355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Сергей Мельник » Попаданец (семь книг в одном томе) (СИ) » Текст книги (страница 24)
Попаданец (семь книг в одном томе) (СИ)
  • Текст добавлен: 12 октября 2016, 06:07

Текст книги "Попаданец (семь книг в одном томе) (СИ)"


Автор книги: Сергей Мельник



сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 74 страниц) [доступный отрывок для чтения: 27 страниц]

  – Баронесса Нона фон Когдейр! – Объявил кто-то, из прислуги открывая мне дверь.

  Ух, прямо дух захватывает, как быстро из женоподобного мальчика можно сварганить самую настоящую сердцеедку! Мда, а красивая, она, что не говори, не зря ей в образе мужчины столько шпилек укололи по поводу ее вида. Тяжело было прятать свою суть.

  – Баронесса. – Я низко поклонился.

  – Барон. – Красиво и изящно присела она.

  – Прекрасно смотритесь. – Невпопад ляпнул Рамус Гердскольд, получая локтем в бок от брата. Если б Трим его не стукнул, уж я бы точно! Нуггет, тьфу ты черт! Нона, почти на голову выше меня, что не удивительно, девице уже двадцать пять, в то время как мне только десятый год как идет отроду.

  Дальше держась за ручки, мы неспешно с остановками прошли украшенными коридорами в главный зал, где в белой хламиде Гурт Вангкор, облеченный властью глава защитников, стал толкать красивую, запутанную и до жути скучную речь, о долге и любви, ответственности и всем том, что старики любят "впаривать" молодым людям с серьезным видом потрясая пальчиком перед носом.

  – Мы все здесь сегодня собрались, в этот знаменательный день, чтобы засвидетельствовать, данной нам властью, перед законом и небесами, брак этих двух юных и прекрасных молодых людей, во славу продолжения древних родов Финора! – Старик каркал без остановки и бумажки, сияя взглядом и крупными залысинами. – От родов, пусть засвидетельствуют брак!

  – Я барон Эрхард фон Турп, я свидетельствую перед законом и небесами за род Рингмар! – Долговязый барон вышел вперед, становясь рядом со мной.

  – Я сэр Альфред Лин, я свидетельствую перед законом и небесами за род Когдейр! – Старый защитник стал со стороны Ноны.

  – Если же есть здесь кто-то, кто против этого брака, либо же знает причину, по которой этому браку не бывать, пусть выйдет и говорит, либо же умолкнет навсегда с этих пор! – Старик, а вместе с ним я оглядел присутствующих на момент выхода вперед добровольцев, коих в зале похоже не наблюдалось. Хоть бери сам выходи. – Тогда властью данной мне королем, заключаю этих молодых людей, узами брака нарекая их отныне мужем и женой! Да благословят вас небеса!

  – Да благословят вас небеса! – Дружно взревели гости, подскакивая со своих мест.

  – Жених может поцеловать невесту. – Довершил церемонию Вангкор.

  По моему жесту один из братцев заплетающейся походкой принес мне маленькую скамеечку, обитую бархатом, на которую я, покачнувшись, забрался, с легким смущением под взглядами окружающих, вспотевшими от волнения руками поднимая легкую вуаль баронессы.

  Нет, ну что это такое? Чего она плачет? Я же так не смогу, я же сейчас сам разревусь! По ее щекам катились без остановки дорожки слез, темные глаза на белой коже, смотрелись двумя завораживающими бездонными озерами глубокой воды. Ох, ну и дела, ну и дела...

  Медленно, словно в замедленном кино, я наклонился к ее лицу, касаясь губ.

   ***

 

  Замок не спал, народ все еще балагурил не смотря на поздний час. Люди пели, люди ели, люди отдыхали и веселились, а старики разбойники палили в ночную тьму яркими россыпями огней салюта.

  Хорошо, красиво, невольно я даже позавидовал всем им, всем этим людям, не знающим даже половины, тех чувств и мыслей что витали в моей голове. Нас с Ноной отпустили в наши покои и формально у нас сейчас наша первая брачная ночь.

  Первая брачная ночь.

