Текст книги "Властитель свободы (ЛП)"

Автор книги: Шериз Синклер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)

Шериз Синклер
Властитель свободы
Властители Тёмных Небес – 4,5

Информация о переводе:

Автор: Шериз Синклер

Название на русском: Властитель свободы

Серия: Властители Тёмных Небес

Перевод: nikilina

Сверка: Amelie_Holman

Бета-коррект: olgo4ka

Редактор: Amelie_Holman

Оформление: Skalapendra

Глава 1

– Ты ёбаная… – заключенный, сидящий за столом напротив нее, плевался и ругался. Вирджиния Каннингем пыталась сохранить непроницаемое выражение лица. Она была социальным работником с многолетним опытом, но последние два месяца работы в тюрьме стали серьезным испытанием на прочность.

Она положила дрожащие руки на стол и оглядела свой кабинет, бетонную коробку, способную вызвать клаустрофобию у кого угодно. Единственное окно было в двери. Она попыталась добавить ощущение простора, развесив на стенах яркие плакаты с местными горами Йосемити. Ее любимым был плакат с человеком, поднимающимся на Эль-Кэптен. Было видно, с каким трудом он карабкается на вершину, как напряжено все тело.

Его хотелось подсадить. Но целеустремленное выражение лица говорило ей, что он покорит вершину без посторонней помощи.

Ох, если бы можно было поделиться его решимостью с заключенными, которых она консультировала. Многие из них окончательно потеряли надежду. Или, как мистер Йоргенсен, были настолько злы, что ни на что другое их не хватало.

– Мистер Йоргенсен, – спокойно сказала она, – когда вы…

Он повысил голос, чтобы перекричать ее:

– И эти ёбаные хуесосы…

Боже. Иногда ее задачей было просто слушать, а они говорили и говорили. Иногда заключенные разговаривали с ее золотой рыбкой Чаком, жившем в аквариуме на офисном стеллаже. После того, как они расслаблялись, можно было переходить к активной терапии.

К сожалению, разглагольствования мистера Йоргенсена были бесполезны, и у нее было ощущение, что он спокойно отсюда не уйдет.

Хотя насилие за ним и не отмечали, ее предупредили, чтобы она не рисковала, как будто сидеть с агрессивным заключенным один на один без присутствия охранника это не риск. Но имеем что имеем. Она нажала кнопку интеркома, вызывая сотрудника тюрьмы.

Когда охранник вошел в комнату, она встала.

– Мистер Йоргенсен, наше время истекло.

Заключенный плюнул в нее.

– А эти гребанные ублюдки…

– Пожалуйста, выведите его, – сказала она конвоиру.

– Давай, пошли, Йоргенсен, – сказал он.

Заключенный резко обернулся и увидел охранника. Послушно и спокойно он ушел из кабинета.

Когда дверь за ними закрылась, Джин откинулась на спинку стула, чтобы не видеть плевков. К счастью, у нее довольно широкий стол.

В прошлом она работала с детьми и их семьями. Ее обзывали, на нее кричали, ее оскорбляли. Подростки особенно усердствовали в язвительности и оскорблениях.

Но в нее никогда никто не плевал.

Она медленно дышала, успокаиваясь, хотя в комнате воняло потом мистера Йоргенсена, смешанным с сильным запахом мыла, которым пользовались заключенные.

Боже мой, ей не подходит работа в тюрьме. Надо было хорошо подумать, прежде чем соглашаться на эту вакансию. Отчаяние замутило разум – она так активно стремилась уйти от бывшего жениха, что согласилась на максимально удаленную от него работу.

Ну, она ошиблась. И в итоге будет продолжать и делать все, что в ее силах, для своих подопечных.

– Рабочий день закончен. Я сваливаю, – крикнула Пенелопа из приемной.

Какая прекрасная мысль.

Йоргенсен был на сегодня ее последним клиентом. Вирджиния вскочила на ноги, не обращая внимания на дрожь в коленях, и натянула черную куртку. Она была такого же свободного покроя, как мешковатые штаны и белая рубашка большого размера, застегнутая на все пуговицы. Меньше всего ей хотелось, чтобы заключенные увидели в ней женщину, хотя ее уродливый наряд, похоже, не особо повлиял на количество подначек и освистываний.

