Текст книги "Свидетели на свадьбе"

Автор книги: Шеннон Уэверли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 9 страниц)

ГЛАВА ВТОРАЯ

Уж как она быстра, но Мэт оказался проворней.

– Да, здравствуй, я здесь, – судорожно произнес он.

Кейла ухватилась за его руку и попыталась вырвать трубку.

– Я хочу поговорить со своей бабушкой!

Отвернувшись, Мэт прикрыл ладонью микрофон.

– Что?.. Нет, никого нет. Я слушаю тебя, говори, папа.

– Еще как есть! – завопила Кейла. – Бабушка, это я!

– Минутку, отец. – Мэт прижал трубку к лацкану пиджака. – Вас когда-нибудь вышвыривали из помещения, мисс Брейтон?

– Нет, еще никогда. Ну, что же вы не вызываете охрану?

Зарычав, он поднес трубку к уху.

– Отец? У меня тут небольшая проблема.

Кейла Брейтон здесь и… О, здравствуйте, миссис Брейтон. – Он поморщился. – Да, вы не ослышались. – Состроил гримасу, замолчал и, кипя от негодования, передал ей трубку.

– Бабуля!..

– Кейла, какой потрясающий сюрприз!

– Ба, с тобой все в порядке?

– Ну конечно, детка, в полном порядке. А как ты?

Кейла тщетно пыталась проглотить ком в горле.

– Все хорошо, бабушка. Да, беспокоюсь… и расстроена. Ты так внезапно уехала и… Где ты?

Взгляд Мэта стал угрожающим; он подключил другой аппарат и вмешался в разговор:

– Миссис Брейтон!

– О, вы оба у телефона! Как хорошо! Фил, возьми другую трубку, тогда мы все поговорим.

Тут все заговорили разом, спрашивая кто друг о друге, кто о погоде. Рут немедленно попыталась выяснить:

– Почему вы оказались вместе? Признаюсь, я обрадована, но смущена.

Мэт саркастически засмеялся при слове «обрадована».

– Видите ли, Кейла здесь потому, что… мы тут открыли недавно кое-что, как раз сейчас обсуждали, не объединить ли нам наши усилия.

– В самом деле? В чем же это? Что за загадка?

– Нам обоим хотелось бы прилететь к вам.

Кейла будто получила пулю в лоб – открыла было рот, чтобы возразить, но Мэт молниеносно, но нежно сжал пальцами ее полуоткрывшиеся губы. От эдакого прикосновения она лишилась дара речи. Слышно было, как на другом конце провода в замешательстве перешептываются.

– Вообще-то мы не рассчитывали на приезд гостей, – вежливо предупредил Филип Рид. – Мы здесь на отдыхе.

В трубке опять послышалось перешептывание. Кейла воспользовалась паузой, чтобы закрыть микрофон и прошипеть:

– Какого черта… что вы творите, Рид?

Он тоже закрыл микрофон и выдавил в ответ:

– Если вы поедете, так и я тоже. Никакой альтернативы. Ясно?

Кейла поборола ухмылку победителя. Очевидно, бабушка очень даже досягаема и Мэт понял, что его переиграли.

– Кейла, ты здесь?

– Да, бабушка.

– Ты знаешь, я люблю тебя, дорогая, и согласилась бы со всем, что ты сказала…

– Миссис Брейтон, – решительно прервал Мэт, – истина заключается в том, что ваш сын нанял частного детектива, чтобы вас выследить. Но есть выход, – спокойно резюмировал он. – Позвольте нам с Кейлой приехать к вам.

Кейла вернется с докладом, что с вами все в порядке. Миссис Брейтон, это, возможно, успокоит вашего сына, и вы продолжите свой отдых без дальнейших потрясений.

– «Нам… с Кейлой»? – в подозрительном ужасе едва смогла выговорить Рут.

– Ну да, конечно, – подтвердил Мэт.

– Мэтью!

– Да, отец.

– Ты все еще сохраняешь тайну нашего убежища?

– Конечно. Кейла не узнает, куда мы едем, пока мы не прибудем на место.

О, если б взгляд убивал!.. Остается надежда, что Мэт понял ее намерение.

– Хорошо, сын, приезжайте.

Кейла так изумилась, что даже забыла о своих преступных поползновениях, схватила Мэта за рукав и потрепала дружески – неожиданно для себя самой.

– Дело в том, дорогие… мы тут обсудили… – добавила Рут, – и, знаете, в самом деле рассчитываем на ваш приезд. Только поскорее.

– «Поскорее» – это как, бабушка?

– В воскресенье, самое позднее – в понедельник.

Кейла задохнулась.

– Но я… я не уверена, что…

Мэт оборвал ее:

– Нет проблем. Позвоню вам, как только закажу билеты, – будете в курсе, когда нас ждать.

– Вот и отлично, – одобрил Филип. – И не вздумайте беспокоиться, никаких отелей. У нас тут комнат…

Как только они повесили трубки, Кейла развернулась к Мэту.

– Премного благодарна!

– Пожалуйста, не стоит, а за что?

– Как вы понимаете, у меня есть свои обязательства. Это вы из прихоти можете все сразу бросить, а я…

– «Из прихоти»! Леди, да вы оглянитесь вокруг! – Он издал глубокий гортанный звук, будто подавился. – Кроме того, я осознал: увидеть вашу бабушку – для меня острая необходимость.

Она закусила губу, вконец расстроенная.

– Мне придется позвонить в свой офис и все перенести.

Мэт уже протягивал ей телефон. Да, он от своего не отступит – она сама лишила его этой возможности. В конце концов, ей не на что сетовать – она достигла своей цели: ее пригласили на Багамы, в убежище Рут и Филипа. Но такая неожиданность – ехать туда с Мэтом Ридом!

Они начали подготовку: Мэт звонил личному турагенту по офисной линии, а Кейла – в свой магазин в Чикаго по частной линии Мэта.

Фрэнк ответил на пятый вызов.

К счастью, она всегда путешествует со своим электронным календарем пока Мэт изучал расписание авиалиний на экране компьютера, Кейла и Фрэнк переносили встречи и меняли планы. Они с Мэтом почти одновременно-повесили трубки.

– Ну так как? – Левая бровь Мэта имела обыкновение приподниматься, когда он задавал вопрос.

– Удалось освободить целую неделю.

– Отлично! Билеты на самолет уже заказаны.

Кейла едва доплелась до стола для переговоров, налила воды и проглотила две таблетки аспирина.

– Когда вылет?

– В воскресенье, в одиннадцать. Встречу вас у стойки регистрации Американской авиакомпании. В десять – десять пятнадцать.

– А когда мы возвращаемся?

– Дату вылета я оставил открытой. Да, вам нужен паспорт.

– У меня нет с собой паспорта.

– Тогда регистрационная карточка избирателя. Иммиграционная служба на Багамах принимает ее вместо паспорта. Лучше всего позвонить в администрацию Чикаго и утром получить от них факс.

– Сделаю еще лучше – съезжу в администрацию Бостона. Я там зарегистрирована.

– О, это как же?

Она пожала плечами, избегая его взгляда.

– Просто пришлось много раз переезжать за последние несколько лет. Голосую по почте. – Она осторожно поставила стакан. – Ну, тогда все улажено.

Зазвонил внутренний телефон:

– Мистер Рид, клиент, назначенный на час, ждет.

– Спасибо, Сара. Через минуту буду.

Неужели только час дня? Кейла тоже привыкла работать в быстром темпе, но чтобы такое сумасшествие!..

– И так, до встречи… в… в Логане. – Она даже слегка заикалась.

– Да-да, мисс Брейтон, до встречи.

Кивнув на прощание, Кейла нетвердой походкой покинула офис. Боже, только вчера она улетела из заснеженного Чикаго, уверенная – до воскресенья, до вечера. А теперь отбывает на неведомые солнечные Багамы, делая вид, что тут нет ничего особенного. Не в самом факте путешествия (хотя и этого хватит), а в том, что Мэт Рид, давняя и трудная любовь ее несчастливых юношеских лет, окажется там вместе с ней.

Ллойд Брейтон подъехал к стоянке, принадлежавшей терминалу аэропорта, но двигатель не выключил.

– Ты позвонишь мне, Кейла? – Интонация скорее приказания, чем просьбы.

Кейла смотрела через ветровое стекло «линкольна» на дорогу, посыпанную песком и дорожной солью, и дрожала, хотя машина прекрасно обогревалась. Температура прошлой ночью резко упала, так что этим утром все было покрыто льдом, даже старый снег, собранный в кучи по сторонам дороги, ведущей в аэропорт Логан.

– Постараюсь, папа. Сделаю все, что смогу.

А если что-то помешает – пожалуйста, не волнуйся.

– Как это – не волнуйся! Разве уже то, что ты с Мэтом Ридом, не повод для волнения? – Его пальцы сжали руль.

– Знаю, тебе не по нутру, что мы едем вместе. Мне тоже. Но у меня нет выбора. А вообще-то у нас с ним, может, больше общего, чем мы думали. Я ведь уже говорила тебе – он тоже отнюдь не в восторге, что его отец умыкнул нашу Рут на Багамы.

– Я на такое не покупаюсь, и тебе бы не стоило. Мэт отличный манипулятор, Кейла. Об отце беспокоится? Да ерунда! Твоей бабушке средств вполне хватает. Деньги Филипа ей точно не нужны. А едет с тобой Мэт в это путешествие, только чтобы помешать тебе увезти ее домой.

Кейла поджала губы: это и ей приходило на ум.

– Ты уверена, что убедишь ее вернуться?

– Да, папа, вполне. – Она проглотила ком в горле.

– Так. Когда же тебя ждать?

– Надеюсь, в среду.

– Прекрасно. Три дня – вполне достаточно, чтобы воздействовать на Рут. – Ну, я тебя отпускаю.

– Ммм… за тобой какие-то машины…

– Ох, они уже здесь? – Он взглянул в зеркало заднего вида. – Я договорился поехать с Гордоном на ланч.

– Извини, не знала.

– Ничего страшного. Мы ездим на ланч почти каждое воскресенье.

Это пояснение каким-то образом задело ее чувства, подтвердив тот факт, что она отдалилась от отца, а отношения его с сыном становятся все глубже. Ежась от холодного ветра, Кейла вышла из машины, открыла заднюю дверцу, вытащила дорожную сумку и портфель и поставила на дорожку.

– Ну, пока. – Она нагнулась заглянуть в машину – отец все держался за руль.

– Запомни: не позволяй Риду встать между тобой и бабушкой.

– Не позволю.

– Итак, я на тебя надеюсь, Кейла.

Как она ни старалась совладать с собой, у нее перехватило горло. Отчаяние ледяной рукой сдавило сердце, когда он включил скорость. Неожиданно для себя она вдруг выкрикнула:

– Папа, подожди!

«Линкольн» слегка вильнул, Кейла подбежала к дверце со стороны водителя и открыла ее.

– Что ты, Кейла? – Отец искренне удивился.

– Я… я только хотела попрощаться, папа. – И, пока смелость не покинула ее, быстро его обняла.

– Ox! – выдохнул он, слегка похлопав дочь по плечу; было видно, что ему неловко.

– До встречи, папа! – Не дожидаясь ответа, она метнулась к своему багажу и, не оглядываясь, скрылась за стеклянными дверьми терминала.

Мэта увидела сразу: он стоял у стойки оформления билетов, в том месте, где они договорились встретиться два дня назад. Какое-то мгновение она колебалась, настроение ее быстро менялось, переходя от меланхолии к какому-то другому состоянию, которое она предпочла не анализировать. Мой Бог, что за потрясающий мужчина – идеал каждой женщины!

Как только она шагнула к нему и оказалась в поле его зрения – сразу почувствовала, как он охватил ее взглядом с головы до ног, начиная от французского шарфа, с искусной небрежностью завязанного вокруг воротника черного шерстяного пальто, и кончая черными ботинками на высоких каблуках. Спустя мгновение Кейла кожей ощутила: они единственная пара, которая так оделась, направляясь в тропики. Но ведь в Бостоне всего восемнадцать градусов. Выглядят они все же весьма щеголевато, выделяясь среди публики.

– Привет, – поздоровалась она, сдержанно улыбаясь.

Он кивнул, не выразив никаких эмоций.

– Это все, что у вас с собой?

– Да, это все.

– Тогда идемте. Получим посадочные талоны.

Они встали в одну из очередей. Глаза обоих были устремлены в пространство перед собой, оба молчали.

Кейла все еще никак не могла осознать, что она делает. Самое странное мероприятие, в какое ее когда-либо втягивали. Она едва знает Мэта Рида. Не считая этой встречи в офисе – и еще одной, давно забытой в прошлом, – он для нее чужой, незнакомец; да еще, возможно, устроил заговор против ее семьи. И все же она с ним едет.

Однако очередь двигается так медленно… Даже Мэт, очевидно, почувствовал невыносимость молчания. Переступил с ноги на ногу, кашлянул и наконец произнес:

– Теперь уже можно вам сказать, что мы летим в Орландо. У нас прямой рейс. Вы раньше бывали на Багамах?

– Нет, – ответила Кейла.

– Куда ваша семья ездила на отдых, когда вы были маленькой?

– Мы не ездили. Всей семьей не ездили. А вы?

– Бывал ли на Багамах? Нет, мы тоже не ездили, а теперь, – он пожал плечами, – у меня не так много времени.

– Понятно. – Она ослабила шарф и расстегнула пальто, открыв ту же юбку и белую блузку, что была на ней в офисе.

– Надеюсь, вы взяли с собой еще какую-то одежду?

Она бросила на него равнодушный взгляд.

– В магазине вчера побывала. – Внезапно в ее памяти веером вспыхнули красочные летние наряды – как распустившиеся яркие оранжерейные цветы – в отделе одежды для отдыха фирмы «Файлин». Она легко устояла против них, а купила лишь две пары рыжевато-коричневых шорт, две майки, тоже рыжеватую и белую, еще широкую зеленую юбку и пару туфель без каблуков. – Но зачем покупать одежду, которая не нужна?

– Понимаю, вы в любом случае не можете уезжать надолго. – Мэт подтолкнул свою сумку вперед.

Кейла сделала то же, с новой силой переживая абсурдность ситуации: «Что я здесь делаю?»

– Подходите, – сказал Мэт, – мы следующие.

Какое-то время ушло на уточнение посадочных мест, процедуру проверок и поиск нужных ворот для прохода на посадку. Но вот они заняли места в зале ожидания, и Кейла снова почувствовала себя как на иголках. Рев взлетающих самолетов придавал путешествию реальность, которую до этого она не вполне ощущала. По-настоящему она стала нервничать, когда объявили, что их рейс откладывается из-за обледенения самолета.

Какое счастье, что она взяла с собой уйму работы, – есть чем занять себя во время напряженного ожидания. Кейла открыла портфель, вытащила портативный компьютер и инвентарную книгу учета товаров в магазине в Балтиморе. Мэт тоже раскрыл свой портфель, разделенный, как оказалось, на ячейки, а в них изобретательно были вмонтированы миниатюрный компьютер, факс и телефон. Она погрузилась в свои цифры, он-в свои. Время шло; Кейла просматривала колонки на маленьком экране, сознавая, что ровным счетом ничего не воспринимает. Рядом с ней маялся Мэт, тихонько покашливая и барабаня пальцами по бедрам.

И он, оказывается, не читает – серые глаза неподвижно смотрят на взлетную полосу. Задумчивость придает лицу грустное выражение.

Помимо воли взгляд Кейлы остановился на его губах: ведь было – она целовала этот рот, ощущала его тепло… Странно все-таки: вот двое, которые раньше целовались, теперь, десять лет спустя, сидят рядом в аэропорту и притворяются, что незнакомы…

Кейла уже очень жалела, что решилась на эту поездку. В сущности, внутренне она свободна. Но Мэт, оказывается, достаточно сильно ее затрагивает. Стоило ли подвергать себя такому болезненному эксперименту несколько дней быть все время рядом с ним?

Мысли се обратились к себе, к поре своей ранней юности. Три года она провела в Брайвуде, в частной академии для девушек, куда поступить ее убедил отец. А до того – самое обычное детство, рядовая муниципальная школа.

В Брайвуде она никогда не чувствовала себя на своем месте. Академия вовсе не такая уж привилегированная – большинство учащихся местные жители. Тем не менее многие ее однокашницы отличались высокомерием и заносчивостью, сильно заблуждаясь относительно своего положения в обществе. Процветали группировки, существовала болезненная вражда между входившими в них и теми, кто оставался за их пределами. Часть проблемы коренилась в том, что в составе академии были и старшие классы местной школы. Девочки, там учившиеся, образовали свои маленькие кланы еще до того, как перешли на старшие курсы.

«Эта Кейла еще и странноватая какая-то, чудачка…» – так о ней судили. А дело обстояло просто: после смерти дочери бабушка, погрузившись в свое горе, мало уделяла внимания внучке. Одежда и вообще весь внешний вид девушки ничуть не отвечали «современным» воззрениям подростков и молодежи на моду и «стильный» облик.

Оглядываясь на прошлое с высоты взрослости, Кейла подозревала, что даже самая модная и шикарная одежда не спасла бы ее тогда. Она нс считала себя хорошенькой – слишком проста, абсолютно обыкновенна. А в шестнадцать лет была попросту жалкой. Выросшая уже в то время до своего теперешнего роста (примерно метр семьдесят), веса, естественно, не набрала – меньше сорока пяти килограммов. Округлостей, притягивающих внимание, не имела, макияжем не пользовалась, а ее светлые волосы до плеч безжизненно висели и секлись от домашней завивки, которую она по глупости делала втайне от Рут. Но наихудшее воспоминание, сохранившееся в глубинах сознания, – скобы на зубах: толстые серебряные пластинки, блестевшие, как металлическая решетка у «бьюика» пятьдесят седьмого года, стоило ей открыть рот.

Как она умоляла бабушку не звонить мистеру Риду! Но Рут не послушалась: рождественский бал, ежегодно проводимый в загородном клубе по соседству с академией, – главное событие общественной жизни школы. Друга у Кейлы нет, и потому сопровождать ее на бал некому. А вот сын Филипа все равно проводит каникулы дома, скучает, наверно, отчаянно и будет рад случаю пойти на бал.

Скучает? Это Мэт-то Рид скучает?! Да каждому, кто живет в радиусе двадцати миль, известно: стоит Мэту Риду сесть в машину по окончании семестра – и телефон в его доме слетает с крюка от звонков. Что там Кейла – любой в Брайвуде в курсе всего, что происходит в его жизни. Девочки тут еще не доросли, чтобы вращаться в его орбите. Но он воспитывался и взрослел в том же пригороде Бостона, учился в местной высшей школе, звезда на беговой дорожке, и вообще слывет твердым орешком. Все знают Мэта Рида одного из тех редких индивидуумов, которые находятся в поле всеобщего внимания: о них не просто говорят – о них слагают легенды.

И вот Мэт Рид, так сказала ей бабушка, согласился сопровождать Кейлу на бал. Потрясающе! В следующее же мгновение ей захотелось умереть немедленно заползти под кровать, вместе с пыльными зайцами и куклами, и умереть. Мэт такой взрослый, он слишком хорош, чтобы даже на вечер быть бе кавалером. Но почему он согласился? Ведь Ьдва ее знает: встречались несколько раз, когда она заходила с Рут в офис Филипа. Случалось, что Мэт бывал там в это время – работал после школы, – но вряд ли обменялся с ней и двумя словами. Может, потому не смог отказаться, что бабушка – самый важный клиент мистера Рида? Принудили-и пришлось со скрипом согласиться…

Она так и знала, что каждое мгновение этой встречи окажется для нее пыткой. Мэт материализовался у ее дверей во всем своем великолепии, а ее только что вырвало – во второй раз за вечер. В машине он вел с ней непринужденную беседу, она же… почти заикалась. Бал проходил в местном клубе: Мэт с легкостью выделывал любые танцевальные па, а она только и делала, что все время наступала ему на ноги.

Но, несмотря на все это, он оставался вежливым и внимательным партнером. Однако чуткая девушка уловила в нем некоторое нетерпение, чуть заметное желание: «Ох, поскорее бы все кончилось!», приметила взгляды украдкой на часы, нервное постукивание пальцами, когда разговор замирал.

Кейла сама предложила уехать раньше, до окончания бала, и Мэт не стал возражать. Они покинули танцевальный зал, спустились по нарядной лестнице и обогнули туалет, расположенный позади главного фойе.

Оба одновременно услышали смех из соседнего помещения, а еще комментарий тех, кто не подозревал, что они с Мэтом тут, рядом.

Кейла узнала один голос – лидера самой популярной группировки ее класса. Чувство унижения захлестнуло се: предмет злословия – она, Кейла Брейтон… Уж конечно, она трясется от страха: все будут говорить, что эту встречу устроила бабуся! Ну, это еще ладно, это само собой, но зато «чудачке» ничто не грозит: бедный Рид даже не попытается поцеловать ее…

Оглушенная, убитая, Кейла вслепую протянула руку за пальто, но пальцы Мэта нежно замкнулись на ее запястье, и твердая решимость прозвучала в голосе:

– Знаете, мы обязательно должны потанцевать еще хоть немного. – И, не дав ей возразить, потащил за собой вверх по лестнице.

И они танцевали, о, как они танцевали!

Больше никогда ничего подобного в своей жизни Кейла не испытывала. Поначалу от пережитого волнения и шока она ничего не чувствовала и была как бревно, но Мэт, крепко прижимая к себе девушку, олицетворял собой героя – живое воплощение ее девических грез. Умная Кейла понимала, разумеется, что все это искусная игра, но противостоять не умела, да и не хотела, наверное, по своей неопытности. Протанцевали два долгих танца, и по окончании каждого он не о/гпускал ее, будто не в силах от нее оторваться: нежно обнимал, тихонько, с завораживающей интимностью с ней разговаривал. Как только начался третий танец, Кейла заметила: группка сплетниц вошла в зал. Пульс ее участился, напряжение сковало плечи, руки, ноги…

– Расслабься, дорогая! – прошептал он у самых ее волос. – Ты все делаешь просто прекрасно!

От его дыхания она испытала чувство острого наслаждения, но расслабиться никак не получалось. Он капельку отодвинулся от нее и приподнял ее подбородок, так что теперь она поневоле смотрела вверх, в его затуманенные серые глаза, видела его ласковую, успокаивающую улыбку – и, сама того не сознавая, заулыбалась и похорошела… А он… склонил голову и стал ее целовать – осторожно, любовно целовал ее твердые губы, до тех пор пока колени ее не ослабли, а сердце не забилось так, что чуть не выскочило из груди… Наконец он оторвался от нее и прошептал:

– Теперь мы можем уйти.

Ни он, ни она не смотрели в сторону тех, кто о них судачил, но Кейла кожей ощущала: они наблюдают… молчат… цепенеют… Мэт проехал почти полпути до ее дома, прежде чем они заговорили.

– Мне хотелось бы объясните. Я… у меня есть девушка… там, в колледже. У нас все довольно серьезно.

У нее перехватило горло – какое же она наивное создание! Ведь и вправду возомнила, что он хоть что-то да испытывал к ней во время танцев.

– Я понимаю, прекрасно… Я… – она задыхалась, – я тоже встречаюсь с одним парнем, но он сейчас поехал со своей семьей в круиз.

– Тогда все отлично. У меня прямо гора с плеч. – Он вырулил на закругленную дорожку перед се домом, выключил двигатель и повернулся к девушке, глядя прямо ей в лицо. – Кейла, вам многое дано. Вы – умная, веселая, добрая и искренняя девушка. И, поверите или нет, со временем станете очень хорошенькой…

Не позволяйте никому подавлять вас.

Вместе со словами «со временем», уязвившими ее в самое сердце, он накрыл рукой ее сцепленные руки – самое дружеское прикосновение, какое Кейла когда-либо испытывала. Оно сделало ее несчастной окончательно и бесповоротно!

Кейла смотрела на его улыбку, пытаясь запомнить ее, так как тогда уже знала, что никогда больше его не увидит. И она не видела – пока не встретилась с ним два дня назад…

– Кейла!

Ох!.. Подскочив на месте при звуке голоса Мэта, она повернула голову и уставилась на него, с трудом возвращаясь оттуда, из прошлого, в настоящее.

– Где вы, Кейла?

– Вы что-то сказали?

– Да, я спросил, чем вы занимаетесь в Чикаго.

– Послушайте, Мэт, – она колебалась, – мы оба знаем, что это не очень приятное путешествие, а если вполне откровенно – я не очень-то расположена к беседе.

– Согласен. Поверьте, я тоже себя неловко чувствую в нашем совместном путешествии. Я только подумал, что за разговором время прошло бы быстрее. Предпочел бы, конечно, работать, но почему-то не могу сосредоточиться. К тому же наш рейс отложили еще на двадцать минут. Видите?

Кейла взглянула на монитор, показывающий время отправления и прибытия самолетов: их рейс чуть ли не в полдень.

– Хотите перекусить? – Мэт перевел на нее взгляд.

– Да, пожалуй.

Оба подхватили сумки, и он было направился в сторону ресторана, но Кейла остановилась у стойки бара в фойе.

– «Ирландский туман на скалах», пожалуйста, – попросила она бармена.

У Мэта от изумления бровь поползла вверх.

Она оглянулась, – мол, а вы закажете что-нибудь?

– Кофе. Черный.

За маленьким столиком они мирно потягивали напитки и наблюдали за парадом проходящих мимо. Наконец Кейла не вынесла молчания: Мэт прав, им надо убить время. Здесь, в самолете, в аэропорту Орландо, опять в самолете, и так до их тайного места назначения.

– Я… я работаю в нашем филиале. – Она обронила это так неожиданно, что Мэт слишком быстро проглотил горячий кофе.

– О, леди разговаривает!

Она сразу же пожалела, что начала.

– Извините. Продолжайте. Вы работаете на Брейтонов. В магазине розничной торговли?

Она изучающе посмотрела на него из-под длинных ресниц. С таким интересом к компании Брейтонов он, несомненно, знает о ней все до мелочей. Вероятно, даже имеет доступ к финансовым отчетам – ведь его отец ведет бухгалтерские книги.

– Да, в магазинах розничной торговли.

– Хмм… Вы всегда интересовались реализацией часов, но, насколько я припоминаю, надеялись работать на заводе.

Ну и острая же память! Кейла чуть было совсем не лишилась присутствия духа.

– Да, но пристрастия меняются, – уклончиво пояснила она. – Окончив колледж, я убедила отца, чтобы он разрешил мне открыть заводские филиалы. У нас теперь розничные магазины в пяти главных городах страны. Но, конечно, все это для вас не ново.

Улыбка постепенно освещала его лицо, образуя лучики в уголках глаз.

– Вы правы. Рут упоминала об этом, несколько раз.

– Упоминала? Когда?

– Когда приходила ко мне в офис. Она – одна из моих клиентов.

– Одна из ваших?.. – Кейла умолкла в недоумении.

– Мм… Бесшабашная леди. Любит играть с очень рискованными товарами самого высокого класса. Говорит, это придает ей энергии.

– Моя бабушка… играет на фондовой бирже?

– Конечно. А вы не знали?

– Знала только, что у нее довольно скромный пакет ценных бумаг.

– Да, но вы не беспокойтесь, это у нее недавнее увлечение. Я ее подтолкнул к вполне безопасным направлениям капиталовложений.

Итак, Мэт управляет пакетом ценных бумаг Рут и доподлинно знает цену ее активов и долговых обязательств…

– Рут упоминала о ваших магазинах, но вскользь. Я мало знаю о них, но, если откровенно, немного удивлен. Не одно столетие Брейтоны производили часы и продавали оптом, с помощью каталогов и разъезжающих коммивояжеров.

– Да, мы и сейчас так делаем. Но теперь у нас есть и розничные магазины.

– Интересно. – Он попивал кофе. – Нравится вам этим заниматься?

– Конечно. – Она обхватила стакан пальцами и задумчиво смотрела на темно-янтарную жидкость.

– Он вам подходит?

– Кто – он?

– Парень, который подарил это кольцо?

Крошечный сапфир сиял у нее на правой руке.

– Его зовут Фрэнк Шэффер. Долго был одним из наших коммивояжеров на Среднем Западе. А сейчас он… ну, вроде моего помощника.

Собственно, партнер.

– «Партнер», ха… И давно вы его знаете?

– О-о, уже семь лет. С тех пор как он работает на Брейтонов. Но встречаемся мы только последние два года.

– «Только»? По-моему, немалый строк.

– Может быть. Но лучше быть осмотрительной, чем потом жалеть.

– Полностью согласен. – Он явно ее поддразнивал, потягивая кофе. – И скоро вы услышите звон свадебных колоколов?

Она пожала плечами.

– Думаем – в следующем году.

– Не шутите?

– Ничуть! – выпалила она.

Он что же, думает, ей не дано привлечь к себе мужчину и пробудить у него серьезные намерения?

– И после замужества вы будете продолжать работать?

– Конечно. Мы собираемся с ним будущей осенью открыть новые магазины в Сан-Франциско, а еще через год – в Фениксе.

– Все эти переезды трудно совмещать с детьми, если они вдруг появятся.

– Несомненно. Потому и не собираюсь их заводить по крайней мере в ближайшие десять лет. Когда магазины в Фениксе станут на ноги, мы переедем в Техас, а потом, может быть, во Флориду.

Лицо Мэта стало плотной, непроницаемой маской.

– Но вы все же намерены где-то жить постоянно?

– Безусловно. В Чикаго. – «Если мы с Фрэнком поженимся», – подумала она. Все это еще висит в воздухе, но притворяться, что это дело решенное, так приятно – проливает хоть немного бальзама на ее уязвленную гордость.

Мэт откинулся от стола и с сомнением посмотрел на нее, сложив скрещенные руки на широкой груди.

– А отцу вашему он нравится… как там его зовут… Фрэнк?

– Да, очень. Он-то и… предложил нам работать вместе. А как вы, Мэт? Что было в вашей жизни?

Он сделал вид, что счел ее попытку изменить направление беседы естественной.

– Окончил колледж, тоже пошел работать к отцу. Мне удалось расширить сферу его деятельности. Короче, бизнес рос, мы переезжали вместе с офисами, но бизнес рос еще быстрее.

К сожалению, отец несколько лет назад вышел на пенсию. У меня двадцать два работника, но по сравнению с ним…

– Он на пенсии?

– Ммм… Иногда он приходит в офис – вести особые счета, например, такие, как счета вашей бабушки, – пояснил он, поняв ее озадаченность.

– А-а… Так что же еще происходило в вашей жизни? Последнее, что я помню, – вы были без ума от какой-то девушки, с которой вместе учились в колледже. Что же с ней стало?

Ей тоже захотелось слегка его подковырнуть – верно, и не вспомнит ту девчонку.

Лишь много времени спустя до нее дошло, почему в ответ он протянул руку, взял ее стакан и одним глотком выпил то, что в нем осталось.

Ее как громом поразило, когда он, поморщившись, сказал:

– Я на ней женился.