  Мда. Я уже давно выбросил из своей головы и сердца все эти бредни про любовь, смиряясь с мыслью, что, похоже, навсегда останусь один, так и не создав семью. Что же изменилось? Ничего. Мы сидели весь вечер рядом, мы улыбались, мы целовались, а потом поднялись к себе, где она не говоря не слова, заперлась в одной из комнат, оставляя меня в гордом одиночестве смотреть в окно, на тот праздник жизни, что охватил замок.

  Ожидал ли я чего-то большего?

  Черт меня побери, похоже да, иначе бы не чувствовал себя сейчас так разбито и погано, ну да ладно, мне не привыкать сидеть в одиночестве ночами перед окном. Эх, жизнь моя жестянка, а ну ее в болото. Расклеился что-то, надо собраться.

  Где-то час я потратил на то, что произвести перепись того барахла, что мне подарили на свадьбу, и всего пять минут на то чтобы подсчитать деньги. Стало еще грустней. Вот жмоты, сожрали пять телят, и под десяток хрюшек, а заплатили как за кошку средней упитанности.

  Тяжело вздохнув, я откинулся на спинку кресла, закидывая ноги на стол.

  – Ах ты ж мать пере мать! – От неожиданности и испуга, я кувыркнулся через спину назад, растянувшись на полу. В оконном проеме с о стороны улицы, в свете вспышек посылаемого в небо салюта, стояла растрепанная вампиресса. Мой телохранитель. Тина. Стояла, тяжелым взглядом, не человеческих глаз прожигая меня.

  05.03.13г.

Сергей Витальевич Мельник

Попаданец – 3. Барон Ульрих. Дела домашние

Первый мороз, придавил неделю назад, заставляя людей кутаться в полушубки и срочно утеплять свой гардероб. Кончилось тепло лета, кончилась мокрая разноцветная осень, но еще нет режущей глаз зимней бели, пока пришел лишь мороз. Тихий, вроде бы не кудышний, без ветра и влажности, совершенно не страшный, но меж тем, предвестник и властный господин воевода Мороз, в полном своем облачении из скованной могучим градусом земли, и колющей резью на щеках.

Все застыло, все остановилось и замерло в ожидании полной капитуляции, перед подходом тяжелых снегов и лютых ветров. Пока ждем, пока тишина. Еще хорошо.

Вообще в это время года, хорошо не только в окошко смотреть, попивая терпкую горечь чая и кутаясь в плед, дирижировать чайной ложечкой под времена года господина нашего товарища Вивальди. Не только. Хотя и это занятие весьма поднимает жизненный тонус, особенно с малиновым вареньем. Но, плед, варенье и чай были утром, а сейчас холодный воздух, красные щеки и пар изо рта, клубами причудливо изгибается, растворяясь без следа в серости дневного предзимнего светила.

Топаю себе потихонечку не спеша, выбросив из головы все заботы и неурядицы, глупость чувств и жар страстей. К чертовой матери все это пусть идет, да горит оно все, синим пламенем. Что так? Да вот так как-то, вот так…

Нервишки, сдают в последнее время. Дерганный весь какой-то стал, сам себя не узнаю. Вот живи да радуйся, молод, богат, весь мир перед тобой, весь как на ладони, вот оглянись, вот оно все, возьми и радуйся. Эх…

Что ж делать, раз поступила команда радоваться, значит, будем исполнять. Сегодня сам на сам ушел из замка, что бы насладится тишиной и покоем. Увяз я в последнее время в делах, совсем закопался, то с вампирами по лесам лазаю, то к оборотням в гости хожу, то войной на кого нападу, а то вообще как женюсь, так мало никому не покажется.

А что поделаешь, барон я. Ульрих фон Рингмар, моя милость и мое высочество. Сам начальник и сам дурак, если что винить больше некого, ну да я и не привык по долгу ковыряться в неприятностях, нечего куксится, когда знаешь что делать. Вот вы знаете? Я да, всегда иду на рыбалку, если нужно привести себя в порядок и основательно подумать, решив, одну за другой головоломки, судоку, ребусы и сканворды, которые поставляет нам эта жизнь.

Замерло практически все, торговля по итогу года, сборка урожая, строительство. Все приостановилось, лишь частично продолжали дорабатывать привезенный по теплу материал, заводики и фабрики, ну да думаю, и они с приходом метелей встанут, разогнав всех по домам да по печкам. Хороший был год, жаль я его практически полностью пропустил, участвуя в местном военном конфликте, который собственно сам и инициировал, практически от и до, в ходе чего, конец лета, по мимо золота колосьев, добавил мне россыпь золотую трофеев, а так же радости полные штаны, от приобретенной так неожиданно жены.

Девочка вообще-то ладная и дельная, правда строптивая и своевольная до безобразия. Ну да не мне на что-то другое рассчитывать. Уже на следующий день после свадьбы съехала в отдельные апартаменты, приблизив к себе лишь леди Нимноу, свою старую управляющую делами земель Когдейра.

Ну а мне головной боли добавилось с ее приданным, а именно со вторым баронством, со всеми его людьми, землями, городами, деревушками, коровами и козами. Да, теперь я формально должен именоваться как Ульрих фон Рингмар – Когдейр, так как вместе с невестой под мое крылышко отошли все ее владения. С одной стороны вроде бы хорошо, а с другой, так лучше б я по началу лета в лесу заблудился, только сейчас вернувшись, домой. Благодаря королю, мне теперь следить за двумя баронствами, до тех пор, пока моя жена не родит второго ребенка, который и станет новым главой дома Когдейров.

Пройдя убранную пахоту, замерзшего поля, вышел прямиком через подлесок, к реке, с замиранием в сердце, обозревая скованную ничем не замутненной чистой линзой льда водную гладь. Первый лед он всегда такой, всегда идеально ровной просто с ювелирной точностью ложится на воду. Кристально чистый, с подхода, даже не определимый, словно и нет его, словно не лед это, а стеклом речку накрыли. Это потом уже разность температур, подводные течения, тупо человеческий фактор и снежные заносы, изуродуют его белесыми затягивающимися шрамами, ну а пока, все идеально, все так словно нет никого в округе, не было и не будет, словно застыло время, на лету схватив поток воды, властной рукой. Вот так встанешь на берегу, закроешь глаза и слышишь как зима, заставляет звенеть морозный чистый и такой сладкий, такой девственно вкусный воздух. Хух, хорошо! Не спешу, неделя неделей, а такой лед опасен свой красотой и обманчивостью. Схожу с берега, становясь на краю этой глади скидывая с плеч не хитрый свой скарб и инвентарь. Тут спешить не нужно, можно очень сильно поплатиться. В берег забиваю колышек, на него «удавочкой» петельку, бухточку плетеной веревки сложить аккуратненько, что бы не путалась, а вторым концом вокруг пояса обматываюсь. Дальше проще, моя «пешня», с пикой под долото, в деревянной ручке имеет размах два с копеечкой метра. Используя его, словно канатоходец свой шест, небольшими шажками выхожу к середине реки, примерно представляя, где здесь стремнина и небольшая ямка по дну.

Пискнул «зуммером» Мак, выдавая в обнаружении знакомую фигуру Тины, моей бывшей телохранительницы вампирессы, а теперь даже не знаю кого. Странная она. Впрочем, как и все женщины. Напугала меня до седых волос, прильнув ночью к окну практически в полной боевой трансформации, да не просто ночью, а первой моей брачной ночью. Благо я скучал в тот момент, а если бы суть да дело? Вот что надо было? Чего хотела? Что это за выкрутасы на уровне школьных записочек?

Думаете, она ответила? Да я с тех пор ее только вот так на зуммере со «следилки» Мака и наблюдаю. Хочу подойти, она уходит, хочу добежать, она убегает, я даже на коне за ней гонялся, не догнал. Правильно мне еще мой отец когда-то тысячу лет назад сказал: «сынок, никогда не бегай за уходящей женщиной и за уезжающим трамваем, не то не другое не догонишь, а вот если подождешь, обязательно и трамвай и следующая женщина подойдет». Ну, трамвай еще не разу меня не обманул, а вот с женщинами, дело темное, толи им присказку не донесли, толи меня в списках потеряли, в общем, жду, жду, все что-то никак и мимо кассы.

Я даже к их вампирскому «папеньке» ходил, говорю: «Так мол и так подчиненная твоя чудит, скажи пусть на связь выйдет», а он мне, говорит: «Не хочет она разговаривать», я ему: «Что значит, не хочет? Ты страшный и ужасный „папа“», а он мне: «Твои бабы ты и разбирайся, и вообще уйди не мешай, я тут выздороветь пытаюсь, после того как благодаря тебе мне руки ноги по отрубали».

Ну, где-то он может быть и прав, ну насчет рук и ног точно, а по поводу остального сомнительно. Я вампирам серенады не пел и букеты роз не носил, и скажу больше, петь я теперь категорически отказываюсь, уж очень это чревато последствиями.

Лед опасно заскрипел под ногами, выдав резкий росчерк ветвистых паутин трещинок. Упс. Боязно что-то, остановившись, я решил постоять, что бы сердце успокоилось. Адреналин просто зашкаливал в крови.

Помню как-то в детстве, на зимних каникулах был в деревне, где с каким-то братом по какой-то линии, решили выйти на лед, правда, уже по весне. Хорошо тогда было, солнышко уже припекало, мы забурились удачно, сидим, размахивая руками при вываживании рыбы, как аисты крыльями и вдруг так же. Звук такой глубинный протяжный, «ту-у-у-у-мс-с», трещинки побежали по льду, и словно земля под ногами зашевелилась. Это где то выше с дамбы сброс воды сделали, от чего лед подорвало, испугались, конечно здорово, даже рундуки не стали собирать, от жадности только крупную рыбу за пазуху посовали и бежать, а за нами змеи трещины прямо на глазах лед колется, выпуская наружу водную стихию. Где-то по воспоминаниям метров под триста неслись как угорелые, добегаем уже до кромки, а льда нет. Все, сорвало нас, несет течением, где-то метров пять может семь до берега чистой воды. Мы как были, так и стали рты раскрыв, вот так не повезло, так не повезло. И вдруг прямо как черт из табакерки, дед какой-то древний к нам по льду на велосипеде подъезжает. Как? От куда? Кто он вообще такой? Мы понятия не имели, видимо где-то выше нас сидел, рыбачил. «Ну чаво, сынки, спужались?» Ну, мы естественно как китайские болванчики дружно головами закивали. «Не трусь, сынки!» Он со своим велосипедом выглядел как бравый офицер на танке. «Счас научит вас дед как надо!». Мы с отвалившимися челюстями стояли и смотрели, как дед отъехал метров десять, а потом лихо, крутя педали и набирая обороты, с диким криком устремился, выпучив глаза к берегу. Секунда, другая, а потом такой мощнейший «Бултых!» Дед ушел под воду. Вот, не поверите, сколько лет прошло, а я до сих пор вспоминаю и у меня слов нет. Я тупо не знаю, зачем он это учудил. Ну вот, не знаю и все. Стоим с братаном и смотрим, как круги на воде расходятся, а вокруг тишина. Говорить просто нечего было. Я на него смотрю он на меня, а потом оба на воду, потом наоборот, он на меня я на него и опять оба на воду. Тишина и тут у берега всплывает это чудо. «Ох ты ж мать пере мать! Ну, ты ж ек магарек! Парни, вы тут?» Ну, естественно мы лишь кивнули, на большее тупо не решаясь. «Вы мне ласопед достать не поможете? А то что-то утоп, поганец, не сдюжил я при заходе, из рук ушел». Льды идут, день клонится, а мы подняться не можем, гогочем как кони, не в силах разогнутся, ну и случай, ну и смеху было. Правда, все же потом пришлось так же прыгать, а потом под десять километров до деревни перебежками скакать, что б не замерзнуть, уж очень нас далеко унесло из-за этого каскадера.

От воспоминаний, сердце успокоилось, а по лицу расползлась улыбка. Вот так то лучше! Не трусь сынки! Еще немного постояв, решил «дуркануть» и на свой страх и риск еще пройти немного вперед, а вдруг это просто точка такая слабая, а дальше ледок покрепче будет?

– Ты что творишь?! – Из камыша выскочила всклокоченная вампиресса, да им сейчас раздолье, тучи полностью закрывают небосвод. – Жить надоело? А ну быстро поворачивай к берегу!

– Уйди старуха, я в печали! – Ну а что я ей еще скажу? То убегает, то в мамочку начинает играть.

– Ульрих, не дури! – Она подошла к кромке, пробуя ногой на прочность лед, да уж ей тоже стоит опасаться, вопреки всем досужим вымыслам, вампиры вполне себе живые тварюшки.

