Текст книги "Искатель 13 (СИ)"
Автор книги: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)
Глава 5
Две тысячи медяков весили прилично. В рюкзак всё не влезло, пришлось ещё мешок навьючить.
Система Валинора, конечно, снисходительнее земной физики к переносимым грузам, но всё равно ощущение складывалось такое, будто взвалил на спину среднего мужика. И это после зачистки логова! Не самое приятное продолжение вечера.
– Ты что, собрался ей гнёздышко свить? – хохотнул Владис, с удобством устроившись у костра. Одной рукой он обнимал Стелларию, другой Дайну. Явно доволен жизнью, паразит!
Я лишь ухмыльнулся.
– Увидимся утром, чтобы вместе сдать квест в «Одиноком Быке», – бросил я через плечо, развернулся и пошел в темноту.
До Холмистого топать прилично, особенно с таким грузом. Рывок Гончей помогал ощутимо, с ним даже простая ходьба быстрее. Романтика, блин!
Когда наконец добрался до замаскированного входа в Нору, у меня появилось стойкое ощущение, что Лили с Эйриэль ждут уже давно. По сравнению с тем, что я увидел, когда только появился в Холмистом, сейчас вход спрятали мастерски. Даже зная о нём, легко пройдёшь мимо и не догадаешься.
Огляделся. Никого. Проскользнул внутрь. Но прежде чем спускаться по туннелю вниз, достал свиток Предотвратить зачатие и активировал. Оптимизм – это хорошо, но с Эйриэль мои шансы как танцора так себе, зато с Лили точно что-то светит. А может, и не только с ней, кто знает, как повернётся вечер в «женском общежитии».
От предвкушения пульс зашкаливал. Я двинулся по туннелю, стараясь не греметь монетами.
В общей комнате меня ждал вид, от которого кровь прилила к определённым местам.
Лили и Эйриэль устроились в большом мягком кресле. Абсолютно голые, они принимали завлекательные позы и чарующе улыбались.
Я застыл в дверях, наслаждаясь картиной.
Эйриэль была… Чёрт, да она просто совершенство в миниатюре! Метр пятьдесят от силы, лёгкая, как её собственные перья. Маленькая грудь, узкие бёдра, но при этом идеально проработанный рельеф мышц. Плечи и спина выдавали силу, необходимую для полёта. А загар… Там, где одежда прикрывала тело, кожа оказалась светлее, и контраст завораживал.
Блин, как же тяжела иной раз жизнь Искателя! Почувствовал, как штаны становятся тесными.
Лили наконец оторвалась от подруги и ухмыльнулась, прекрасно понимая мой дискомфорт.
– Пора танцевать, любимый, и уж постарайся хорошенько… Ты как-никак пытаешься соблазнить гарпию, а у неё высокие стандарты.
Так, ну что ж, чтобы заслужить прощение, придётся выставить себя полным идиотом.
Чёрные глаза смотрели прямо на меня вызывающе и оценивающе.
– Ладно, – сказала Лили с ещё более широкой улыбкой. – Я обещала Эйриэль, что ты потанцуешь для нас голым, раз уж она и так достаточно добра, чтобы позволить тебе исполнить брачный танец приватно, без присутствия всего племени.
Вот дерьмо! Серьёзно⁈ Значит, я буду выглядеть как голый идиот!
Стараясь сохранять хладнокровие и невозмутимость, сбросил на пол тяжёлые мешки с монетами. Рюкзак поставил аккуратно, там тоже немало ценного, и замялся.
– Может, мне…
– Блестящие подарки преподносят после брачного танца, – хихикнула Эйриэль. – Если, конечно, я сочту его приемлемым.
И тут она раздвинула ноги. Широко. Демонстративно.
Розовая плоть блестела от возбуждения. К этому примешивался сладкий аромат самой Лили.
Член дёрнулся так, что больно стало. Я начал стаскивать броню, стараясь не спешить, но пальцы стали какими-то неловкими и путались в завязках. Дойдя до штанов, заметил, что глаза Эйриэль блеснули при виде моей «палатки», а когда стянул бельё…
– Солнце Поднебесья! – прошипела гарпия, вцепившись в грудь Лили так, что та пискнула от боли. – Да он же в половину моего тела!
Ну, не в половину, конечно, но да, относительно её роста размер впечатлял. Как с Зарой или Мэриголд, войдёт от силы половина. Зато какая теснота будет!
– Знаю, – ухмыльнулась Лили. – Ты получишь невероятные ощущения, когда начнёшь растягиваться.
Она игриво подбросила лёгкую гарпию на руках.
– Ладно, Артём, станцуй брачный танец для Эйриэль!
Мои щёки горели, как у первоклассника на утреннике. Я лихорадочно пытался вспомнить документалки про птиц с Дискавери. Что там самцы делают? Распушают хвосты, машут крыльями, прыгают…
Ну, хвоста у меня нет, но есть руки!
Я раскинул конечности в стороны типа крылья, и начал махать ими вверх-вниз, потом добавил покачивание бёдрами, изображая встряхивание хвостовыми перьями, блин!
Если и оставались какие сомнения, что выгляжу как идиот, то грянувший за сим действом хохот их полностью развеял. Обе девушки грохнулись с кресла и покатились по полу, давясь от смеха. Лили держалась за живот, Эйриэль махала крыльями, пытаясь отдышаться.
Передо мной встал выбор: торчать посреди комнаты столбом или продолжить позориться. Выбрал второе. В конце концов, не в первый раз дурака валяю ради женщины.
Я изобразил ещё несколько таких же «изящных» па, но вдруг заметил, что Эйриэль перестала смеяться и замерла, уставившись на мой стояк как удав на кролика.
Потом она резко оттолкнулась от пола ногами, взлетела, продемонстрировав впечатляющий размах, метра два с половиной, не меньше, и плавно заскользила ко мне.
Я даже опомниться не успел, как её ноги обвили мою талию, крылья окутали мягким коконом, а в руках оказалось невесомое тело.
Мы стояли, обнявшись, оба абсолютно голые, и её кожа, нежная, как шёлк, тёплая и невероятно гладкая, прижималась к моей. Веса я не ощущал, будто пушинку держу,. но жар её лона обжигал, зажимая мой член между нашими телами. Ноги гарпии напряглись, притягивая меня ближе.
Личико Эйриэль оказалось прямо перед моим. Черты тонкие, почти эльфийские. Чёрные глаза смотрели в упор. Она медленно облизнула губы.
– Это худший брачный танец, который я когда-либо видела, – выдохнула она. На меня повеяло мёдом и горными травами.
Я сглотнул. Член пульсировал так, что в глазах темнело.
– Так и думал…
– Хорошо, что мы не создаём пару навсегда, – продолжила она. Дыхание участилось, бёдра едва заметно двигались, растирая её влагу по моей длине. Она покосилась на рюкзак. – Эти блестящие подарки… Они для меня?
– Они твои.
– Очень мило.
Эйриэль потянулась и коснулась моих губ своими. Лёгкий поцелуй, напоминающий касание крыла бабочки, оставил на моих губах привкус кленового сиропа.
– А теперь давай повеселимся.
Я наконец поддался искушению исследовать её тело руками. Провёл по шелковистым перьям крыльев, чёрным у основания с закатно-красными кончиками. Очень тёплые, теплее, чем предполагал. Поднялся к плечам, изящным, но сильным, скользнул по узкой спинке к маленькой, но идеально упругой попке.
Тихо засмеялся, прижимая её сильнее. Член скользил между её лепестками, собирая влагу. Эйриэль была уже мокрая, как после долгой прелюдии.
Провёл руками по узким бёдрам, погладил длинные ноги, обхватившие меня и добрался до хвоста, длинного, с красивым оперением. Перья оказались чувствительными, и она вздрогнула от прикосновения.
Такая маленькая! Такая лёгкая и… хрупкая, чёрт возьми!
– Мне придётся быть с тобой очень нежным, – пробормотал я, целуя её в ответ, и схватил за попку, ещё теснее прижимая к себе. От предвкушения кружилась голова. – Очень-очень нежным.
– Очень нежным, – повторила Эйриэль, задыхаясь. Её бёдра стали двигаться более настойчиво, размазывая соки по моему стволу.
Одна нога ослабила хватку, удивительно ловкая ступня взяла мою руку и направила к её лону. Плоть там оказалась неописуемо мягкой, горячей и скользкой.
