Текст книги "Защитник Дворянок Том III (СИ)"

Автор книги: Сентай Хорнин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

Глава 24 (77). Враг моего врага

– Я смотрю помощь все-таки пришла. Поздравляю Анна, ты выиграла пари. Кому-то все еще есть до тебя дело– Погладил Иоанн Анну по щеке, после чего шлепнул больше для того чтобы пожурить, а не чтобы причинить боль. И заодно вывести нас из себя.

Блондинистый мудак, который раскрылся с новой стороны, смотрел на все с улыбкой победителя и холодным взглядом, не обещающим ничего хорошего. На нем был легкий деловой костюм без единого признака брони, да только я помнил его способности – он может все себе создать сам.

Обстановка же была хуже некуда. Температура в доме постоянно поднималась, все дымило и все время на заднем фоне раздавался язык, состоящий только из армейского жаргона и мата. И лучше она становиться не желала – дальше только хуже.

– Быстро отпустил мою сестру! – Хотелось сказать дипломатичнее но от его мерзенькой ухмылочки вышло то, что вышло.

– Я бы с удовольствием, да только здесь ее нет. Да и не было у тебя сестры… – Говорил он загадками, будто пытаясь поиздеваться еще сильнее. Что он вообще несет?

Сжавшиеся кулаки Казимира напомнили мне кое-что. Что этот сумасшедший о чем-то таком говорил… Почему его странная точка зрения находит все больше косвенных подтверждений?

– Ты понял о чем я. Отдай Анну. Я уже один раз победила тебя на дуэли, думаешь, ты сильно подрос в силе с тех пор? А вот меня обучили в академии парочке трюков… – Попытался я строить из себя черт знает что. Было довольно сложно, учитывая ,в каком побитом состоянии благодаря кое-кому я был.

То, как ярко он рассмеялся от моей угрозы, было почти оскорбительно. Было понятно, что ему вообще было плевать. А дым усиливался. Если мы не разберемся здесь поскорее, то нас просто возьмут тепленькими а потом черт его знает, что с нами случится.

– Дуэль и битва насмерть не одно и то же. Не думаю что именно я должен объяснять тебе это. Ты меня не убьешь, Мира. Ведь если ты это сделаешь, то вся твоя жизнь будет перечеркнута. Ты так сильно забралась наверх, тащила себя сквозь кучу препятствий только чтобы быть объявленной в розыск по всей стране и лишенной всех титулов? Готова ли ты на это пойти ради птенца кукушки, случайно оказавшегося в твоей семье?

Чем больше он говорил, тем больше приходило понимание, что он прав. Что он не отпустит ее пока будет биться его сердце. А убью его – сделаю своими врагами слишком многих людей. Особенно Марию. Эта машина смерти меня испепелит, если ей правильно подать информацию. В академию путь будет заказан. И бежать мне тоже некуда.

– Ну вот, видишь как все просто. Даже без драки обойдемся. Я сейчас дам людям команду и вы спокойно уйдете. Ничего вам не будет. Можете считать это подарком на мою с Анной свадьбу. Ты же не против, да?

Взглянув в глаза девушки, я видел молчаливую мольбу. Она хотела, чтобы я не отворачивался от нее. Чтобы пожертвовал всем, но спас. Чтобы не приносил ее сейчас в жертву и не уходил ни с чем.

Казимир же все еще был в боевом настроении. Его кулаки были напряжены, будто он ждал команды. Было видно ,что один он не полезет – верно оценивал свои силы. Скорее всего он очень сильно потратился на то, чтобы довести меня сюда.

Еще и остатки старой личности бередят душу и мысли, всеми силами стараясь не дать мне сделать самое логичное и верное решение – раз не могу спасти и защитить то надо просто бросить.

«Защити всех» – отдавало в мозгу бесконечным набатом. Но я пытался воспротивиться. Не собираюсь просирать жизнь и уходить в подполье!

Но почему так хреново-то? А черт с ним, будь что будет! Даже если я стану императором, этот момент будет преследовать меня всю жизнь во снах. Не могу я просто взять и послать нахер остатки совести. Я нормальный человек а не сучий дворянин!

– Отпусти Анну, Иоанн. Даже если я сейчас уйду, я все равно быстрее окажусь возле Марии. И подам ей все так, как надо. – Попытался зайти я с другой стороны.

– Правда? Удачи, Мира. Иди и жалуйся. Только за кого ты меня принимаешь? Думаешь, я останусь здесь сидеть и ждать? Поверь мне, Мария тебе ничем не поможет. А без доказательств она на меня не нападет. Разве ты можешь представить, как она, сомневаясь в словах своего брата, пытается выбить из него ответы силой?

Он парировал мои угрозы с элегантностью хищного орла, а время, тем временем, было очень сильно не на нашей стороне. Слишком долго говорили. Надо было решать что делать и делать это прямо сейчас.

Глаза отчаянно ходили по всей комнате, стараясь найти то, что может нас спасти и помочь прийти к компромиссу – Иоанн выживает а Анна у меня. Лучше заиметь ровно одного сильного врага чем целое государство. Тем более что я его не убью, если этого не сделала наша дуэль и последовавшие после нее события.

– Решайся уже. Я же вижу что тебе не хочется против меня выступать. Дверь вон там, Мира – Поторапливал он меня, ощущая себя истинным хозяином положения. Постойте-ка. Дверь…

Это же почти башенный щит! Я уже понял, что Казимир очень силен физически, да только не было понятно, не переломит ли ему спину попытка ее выдрать с корнем. Нет, хреновая идея наверняка. Глаза метнулись к окну – на нем решетка из чертового аргалина. Сбежать будет проблематично. Но попробовать стоит.

За безопасность Анны беспокоиться не надо. Она ему нужна для чего-то, иначе он бы давно с ней что-то сделал. Что он, сидел тут, ждал пока придет или не придет к девушке помощь только чтобы ее здесь же убить? Слишком тупо даже для импульсивного дворянина.

Так что я беру Казимира за руку и начинаю пытаться его оттащить от Иоанна. Его улыбка стала еще шире а глаза в удовлетворении захлопнулись. То же, как на меня посмотрел парень, пробирало до костей. Как на кого-то, кто много хуже любого мусора на свете.

Но он поддался и под насмешки дворянина мы развернулись к нему спиной. Ему явно нужно было показать Анне нашу никчемность. Только ради этого он здесь и сидел. В спину точно не ударит. Для чего то ему нужно увидеть на лице Анны именно самое настоящее отчаяние.

– Ускорься – Сказал я шепотом. Учитывая то, какой ад творится вокруг с постоянным матом, это хрен расслышишь. Отвернуться нужно было для того, чтобы не считали по губам.

– Сможешь эту херню вырвать и прикрыть меня? – Получив неуверенный кивок, продолжил – Тогда сделай это. Анну заберу я. Обещаю

Еще один кивок и я резко рву когти к Иоанну, чья улыбка резко сменилась раздражением. Он явно не думал, что я посмею на него пасть открыть. Мужчина тут же начал покрываться кристаллической броней, которая пусть и хуже защищала, чем специализированная арга, но тоже могла доставить проблем. Он даже не двигался с места, считая наверное, что такое ничтожество как я он уложит с одного щелчка.

Он был в синей чешуе, от чего сильно напоминал дракона. Только голова осталась открыта, будто ему ее было во много раз менее жалко, чем свое тело. Когтистая лапа раскрылась и полетел самый настоящий поток, сносящий все на своем пути. Из-за того что я был ускорен, я видел, как в замедленной съемке пламя съедает маленький столик, что был сейчас между нами. Он даже не загорелся или обратился в уголь а испарился на месте.

Радиус потока был огромен, а сам вал был в два метра ростом. Видимо, он решил сразу избавиться от нас, не размениваясь на рыцарство. А на дуэли он такого не показывал, черт!

Я уже планировал писать завещание в своем уме, но передо мной появилась ОНА. Аргалиновая дверь, которая разделила поток надвое и пошла дальше, прямо к источнику пламени. Из-за арги и нового препятствия было нихрена не видно, но я был рад, что Казимир управился. Выглядел он очень напряженно, мне нужно было торопиться пока он не надорвался окончательно.

Поток прекратился на пару секунд, будто Иоанн хотел убедиться, что от нас не осталось даже воспоминания. Я успел выглянуть из под защиты двери и увидеть как горько плачет Анна. Наверняка она подумала, что все, мы погибли. А вот сюрприз.

Рванул дальше. Надо разделиться, нужно с двоих сторон давить ублюдка. Он лишь рассмеялся и выпустил потоки уже с двух рук, стараясь всеми силами выцепить меня. На Казимира ему было плевать. Да только зря. Он хоть и был сильным, да только, в отличие от стереотипа, совершенно не был тупым. Эрзац-щит полетел прямо в ощетинившегося чешуей Иоанна.

Тот был вынужден позорно отступить, пытаясь быть не снесенным кучей килограммов металла. И разорвал контакт с Анной, видимо поостерегшись ее подставлять. Вот он, шанс!

Внутри меня что-то скреблось. Мне очень хотелось стать быстрее чем есть ,чтобы воспользоваться преимуществом, да только некуда уже! Моя арга заставляла тело работать на износ. А грудь от тряски сильно мешалась и наверняка будет болеть. В гробу бы ее видал!

Да только возле сердца ощущалась сила, что так и не была задействована. Откуда она во мне все еще? Я же все остатки выпустил!

Черт, сейчас не время думать ни об этом ни о том, что черт возьми со мной будет если я применю фиолетовую аргу напрямую на свое тело. Я просто действовал.

Мир вокруг превратился в набор различных цветов, в котором я еле-еле выглядывал пятно, являющееся Анной. Я забросил ее к себе на плечо, мне показалось ,что она даже не заметила этого, и отступил к окну. Надо пытаться выбить решетку, другого пути у нас нет.

Арга выдохлась, а во рту почувствовался вкус железа. Чтобы не пугать Анну еще сильнее пришлось это проглотить. Надеюсь это не самое тупое, что я когда либо делал до этого.

Тело покачивало, будто от алкоголя а мир вокруг медленно плыл.

– Сюда, скорее! Выбивай! – Кричал я Казимиру, что сейчас тоже убегал в мою сторону явно с вопросами в глазах. Потом можно объяснить что произошло, сейчас не время.

Было видно ,как парень решался на таран и набирал скорость. В его взгляде читалась просьба вытащить его потом отсюда, желательно живым. Черт, хорошо что здесь только два этажа, потому что иначе бы все было очень и очень плохо.

Было очень больно видеть, как тело врезается в решетчатый металл на полной скорости. Очень хотелось закрыть глаза и отвернуться от этой боли. Но сейчас нельзя было терять ни малейшей секунды. Я прыгал за ним в теперь уже свободный проем, в ореоле сверкающего стекла. Если даже меня немного посекло, то что с Казимиром? Лучше бы ему быть хоть немного в сознании.

Уже в воздухе, развернувшись назад, я видел глаза Иоанна, полные ненависти. Ненависти и на нас, и на себя. Сразу было видно что он слишком расслаблен, что нам просто слишком сильно повезло. Но в следующий раз он точно не будет совершать такую ошибку.

Приземлившись на ноги, которые чуть не переломились от веса девушки на моем загривке, которая ,похоже, от нервов просто напросто вырубилась, или, скорее, от слишком большой скорости, я огляделся. В соседней летале на смятой крыше вальяжно раскинулся Казимир, на которого тяжело было глядеть без слез. Но судя по вздымающейся груди, он был еще жив. Хоть одна хорошая новость. Надо было сваливать и поскорее.

У дворян недостаточно власти чтобы применять аргу в городе просто так, но Иоанн наверняка уже вызывает «фараонов». Времени у нас очень мало. И попасть сейчас мы можем ровно в одно безопасное место. То самое, что на ножах с дворянами. Церковь.

Черт, спасибо Марии, что тогда, когда мы тут гуляли, завела меня туда из любопытства. Это было не так далеко. Без лишнего груза. А я взвалил на себя и Анну и Казимира. Не знаю как я вообще это сделал и как не переломился, но, похоже, активировались какие то внутренние резервы. Потому что ненадолго все стало казаться таким легким а ноги несли меня так быстро, что можно было просто не беспокоиться ни о чем.

Можно было бы попробовать остановить леталу, да только очевидно, что ее водитель будет владеть аргой. Не в моем положении сейчас устраивать драку за водительское место а потом укладывать свои два тела. А шаловливыми пальцами, открывающими любой замок, как у Казимира, я не владел. Надо будет запомнить попросить его подучить меня.

Прохожие еле-еле успевали расступаться передо мной, больше напоминающим таран. Благо не нашлось ни одного чрезмерно сердобольного, кто бросился бы помогать, или увидев наше падение, благородно подставил бы подножку. Хоть за это спасибо. Громада церкви была уже на горизонте, как я услышал оглушающий вой сирен.

«В районе номер четыре от правосудия убегают три опасных преступника. Разрешено применение силы для их остановки…»

И дальше зачитывались наши приметы. Жизнь стала в разы сложнее прямо на ровном месте. Возле сердца неприятно жгло после того применения арги, но, похоже, нужно еще раз. Потому что я уже вижу пару молодчиков в форме, что начали перегораживать улицу.

Мир вновь превратился в калейдоскоп а на моем плече уютно расположилась рвота от Анны, которая таким образом решила высказать свой протест. Потерпи. Мне тоже хреново.

До церкви добегал уже почти не видя, что творится вокруг. Все расплывалось. Казалось, что гудит весь город, я то и дело слышал сзади свистки и крики, что в моем ускоренном состоянии растягивались в длинные отвратительные басы.

– Спасите! Дворянин пытался изнасиловать мою сестру! – Крикнул я, ворвавшись в церковь во время службы, остановив ускорение так резко что на меня мгновенно навалился весь вес этого мира. Ноги перестали держать, и я просто упал на колени, отбив их об каменный пол.

– Пожалуйста, защитите, ей всего четырнадцать, не выдавайте… – умолял и давил на жалость я, повторяя это как мантру, пока мои глаза окончательно не захлопнулись.

Отец Всеволод осмотрел осмотрел ворвавшихся к нему посреди службы мирян и думал, как же ему теперь быть. Потому что толпа, слушавшая теперь причитания девушки вместо молитвы, хотела голубой крови…

Глава 25 (78). Последствия

Все переменилось в одно мгновение, если раньше милиция загоняла троицу школьников, то теперь разъяренная толпа пыталась высыпать на улицу и начать громить принадлежащие дворянам фирмы. И нужна была ровно одна искра, чтобы это случилось.

Отец Всеволод лавировал между чаяниями своих прихожан и требованиями полиции. Он не давал толпе пойти вершить свое правосудие, но и отказывал в таком праве милиции, говоря, что церковь защищает любого, пока не доказана его вина.

В конце-концов переговоры на этом уровне быстро зашли в тупик мелкие сошки в своих иерархиях, простой настоятель церкви и районный городовой договориться ни о чем не смогли.

Поэтому постепенно к церкви, что стала камнем преткновения, подтягивалось все больше и больше разномастного народа, преследующего свои интересы. А уж сколько было зевак к полнейшему неудовольствию тех, кто решил попробовать половить рубку в мутной воде.

Репортеры сновали туда-сюда, раздражая Иоанна. Все очень сильно пошло не по плану в тот момент, как он подумал, что у девки кишка тонка на него полезть без его сестры.

И ведь так собственно и случилось, да только от этого было не легче. Мужчине пришлось признать, что он сильно просчитался в этот раз. Зачем позволил позвать на помощь? Хотел себе покорную наложницу а получилось то что получилось. Но ничего, он костьми ляжет, но возьмет свое.

Только и оставалось сейчас надеяться на былую славу отца. Он был большим меценатом, не зря ему посвятили одну из фресок в этом храме.

Да только к сожалению, Иоанн свои отцом не был. Церковь очень сильно не любит смотреть на фамилии и социальный класс, по умолчанию считая их всех ниже себя. А пока в полноценную власть не вступила императрица она отрицает даже решения дворянского совета. И разумеется она воспользуется шансом втоптать дворян в дерьмо на потеху толпе, набрав еще больше популярности. Черт.

Ведь мужчина очень сильно наследил на Анне своей силой. Такое даже деньгами тяжело перебить, особенно если церковь продавит всеобщие слушания по делу. Надо сделать что угодно но дотащить дело именно до дворянского суда. Никто не захочет хочет понапрасну выносить сор из избы. Черни лучше помалкивать и вести себя так, как вела себя всегда, скандал с изнасилованием «простолюдинки» никому не нужен. Сказать бы всем им правду, посмотреть на их расширившиеся лица – и церковь тогда сама бы отдала приказ забить Анну камнями!

Вскоре показалась первая летала, принадлежащая другому дворянину. Иоанн скривился. Лютоборович, чтоб его болезнь поразила. Из всех придется договариваться именно с ним. Но ничего. Ради Анны можно и уступить что-то крупное. Главное не показать себя слишком щедрым, а то этот старик со слишком жадными глазами явно почувствует неладное...

А вот и совершенно не питающийся подаяниями страждущих главный настоятель столичных храмов и заодно креститель самой императрицы. Только ее самой здесь не хватало для полного счастья. Ему и этого старого бородача хватит!

Народ успешно выдавили отовсюду, кроме, разумеется, церкви. Прихожане отпаивали бедных детей, которые были настолько потрепаны, что на них не взглянуть без слез. Девушка была самой ценной но и на ней виднелись ожоги. Очень характерные ожоги на руках и ногах. Если до этого в версию девушки об изнасиловании поверили не все, то косвенно все указывало именно на это.

Отец Всеволод, чтобы не провоцировать мирян еще сильнее, быстро организовал с младшими послушниками молитву об успешном божьем суде над тем, кто посмел такое сотворить и попросил крепких молодцов унести бессознательных подальше от толпы, чтобы у людей поменьше бурлила кровь.

Так что вскоре Мира, Казимир и Анна разместились во внутренних палатах храма, доступ куда был сильно ограничен. Был сделан вывод – двоим нужна серьезная помощь. Сделав опись всех повреждений на них и даже сделав снимки, младшие послушники начали трудный процесс исцеления.

Пусть давно прошли времена, когда церковь была единственным местом, куда мог обратиться больной человек, она не собиралась отказываться от преподавания исцеления в рядах своих послушников.

Снаружи же ломались копья. Трехсторонний разговор не клеился. Все здесь так или иначе недолюбливали друг друга. Настоятель Велимир не любил дворян, Атрид Лютоборович не любил церковь, а Иоанн… Там была очень неприятная история, что он подбил старшего сына Атрида на одно дельце, которое закончилось полнейшим провалом…

Трое мужчин спорили и даже не было понятно, за что конкретно они борются, это было лишь поводом, главное им было перекричать друг друга, получить преимущество и раздавить оппонента. Так что все очень быстро зашло в тупик. Никто не уступал.

– Отдайте Миру, она моя приемная дочь! – В очередной раз упертым бараном бросился в атаку Атрид.

– За которой вы не уследили, а значит не такая она вам дорога, к тому же мы наслышаны об отношении дворянских семей к приемным, она останется под наблюдением церкви! – Парировал церковник это все, тряхнув бородой так, будто сметает именно ей все претензии.

– Анна находится на попечении моего рода, со мной она будет в безопасности! – Кидал удочку Иоанн когда считал, что эти двое сцепились меж собой и на него уже внимания не обращают.

– Мне уже сообщили насколько она была в безопасности, нет, она тоже останется в церкви до выяснения.

– И вообще она сестра моей приемной дочери, она может поехать со мной! – влез Атрид и в это болото, пытаясь выбить из этого уравнения Иоанна, и дальше все продолжалось до тех пор, пока не кончались аргументы и не начиналось просто гипнотизирование друг друга.

Как и боялся дворянин, они задержались достаточно, чтобы прибыли спецслужбы. Императорская гвардия, задача которой была поддерживать мир в столице. А им сейчас тут и не пахло. Так что вскоре все заинтересованные лица проехали с ними для дачи показаний. Отца Всеволода толпа прихожан отдавала с большим трудом

Как ни странно, спорящая троица продавила то, чтобы пострадавшие или же, наоборот, подозреваемые, оставались под надзором церкви. Потому что императорскую гвардию не любили уже все. Все бы с удовольствием решали свои проблемы без нее.

Так и вышло. Гвардия была не мастерами допроса, скорее органом-миротворцем и дополнительным вершителем порядка на территории огромной столицы. Так что и вели дело они из рук вон плохо, намного хуже, чем полиция. У Иоанна был шанс избежать ответственности, но он был бы намного выше, попади они все в отделение милиции. Уж там у него были свои люди…

* * *

Проснулся и от ощущения, что сдох, а потом меня переехал асфальтовый каток. Было отвратительно. Сердце колотилось как бешеное и не могло уняться, работая для моей груди как вибратор. Теперь, благодаря ее размеру, я отчетливо видел ,как она колышется.

Смотрел на это с некоей холодной обреченностью. Будто протестовать уже просто не было сил. Все равно отрезать не могу. Надо будет озаботиться формулой нулевки.

Пространные рассуждения о смене размера груди быстро сменились беспокойством, как только воспоминания нагнали проснувшееся сознание. Я вскочил на кровати и огляделся по сторонам. Очень маленькая комната. Я бы даже сказал, очень спартанская, с минимумом удобств. Странно. Где это я сейчас?

– О, ты проснулась? – спросил меня молодой парень в белом балахоне качеством сильно пониже чем у того мужика из церкви в академии. Глядя на него сложно было не догадаться, где я. Все-таки не выдали!

– Что случилось? – Решил узнать у него обстановку на сегодняшний момент.

– Ты пролежала без сознания два дня. Твоя сестра очнулась первой и уже дала показания. Но дворяне затягивают все что можно. Ее слова уже достаточное доказательство! Что им еще надо? – Сжал он писчее металлическое перо так, что он захрустело. – Прости, вспылил. – Зачем-то решил он извиняться, хотя мне было все равно.

Значит, Анна уже все рассказала… надеюсь сама додумалась напирать на изнасилование. Хреново, что я столько провалялся. А что это он не сказал про Казимира?

– А третий?

Тут церковник замялся, будто не зная, как это сказать нормально, но, собрав волю в кулак, выпалил небольшой скороговоркой не совсем то, что я просил, пытаясь оправдаться

– Мы не можем нормально вылечить травмы мозга, мы всего лишь послушники, а больницам мы не доверяем, они дворянские…

– Я спросила, что с третьим?

– Бредит не приходя в сознание… Столько разных имен успел позвать и перед ними извиниться, что можно небольшой город собрать.

Меня очень сильно кольнула совесть. Использовал парня как таран и живой щит и в результате он дольше всех мучается.

– Я хочу к нему! – Сказал я без каких было возражений и начал вставать с кровати. Послушник со смущенным вскриком выбежал наружу. Отражение в мутном окне явно говорило, почему он это сделал.

Из одежды на мне были только бинты, которые ни в коем разе не скрывали ни одной части моего тела. Хотелось плюнуть в это слишком красивое и привлекательное отражение. Такую красавицу обнимать надо а не являться ей!

Одежда моя представляла из себя довольно жалкое зрелище. Нет, носить все еще можно, но эти дырки, разрывы и прочее заделывать мало какой партнер решится. Видимо ,я нихрена тогда не почувствовал то ли за счет адреналина, то ли из-за арги.

Рука метнулась к груди, где резко кольнуло и наткнулась на левую грудь. Теперь сердце хрен прощупаешь, ну что за наказание! Я сейчас слишком раздражен чтобы даже делать вид ,что мне это тело нравится.

Ладно уж, надел то, что было и вышел. Бедный парень был покрасневшим до ушей, походу, подглядывал. Если бы знал – сделал бы позу покруче, пусть насладился бы. А то наверняка у них есть хрень по типу обета безбрачия. Или я с какой-то другой церковью путаю?

В общем меня вели узкими каменными коридорами, но при этом высоченными. Стоило запрокинуть голову как ощущаешь себя малышом по сравнению с окружающей монументальностью. И пахло эдакой древностью веков несмотря на то что город совсем новый. Наверное сюда нужно было переться за запретными знаниями, да только на тот момент я сильно не планировал покидать Марию.

Черт, интересно, что она сейчас думает? Сообщили ли ей о моих неприятностях? Прокоптил ли ей мозги Иоанн или все это время просидел в местной ментовке? Как же хреново ничего не знать и иметь в распоряжении парня, который краснеет стоит только ему взглянуть в мою сторону. Я понял уже что к, сожалению, красивый, хватит уже а то я тебе нос разобью несмотря на то, что вы явно меня здесь подлечили.

Парень открыл передо мной очередную из кучи одинаковых дверей, где и обнаружился Казимир. Он выглядел как павший, но не побежденный гигант. И рядом с ним сидела Анна. Вот уж не ожидала.

– Эм-м-м. А ты кто? Неужели врач для моего брата? – сказала она то ли автоматически, то ли действительно совсем не узнала меня. Так что пришлось, закрывая дверь, сказать фразу, которая в этих условиях установила еще большую неловкость.

– Я твой брат, Ань. Ну или сестра, я же тебе уже показывалась? – решил я не делать очень плохую шутку про ее приемность. Потому что девушка не только бы не поняла, но еще бы и обиделась.

Глаза девушки, как и ее голова обеспокоенно забегали от Казимира до меня, от меня до Казимира и было видно, что девушка вот вот схватит перегруз, ведь ее мозги явно не могли выйти из этого состояния.

Так что подошел и обнял. От такого девушка расплакалась, причитая о том, что все это время думала что ее братик вернулся к своему старому виду и пришел за ней. Ну ладно, спасибо, что не стала настаивать на том, что вот лежит ее брат а я так, черте что. Но главного вопроса это не сняло.

– Но если мой брат – ты… То кто тогда он? – Не понимающе спросила девушка, показав на лежащую тушу.

–Если честно я и сама не могу сказать. Я считала его аферистом, который захотел с помощью моей внешности украсть наши деньги…

– Какой ужас! – всплеснула руками Анна, став смотреть на лежащего человека с внешностью ее брата чуть подозрительнее.

– Но он помог нам. И явно знает что-то, чего не знаем мы. Так что по поводу него не ясно вообще ничего. Представляешь, он еще и моим именем назвался.

В общем, мы отлично провели с девушкой время, которая была рада, что ее настоящий брат (сестра?) уже на ногах, и я попросило ее покинуть келью. Потому что мне нужно было поговорить с Казимиром. Прямо кровь из носу. А потому я его лично на ноги поставлю.

Легко сказать чем сделать. Верить в свои силы это конечно хорошо, но чем я сильнее местных в исцелении? Я считанные месяцы учусь и они наверняка примерно столько же. Так что мои невеликие познания не особо помогли. Только казалось, что беспокойное дыхание Казимира, что периодически начинал городить бред, стало поспокойнее.

– Не трать силы, дочь моя – послышался знакомый голос. И стоило мне развернуться как я увидел стоящего в дверях церковника из академии. Только борода выглядела чуть потрепанной.

– Почему? Я должна была попробовать! – Попытался я скрыть удивление а потому сделал вид будто так и должно быть.

– Потому что пробудить его пришел я. И заодно передать тебе вести. С чего мне начать?

– С новостей! – Быстро сказал я. Мне срочно нужна была информация. Ведь если все хреново – пора валить. Я как раз сейчас более-менее свободен от поводка. Словия страна большая. Да хоть к тому же Лютоборовичу под крыло! Авось не выдаст!

– Ну что же, брата твоей подруги скорее всего не осудят. Сама же подруга очень сильно беспокоится за тебя, но ей нельзя явно поддерживать ни одну из сторон, если она хочет сохранить сохранить отношения с вами либо братом. Так что ходит по академии, грустит и надеется на лучшее.

Он говорил как-то слишком подробно. Даже чрезмерно. Что-то здесь было не так.

– Диомед, твой партнер по заговору о будущем браке, считает, что ты просто не можешь не вляпываться в истории, но попросил отца посодействовать тебе в деле. Во многом эта поддержка а так же твоего названного отца Атрида Лютоборовича позволила задержать Иоанна Трапимировича, он до сих пор пытается доказать в участке что ни в чем не виноват, иногда подкрепляя это хрустом купюр...

– Погодите-погодите! – прервал я его, замахав руками – Откуда вы это все знаете?

– Знаешь, дочь моя, я же тебе уже писал. Броская фамилия тебе не поможет… – Сказал он фразу от которой у меня перехватило дыхание. Его чрезмерные знания вмиг стали понятны.

– Революционеры…

– Слово это поганое, Мира. Нам больше подходит «уравнители». Потому что перед Аргой равны все. И, как понимаешь, я пришел не просто тебе исповедоваться. Потому что теперь ты работаешь на нас. Только мы сможем обеспечить безопасность Анне. Не спорь – ты уже доверилась дворянам, понравилось ли это тебе? Я не знаю что у вас там произошло, но наследил он знатно, чтобы даже глупый все осознал. А умный вытягивал из него деньги за уничтожение каждой улики.

Я внезапно понял, что меня пришли просто поставить перед фактом. Ни протест, ни оправдание тут не поможет. Глядя в глаза этого бородача я видел, что он без зазрения совести отдаст Анну Иоанну, если это поможет меня завербовать, чтобы моя нелюбовь к дворянам переродилась в ненависть.

Передо мной зависла протянутая в рукопожатии рука. И мне оставалось только сжать ее посильнее, чтобы он понял, что я не очень доволен этим. Но церковник даже глазом не повел.

– Я отец Горемысл. Заходи в храм на чашку чая. Я всегда готов рассказать тебе историю Само дальше.

А потом, подойдя к Казимиру он, не касаясь рукой, отделил от себя полную свою копию из зеленого пламени, которая, преобразившись в парня на кровати, легла полностью повторяя его положение и впитываясь вовнутрь.

– Мое дело здесь закончено. А твои дела только начинаются, дочь моя. – Сказал он мне на прощание. Я чувствовал себя зажатым со всех сторон, и ни с одной выход даже не думал проглядываться.

Только и оставалось ,что глядеть, как созданный из арги фантом впитывается в настоящее тело, становившееся от этого вида лишь здоровее и здоровее. Это лежал мой последний шанс выбраться из жопы. Если он действительно знает будущее…