Текст книги "Warhammer 40 000: Держатель Патента (СИ)"

Автор книги: Сергей Самылкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 20 страниц)

Глава 19. Начало сражения на фронтире.

Немногочисленные дни, которые мы планировали провести на планете проносилась быстро, ибо все как один были насыщены работой. С точки зрения управления делами планеты самым важным было спорное, но твердо отстаиваемое мной решение не восстанавливать древние ульи. Во всяком случае пока они не будут тщательно изучены настоящими специалистами, на что потребуется ни одно поколение.

Я как в теории, так и на своем опыте знал во что превращаются подобные нагромождения древних технологий, туннелей и помещений, закопанные под бесчисленными слоями новых построек. Несмотря на так ценимые Администратумом сиюминутные выгоды от завоза на вновь открытый мир толп совершенно неквалифицированных людей и стремительное, но поверхностное восстановление верхушек руин, мы уже начали проводить принципиально другую политику в отношении колоний. Кроме того, этот мир за тысячелетия, в течение которых на его поверхность не ступала нога человека излечился от многих нанесенных его облику ран и теперь мог стать воплощенным в жизнь изображением с моего знамени. Потому пусть не для любого другого правительства, но именно для нас было куда правильнее начать постройку новых тщательно распланированных магосами-ремесленниками поселений, а руины оцепить и взять под постоянное наблюдение.

Наконец закончив дела на поверхности и едва успев восстановить силы после наплыва бумажной работы, я спустился в святая святых нашего с Секстом культа. Пройдя через лаборатории в операционную, я увидел самого архимагоса который знакомил маленького Региса с оборудованием сразу после того как мальчик отошёл от очередного сеанса генной терапии. Рядом с ними я разглядел и магоса-имплантатора Альмарека который приветствовал меня.

Подойдя ближе и получив внимание Региса я легко поднял его перед собой и с улыбкой спросил названия нескольких приборов которые только что называл Секст. После того как мальчишка, пусть запинаясь и временами поглядывая на учителя, но назвал их все правильно я опустил его на пол и взъерошив волосы по секрету сообщил сыну что он большой молодец. Секст мелодично и вдохновленно на техно-лингве оценил успехи мальчика как сверхъестественно высокие, после чего поспешил вывести его из операционной.

Когда мы остались наедине с Альмареком, то я подошел к операционному столу и начал подготовку к установке имплантатов наравне с ним. Процесс был небыстрым потому я успел не только поприветствовать соратника, но и обсудить несколько моментов.

– Приветствую тебя почтенный Альмарек. Ты сообщил что смог воплотить в реальность, ту концепцию которую я разработал перед тем как покинуть планету. Расскажи, как тебе это удалось.

– Конечно господин Калледон. Оставленные вами инструкции поистине вдохновили меня тем как в них идеально сочетались простота, вызванная объективными ограничениями и развитие недоступные пониманию еретиков. Взяв за основу Мозговые имплантаты и наиболее продвинутые элементы Черепной схемы, сохранившиеся от неверного магоса погибшего на борту «Покорителя звезд» я позволил себе рекомбинировать порядок подключения оных с целью подогнать их под необходимые форму и размер. Теперь мы можем удалить все ваши простые нейроимплантаты и заменить их этой древней и священной техникой. Однако, как вы и спланировали мы не избавимся от удаленных или превосходящих выделенный объем устройств, но распределим их по священной поверхности вашего металлического позвоночника предварительно облачив в тонкую бронированную оболочку. Таким образом мы ограничим вмешательство в живой, а значит священный мозг и при этом сохраним полную эффективность имплантатов! – вдохновение с которым рассказывал о своей работе Альмарек полностью передалось мне, когда я понял, что он в полной мере добился успеха выполняя поставленную задачу.

«Еретичность» данной операции меня вовсе не смущала. Сколько бы я ни пытался представить себе ситуацию, в которой еретики получали возможность покопаться в моей голове, предварительно не заковав меня в цепи, ничего путного не получалось. С другой стороны, пережив запланированную операцию я получал массу новых возможностей защититься от вражеских нападок и это того стоило.

Когда мы практически закончили подготовку к операции вернулся Секст приведя самых опытных хирургионов. Доверяя свое тело культу, я занял положенное место и дождался введения всех необходимых медицинских препаратов после чего слушая многократное повторение инструкций, касающихся реабилитации погрузился в темноту.

