Текст книги "Искатель 14 (СИ)"
Автор книги: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)
– Я вернусь, – прошептал в темноту. – Обещаю! Разберусь с этой угрозой и вернусь ко всем вам.
Глава 25
Следующий день в землях Балора начался с привычной тяжести во всём теле, мышцы ныли от непрерывной тряски в седле. Я потянулся, хрустнув позвонками, и огляделся.
Эрианна как всегда смотрела куда-то вдаль остекленелым от постоянного использования дальнего зрения взглядом, под глазами у неё залегли тени, которые не мог стереть даже краткий ночной сон.
– Патруль драконидов в трёх милях на северо-восток, – прошептала она, не отрывая глаз от горизонта. – Двое на рапторах, движутся по стандартному маршруту.
Кору тут же низко утробно зарычала и сжала кулаки так, что костяшки побелели.
– Мрази используют наших ящеров, – процедила она сквозь зубы. – Непокорённые Хищники никогда не позволяли чужакам седлать рапторов, а эти…
– Тише, – я положил руку ей на плечо, чувствуя, как напряглись мышцы под моей ладонью. – Мы ещё предъявим им счёт, но не сейчас.
Двинулись в обход, держась подветренной стороны. Рапторы чуяли добычу за версту, это я помнил ещё по играм, но в реальности оказалось всё намного хуже. Эрианна предупредила, что здешние ящеры могут учуять кровь на расстоянии двух миль.
К полудню солнце превратило наши доспехи в персональные печки. Пот заливал глаза, а мокрая рубаха липла к кольчуге. Я как раз собирался предложить привал, когда Эрианна резко остановилась. Её лицо побледнело, а губы задрожали.
– Что там? – спросил я, хотя по выражению её лица уже догадался, что ничего хорошего.
– Поля, – прошептала она, и в голосе прорезались слёзы. – Огромные поля. Сотни… Нет, тысячи рабов! Все расы: люди, эльфы, гномы, даже дети… – она всхлипнула. – Они работают до смерти прямо там, в грязи. Охранники бьют отстающих кнутами, а тех, кто падает…
Она не договорила, но мне и не нужно было слышать продолжение. В животе всё сжалось от ярости.
– Как далеко?
– Полмили на запад. Огромная территория, охраны человек пятьдесят, не меньше.
– Обойдём, – решил я, хотя каждая клеточка тела кричала: «Иди туда и убей всех этих тварей». Но я не герой-одиночка из фильма. С нашим отрядом против полусотни охранников – это самоубийство. – Запомни расположение. Когда покончим с основным лагерем, вернёмся сюда.
Мы сделали крюк в добрых две мили. Всю дорогу я гнал от себя мысли о том, что происходит на тех полях прямо сейчас. Сколько людей умрёт, пока мы соберём силы для большого удара? Но война не спринт, а марафон. Спасти десяток сегодня и погибнуть, или выжить и освободить тысячи завтра?
– Вот же дерьмо! – пробормотал я себе под нос. В играх всё проще: видишь врага, убиваешь врага, а тут…
Солнце уже клонилось к закату, когда Хорвальд открыл портал. Вид знакомых стен подействовал как глоток холодной воды: плечи расправились, усталость отступила. Ещё один день позади, и мы всё ещё живы.
Но настоящий сюрприз ждал меня внутри. Едва мы прошли через ворота, как увидел знакомые лица. Бойцы из Тераны толпились во дворе, проверяя снаряжение и обустраиваясь на ночлег. Сердце ёкнуло от радости.
– Илин здесь! – выдохнул я и, забыв об усталости, бросился к главному входу.
Джинд Алор перехватил меня у лестницы, кивнув в сторону подвала.
– Твой монах привёл сорок человек, уровни от двадцатого до тридцать пятого. Неплохое подкрепление. Разместил их в кладовых, больше места не нашлось.
– Спасибо, – я похлопал командира по плечу. – Включишь их в план штурма?
– Уже включил, – усмехнулся он. – Твой друг знает толк в организации, уже разбил их на отряды и назначил командиров.
Я спустился в подвал, где раньше хранили припасы. Сейчас помещение больше напоминало армейскую казарму: повсюду разложены спальники, между импровизированными «комнатами» натянуты полотнища палаток для хоть какой-то приватности. Пахло потом, кожей и машинным маслом, знакомый запах военного лагеря.
Стоило мне показаться в дверях, как раздался радостный гул. Бойцы вскочили на ноги, окружили меня плотным кольцом.
– Артём! Герой Тераны!
– Расскажи, как там, впереди?
– Когда выступаем?
Я поднял руку, призывая к тишине, и тут заметил, что-то изменилось. Да, они радовались встрече, но в глазах читалось напряжение, усталость и… Горе? Лица людей осунулись, плечи поникли, словно каждый нёс на себе непосильную ношу.
– Где Илин? – спросил я, и толпа расступилась.
– Я здесь, друг! – знакомый голос заставил улыбнуться. Монах протиснулся через толпу и крепко обнял меня. – Давно не виделись! Пойдём выпьем за встречу.
Даже в его голосе звучали фальшивые нотки. Илин всегда казался мне скалой, невозмутимый, спокойный, надёжный, но сейчас… Я поймал его взгляд и увидел там такую боль, что внутри всё сжалось.
Он потащил меня в крохотную каморку, видимо, его личные покои. Кровать, стол, стул, вот и всё. Как только дверь закрылась, маска бодрости слетела с его лица.
– Что случилось? – спросил я прямо, чувствуя, как внутри всё холодеет от дурного предчувствия. – Почему у всех такие лица? Кто-то погиб? Говори прямо.
Илин тяжело опустился на кровать, положив руку мне на плечо. Жест был такой… Сочувственный, что ли? Как будто он готовил меня к удару, от которого я не оправлюсь.
– Присядь, – сказал он тихо.
– К чёрту! Говори! – я дёрнулся, но он удержал меня с неожиданной силой.
– Все живы, – выдавил он, я выдохнул, но облегчение длилось ровно секунду. – Через несколько дней после нашего выхода прибыл гонец от капитана Хелимы…
Он замолчал, собираясь с духом, а я уже понял, что сейчас услышу что-то страшное. Илин никогда не тянул с плохими новостями, значит, это что-то совсем…
– Изгои Балора прорвались вглубь Тераны, – наконец выдавил он мёртвым голосом. – Пока мы шли сюда, они… Возможно, если бы мы остались, смогли бы защитить или погибли бы все. Они бросили на прорыв сильнейших.
– Мирид? – прохрипел я, губы онемели и слово далось с трудом.
Илин отвернулся, и этот жест сказал больше любых слов.
– Терана тоже, – прошептал он. – Всё сгорело: детский дом, поместье Мароны, Мирид, все гостевые дома, деревни вокруг…
В ушах зашумело, комната поплыла перед глазами, и я даже не понял, как оказался сидящим на стуле, видимо, Илин усадил.
Всё сгорело! Дом, где родились мои дети, сад Лейланны, который она холила с такой любовью, комната, где мы с Зарой… Где я делал предложение своим женщинам. Бани, где мы собирались всей семьёй, мастерские, пристройка возле конюшни, где Лили возилась со своими кроликами…
– Это невозможно, – услышал я свой голос словно со стороны. – Там же были защитные периметры, гарнизон… Как⁈
– Проходчик, – просто сказал Илин. – Ублюдок телепортировал ударную группу прямо внутрь, а потом… Ты же знаешь, по какой схеме действуют Изгои.
Знаю. Жгут всё, что не могут унести, убивают всех, кто не годится в рабы.
– Но люди эвакуировались? – вцепился я в последнюю соломинку.
– Да. Все наши в безопасности.
«Все наши»… А наш дом, наше будущее, которое мы строили камень за камнем…
В голове закрутились обрывки воспоминаний. Вот я впервые переступаю порог поместья, заброшенного, полуразрушенного, но своего. Вот мы с Зарой чистим колодец. Вот приезжает Лили, испуганная, но уже влюблённая. Вот рождается Глория, мой первый ребёнок, и её звонкий крик разносится по всему дому…
Теперь там только пепел.
– Я должен был остаться, – выдавил из себя, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони. Боль помогла сфокусироваться. – Должен был защитить…
– И что бы ты сделал против Проходчика и элитного высокоуровневого отряда убийц? – резко спросил Илин. – Героически бы погиб? Кому бы это помогло?
Мой друг, конечно, прав, разумом я это понимал. Мы приняли верное решение эвакуировать людей, уйти самим, собрать силы для решающего удара, но сердце… Сердце кричало, что я предатель, бросивший свой дом на разграбление.
– Мы всё восстановим, – сказал Илин, протягивая фляжку. – Главное что все живы.
Я машинально отпил. Какая-то горькая дрянь обожгла горло, но прояснила мысли. Монашеский тоник, что ли?
– Что это? – спросил я, делая ещё глоток.
– Настойка из трав моей родины, – криво усмехнулся друг. – Помогает собраться, когда мир рушится. У нас в ордене говорили: «сначала выпей, потом плачь, потом планируй месть».
Мудрые люди в его ордене. Я опустошил половину фляжки, вернул её Илину и встал. Ноги держат, уже хорошо.
– Спасибо, друг, – я стиснул его плечо. – Пойдём, нужно поговорить с людьми.
Илин шёл впереди, а я старался привести лицо в порядок. Плеснул на себя водой из фляги, холодная влага немного привела в чувство. Нельзя показывать слабость перед бойцами. Они смотрят на меня как на героя Тераны, как на того, кто приведёт их к победе. Если я сломаюсь, сломаются и они.
Когда мы вышли в общий зал, сорок пар глаз уставились на меня с надеждой и болью. Они тоже потеряли дома, у многих в тех деревнях остались родственники. Эвакуировались не все, кто-то решил остаться, понадеялся на авось.
Я выпрямился, расправил плечи, окинул взглядом усталые, измождённые долгим переходом и горем потерь лица, узнав нескольких человек. Вон Степан-кузнец, что подковывал моих лошадей, рядом его сын, парень лет семнадцати. А вот Мирон, владелец таверны из соседней деревни, крепкий мужик с добрыми глазами. Сейчас эти глаза переполняет ненависть.
– Знаю, что вы чувствуете, – начал говорить, и мой голос прозвучал хрипло. Прокашлялся, продолжил твёрже: – Вы все потеряли дома, я тоже. Поместье Мирид, где родились мои дети, превратилось в пепел.
По толпе пробежал ропот. Многие не знали подробностей, только слухи.
– Но мы сделали правильный выбор! – я повысил голос. – Если бы остались, погибли бы все. Вы видели отряд, что я привёл с разведки? Это капля в море. У Балора тысячи таких ублюдков, и все рвутся пролить нашу кровь.
– Так может, надо было умереть с честью, защищая свой дом? – выкрикнул кто-то из задних рядов.
Я нашёл взглядом говорившего. Молодой парень, почти мальчишка, в глазах слёзы едва сдерживаемой ярости.
– Умереть легко, – сказал я жёстко. – Жить и бороться – вот что требует мужества. Твоя смерть не вернула бы дом, но меч может отомстить тем, кто его сжёг.
Парень сжал кулаки, кивнул.
– Послушайте меня, – я обвёл взглядом всех собравшихся. – Через три дня мы ударим по главному лагерю Изгоев, все силы Бастиона соберутся для этого удара. У нас есть Мастер Гильдии Истребителей Джинд Алор, у нас есть граф Хорвальд с его магами. У нас есть гномы и хобгоблины, что жаждут крови врага не меньше нашего. И у нас есть то, чего нет у Изгоев: мы защищаем не просто землю, мы защищаем будущее наших детей!
Люди одобрительно загудели, я почувствовал, как настроение начало меняться.
– Да, мы потеряли дома, – продолжил я. – Но камни можно сложить заново, деревья вырастут снова, а вот жизнь не вернёшь. Изгои хотели сломить наш дух, заставить бояться. Но знаете что? Они просчитались!
Я выхватил меч резким движением, клинок сверкнул в свете факелов.
– Изгои Балора дали нам то, чего у нас не было раньше, настоящую ненависть! Теперь это не просто война за территории, это личная вендетта каждого. И клянусь, мы заставим их заплатить за каждый сожжённый дом, за каждую пролитую слезу! Кто со мной?
– Я! – первым выкрикнул тот самый паренёк, что хотел умереть с честью.
– И я! – подхватил Степан-кузнец.
Потом понеслось. Зал взревел, все подняли оружием над головами.
– Смерть Изгоям!
– За Терану!
Гневные крики рвались из душ собравшихся, сотрясая каменные стены.
Я дождался, пока шум утихнет, и кивнул.
– Хорошо. Тогда пока отдыхайте, набирайтесь сил. Впереди нас ждёт славная битва, о которой барды будут слагать свои песни. А пока… – я поднял кружку, которую кто-то сунул мне в руку, – за павших! За наши дома! И за победу, что ждёт нас впереди!
– За победу! – прогремело в ответ.
Я осушил кружку залпом. Местное пиво было тёплым и горьким, но сейчас оно казалось нектаром. Ещё немного побыл с бойцами, похлопал по плечам самых удручённых, перекинулся парой слов с командирами отделений.
Но мысли витали уже далеко. Нужно найти Лили, сказать ей… Дьявол, как же сказать ей, что дома, где она была так счастлива, больше не существует?
Выйдя от новобранцев, я словно сдулся: плечи опустились, шаг стал тяжёлым. Всё то воодушевление, что так бодро изображал перед бойцами, испарилось, оставив только свинцовую усталость и боль.
– Нужно всё же сказать Лили, – пробормотал я, но ноги словно приросли к полу. – Но как⁈
Попросил Ульму, ту самую гномку-стрелка из отряда, привести Лили из женских помещений. Я ждал её в небольшой комнате возле арсенала, где нас никто не потревожит.
Лили появилась через несколько минут. Ей хватило одного брошенного на меня взгляда, чтобы всё понять, и глаза куниды расширились от страха. Она была прекрасна даже сейчас; серебристые волосы струились по плечам, уши чуть подрагивали от волнения.
– Что случилось⁈ – она бросилась ко мне, хватая за руки. – Артём, ты меня пугаешь! Кто-то ранен? Кто-то… – голос её дрогнул, – погиб?
Я притянул Лили к себе и обнял так крепко, словно боялся, что она исчезнет, если отпущу. Уткнулся лицом в её волосы, что пахли лавандой, домом… Бывшим домом.
– Все живы, – выдавил я. – Илин привёл подкрепление из Тераны.
– Знаю, – она прижалась ко мне всем телом, и я почувствовал, как она дрожит. – Видела их во дворе. Но что тогда? Почему у тебя такое лицо?
Вздохнул. Нет смысла тянуть, она всё равно узнает.
– Они принесли плохие вести. Изгои… Они прорвались вглубь Тераны, пока мы тут… – почувствовал, как она вся напряглась в моих объятиях. – Все эвакуированные в безопасности, но город и поместье остались без защиты.
– Наш дом? – вопрос прозвучал так тихо, что я едва расслышал.
Горло сжалось. Я прижал её ещё крепче, словно пытаясь защитить от правды.
– Сгорел, – наконец выдавил из себя. – Всё сгорело. И Мирид, и деревни вокруг… Может, фундамент ещё можно восстановить, но… – голос сорвался. – Всё, что могло гореть, сгорело.
Лили обмякла в моих руках, пришлось поддержать её, чтобы не упала. Я отвёл её к скамье в углу, усадил, сам опустился рядом. Она вцепилась в меня, как утопающий за соломинку.
– Наш дом, – всхлипнула она. – Сад, твоя мастерская…
– Знаю, – я гладил её по спине, сам едва сдерживая слёзы. – Знаю, милая.
– Там было столько воспоминаний! – она уже не сдерживалась, слёзы текли по щекам. – Первая ночь, когда ты привёз меня… Наш вечер, когда мы смотрели на звёзды…
Каждое слово било молотом, я тоже помнил всё это. Помнил, как пронёс её через порог в первый раз, следуя земной традиции, которую она нашла очень романтичной. Как мы все вместе, вся наша большая странная семья, собирались за огромным столом.
– Всё будет хорошо, – прошептал я, сам не очень веря своим словам. – Главное, мы все живы, а дом… Дом мы отстроим заново.
– Но он не будет таким же… – Лили подняла на меня заплаканные глаза.
– Будет лучше, – перебил я, взяв её лицо в ладони. – Послушай меня, Лили. Да, мы потеряли дом, но не потеряли друг друга. И пока мы вместе, сможем построить новый, ещё красивее, ещё уютнее, – я вытер большими пальцами слёзы с её щёк. – И знаешь что? Мы поселим в нём все те воспоминания, что у нас остались. Мы восстановим всё!
Она слабо улыбнулась сквозь слёзы.
– Ты обещаешь?
– Клянусь! – я поцеловал её в лоб, потом в мокрые от слёз веки, потом в губы, нежно, бережно. – Мы построим такой дом, что старый покажется лачугой. С огромными окнами, чтобы было много света, с банями ещё лучше прежних, с садом, где наши дети будут играть в безопасности.
– А домик для моих детей тоже построишь? – она уже почти улыбалась, хотя слёзы всё ещё катились по щекам.
– Построю целый дворец, – пообещал я.
Мы сидели, обнявшись, пока её рыдания совсем не стихли. Я гладил Лили по волосам, шептал глупые обещания про будущий дом, про то, как мы все вместе весело отпразднуем новоселье, про то, что новую кухню неплохо бы сделать ещё просторнее…
И постепенно, так фантазируя, начал верить в это сам. Да, мы потеряли дом, но это лишь здание. Стены, крыша, мебель – всё это можно восстановить, а то, что действительно важно, моя семья, всё ещё со мной.
– Спасибо, – прошептала Лили, прижимаясь ко мне. – За то, что ты у меня есть. За то, что даёшь надежду.
– Мы справимся! – сказал я уверенно. – Вот увидишь, через год вспомним этот день и удивимся, что могли так расстраиваться. Изгои хотели нас сломить, но получили обратное: теперь у нас появилась ещё одна причина стереть их с лица земли.
– Да! – в её голосе появилась сталь. – За наш дом! За дом наших детей!
– Вот теперь узнаю свою девочку, – я поцеловал её в макушку. – Пойдём планировать возмездие.
Мы поднялись со скамьи. Лили вытерла последние слёзы, расправила плечи. В её глазах всё ещё отражалась боль, но теперь к ней примешивалась решимость.
– Мы отстроим всё заново! – сказала она. – И сделаем ещё лучше!
– Обязательно, – кивнул я. – Но сначала отомстим за старый дом. Изгои заплатят за каждую слезинку моей семьи, это я тоже обещаю.
И сдержу своё обещание! Клянусь всеми богами Валинора, сдержу!
Глава 26
Шёл третий день пути. Ноги гудели как после марафона, хотя благодаря высокому уровню усталость была скорее психологическая. Мы упорно продвигались к логову Балора, и вот наконец подобрались достаточно близко, ровно настолько, насколько планировал граф Хорвальд.
Патрули Изгоев попадались весь день, но избегать их оказалось на удивление просто. Эрианна видела их заранее своим даром, а я вёл отряд обходными тропами через лес. Пары драконидов на ящерах-скакунах патрулировали лениво, словно дежурные охранники на складе. Помню, у нас такие же были, отсиживают смену и домой.
Видимо, давненько никто не рисковал соваться во владения Балора. Очередной патруль медленно проезхал мимо нашего укрытия. Всадники даже не удосужились осмотреться, так, для галочки повернули головы.
Наконец я увидел те самые Лазурные пики, три синеватые вершины, которые мы с Лили заметили через портал драконида. Рядом возвышался массивный холм, испещрённый входами в туннели. Лагерь, который тогда показался нам небольшим поселением на северном склоне, оказался чудовищных размеров. Палатки и грубые постройки кольцом опоясывали весь холм, растекаясь по равнине как раковая опухоль.
Мы потратили почти весь день, осторожно обходя внешний периметр. То, что я увидел, заставило челюсти сжаться до боли. Поля, загоны для скота, примитивные кузни, и всюду трудились рабы под надзором вооружённых головорезов. Условия были хуже, чем в концлагерях из учебников истории. Измождённые люди, и не только люди, я насчитал представителей дюжины рас, работали почти голыми без передышки. Вода и еда? Забудьте! Ослаб? Получи плетью по спине.
Скорее всего, Изгоям просто плевать, что рабы подохнут.
Это объясняло, почему после десятков лет существования поселение всё ещё выглядело как временный лагерь. Балор и его прихвостни относились к рабам как к расходному материалу. Никаких удобств, только самый минимум для выживания. Интересно, может, под холмом, где обитала элита, условия получше? Хотя вряд ли намного.
Хорвальд позволил подойти ровно настолько близко, чтобы я мог рассмотреть лагерь с возвышенности. Все видели его как пятнышко у подножия холма, но мой Взор орла позволял разглядеть ужасающие детали. И чем дольше я рассматривал, тем сильнее сжимались кулаки.
По эту сторону холма в клетках томились тысячи пленников, значит, всего их более десяти тысяч. Сотни охранников следили за порядком с тупым безразличием профессиональных садистов.
Я отвернулся, когда увидел, как группа орков вытащила из клетки молодую девушку. Её крики отчетливо различались даже на таком расстоянии. Уроды потащили её к баракам, срывая на ходу лохмотья, служившие одеждой, хватая лапами за…
Челюсти свело так, что зубы заскрипели. Сейчас я ничего не мог сделать, слишком далеко, слишком много врагов, но скоро… Очень скоро эти твари получат по заслугам.
Мы идём, осталось потерпеть совсем немного.
Старый граф внимательно изучал местность минут пятнадцать. Седая борода развевалась на ветру, пока он прищуренными глазами осматривал раскинувшийся внизу лагерь. Потом хмыкнул, словно увидел всё что нужно.
– Ладно, пора уходить, – проворчал он, отступая от края.
Я моргнул от неожиданности.
– И даже не сходим на разведку? – мысль о том, что мы проделали такой путь просто чтобы посмотреть на лагерь издалека, казалась абсурдной.
Хорвальд покачал головой, морщины вокруг его глаз стали глубже.
– Не нужно. Эрианна уже увидела всё необходимое своим даром и сможет набросать план лагеря для атаки, – он окинул меня оценивающим взглядом, словно преподаватель нерадивого студента. – А я запомнил достаточно точек для создания порталов, смогу открыть их в любом из дюжины мест, чтобы скрытно провести армию.
– А как же численность врагов? Их уровни? – настаивал я. В играх разведданные решали всё. – А туннели? Эрианна смогла увидеть, что там, внутри?
Старый маг раздражённо фыркнул точь-в-точь как мой дед, когда я лез с глупыми вопросами.
– Парень, тебе пора думать масштабами армий, а не своего отряда, – его голос стал жёстче. – Можешь гарантировать, что проведёшь разведку и не спалишься? Если тебя заметят, вся внезапность полетит к чертям. Это будет катастрофа.
Я помедлил. В одиночку против целого лагеря? Даже со всеми моими навыками… Нехотя покачал головой.
– Знаешь того, кто сможет? – в глазах Хорвальда блеснула хитринка.
– Ну, наверное, кто-то с навыком Лазутчика мог бы… – и тут до меня дошло. – Виктор!
– Ага! – граф довольно кивнул, поглаживая бороду. – И он скоро туда отправится. Первый удар проведём по их Проходчику и всем, кто умеет строить порталы. Потом по командирам, если получится дотянуться, может, даже по самому Балору. Убийца заодно и местность разведает.
Что-то внутри упрямо противилось его железной логике. Я привык делать сам и разведку, и планирование, и исполнение, а тут приходилось полагаться на того, кто ещё недавно посылал убийц к моей семье.
– Сможет ли граф Ланской справиться в одиночку? – я очень постарался, чтобы сомнение не слишком проступило в голосе.
Но не успел договорить, как Хорвальд развернулся и пошёл вниз по склону. Старик двигался на удивление проворно для своих лет, сказывался высокий уровень. Пришлось догонять.
Обернувшись, бросил последний взгляд на лагерь. Там, внизу, тысячи людей ждали спасения. Девушка, которую утащили орки, лишь одна из многих. Кулаки снова сжались.
Потерпите ещё немного. Мы придём, и тогда эти твари узнают, что такое настоящий ад.
Когда мы присоединились к остальным, Хорвальд сразу повернулся к Эрианне. Провидица стояла с закрытыми глазами, её губы беззвучно шевелились. Похоже, она всё ещё «смотрела» куда-то вдаль своим даром.
– Нас не засекли? – спросил старый Проходчик. – Успеем создать портал без помех?
– Да и да, – пробормотала она, не открывая глаз. Голос звучал отстранённо, будто доносился издалека.
– Отлично! – граф повернулся к остальным, и его тон стал командным. – Заметайте следы. Соберите весь конский навоз, заберём с собой. Никаких улик не оставляем.
Я усмехнулся про себя. Дотошный старик следил за этим с тех пор, как мы прошли под Терновым Заслоном, а здесь, рядом с вражеским лагерем, паранойя только усилилась. Но паранойя в таких делах – залог выживания.
Отряд молча принялся за работу. Даже Лили, обычно брезгливая к таким вещам, собирала навоз без жалоб. Все понимали важность момента.
Двадцать одну минуту спустя пространство разверзлось фиолетовым порталом, и мы шагнули обратно во дворец. Переход занял долю секунды, и вот мы уже в прохладных каменных залах, словно и не стояли только что у самых врат ада.
Хорвальд, не теряя времени, развернулся на каблуках и быстро зашагал к тронному залу, на ходу отдавая распоряжения слугам. Я поспешил за ним, любопытство пересилило усталость.
– Срочно созвать лордов Бастиона на военный совет! – прогремел его голос по коридорам. – И пусть Эрианна займётся картой лагеря. Детальной картой!
– Я помогу с деталями, – вызвался я. В конце концов, с моим Взором орла мне удалось разглядеть гораздо больше других.
Старик кивнул, не оборачиваясь.
В тронном зале уже начали собираться командиры и знать. Я узнал некоторые лица, с кем сталкивался во время визитов в Тверд, но большинство из них видел впервые: закалённые воины, маги в расшитых мантиях, священники в белых одеяниях.
События понеслись как лавина с горы.
Первым делом старый граф потребовал отчёт о наличных силах. Писари зашуршали свитками, подсчитывая. Цифры впечатляли: восемьсот тринадцать бойцов до тридцатого уровня, триста двенадцать от тридцатого до сорокового и восемьдесят семь элитных воинов выше сорокового, включая меня и мой отряд.
Неплохо, но против десятитысячной армии…
Джинд Алор, крепкий мужик с седыми висками и шрамом через всю щёку, взял планирование на себя. По тому, как командор расставлял фигурки на карте с хирургической точностью, я понял, что он не первый раз координирует крупные операции.
– Граф Валиндор, вам поручаю создать два стабильных портала, – он ткнул пальцем в карту. – Здесь, к северо-западу от лагеря, и здесь, к юго-западу. Судя по разведданным, там казармы налётчиков и надсмотрщиков.
Хорвальд кивнул, поглаживая бороду.
– Армию разделим надвое, – продолжил Джинд. – Я поведу одну половину, граф вторую. Ударим одновременно с двух сторон, возьмём лагерь в клещи. Младшие бойцы блокируют периметр, не дадут никому сбежать, а мы, элита, прорвёмся к туннелям.
Он обвёл взглядом собравшихся, убеждаясь, что все следят за планом.
– Входов в холм шесть. Блокируем все разом, чтобы крысы не разбежались, потом двинем главные силы через два самых больших туннеля, северо-западный и юго-западный. Наша задача – зачистить подземелья и прикончить Балора.
Я поднял руку, привлекая внимание.
– Насчёт ящеров-скакунов. Их нужно брать живыми. У нас есть специалист, который сможет их приручить, – я кивнул на Кору, стоящую у стены. – Ценные твари, пригодятся.
орчанка выпрямилась, кивнула. Чувствовалось, что ей приятно внимание, впервые с ней обращались как с равной, а не как с пленницей.
– Справлюсь, – коротко сказала она. – Знаю их повадки, помогу с поимкой и успокоением.
Тут поднялась женщина в белоснежных одеждах, верховная жрица Церкви Всевышнего. Красивая, несмотря на возраст, с той внутренней силой, что идёт от истинной веры.
– Господа, – её голос прозвенел, как колокол. – Я настаиваю, безопасность пленников превыше всего. Мои священники прибудут, чтобы лечить и наших раненых, и освобождённых рабов, – её глаза сверкнули. – Но если кто-то из ваших людей проявит беспечность или, не дай боги, жестокость к невинным, мы прекратим всякую помощь. Наша цель – вернуть их всех живыми и свободными!
– Никто и не думает причинять вред пленникам, леди Вейла, – раздражённо буркнул лорд Экариот, типичный аристократ, надутый, как индюк. – Многие из них наши подданные, мы обязаны о них заботиться.
Жрица прищурилась, в её взгляде мелькнуло что-то острое.
– Прошу прощения, милорд, но ваша «забота» о подданных вызывает у меня определённые… сомнения.
Молодец, бабуля!
– Мы полностью согласны с Вашей позицией, миледи, – поспешил вмешаться Джинд, пока Экариот не начал возмущаться. – Многие наши бойцы надеются найти там родных. Я больше боюсь, что они забудут о дисциплине, бросившись искать близких.
Вейла удовлетворённо кивнула и села обратно.
– Однако сначала нужно устранить их Проходчика, – продолжил командор. – И убедиться, что у Балора нет запасных. Тот, кто возьмётся за это, заодно разведает туннели. Нам нужны точные данные о численности и уровнях противника.
Он сделал паузу, потом с лёгкой гримасой отвращения повернулся к Виктору Ланскому.
– Милорд?
Худощавый лорд откинулся на спинку стула с видом кота, которому предложили сметану, закинул ноги на стол. Хамство чистой воды, но он всегда плевал на этикет.
– Если Артём прав насчёт Проходчика сорок девятого уровня… – он сделал театральную паузу, – справлюсь. Заодно разведаю обстановку. Соберу полезную информацию перед тем, как прирезать цель.
Потом он опустил ноги и начал свой фирменный нервный тик: щёлкать пальцами и бить кулаком по ладони. Звук напоминал цокот копыт, и от него у меня сводило зубы.
– Обсудим компенсацию по контракту?
В зале словно взорвалась бомба. Лорды повскакивали с мест, размахивая руками.
– Ты что, спятил⁈ – заорал какой-то молодой барон с лицом красным, как у варёного рака. – Ты требуешь плату за участие в битве за наше выживание?
Виктор скривил в усмешке тонкие губы.
– И что это за битва такая, лорд Харлан? – его голос сочился ядом. – Мне поручают проникнуть в логово врага, который стёр с лица земли весь Бастион, убить одного из ключевых бойцов и выбраться живым, – он снова закинул ноги на стол, сцепив руки за головой. – А ещё рискнуть задницей ради дополнительной разведки. Это не участие в битве, господа, это эксклюзивный контракт на смертельно опасную работу.
– Жадная тварь! – взревел тучный лорд, брызгая слюной. – Ты не…
Взгляд Ланского остановился на вельможе. Виктор прищурился, и толстяк заткнулся на полуслове, побелев, как полотно. В глазах убийцы читалась недвусмысленная угроза.
– Компенсация, – повторил он ледяным тоном.
Хорвальд тяжело вздохнул.
– Могу предложить двадцать кобыл королевской крови, двух элитных жеребцов, три дюжины луговых бычков, двадцать голов обычного скота с парой быков и десять тысяч золотом.
– За первоочередное военное убийство? – Виктор фыркнул. – Это только разминка, граф.
Меня затрясло от злости. Поместье сгорело, семья в опасности, весь регион на грани уничтожения, а эта мразь торгуется! Терпение лопнуло.
Я полез в сумку, нашарил Домашнюю Метку и швырнул к его ногам. Деревянная шкатулка с золотой инкрустацией покатилась по полу.
– Пятнадцать тысяч золотом! – выплюнул я.
Виктор сел прямо, с интересом разглядывая артефакт. Поднял, повертел в руках, оценивая.
– Уже теплее, – протянул он, убирая метку в карман.
– Да чтоб тебя черти взяли! – Джинд сдёрнул тяжёлое кольцо с пальца, платина с бриллиантами сверкнула в полёте. – Лови! Предмет на твой уровень с бонусами к скрытности. Если не хватит, доплачу стрелой в задницу!
Убийца спокойно поймал кольцо, примерил. Идеально село на средний палец.
– Договорились, – его улыбка стала ещё шире. – Подпишу контракт и соберу своих ребят. Никто не устоит, когда Гильдия работает сообща.
По залу пронёсся испуганный шёпот. Я старался не показывать шока, но внутри всё сжалось. Значит, мои подозрения подтвердились; Ланской не просто связан с Гильдией Убийц, он её глава или одно из важных лиц.
Словно прочитав эти мысли, Виктор поймал мой взгляд, подмигнул и отвернулся с видом человека, которому абсолютно плевать на чужое мнение.