Быстро похлопав по карманам, чтобы убедиться, что тревожный брелок и ключи с собой, она вышла из кабинета в серую приемную. Двое других ее коллег собирались уходить. Пренебрегая рекомендациями относительно женственности, огненно-красное обтягивающее платье Пенелопы подчеркивало каждый изгиб. Господи помилуй, у этой женщины, видимо, не было никаких проблем с приставаниями заключенных.

У дверей Ховард Сайдел натягивал пальто.

Джин вежливо ему кивнула, потом улыбнулась Пенелопе.

– Если не возражаете, я пойду с вами.

– Конечно, Джин, – сказала Пенелопа, – вместе безопаснее, ага?

– Не среди этих зверей, – кисло сказал Ховард.

Джин проглотила ответ. Этот толстяк был одним из самых нетерпимых людей на свете. По его мнению, все заключенные отвратительны. Неисправимы. Придерживаясь такой точки зрения, как он мог им помочь?

С другой стороны, может, он не знал, какое это счастье – сделать чью-то жизнь лучше. Господи, это очень сложно сделать, но ради шанса что-то изменить она и стала заниматься этой работой. Так что именно это она и делала.

****

Час спустя Джин распахнула тяжелую дверь таверны «КлеймДжампер». И отшатнулась, услышав орущую музыку кантри. Хриплый голос Джонни Кэша так гремел, что уши закладывало.

Заходя в бар без компании, чувствуешь себя ужасно одинокой, и Джин остановилась рядом с рогами на стене, служившими вешалкой для одежды. Несмотря на вечер четверга, в таверне было негде яблоку упасть. С началом летнего сезона в долину Йосемити, край лесорубов, рыбаков и местных жителей, приезжало много сезонных рабочих.

Она огляделась с несчастным видом. Ее любимые коричневые вельветовые брюки и обтягивающий серебристо-белый топ казались слишком нарядными на фоне джинсов и фланелевых рубашек остальной публики. Упс. Нужно будет в ближайшее время пройтись по магазинам.

В бар зашла толпа народу и протолкнула ее внутрь, несмотря на то, что она хотела остаться стоять у стены.

– Джин! Сюда! – в углу зала встала высокая фигуристая рыжеволосая девушка и помахала ей. Две другие остались сидеть за квадратным деревянным столом.

Воспрянув духом, Джин направилась к ним, осторожно двигаясь на высоких каблуках по неровному полу. Она вдыхала запаха парфюма и попкорна, пива и пота, сырой одежды и одеколона.

– Джин, я так рада, что ты пришла, – Бекка обвела рукой компанию за столом, – Вирджиния Каннингем, а это Саммер Арагон и Кайли Мастерсон Хант. Саммер медсестра в клинике Биар Флэт. Кайли и ее семья владеют туристической фирмой.

Хорошенькая блондинка в золотом кашемировом свитере просияла, улыбаясь с другого конца грубого деревянного стола. Как ей подходит имя Саммер[1]1
  «Лето» в переводе с английского.


[Закрыть]!

– Присоединяйся, Джин.

– Рада познакомиться, – сказала миниатюрная Кайли, взъерошенная брюнетка с темно-карими глазами, одетая в майку и фланелевую рубашку. Она указала на кувшин с пивом и подняла стакан. – Пиво будешь?

– Спасибо всем, вы мои спасительницы, – Джин повесила замшевую куртку на спинку стула и устроилась поудобнее. Она взяла у Кайли стакан с пивом и осушила его на треть. Холод и солод. – То, что нужно.

– Тяжелый день на работе? – спросила Саммер с непритворным сочувствием.

– Милая, ты себе даже не представляешь, – Джин закатила глаза и улыбнулась.

– Чем ты занимаешься? – спросила Кайли.

– Я социальный работник.

– Из окружного агентства медицинской помощи на дому? – спросила Саммер, нахмурившись. – Или у тебя собственная практика?

– Нет, – она сглотнула, вспомнив о своей старой клинике, – я работаю в тюрьме.

– Оу, я даже представить себе не могу, – сказала Бекка.

– Я там только второй месяц. Это очень не похоже на то, к чему я привыкла, – некоторые из ее коллег консультировали заключенных, поэтому она думала, что ей понравится эта непростая задача. Она ошиблась. Джин смотрела в стакан с пивом, наблюдая, как пузырьки поднимаются на поверхность. Она мечтала о новом старте, совершенно иной жизни, наполненной значимой работой, поддерживающим окружением и потрясающими друзьями.

