Текст книги "Искатель 13 (СИ)"
Автор книги: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)
Зара произнесла короткий, но искренний тост, вспомнив что Илин стал одним из первых, кто отнёсся к ней как к равной, а не как к дикарке-гоблинше, и потому он навсегда останется в её сердце. Закончила она крепкими объятиями, мой друг даже покраснел.
Потом пошла череда других тостов. Говорили друзья из Тераны, соседи, даже некоторые дети из приюта. В общей сложности набралось несколько десятков выступлений, и к концу я уже плохо соображал от выпитого, ведь каждый тост полагалось запивать вином.
После тостов заиграла музыка, местный ансамбль из лютни, флейт и барабанов. Мелодии были незнакомые, но ритмичные, под них хотелось двигаться. После всего выпитого танцевать хотели все, народ отрывался по полной.
Меня буквально затаскали по деревянному настилу, который соорудили специально для праздника. Сначала я танцевал с каждой из моих невест по очереди. Белла пылко прижималась ко мне всем телом, её хвост периодически легонько похлопывал меня по ноге. Зара двигалась с неожиданной грацией для гоблинши, видимо, уроки этикета от Мароны не прошли даром. Лейланна вела в танце, как и во всём остальном, уверенно и страстно. Самира, несмотря на недавние роды, танцевала энергично, вся отдавшись музыке.
Потом меня начали приглашать служанки, каждая хотела потанцевать с господином. За ними последовала бесконечная череда других женщин, молодых и не очень, красивых и простоватых, знакомых и совсем чужих. Ноги гудели, рубашка прилипла к спине от пота, но отказать я не мог, свадебная традиция. К концу уже передвигал ноги на автомате, думая только о том, как бы не упасть.
Наконец музыка стихла, музыканты тоже не железные, и гости вновь расселись за столы, благодарные за передышку. Настало время вручения подарков молодожёнам.
Мой дар они уже получили заранее, я организовал в их будущем приюте полноценную канализацию с септиком и дренажным полем. Пришлось попотеть, объясняя местным рабочим принцип работы, но результат того стоил. Тёплый туалет – большое дело, особенно в холодное время года. А с ручной помпой справятся, дело привычки.
Мои женщины скооперировались и приготовили целую гору полезных вещей. На Земле обычно мать копит приданое дочери всю жизнь, но Амализу братец-ублюдок изгнал из дома в том, что на ней было надето. Девчонки восполнили пробел, насобирали и наделали столько, что молодая пара заживёт не просто комфортно, а прямо-таки роскошно.
Они просто завалили молодожёнов дарами: постельным бельём из тончайшего полотна, посудой, кухонной утварью, инструментами для дома, даже положили набор специй и консервов. Для детей из приюта тоже не поскупились, снабдив их одеждой разных размеров на все сезоны, игрушками, учебными принадлежностями. Отдельно нашили и накупили красивых нарядов для Илина и его супруги.
Другие гости тоже дарили практичные и нужные вещи, кто инструменты, кто ткани, кто деньги. Марона выделилась, преподнеся Амализе набор изысканных украшений: серьги, ожерелье, браслеты, всё с драгоценными камнями, явно стоящие целое состояние. Это был жест не только щедрости, но и признания, мол, ты снова аристократка, достойная носить такие вещи.
Наконец, когда последняя коробка была открыта и последние слова благодарности сказаны, пришло время молодожёнам удалиться. Гости начали стучать ложками по столу, топать ногами, свистеть, универсальный способ выпроводить новобрачных в спальню. Красных, как раки, Илина и Амализу повели к небольшому гостевому домику, расположенному вдалеке от основного здания.
Пара скрылась за дверью под улюлюканье и добрые пожелания. По традиции толпа ещё немного пошумела, а потом все вернулись к выпивке и танцам, а праздник продолжился.
Вечеринка затянулась далеко за полночь. К концу я уже находился в таком состоянии, что еле соображал. Помню только обрывки: как, качаясь, старался ухватиться за стену, пытаясь удержать равновесие. Как Белла и Лили подхватили меня под руки и повели к лестнице. Их смех звенел в ушах, пока они тащили мою тушку наверх. Ступеньки, словно живые, так и норовили выскользнуть из-под ног, пришлось сосредоточиться, чтобы попасть на них ногами.