– Убегать, прятаться и отказываться, со мной разговаривать будешь? – Смекнул я, что это неплохой вариант для шантажа.

– Ну-ка прекрати несносный мальчишка! – Она притопнула ножкой. – Быстро иди назад!

– Это я тут главный! – Гадливо хихикая сделал еще пару шажков вглубь. – Покорись мне женщина!

– Я тебе сердце зубами вырву, если ты сейчас же назад не повернешь! – Ух, злюка какая, не то что бы я боялся, но не ссорится же по мелочам с другом, особенно если друг…эм…вампир.

Что-либо сказать, в ответ я не успел, так как лед под ногами ушел, а следом за ним и я по пояс в открывшийся водный зев. Ух! Вот тут то и сработала пешня, не давая мне с головой уйти под воду, стопоря меня на уровни груди. Шок от мгновенно нахлынувшей ледяной воды, на мгновение даже сковал дыхание.

– Стой! – С трудом выкрикнул я, видя, что Тина с места рванула в мою сторону. – Оба уйдем под воду, стой там! За веревку тащи!

Она сориентировалась не сразу, но похоже суть уловила, так как остановилась, на пол пути осматриваясь и хватаясь руками за тянущийся за мной канат, но увы зашла слишком далеко, лед под ней так же вскрыл провал, вздыбив льды. Ей повезло, при падении она машинально расставила руки, не давая тем самым, телу окунутся с головой.

– Не бейся, хуже будет! Я сейчас! – Не гнущимися пальцами стал изо всех сил вытягивать себя с полыньи, не спеша вставать, на животе по канату преодолевая метры. Вставать нельзя, лед опять проломится, сейчас он держится за счет площади распределенного горизонтально веса, тела, стоит только опять сконцентрировать вес, на малой точке ступней как ты опять уйдешь под воду. Похоже, Тине было проще бороться с холодом, так как она, не дожидаясь меня, совершенно спокойно трансформировала кисти рук в страшные когтистые лапы, которыми и стала себя вытягивать из полыньи, банально вгоняя свои когти в лед.

– Прибью! – Шипела она, сверкая глазами и рывками на животе направляясь в мою сторону.

Ее когти сомкнулись у меня на загривке пробивая одежду и царапая кожу под ней, дергаться смысла не было, так как пальцев на руках я уже почти не чувствовал от холода, а потому не мог сам подтягивать себя по веревке к берегу. Благо лед выдержал, уже на берегу тяжело дыша с трудом, поднялся на ноги, пошатываясь. Вампиресса подхватила меня на руки.

– Отставить командира уносить с поля боя! – Все еще «хекая» попытался взбрыкнуть я.

– Тебе нужно в замок, заболеешь. – Она прижимала меня словно котенка у груди.

– Рядовой Тина! – Приглушенно из грудей начал я свой монолог. – Установить меня вертикально! Натаскать дров, отставить меня нести в замок.

– Сердце выгрызу! – Попыталась она опять начать свою песню.

– Ну ладно, ладно, не горячись. Там у берега рюкзак я оставил, в нем сухая одежда и провиант с горячительным, нужно растереться и одеть сухое. Потом уже за дела сердечные поговорим. – С трудом удалось разжать ее объятья, вновь касаясь земли ногами. – Дров насобирай, костер запалить погреться.

Дальше суетились в тишине, лишь с интересом поглядывая друг на друга. Она довольно быстро натаскала довольно таки внушительный запас дров, пока обустраивал небольшую полянку, доставая из рюкзака, вещи, покрывало, и не хитрую еду. Страшного по моему мнению ничего не произойдет, если во время переодеться, то такой ледяной душ лишь на пользу пойдет организму. Этакая встрясочка для нервных окончаний, чтоб лучше и красочней дальше в жизни все краски мира передавали. Это как с экрана монитора пыль вытереть и удивится, как же он оказывается на самом деле красиво показывает! Без ложной скромности и политесов бегали, обустраивая лагерь голышом, сбросив мокрое, лишь уже, когда я разжег костер, стали делить все, что есть сухое. Мне то само собой комплект белья нашелся, а вот Тине досталось лишь два покрывала, одно шерстяное, и одно тряпичное, его я обычно вместо скатерти использую.

Молча, она взяла фляжку со спиртом, растирая меня от ушей до пяток, заставляя кожу гореть огнем. Нужное дело, я бы и ее на всякий случай растер, но постеснялся под ее ехидным взглядом прикасаться голых плеч и чего там у нее еще есть. Она и сама прекрасно справилась, всячески вгоняя меня в краску. Вампиры, а ничего человеческого им не чуждо. Сами ведь в прошлом люди, трансмутация вызванная вирусом, хорошо поработала над их организмом, впрочем, насколько я понял и до сих пор работает, так как процесс изменения, идет у них не то что годами, а десятилетиями. Они конечно по холодней нас смертных будут, но не ящерицы какие хладнокровные, так без градусника, думаю на вскидку, нормой вместо, тридцать шесть и шесть, будет градусов под тридцать, с копеечкой.

– И что это было? – Она, придерживая покрывало, устанавливала у костра рогатки под котелок.

– Вода и лед, детка, вода и лед. – Клинт Иствуд бы позавидовал моей поднятой брови. Эх какой типаж, какая фраза пропала, под лучами ее злых налитых кровью трансформировавшихся глаз. – Спокойно! Это случайность, шел на рыбалку! Лед тонкий, не ожидал!

Быстро она что-то распаляется, раньше мне больше нравилась, когда молчаливо стояла в тени. Нет, она конечно девочка ладная, стройная и красивая, но как бы это сказать по мягче? Монстр мать ее за ногу!

– А у тебя что было? – Я подошел к ней, аккуратно сгружая в котелок с дымящейся водой пару пучков травяного сборного чая. – Не хочешь сказать?

– Вот скажи вы все мужики такие идиоты или просто прикидываетесь? – Тяжело вздохнула она, подхватывая соскальзывающее с плеч покрывало.

– Эм, а, ну, это я бы…кхм…что? – Вот так вот я мастерски выкрутился из скользкой ситуации.

– Влюбилась как девчонка. – Она сидела у костра, обхватив колени и накрывшись с головой покрывалом. Голос тихий, куколка, чудо просто, а не вампиренок.

– В куда? – Да-а. Это я мастерски решил, хлопая глазами поддержать ее. Я вообще славюсь своим красноречием.

– В туда! – Передразнила она, невольно рассмеявшись. – В тебя конечно, в тебя дурня!

– Ага. – Кивнул я, присаживаясь рядышком и так же направляя взгляд в костер. – Понятненько. А в окно чего заглядывала?

– Убить тебя хотела с этой твоей баронессой. – Она подбросила веточек в костер.

– Ну-у-у… – Задумчиво протянул я. – Это ты конечно погорячилась.

– Да видела я твою первую брачную ночь. – Рассмеялась она. – Видок у тебя был тот еще!

– На себя бы посмотрела! – Поддержал я ее смехом.

– Я страшная? – Вот блин, ведь же знал про эту их любимую женскую уловку! Сейчас начнутся обиды.

– Да нет, что ты! Вампиры они обычно белые такие и пушистые. – Ну не знаю я как в таких случаях по-другому выкручиваться. – Конечно, жутко, когда среди ночи такая «кракозябра» к тебе в окно заглядывает!

– Сам дурак. – Ее кулачок солидненько так тюкнул меня в плечо, заставив, пошатнутся. – Ну и что ты теперь мне скажешь? Прогонишь? Или предложишь полюбовницей своей стать?

– Не говори ерунды. – Я зачерпнул кружкой ароматный чай. – Тебе девочка, сколько годков стукнуло?

Девочка недобро сощурила глаза, стиснув кулаки, от чего я поспешил продолжить.

– Уж всяко не десять, не пятнадцать и уже наверняка не двадцать лет. – Пил маленькими глоточками, что бы не обжечься. – А вот мне сударыня десять лет отроду. Даже если у нас взаимность, как ты себе это представляешь, все наши отношения?

– Вот только не надо мне этой ерунды. – Она взмахнула рукой. – Все и так видят, что ты не просто ребенок, а «се`ньер». Я сразу все поняла, увидев, как с тобой эльфы, на короткой ноге общаются.

«Се`ньер»? Как-то не хотелось выдавать свое невежество, не знанием подобного слова, потому срочно запустил поисковик Мака, по скачанной библиотеке защитника. С ужасом, бегло пролистывая первые страницы информации. Матерь божья, да это просто жуть!

Оказывается мой случай не уникален, я не единственный переселенец в чужое тело. Подобные прецеденты не единичны в истории. Не раз и не два технологически эльфы проводили подобное переселение душ, помещая уже сформировавшуюся личность человека в пустой сосуд чьего-то тела. Тысячу нюансов и заковырок, но одно остается фактом. Я идиот. Даже не удосужился за эти без малого два года прозондировать почву на эту тему!

– Что замолчал? – Из-под покрывала Тина с любопытством разглядывала меня. – Думал для окружающих это большой секрет?

– Ты вот это поменьше тут языком то болтай! – Я опасливо огляделся по сторонам, не забывая, сверятся со сканером Мака. – И вообще глупости все это, не правда и досужие вымыслы.

– Ага. – Расплылась она в улыбке. – Вымыслы. Ну да, ну да, девятилетний пацан возвращается из мясорубки войны, меняя радикально свой характер, берясь за ум, проводя экономические реформы, собирая армию, а попутно выгрызая шаг за шагом ступень за ступенью горизонты власти. Обычно именно так девятилетние мальчики и живут.

Мда. Конспиратор из меня еще тот оказывается. Насупившись, попытался сделать вид, что я не я и морда не моя.

– Так прекращаем вот это вот… – Я помахал в воздухе рукой. – Несешь ерунду всякую!

– Ага. – Она откровенно потешалась надо мной. – Так может на поверку, ты еще древней меня будешь?

– Ладно, ладно прекращай! – Похоже, я покраснел. – Мы вообще о возвышенном говорим, о любви, вот!

– Ах, ну да! – Всплеснула она руками. – И как я бестолковая могла забыть?!

– Да что ты за язва то такая? – Я встал, делая вид что, что-то ищу в мешке, на самом деле пытаясь просто собраться с мыслями. Интересно это она одна сложила двоечки, получив четверочку в сумме, или все вокруг ходят да помалкивают? По идее, круглых дураков в моем окружении нет, а вот сэр Дако даже в курсе моих заигрываний с защитником с эльфийской стороны. Наверняка он тоже об этом думал, только вот почему на разговор не пошел? Ну да бог с ним, все равно правды не открою, они думают, что в барона вселилась чья-то душа, но это не так, не в барона, все гораздо сложней.

– Ну, так что, берешь в полюбовницы господин барон бедную девушку? – Ох, и тоски напустила в голос, хоть прям сейчас, садись рядом и плач.

– Не спеши, вы молодежь что-то по привыкали, не здравствуйте ни до свидания, как кролики, встретились и сразу в постель. – Я стал не спешно развешивать возле костра промокшие вещи.

– М-да. – Покивала она головой своим мыслям. – Значит и в правду старый ты внутри, ворчишь не хуже деда на завалинке.

* * *

В наш импровизированный лагерь, стала после обеда подтягиваться замковая детвора, так как каждый в округе знал, где меня искать, если я не в своем кабинете. Вещи к тому времени, уже высохли, так что мы, соблюдая все правила приличия, просто устроили пикничок, на фоне реки. С чем нам помогали постепенно подтягивающиеся ребята, несущие с собой не хитрую снедь. Вообще конечно, пикничок не ахти какой, морозно, серо и уныло, но почему-то все равно как-то радостно на душе. Толи от весело пляшущих язычков костра, толи от шума и гама детворы, или же просто в связи с тем, что голова не забита в этот момент заботами и роем мыслей. Просто сижу, просто слушаю и смотрю по сторонам.

Тина молчаливой тенью отдалилась за спину, вновь входя в роль молчаливого телохранителя. О ее принадлежности к роду вампиров, здесь не знали, а вот как одного из разведчиков легиона, ходившего в поход со мной, исполняя роль охраны, многие уже наслышаны. Для замковых девчат она была героиня, этакое живое воплощение Жанны Д`Арк. Она и смотрелась соответственно. Полевая «афганка» с эмблемой легиона, придавала ей суровости и строгости во всем ее молчаливом образе.

Что с ней делать и что ей сказать я не знал. Обманывать, играя в чувства, не хотелось, а взаимности нет. Секс он конечно секс, но может же и вправду сердце зубами вырвать, мало ли что у нее на уме. Вообще странно это, как-то просто и без затей, не привык я к такому, или может быть просто, как в том анекдоте дожился до той стадии, когда уже не боишься отказа женщин, а опасаешься, что они согласятся?

Да уж, дело это тонкое в не зависимости от того, как я в дальнейшем себя поведу. Так уж получилось от природы, что толстая шкура одиночества, стала моей второй натурой и пускать кого-то в свою жизнь без оглядки, не в моих правилах.

Чай, костерок, детские шалости, так и дотянули до вечера неспешно, сворачивая лагерь и разбредаясь, разбившись по группкам. Ребятня, убежала, вперед спеша на ужин, а я с Тиной немного отстал, так как тащил рюкзак и особенно не спешил погружаться в свои дела, оттягивая возвращение.

Человеческий крик, полный страха и отчаяния, услышали только мы. Где-то выше и левее из темнеющейся чащи небольшой уже голой рощицы. Там за рощей по идее проходит главная дорога, ведущая от Касприва до Лисьего замка, а уже от него до учебного корпуса легиона.

Жуткий крик шел не с дороги, а именно из рощи, говорить, о чем-либо с Тиной согласовывая действия, не пришлось, она тут же растворилась в вечернем сумраке, уходя вперед, мне же осталось только скинуть рюкзак, и налегке стараясь не шуметь последовать за ней. Крик переходил, срываясь на рыдания, пробежав чуть вперед, примерно прикинул оставшееся расстояние, похоже кричавший бежал, и бежал к нам на встречу. Уже сейчас мне был слышен треск ломающихся кустов, несчастный кто бы он не был, бежал, не выбирая дороги гонимый ужасом.

На небольшую чистую полянку, в неверном свете и без того мрачного времени года, где я остановился, выскочил какой-то взлохмаченный мужик в изодранном полушубке, спотыкаясь и падая, со всех ног несущийся в мою сторону.

– Стой! – Я встал на его пути, пытаясь поймать взгляд его обезумевших глаз.

– Белая! Она идет за мной! – Он бухнулся передо мной на колени, заливаясь слезами. – Это она, она идет!

Кто такая Белая и куда она идет, спрашивать смысла не было, так как я и сам уже увидел, нечто приближающееся меж деревьев, странно мигающее, словно картинка на экране, скачками исчезая и появляясь все ближе и ближе к нам.

– Не-е-ет! – Завыл мужик, на коленях пытаясь заползти за меня. – Я не в чем не виноват!

Белесый морок, приобрел отчетливый образ женщины, чей лик ужасом сковал мое сердце, так как это был зловещий оскал даже не мертвеца, а скелета, с сочащейся тьмой из пустых глазниц, словно туш в стакане с чистой водой, оседающей причудливым узором.

Изорванное белесое, словно в черно-белом кино платье, лохмотьями тумана развевалось на несуществующем ветру, а лик смерти окаймляли длинные прямые черные волосы ниже пояса, грязными лоскутами, словно тяжелые плети, свисали безвольно вниз.

– Твою мать! – Я невольно подался, назад спотыкаясь о скулящего мужика под моими ногами. До покойницы оставалось метров двадцать, я растянулся на земле падая, а в моей голове, тихо так и зловеще пульсировал в ритм с моим перепуганным сердцем тонкий девичий голосок, доносившийся, словно из глубины колодца: «За что? За что? За что?».

Мак абсолютно не реагировал на угрозу, не фиксируя чьего либо приближения к моей персоне, кроме меня, скулящего мужика и «трансморфа» вампира в полной боевой форме оскалившейся жуткими клыками, никого на поляне не было! Но меж тем женщина с лицом смерти, мигающим потусторонним светом продолжала, неспешно приближаться к нам, вытянув в нашу сторону, сухие обтянутые пергаментной кожей руки с длинными обломанными ногтями.

Кулаки Эббуза, вихрем туго скрученных узлов воздуха разорвали на мгновение в дым жуткую фигуру призрачной женщины, лишь не на долго прервав ее неспешное преследование.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю