
Текст книги "Кого будем защищать"
Автор книги: Сергей Кара-Мурза
Жанр:
Политика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)
– А в литературе? Пьеса Горького «Мещане»?
– Верно, пьеса Горького для этой темы очень важна…
Так вот, в 80-е годы вокруг этого типа сложился альянс – антисоветской интеллигенции, переродившейся номенклатуры и преступного мира. Он был поддержан Западом. Этим альянсом и была совершена антисоветская революция.
– То есть точнее – контрреволюция. Как же объяснить, почему сник, отступил, в конечном счете потерпел поражение (пусть и временное!) советский человек?
– Может быть, от перегрузок, от больших потерь во время Великой Отечественной войны, когда погиб цвет этого человека. От западной пропаганды, потому что советская интеллигенция с 60-х годов уже несла в себе пропазадный вирус… Но это большая отдельная тема, сложная.
Важно, что наш цивилизационный противник знал советского человека досконально, изучал его. К тому же были обстоятельные работы западных советологов, исследования как сильных, так и слабых сторон советского типа. За последние два десятилетия стало ясно, что ужиться на нашей земле два этих типа человека не могут. Советский человек был к ним терпим, а они советскому человеку не дадут жить ни в каких катакомбах.
Чем и кому Ленин сегодня особенно опасен
– Ленин в этом смысле представляет для них особую угрозу?
– Безусловно. Все символы и атрибуты советского человека являются одновременно инструментами борьбы, оружием. И в попытках их уничтожить есть, с одной стороны, страсть духовная, потому что они ненавистны врагам, как скажем, в религиозных войнах ненавистны символы чужой религии. А с другой стороны – они представляют опасность как инструменты восстановления советского мировоззрения, советской мысли, советского способа действия. Вот и стремятся из нашего общественного сознания, из обихода все эти инструменты и символы удалить.
– Чем особенно опасен для них сегодня Ленин?
– Даже не столько как символ (хотя это бесспорно), сколько как источник очень эффективных подходов к осмыслению сложной реальности. Ленин создал и развил целый ряд методов осмысления ситуации кризиса, перехода, трансформации общества. И как политик испытал свои теоретические наработки на практике.
Замечу, что созданные им инструменты сознания и действия мы в спокойное советское время не оценили. Не написано учебников по их применению. А сегодня эти ленинские инструменты, ленинские технологии представляют огромную ценность для молодежи, выходящей на общественную арену. Как оружие в борьбе против стяжателя и вора, который сегодня господствует. То есть для господствующего меньшинства это знание становится практически опасным!
– Поэтому они стараются всеми способами отвести людей от Ленина?
– Конечно. Чтобы он был неприятен даже лично, интуитивно, даже внешне. Отсюда, например, эти ряженые «под Ленина», чтобы сделать его смешным. Им важно, чтобы человек, особенно молодой, к Ленину не подходил!
– Насколько это получается?
– По-моему, не очень. Жизнь заставит – и ленинские идеи будут до молодежи доходить.
Для студенчества сегодня становится все более очевидным, что с тем господствующим меньшинством, которое у нас командует, выжить страна не может. Народ и страна становятся нежизнеспособными в современных условиях! Мы открыты всем кризисам, и наша уязвимость будет усугубляться. Мы будем беззащитны против любой войны. Мы на этом пути скоро останемся без оружия, без промышленности, без науки и школы.
Так вот, как я уже сказал, Ленин – мастер понимания и действия в ситуации хаоса и трансформации. Начиная с первой русской революции он продемонстрировал в этом деле выдающееся умение, дар предвидения и творческий подход. Мастер в высшем смысле этого слова.
– Ленина изображают сегодня только разрушителем…
– Надо было нейтрализовать национализм элит и пересобрать рассыпавшуюся империю на новом фундаменте межэтнического общежития. Великолепная программа. А нэп? Тоже необычная и эффективная концепция. Причем все это – в критических условиях.
Недавно «Единая Россия» выложила три антикризисные программы. Это такое убожество, что плакать хочется. А в советское время мы прошли через тяжелейшие ситуации, создавая для этого новые, оригинальные социальные формы. Представьте, если бы в 1941-1942 годах советское руководство рассуждало так же, как интеллектуалы из «Единой России»…
– А основы заложены были при Ленине, так ведь?
– Именно! Это же все не стихийно возникало. Не вдруг появились такие социальные формы, как советское профилактическое здравоохранение. Нет, это был творческий проект! Уже в двадцатые годы ликвидировали источники массовых инфекционных заболеваний, научились с очень скромными ресурсами предотвращать эпидемии. Когда началась война, 24 миллиона человек эвакуировали на восток – без единой эпидемии. А ведь люди по месяцу проводили в поездах, скученно, плохо питаясь. В Гражданскую войну меньше передвигались, но 5 миллионов умерли от тифа. Другие социальные формы, другое качество управления, ответственности, мотивации и культуры.
Сегодня это и многое другое надо раскрыть, показать молодежи. Чтобы она знала, как все это было сделано. Потому что на ее плечи лягут подобные бедствия, и Ленин – незаменимая помощь. Надо многому учиться у Ленина!
Мавзолей остается святыней
– Обратимся в заключение снова к ленинскому Мавзолею. Уже 85 лет гробница эта, воздвигнутая по воле трудящихся страны, находится на Красной площади. Снести ее или вынести оттуда тело Ленина – задача нынешней власти. А почему она все-таки до сих пор не решилась это сделать?
– Потому что советский человек и симпатизирующие ему пока что составляют слишком большую часть населения России. Эта акция, которая всеми ими была бы воспринята как святотатство, сплотила бы их. То есть послужила бы тому, чтобы советский человек окреп и глубже себя осознал. Да и эту акцию осознал бы именно как войну.
Пока власти это не нужно. Курс был взят на постепенное удушение советского человека. Но, мне думается, и власть не едина. В ней есть группировка, которая ведет дело к углублению раскола в обществе и целенаправленно озлобляет советскую часть общества, стравливает одну часть с другой.
– Так называемый проект «Имя Россия» направлен на это?
– Реально, да. Целенаправленное стравливание разных групп общества – сильная политическая технология. Уже и так советские люди, минимум половина населения страны, ходят сегодня по своей земле как по оккупированной территории. Есть те, кто заинтересован этот раскол усугублять, а кризис углублять. Эти люди даром хлеба не едят.
2008 г.
СПЕКТАКЛЬ «7 НОЯБРЯ»
Вновь перед нами был разыгран спектакль «7 ноября» – его нам играют вместо памятной даты, годовщины Октябрьской революции. Той революции, которая почти на целый век продлила жизнь Российской империи в облике СССР. Спектакль этот поставлен с целью профанации праздника, который вошел в жизнь подавляющего большинства народа и давно уже утратил свой идеологический смысл, стал национальным.
Эта профанация преследовала политические цели, а также нужна как психотерапевтическое средство тому господствующему меньшинству, которое уничтожило СССР и страдает от «тоски предателя». У этой публики наблюдаются и другие патологии. Например, поразительная мстительность. Они ведь борются не против идеалов Октябрьской революции – она в далеком прошлом, им неизвестна и мало их интересует. Они изощряются в изобретении духовных пыток для побежденного большинства. Зная, что до сих пор примерно половина граждан уважает память о революции и о тех поколениях, которые строили СССР, эти господа, имея тотальный контроль над телевидением, в день праздника заполняют эфир издевательствами и глумливыми комментариями. Как будто им мало остальных дней в году. Какая примитивная гадость! Это все равно, что прийти в гости на Рождество и богохульствовать.
Этот персонал нового «политпросвета» думает, что может оскорбить и уязвить «совка», иные просто захлебываются, радуясь своим шуточкам. Удивительно поглупели от разрешенного хамства. Никого вы уже не можете оскорбить! Люди ушли в себя, и вам их не достать. Они смотрят на вас холодно, и даже право на ненависть к себе вы утратили. Уже пришло другое чувство…
Социологи регулярно измеряют, как вымирает «советский народ», у которого отняли праздник. Могильщики потирают руки, кое-кто поминает Моисея, который вынужден был 40 лет водить по пустыне народ, пока не вымерли все, кто «помнил». Этот тупой реваншизм вызывает брезгливое чувство, как признак нехорошей болезни. Ну, загнали в катакомбы половину народа – и радуются. Глупо. Ведь неизвестно, кто и когда выйдет из этих катакомб и на каком языке он заговорит с нынешними «сытыми». Атрофия разума и чувства у господствующего меньшинства – потому и увязли в болоте кризиса.
Жаль, конечно, что за «сытыми» в тупик тянется молодежь. Диалог поколений пресечен, идеи и образы городская молодежь получает в основном из телевизора. Но, раз есть шанс, попытаюсь объяснить, что значит изъять важный праздник из жизни народа. Это подрубает один из его корней. Праздник связывает людей, которые за много лет коллективно выработали его смысл, в народ. В момент праздника у человека оживает чувство святости времени, оживают события национальной истории, определившие судьбу народа. Так люди незримо соединяются общими воспоминаниями. Возникает духовная структура, скрепляющая мировоззренческую матрицу народа.
Старшие поколения за свою жизнь дважды пережили насильственную ломку «календаря праздников». Это тяжелая травма. Первая кампания проводилась в 20-е годы большевиками-«космополитами», которые ставили своей целью демонтировать старый («имперский») русский народ. По мере того, как этот народ объединялся уже в облике советского народа, нарастал накал этой кампании. Изживались и Новый год, и Рождество с елкой, и даже праздничное поминовение войны 1812 года. В 1927 г. Главный репертуарный комитет запретил публичное исполнение увертюры Чайковского «1812 год». Свернуть всю эту кампанию удалось только после разгрома, жестокими методами, «оппозиции» в ВКП(б). Резкий поворот был совершен в мае 1934 г. – был открыт исторический факультет в МГУ, вернулись и елка, и увертюра «1812 год».
То знамя похода против памяти подхватили «шестидесятники» в хрущевскую «оттепель». Режиссер Михаил Ромм, выступая 26 февраля 1963 г. перед деятелями науки и искусства, заявил: «Зачем советской власти под колокольный звон унижать «Марсельезу», великолепный гимн Французской революции? Зачем утверждать торжество царского черносотенного гимна?» Ромм увязал увертюру Чайковского с «советским антисемитизмом», а сегодня израильский историк Дов Конторер увязывает эту увертюру с «русским фашизмом». Он пишет о том демарше Ромма: «Здесь мы наблюдаем примечательную реакцию художника-интернационалиста на свершившуюся при Сталине фашизацию коммунизма».
Нынешняя кампания ведется с более мощными средствами. Убили 1 Мая, любимый праздник большинства, изуродовали дубинками ОМОНа 23 февраля, постоянно ведут подкоп под День Победы и выхолащивают ее смысл. Разрушение исторической памяти необходимо реформаторам – люди, лишившиеся привычных праздников, выпадают из традиции. Их легче отвлечь от того факта, что без восстановления социальных систем советского типа половина нашего населения переместится в «цивилизацию трущоб».
В России ведется настоящий штурм символического смысла праздников, которые были приняты и устоялись в массовом сознании народа. 7 ноября, годовщину Октябрьской революции, постановили «считать Днем Согласия». Эта пошлость оскорбила достоинство людей, независимо от политики. Ведь революция – катастрофа, трагическое столкновение, а не «день согласия». Русская революция – великое событие, повернувшее ход истории. Его с одинаковым волнением отмечал весь народ, независимо от того, на какой стороне баррикады были деды и прадеды каждого из нас. Так же отмечают 14 июля, годовщину своей революции, французы. И сама мысль отменить во Франции этот праздник показалась бы там чудовищной и глупой. У нас этот глупый шаг сделан с тупостью носорога. Плюнули в душу, да еще стравили людей. Ладно…
Способом убийства праздников является и профанация, неявное издевательство или доведение до абсурда. Кто-то очень смышленый придумал праздновать 7 ноября «годовщину военного парада 7 ноября 1941 года». Это любого ошарашит. Парад в честь годовщины парада! А в честь чего был тот парад, говорить категорически запрещается. В этот раз ни один, от телевизионного мальчика до первых лиц государства, ни разу не обмолвился, с чего это вздумали устроить парад на Красной площади в 1941 году именно 7 ноября. И мы смотрим этот театр абсурда. Противно и веет безнадежностью.
2007 г.
ОПЫТ ПОРАЖЕНИЯ КАК НАЦИОНАЛЬНОЕ ДОСТОЯНИЕ
По какой-то причине «Русский журнал» гальванизировал, казалось бы, исчерпанный вопрос – «кто победил и кто потерпел поражение в холодной войне?» Трудно понять, что собирается редакция получить на выходе.
В 90-е годы ни для кого не было секретом, что в холодной войне потерпел поражение СССР, то есть историческая Россия. Война эта была цивилизационной – Запад против России. Коммунизм тут был для отвода глаз. Об этом писал Шпенглер, потом Шубарт, потом Бжезинский. В документах США начала холодной войны писали «Россия» и коммунизм вообще не поминали. Некоторые западные историки даже считают первой крупной операцией холодной войны организацию Русско-японской войны 1904 г. Да и Черчилль, проводя на карте линию фронта («железный занавес»), прочертил ее по тому самому рубежу, который был определен в XVIII веке. Тогда изобрели Восточную Европу как санитарный пояс, отделяющий Россию. Старая это война, смена формаций и политических режимов на нее слабо влияли.
В массовом сознании в России также отложилось, что СССР проиграл войну. Правда, многие для простоты склонялись к тому, что причиной поражения была государственная измена верхушки КПСС, мол, Горбачев тайком, где-то на Мальте, подписал капитуляцию вместо мирного договора. Поэтому его так не любит (и даже ненавидит) большинство наших граждан старше 55 лет, и эта ненависть даже передалась молодым, которые перипетий той войны и не помнят. В 2005 г. из 8 вариантов ответа на вопрос «Как вы сейчас относитесь к М. Горбачеву?» среди опрошенных в возрасте 15-24 лет больше всего набрал вариант «с отвращением, ненавистью».
Да ведь и сам Горбачев представлял себя героем, который сокрушил советское государство. В своей лекции в Мюнхене 8 марта 1992 г. он сказал: «Понимали ли те, кто начинал, кто осмелился поднять руку на тоталитарного монстра, что их ждет?.. Мои действия отражали рассчитанный план, нацеленный на обязательное достижение победы… Несмотря ни на что, историческую задачу мы решили: тоталитарный монстр рухнул».
Таким образом, Горбачев признал, что он действовал согласно плану, нацеленному на победу. И она была достигнута – «тоталитарный монстр рухнул». Докладывать об этой же победе ездил в США Ельцин. Но ведь не может быть победы без поражения противника. Кто же этот «монстр», который рухнул? Ясно, что СССР – к чему же мудрить и наводить тень на плетень?
Кто победил? Ясно, что не Горбачев, он в этой битве гигантов был у победителя «личардой верным», не более того. Потому и рекламировал пиццу, давил на жалость хозяина. Впрочем, «Рим предателям не платит» (или платит меньше, чем они надеялись). Но эта сторона дела уже вряд ли кого-то интересует. Для нас сейчас действительно важен тот факт, что Россия потерпела поражение в цивилизационной войне с Западом, хотя за советский период успела выстроить много систем и матриц, необходимых для сверхдержавы. Много, но не все! Каких не хватало, надо знать – вдруг Бог пошлет нам властителя, который поведет нас возрождать Россию.
К чему же все эти домыслы о том, не был ли победителем в той войне радикальный исламизм или социализм китайского образца? А может, либеральная демократия западного типа? А может, Россия как новое государство не должна рассматриваться как проигравшая сторона?
Похоже, вся эта казуистика – ширма для последнего соблазнительного варианта. Россия не проиграла, а вместе со своими союзниками выиграла холодную войну над «империей зла»! Если так, то возникает какая-то логика, продолжается прерванная песня. Года два-три назад ее завел В.Ю. Сурков. Он изобрел такую концепцию: «Россия приведена к демократии не «поражением в холодной войне», но самой европейской сущностью ее культуры. И еще раз: не было никакого поражения».
Итак, холодная война была, и победитель был, но «не было никакого поражения». Россия выскочила из чрева убитого «монстра», как бабушка Красной Шапочки из Волка (или как «Похищенная Европа»?). Непонятно только, почему же эта Россия пожинает плоды поражения. О ней бы надо петь «бабушка здорова, кушает компот».
Динамика всех главных показателей в 90-е годы отражает именно тяжелое поражение в войне – смертность населения, расчленение государства, экспроприация собственности, вывоз колоссальных состояний за рубеж, демонтаж науки и наукоемкой промышленности и т.д. Даже если взять промышленное производство, то в 90-е годы три страны в мире имели одинаковую по характерным параметрам динамику спада – Югославия, Ирак и Россия. По ним прошла война. Да, у нас после 1991 г. была война гражданская, но под внешним управлением. В ней меньшинство мародеров с их военными советниками разгромило неорганизованное большинство и ограбило его. В древности город отдавали на три дня, а тут еле-еле в семь лет управились, уж слишком город богатым был.
Отрицая поражение, В.Ю. Сурков, видимо, обращается к меньшинству, которое считает себя победителями. А то их совесть мучает, тоска предателя – все-таки родную страну грабили, каково это духовному человеку. Эх, русское поле, русское поле, я твой тонкий колосок…
Если бы так не переживали, незачем было бы ежедневно с утра до вечера поминать СССР, весь эфир заполнили своими проклятьями. Мальчики кровавые в глазах – чур, чур меня… Уж скоро 20 лет, как нет СССР, ну что вы вцепились в его призрак! Стройте все, о чем вы мечтали, никто вам не мешает. Уже залили тлеющие советские угли – РАО «ЕЭС», армию, школу, ненавистные градообразующие предприятия. Перестаньте со Сталиным воевать, покажите европейскую сущность своей культуры, свои нанотехнологии, Болонскую систему… Нет, СССР и Сталин – единственное, что их питает. Какое странное явление паразитизма.
Есть в концепции В.Ю. Суркова что-то болезненное, и лучше бы ее не развивать. Но он идет дальше: «Надо сказать, что российский народ сам выбрал такую судьбу – он отказался от той социальной модели, поскольку увидел, что в своих поисках свободы и справедливости он не туда зашел… Поэтому потеря территорий, потеря населения, потеря огромной части нашей экономики – это жертва, это цена. И невозможно сказать, какая она, большая или маленькая, но это то, что наш народ более или менее осознанно заплатил за выход на верный путь».
Какой «верный путь» – в Содом и Гоморру (выражение самого В.Ю. Суркова)? Что хорошего получили народ и страна от этого «выхода на верный путь»? Чем заплатили за это благо: «Потеря территорий, потеря населения, потеря огромной части нашей экономики – это жертва, это цена». Ничего себе, жертва. Да на алтарь какого идола? Раскройте глаза, наконец! Какой верный путь, какая европейская культура, мы залетели в такую непролазную дрянь, что все эти самоназвания уже вызывают лишь презрительную жалость. Наши язвы требуют честного и сурового лечения, а на них накладывают макияж, румяна жирные разносят заразу.
Что касается российского народа, то он этого «верного пути» не выбирал. 76% проголосовали за сохранение СССР, а потом «народ безмолствовал». Никто и не спрашивал его согласия на смену общественного строя, на изъятие всех сбережений населения и пр. Да, одно из поколений народа не сумело защитить страну и общее достояние, и за это расплачивается. Но утверждать, что народ «отказался от той социальной модели», просто никуда не годится. Это даже странно слышать.
Социолог Ю.А. Левада – убежденный противник советского строя. Его всегда удручало, что народ не желает «отказаться от той социальной модели». Ох, этот homo sovieticus! Но никуда не денешься, это факт. Это показали большие опросы 1990 г., это показали и «юбилейные» опросы о перестройке 2005 г. На вопрос «Было бы лучше, если бы все в стране оставалось как до 1985 года?» люди возраста 55 лет и старше («то поколение») ответили «согласен» в пропорции с «несогласными» 66:26. Две трети! Хотя и вопрос-то лживый. С какой стати «все в стране» должно было быть как до 1985 года? Страна развивалась, болезни можно было лечить.
Но суть ясна – большинство того «выбора» не делало и свое отрицание подтверждает регулярно. Даже половина тех, кто «приспособился к переменам», отрицают тот выбор. Они исходят из главных ценностей, а не личной выгоды.
Я считаю, что ту концепцию В.Ю. Суркова надо сдать в архив как неудачную, оживлять ее не следует. Если уж думать о судьбе России, то сегодня ей требуется достоверное знание, трезвый анализ и «расчет сил, средств и времени». Всегда и у всех народов осознание поражения и извлечение из него уроков были важной предпосылкой к обновлению и быстрому развитию, даже в самых неблагоприятных условиях. Вымывать из сознания дорогой опыт поражения – значит наносить удар по будущему.
2007 г.