Плохо помню, как свалился в кровать. Усталость и алкоголь тут же взяли своё, я провалился в тёплую дымку сна, окружённый мягкими телами любимых женщин. Они устроились вокруг меня и на мне, создав клубок.
Глава 18
Утром голова раскалывалась так, будто по ней всю ночь били кувалдой. Пришлось просить Карину применить заклинание Нейтрализации яда, иначе я бы не встал с кровати до вечера. Судя по стонам вокруг, не я единственный так страдал, половина поместья мучилась от похмелья после вчерашнего празднества.
Но оно того стоило. Илин и Амализа заслужили такую свадьбу. Весёлую, шумную, полную любви и радости. Пусть это станет хорошим началом их совместной жизни.
Я никогда не был женат. В прошлой жизни, на Земле, даже серьёзных отношений не завёл.
Меня никогда не приглашали стать шафером или свидетелем; ну не входил я в тот близкий круг, где тебе доверяют кольца или произносить тосты. Мой опыт свадеб ограничивался ролью рядового гостя. Сидишь себе за дальним столом, жуёшь салат «Оливье» и изображаешь радость за счастливую пару. Ну или смотришь свадьбы в кино. Там всё красиво, но далеко от реальности.
Поэтому сейчас, глядясь в зеркало в последний раз перед выходом, я чувствовал себя немного не в своей тарелке. Мэриголд тем временем начищала мои и без того сверкающие туфли с таким усердием, будто от этого зависела судьба королевства. В отполированной до блеска коже я видел своё искажённое отражение.
Местный цирюльник постарался на славу: подстриг, побрил так чисто, что щёки стали гладкие, как попа младенца. Потом меня заставили принять ванну с какими-то экзотическими травами, плеснули сверху немного резковатым одеколоном с нотками бергамота, и теперь я благоухал на весь дом, как клумба в ботаническом саду. В прошлой жизни я бы задохнулся от такого количества парфюма, но здесь это считалось нормой для торжеств.
Костюм сидел просто идеально. Ни одна складка не морщила, ни одна нитка не торчала. Камзол из тёмно-синего бархата с серебряной вышивкой, белая рубашка с кружевными манжетами, узкие брюки и те самые туфли с серебряными пряжками, которые Мэриголд сейчас доводила до зеркального блеска.
Лицо в зеркале смотрело на меня с лёгким удивлением. Это лицо стало моим настолько, что черты прежней внешности постепенно стёрлись из памяти, как старая фотография выгорает на солнце. Сколько я себя помнил в той жизни, вечно уставший, с мешками под глазами. А тут… Чёрт возьми, я выглядел как настоящий аристократ! Высокий, подтянутый, с чёткой линией челюсти и внимательными серыми глазами. Богиня постаралась на славу, когда лепила это тело.
И не стесняюсь признаться, я нравился сам себе. Говорю так вовсе не из тщеславия, а потому что старался для женщин. Для них хотелось выглядеть на все сто.
Мэриголд отступила на шаг, оценивая свою работу, и мечтательно вздохнула, издав такой тоскливый вздох, что я невольно обернулся.
– Ничто так не заставляет девушку пересмотреть своё решение остепениться, как чужая свадьба, – проговорила она с грустной улыбкой.
Я удивлённо посмотрел на неё. Мэриголд всегда казалась мне самодостаточной, довольной своей свободой.
– Ты передумала насчёт замужества?
Гномка нервно хихикнула, поправляя мой воротник в последний раз.
– Пока нет. Скажем так, моё мнение переместилось из категории «ни за что» в категорию «возможно», – она помолчала, глядя куда-то в сторону. – Если б я обладала достаточной долей эгоизма, чтобы взвалить на тебя и твою семью свои проблемы…
На мгновение её обычная жизнерадостность как-то потускнела, но тут же вернулась обратно. Мэриголд игриво шлёпнула меня по заднице настолько неожиданно, что я чуть не подпрыгнул.
– Ладно, красавчик, хватит прихорашиваться. Иди и сделай женщин, которых мы любим, самыми счастливыми в мире.
«Которых МЫ любим» – интересная оговорка. Это, безусловно, и являлось моей целью: сделать их счастливыми на всю долгую жизнь, что ждала нас впереди.
Я колебался секунду. Мэриголд редко показывала уязвимость, потом осторожно приподнял её маленький подбородок, заставив посмотреть мне в глаза. В больших голубых глазах гномки плескалась целая буря эмоций.
– Я никогда не давил на тебя, чтобы ты рассказала о прошлом, – начал я мягко, – но если захочешь поговорить, я здесь, а в моё отсутствие Ирен или Марона. Мы все тебя любим!
На лице Мэриголд отразилось раздражение, но скорее на себя, чем на меня.
– Мне не следовало говорить такое в день твоей свадьбы! – она попыталась отвести взгляд, но я удержал. – Что я за гномка, если позволяю чувствам взять верх⁈ Бабушка перевернулась бы в гробу! – она попыталась улыбнуться, но получилось криво. – Мои проблемы в прошлом, мастер Артём, с ними покончено, – её голос стал твёрже. – Мне нравится моя жизнь здесь, я люблю вас всех, и что бы ни принесло будущее, жду его с нетерпением.
Я кивнул, понимая, что давить сейчас не стоит. Вместо этого опустился на одно колено и обнял маленькую бунтарку, чувствуя, как она на мгновение напряглась, а потом расслабилась. Поцеловал нежно, не страстно, а с теплотой, которую испытывал к ней.
– Если однажды решишь, что готова, я сочту за честь стать твоим мужем.
Мэриголд покачала головой, но в глазах мелькнуло что-то тёплое. Она снова шлёпнула меня по заднице, видимо, это становилось традицией.
– Хватит растрачивать красноречие, хозяин, прибереги душещипательные речи для своих жён, – она подтолкнула меня к двери. – И поздравляю!
Стараниями Мэриголд, она буквально выпихнула меня за дверь, я оказался во дворе. Там уже собрались мои сопровождающие: Илин, Владис, Лиан, Харальд, Дректар и Морган.
Солнце било в глаза, яркое утреннее светило Валинора всегда жарило сильнее земного. Пришлось прищуриться, пока зрачки не привыкли. Утренний ветерок освежал, донося из сада лёгкий аромат цветущего жасмина. Где-то вдалеке слышался многоголосый гомон, гости уже начинали собираться.
Первым делом я подошёл к Илину. Дружище выглядел… Ну, как человек после первой брачной ночи. На лице играла такая идиотская улыбка, что хотелось сфотографировать и использовать для шантажа, но в глазах затаилась характерная усталость счастливого человека, который толком не спал.
– Ну что, пережил первую брачную ночь? – я хлопнул его по плечу, чувствуя твёрдые мышцы под парадной туникой. – Жена не слишком тебя утомила?
Улыбка Илина стала настолько широкой, что, казалось, ещё чуть-чуть, и лицо треснет пополам.
– Вообще-то сейчас несколько неуместно обсуждать подробности… – произнёс он тоном истинного джентльмена, но глаза выдавали всё.
– Судя по физиономии, всё прошло более чем хорошо, – я усмехнулся. – Поздравляю, дружище. Амализа потрясающая женщина, тебе повезло.
Обменялся рукопожатиями с остальными. Владис сжал мою ладонь как тисками, словно проверял, не размяк ли жених перед свадьбой. Лиан смотрел с благоговением – для него я Герой и пример для подражания. Харальд важно кивнул; северянин экономил на словах, но в глазах читалось одобрение.
Морган пожал руку спокойно, но крепко. Маг выглядел непривычно в парадной мантии, обычно он предпочитал практичную одежду для работы с землёй.
– Поздравляю, Артём, – сказал он своим размеренным голосом. – Пусть земля под ногами вашей семьи всегда будет твёрдой.
Дректар, облачённый в лучшие доспехи с гравировкой его клана, начищенные до блеска, подошёл последним. Для брата Самиры это важный день, его сестра выходила замуж за союзника и друга.
– Сегодня наши кланы породнятся окончательно, – проговорил он, сжимая моё предплечье воинским приветствием. – Это честь для нас.
– Честь взаимная, друг, – я ответил тем же жестом. – Твоя сестра – удивительная женщина. Обещаю заботиться о ней.
Мы двинулись через двор к тому месту, где вчера стояла деревянная платформа. Ноги немного подкашивались, но не от страха, а от волнения. В животе порхали те самые пресловутые бабочки, о которых пишут в романах, только у меня они были размером с птеродактилей.
Народу собралось ещё больше, чем вчера. Вечером и ночью подтянулись опоздавшие, а с утра пришли жители из дальних деревень. Толпа оказалась настолько плотной, что яблоку негде упасть. Задние ряды стояли на ящиках и бочках, дети сидели на плечах отцов, женщины забрались на заборы и деревья. Все хотели увидеть церемонию своими глазами.
По настоянию семьи, точнее, идею подала Ирен, а все её поддержали, мы снесли платформу. Пусть церемония пройдёт прямо на земле, ближе к Астерии. Моя дочка не могла покинуть свой холм, но так она хотя бы могла всё видеть и чувствовать себя частью праздника. Это означало, что собравшимся придётся вытягивать шеи, но никто не жаловался.
В первом ряду, среди почётных гостей, сидели служанки, держа на коленях наших малышей. По предложению Самиры всех детей одели в одинаковые бледно-зелёные распашонки,, чтобы показать единство семьи. Выглядели они умилительно.
Сердце сжалось от нежности. Вот они, мои дети. Ради них стоило рисковать жизнью, сражаться с ордами и строить это поместье. Пришлось сдержать порыв подойти и перецеловать все эти пухлые щёчки.
Глория оживлённо замахала ручками, увидев меня. Макс и Мила недоумённо вертели головёнками, оглядывая скопище народа, а Анна внимательно разглядывала свои пухлые пальчики. Рада, самая младшая, как и Сёма, мирно спала на руках няни, посапывая во сне.
Улыбнулся им, помахал рукой. Глория радостно взвизгнула в ответ, голос дочери разнёсся по всей площади, вызвав добрые смешки в толпе.
Я встал рядом с Астерией.
– Привет, солнышко, – прошептал тихо. – Папа женится. Ты ведь рада за нас?
Листья зашелестели, хотя сейчас установилось безветрие, по стеблю пробежала тёплая волна. Дочка отвечала. Иногда мне казалось, что чувствую её эмоции, и сегодня ощутил, что она счастлива.
Марона проводила церемонию на правах хозяйки провинции Терана. Баронесса надела своё лучшее платье, тёмно-фиолетовое с золотой вышивкой, которое подчёркивало её статус, но не затмевало невест. Она сидела в резном кресле, специально принесённом для неё, и тепло улыбалась. Сегодня она находилась здесь в официальной роли.
По традициям Харалдара музыканты заиграли на флейтах весёлую заводную мелодию. Звуки понеслись над площадью, возвещая о весне, новой жизни и радости. Мелодия была простой, но цепляющей, уже через несколько тактов я поймал себя на том, что отбиваю ритм ногой.
Музыка стала своеобразным сигналом для появления моих невест в окружении подружек и сопровождающих. Сердце заколотилось как бешеное. Не думал, что в свои тридцать с хвостиком буду волноваться как мальчишка.
Они шли ко мне, мои женщины. Каждая прекрасна по-своему, каждая уникальна.
Первой шла Зара. Моя первая спутница в этом мире, мой первый друг. Маленькая гоблинша в простом белом платье выглядела как принцесса из сказки. Её длинные чёрные волосы собрали в сложную причёску с помощью тончайшей сетки из белой ткани, без сомнения работа Мэриголд. Зелёная кожа казалась особенно яркой на фоне белого наряда.
Илин вёл её, выпрямившись и сияя от гордости. Подойдя вплотную, он вложил её маленькую ручку в мою ладонь. Тёплые пальцы Зары слегка дрожали от волнения, чуть шершавые руки работящей женщины, которая не боится труда.
– Габри из племени Мстительных Волков, известная как Зара! – громко провозгласил Илин, чтобы все слышали. – Дочь Явены, я передаю её в жёны сиру Артёму Мирид!
Потом он отступил, чтобы присоединиться к Лили – она тоже попросила его быть ее сопровождающим.
Следующей шла Белла. Тёмные локоны моей кошкодевушки ниспадали на спину, как у настоящей принцессы, схваченные двумя тонкими косичками, которые соединялись посередине изящной заколкой. Она почти бежала ко мне с обычным своим энтузиазмом, не в силах сдержать радость. Пушистый хвост метался из стороны в сторону на максимальной скорости.
Белла настояла, чтобы её вела Амализа. Молодая аристократка выглядела немного смущённой, но справлялась достойно. Она практически силой заставила мою нетерпеливую невесту остановиться и дождаться, пока она положит её руку поверх моей и Зары.
– Белла из Джардана! – голос Амализы дрогнул на секунду, но она взяла себя в руки. – Дочь… Дочь своего народа, я передаю её в жёны Артёму Крылову!
Деликатная формулировка. Белла родилась в загоне для рабынь и не знала своей семьи, но это не делало её менее достойной любви.
Затем появилась Лейланна. Эльфийка двигалась с природной грацией своего народа, казалось, она не идёт, а плывёт над землёй. Белое платье сшито сложнее, чем у других невест, многослойное, с прозрачным верхним слоем, который создавал иллюзию парения. Но главное, оно не скрывало её округлившийся живот, а наоборот подчёркивало. Материнство делало её ещё прекраснее. Щёки пылали румянцем, а в глазах плясал огонь страсти.
Старейшина Ниарон вёл её от старого фургона, нападение на который и связало… Старый эльф выглядел торжественно, как и подобает на такой церемонии.
Ниарон осторожно положил руку Лейланны поверх руки Беллы.
– Лейланна из рода Серебряных Листьев! – голос старейшины разнёсся над площадью. – Последняя из королевского рода Светолесья, я передаю её в жёны Артёму Крылову!
Самира вышла следующей. Моя хобгоблинша явно нервничала, теребя складки платья. Наряд, скроенный специально для её пышных форм, подчёркивал каждый изгиб. Может, портной так задумал, а может, просто иначе по такой фигуре и не сшить. Каштановые волосы заплетены в две косы, спускавшиеся на плечи. Простая причёска, но ей шла.
Гаррук, её отец, был на голову ниже дочери, несмотря на то, что для гоблина считался рослым. Седой воин шел, гордо вскинув голову, но я заметил, как его глаза беспокойно бегают по толпе. Столько чужаков, собравшихся в одном месте, нервировали старого вояку.
Он вложил руку Самиры в нашу растущую пирамиду рук и прокашлялся.
– Самира из племени Мстительных волков! – голос сорвался на секунду от волнения, но он справился. – Дочь Гаррука и Гекавы, я отдаю её в жёны Артёму Крылову!
С видимым облегчением он отступил к остальным сопровождающим.
Ирен нарушила правила, выйдя одна, но те, кто знал правду, понимали, что Мия незримо находилась рядом со своей жрицей.
Рыжие волосы пылали на солнце как осенний костёр. Простое белое платье, скромное по крою, на ней смотрелось изысканнее любых нарядов. Может, дело в осанке, ведь Ирен держалась с достоинством верховной жрицы? А может, в той особой ауре, которая окружает избранников богов? Её беременность только начала проявляться, и платье деликатно подчёркивало эту лёгкую округлость.
Она подошла, положила свою ладонь поверх руки Самиры. На мгновение воздух вокруг нас потеплел, Мия давала своё благословение.
– Ирен из Монтении! – её собственный голос разнёсся над площадью, чистый и звонкий. – Верховная жрица Безымянной, я сама отдаю себя в жёны Артёму Крылову!
Толпа притихла, когда вышла Лили.
Нет, притихла – слабо сказано. Тысяча человек одновременно резко вдохнула, и этот звук прокатился по площади, как волна. Моя кунида всегда поражала той неземной красотой, которая заставляет усомниться, а человек ли перед тобой? Но сегодня…
Платье было самым простым из всех, летнее, лёгкое, до колен, никаких украшений, никаких сложных деталей, но на её идеальной фигуре оно воспринималось как произведение искусства. Большие очки в металлической оправе и косички делали её похожей на героиню аниме, милую и недосягаемую одновременно.
Молочно-бледная кожа тут же покрылась румянцем от макушки до… В общем, везде, где можно увидеть. Уши нервно дёргались, реагируя на внимание толпы.
– Ой, какая милая! – раздался женский голос из толпы, и это разрушило напряжение. По рядам прокатились одобрительные вздохи и шепотки.
Илин вёл её с гордостью старшего брата.
– Лили из Холмистого! – провозгласил он. – Дочь Клевер, я передаю её в жёны Артёму Крылову!
Марона встала. Величественным жестом она положила свою руку поверх наших ладоней, её тепло смешалось с теплом моих невест.
– Сир Артём Крылов из поместья Мирид! – голос баронессы разнёсся над притихшей площадью. – Ты стоишь перед нами, готовый взять этих женщин в жёны. Говори, что у тебя на сердце.
Я совершенно забыл о толпе, о сотнях глаз, устремлённых на нас, существовали только они, мои женщины. Горло сдавило от волнения, пришлось сглотнуть.
Посмотрел в сияющие глаза Зары.
– Зара, мой первый спутник в этом королевстве, мой первый друг! – голос дрогнул, но я справился. – Ты научила меня, что значит иметь дом в этом мире. С огромной радостью я начинаю официальную жизнь с тобой как муж и всегда буду любящим мужем и любящим отцом для наших детей. И да, я помню про близнецов, которых ты хочешь.
В толпе раздались добрые смешки. Зара улыбнулась сквозь слёзы.
Взгляд переместился на Беллу, чей хвост замер, верный признак сильных эмоций у кошачьих.
– Белла, моя солнечная! Ты ворвалась в мою жизнь как ураган и принесла с собой радость. Ты стала для меня светом в тёмные времена. Я всегда буду любящим мужем и любящим отцом для наших детей.
Потом повернулся к Лейланне. Эльфийка стояла спокойно, но в синих глазах бушевала буря чувств.
– Лейланна, мой огонь, моя страсть! Ты показала мне, что значит гореть от желания. Моя мечта сбылась, ты согласилась стать моей женой. Мне не терпится увидеть, сколько радости и приключений принесёт нам совместная жизнь. Я всегда буду любящим мужем и любящим отцом для наших детей.
Самира нервно хихикнула, когда я повернулся к ней, и прикусила губу. Привычный жест, когда волнуется.
– Самира, моя радость, моя хозяюшка! Ты сделала наш дом настоящим домом, а не просто местом, где мы спим. Для меня большая честь разделить с тобой жизнь. Я всегда буду любящим мужем и любящим отцом для наших детей. И да, обещаю помогать с домашними делами.
Снова смешки в толпе. Надо же разрядить обстановку, а то от напряжения воздух можно резать ножом.
Ирен смотрела на меня с той спокойной уверенностью, которая всегда меня поражала. Даже сейчас, в такой волнительный момент, она излучала умиротворение.
– Ирен, мой якорь, мой советник, моя опора! Как мы все говорим, и это чистая правда, не знаю, что бы делал без тебя! Ты свет в моей жизни и голос разума, когда я готов натворить глупостей. Я всегда буду любящим мужем и любящим отцом для наших детей.
И наконец Лили. Кунида буквально подпрыгивала на месте от волнения, еле сдерживаясь, чтобы не броситься мне на шею прямо сейчас.
– Лили, моя спутница в приключениях, моя боевая подруга! Ты приносишь радость в каждый день, даже когда мы по уши в проблемах. Твой смех – лучшая музыка. С нетерпением жду наших будущих приключений. Я всегда буду любящим мужем и любящим отцом для наших детей. Когда ты будешь готова к ним, конечно.
Марона повернулась к невестам. Лицо баронессы было серьёзным, но в глазах плясали весёлые искорки.
– Зара, Белла, Лейланна из рода Серебряных Листьев, Самира из племени Мстительных Волков, Верховная жрица Ирен Безымянной, Лили из Холмистого! Вы стоите перед нами, готовые взять этого мужчину в мужья. Говорите, что велит вам сердце.
В глазах Зары стояли слёзы. Она вытерла их свободной рукой, шмыгнула носом.
– Артём… – голос дрогнул. Она глубоко вздохнула, начала снова. – Артём! Ты нашёл меня, когда я была никем. Изгнанной, отверженной, потерявшей всё. Ты дал мне не просто кров и пищу, ты дал мне любовь, семью, дом. Ты сделал меня равной, назвал женой, когда мог просто… – она снова всхлипнула. – Моя жизнь стала счастьем с того дня, как я встретила тебя. Я буду любить тебя и только тебя до последнего вздоха и рожу тебе много детей, целый выводок!
Хвост Беллы снова замер, она смотрела на меня с такой любовью, что сердце сжалось.
– Артём, мой герой, мой спаситель! – её голос звенел от эмоций. – Ты вытащил меня из кошмара, в котором я жила, вернул радость, которую считала потерянной навсегда. Но главное, ты дал мне семью. Настоящую семью, где меня любят не за то, что я могу дать, а просто за то, что я есть, – она улыбнулась сквозь слёзы. – Я буду верна тебе до конца дней, твоя любящая жена, твоя преданная спутница. И да, я тоже хочу много детей. Соревнование с Зарой принимаю!
Толпа рассмеялась. Даже в такой торжественный момент мои девочки умудрялись шутить.
Лейланна говорила с достоинством эльфийской принцессы, но щёки пылали, выдавая волнение.
– Артём, мой избранный! Когда ты нашёл меня, я думала, что моя жизнь закончена. Последняя из рода, потерявшая всё и всех. Но оказалось, она только начиналась, – Лейланна положила свободную руку на живот. – Ты дал мне больше, чем я смела мечтать: любовь, дом, семью и будущее для меня и моего народа. Если я женщина твоей мечты, то ты – мужчина, о котором я не смела мечтать. Наша любовь станет легендой, а жизнь будет долгой и счастливой. Не могу дождаться, когда рожу тебе много прекрасных детей.
Самира хихикнула, нервный смешок, который она пыталась подавить. Прокашлялась, лицо стало серьёзным.
– Артём, мой друг, моя опора, моя любовь! – голос дрожал, но она упрямо продолжала. – Я пришла к тебе по договору, ожидая… Не знаю, чего ожидала. Холодности? Использования? Но ты дал мне дом в самом полном смысле этого слова, место, где я нужна, где меня ценят. Ты видишь во мне не просто хобгоблина, не просто ещё одну жену, ты видишь МЕНЯ, – она улыбнулась. – Я буду неустанно заботиться о нашем доме, делать его уютным и тёплым и с радостью рожу много детей, таких же воинов, как мой брат. Ну, или поваров, как я!
Опять по толпе прошелестел смех. И это правда, Самира умела готовить так, что пальчики оближешь.
Голос Ирен звучал тихо, но его услышала каждая душа на площади. В такие моменты чувствовалась её связь с божественным.
– Артём! За исключением самой Богини, ты лучшее, что случилось в моей жизни, – простые слова, но от них мурашки по коже. – Я служила верой и правдой, но не знала, что такое жить. Ты научил меня этому. Дал любовь, в которую я перестала верить, дом, семью, смысл за пределами служения, – она помолчала. – Я буду любящей женой, мудрой советницей, верной спутницей, любящей матерью нашим детям. И когда мы состаримся, я всё ещё буду благодарить судьбу за встречу с тобой.
Лили на мгновение прикрыла лицо ушами, жест смущения у кунидов. Сквозь весь её белоснежный мех стал виден розовый румянец, проступивший на коже, зрелище уморительное и трогательное одновременно, но потом она посмотрела мне в глаза, и весь мир исчез.
Её запах, сладкий аромат возбуждения и любви ударил в нос так сильно, что закружилась голова. Пришлось напрячь волю, чтобы устоять на ногах. Остальные невесты тоже почувствовали его, Белла тихо заскулила, Лейланна прикусила губу.
– Артём, мой герой, мой рыцарь, моя судьба! – голос Лили звенел, как колокольчик. – Я мечтала о любви всю жизнь, читала о ней, грезила, представляла… Но реальность оказалась прекраснее любых фантазий. Ты – это всё, о чём может мечтать девушка, и даже больше, – она всхлипнула и улыбнулась. – Это самый счастливый день в моей жизни, который я буду помнить вечно, как и каждый день рядом с тобой. Я буду твоей любящей женой, твоей соратницей в битвах, твоей опорой в мире, и рожу тебе детей когда-нибудь, когда буду готова. И когда мы состаримся, – она хихикнула, – я всё ещё буду выглядеть молодо, а ты станешь благородным седым воином, но я всё равно буду желать тебя также сильно, как сейчас!
Интересный поворот, но логичный. Куниды старели медленно, и она сохранит молодость намного дольше меня. Приятно знать, что Лили думает о нашем далёком будущем.
Марона сдвинула руку, чтобы она оказалась под нашей пирамидой ладоней. Жест поддержки и буквальной, и символической.
– Артём, Зара, Белла, Лейланна, Самира, Ирен, Лили! – голос разнёсся над площадью. – Будете ли вы жить вместе как муж и жёны в радости и в горе, в богатстве и бедности, в здравии и болезни?
– ДА! – крикнули мы все вместе.
Слово разнеслось над поместьем, отразилось от стен, покатилось к лесу. Казалось, сама земля вздрогнула от силы нашей клятвы.
Глаза Мароны сияли. Она подняла наши соединённые руки высоко над головой.
– Валинор, признай этого мужчину и этих женщин мужем и жёнами!
Рёв толпы оглушил, земля задрожала. Нет, на самом деле задрожала от топота ног и криков. Дети в первых рядах зажали уши руками, но всё равно орали во всё горло. Младенцы заплакали, испугавшись шума, няни поспешно прикрыли им ушки.
Я притянул к себе жён всех разом, благо руки длинные, нежно, но крепко поцеловал каждую. Зара всхлипывала от счастья, Белла молотила хвостом, Лейланна вцепилась в мой камзол мёртвой хваткой, Самира смеялась сквозь слёзы, Ирен просто прижалась ко мне, закрыв глаза. А Лили… Лили пришлось придерживать, иначе она бы повисла на мне прямо здесь.
– Безумно люблю вас! – прошептал я, хотя в этом шуме меня вряд ли услышали. – Всех! Навсегда!
Но они услышали, по глазам заметил.
Шум немного стих, ровно настолько, чтобы стал различим плач младенцев. Наши дети явно были не в восторге от такой какофонии.
– Пойдёмте успокоим малышей, – предложила Ирен, практичная, как всегда.
Мы подошли к няням. Я взял Раду. Малышка заливалась слезами, размахивая крохотными кулачками. Прижал к груди, закрывая от шума.
– Тише, солнышко, тише. Папа здесь.
Удивительно, но сработало. Рада затихла, уткнувшись носиком в мой камзол. Жёны разобрали остальных детей. Зара взяла Глорию, Белла подхватила Милу. Лейланна с Максом на руках выглядела как мадонна с картин старых мастеров. Самира убаюкивала Анну, что-то напевая по-хобгоблински. Ирен, Лили и Триса склонились над Сёмой.
Мы стояли все вместе, большая, странная, но счастливая семья. Фотографы щёлкали камерами. Да, на Валиноре имелись свои аналоги фотоаппаратов на магических кристаллах, и эти снимки войдут в историю поместья Мирид.
Друзья и гости окружили нас плотным кольцом, пока мы с детьми на руках пробирались к столам. Понадобилось сдвинуть три длинных стола, и это только для почётных гостей, остальные расселись где могли.
За главным столом сидели мы с жёнами и детьми. За вторым – родственники и близкие друзья: Илин с Амализой, мои боевые товарищи из группы искателей, Дректар со своими воинами. Третий стол заняли официальные лица: представители гильдий, знать из Тераны и окрестностей, Марона со своей свитой, старейшины разных народов.
Среди гостей присутствовали все, кто помогал строить поместье Мирид, ремесленники и рабочие из Тераны, многие участники рейда на Светолесье, те самые люди, с которыми мы штурмовали руины и чуть не погибли от Скверноцвета, приехали и Приверженцы Безымянной, последователи культа Мии.