Вместо этого она была в ужасе от этой работы. И, что еще хуже, она скучала по бывшему жениху, друзьям, городу. На самом деле, она скучала по дому больше, чем ребенок, первый раз поехавший в лагерь.

Тосковать по дому, заедать стресс и запоем смотреть старые вестерны – не лучший способ начать новую жизнь.

Как следует отругав себя, она пришла сюда, желая повеселиться. Умничка, Джин. Вокруг раздавался чудесный шум – смех, звон стаканов, Алан Джексон пел «Гуд тайм», жарился попкорн. Она улыбнулась девушкам: – Я очень рада, что вы меня пригласили.

– Вот, детка, угощайся жирным и соленым, – Бекка пододвинула ей тарелку с картофелем фри. – Так что случилось сегодня?

– Ну, первым был заключенный, который… ну, он чувствует себя настолько виноватым в том, что из-за него погиб друг, что находится на грани того, чтобы покончить с собой, – и то, что до этого его консультировал Ховард Сайдел, уж точно ему не помогло.

Сможет ли она вытащить его?

Она сможет. Она должна.

– Следующий, – она скорчила рожицу, – хотел не столько получить консультацию, сколько….эмм… удовлетворить себя. У меня в кабинете.

Она улыбнулась, увидев их шокированные лица.

– Потом пришел парень, который всю сессию орал на меня и плевался. И подробно рассказывал, как он меня отымеет. Не думаю, что все из того, что он перечислил, физически возможно.

Кайли захихикала, Бекка громко расхохоталась.

Улыбка Саммер померкла.

– Вирджил – мой муж, лейтенант полиции – сказал, что убили одного заключенного. Зарезали?

Джин стиснула руками кружку.

– Это ужасно. Охранник, я имею в виду конвойный, – ей нужно было научиться называть правильно, – сказал, что старый урка заточил ручку зубной щетки и зарезал новенького, – Джин сделала большой глоток. Юноша занимался уборкой помещений и всегда был вежлив. А теперь он погиб.

– О, это жестоко, – Саммер погладила ее по руке.

Кайли нахмурилась.

– Думаю, начальник тюрьмы понесет за это ответственность. Народ был недоволен, когда тут построили государственную тюрьму. Их беспокоило, что заключенные могут сбежать и все такое.

– Не сомневаюсь. Хотя тюрьма стоит на отшибе, – сказала Джин. – Вы дорогу туда видели? Этот серпантин? Я чуть не описалась от страха, когда в первый раз туда ехала.

Бекка рассмеялась.

– Тебе надо съездить в наш дом. Вот погоди, пока снег выпадет.

– Я в полном дерьме, – простонала Джин. – Я не умею водить в снегопад. Самая высокая гора Луизианы – это дамба.

– Й-аа в пооолном дерьме, – сказала Кайли. – Мне так твой выговор нравится. Я слова глотаю, а ты тянешь их, как Скарлет О'Хара.

– Я обожала «Унесенные ветром», когда была маленькой, – за исключением концовки. Ее улыбка померкла от нахлынувших воспоминаний. Она стоит на обочине, а папа ставит чемодан в машину. – Ннно папочка, я буду стараться. Я буду очень стараться… – он не остановился. Он уехал, как Рэтт.

– Так ты тут всего два месяца? – спросила Саммер.

– Мммм. Мне стоило больше узнать об этом месте, прежде чем сбежать в Калифорнию.

– Эй, зачем портить себе радость открытия? – Бекка склонила голову, – Но почему ты умчалась сломя голову, ничего толком не выясняя? – Бекка задала вопрос с таким искренним беспокойством, что он не показался бестактным.

– Мы расстались с женихом. И я… – ей было очень больно и она была готова на все, чтобы его удержать. Поняв это, она запаниковала так, что согласилась на самую удаленную работу, которую смогла найти. Получив калифорнийскую лицензию много лет назад, она смогла моментально найти работу. – Я не хочу…

– Никогда больше его видеть? – Саммер кивнула. – Знакомое чувство.

– Мужчины, – Кайли налила Джин еще пива, – они могут быть такими ублюдками.

– И глупыми. Иногда они кажутся тупыми, как пробки, – согласилась Саммер.

– Все так, – улыбнулась Бекка. – Кроме наших мужей, которые тупят лишь иногда.