– Но не волнуйся, я выдержу. Система позаботится об этом.
Лили, сидя на подушке, издавала жалобные звуки, яростно лаская себя и наблюдая за нами. Её очки запотели от возбуждения.
Я поднял миниатюрную гарпию, освобождая свой член, и начал медленно опускать её на него. Она закрыла глаза, тихо скуля от предвкушения. Головка коснулась нежных складок, раздвинула их, начала входить.
Спасибо системе Валинора, не почувствовал никакого сопротивления. Член входил также легко, как в женщину обычных размеров, но ощущения… Чёрт, это что-то невероятное!
Эйриэль оказалась тесной. Не как Зара или Мэриголд, по-другому. И внутри у неё были какие-то бугорки и выступы, идеально расположенные так, чтобы стимулировать самые чувствительные точки. Тут природа постаралась на славу.
Долго мне не продержаться. Хорошо, что могу кончать несколько раз подряд.
Моя пернатая любовница тихо заскулила, крепче обхватив меня крыльями, уткнулась лицом в шею, дыша часто и горячо.
– Ты так меня растягиваешь! Впервые чувствую, как система позволяет мне вместить представителя крупной расы. Даже не могу описать, каково это.
– Если это хоть немного похоже на то, что чувствую я, – прохрипел, упершись в её матку. Половина члена осталась снаружи, больше не влезало. – То для этого нет слов.
Лили задрожала в оргазме, хрипло вскрикнув. Её взгляд был прикован к животу Эйриэль.
Это зрелище в сочетании с невероятной теснотой добило меня. Я уткнулся носом в пахнущие мёдом волосы и начал кончать. Мощно, обильно.
Эйриэль жалобно застонала, чувствуя, как я наполняю её.
– Ты же не закончил? – простонала она, отчаянно работая бёдрами, скользя по моему члену и пытаясь достичь собственной кульминации. – Не хочу, чтобы со мной так быстро заканчивали.
Лили хихикнула, её голос звучал почти пьяно после оргазма.
– Он и близко не закончил. Помнишь, что я тебе говорила?
Вместо ответа я взял Эйриэль за узкие бёдра и начал поднимать и опускать на своём всё ещё твёрдом члене. Последние спазмы оргазма сделали головку сверхчувствительной, каждый бугорок внутри неё вызывал такое же ощущение, как слабый электрошок. Но я продолжал.
– О! – вскрикнула Эйриэль, поглаживая мою спину крыльями. – О! О! О!
Она задрожала, достигнув пика. Бархатистые стенки сжались, как тиски, но я не останавливался, продолжая двигать её вверх-вниз.
Лёгкая, даже Зара весила больше. Ощущение абсолютного контроля, смешанное с её хрупкостью и страстью, пьянило похлеще вина.
Эйриэль целовала мою шею, посасывала, покусывала, а потом вдруг сжала челюсти сильнее, резко вскрикнув. Второй оргазм накрыл её ещё мощнее. Издав хриплый звук, почти воронье карканье, первобытный и чертовски сексуальный, она обрызгала меня своими соками от промежности до колен.
– Богиня! – простонала Лили. Она сидела на краю подушки, яростно лаская себя. – Она такая хрупкая! Словно смотришь, как ты трахаешь стеклянную статуэтку.
– Стекло так не растягивается, – пропыхтела маленькая гарпия. – Но, думаю, мне пора показать тебе кое-что особенное.
Я на мгновение расстроился, когда её крылья отпустили меня. Но потом она раскрыла их и начала мощно махать.
Мы с Лили заворожённо наблюдали, как невесомое тело короткими резкими движениями поднимается, скользя вверх по моему члену, потом опускается. Полёт во время секса. Вот это да!
– О боги! – простонал я.
– О боги! – эхом отозвалась Лили.– Мы, гарпии, именно так занимаемся сексом, – пропыхтела Эйриэль. – Ноги быстро устают, поэтому используем крылья. Нашим самцам нравится. А тебе?
– Да, да! – выдохнул я. Её шёлковые губки скользили по сверхчувствительной головке при каждом взмахе. – Безумно нравится!
– Чёрт возьми, да! – взвизгнула Лили, выдернула морковку и забилась в очередном оргазме, брызнув в нашу сторону.
Эйриэль продолжала свой воздушный танец на моём члене. Движения были более резкими, чем у Энелии, но от этого ощущения становились только острее.
Я просунул руку между нами, нашёл её клитор, лаская другой маленькую грудь и дразня тёмно-розовые соски.
Ей хватило минуты. Гарпия с воплем обмякла, и я едва успел подхватить её. Крылья снова обняли меня, прижимая к себе.
Невероятно тесное лоно сжалось в финальном спазме. Бугорки и выступы внутри создали такое давление, что я больше не мог сдерживаться.
Даже не успел прижать её плотнее или толкнуться глубже, как оргазм накрыл с такой силой, что ноги подкосились. Едва добравшись до дивана, рухнул на спину, стараясь не придавить хрупкую партнёршу и изливаясь в неё, казалось, целую вечность.
Эйриэль поджала ноги и крылья, позволяя мне улечься поудобнее, но мой всё ещё пульсирующий член оставался внутри. Она с довольным стоном опустилась сверху, сложив крылья по бокам, получилось пуховое одеяло из перьев.
Я едва чувствовал её вес, только мягкость, тепло и то, как её лоно выжимало из меня последние капли.
Подушка прогнулась, к нам присоединилась Лили. Вялая и довольная Эйриэль услужливо приподняла крыло, впуская мою невесту под импровизированное одеяло. Лили устроилась рядом, целуя нас по очереди.
Я одной рукой поглаживал узкую попку Эйриэль, другой идеальные формы своей невесты.
– Хочешь тоже попробовать? – спросил я, когда Лили уткнулась носом мне в плечо. Её длинные бархатистые уши щекотали щёки.
Она хихикнула.
– Пока всё отлично.
Рука Лили присоединилась к моей на попке гарпии.
– Мне пока хватило наблюдения за таким жарким сексом.
– Мва-а-а-ах! – выдохнула Эйриэль, пуская слюни мне на грудь и глядя остекленевшим взглядом. На её лице разлилось само воплощение блаженства.
Было ещё рано по местным меркам. Секс с невесомой женщиной не особо утомил физически, несмотря на бурные оргазмы, но зачистка логова выжала силы по-своему. Плюс добавилось чувство абсолютного удовлетворения и расслабленности…
И я позволил себе провалиться в дрёму.
Смутно помню, как Лили разбудила нас и потащила в комнату Сирении. Мы рухнули на мягкую постель рядом с ней.
А вот как Эйриэль разбудила меня для второго раунда, помню отчётливо. Её тонкие ноги и крылья работали синхронно, поднимая и опуская невесомое тело на мой член. Я лежал, наслаждаясь зрелищем и ощущениями, пока снова не кончил в неё.
Потом Лили сменила подругу, оседлав меня, а Эйриэль устроилась у неё на спине. Она играла с грудью моей невесты, тёрлась о её пушистый хвостик. От этой картины и ощущения двойного веса, пусть и небольшого, я долго не продержался.
Позже проснулся от того, что Сирения решила разбудить меня по-своему. Минет от куниды – это что-то особенное. Она урчала от удовольствия, наслаждаясь смешением вкусов всех троих.
Когда кончил ей в горло, она проглотила всё до капли и облизнулась как сытая кошка.
После этого я уже вырубился по-настоящему. Сирения прижалась справа, Лили слева, а Эйриэль растянулась у меня на груди, накрыв всех нас своими крыльями.
Тепло, мягко, уютно и ни единой мысли о завтрашних проблемах.
Вот за что я люблю Валинор, так за такие моменты абсолютного счастья.
Глава 6
Резкий грохот выдернул меня из сна, как будто кто-то решил пробить тараном дверь в спальню Сирении. Рядом зашевелились мои спутницы. Я инстинктивно дёрнулся, ища лук, но тут же расслабился, узнав голос.
– Просыпайся! – Клевер буквально сияла от волнения, её голубые глаза блестели как два озера в солнечный день. Маленькая белоснежная кунида так резво подпрыгнула, что макушка чуть не встретилась с потолком, благо в Норе они довольно высокие. – У меня для тебя сюрприз!
Осторожно подхватив сонную Эйриэль – крошечная гарпия недовольно заворчала, цепляясь когтями за моё плечо, – я сел и подвинулся к краю постели. Эйриэль тут же соскользнула с моих рук и устроилась на нагретом месте, прижавшись к Сирении. Пышногрудая кунида что-то пробормотала сквозь сон и, не открывая глаз, обняла крошечную гарпию. Через секунду обе снова мирно посапывали, переплетясь в объятиях. Милая, умиротворяющая картина.
Лили замерла было над ними, собираясь разбудить, но Клевер нетерпеливо махнула рукой как заправский дирижёр:
– Оставь их. В любом случае этот сюрприз скорее для семьи.
Семья! Слово согрело, по телу разлилось мягкое тепло. Любопытство – опасная штука, но сейчас оно захлестнуло меня с головой. Торопливо натянув штаны – ткань липла к разгорячённому сном телу, – я последовал за невестой. Она уже успела одеться, и мы вместе вышли в общую комнату.
У туннеля, ведущего вглубь разветвлённой системы нор, собрались все сёстры Лили: румяная Флора, Дайна, шустрая задорная блондинка, Орхиана с удивительными фиалковыми глазами, серьёзная Хриса. Все они буквально вибрировали от возбуждения, переминаясь с ноги на ногу, как дети перед новогодней ёлкой.
– При чём тут туннель для побега? – Лили не выдержала первой, её серые глаза за очками горели любопытством. – Теперь, когда с мега-логовом покончено, остальные уже вернулись?
Клевер с лёгкой грустью отрицательно покачала головой и чмокнула дочь в щёку, жест настолько материнский и нежный, что у меня защемило сердце.
– Остальные ещё в пути, дорогая. Но мы послали кое за кем, чтобы вернуть его пораньше.
Я смотрел на тёмный зев туннеля, затаив дыхание. Сердце колотилось где-то в горле, а ладони вспотели, как у школьника перед экзаменом. И тут из глубины донёсся звук, от которого всё внутри перевернулось. Радостный детский визг, полный восторга и нетерпения.
Из туннеля появилась незнакомая черноволосая кунида, и на руках у неё…
– Пётр! – прошептал я, хотя никто не произнёс этого имени вслух.
Мальчику почти исполнилось полгода. Он так рвался на свободу, извиваясь в руках няньки, что та рассмеялась, звонко, по-молодому, и аккуратно опустила его на пол. Малыш тут же рванул к Клевер, двигаясь ползком с упорством танка, прорывающего оборону. Движения пока неуклюжие, но целеустремлённые. Левая ручка вперёд, правая коленка подтягивается, и всё это сопровождалось радостными воплями, от которых, наверное, проснулась половина Норы.
Это точно наш сын!
Даже куниды, живущие так близко к природе, оказались вполне современными в бытовых вопросах: на Петре красовался аккуратный тканевый подгузник с вышивкой – улыбающиеся божьи коровки перемежались с гусеницами и дождевыми червяками. Явно работа Дайны. Без сомнения, у неё удивительный талант превращать обыденные вещи в маленькие произведения искусства.
Я смотрел на сына, и горло сжалось от эмоций. Клевер и остальные не преувеличивали – Пётр действительно оказался невероятно красив, но не той слащавой детской миловидностью, а какой-то особенной, почти неземной красотой.
Конечно, я люблю всех своих детей, и для меня они все прекрасны. Да и какой отец думает иначе? Но если говорить объективно, Пётр унаследовал ту же поразительную внешность, что я видел только у Лили и Энелии. Мои гены добавили ему чёрные, как вороново крыло, волосы, которые при определённом освещении отливали синевой. Такой же оттенок имела шерсть на его длинных ушках и маленьком хвостике. А глаза… Глаза такой яркой голубизны, словно летнее небо после грозы.
– Мой малыш! – Клевер подхватила Петра на руки, прижала к себе и начала покрывать поцелуями пухлые щёчки. – Мой красавчик, я так по тебе скучала! Ты же знаешь, мама никогда бы тебя не бросила, если бы ей не нужно было защищать наш дом!
Голос Клевер дрогнул на последних словах, и я понял, разлука далась ей тяжелее, чем она показывала.
Сёстры Лили обступили их плотным кольцом, и началась церемония приветствий. Пётр милостиво позволил Флоре взять себя на руки, рыжеволосая девушка буквально светилась от счастья, прижимая племянника к груди. Затем настала очередь Хрисы. Вечно серьёзная кунида неожиданно расплылась в улыбке, когда малыш потянул её за косичку. Орхиана что-то нашёптывала ему на ушко, от чего Пётр хихикал, а Дайна уже доставала откуда-то новую игрушку собственного изготовления.
Лили стояла чуть в стороне, и на её лице читалась такая тоска, что сердце сжалось. В последний раз она видела Петра новорождённым комочком, и теперь для него она просто ещё одна незнакомая тётя.
Я прекрасно её понимал, сам еле сдерживался, чтобы не выхватить сына из рук окруживших его девушек.
Наконец церемония знакомства с роднёй завершилась. Пётр, видимо, решил, что осчастливил всех своим вниманием, и благосклонно позволил Лили взять себя на руки. Моя невеста обняла его с такой нежностью, словно боялась сломать, и её прекрасное лицо озарилось чистой радостью.
– Привет, братик, – прошептала она, целуя его макушку между ушками. – Ты меня не помнишь, но я твоя старшая сестра Лили. Я знала тебя, когда ты только родился, и так рада снова тебя видеть!
Малыш посмотрел на неё с серьёзностью университетского профессора, оценивая нового человека, появившегося в его жизни. Затем протянул ручку и ухватился за одну из серебристых косичек. Не дёрнул, как делают все дети, а просто держал в ладошке, словно изучал необычный цвет.
После нескольких минут знакомства Лили повернула его ко мне.
Момент истины.
– Смотри, Петро, это твой папа. Он очень рад тебя видеть и очень тебя любит, – она передала мне сына, и я принял драгоценную ношу, стараясь не показать, как дрожат руки.
– Привет, Петро, – голос сорвался, пришлось прочистить горло. Я провёл пальцем по его щёчке, кожа была мягкая, как шёлк. – Я Артём, твой папа. Рад наконец с тобой познакомиться.
Из рюкзака я достал заготовленный подарок – деревянную погремушку, которую вырезал вечерами. Внутри неё побрякивали отполированные речные камешки, которые я подбирал специально одинакового размера, чтобы звук был мелодичный.
Малыш посмотрел на новый предмет без особого интереса. Но когда я встряхнул погремушку, и камешки издали приятный звук, глаза Петра загорелись как две звёздочки. Он потянулся к игрушке, неуклюже ухватил и начал трясти с воодушевлением дирижёра симфонического оркестра. Его восторженный визг услышали, наверное, даже в «Одиноком Быке».
После этого сын стал гораздо спокойнее сидеть у меня на руках. По крайней мере, пока погремушка его развлекала. Минут через десять игрушка ему наскучила. Петро бросил её на пол и с видом «а теперь подними» протянул ручки к Клевер, жалобно заныв. Универсальный детский язык: «Хочу к маме и немедленно!»
Белоснежная кунида подхватила малыша, устроила поудобнее и без лишних церемоний дала грудь. Пётр присосался с энтузиазмом, причмокивая от удовольствия. Клевер поглаживала его по ушкам, и по её щекам тихо, почти незаметно текли слёзы.
– Я так по тебе скучала, мой малыш! Но не волнуйся, благодаря папе и твоей старшей сестре ты теперь в безопасности, – она сквозь слёзы подарила мне и Лили ослепительную улыбку. – Мы все в безопасности.
Я знал, что отряд уже наверняка собрался в «Одиноком Быке», готовый двигаться домой, но как я мог уйти сразу после первой встречи с сыном? Плевать на расписание, некоторые моменты в жизни важнее любых планов.
К тому же было ещё рано, а мои товарищи, судя по вчерашнему веселью, наверняка спали до полудня. Пусть отоспятся.
Следующий час пролетел как одно мгновение. Я использовал каждую возможность подержать Петра, покачать его, просто посмотреть, как он ползает по мягким коврам. Малыш уже освоился с моим присутствием и даже пару раз подполз ко мне сам, правда только чтобы подёргать за шнурки ботинок или попытаться засунуть в рот интересную пуговицу на рубашке.
В какой-то момент Флора примостилась рядом со мной на большой подушке. Рыжеволосая девушка сильно покраснела и время от времени бросала на меня быстрые взгляды из-под длинных ресниц.
Сначала я не обратил на это внимания, но вскоре оценил её присутствие. Оказалось, Петро обожал свою рыжеволосую тётю почти так же сильно, как маму. Малыш быстро переполз к ней и устроился на коленях, позволив мне ещё раз поцеловать его пухлые щёчки.
Флора, полностью поглощённая вознёй с племянником, ворковала над ним и строила смешные рожицы. Но после того, как Петро сполз на пол исследовать новую игрушку, она снова начала поглядывать на меня. Она сделала глубокий вдох, словно собиралась что-то сказать, потом выдох, но молчала.
А потом Флора внезапно издала сердитый звук, что-то среднее между фырканьем и рычанием, вскочила и выбежала из норы, хлопнув входной дверью.
Даже Петро на секунду оторвался от лошадки и удивлённо посмотрел в сторону выхода.
Лили подошла ко мне с серьёзным выражением лица, взяла за руку и потянула в один из боковых туннелей, где было тихо и уединённо.
Невеста крепко обняла меня, глядя снизу вверх своими огромными серыми глазами.
– Артём, любимый, я хотела бы попросить тебя об одолжении для Флоры.
Я моргнул, не ожидая такого поворота:
– Конечно, дорогая. Что случилось?
Она заёрзала, редкий признак нервозности у обычно уверенной в себе Лили.
– Ну… Флора всегда была слишком застенчива, чтобы сближаться с мужчинами, даже со знакомыми. Она пыталась много раз, но в последнюю секунду всегда теряла смелость и убегала.
– Значит, я был для неё первым? – спросил я, чувствуя укол вины. Если бы знал, был бы ещё осторожнее.
Лили хихикнула, и напряжение немного спало.
– Можно и так сказать. Ты первый мужчина, которому она смогла по-настоящему довериться.
Что ж, приятно осознавать, что несмотря на всю свою робость, Флора чувствовала себя со мной достаточно комфортно и безопасно. Это также объясняло её желание постоянно обниматься.
– Так в чём заключается одолжение? – спросил я, поглаживая бархатное ушко Лили.
– Стеснительная она или нет, но Флора мечтает о детях не меньше любой другой куниды. Ты же видел, как она счастлива с Петро. Недаром малыш любит свою тётю почти так же, как родную маму, – Лили посмотрела на меня с предельной серьёзностью. – К тому же, она влюблена в тебя. Именно поэтому она смогла в тот раз преодолеть свою застенчивость.
Внутри разлилось тепло. Мысль о том, что эта милая робкая девушка испытывает ко мне такие чувства…
– Она хочет присоединиться к нашей семье? – представить Флору в поместье Мирид было легко и приятно.
Лили выглядела испуганной, но потом её лицо смягчилось.
– Нет, она счастлива здесь, с теми, которых знает и любит всю жизнь, – невеста погладила меня по груди. – Но она очень хочет родить от тебя детей. Ты единственный мужчина, который ей по-настоящему дорог, единственный, с кем она чувствует себя достаточно комфортно, чтобы завести семью.
Вот это поворот! Я внимательно посмотрел в глаза невесты, пытаясь понять её истинные чувства.
– Что ты сама об этом думаешь?
Она вздохнула.
– Честно? Немного завидую. Ты же знаешь, как сильно я хочу от тебя детей, – она сжала мою руку. – Но сейчас я больше всего хочу находиться рядом и делить твои приключения, поэтому готова подождать. – Её глаза блестели в полумраке. – Ты сделаешь это для Флоры? Подаришь ей детей, братьев или сестёр для Петро, которых мы сможем навещать?
Я представил её счастье, когда она будет растить наших детей, её сияющую улыбку, редкую и оттого ещё более ценную.
– Хорошо, – сказал я после недолгого раздумья. – Если ты не против, и это сделает Флору счастливой, я буду рад. – Потом не удержался и добавил с усмешкой: – Но ты же не собираешься просить меня осчастливить таким образом всех твоих сестёр перед отъездом?
Лили расхохоталась звонко, от души.
– Нет! Хотя они определённо ухватились бы за такую возможность. Пока только Флора. Мы все желаем ей счастья, – она заёрзала от волнения. – Давай, найди её. Она, наверное, у себя в комнате. А я пока скажу отряду, что ты немного задержишься. Жаль, что у тебя мало времени, но она это понимает.
