двери лифта, который увезет его из этого мрака.

Свет снова мигнул, ярко загорелся и погас окончательно.

Чанг решил про себя, что утром обязательно заявит о неисправности.

Он подошел к двери лифта и нажал кнопку вызова, оглядываясь в пугающую темноту.

Казавшаяся живой, она заполняла весь гараж, поглотив малейшие проблески света, окутав машины и словно бы плотным покрывалом укрыв все вокруг.

Чанг услышал звук шагов и встревоженно завертел головой.

Люминесцентная лампа вспыхнула на мгновение, залив все ярким светом.

Чанг окинул взглядом подземелье.

И ничего не увидел. Никаких подозрительных теней. Вообще – ничего. Но звуки шагов были слышны.

Лампа погасла снова.

И тут он понял, что шаги доносятся сверху, с улицы, эхом отзываясь в тишине, которую принесла с собой ночь, – все звуки усиливались пустотой помещения.

Лифт спустился, распахнулись дверцы. Чанг облегченно вздохнул, вошел внутрь и нажал кнопку пятого этажа. Он ждал, пока закроется дверь, и что-то ворчал себе под нос, раздраженный тем, что закрывается она крайне медленно. Он стоял, прижавшись спиной к задней стенке лифта, и всматривался в темноту.

Ждал.

Наконец двери закрылись, и Чанг не смог сдержать вздоха облегчения.

Лифт начал подниматься.

Глава 49

Поднявшись на нужный этаж, Чанг полез в карман пиджака за ключом.

Он ступил на толстый ковер, который покрывал пол в коридоре, и направился к самой дальней двери. В доме царила тишина, он услышал лишь приглушенный звук работающего телевизора, когда проходил мимо одной из дверей.

Чанг вошел в свою квартиру, закрыл дверь и запер ее на ключ.

– Ты сегодня поздно вернулся.

Услышав голос жены, он улыбнулся и повернулся к ней.

Су вышла из кухни, ее худощавое лицо светилось улыбкой. Она протянула к Чангу руки и обняла его, он тепло ей улыбнулся и крепко прижал к себе.

– Я уже начала волноваться, – сказала она, не выпуская его из объятий. – Дети хотели дождаться тебя, но я сказала, что ты вернешься очень поздно.

Чанг нежно поцеловал ее в губы и кивнул, гладя рукой ее длинные черные волосы.

Когда он впервые увидел ее двенадцать лет назад в баре гостиницы «Мандарин Ориентал» в Гонконге, то был очарован ее красотой – тонкими чертами лица, великолепной фигурой. Сейчас, после десяти лет брака и рождения двоих детей, она сохранила и свою жизнерадостность, и хрупкую красоту, осталась такой же желанной для него. Су была моложе Чанга на несколько лет. С начала их совместной жизни она знала, кто он на самом деле. Тогда он был лишь рядовым исполнителем, низшим чином в сложной иерархии Тай Хун Чай, и не надеялся, что когда-нибудь пробьется наверх. Но за прошедшие годы ему удалось многое. Не раз Су вместе с мужем подвергалась риску, обеспечивала ему алиби – это спасало его от тюрьмы. Да разве только этим он обязан ей!

Чанг прошел в гостиную и наполнил бокал.

– Неужели все так плохо? – спросила она и присела на краешек софы, подобрав под себя длинные ноги.

– Плохо – это не то слово, – задумчиво произнес Чанг и снова наполнил бокал. Он показал рукой на бутылку «Мартеля», и Су согласно кивнула. Он наполнил второй бокал, подал ей и смотрел, как она греет в руке пузатый сосуд.

– Что же происходит, Джоуи?

– Я сам хотел бы знать, – бросил он неопределенно, гладя рукой ее струящиеся волосы.

Она встала, села к нему на колени и теперь смотрела на него сверху вниз.

– Хип Синг уходит из Гонконга, многие другие организации тоже покидают его. Новый режим неблагоприятен для бизнеса, как для нашего, так и для чьего-либо, – начал он. – Но Хип Синг, похоже, сильнее нас, они лучше подготовлены, лучше вооружены и готовы к драке.

– А вы не готовы?

Он пожал плечами.

– Что ж, если война остается единственным выходом, пусть будет война, – пробормотал он.

– Будь осторожен, Джоуи, – сказала она, положив руку ему на колено.

Он наклонился и поцеловал ее в губы.

– Это тебе надо быть осторожной, – возразил он. – Тебе и детям. За себя я не боюсь, но у людей Хип Синг нет чести. Они обязательно нанесут удар и по нашим семьям. Вы – это самое ценное, что у меня есть.

Она сжала его руку с силой, неожиданной для такой изящной белой ручки.

– А что говорят по поводу войны другие? – спросила она.

– Верхушка пойдет за мной. А Фрэнки Вонг, я уверен, ждет войны с нетерпением.

– И нет способа избежать ее?

Он снова пожал плечами, словно устал от обсуждения этой темы.

– Хочу взглянуть на детей. Я не потревожу их. – Чанг поднялся и направился в холл. Су с улыбкой проводила его взглядом.

В квартире было четыре спальни. Чанг остановился у первой двери и прислушался, прежде чем приоткрыть ее.

Анна спала в обнимку с большим плюшевым медведем.

Чанг подошел к своей шестилетней дочери и опустился на колени рядом с кроваткой, прислушиваясь к спокойному дыханию ребенка, затем он наклонился и осторожно поцеловал ее в теплую макушку. Анна пробормотала что-то и перевернулась на спину, медведь выпал из ее ручонок. Чанг поднял его и положил в кровать, затем на цыпочках вышел из комнаты, притворив за собой дверь.

Спальня сына находилась напротив – он вошел к нему так же осторожно, стараясь не наступать на игрушки, разбросанные вокруг, словно это было игрушечное минное поле.

Майкл спал, зарывшись лицом в подушку, простыни сбились в комок.

Чанг поправил простыни, старательно укрыв ими пятилетнего сына и подоткнув с боков. Нежно прикоснувшись к голове мальчика, он вышел из комнаты.

Он улыбнулся стоявшей за дверью Су.

– Оба спят, – сказал он тихо.

– Хорошо, – ответила она вполголоса и, взяв его за руку, повела в ванную. Из открытых кранов лилась вода, наполняя персикового цвета ванну, в ноздри Чанга ударил запах бадузана.

– Прими ванну, ты расслабишься, – улыбнулась Су.

Чанг ответил ей благодарной улыбкой и стал расстегивать рубашку. Его улыбка стала еще шире, когда он увидел, что и Су расстегивает блузку, распахивает ее и выскальзывает из леггингсов.

Под ними не оказалось ничего, и он с восхищением смотрел на ее стройные бедра и небольшой треугольник темных волос между ними.

Движением плеч она сбросила блузку, подошла поближе и прижалась к нему грудью с уже набухшими сосками.

– Это ванна такая большая, – промурлыкала она, – и я подумала, что тебе одному будет в ней скучно.

Чанг рассмеялся.

Давно он этим не занимался и опасался, что вряд ли ему представится возможность заниматься слишком часто в ближайшее время.

За окном усиливался дождь. А вода наполняла персиковую ванну. Аромат бадузана возбуждал Чанга, и он снова рассмеялся.

Су захихикала, и они вошли в благодатную теплую воду.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю