Текст книги "Эволюция целителя 7 (СИ)"

Автор книги: Сергей Карелин

Соавторы: Сергей Харченко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Глава 13

Я взглянул на старика, затем на устройство, которое он держал в руке.

– Ты меня пристрелить хочешь? – ухмыльнулся я, и Захарыч блеснул взглядом.

– Думаю, что это лишнее, – ответил он. – Просто подними руки и не напрягайся. Я тестирую новое устройство, мало ли что ты там привёз из своего Сочи.

Я поднял руки, и Захарыч нажал на спусковой крючок. Из раструба потянулась в мою сторону полупрозрачная ментальная энергия, которая через секунду окутала всё моё тело.

Дышать я мог, да и чувствовал себя вполне нормально, лишь ощущал странное пощипывание на коже.

– Руки поднимать было необязательно, – заметил показавшийся в коридоре Пуля.

– Но что не сделаешь ради интриги, – хекнул Захарыч, затем остановил Викторию, проверяя и её.

– Это уж слишком, Егор Захарович, – строго заметила она.

– В столице то там, то здесь возникают вспышки вируса Гаусса, к нашему ингалятору уже выстроилась очередь на два дня из желающих пролечиться и не сдохнуть. А ты говоришь – слишком? – осадил её старик. – Довольно разговоров. Просто помолчи и дай провести обеззараживание.

– Вон оно что, – ухмыльнулся я. – Обеззараживатель. Не знал, что он выпускается в настолько компактной форме.

– Ты ещё многого не знаешь, Алексей, – Захарыч расплылся в довольной улыбке. Он радовался, что произвёл впечатление. – Мой коллега занимается такими вещами, вот я и просуетился вовремя. Забрал прямо с тестового конвейера.

Этот старик как всегда старается выставить себя важным, а я и не собирался сообщать ему, что как только рассмотрел устройство в его руках, сразу понял, что это. Кажется, даже статью читал о разработке таких штуковин.

Но справляются ли они с таким мощным и изворотливым штаммом вируса Гаусса? Не думаю.

Захарыч проверил Вику, затем принюхался.

– Это ещё что такое? – удивился старик.

– Это гвоздика, Егор Захарович, – очаровательно улыбнулась блондинка. – Я в последнее время только её и жую.

– Я знаю, что это такое, и как с помощью неё скрывают посторонние запахи, тоже в курсе, – проворчал старик.

– Это всего лишь пара глотков виски, Захарыч, не наседай, – заступился я за Вику, и она благодарно взглянула на меня.

– Да, всего пара глотков, – кивнула блондинка.

Я скрыл улыбку. В целом, зная, с какой жадностью «дегустирует» этот напиток Небула, она говорила правду. Один глоток – один стакан. Всё верно.

– Лёха! – из приёмной выскочил Рома Хмурый в компании с Михаилом. – Ну наконец-то! А то мы тут зашиваемся.

– Быстрей работать надо, и не будешь зашиваться, – пробурчал Захарыч, подарив здоровяку сноп обеззараживающей энергии.

– Эй! А меня то за что⁈ – удивлённо воскликнул здоровяк.

– Ты помолчи, Олег, и расслабься, – проскрипел старик. – Ты ведь был в аэропорту? Так ведь? Мало ли какие вирусы в нём летают. Надо перестраховаться.

Пуля вздохнул и замер, позволяя энергии окутать его.

Я же в это время поздоровался за руку с приятелями.

– Сразу видно, что с моря приехал, – широко улыбнулся Миша, и его щёки ещё сильнее раздались в стороны. – В Москве так не загорают.

– Ты забыл про солярии, – напомнил я.

– Не, из солярия выходят барбекю, а тут видно – натуральный загар, – произнёс Михаил.

– Ну а теперь здравствуй, Алексей, – протянул старческую руку Захарыч, и я пожал её. – Проходи, накидывай халат.

– Так сразу? – удивился я.

– Ага, прямо так и сразу. Если народу будет столько же, сколько и в субботу, надо и нам уже включаться. Чтоб очереди не создавать.

– Так много было пациентов? – охнула Вика, проходя вслед за нами по коридору.

– Дофига, – произнёс Захарыч. – Потом расскажу, что у нас изменилось, в перерыве.

По пути из мастерской выскочила Даша, а за ней и Настюха показалась из раздевалки. Обе обрадованные нашему появлению. Настя сразу приобняла меня, затем Вику, сообщая, что соскучилась. Даша с Викой обнялись, затем техничка кивнула мне.

– Как же вас не хватало здесь, Алексей Михайлович, – сообщила она.

– Мы и так справлялись, – буркнул Захарыч, затем встретился со мной взглядом и сморщился. – Ладно, согласен. Два пациента придёт по твою душу, даже я не смог их диагностировать. Нихрена не понятно, что у них там.

– Как появятся, сразу направляй их в нашу приёмную, – одобрительно кивнул я в ответ.

Хотелось ещё поговорить, да и в глазах Захарыча я заметил немой вопрос. Он хотел бы узнать, как всё прошло в плане идентификации.

Но… поговорить нам, разумеется, не дали. Коридор начал очень быстро заполняться пациентами. Половина из них пришла на ингаляции. Вакцина заканчивалась, что сразу же отметил Захарыч, поэтому сегодня вечером свяжусь с помощником Меньшикова и заберу очередную партию в обмен на яд Небулы, разумеется.

Работал я в поте лица почти до обеда. В том числе принял тех двух пациентов, которые дожидались моего появления.

У одного, из «клуба пятисот», оказался острый простатит, хотя он жаловался на боли в пояснице и думал, что сорвал спину. Почему Захарыч не увидел этого? Всё дело в аномальном фоне, через который старик не смог пробиться. Я не без труда нейтрализовывал его, прежде чем провести диагностику. Затем убедился в своём диагнозе, убрал новообразования в простате, регенерировал повреждённые участки и выдал ему рецепт из комплекса местных лекарств, чисто для профилактики.

Второй, пожилой бизнесмен, который обратил на нас внимание в сетевой рекламе, жаловался на проблемы со зрением. Светобоязнь, слезоточение, ощущение «песка» в глазах. А также я заметил тремор. У него тряслись руки, подрагивали мышцы правого плеча. Причём у пациента увеличился аппетит, но на фигуре его это никак не отражалось. Сложив всё воедино, я выявил, что проблемы в щитовидке. У пациента гипертиреоз, а проще говоря, избыток гормонов. Отсюда и все проблемы.

И в этом случае Захарыч угадал с диагнозом, но опять же не давал ему убедиться в этом похожий аномальный фон.

Я убрал его, потратив приличное количество энергии, затем вылечил первопричину гипотиреоза, то есть восстановил щитовидную железу, регенерируя поврежденные ткани.

Когда до перерыва оставалось буквально десять минут, я выдохнул.

– Ну что, на обед? – с надеждой взглянула на меня Настюха.

– Если в коридоре нет никого – тогда обед, – сообщил я ей, и мы покинули приемную.

Коридор опустел, и Вика уже покинула стойку регистратуры.

– Уф-ф, горячий денёк, – призналась она. – У меня рука устала отмечать посещения, а уж как вы такое вывезли, даже не представляю.

– Нормально, – я достал пузырёк из кармашка на поясе, откупорил, приподнял его. – Ваше здоровье.

Выпил один, второй, и увидел Захарыча, который уже вышел из своего кабинета.

– Ты смотри, уже празднует, – хохотнул он, закрывая дверь на ключ, затем подошёл к нам. – А ведь ты кое-что нам должен рассказать.

– И расскажу, и покажу, – хмыкнул я. – А пока надо бы поесть. В самолёте нас не то чтобы кормили.

Мы добрались до обеденной, Настюха при помощи быстро-плиты сварганила плов, и мы поели. А когда зелёный чай с мелиссой был разлит по кружкам, и Настя поставила по центру стола вазу с орешками со сгущёнкой, Захарыч пристально взглянул на меня.

– Ты испытываешь наше терпение, – просипел он. – Какой у тебя разряд?

Пуля загоготал в ответ, не выдержал.

– А ты чё ржёшь словно конь, которому что-то клеймом прижгли? – злобно уставился на него старик.

– Ща узнаешь, – весело прогудел здоровяк. – Лёха, покажи ему документы.

– Сейчас, надо сходить за ними в раздевалку, – я многообещающе кивнул и на время покинул помещение.

Через пару минут я вручил Захарычу сертификат, и Настя с Дашей подскочили со своих стульев, вставая за спиной у старика и вглядываясь в поблёскивающий фирменный бланк гос образца.

– Да чтоб меня черти разорвали! – воскликнул Захарыч. Таких протяжных интонаций за стариком я ещё не замечал. Он был крайне удивлён. – Ты целитель!

– Лёшка! Четвёртый ранг! – Настюха бросилась мне на шею, прижалась, затем смущённо отстранилась, чмокнув в щёку. – Ты такой молодец!

– Не молодец, а кр-расаучик, да! – воскликнул Пуля, сжав пальцы в щепотку и потрясая перед собой.

Затем подскочил, и схватил за пояс, поднимая меня, словно я весил пару кило.

– Т-тихо, блин, – выдавил я. – Я ж только что пое-ел.

Пуля поставил меня на пол, засмеявшись и взлохматив мою причёску.

– Наш человек! Вот так этой гильдии и всем чёртовым завистникам! – прорычал он.

– Ох-ре-неть, – Рома так и замер за столом, даже не зная, как на это реагировать, затем обнял меня, похлопав по плечу. Миша тоже обрадовался почти так же, как и его приятель, пожимая мне руку.

– Невероятно! – воскликнула Даша, вытаращив на меня глаза, в которых блистали радостные искорки. – Алексей Михайлович, это же прорыв! Феномен! Такого я даже не слышала.

– Да были уже случаи, – тихо произнёс Захарыч, и в его глазах я заметил крайнее уважение. – Конечно, не настолько феноменальные, но похожие. Алексей, поздравляю тебя и дай пожму руку. Горжусь тобой.

На этот раз, когда мы скрепили руки в крепком рукопожатии, в глазах старика промелькнуло не только уважение. Взгляд его увлажнился, потеплел. Он взглянул на меня вроде даже по-отцовски.

Мы чокнулись кружками. Захарыч поначалу полез за своим коньяком, но встретился со строгим взглядом Настюхи и закрыл дверцу.

– Так, в ближайшее воскресенье, Лёша, ты проставляешься, – предупредил Захарыч.

– Это я и хотел предложить, – кивнул я.

Затем вкратце рассказал о конференции, о «чёрном списке», и как я всё же прошёл. Затем коснулся основных тем, о которых шла речь на конфе, и перешёл на самое интересное – как идентификатор показал нулевое значение. В ключевых моментах Настя и Даша охали, Рома с Пулей сотрясали воздух возгласами, а Захарыч покачивал головой, внимательно слушая и попивая чай.

После этого я продемонстрировал корочку, и старик посмотрел в сторону Виктории.

– Кстати, что вы там говорили насчёт самолёта? – просипел он. – В молниевый фронт попали?

– Да, в него. Вон, Лёша расскажет, – Вика попыталась перекинуть на меня стрелки, но я не особо был согласен.

– Не, Вик, у тебя получится это сделать лучше, – улыбнулся я. – Да и видела ты больше, чем я.

– Сказал тот, кто сидел у иллюминатора, – Виктория наградила меня злобным взглядом, затем натянула улыбку и оглядела нашу компанию. – Ладно, в общем, вылетаем мы на «Юпитере»…

– На «Юпитере»⁈ Ого! Это же скоростной самолёт! – воскликнула Даша.

– Дарья, дай рассказать, потом будешь высказываться. Откуда только у тебя привычка взялась перебивать? – строго произнёс Захарыч, затем кивнул блондинке. – Продолжай, Виктория. Мы внимательно тебя слушаем.

В итоге Вика всё расписала настолько красочно, что все будто на время оказались пассажирами авиалайнера.

– Странно то, что молнии куда-то делись, – заметил Захарыч. – Вот куда они исчезли?

– Да мы и сами удивились, ага, – закивала Вика, стараясь не выдавать довольной улыбки.

Затем настал мой черёд терзать Захарыча вопросами. В итоге старик сообщил то же, что и Пуля. Дарьей собрана вторая купель, которую уже завтра с утра можно будет запускать в работу.

В том числе Захарыч заикнулся про обеззараживающий аппарат, который он использовал в качестве приветственного жеста. К тому же я узнал и о его планах. Через неделю старик установит прибор на рамку, ну а Дарья поставит на него датчик движения. Обеззараживатель начнёт работать в автоматическом режиме, реагируя на каждого, кто зайдёт в клинику.

Так и прошёл наш обеденный перерыв, и как только я вышел в коридор, заметил собирающихся пациентов. Рабочий день продолжается.

* * *

Гильдия лекарей, центральное управление, совещательный зал, в это же время

Лисовский Игорь Демидович пристально всматривался в покрасневшее лицо Аргамакова. Они сидели друг напротив друга в пустом зале, где встретились по случаю недавнего события, взбудоражившего всё медицинское общество Империи. Шутка ли, за несколько месяцев лекарь третьего разряда поднялся до уровня целителя, причем достиг четвёртого ранга.

Разумеется, Зиновий Павлович был крайне разозлен, а Лисовский слегка растерян и взволнован.

– И вот смотри, что пишут в Сетях, Игорь. Ты смотри, какая волна поднялась! – всмотрелся в экран смартфона глава гильдии лекарей, начиная цитировать заголовки. – «Юное дарование вырвалось в целители», «Талантливый лекарь прорвался наверх, несмотря на бюрократические препоны». А вот это просто умиление. Послушай. «Надежда для каждого талантливого лекаря»

– Я это всё уже читал… Ты, Зиновий, прежде чем злиться, подумай, что можно сделать, – сухо произнёс Игорь Демидович.

– А что тут сделаешь, Игорь? Это будто сон какой-то. Словно кто-то взял и приписал Логинову этот статус, – процедил глава гильдии лекарей.

– Невозможно, – спокойно произнёс Лисовский, стараясь не показывать волнения. Понятное дело, что внезапное восхождение Логинова – плохие новости, и впервые он столкнулся с тем, что не знал, как отреагировать.

– Я внёс этого выродка в чёрный список, Игорь, – прошипел Аргамаков. – Сделал, как ты сказал. А толку? Всё равно этот угорь пролез на конференцию.

– Да, и об этом я уже в курсе. Наш малец хитрее, чем мы думали, – скривился Лисовский. – Граф Чернышёв провёл его.

– Тогда я вообще не понимаю, почему, – растерянно произнёс глава гильдии.

– Чем-то он зацепил графа. Сильно зацепил, – хмыкнул Лисовский, посматривая вдаль. – Может, продемонстрировал свои способности.

– Тогда понятно, – отозвался Аргамаков. – Вот Чернышёв и повлиял на членов комиссии, может денег передал. И вот мелкому ублюдку приписывают статус целителя.

– Да о чём ты говоришь, Зиновий? – хохотнул Лисовский. – Этого априори не может быть. Ты прекрасно знаешь, что в идентификационной комиссии находятся уважаемые люди.

Глава гильдии затих, задумался, подбирая слова.

– Я против них ничего не имею. Просто высказал мысли вслух, – наконец-то печально отозвался Аргамаков, глотнув воды из стакана. – Надо собирать всю верхушку, и будем думать. Логинов уже в реестре, – он поднял бумаги, потряс ими, – Вот, всё здесь! И раз он уже целитель, мы сами не справимся.

Лисовский провёл рукой по своей лысеющей шевелюре, шумно вздохнул.

Совет целителей собирался редко. Четырёх увальней, которые, кроме него, числились в составе Совета, следовало ещё как-то собрать вместе. И в целом Игорь Демидович прекрасно понимал, о чём говорит его собеседник. Они уже не справятся, всё верно.

Гильдия лекарей занималась общими делами. Совет целителей подключался лишь в случае глобальной угрозы.

А такого характера угроза как раз и возникла. Выскочка из лекарей, который не проявлял ни малейших способностей, вдруг воспрял духом, поверил в себя и решил, что море ему по колено.

Вот только акулы, которые обитают в этом море, были недовольны.

Аргамакова можно было понять. Для него уже было делом чести осадить Логинова, которого при этом покрывает влиятельный князь. Только притормозив барона – а в идеале сбросив его вниз – они дадут понять остальным таким же сверхталантливым лекарям, что не всё так просто, и лезть наверх себе дороже.

Во-первых, чтобы избежать наплыва мошенников или таких же излишне амбициозных, как и Логинов. А во-вторых…

– Зиновий, ты прекрасно знаешь, что под моим руководством находится элитный лицей, – произнёс Лисовский, пристально всмотревшись в напряженного главу гильдии. – Так что я никак не могу пройти мимо. Надо собрать Совет – я соберу.

– Вот и славно, что ты все понимаешь, – нервно произнёс Аргамаков, криво улыбнувшись, хотя в голосе уже исчезло избыточное напряжение. – Я знал, что ты будешь на нашей стороне.

– Ну а как иначе? Это наша общая проблема, – успокаивающе кивнул ему целитель высшего ранга. – И мы её решим.

– Я очень надеюсь, но этот Логинов… он стал сильнее, ты же понимаешь, – отчаянно взглянул на него глава гильдии.

– Понимаю, – вновь кивнул Лисовский. – Но нет безвыходных ситуаций. Есть лишь неправильно принятые решения. И нам нужно хорошо подумать, какой удар мы нанесем этому сосунку в ближайшее время.

На этом они и завершили разговор. Аргамаков остался за столом, а Лисовский заспешил к выходу. Уже садясь в лимузин, он бросил взгляд в сторону силуэта Аргамакова, мелькнувшего в окне.

Понятно, чего боялся Зиновий и отчего так нервничал. Он боялся потерять кресло, и это могло случиться задолго до этого разговора, если б не Лисовский.

Уже сколько раз он выручал этого засранца, который умудрялся периодически влипать в какие-то неприятные истории. То аристократу нахамит, то наедет на какую-нибудь клинику. Каждый раз Лисовский вытаскивал его.

Но Аргамаков – полезный засранец. Тот, с кем всегда можно договориться, и на кого можно повлиять. Тем более неспроста Лисовский упомянул свою школу. Да, она была под угрозой.

Если каждый выскочка, вроде Логинова, будет лезть наверх, сверхприбыльное дело Лисовского, к которому он шёл всю свою сознательную жизнь, развалится словно карточный домик.

Целителей станет больше, затем их количество возрастёт до небес. Ну а большие деньги, которые князь Лисовский получает за обучение в созданной им элитной школе, перестанут поступать в карман. Почему? Да всё просто. С приходом новых талантов планка качества услуг вырастет сама собой, а его выпускники на общем фоне станут посредственными целителями. И это бросит тень на знаменитые методы преподавания Лисовского, а потом и на его статус.

Именно этого Лисовский боялся больше всего. И запал Логинова, каким бы тот ни был, надо срочно гасить. И даже не исключено, что радикальными методами.

Глава 14

Отработав до шести и прилично вымотавшись, я понял, что побил рекорд за всё время работы в клинике. Вылечил тридцать шесть пациентов за рабочий день, и не так чтобы устал.

Есть чему радоваться. Ведь это ещё одно фактическое подтверждение того, что я стал гораздо сильнее за последний месяц. Несмотря на бодрость духа, я чувствовал лёгкий тремор в грудной клетке. Пришлось вновь подзаправиться энергобустером, чтобы успокоить сердце.

Быстро собравшись, мы дружно отправились в поместье.

В дороге Захарыч размышлял о хорошем коньяке, как бы намекая, какой напиток следует покупать в воскресенье. Настя и Пуля спорили о том, насколько быстро может разогнаться авиалайнер «Юпитер». Я же обдумывал, как моё повышение в статусе воспримет гильдия лекарей. Да и целители тоже обратят на это внимание.

Не исключено, что Ковригин со своим боссом возьмут паузу. А что они придумают, желательно знать заранее.

Не стоит сбрасывать со счетов и целителей, которые явно озадачатся мом прорывом. Шутка ли, за три месяца с лишним подняться с нижнего лекарского разряда до четвёртого ранга целителя?

Я уже изучил в Сети информацию. Оказывается, Совет целителей возглавляет тот самый товарищ Лисовский, который участвовал в проверке на заре становления нашей клиники. Как он поступит? Тут всё просто. Либо будет думать о встрече со мной, либо… В этом случае вариантов тоже несколько, от самых безобидных проверок до объединения с гильдией лекарей. Поэтому что будет дальше, я не представлял, и принял решение периодически отправлять Карыча на разведку.

Пернатый вновь прочёл мои мысли, начиная всё бубнить про своих грачих, которые ждут его в поместье. Но всё же он не спорил, надо отдать ему должное. Понимал, что дело серьёзное. Задача ему понятна, осталось лишь дожидаться моей команды на вылазку.

Оказавшись в поместье, я первым делом прошёл на новую территорию. В утреннем сообщении в «Пульсе» Иванов написал, что возникла проблема. Лишь после обеда я ответил ему. Договорились о встрече вечером.

Вот я и отправился сразу же на новую территорию поместья. Добрался по каменной дорожке, окруженный высокими, шумящими на ветру плодовыми деревьями, до здания клиники, и увидел лишь часть строения. Передо мной высилась трёхэтажная коробка, на которой не хватало кровли. Да и на крыльце не было половины мраморных плит, а также отсутствовали перила.

Что могло случиться? Скорее всего не хватило материалов, но это как раз и странно. Иванов утверждал, что затаривается на нескольких складах, поэтому проблем с этим не должно было возникнуть.

– Алексей Михайлович, с приездом! – воскликнул замначальника «Ремстроя», встречая меня. Лицо его было озадаченным.

– Приветствую, – обменялся я с ним рукопожатиями. – С чем связана пауза?

– Удивительно, но я ничего не могу поделать. Наверное, впервые за всё время работы в компании, – развёл руками Иванов. – Мне будто кислород перекрывают. Сначала непонятные и абсолютно дурацкие статьи, сообщающие, будто на складах неликвид, затем комиссии и закрытие на проверки.

– Закрыли именно ваши склады? – удивился я.

– Да, именно их, – горько признался руководитель. – На базах остальных конкурентов всё тихо и спокойно. Но там нереально что-то заказать. В этом случае наценка будет бешеной.

– И вы уверены, что всё началось со статей, – задал я очередной вопрос, и замначальника «Ремстроя» кивнул.

– Более чем уверен. Сразу после свежего выпуска «Вестника эпохи» началась вся эта кутерьма с комиссиями и прочим, – вздохнул он.

Вот значит как. «Вестник эпохи». Я сразу же вспомнил одну особу, с которой недавно расстался. Могла ли она быть причастна к наезду на склады «Ремстроя»? Я не исключал этого.

– Автор статей случайно не Лиза Пантелеева? – спросил я.

– Я так и не припомню, – пробормотал Иванов, вспоминая. – Точно знаю, что женское имя.

Я залез в Сеть, нашёл электронные варианты последних двух выпусков «Вестника».

– На второй полосе, – сообщил Иванов, заглянув в экран. – Да, вот первая из них.

Ух ты! А ведь я был прав.

«Автор статьи Елизавета Чиркова» – прочёл я подписи к данным опусам. Кто бы это мог быть? Надо узнать.

Пока Иванов отвлёкся на свою бригаду, которая несла ящики с инструментами к серебристому пикапу, я тут же нашёл состав сотрудников «Вестника эпохи», вместе с официальными фото каждого.

Вот Борис Петрович Теменев, начальник редакции «Вестник эпохи». Солидный мужик с серьёзным взглядом.

Затем Елизавета Пантелеева вВ светло-розовом костюме, с красивой причёской и улыбчивая.

Ну а следом – список рядовых сотрудников редакции. Всех работников мужского пола я намеренно пропускал, останавливаясь лишь на женском. Ольга, затем Инна, потом две Натальи и Екатерина. Никакой другой Елизаветы, кроме редактора «Вестника», я не обнаружил.

Понятное дело. Кто будет подставляться под праведный гнев аристократов, которые теряют в деньгах. Но разве Теменев не понимает, что в этом случае вообще без разницы, кто написал статьи. Важно одно – именно его редакция выпустила псевдо-обличающие статьи, именно он возглавляет ту организацию, которая клевещет на «Ремстрой», отчего страдают все клиенты фирмы, между прочим, солидные люди.

Ладно, хрен бы с ним. Тут важно разобраться с поставками материала. Нельзя, чтобы стройка простаивала даже день, что уж говорить о более продолжительном времени.

Надо что-то срочно предпринимать. И тут меня озарило. Я вспомнил об отце бастарда, том самом, который занимается перевозками. Граф Лихачёв!

Я тут же набрал его, и через пару секунд из динамика раздался бодрый голос аристократа.

– Доброго вечера, Алексей Михайлович! – радостно воскликнул он. – Примите мои поздравления! Мне на глаза сегодня попалась потрясающая новость. Вы уже целитель!

– Благодарю вас, Пётр Илларионович, – поздоровался я. – Я к вам по очень важному вопросу. Вы говорили, что занимаетесь перевозками, к тому же у вас налаженные поставки с различных складов.

– Всё верно, – слегка растерянно произнёс граф. – Вы хотели бы что-то перевезти, либо приобрести товар без посредников?

– У меня идёт стройка в поместье, – решил я ему объяснить в общих чертах. – И нужны некоторые материалы.

– Не извольте беспокоиться, Алексей Михайлович, – откликнулся Лихачёв. – Что угодно найдём и привезём в кратчайшие сроки. Я ведь сотрудничаю с крупными складами Питера и Москвы, как я уже говорил.

Я подумал и всё же решил сообщить графу о проблеме. Он точно должен быть в курсе. Предупреждён, значит вооружён.

– Только есть одна загвоздка, – продолжил я. – Непонятно кто закрыл склады фирмы «Ремстрой». Как раз с них и шли материалы на строительство.

Граф засмеялся в ответ.

– Я понял, о чём вы. Боитесь, что ваши недруги перекинутся на меня, – весело сообщил он. – Не извольте переживать. У меня надёжные знакомые. Какие бы зубы у этих хищников не были, они их пообломают о мою защиту. Уж поверьте.

Это я и хотел услышать. И на душе стало как-то спокойней, что ли.

После окончания разговора я состыковал Иванова с помощником графа Лихачёва. Замначальника «Ремстроя» передал список всего, что необходимо. Завтра товар будет на месте, причём, что меня порадовало, по оптовой цене.

* * *

«Вестник эпохи», кабинет главного редактора, в это же время

– Прошу вас, сообщите Ивану Тимофеевичу, что работа сделана, и я жду вознаграждения, – как можно мягче произнесла в трубку Лиза. – Это Елизавета Пантелеева. Мне так и не перевели деньги за работу.

– О какой работе речь? – сухо поинтересовался слуга Державиных.

– Я вам уже говорила. Статьи в газете, – напомнила она, выдувая пар. – Иван Тимофеевич в курсе.

– Ожидайте, – услышала она. – Я ему сообщу.

– Я вам уже третий раз звоню, – напомнила Елизавета. – Донесите, пожалуйста, Ивану Тимофеевичу, что только ради этого я и согласилась на эту работу.

– Понял вас, – произнёс слуга. – Я вам перезвоню.

Лиза посмотрела на экран. Звонок завершён. Сколько ждать на этот раз? Когда ей наконец переведут оговоренную сумму?

Всё же двадцать тысяч рублей – это хорошие деньги. Прошлую сумму, которую она получила от князя, она закинула на автокредит, почти полностью его погасив. Зарплата ещё нескоро. И сейчас ей очень нужны деньги, чтобы оплатить за съёмную квартиру и отложить на депозит.

Динамик селекторной связи ожил. Лиза услышала голос Теменева.

– Елизавета Викторовна, зайдите ко мне, пожалуйста, – сообщил босс, причём с некой зловещей интонацией, которой Лиза от него ещё никогда не слышала.

– Так, спокойно, Лиза, – пробормотала она под нос, покидая свой кабинет. – Это очередное задание…

Добравшись до чертог босса, она переступила порог приёмной, кивнула секретарше Наташе и прошла в кабинет, в котором было сильно накурено.

– Проходи, садись, – Теменев смерил её взглядом, пыхнул сигарой и выпустил над собой клуб сизого дыма. Его бульдожье лицо было хмурым, будто что-то произошло.

Хотя она догадывалась, что именно.

– Борис Петрович, я могу всё объяснить, – пробормотала Елизавета, устраиваясь в кресле напротив.

– Объяснить⁈ – гаркнул Теменев, наклонившись над столом. – Ты какого чёрта делаешь, Лиза? Статьи фэйковые пишешь⁈ Думаешь, я не узнаю, что это ты написала про склады, да ещё под псевдонимом⁈ Думаешь, что это весело? А вот нихера это не весело. Ты понимаешь, что нас могут закрыть из-за твоей чёртовой самодеятельности⁈

– Ко мне пришла информация, – медленно, с расстановкой начала Елизавета, – и я ею воспользовалась.

– Я что, дурак по-твоему⁈ – зарычал босс. – Это похоже на заказуху. Кто тебе платит, а⁈ Что, зарплаты недостаточно⁈

– Достаточно, Борис Петрович. Но ведь новость проверена!

– Да хрена с два она проверена! Тебя просто купили! Так и скажи! – Теменев тыкнул в неё рукой с зажатой между пальцами дымящей сигарой. – И ты мне нагло лжёшь! На меня уже давят со всех сторон! Я краснею как мальчик для битья! Я, владелец «Вестника», отдуваюсь за тебя!

– У нас не будет проблем, – тихо произнесла Елизавета. – Я всё улажу.

– Нет. С меня довольно, – процедил Теменев. – Ты пишешь заявление по собственному, собираешь манатки и валишь из моей редакции на все четыре стороны. Чтобы к вечеру тебя здесь не было. Всё ясно?

Елизавета злобно взглянула на Теменева.

– Я всегда вас прикрывала, Борис Петрович, – ядовито произнесла она. – Надо встретить сына? Лиза сделает. Надо подготовить срочную статью? Конечно, Лиза останется. Надо прикрыть от жены? Разумеется, Лиза всё организует, прикроет так, что не прикопаешься.

– А ну пшла прочь, чертовка, – прошипел Теменев, медленно поднимая своё массивное тело из кресла. – Нахер отсюда. И попробуй только моей жене что-то сказать, тебе не поздоровится.

– И вам всего доброго, – широко улыбнулась Лиза и выскочила из кабинета, хлопая дверью.

Сделав пару шагов, Лиза почувствовала, как у неё закружилась голова. Она уволена, она больше не редактор «Вестника эпохи». Десять лет упорной работы, бессонных ночей, карьерного роста, который ей дался большим трудом. Всё это развалилось, за пару минут.

– Лизочка, я соболезную, – улыбнулась Наташа, сочувствующе посматривая в её сторону. – Представляю, как тебе больно уходить.

– Ой, да пошла ты в жопу, – усмехнулась Лиза и быстрым шагом выскочила в коридор. Она добралась до кабинета, собрала вещи, которые уместились в большой пакет, и услышала голос Теменева. Он ждал от неё заявления.

– Каз-зёл плешивый, – прошипела Лиза, хватая со стола чистый лист и размашисто, импульсивно начиная писать требуемое.

Бросив в окошко отдела кадров заявление, она покинула здание, которое занимала редакция «Вестника эпохи». В последний раз прошла по просторному коридору, процокала каблучками по мраморному полу холла с четырьмя колоннами по бокам. Напоследок кивнула тепло улыбнувшейся из гардеробной Марфе Ивановне.

Она почти не помнила, как ехала на метро, как покупала в «Семёрочке» две бутылки дешёвого вина, как добиралась до съёмной однушки.

Только устроившись в кресле и глотнув из бокала терпкого красного вина, Елизавета пришла в себя и осознала, в какую яму она сама себя загнала.

Когда с одной бутылкой было покончено, Лиза улыбнулась, откупорила вторую и решила не пользоваться бокалом. К чёрту бокалы! Сделав глоток прямо из бутылки, она услышала мелодию входящего звонка.

Это был Арсений, тот самый слуга Державиных, с которым она и держала связь. Что он хотел ей сказать? Почему на счёт ещё не перевели денег?

– Да, Арсений, – слегка заплетающимся голосом произнесла Лиза. – Слушаю вас внимательно.

– Больше не звоните по этому номеру. И не смейте тревожить Ивана Тимофеевича, – сухо сообщил ей слуга. – Иначе у вас начнутся крупные неприятности.

Он отключился, а Лиза посмотрела на потухший экран, затем изо всех сил сжала корпус смартфона, откидывая его от себя.

– С-своло-о-очи-и-и! – зарычала она. – Какие же вы сволочи!

Следом полетел бокал, который разлетелся на осколки, не выдержав столкновения со стеной.

– Какие же… – чмыхнула Елизавета, сползая с кресла на пол, – … сво…лочи…

Она ещё раз всхлипнула, а затем зарыдала, наверное, впервые за последние десять лет.

* * *

Вернувшись в дом, я первым делом посетил душ и охладил голову. Затем принял Викторию, которая заехала в поместье на такси.

Кобра была напряжена и сразу потянулась к моему бару, едва перешагнув порог дома.