Когда через многие дни, потребовавшиеся для полного восстановления я снова пришел в себя, то согласно инструкции, не открывая глаз проверил все оборудование, к которому был подключен. Тут же я почувствовал, как в ответ на привычные импульсы разума прямо перед закрытыми глазами проносятся тысячи строк данных каждую из которых я успевал изучить со всех сторон. Около получаса я знакомился с данными, вносил необходимые изменения и производил общение с Секстом через два последовательно подключённых когитатора, один внешний и второй ставший неотъемлемой частью меня.

После этого я медленно открыл глаза и спустя считанные секунды взвыл от боли. Когда я лихорадочно моргал потоки данных никуда не исчезали, а вихрь расчетов созданный попытками механической части организма сдержать и одновременно превзойти естественные реакции не успевал ни спасти мои перегруженные глаза ни даже остановить начавшееся кровотечение. Секст немедленно бросился ко мне и внимательно изучая потоки информации, которые я пересылал для него в тот момент, когда мое тело рефлекторно пыталось вырваться из захватов. После нескольких секунд беззвучного диспута, он начал введение обезболивающих и расслабляющих препаратов, а затем удаление поврежденных органов.

Всего спустя несколько минут я обессилив повис на поднятом в вертикальное положение для облегчения проведения последних операций столе. Боль уходила по мере введения в организм обезболивающего, а потоки данных стоящие перед моим внутренним взором никуда не делись в отличии от зрения. Стремясь сбежать от непривычного ощущения, я подключился через внутреннюю сеть к ближайшей камере наблюдения и теперь рассматривал себя со стороны.

– Господин Калледон вы в порядке? – с беспокойством, вплетенным в код спросил Альмарек, после чего попытался объясниться, – мне очень жаль! Я многократно проводил расчёты сначала с учетом эталонных показателей человеческого организма, принятых в рамках культа, а после несомненно учел тонкую настройку под ваши индивидуальные параметры. Боюсь несмотря на все мои старания я неосознанно совершил ошибку при установке последовательностей и распределении нагрузок на зрительную функцию. Новая внутренняя структура имплантатов вероятно требует серьезной перенастройки данного процесса.

Сдержав желание выругаться на родном языке, я сообщил о том, что состояние приемлемое. Однако вскрытие побочного эффекта на собственном опыте не отвечало моим желаниям! Ознакомившись с извиняющимися и успокаивающими ответами соратников, я искренне рассмеялся, находя в произошедшем повод для установки новых имплантатов, после чего отдал приказы касающиеся продолжения операции и ликвидации последствий вскрытых побочных эффектов.

Когда через земные сутки и еще двенадцать секунд я снова очнулся, то с любопытством осмотрелся вокруг. Соратники, заметив это тут же бросились осматривать меня и снимать фиксацию. Я в это время остановив взгляд на Сексте с интересом изучал его фигуру новыми органами зрения. Правый глаз был заменен тщательно улучшенным биологическим имплантатом, выращенным еще на Византии вместе со множеством других «запчастей». Он был аналогичен живому глазу Секста и видел мир почти как раньше, просто взгляд теперь был более острым. Зато левый, на который была отведена вся нагрузка, касающаяся анализа внешнего мира на машинном уровне, был заменен высококлассной аугментикой со множеством встроенных режимов работы. Более чем удовлетворённый заменой я обратился к окружающим меня людям.

– Пусть до полного успеха и истинного понимания всей нашей работы еще далеко, но с благословения Омниссии именно мы сможем достичь их. Прекрасная работа почтенные соратники. Кризисная ситуация преодолена в кратчайшие сроки, а значит я немедленно возвращаюсь к обычной деятельности, но с новыми силами и возможностями.

После этих слов я облачился в роскошные одежды и вновь вышел на поверхность планеты где в ближайшие несколько дней меня ждала окончательная адаптация к новым возможностям, а затем и полет к фронтиру. В любом случае вне рабочей необходимости или стрессовой ситуации благодаря сохранённым функциям мозга я вполне мог оставаться собой, потому произошедшие изменения никого особо не смутили, а новая видимая аугментика была воспринята как давно ожидаемое изменение. Словами было не описать насколько меня радовали кратно возросшие вычислительные мощности собственного разума! Буквально следующим вечером я впервые за долгие годы не утомившись разобрался со всеми запланированными к рассмотрению вопросами. После чего размявшись и довольно улыбнувшись потребовал принести в кабинет несколько десятков новых документов и собраний справочных материалов.

В итоге, когда через несколько дней мы покинули планету, то я точно знал, что сделал все возможное и необходимое. Очередной варп переход по известному маршруту не принёс ничего нового обитателям мостика, потому сразу после прибытия на фронтир я обратил свое внимание на показания корабля. На этот раз наша эскадра заявила о себе как о хозяевах окружающей пустоты и не скрываясь провела активное сканирование системы. Отметив новый остов пиратского корабля, захламляющий пустоту мы убедились, что это единственное что осталось от пиратской эскадры в системе. Торжественно пройдя этот участок фронтира насквозь и оставив на оспариваемой планете дополнительный полк мотопехоты, мы начали собственное вторжение на территории противника.

Совершенно новая система и её тщательное сканирование одарило нас массой любопытных знаний. Уже ставшая привычной тщательно восстанавливая орбитальная оборона и инфраструктура вокруг обитаемого мира была отмечена, а разбирательство с ней отложено на ближайшее будущее. Куда большую долю моего внимания заслужили расположенные вокруг газового гиганта станции построенные пиратами и уже активно занимающиеся добычей топлива, а также обнаруженные корабли противника. Не считая пары «Двуглавов» немного усиливающих обороноспособность планеты в системе присутствовали внутрисистемные танкеры и еще одна боевая эскадра.

Со всей тщательностью сканируя корабли противника я с интересом отметил что тройка кораблей имеет совсем нетипичный для пиратов состав. Флагманом эскадры был редкий легкий авианосец, а точнее легкий крейсер типа «Непокорный». Корабль такого класса отказавшийся от бортовых батарей в пользу ангаров для МЛА был нечастым явлением и неизбежно привлекал внимание. В качестве эскорта по бокам от него шли типичный «Двуглав» и наш старый знакомый! Фрегат «Фальшион» который много лет назад сбежал от меня в ходе первой битвы против Хеттийских кланов!

Довольный перечнем обнаруженных противников я немедленно направил эскадру к газовому гиганту. Мне было интересно спрячутся ли пираты под прикрытием планеты или объединив все имеющиеся силы попробуют защитить довольно ценное оборудование. Однако попытка пиратских кораблей связаться со мной подсказывала что перед тем как узнать о их перемещениях мне представится возможность пообщаться с ними. Велев одобрить запрос на установление связи, я удобно устроился на капитанском троне, готовясь к легким переговорам с капитанами вражеской эскадры.

– Проклятье! – первым же делом рявкнул пират, вещающий с легкого крейсера, – Калледоны, сколько еще ваше семейство будет портить нам кровь?

– Приветствую вас. Вы имеете честь говорить с Виктором Калледоном, главой нашего несравненного семейства. Должен заметить, что вам безмерно повезло ведь сегодня вы, встретились именно со мной. Надо ли говорить, что я тот самый человек, который сможет четче других ответить на ваш несомненно справедливый вопрос? Однако для начала хотелось бы узнать имя и положение собеседника, – стоило мне уловить неподдельную злобу в голосе противника, как я перешел на самодовольный тон в попытках потянуть за неё и спровоцировать атаку.

– Ах ты! – начал было собеседник, но осекся и вернул самообладание, – ну конечно это ты! Разве мог кто-то иной прибыть на флагмане вашего рода?! Меня называют Стиг Грабитель и я текущий глава клана пустотников рожденных на борту «Стража».

– Прекрасно! Раз знакомство состоялось, то позволю себе ответить на ваш вопрос. Мы вовсе и не собираемся портить вам кровь! Я лишь хочу выпустить её всю до последней капли, ведь это кровь пиратов, которым повезло найти сокровище ушедших эпох. Ни один бандит пусть даже и обладающий кораблем не достоин владеть им! Хотя бы просто потому что у вас никогда не хватит сил удержать найденные миры в своих руках, – вдохновленно и с самоотдачей я говорил пирату в основном правду, – мы разгромим вас хотя бы потому что можем себе это позволить. Если случится чудо и вы одолеете меня, то это будет абсолютно неважно. Пройдут считанные годы и вас разотрут в пыль силы Имперского флота, раскатают по поверхности планет фаланги Адептус Механикус или любые организованные не на манер пиратской шайки ксеносы. Впрочем, если я ошибаюсь и ничего их этого не случится, то вы пропадете с лица галактики чуть позже благодаря беспощадным течениям варпа.

– Ты самонадеян вольный торговец! Твои угрозы мне знакомы, но я не столь впечатлителен как мой сын. Знай, обещания мрачной судьбы не испугали меня прозвучав из уст вздернутой пророчицы, а значит и тебе ничего не светит.

– Отец! – раздался голос другого пиратского капитана, – пусть ты решил в очередной раз опозорить меня и заодно себя, но прошу не превращать переговоры в жалкий цирк. Я искренне прошу прощения господин Калледон, мы здесь вовсе не для того чтобы обмениваться колкостями. До того, как вы четко и ясно сообщили о своих целях, я надеялся убедить вас оставить в покое наши предприятия.

– Крелл Болтун снова только и делает что болтает, – коротко вставил капитан «Двуглава».

– Извинения приняты, – спокойно сказал я, примерно представляя какой «замечательный» папаша был из пирата по имени Стиг Грабитель, – продолжим разговор после того как я без сопротивления с вашей стороны разграблю территории, находящиеся под защитой «грабителя».

Приказав немедленно разорвать связь, я принялся наблюдать за маневрированием противника. Все пять вражеских кораблей собрались в одну эскадру, но не выходили из-под прикрытия оборонительных систем планеты. Не без разочарования отметив это я дождался того момента, когда мы смогли высадить абордажные команды на вражеские добывающие станции. Никто из пиратов видя, что их бросили не пытался оказать сопротивления, а их рабы приветствовали нас со сдержанной радостью. Впрочем, мы тоже отнеслись к ним с опаской. Хотя я приказал перевести вчерашних невольников на корабли, а также обеспечить пищей и медицинской помощью, но до тщательного изучения аборигенов не обещал ничего большего.

Наша эскадра в течение нескольких суток методично разграбляла вражеские сооружения, после чего мы отдалились от газового гиганта на дистанцию выстрела и несколькими залпами фрегатов превратила в обломки все что не удалось забрать. Я совершенно не представлял сколько времени потребуется пиратам чтобы собрать подкрепление необходимое для того чтобы выбить нас из системы, потому не собирался здесь задерживаться. Чтобы достичь полной победы необходимо было действовать быстро!

Направив эскадру прямо на вражескую оборону, мы набрали максимальную возможную при условии сохранения строя скорость и сымитировали атаку. Подойдя на самый край дистанции, с которой орбитальная оборона могла достать нас мы успешно заставили вражеские корабли пойти на сближение, а их флагман атаковать нас при помощи собственной авиации. После этого моя эскадра слаженно начала резкий разворот оставаясь вне зоны поражения вражеской артиллерии, а налетевшие МЛА приблизившись столкнулись с непроницаемым для них зенитным огнем трех моих кораблей.

Еще несколько секунд и «Покоритель звезд» выпустил залп мельта-торпед, после чего начал стремительно удалятся от противника, прикованного к планете страхом перед поражением в честном бою. Каждый из вражеских кораблей кроме флагмана обладал не слишком хорошими зенитками, но добраться до легкого крейсера сквозь всю эскадру могла в среднем одна единственная торпеда из залпа. Именно поэтому они были разделены на две группы и получили совершенно другие цели!

Изначально все указывало на то что торпеды ударят по вражескому легкому крейсеру. Однако, когда наступил идеальный момент опытные техножрецы перенаправили их на не ожидавшие этого «Двуглавы». Затраты на значительно улучшенные торпеды оправдались очень быстро и оба пиратских рейдера не смогли ничего предпринять для собственного спасения. Разрушительные взрывы в глубине известных хрупкостью корпусов пиратских кораблей оповестили всех о потери пиратами численного преимущества.

Довольный практически идеальной реализацией тщательно просчитанного маневра я велел транслировать на все пиратские корабли и сооружения свое объявление.

– Я вольный торговец Виктор Калледон обращаюсь ко всем живущим до окончания перезарядки торпедных аппаратов моего флагмана пиратам. Вы наверняка успели свыкнуться с мыслью о том, что Империум будет беспощаден к вам в случае если вы попадете в его руки, но сейчас мы находимся вне его границ. Здесь существует лишь один закон, а именно мои слово и воля! Потому слушайте внимательно! Сегодня умрет каждый из тех, кто окажет мне сопротивление, но экипажи капитулировавших кораблей доживут до завтра. Если вы достаточно благоразумны чтобы сдаться, то вам необходимо всего лишь обесточить системы своего корабля или сооружения, после чего вас возьмут в плен, а не убьют. Даю слово Виктора Калледона, – довольный сказанным я не оборачиваясь бросил офицерам мостика, – а теперь глушите их внутреннюю связь всеми силами и готовьтесь к настоящему бою.

Глава 20. Победа и отступление.

«Покоритель звезд» словно охотник уверенный в своей победе двигался по периметру вражеской обороны, пока матросы перезаряжали торпедные аппараты. Сейчас крайне важно было не открыть пиратам удобного пути для бегства и все маневры были сосредоточены на том чтобы удержать их корабли в ловушке. Ошарашенный почти мгновенной потерей двух рейдеров противник едва ли был способен атаковать, а успешное подавление внутренней связи между оставшимися силами пиратов по моим расчётам должно было довершить их превращение в разрозненную свору вполне способную на капитуляцию.

С удовлетворением я наблюдал за тем как экипаж пережившего мой первый удар пиратского рейдера начинает последовательно обесточивать системы своего корабля. Чуть позже к нему присоединился и фрегат. Однако легкий крейсер и не подумал сдаваться, а вместо этого отошел к сохраняющим боевую готовность платформам. Из его ангаров с задержкой начали появляться перехватчики способные стать большой проблемой для следующего торпедного залпа.

Четко понимая, что момент для атаки наступил я приказал сменить курс и начать сближение с флагманом противника на максимальной скорости. Фрегаты сопровождающие «Покоритель звезд» должны были сосредоточенным огнем уничтожать оборонительные платформы, пока крейсер развернутый к врагу бронированным носом стремительно сокращал дистанцию. Торпедные аппараты еще и близко не были готовы к пуску следующей волны смертоносных торпед, что не позволяло воспользоваться никаким оружием в ходе сближения, но с другой стороны и вражеский легкий авианосец был занят отправкой в космос максимально облегченных перехватчиков неспособных остановить крупный боевой корабль.

Напряженно все офицеры мостика наблюдали за тем как сначала залпы вражеских оборонительных систем испытывают пустотные щиты корабля на прочность, а затем и неизбежно перегружают их на середине пути. После этого снаряды и лучи лэнсов начали вгрызаться в бронированный нос моего флагмана, но наиболее тонкие расчёты говорили о том, что вражеское сопротивление было способно лишь отяготить вину пиратов. Когда торпедные аппараты наконец были перезаряжены, то полный залп вырвался в направлении оборонительных платформ, а мой начавший торможение флагман почти поравнялся с бортом слишком медленно начинающего разгон легкого крейсера.

Убедившись в успешной реализации маневра, я оставил корабли на попечение Ксантии и во главе телохранителей направился в ангар намереваясь принять участие в абордаже. Более того со своими отрядами в абордаж готовились влиться одновременно Даро, Макс и Секст. Полноценный легкий крейсер при условии наличия на нем полного экипажа должен был стать самым серьезным испытанием для наших абордажных команд. Естественно, не считая космического скитальца несравнимого ни с чем входящим в состав любых уже встреченных мной регулярных флотов.

Конечно я не мог себе позволить отправится на борт вражеского корабля в составе первой волны и заняв место на борту личного транспорта терпеливо дождался момента, когда зенитные орудия ослабят вражескую авиацию, а гвардия создаст плацдарм на борту атакуемого корабля. Когда самый рискованный этап операции завершился успехом, то отборным отрядам понадобились считанные минуты чтобы оказаться на палубах вражеского корабля.

Архимагос Секст и группа Биомеханикус под прикрытием боевых сервиторов с неописуемой решимостью двинулись в сторону реакторов корабля. Даро со своим отборным отрядом прилагал все усилия к тому чтобы координировать действия повсеместно ведущих бои сил гвардии. Про Максима и его людей ничего не было слышно, но я уже знал, что отряд ассасинов распался на множество частей и прямо сейчас проникает в тылы противника намереваясь устроить ему бесчисленные проблемы.

В таких условиях мне, пожалуй, не оставалось ничего иного кроме как возглавить атаку, нацеленную на мостик корабля. Ведя вперед личную гвардию, облаченную в панцирную броню и вооруженную всем необходимым для успешного продвижения разнообразием разрушительного оружия, я столкнулся с многочисленными вооруженными пиратами вполне компетентными в деле ведения боя на палубах космических кораблей. Однако мои войска действуя совместно превосходили пиратов в снаряжении и выучке в разы если не на порядок, потому любые усилия врага были напрасны. Все группы пробивались к своей цели и делали это очень быстро.

Вскоре приняв несколько пуль поверхностью абордажного щита и почувствовав ослабленную отдачу несмотря на работу амортизаторов, я залил коридор огнем болтера, сражая одного за другим трех вражеских бойцов. Опустошив обойму, я уступил место одному из телохранителей и к моменту окончания мной перезарядки коридор уже был зачищен. Путь к задраенным дверям мостика был для нас открыт и несколько подрывников приступили к установке зарядов необходимых чтобы вскрыть мощную многослойную броню.

После краткой минуты отдыха серия верно рассчитанных взрывов создала проход необходимого размера. Перед тем как телохранители устремились на мостик через проход проследовал мистер граната, а за ним и вся его немаленькая фотонная семья. Однако несмотря на все предосторожности первый же телохранитель попытавшийся проскочить внутрь был поражен выстрелом плазменного оружия. Штурм это не остановило, но задало тон всему его ходу.

Для защиты мостика пиратский вожак собрал отряд отборных головорезов и хорошо вооружил их. Потому кровь лилась с обеих сторон и крайне важную роль в успехи нашего натиска сыграло наличие у меня рефракторного поля. Получив благодаря его работе возможность прорваться в гущу противников, я выхватил Погибель бездушных и прикрываясь щитом от выстрелов слева смог нанести выверенный укол в грудь ближайшего пирата. Затем я залил еще нескольких противников потоком прометия из однозарядного экстерминатора установленного на моем мече и укрылся за капитальной колонной.

Стоило мне ослабить вражеский фланг как рядом оказались несколько телохранителей которые очень быстро заняли позиции, а затем и развили успех. Пираты сражались отчаянно по всей видимости приняв мои слова о том, что они сегодня умрут со всей серьезностью. Понадобилось пережить еще несколько минут серьезного боя прежде чем мостик был зачищен, а вражеский капитан, получив мощный удар кромкой щита по лицу упал на колени в шаге от меня.

– Приветствую вас капитан Стиг. Похоже ваша судьба послужит неотразимым примером того что я не разбрасываюсь угрозами просто так, – успокаивая себя после боя произнес я.

– Ты безумен вольный торговец! – выплевывая зубы прошипел Стиг, – ни один нормальный человек не станет так рисковать кораблем и собственной жизнью.

– Это только твое мнение пират. Ты даже не представляешь насколько оно ничтожно в сравнении с моим тонким расчетом маневра, – не понимая с чего бы мне было считать риском тщательно просчитанные действия я отдал указания касающиеся судьбы пирата по внутренней связи, – вроде на одном из сдавшихся кораблей был сынок этого дурня, так что пока отложим казнь чтобы не омрачать принятое капитаном фрегата решение. Кроме того, раз он один из их главарей, то с ним должны незамедлительно начать работать специалисты.

Закончив с капитаном, я поспособствовал установлению контроля над системами корабля. Несколько разгерметизированных прямо отсюда отсеков сэкономили массу жизней и окончательно сломили сопротивление пиратской команды. Победив на борту легкого крейсера, я уверенный в способности своих людей самостоятельно взять призовые корабли под контроль позволил себе принять участие в обыске капитанской каюты.

Пропуская вперед саперов и взломщиков, я неспешно прошел через мостик в зал на всем протяжении которого, пират хранил свои трофеи. По мере того как пространство впереди становилось безопасным я с удовольствием осматривал ближайший примечательный трофей и дожидаясь новой отмашки переходил к другому.

Фуражка корабельного комиссара, грубый болт-пистолет и разорванный камзол были первым увиденным экспонатом, вовсе не нужно было быть гением чтобы понять какая история с наибольшей вероятностью стояла за ними.

Пройдя дальше я с интересом отметил аккуратно разложенные под защитным стеклом торговые хартии, отобранные у жертв пиратских атак. Некоторые из них вполне могли представлять ценность, и я незамедлительно велел перенести их в защищенные хранилища флагмана. Даже если все что они позволят сделать так это уточнить списки пропавших торговых кораблей, то для Администратума это будет полезно.

Следующая композиция, а точнее лежащие на нем камни заставил меня скривиться от накатившего понимания неизбежных встреч с незваными гостями. Не без труда, но я узнал камни душ эльдар. Говоря откровенно не такой, я представлял себе первую встречу с этими ксеносами. Предполагалось, что однажды они просто окажутся у меня на пути и не оставят иного выбора кроме как драться вместе с ними или против них, но найти беззащитные души я не ожидал. Можно было сколько угодно рассуждать о том способно ли человечество ужиться с другими видами, но для меня было очевидно совсем другое.

Найдя эти камни, я должен был взять на себя обязательства по их сохранению. Сама мысль о том, что они будут поглощены порождениями варпа и усилят любое из них, была для меня невыносимой. Нельзя было ни выбросить их ни тем более продать надеясь, что они не окажутся в руках того, кто использует их для проведения темного ритуала. Потому около сотни до этого безвкусно разложенных камней перекочевали в затребованный мной сундук, после чего должны были отправится в хранилище.

Не слишком обрадованный последней находкой я прошел в каюту капитана и устроился в кресле прямо напротив сейфа, с которым возились техножрецы. Дело обещало затянуться и потому я начал просматривать информацию, хранящуюся в собранных здесь инфопланшетах, бумагах и на уже взломанных когитаторах. Одной из самых первых и самых интересных находок была информация о изначальном названии этого корабля. Заполучив её, я мог сопоставить все имеющиеся данные и докопаться до истории появления Хеттийских кланов.

Как было принято в Империуме все началось с Ереси, а закончилось сецессией. Первопричиной беды было случившееся около двухсот лет назад нападение объединенных сил древнего врага на кластер ныне потерявших свою значимость миров. Кто-то ныне преданный забвению смог объединить вокруг себя разрозненные варбанды и на несколько десятилетий превратить логистику ближайших систем субсектора в ад. Понятия не имею что случилось в итоге с этими хаоситами, но их деятельность привела к внутреннему кризису известному как «Война за десятину».

Типичная ошибка Администратума привела к тому что с миров в течение десятилетий страдавших от разрушения торговых путей затребовали выплату полной десятины за все это время. Возможно правительства планет попытались исправить ситуацию через Администратум, но по неудачному стечению обстоятельств или в результате злоумышления все потуги были безрезультатны. Доведенные до отчаяния правители миров начали независимо друг от друга массово нанимать каперов, а затем и откровенных пиратов. Затем они стали натравливать их на транспортные корабли друг друга, а вскоре и на любые проходящие рядом торговые маршруты с целью собрать необходимую десятину. Всего за пару десятков лет регион превратился в пиратское гнездо, в котором уже нельзя было отличить правых от виноватых.

Игры кончились, когда пираты вступили в открытый бой с патрулем Имперского флота и уничтожили несколько кораблей из его состава. Вскоре после этого пиратскую заразу было решено быстро и решительно выжечь силами флота. Два линейных крейсера, до десяти обычных крейсеров и множество иных кораблей со временем приняли участие в «Войне за десятину».

Сначала Имперский флот сражался против разрозненных пиратов. Однако поняв, что они оказались на грани смерти, еще вчера рвавшие друг другу глотки пираты смогли образовать неустойчивую конфедерацию. Собрав преимущественно рейдерский флот они в течение нескольких лет неумолимо проигрывали свою войну против Империума. В итоге после разгромного поражения остатки пиратского флота бежали за пределы Империума в ходе этого прорыва потеряв большую часть кораблей. Одним из семи уцелевших кораблей был тот самый легкий крейсер, который я считанные часы назад взял на абордаж. В те давние времена он носил имя «Гнездо ястребов», а теперь похоже назывался «Стражем».