Когда у нее зашумело в голове, Джин поняла, что перед тем как пить, стоило поесть. Она схватила картошку фри.

– Мужья, да? Значит, вы не пойдете тусить и клеить мужиков? – Со мной? Ей не нужен был новый мужчина, но как она могла отказаться от танцев?

И от секса. Конечно же, девушка может найти мужчину, который будет хорошим любовником и не захочет ничего большего.

– Ты никогда не встречала таких собственников, как наши мужья. – Бекка усмехнулась: – Муж задницу мне надерет, если я только попробую.

– Угу, ну, конечно, – фыркнула Джин.

– Логан меня уже порол, – сказала Бекка.

Что… серьезно? Она затрепетала при мысли о шлепках. Господи, помилуй, она перечитала эротических романов.

Бекка махнула рукой в сторону остальных.

– Джейк и Вирджил сделают то же самое, если их женщины будут себя плохо вести.

– Бекка, – Саммер нахмурилась.

– Это неподходящая тема для разговора, – вмешалась Кайли.

– Сейчас расскажу, как я с Джин познакомилась, – улыбнулась Бекка подругам.

Джин поперхнулась пивом.

– Нет! – но она так сильно закашлялась, что ее не поняли.

– В «Поттери энд Пейджес». Представляете, миссис Рид устроила выставку книг «Что читать после 50 оттенков серого?» Бекка кивнула оторопевшим подругам, – Честно-честно. И Джин принесла книги Лекси Блейк, Шайлы Блэк, Фионы Арчер и Дж. Кеннер.

Джин хотела сквозь землю провалиться. Конечно, они с Беккой подружились, но все же… остальных она едва знала. Милые нормальные женщины из маленького городка. Она обречена. Джин покраснела как рак.

Саммер потрясла головой.

– Бекка, ты ее смущаешь. Ты ей говорила, что мы в Теме?

– Конечно… о, боже, нет! – Бекка повернулась к Джин. – Ты, видимо, решила, что я тут распинаюсь о твоих любимых книгах перед чопорными суровыми христианками, да?

Джин перестала задерживать дыхание.

– Честно говоря, да.

Кайли и Саммер расхохотались.

Кайли подняла руку.

– Мы не погрязли в Теме 24/7, но она большая часть нашей жизни. На самом деле я на этой неделе веду экскурсию для тех, кто хочет познакомиться с БДСМ. Мой муж и его друг будут инструкторами.

Пиво. Надо глотнуть пива. Джин сделала такой большой глоток, что поперхнулась. Снова. У нее не просто раскраснелось лицо, ей казалось, что она в сауне.

– Подожди, – хрипло сказала она, – ты хочешь сказать, что романы не врут? БДСМ существует?

Бекка удивленно подняла брови.

– Ну, да.

О.Боже. Мой.

– Мой бывший жених говорил, что это просто эротические выдумки, придуманные, чтобы книги лучше продавались. – Люди в самом деле этим занимаются? Джин подалась вперед и шепнула Кайли: – И ты собираешь людей и обучаешь их этому?

Кайли склонила голову набок.

– Мммгм.

Вау. Вау. Вау.

– Никогда не думала, – ее охватила дрожь. Фантазии не всегда можно осуществить… да?

– Знаешь, – сказала Кайли с легкой улыбкой, – мне бы не помешала помощница. Хочешь пойти и на все посмотреть?

Не стоит. Очень, очень плохая идея.

– Да, – Джин задрожала от возбуждения… пока не возобладал здравый смысл. – Эм, может быть. Можно будет просто смотреть, чтобы понять что к чему?

– Только это и можно. Гости все будут парами – моногамными парами. Ты не сможешь с ними играть, даже если захочешь. – Кайли улыбнулась: – Ты в деле?

Это происходило на самом деле. Желание увидеть все своими глазами было таким сильным, что подавить его было невозможно.

– Да, пожалуйста. Я в деле.

Глава 2

Аттикус Вэр закончил чистить Фестуса уже в сумерках. Он отвел буланого коня в грубо сколоченный загон, где Мастерсоны держали ездовых лошадей.

Потянулся, унимая боль в плечах, и глубоко вздохнул, отгоняя мрачные мысли. Иногда даже в таком крошечном горном городке, как Биар Флэт, было слишком многолюдно. Время от времени ему хотелось сбежать, вдохнуть свежий чистый воздух, услышать стук копыт по проселочной дороге, полюбоваться, как орел парит над вечнозеленым лесом. Природа восстанавливала его душевное равновесие, каким бы депрессивным ни казался ему мир из-за работы…

Работа в правоохранительных органах бывала очень мрачным занятием.

До него донесся запах, и брови поползли вверх. Это свежевыпеченный хлеб? Здесь? Тут нет духовки.

Идя по горному лугу, он заметил, что сквозь пожухлую прошлогоднюю траву пробиваются новые зеленые ростки. Ручей бурлил, убегая вдаль по долине, то подныривая под забор, то уходя за ряд небольших домишек. Сразу за домиками находился «павильон»: навес на четырех столбах, под которым слева стоял обложенный кирпичом гриль, по центру было кострище и несколько грубых столов для пикника. За деревьями виднелась пара сараев.

Выглядело все хорошо. Ханты и Мастерсоны здорово поработали, превратив луг Модс-Крик в стоянку для весеннего лагеря. И это отлично подходило для обучения БДСМ.

В пятницу – вчера – Джейк и Кайли Хант привели учеников, прошлой ночью у новых Домов должен был быть первый урок. Сегодня вечером Аттикус познакомит пары с Темой.

Нет ничего веселее, чем учить искусству связывания. И, несмотря на вечернюю прохладу, у костра будет достаточно тепло, чтобы повеселиться.

Он бросил спальник и рюкзак в пустом домике и пошел к павильону. Если повезет, горячий кофе еще не закончился. Он умрет, если не выпьет кофе. Хотя сегодня и его выходной, из-за серьезного ДТП ранним утром на работу вызвали всех, даже детективов.

Он скривился. Ужасное зрелище. Мигающие аварийки, чернеющая на асфальте кровь, искореженные обломки. А все потому, что какой-то мудак решил, что отказаться сесть за руль, потому что слишком пьян, – это не по-пацански.

Черт, это больная тема, потому что на месте пьяного водителя он представлял своего брата, а на месте тела на земле, накрытого простыней – их друга Эзру.

Его охватила печаль. Он скучал по обоим. Эзра вырос на соседнем ранчо в Айдахо, был на год моложе Аттикуса и на два старше Сойера. Подростками они все вместе отрывались на всю катушку, пока Аттикусу не пришлось рано повзрослеть. Но как только Сойер перешел в старшие классы, они все вместе дрались, вместе участвовали в родео и даже снимали женщин вместе.

Теперь Эзра был мертв, а Сойеру становилось все хуже в тюрьме, где он оказался из-за обвинения в непредумышленном убийстве в состоянии опьянения.

Айдахо казался таким далеким.

– Все нормально, Аттикус? – позвал Джейк из павильона.

Тот моргнул и взял себя в руки. Застыл как изваяние, глядя на бурлящий ручей. Тупица.

– Просто торможу.

Ступив под крышу павильона, он взглянул на костер. Тот уже как следует разгорелся, как и гриль.

– Сколько человек я учу сегодня вечером? – спросил он Джейка.

У Джейка Ханта и его брата была турбаза в лесу, куда приезжали любители различных сексуальных практик, включая БДСМ. В партнерстве с турфирмой Мастерсонов, организовавшей туры по горам – одним из гидов была жена Джейка – они время от времени организовывали учебные походы.

– Всего лишь три пары, все семейные. Отличная группа.

– Неплохо. Готовы обучаться связыванию?

– С нетерпением ждут сегодняшнего вечера, – Джейк кинул стейк на гриль. – Я пытался найти тебе достойную партнершу, но все сабы уже заняты.

– Господи, Хант, я же говорил, что сам найду себе сабу. Ты не знаешь значения слова «сам»?

– Нет, – Джейк улыбнулся, затем посерьезнел: – Мы с Логаном, черт подери, найдем тебе сабу получше, потому что сам ты, похоже, сделать этого не можешь.

– Отъебись, Хант, – он слышал, что замужние женщины часто пытаются свести с кем-нибудь своих подруг, но сватовству не место в мужской дружбе. Никогда.

– Кофе есть?

– Должен был остаться, – Джей кивнул на старомодный кофейник, стоявший на гриле и вернулся к шкворчащим стейкам. Сбоку в золе серебряными холмиками блестели запекаемые в фольге картофелины. На горячих углях стоял чугунок.

Аттикус фыркнул. Блять, пахло отменно.

