Текст книги "Real-RPG: Ледяное пламя (СИ)"

Автор книги: Сергей Извольский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц)

Глава 13. Эхо войны

С трудом смаргивая пелену перед глазами, осматриваясь вокруг, я понял, что нахожусь в величественном главном зале дворца Дома Иллуны. Даже разруха и смерть не могли скрыть безмятежную красоту, которой ранее обладало это место. Но сейчас на белоснежных стенах коптилась гарь, а ручейки водопадов били в груды разлагающихся тел. В одной из стен дворца я заметил родник, из которого вытекала кристально читая вода, тут же попадая в бассейн, куда накидали не менее двух десятков изуродованных трупов. На выщербленных и оплавленных магией лестницах также во множестве лежали остатки защитников и нападавших.

Но смерть и разрушение ни шло ни в какое сравнение с уничтожением священным деревом жизни Дома Иллуны, срубленного практически под корень. Даже меня, не сильно знакомого с нравами и обычаями лесных эльфов, проняло зрелище поваленного величественного древа. Мертвый ствол лежал с обрубленными ветвями, с которых осыпалась гниющая листва. Не засыхающая, а именно гниющая – собираясь на полу в вязкую желейную массу.

Дерево жизни стало деревом смерти.

Но страшнее всего было то, что я увидел на остатках некогда великого дерева. На выщербленном ударами топоров спиле огромного пня лежала обнаженная Блайна, широко раскинув руки и ноги. Такую позу она заняла несамостоятельно – ее запястья и ступни были прибиты к пню четырьмя кинжалами.

Правая сторона лица воительницы представляла из себя сплошной кровоподтек, а на плече обожженная кожа слезала струпьями. Последствия попаданий магических стрел Ронана – догадался я, разглядывая раны эльфийки. Но Блайна на неудобства и раны не обращала внимания – глядя на Ронана, она обращалась к нему. В звучащем под сводами голосе было столько яда, что у меня даже мурашки по спине побежали. Ронан на слова Блайны не реагировал, разглядывая свой интерфейс – я видел это по его отстраненному взгляду.

Блайна продолжала говорить, посылая проклятия на голову полуэльфа. Слов я не понимал – воительница говорила на языке Сильваны, но по интонации спутать было сложно. Не знаю, зачем она обращалась к Ронану – он ведь уже и так проклят Иллуной; видимо, просто больше ничего эльфийке не оставалось.

Зрелище и атмосфера в пустом зале дворца поразило меня до глубины души даже несмотря на то, что я сейчас нахожусь явно в непростой ситуации. На моих запястьях были широкие браслеты – я чувствовал их, не видел: руки стянуты за спиной, а сам я лежал в отдалении, у стены. Попробовал пошевелиться, и за миг до того, как все тело пронзило вспышкой невероятной боли, услышал звук цепей.

– Максим, потерпи немного, – не оборачиваясь, успокаивающе произнес Ронан, и шагнул к распятой.

Почти сразу голос Блайны прервался булькающим хрипом, а сама она забилась в конвульсиях. Что именно начал делать Ронан с эльфийкой я не видел – он стоял ко мне спиной, закрыв полный обзор на пленницу. Но наблюдая судорожные рывки, глядя как пришпиленная кинжалами эльфийка пытается вырваться, меня в холодной пот бросило. По спине мазнуло морозом, а в животе появился противный тяжелый ком испуга.

Блайна попыталась еще что-то сказать, прокричать, но ее слова прервались утробным стоном. Правая рука эльфийки дернулась, и ударилась в крестовину чуть расшатанного кинжала. Блайна попыталась вырвать руку, но Ронан отвлекся на секунду и резким ударом вбил кинжал обратно, вновь пришпиливая запястье эльфийки к дереву.

Глядя на происходящее, я с трудом сглотнул. Во рту пересохло от ужаса зрелища, от мучительных стонов Блайны. Я примерно представлял умение эльфов в пыточном искусстве и понимал, что воительница сейчас испытывает нечеловеческие мучения. Она вновь попыталась закричать, и снова ее вопль прервался хрипением и бульканьем. У меня при этом в буквальном смысле слова поджилки затряслись – настолько страшными были звуки, и сколько в них читалось мучения и боли.

Страшно мне было только от осознания, происходящего – ведь у меня есть портальный свиток, и использовать я могу его через интерфейс, даже не открывая. Даже не пытаясь храбриться, с трудом сдерживая панику, я привычно расфокусировал взгляд, ища на периферии зрения иконки интерфейса.

Секунда, две, три.

Горло схватило спазмом – я пытался сглотнуть, и не получалось – потому что узнал, что значит быть парализованным от страха. Интерфейса перед взглядом не было, а на периферии зрения клубилась едва подсвеченная грязно-серая муть. Я снова попытался пошевелиться, не веря в происходящее – разум оказался не готов обреченно смириться. И вновь, стоило совсем шевельнуться, как тело пронзила дикая боль – я даже крикнуть не смог, беззвучно открывая рот.

– Сегодня прекрасный день для смерти, – четко выговаривая слова, произнес Ронан, – и если ты еще раз дернешься, я не оставлю тебе шанса умереть легко. Ты меня понял? – на мгновенье обернулся полуэльф, глянув на меня антрацитово черными глазами.

По лицу текли брызнувшие от непереносимой боли слезы, мышцы живота дрожали, словно я получил разряд шокера, а рот бессильно приоткрывался – я так и не мог вздохнуть.

Но на телесные неудобства сейчас внимания почти не обращал: перед глазами так и стоял полный беспросветного мрака взгляд Ронана.

– Уъуска, – только и выдохнул я, понимая, что попал. Вот просто конкретно попал, и выхода нет. Очень неприятное чувство.

Через десяток секунд немного пришел в себя, но навалившиеся отчаяние и паника были гораздо хуже боли. Все, приплыли. Доигрался в командира и стратега. Рожденный ползать летать не может, куда я вообще полез? Как вообще решился ввязаться в эту авантюру, как поверил Ронану, Блайне? Вернее, не поверил, а решил, что они оба дадут мне беспрепятственно получить слепок памяти Андориэнн? Оба ведь шли со мной, руководствуясь своими интересами, и если бы не Ронан победил, думаю Блайна также не ждала терпеливо, пока я узнаю все что нужно, а использовала бы меня в своих целях.

Сквозь горечь осознания мне стало смешно – еще вчера рассуждал о недальновидности эльфов, которых люди уже по факту низвели в подчиненную расу, а сегодня сам стал чужой куклой.

Эльфийка между тем забилась в отчаянии, не в силах терпеть непереносимую боль. Неожиданно я почувствовал фантомные отголоски ее мучения, содрогнувшись от ужаса. И при этом между нами словно протянулась невидимая связующая нить, и я начал ощущать эльфийку, чувствовать ее.

Блайна тоже почувствовала нашу связь – и сквозь тупое онемение беспамятства и вату в голове я почувствовал ее мольбу. Эльфийка уже была изведена болью до животного состояния, когда работают одни лишь инстинкты. Она была в таком состоянии, когда выдают любые секреты, падают на колени и целуют ноги, лишь бы избавиться от боли.

Страдания Блайны были столь непереносимы, что она рванулась, ломая тонкие кости запястья, пытаясь вырвать руку – так волк перегрызает себе попавшую в капкан лапу. Но Ронан был начеку – резкий взмах, и еще один кинжал пронзил запястье эльфийки, вновь ее обездвижив. Блайна тонко заскулила, и я еще сильнее почувствовал ее эмоции – ощущая ее мольбу о помощи.

«Это очень важно» – шепнула эльфийка в моих воспоминаниях. Она сказала это тогда, когда наши сознания слились, и я оказался в теле призрачной пантеры, наблюдая за убийством эльфийской королевы Зимы. Блайна точно непросто так хотела укрепить связь между нами, и видимо это действительно было очень важно. Вот только делала она это явно не для того, чтобы я помог ей на пыточном столе, в который превратился пень великого дерева. Сейчас же эльфийка умоляла ей помочь избавиться от части боли. Нет, не только об этом:

«Не дай ему провести ритуал», – вдруг раздался у меня в ушах срывающийся на визг голос Блайны. «Мы с тобой все равно умрем здесь, прошу, пусть это не будет напрасно!»

Мука воительницы была столь сильна, что я не выдержал – невольно открылся ее зову, принимая часть боли на себя. В горле появилось мерзкое ощущение режущей острой стали, в запястьях и ступнях запульсировали очаги боли, из груди рванулся крик. Но меня сковывало спазмом, и я лишь сипло выдохнул, не понимая, как можно выдерживать такую нечеловеческую муку.

– Отлично, – раздался под сводами полуразрушенного дворца возглас Ронана. – Ты почти готова, моя дорогая, – успокаивающе потрепал он эльфийку по щеке. Ее лица я не видел, но почувствовал касание полуэльфа на себе – его пальцы несли смертельный, обжигающий болью холод.

– Прежде чем я вырежу твои глаза, я хочу, чтобы ты посмотрела на это, – спокойно произнес Ронан, и вдруг в его руках появилась извлеченная из инвентаря девичья голова. Полуэльф держал ее за волосы, и когда голова начала вращаться, я увидел перекошенное посмертной гримасой лицо. Узнал, несмотря ни на что – это была голова Андориэнн.

Пронзительный крик боли и ненависти заметался под сводами, а тело Блайны выгнулось дугой – эльфийка безуспешно попыталась вырваться. Ронан же отбросил покатившуюся голову и выдерживая паузу, продемонстрировал Блайне кинжал. Лезвие его исходило клочьями тьмы – это было то самое оружие, с помощью которого полуэльф превращал в зомби орков и гоблинов.

Ронан дождался, когда крик Блайны прервался – закончился воздух, и грубо обхватив ее голову рукой, запустив ладонь в волосы, опустил нож. Я в этот момент невольно дернулся, стараясь отстраниться, прервать связывающие нас с эльфийкой чары, не в силах противиться животному страху. Вновь меня встряхнуло словно электрическим разрядом – сработали охранные чары оков. Я попытался закричать, но не успел – почувствовав холодную темную сталь в глазной впадине, провалился в спасительное беспамятство – мой организм просто не выдержал боли.

Очнулся почти сразу, когда Ронан вырезал Блайне второй глаз. И в этот момент я все же закричал, теряя от ужаса разум. Забившись, пытаясь вырваться, я, наверное, выглядел подобно человеку, который схватился за провод под высоким напряжением. Резкий рывок, хруст костей и в себя я пришел от боли многократно более сильной, чем терзала мое тело до этого момента.

Надо мной сидел Ронан, глядя своими заполненными тьмой глазами.Тонкое скуластое лицо полуэльфа перекосила гримаса ненависти – судя по всему он понял, что часть своей боли Блайна смогла перенаправить на меня. Тонкие губы оборотня ощерились, маленькие зубы начали на глазах увеличиваться и удлиняться, превращаясь в клыки. Ярость полуэльфа была настолько велика, что он просто начал неконтролируемое превращение – видимо, ритуал был действительно важен. В то же время полуэльфу сейчас не нужна была форма медведя – я видел, как начавшая бугриться жесткой шестью кожа приходит в норму.

– Ты будешь умирать долго и больно, – негромко пригрозил мне Ронан.

Сказано было спокойным тоном, но глядя в его черные глаза, я понял – последние минуты я испытывал не страх, а так – легкий испуг. Настоящий страх пришел сейчас, при виде холодной ярости полуэльфа.

Спасло его то, что в момент удара в спину Ронан стремительно поднялся – и меч, вместо того чтобы ударить ему в сердце, вспорол бок. Полуэльф рванулся, и острие длинного клинка едва не попало мне в лицо. Ронан прянул вперед, снимаясь с меча, но стоящий за его спиной старик в камуфлированных доспехах просто отпустил рукоять, так что эльф неуклюже споткнулся. Но это был первый клинок среди стражей Сильваны, поэтому меч в боку помешать ему не мог – одновременно с разворотом в руке у полуэльфа появился исходящий тьмой кинжал. При этом за появившимся лезвием веером метнулся шлейф крови, распадаясь на крупные алые капли.

Упруго свистнуло, и на Ронана вдруг оказалась накинута ловчая сеть, сотканная из серых магических плетей. Несколько из них сразу же оказались разрезаны кинжалом, но свистнула вторая сеть, спутывая полуэльфа. Скосив взгляд, я увидел поодаль двух гоблинских шаманов, готовящих очередные заклинания.

В это момент легионер-разведчик с криком прыгнул вперед – в его руке появилось короткое пехотное копье, и широкий наконечник воткнулся Ронану в грудь. И еще раз. И еще.

Ронан упал на колени, вяло сопротивляясь и все медленнее орудуя кинжалом – еще не понимая, что он уже проиграл и сейчас умрет. Легионер же бил и бил копьем, превращая грудь полуэльфа в кровавую кашу. Только услышав среди пропитанной ненавистью тирады «За Люську», я понял, кто передо мной. Губы старика не прекращаясь шевелились в грязных ругательствах, лицо было перекошено гримасой ненависти.

Но перед взором у меня постепенно падала пелена, по всему телу растекалась холодная слабость, а звуки доносились слабее, будто сквозь вату. При этом четко ощутил, как у меня по плечу и груди течет горячая кровь; отголоски фантомной муки, терзающий Блайну были настолько сильны, что я поначалу даже не воспринимал глубокую рану. И почувствовав пульсирующий очаг боли чуть ниже шеи, понял – брызнувшая кровь, в тот момент, когда Ронан достал кинжал, была моей – полуэльф одним движением перерезал мне горло.

Глава 14. Корона Весны

– Уходи! – когда пришел в себя, еще раздавалось в ушах эхо звонкого голоса, которому не помешала даже тяжелая призрачная мгла.

Открыв глаза, увидел окутанную белесым туманом фигуру Наами. Демонесса стояла совсем рядом, держа в руке змеящийся кнут на длинной рукояти из белой кости, украшенной агрессивным узором черного металла. Демонесса опасно щерилась, глаза ее сверкали красным огнем. Но несмотря на явную угрозу в облике, она отступала, мягко переступая по мраморным плитам пола.

Я смотрел на все происходящее снизу-вверх, находясь в той же позе, в которой мне полоснул по горлу Ронан совсем недавно. И все там же – во дворце Иллуны. Вернее, в его копии в междумирье – стены здесь были без следа гари, в водопадах сверкали серебряные капли воды, а великое дерево все еще возвышалось, поднимая ветви к сводам купола. Вот только по всему залу плавал мглистый туман, придавая размытости очертаниям. Яркими красками играли только золотые украшения Наами – традиционно единственная одежда демонессы, если не считать высоких сапогов. И еще опасно горели красным ее глаза с вертикальными зрачками.

Через меня в этот момент перешагнули. Я заметил одну ножку в высоком сапоге, потом вторую, на мгновенье мелькнули обтянутые штанами бедра и ягодицы, почти сразу скрытые белым плащом. Переступившая через меня незнакомка была облачена в комплект боевого мага. Вот только ее шикарный горностаевый плащ, мантия даже, выбивался из образа.

– Вали отсюда шаболда… – вновь раздался звонкий девичий голос, а дальше пошел набор ругательств, совершенно не красящих юных дев, даже если это богиня. Впрочем, на демонессу ругательства похоже действовали – Наами шаг за шагом пятилась, причем даже в отступлении сохраняя агрессивную ауру сексуальности.

От удивления и узнавания окружающей обстановки я дернулся, а почти сразу сжался в ожидании боли от магических кандалов. Боли не было, оков тоже – и осознав это, я встал на ноги. Почувствовав за спиной движение, перешагнувшая через меня Аня коротко обернулась. Ее огромные глаза были широко раскрыты, нижняя губа прикушена, и сама девушка явно напряжена. Еще бы – сохранять спокойствие, когда рядом с тобой вооруженная боевым кнутом демонесса, непросто.

Блондинка каким-то невероятным образом оказалась в междумирье, облаченная в такую странную экипировку. И Анна явно владела магией – она прикрывалась от Наами полупрозрачной полусферой, по которой переливались белые всполохи. Переведя взгляд на мягко отступающую демонессу, глянув на блестяще-черную, словно живую змеящуюся плетку, я вздрогнул. За удивительно краткий миг вспомнил, как работает подобное оружие: кончик длинного кнута, вполне обычного, преодолевает звуковой барьер. А кнуты, усиленные магией и вовсе способны творить страшные вещи – вспомнил я разрушительные удары демонов во время нападения на Стремнине. И словно вспышкой осознания понял, почему Наами отступает. Вернее, она не отступала, а наоборот – собиралась нападать, просто разрывая дистанцию. Я успел в самый последний момент – длинным скользящим шагом пряну вперед, оттеснив Аню и прикрывая. При этом машинально поднял левую руку, в которой возник окутанный зеленым сиянием рыцарский щит. Сразу мы вдвоем оказались внутри еще одной полусферы – кроме белоснежной защиты Ани нас окутало еще и зеленоватой аурой, напитанной силой леса.

В тот самый момент, когда я шагнул вперед, Наами ударила – плетка взвилась, змея кнута упруго колыхнулась и рванулась к нам. Остро заточенный коготь, попав в полупрозрачную защитную сферу Ани, вмял ее так, что брызнули искры. Резкий щелчок ударил болью по ушам, а светлый щит глубоко прогнулся под ударом. И в тот момент, когда изгибающаяся сфера встретилась с моей, зеленой, ожил щит. Из окантовки резво выскочили многочисленные древесные корни, оплетая и укрепляя светло-зеленую ауру. Сверкнула яркая вспышка и кнут отлетел прочь. При этом Наами отбросило, словно сбитую в боулинге кеглю – так что демонесса покатилась по полу. При этом показалось, что возмущенное столкновением сил пространство в зале пошло волнами.

Демонесса между тем, отброшенная ударом, покатилась прямо на призрачное великое дерево, которое здесь, в междумирье, еще было целым и здоровым. Раздался очередной взрыв столкновения магических сущностей, и Наами снова отлетела прочь, неожиданно завизжав от боли. Я при этом оторопел – даже мысли раньше не возникало, что могущественная демонесса может выглядеть настолько жалко и беззащитно. Но собралась и вскочила на ноги Наами быстро, глядя на нас с неприкрытой яростью.

Под сводами зазвучали ругательства на чужом языке, похожем на нижненемецкий диалект – резкие, грубые слова словно рвали пространство вокруг, заставляя дрожать стены. Наами окуталась красной аурой и двинулась к нам. Неожиданно она отбросила кнут и в несколько шагов оказалась рядом, остановившись совсем близко, едва не касаясь призрачной защитной ауры.

– Ты. Ничего. Не знаешь! – глядя мне в глаза, процедила демонесса. –Ты! – снова едва не закричала она, а после вдруг закрыла глаза и выдохнула сквозь зубы. – Ты еще придешь. И тогда мы поговорим, – демонесса говорила, словно гвозди забивая. – И если раньше я готова была с тобой договариваться, то сейчас уже поздно. Запомни – теперь ты сам будешь искать встречи со мной. И цена тебе не понравится, – ощерилась в последний раз демонесса, разворачиваясь на каблуках. Резкий жест, и валяющийся поодаль кнут метнулся с пола ей в руку – при этом с Аней мы вздрогнули одновременно. И еще раз оба вздрогнули, когда Наами обернулась.

– Шаболду ты в зеркале увидишь, – ядовито процедила демонесса, обращаясь к Анне. – Шлюха! – сказала она за миг до того, как исчезнуть в багровом овале портала.

Под сводами дворца наступила мертвая тишина, нарушенная лишь легким шорохом – Аня обернулась, и обняла меня. Прижимая к себе девушку, я почувствовал, что ее бьет крупная дрожь. Плечи Ани поникли, зубы стучали – все же не каждый день стоишь в междумирье лицом к лицу с готовым убить тебя демоном.

Некоторое время мы просто стояли в тишине, успокаиваясь. Я не мог поверить в происходящее – получается, что я в очередной раз умер, или оказался настолько близок к смерти, что попал в междумирье.

– У вас мало времени, – вдруг прозвучал под сводами дворца негромкий женский голос. С Аней мы обернулись одновременно, и столкнулись со взглядом миндалевидных зеленых глаз с золотой радужкой. Высокая – практически на голову выше меня, и необычайно красивая эльфийка в простом платье прошла через весь зал, оказавшись рядом с нами.

– Я вместе с моим народом ухожу из этого мира, – без предисловий начала Иллуна. – И у меня есть к тебе просьба.

Внимание!

Богиня Иллуна предлагает вам личное уникальное задание «Новое семя»

Принять

Никаких условий, подробностей и пояснений к заданию не было.

– Есть одно условие, – продолжила высокая эльфийка. – Для того, чтобы помочь мне, ты должен будешь избавиться от меток других богов, – взглядом показала Иллуна на мое плечо, где под курткой растеклась серая клякса смешавшихся касаний Маргаритки и Наами.

Опять нет времени и надо что-то решать – мысленно вздохнул я. Интересно, в этом мире я смогу хоть раз никуда не торопясь посидеть с бокалом вина, вдумчиво размышляя о происходящем?

– Прежде чем я получил метки богинь, я проходил испытание скверной. У меня станется иммунитет против нежити? – задал я вопрос.

– У тебя останется иммунитет против нежити, – кивнула Иллуна.

– А если… а ты сейчас сможешь избавить меня от чужих меток? – сдержался, и пока не задал я просившийся вопрос.

– Да, – просто кивнула Иллуна.

Подумав немного, я все же решил спросить:

– Здесь, в междумирье, я оказываюсь каждый раз, когда мне грозит смертельная опасность. И получается, что если меток не будет, значит в междумирье в следующий раз я спастись не смогу?

– Нет, – покачала головой богиня.

Хм. Тогда спасибо конечно, но… – мысленно протянул я, думая, как бы помягче отказать богине. Пока размышлял, пришло простое и очевидное решение:

– А если ты сейчас избавишь меня, а после того как выдашь задание, у меня появится еще одна метка? – поинтересовался я, коротко глянув на Аню.

Вопрос явно поставил Иллуну в тупик. Видимо, богиня жила нормами Валлиранта, где существа исповедовали веру только одному богу, не меняя предмета поклонения. И мой откровенно расчетливый, потребительский вопрос просто не укладывался в ее картину мира, где люди по умолчанию ставят богов выше себя.

Подумав немного, эльфийка неожиданно покачала головой, показывая, что просто не знает ответа. Я оглянулся на Аню, так внезапно появившуюся здесь. Блондинка также, как и Иллуна секундой назад, пожала плечами. При этом она еще и скорчила недоуменную гримаску, показывая, что помочь дельным советом в решении не может.

– Есть штрафы за невыполнение? Проклятье, временные ограничения по выполнению, ненависть других богов?

Иллуна, глядя своими удивительными изумрудными глазами в пространство, медленно покачала головой:

– Проклятье и временные ограничения? Нет, ничего подобного, – Иллуна опустила взгляд. – Я ухожу из этого мира. Передо мною была вечность, но так получилось, что передать частицу жизни могу только тебе. Словно… – богиня неожиданно устало пожала плечами, прервавшись на полуслове, и закончила фразу совсем не так, как хотела: – так иногда бывает. Вот только… ненависть других богов? Может быть, но не могу сказать точно.

На обдумывание мне потребовалось несколько секунд – еще один омут, в которой предлагается нырнуть не глядя. Причем непонятно что хуже – принять задание, или отказаться от него – кто знает, какая окажется реакция на это чуждой мне богини?

Их плюсов: задание от богини, нет штрафов к выполнению. Из минусов: богиня эльфийская, возможная ненависть других богов. Хотя кого я обманываю, почему возможная? Но опять же, задание можно не выполнять. Да и если подумать, я вообще должен был умереть еще месяц назад, так мне ли сейчас бояться?

При мыслях о смерти вспомнил, что перед тем как попасть в междумирье, лежал с перерезанным горлом. Вот прямо на этом месте – даже оглянулся, разглядывая приметный узор мозаики на полу. Так что если сейчас богиня выдает мне задание, значит я там не умру? Или останусь здесь, в междумирье, как погибшая на свадьбе Маргаритка?

– Я умер? Там, в реальности?

– В реальности? – усмехнулась Иллуна. – Ты думаешь происходящее здесь нереально? – склонила она немного голову. Я хотел было поправиться, но богиня заговорила прежде: – Нет, там ты не умер. И в самое ближайшее время не умрешь. Остальное зависит от тебя самого.

Внимание!

Вы приняли от богини Иллуны личное уникальное задание «Новое семя»

Подробнее: ▼

Задание: «Новое семя»

Ранг: без ранга

Статус: личное, уникальное

Получено от: Богиня Иллуны

Награда: неизвестно, вариативно

Условия: выполните просьбу богини Иллуны

Подробнее: ►

►Богиня Иллуна передала вам Корону Весны, отдает Семя новой жизни, и дает задание подарить ее детям новый Дом

►Для выполнения задания избавьтесь от меток чужих богов

Открыв условия задания, я глянул мельком на краткий текст, который не давал никакой ясности. Временных ограничений действительно не было, поэтому над полученным заданием долго не думал, свернув интерактивное сообщение.

Когда принял задание, в руках богини оказалась корона. Глядя своими удивительными зелеными с золотом глазами, Иллуна подняла обруч в виде изящного лиственного узора. Корона Короля-Златолиста, подумал я, глядя на растительный узор. Но вглядевшись в предмет, понял, что ошибся:

Корона Изумрудного Леса

Уровень предмета: неизвестен

Корона Дар богов

«Весной рождается жизнь»

Когда корона оказалась у меня в руках, богиня застыла рядом, выжидая. Убрав корону в инвентарь, я посмотрел в изумрудные глаза, а Иллуна взглядом показала на мое плечо. Да, забыл совсем же – метки богов. Сняв крутку и рубаху, я остался по пояс голый, в ожидании стоя перед Иллуной. Богиня шагнула еще ближе, и положила руки мне на плечо, мягкими движениями поводя по коже. Выражение лица ее при этом неуловимо изменилось.

– Что-то не так?

– Да, – кивнула Иллуна. – Ты получал знания напрямую, не будучи к этому подготовленным?

– Было такое.

– И ты чувствовал дыхание чужого разума?

– Да, – вспомнил я мысли и эмоции, точно мне не принадлежащие.

– Снятие меток может повлечь за собой потерю слепков чужого знания.

– Мой разум останется в порядке? – задал я главный вопрос.

Иллуна взяла паузу для ответа, поведя ладонями вокруг метки и опускаясь с плеча ниже, на живот и спину. Движения ее соответствовали положению энергетических каналов, который нам с Мариной давным-давно, как кажется, демонстрировал мастер Гвинвард перед нанесением рунической защиты.

– Твой разум останется в порядке, – кивнула богиня после долгой паузы.

– Тогда лучше снять.

– Это… непростая процедура. Думаю, прежде вам стоит поговорить, – посмотрела Иллуна на меня. – И у вас не очень много времени, – обернулась Иллуна к Анне.

Блондинка только кивнула, ничего не спрашивая. Иллуна больше не обращая на нас внимания развернулась и отошла к призрачному духу великого дерева своего Дома.

– Может выпьем чего-нибудь? – поинтересовалась Аня в тот момент, когда я к ней обернулся.

– Она сказала… – кивнул я в сторону стоявшей рядом с деревом богини, – сказала, что у нас мало времени.

– Мало относительно чего? Часа три-четыре точно есть, – пожала плечами Аня. – Так выпьем? За встречу?

Мне показалось, что Аня сильно волнуется и с помощью показательного спокойствия и небрежности просто старается держать себя в руках.

– Часа три до чего?

– Это Дом Иллуны, ее территория. Мы с Наами попали сюда только потому, что на тебе метки, и каждый твой выход в междумирье становится сразу известным. Причем метки эти работают как маяки привязки. Остальные… те, кто хочет тебя увидеть, не смогут сюда попасть, пока Иллуна здесь, без риска для себя.

– Так что ты говорила насчет выпить?

Аня криво усмехнулась, и через мгновенье перед ней возник накрытый белоснежной скатертью небольшой столик, на котором стоял пузатый графин и два бокала. Блондинка неуловимым жестом попросила меня разлить вино, но наткнулась на мой взгляд и едва нахмурилась.

Я же в этот момент размышлял о том, кто передо мной. Потому что наконец-таки понял, что здесь, в Валлиранте, верить нельзя совершенно никому.

– Вопрос нескромный, – произнес я, глядя в огромные глаза блондинки. – Можно?

– Можно.

– Ты вообще кто?

Аня подумала немного, потом открыла было рот для ответа, и снова закрыла. Потом еще раз захотела что-то сказать, и снова замялась. Взяв небольшую паузу, глубоко вздохнув и собираясь с мыслями, она наконец заговорила.

– Человек разумный, с планеты Земля. Мальцева Анна, пол женский, тридцать один год.

– Сколько?! – не удержался я от удивленного возгласа.

– Столько, – пожала плечами Аня. – Да, мне больше двадцати редко дают, а в магазинах до сих пор алкоголь без паспорта не продают. Не продавали, – набежала на лицо девушки легкая тень.

Сомнений в том, что передо мной не Аня, стало гораздо меньше. Все ее – голос, мимика, неуловимые жесты – я ведь очень хорошо ее знал и много общался в прошлой жизни.

– Что с тобой случилось?

После моего вопроса она вздохнула и показала на вино. Разлив рубиновую жидкость по высоким бокалам, я отдал один Анне, и мы не сговариваясь отошли к высокому стрельчатому окну, присев по разным сторонам низкого подоконника.

– Когда я попыталась провести ритуал слова силы, оказалась на кровавой свадьбе в теле Маргаритки и умерла вместе с ней, – скороговоркой проговорила Аня. Причем вздрогнула всем телом, явно заново переживая произошедшее. И только сейчас я обратил внимание, что на щеке у нее отсутствует трехпалая белая метка богини, которая была все последнее время – сначала красная, полученная еще в Дель-Винтаре, а после белая, появившаяся после ритуала силы.

– Очнулась я утром, перед твоим турниром, но помню все, что происходило очень смутно. Маргаритка просто… не поработила меня, нет. Девочка вернулась к жизни, и… она вытеснила мое сознание. Я наблюдала за происходящим словно со стороны. Но правда, и она тоже не имела полной власти над моим телом.

– Как так получилось? То, что она завладела твоим сознанием?

– Ты не понял?

– Если честно, мне просто некогда было об этом думать, – не стал лукавить я.

– Да и действительно, зачем обо мне думать, – опустила блондинка взгляд.

– Аня, – придвинулся я ближе, понимая, что необдуманно высказался.

– Что.

Девушка смотрела на меня с деланным безразличием, тщательно маскируя горькую обиду.

– Ань, в Тарне сейчас находится отряд, в котором около ста наемников и один очень сильный маг. Все собрались для того, чтобы идти за тобой в Кортану. У меня был выбор, или двигаться вместе с ними, или отправится сюда, чтобы получить память Андориэнн. Я направился сюда, потому что быстрее не будет – я к ним порталом собираюсь уйти. Но поверь, что…

– Верю, – Аня коснулась моей руки. – Верю, Макс. Спасибо.

– Так что начет Маргаритки? Чего я не понял?

– Ассама мать Маргаритки.

– И? – все еще не понимал я.

– Маргаритка была убита и стала банши, сохранив частицу разума. Ассама – ее мать. Она обратилась к магии крови и стала равной богам…

– Вот прямо так сразу?

– Нет. Для того, чтобы стать равной богам, ей пришлось утопить в крови половину континента, – прямо ответила Анна. – Магия крови, ты же сам видел.

– Она как-то помогла…

– Да нет же. Маргаритка – ее дочь, единственная и любимая. Девочка была убита, и стала кровожадным банши, личом – самим воплощение смерти, Белой Девой. Несколько десятков лет она жила во дворце в окружении зомби и рыцарей смерти, но когда Ассама вернулась во главе Орды в Кортану, королевский дворец был огорожен стеной и туда больше никого не пускали. Без убийств, чужой энергии – без энергии чужих смертей, Маргаритка стала слабее как банши. И из-за этой слабости понемногу в теле начал пробуждаться человеческий разум. Разум той самой девочки, которая помогла тебе в самую первую встречу.