– Кайли умудряется печь хлеб?

– Без шансов, – раздался сзади голос Кайли. Воинственная миниатюрная черноглазая брюнетка – индусская версия феи Динь-Динь – крепко обняла его. – Рада тебя видеть, Аттикус.

– И я тебя, крошка, – сказал он, чтобы немного ее позлить.

Она ненавидела свой маленький рост и со всей силы врезала ему кулаком в живот.

Чтобы развеселить ее, он картинно застонал от боли и согнулся пополам.

Она рассмеялась.

Кто-то еще рассмеялся низким смехом.

Выпрямившись, Аттикус увидел женщину рядом с Кайли. Пять футов пять дюймов[2]2
  Приблизительно 163 см.


[Закрыть]. Великолепные зеленые глаза с рыжими крапинкам того же цвета, что и веснушки на щеках. Темно-каштановые волосы заплетены в длинную косу, переброшенную на грудь.

Очень, очень мило.

Она опустила глаза, неосознанно подчиняясь.

– Привет, – он подождал, пока она снова на него посмотрит, и улыбнулся.

Она порозовела.

– Привет.

– Вирджиния, – это Аттикус, – сказала Кайли. – Он сегодня будет обучать связыванию.

– Вирджиния, – Аттикус протянул руку.

– Называйте меня Джин, пожалуйста. Приятно познакомиться, – ее мягкая тягучая речь напоминала о мятных коктейлях и усадьбах. Она улыбнулась ему, правый угол рта приподнялся выше левого, и на щеке мелькнула ямочка.

– Взаимно, – у нее были нежные пальчики, ногти покрыты неброским серебристо-синим лаком. Интересно, а трусы у нее тоже серебристо-синие? Под темно-синими джинсами – похоже, тщательно выглаженными – и облегающим зеленым термобельем Хенли? Он готов поспорить, что новая фирменная одежда куплена специально для этого путешествия.

Почему ему это кажется очаровательным?

Это все неважно, поскольку играть с ней будет нельзя. Все женщины приехали сюда со своими партнерами, и претендовать на чужое он не будет.

Сердце Джин забилось, как сумасшедшее, когда мужчина пристально посмотрел на нее серо-голубыми глазами.

Секунду спустя она поняла, что он все еще держит ее за руку. Она отдернула руку и покраснела. Спокойнее, Джин. Но он так ее касался… Может ли мужчина демонстрировать сексуальный интерес, просто удерживая ее за руку? Ничего больше не делая?

Но его рука была теплой, ладонь и пальцы – очень крепкими и мозолистыми. И большими. Разве это не странно, что когда ее рука утонула в его ладони, она почувствовала себя в безопасности?

Он был ростом более шести футов[3]3
  180 см.


[Закрыть], а потрепанная ковбойская шляпа прибавляла ему еще несколько дюймов. Некоторые мужчины прикрывали шляпой лысину, но его густые каштановые волосы доходили до плеч. Угловатое лицо, длинный нос, аккуратно подстриженная борода подчеркивает квадратный подбородок. Он словно был героем ее любимых фильмов про ковбоев.

Мужчины, завоевавшие Запад, без труда завоевывали и женщин… и этот мужчина тоже. Она задрожала.

Он прищурился.

– Тебе холодно, милая? – мягко спросил он низким басом.

Можно подумать, она признается, что дрожит из-за него.

– Да.

– Вирджиния, – у нее засосало под ложечкой от неодобрительного выражения его лица. – Первый урок сегодняшнего вечера: будь честна. Даже – и особенно – если тебе неудобно ответить честно.

Она удивленно приоткрыла рот.

– Н-н-но, я не…

– Я знаю, что ты не моя саба, чтобы я тебя учил, но я инструктор. И я, и твой Дом должны быть уверены, что ты говоришь правду. Понятно, зверушка?

– Да. Конечно, – она попятилась. – Но я…

Из-за его сурового и пристального взгляда она никак не могла собраться с мыслями.

– Никаких «но».

– Я… Извините меня. Я должна сделать салат, – она с достоинством отошла к кухонному столу, зная, что позорно сбегает. Но почему? Много лет она управлялась с невменяемыми преступниками. Даже подростками. А теперь она сбежала от совершенно нормального мужчины?

Только он вовсе не был нормальным. Он… тревожил ее.

Кайли зажала рот руками, сдерживая смех. Джейк улыбался. Ну честно. Неужели нельзя было поправить человека? Джин бросила на них хмурый взгляд, и Кайли расхохоталась еще громче.

Нарезая овощи, она пыталась сосредоточиться. Вот только… он внимательно смотрел на нее, этот Дом-ковбой. Она чувствовала кожей этот взгляд, и ей пришлось отложить нож, пока пальцы себе не отрезала.

****

Убрав все после ужина, Джин ушла в темный угол за стол для пикника, подальше от фонарей и костра, освещавших остальную часть павильона. И оказалась очень далеко от теплого огня. В воздухе пахло морозом, а от земли под столом веяло холодом. Дрожа, она подтянула колени к груди и обхватила ноги руками.

Джейк и Кайли ушли, чтобы расседлать лошадей на ночь и побыть наедине. Джин немного завидовала их открытой привязанности друг к другу. Если Кайли была рядом, Джейк обнимал ее. Кайли была более сдержанной, но она вставала на цыпочки, чтобы поцеловать Джейка в щеку, и затем прижималась к нему всем телом, потому что он хотел большего. Может, они и женаты уже полтора года, но их медовый месяц точно не закончился. Повезло Кайли.

Рядом с костром на столе сидел Аттикус в ярком свете фонарей, свисающих со стропил. Ноги на скамейке, локти на коленях. Шляпа лежала рядом на столе, а рукава фланелевой рубашки он закатал. За соседним столом расположились три пары.

– Как продвигаются дела после вчерашнего занятия Джейка? – спросил он их.

Две пары заявили, что очень довольны.

Натали, третья саба, была не в восторге.

– Я хотела, чтобы Пит просто… просто командовал, но он все время останавливался, чтобы спросить, понравилось ли мне то, что он сделал, – она нахмурилась. – Я имею в виду, что хочу, чтобы он об этом заботился, но не таким способом.

Сидя в стороне, Джин поигрывала косой и размышляла. У нее была такая же проблема с парой любовников. Хотелось их пнуть и сказать «трахни меня уже».

– Доминирование это удержание баланса, особенно если вы раньше не имели дела с этой партнершей, – сказал Аттикус мужчинам, не обращаясь конкретно к несчастному Дому. – И с некоторыми зажатыми сабами постоянно переспрашивать – неплохая идея. С остальными убедитесь, что они знают стоп-слово, и тогда ваша ответственность – понять их реакцию по выражению лица, напряжению мышц и дыханию.

– Я вот тебя слушаю, – Пит расправил светлые усы, – но не уверен, что понимаю, о чем ты говоришь.

– Справедливо. Давайте покажу, как оценивать ситуацию, а потом перейдем к связыванию, – Аттикус повысил голос: – Джейк?

Тишина.

Немного подождав, Аттикус сухо сказал:

– Видимо, они… заняты.

Все рассмеялись.

Аттикус выпрямился и огляделся.

– Посмотрим…

Когда он встретился взглядом с Джин, у нее ушла земля из-под ног.

– А, Джейк оставил мне ассистентку, – сказал он, – Джин, пожалуйста, подойди сюда.

– Что? – она помотала головой. – Нет. Предполагается, что я не буду принимать участие в… занятиях.

Аттикус глянул на остальных.

– Видите, как она сжала руки, обхватывая колени? Думаю, она удивлена и немного напугана, – его баритон стал еще ниже. – Мне нужна твоя помощь, Вирджиния.

– Бл. блин, – сказала она себе под нос, понимая, что выбора у нее особо нет. Совсем нет и надо быть вежливой. В конце концов, Кайли великодушно позвала ее на этот уик-энд. Как она могла отказать инструктору? Джин неохотно двинулась к Дому.

Почему нагрубить кажется худшим преступлением, чем спокойно просто убить.

Он протянул руку, подождав, пока она вложит в нее свою.

– Холодные пальчики, – сказал он остальным. – Как понять, она замерзла – в таком случае нам нужно ее согреть – или она напугана?

Все еще держа ее за руку, он задумчиво посмотрел на нее. Его глаза потемнели, освещенные мерцающим светом костра.

Она нахмурилась.

– Полегче, магнолия. Я не потребую от тебя ничего ужасного, – слегка улыбаясь, он усадил ее на стол рядом с собой. Когда он обнял ее, жар от его тела был подобен доменной печи, и она невольно прильнула к нему.

– Ты там замерзла, да? – Он притянул ее ближе, прижавшись к ней всем мускулистым телом, и помассировал ее холодные руки.

Ей нужно прояснить ситуацию. Как-то.

– Я не играть сюда приехала.

– Не проблема, милая, – его глаза смеялись. – Я просто немного попользуюсь твоим телом, это будет ненастоящая сцена.

– Что, простите? – прошипела она.

Он улыбнулся и приподнял пальцем ее подбородок.

– Джин, эти Домы должны увидеть, о чем я говорю. Мне тут нужна ассистентка. Вы можете нам помочь?

О, какой невероятно манипулятивный вопрос. Она узнала этот прием и все же не нашла в себе силы отказаться. Джин кивнула.

– Молодец. Спасибо, милая, – он улыбнулся ей и она растаяла.

– Что от меня требуется?

– Я буду дотрагиваться до тебя – только выше пояса. Все, что от тебя требуется, – не открывать глаза и не разговаривать, пока я не задам тебе вопрос. Ты можешь сделать это для меня?

Он будет ее трогать. Выше талии. Трогать ее грудь. К ее ужасу, соски напряглись, словно обрадовавшись этой идее.

– Хорошо, – она закрыла глаза и вся подобралась.

– Она покраснела при мысли о том, что я буду ее трогать, – сказал остальным Аттикус. Она услышала, как что-то взяли со стола. Затем он надел на нее наушники, и она не слышала больше ни звука.

Глаза распахнулись.

– Подожди.

Аттикус улыбнулся. Черт, сабочка такая клевая. Он видел, что она забилась в угол, вытаращив глаза. Джейк сказал, что она милая. Аттикус смотрел, как она готовила, подавала еду и обслуживала группу за ужином, суетилась, убеждалась, что все хорошо накормлены. Она просияла, когда они похвалили ее стряпню. Она так и сияла от желания всех порадовать.

И сейчас, хоть и чувствуя себя не в своей тарелке, она тут… потому что он сказал, что она нужна ему.

Он прикоснулся к уголку ее глаза, напоминая о своем приказании.

С очевидным нежеланием она закрыла глаза.

– Хорошо. Сабы, возьмите из вон той стопки коврики, расстелите их на той стороне костра. И либо садитесь, либо встаньте на колени и ждите нас.

Когда женщины ушли, Аттикус повернулся к Домам.

– Господа, скажите мне, почему Джин не выглядит сейчас счастливой туристкой?

Все мужчину уставились на рыженькую.

– Она вцепилась пальцами в стол.

– Сжала губы.

– И зубы тоже.

– Хорошо, – сказал Аттикус. – Обратите внимание на то, как часто она дышит. Давайте еще немного ее расстроим, чтобы было за чем понаблюдать, – он расстегнул ее пушистый кардиган, а потом легкую рубашку под ним. Дюйм за дюймом он стягивал с нее эту одежду.

Она была прекрасна, как снежные горные вершины, и он оказался прав – на ней был серебристо-голубой кружевной лифчик. Секунду полюбовавшись, он снова взялся за дело.

– Посмотрите, как она старается не открыть глаза. Как она нервно сглатывает, потому что во рту пересохло от беспокойства. – Он приподнял ее подбородок двумя пальцами и слегка прикоснулся кончиками пальцев к ее шее. Черт, у нее такая мягкая кожа.

– Здесь вы трогаете горло сабы, чтобы проверить ее пульс. Или вот здесь, – он провел ладонью по ее груди… над ее грудями, потому что не хотел, чтобы у нее остановилось сердце.

– Кстати, сердце у Вирджинии бьется как сумасшедшее.

Раздались смешки.

– Очевидно, перед нами напуганная сабочка, – он подождал пару секунд, чтобы мужчины усвоили урок. – Посмотрим, смогу ли я ее успокоить, – он обнял ее, прижал к своей груди, чтобы она почувствовала его тепло и ровное дыхание.

Она была невероятно привлекательной «пышечкой». Она изо всех сил старалась повиноваться его приказам, несмотря на то, что очень нервничала и все это ей было в новинку. И это будило в нем все инстинкты Дома.

Он отодвинул мешавшую ему косу и погладил Джин по спине правой ладонью, вверх и вниз, долгими медленными движениями. Отодвинув ее наушники в сторону, он прижался щекой к ее макушке. У нее были шелковистые волосы.